Текст книги "Гробница Ариэля (СИ)"

Автор книги: Guiltythree

сообщить о нарушении

Текущая страница: 93 (всего у книги 101 страниц)

Глава 1565
Путешествуя через туман

Кеч Ананке плыл сквозь мир тумана. Густая дымка окружала его со всех сторон, пронизанная мрачными сумерками. Все звуки казались одновременно приглушёнными и преувеличенными, эхом разносясь по огромному пространству окутанной туманом воды. Санни не мог видеть вдаль. Даже его ощущение теней было притуплено мистическим туманом.

Это было знакомое зрелище.

«Действительно… я уже бывал здесь».

Это было то самое место, где Санни оказался в начале Кошмара.

Исток.

Здесь, окутанная туманом, Великая Река текла сама в себя, а прошлое превращалось в будущее. Он больше не чувствовал течения, но оно всё ещё существовало, странно спутанное и разрозненное. Кеч плыл, но Санни не мог определить, в каком направлении его уносит.

Если бы он позволил невидимому течению увлечь себя и достиг края Истока… его отправили бы назад в тот день, когда он вошёл в Гробницу Ариэля, а также в точку, расположенную выше по течению, где в это время находился тот, чью роль он взял на себя.

«Нет… я не могу этого допустить».

Санни не знал, сможет ли он выдержать ещё один цикл Великой Реки. Куда важнее было то, что Шесть Бедствий и Безумный Принц каким-то образом нарушили правила времени и вторглись в цикл, в котором им не суждено было существовать.

Он не знал, стало ли их существование к настоящему моменту частью Великой Реки или их еретическое присутствие будет стёрто, если начнётся новый цикл. Если это последнее, то все усилия, которые Безумный Принц и Мучение приложили к тому, чтобы все члены когорты дожили до конца Кошмара, оказались бы напрасными.

Более того… этот конец был так близок. Нефис скоро достигнет Рубежа, вооружённая средствами для уничтожения Первого Искателя. Санни отчаянно не хотел ещё раз переживать ужасы Гробницы Ариэля, тем более что результат будет висеть на волоске.

Нет, он не мог позволить себе заблудиться в тумане и упустить возможность войти в Устье.

Ведь там, в сердце великой пирамиды, лежал ключ к его оковам. Его шанс обрести свободу.

К счастью, Кэсси позаботилась о том, чтобы у него было всё необходимое для достижения этой цели.

У него был Путеводный Свет, который приведёт его ко входу в Устье. У него было Зеркало Истины, чтобы противостоять Осквернению, когда он войдёт в Устье.

И у него был Грех Утешения, благодаря которому всё это стало возможным.

Кстати, о призраке меча: как только его окружил туман, этот ублюдок куда-то исчез. Должно быть, он был не в настроении разговаривать или просто не мог проявиться в Истоке. В любом случае, Санни совсем не скучал по обществу этого мерзкого существа.

«Держись подальше столько, сколько захочешь…»

Взяв в руки Путеводный Свет, Санни изучил сияющий кристалл, который должен был указать ему путь.

Его свет вёл себя… странно.

Он указывал в определённом направлении, но через несколько минут плавания через туман свет внезапно менялся, указывая в совершенно другом направлении. Так повторялось снова и снова, сияние священной реликвии хаотично менялось.

Создавалось впечатление, будто вход в Устье постоянно перемещается.

«Нет… он не движется. Это двигаюсь я».

Санни знал, что это правда. Устье было неподвижным, но само пространство в Истоке было ненадёжным. Санни метался без всякого порядка, перемещаясь на несколько метров в одну сторону, а потом оказываясь в нескольких километрах в другой.

Неудивительно, что Искателям Истины, несмотря на все их силы и знания, так и не удалось обнаружить Устье до появления Алетейи из Девяти.

Таинственная колдунья даже построила свой остров по образу и подобию Великой Реки, создав собственную временную петлю и море тумана. Было ли всё это сделано для того, чтобы научиться ориентироваться в Истоке?

Санни не знал, но подозревал, что найти Устье ей удалось не случайно.

Как трагично, что Алетейя нашла там лишь свою погибель… если, конечно, это не было именно тем, что она искала.

Кто знал, какие цели преследовали люди из Девяти?

В любом случае, Санни не был человеком, способным поднять летающий остров в центре мистического водоворота и приручить время, чтобы оно бесконечно текло по кругу. Поэтому он никогда бы не смог найти Устье без Путеводного Света.

Неужели он точно так же нашёл его и в первый раз? Или у его версий из предыдущих циклов были свои собственные решения?

Гадать было бессмысленно. Освещая путь священной реликвией сивилл, Санни позволил кечу плыть вперёд, двигая веслом в соответствии с тем, куда указывало сияние.

В Истоке не было ни Кошмарных Существ, ни опасности… за исключением той, которую представлял сам Исток. Поэтому путешествие сквозь мрачный туман казалось почти умиротворённым.

Санни быстро потерял восприятие времени, поэтому даже не знал, как долго он плутал в тумане. Это мог быть час, день или вечность… ну, может, и не вечность. Нефис уничтожила бы Первого Искателя задолго до этого.

Тем не менее он должен был быть всё ближе.

«Интересно, что Алетейя нашла в Устье?»

Ему также стало интересно, что же нашёл там Безумный Принц.

Какие тайны скрывал Ариэль в сердце своей пирамиды? Какую отвратительную истину он не мог вынести? Почему он спрятал её до начала времён, вдали от взоров богов?

Так или иначе, Санни собирался выяснить это. И разорвать цепи судьбы, которые крепко сковывали его.

Как он всегда и хотел.

Он всё больше уставал от танцующего сияния Путеводного Света. Его рука, державшая рулевое весло кеча Ананке, онемела. Время… текло.

И вот, наконец, Санни почувствовал это.

То же самое, что он почувствовал перед тем, как его в первый раз изгнали из Истока.

Ему показалось, что он видит два высоких столба, выступающих из тумана далеко впереди, а затем невидимое течение вдруг стало бурным и неспокойным.

Послышался рёв воды, похожий на шум водопадов Края, и он почувствовал, как кеч с невероятной скоростью понесло вперёд.

Затем возникло ощущение невесомости.

А потом осталась только темнота.

Глава 1566
Устье

В ушах Санни свистел ветер.

Он падал.

Летел сквозь море тьмы, потерянный и дезориентированный, не понимая, где он находится.

«Устье…»

Ветер завывал всё громче, и Санни почувствовал, как его тело проносится сквозь него с ужасающей скоростью.

С запозданием он вспомнил о необходимости вызвать Тёмное Крыло и замедлить своё падение.

Или призвать тени и превратиться в чудовищную бабочку.

Или даже в ворону…

Но было уже слишком поздно.

Оцепенев, он разглядел огромное чёрное сооружение, стремительно приближающееся к нему из темноты. Оно было похоже на грубую, гигантскую сферу неправильной формы из чёрного камня, которая висела в пустоте, вечная и неразрушимая. С её поверхности поднимались странные горы, полые внутри…

Сфера была похожа на гигантское каменное сердце.

Возможно, так оно и было.

Мгновение спустя Санни увидел, как кеч Ананке столкнулся с поверхностью сферы внизу и разбился вдребезги, а осколки дерева разлетелись во все стороны.

Времени на то, чтобы замедлить падение, уже не было.

Стиснув зубы, Санни смотрел на стремительно приближающуюся поверхность чёрного камня. В тот момент, когда его тело должно было разбиться о неё, он активировал Теневой Шаг и нырнул в тени, погрузившись в их тёмные объятия.

Спрятавшись там, в безопасности, он некоторое время оставался неподвижным.

«Я… сделал это?»

Санни попытался успокоить свой лихорадочный разум и двинулся вверх, возвращаясь на поверхность.

Выйдя из тени, он ступил на поверхность обветренного камня и тут же упал, почувствовав, как сила тяжести тянет его вниз.

Он находился на крутом склоне.

Санни заскользил вниз по склону, окружённый обломками сломанного дерева. Несмотря на острые камни, раздирающие кожу, он не позволил себе вскрикнуть от боли. Вместо этого он стиснул зубы, обернул окружающие тени вокруг своей руки и превратил её в когтистую кисть порождения теней.

Извернувшись, Санни ударил когтями по склону. Они не пробили шершавую чёрную поверхность, лишь взметнув в воздух искры, однако трения хватило, чтобы замедлить его движение.

В конце концов Санни остановился на самом краю бездонной пропасти, его ноги болтались над чёрной пустотой. Куски кеча Ананке сыпались в эту пустоту, исчезая во тьме.

Несколько мгновений он лежал, переводя дыхание, а затем попытался охватить взглядом окружающее пространство.

В мире вокруг не было света. Его окружала тьма, и только выветрившаяся поверхность чёрного камня отделяла его от бездны. Откуда-то снизу доносился звук ревущей воды, который, доходя до него, превращался в едва слышный шёпот.

Он доносился также и сверху, и со всех других сторон.

Шёпот проникал в его сознание, отчего у него кружилась голова.

Санни поморщился, а затем осторожно встал, с трудом удерживая равновесие на крутом склоне. Наконец он огляделся.

«Так… это и есть Устье».

Предполагалось, что Устье находится в месте, существующем до начала времён, а значит, и до рождения богов. Поэтому… это место должно было быть Пустотой.

Но Заклятие либо не смогло воспроизвести истинную Пустоту, либо не захотело. Возможно, Устье было как-то изолировано от неё. Как бы то ни было, Санни видел лишь тьму и поверхность огромной сферы из чёрного камня под ногами.

Выражение его лица было мрачным.

«Нельзя терять время».

Наклонившись вперёд, он стал упорно карабкаться обратно по склону, в конце концов добравшись до его середины – именно туда он изначально приземлился. Не останавливаясь на отдых, Санни продолжил подъём.

«Кэсси сказала… что мне нужно добраться до самого сердца Устья. Это значит, что мне, скорее всего, придётся каким-то образом забраться внутрь сферы».

Вспомнив о странных полых горах, похожих на разорванную аорту, он продолжил подниматься по склону.

В конце концов Санни поднялся на вершину, показавшуюся ему высоким холмом, и посмотрел вниз.

Он застыл, потрясённый увиденным.

Его глаза расширились, полные шока и страха.

«Н-нет… как такое возможно?»

Перед ним, между несколькими огромными скалами из чёрного камня, лежала обширная долина. А на дне этой долины, окутанные тьмой… покоились останки бесчисленных разбитых кораблей.

Это было огромное кладбище кораблей.

Но самое ужасное, что каждый из этих кораблей казался знакомым.

Все они были Разрушителем Цепей.

Перед ним на чёрном камне лежали тысячи разбитых вдребезги Разрушителей Цепей. Хотя каждый из них был разрушен уникальным способом – разбит страшным столкновений – большинство из них были совершенно одинаковыми. Некоторые немного отличались, по-видимому, будучи видоизменёнными, прежде чем превратиться в разбросанные обломки.

Форма их таранов была несколько иной. Порванные паруса были раскрашены в разные цвета. Деревья, растущие вокруг центральной мачты этих кораблей, были мёртвыми и скрюченными, лишёнными всякой жизни.

Некоторые деревья, однако, выглядели совершенно здоровыми и манящими: бесчисленные сочные плоды усыпали их ветви.

Вздрогнув, Санни решил держаться как можно дальше от этих обломков.

Перед ним лежали бесчисленные разбитые корабли – многие тысячи кораблей.

И это только в одной долине.

Это не были обломки целого флота схожих кораблей. Напротив, это были одни и те же корабли, разрушенные бесчисленное количество раз.

Внезапно покрывшись холодным потом, Санни почувствовал, что его ощущение реальности пошатнулось.

«Что… это значит?»

Он вздрогнул и начал спускаться в долину. Среди разбитых кораблей он заметил ещё больше обломков дерева.

Это были остатки кеча Ананке, сложенные в высокие холмы. Он просто… не понимал.

«Как такое возможно?»

Когда Санни почувствовал неуверенность в своём здравомыслии, сзади него внезапно раздался издевательский смех.

Быстро обернувшись, он вгляделся в темноту широко раскрытыми глазами. Но это был всего лишь Грех Утешения.

Призрак меча… выглядел каким-то более значительным. Выйдя из темноты, он с презрением посмотрел на Санни и злобно усмехнулся:

«Что? Думаешь, ты первый, кто зашёл так далеко? Думаешь, ты впервые предал свою когорту и решил искать свободу в Устье?»

Призрак усмехнулся и посмотрел на кладбище кораблей, его тёмные глаза горели странным ликованием.

«Глупец. Было бесчисленное множество версий тебя, которые зашли так далеко. Предательство за предательством, повторяющиеся бесконечно в бесчисленных циклах… воистину, твоё вероломство не знает границ».

Глава 1567
Последний раз

Санни молчал, с мрачным выражением лица наблюдая за Грехом Утешения.

«Ну… это очевидно».

Разумеется, он не был первой версией себя, достигшей Устья. Был ещё Безумный Принц…

Однако следующие слова призрака меча заставили его вздрогнуть:

«О, и раньше было множество Безумных Принцев. Все они строили планы и стремились изменить то, что изменить невозможно. Презренные ублюдки. Прокладывали путь своим будущим версиям… таким, как ты… чтобы закончить это. Каждый цикл немного отличался от другого, но в конечном счёте – одно и то же».

Призрак сделал шаг вперёд и сплюнул, его голос дрожал от ненависти:

«Боги… я так устал от этой скучной игры. Каждый раз, когда ты спасаешься от Осквернения, тебе даётся выбор остаться с союзниками. И каждый раз ты выбираешь предательство. Ты… ты действительно отброс, понимаешь? Знаешь ли ты, сколько раз ты нарушал свои обещания? Сколько раз ты предавал Меняющую Звезду ради свободы?»

Грех Утешения рассмеялся и жестом указал на море разбитых кораблей.

«Смотри! Смотри, Лишённый Света! Каждый из этих обломков – памятник твоим грехам».

Санни молча разглядывал разбитые корабли, чувствуя, как в его сердце поднимается горькое чувство.

Это было горькое чувство… разочароваться в себе.

Но потом он мрачно улыбнулся.

Конечно, было горько осознавать, что он ненадёжный, вероломный и эгоистичный человек. Но разве это имело значение? Он всё равно не жалел о своём выборе.

Более того… он собирался довести дело до конца.

Что с того, что все его предыдущие «я» потерпели неудачу? Они не были им. Он был самым последним, а значит, самым сильным. В его руках находилось накопленное наследие всех предшественников, дарованное ему Безумным Принцем – самым последним из них – который помнил все предыдущие циклы через Грех Утешения.

Возможно, они и потерпели неудачу, но Санни не собирался повторять их судьбу. Ему не обязательно было быть первым… ему просто нужно было стать последним.

Для него было невозможно потерпеть неудачу.

Потому что Кошмар уже заканчивался.

К этому времени Нефис, должно быть, уже начала наступление на Рубеж. Безумный Принц, Мучение и Кэсси… они управляли событиями, чтобы Кошмар был покорён, будь то с Санни или без него.

Значит, этот цикл будет последним… независимо от того, достигнет он своей цели или нет.

И он собирался достичь её.

Грех Утешения уставился на него с презрением.

«Что? Тебе нечего сказать? Страх лишил тебя способности говорить?»

Санни криво улыбнулся и прошёл мимо него, не сказав ни слова.

Он вошёл на кладбище кораблей и двинулся через него, стараясь держаться подальше от обломков, где священные деревья были здоровы и плодоносили. Ощущения, которые он испытывал от них, были слишком похожи, хотя и казались гораздо слабее, чем те, что он испытывал под ветвями Пожирателя Душ.

Покой. Безопасность. Счастье. Удовлетворение.

Поэтому Санни отстранился как можно дальше от этого чувства.

Грех Утешения последовал за ним, погрузившись в молчание. Выражение лица призрака было полно ненависти и презрения.

Санни не обращал на него внимания.

Ему не потребовалось много времени, чтобы миновать кладбище кораблей. За ним был ещё один склон, ведущий к вершине высокой горы. Если сфера из чёрного камня когда-то являлась сердцем Нечестивого Титана… то гора была одной из его артерий.

Тело Санни, укреплённое шестью тенями, наполнилось силой. Несмотря на то, что он был измотан после тяжёлого путешествия к Истоку, он поднимался в гору, не сбавляя темпа.

Он беспокоился лишь о том, что может не успеть добраться до цели вовремя.

Наконец Санни достиг вершины горы. Внутри она действительно была полой. Перед ним предстал вход в огромный круглый туннель, окружённый высокими колоннами. В глубь туннеля вели каменные ступени, явно сделанные человеком…

Или, вернее, даймоном. Должно быть, Ариэль сам создал этот вход, причём давным-давно.

Подойдя ближе к ступеням, Санни заметил, что некоторые из них с течением времени потрескались. На земле валялись зазубренные куски чёрного камня… их размер и форма были до жути знакомыми.

Они выглядели в точности так же, как зазубренный чёрный камень, из которого был создан Ключ Устья.

Санни улыбнулся.

«Значит, именно здесь Безумный Принц взял материал для своего Воспоминания».

Это означало, что мерзкий безумец побывал в Устье, прежде чем перейти из будущего в прошлое. Он уже давно мог обрести свободу.

…Но был ли смысл в свободе, если она далась ценой жизни Неф? Для Безумного Принца – нет.

Именно поэтому он вернулся на Великую Реку, не разорвав цепи судьбы. И именно поэтому он нацарапал на куске обломка, дрейфующем в тумане Истока, множество безумных рун, говорящих об одном и том же…

Будь осторожен в своих желаниях.

Безумный Принц пожалел, что нашёл Колодец Желаний.

А вот Санни – нет.

Глубоко вздохнув, он вызвал Зеркало Истины и посмотрел на его полированную поверхность.

Там отражалась Нефис, выглядевшая так же, как и на панцире Чёрной Черепахи. Санни не пользовался зеркалом во время последнего повтора на Острове Алетейи, поэтому оно было в первозданном состоянии.

Он некоторое время смотрел на отражение Неф, а затем крепко сжал тяжёлое зеркало и шагнул в грандиозный туннель, погружаясь в его темноту.

Входя в самое сердце Гробницы Ариэля.

Некоторое время он шёл вперёд, не видя ничего особенного. Он даже не мог определить, в каком направлении ведёт туннель… его пол должен был наклоняться вниз, но по ощущениям казался плоским, бесконечно тянущимся вперёд.

Постепенно стены туннеля расширились, и его потолок исчез из виду. Санни обнаружил, что идёт между двумя идеально плоскими равнинами из чёрного камня, окружёнными темнотой.

И там, в темноте… на камне были высечены ужасающие, бешено танцующие руны.

Как только Санни увидел их, он тут же активировал зачарование Зеркала Истины.

Глава 1568
Знание о Пустоте

Санни лишь мельком взглянул на руны, но этого оказалось достаточно, чтобы привести его в состояние крайнего ужаса.

Не успев даже подумать, он плотно зажмурил глаза и активировал зачарование Зеркала Истины, позаимствовав Способность Неф [Тоска].

Таким образом, его душа получила иммунитет к Порче… на время.

И это было как раз вовремя, потому что простое нахождение рядом с рунами грозило тем, что в его душе расцветёт Порча.

«Аргх…»

Он мысленно застонал, держа рот на замке.

Боль была почти невыносимой.

Это был знакомый ужас, отвращение и боль.

Потому что Санни узнал форму этих рун.

Было два типа рун, которые Заклятие отказывалось переводить.

Один был связан с существами, которых Заклятие называло просто – неизвестно– первозданными существами вечной и вечно меняющейся Пустоты. Другой имел отношение к единственному существу, которое тоже называлось – неизвестно– таинственному прародителю семи даймонов, который мог быть одним из Существ Пустоты, а мог и не быть.

На последний тип рун было тяжело смотреть, голова раскалывалась от боли, а разум кружился.

Однако именно первый тип был по-настоящему зловещим, заставляя несчастного, увидевшего эти руны, испытывать ужас и отвращение.

На стенах туннеля были начертаны именно такие руны… огромное их количество. Стены туннеля, который, казалось, тянулся бесконечно во все стороны, были усеяны ими, и между ужасающими символами почти не оставалось пустых мест.

Санни глотнул воздуха.

«Это… это источник Осквернения».

Теперь, когда он подумал об этом, всё встало на свои места.

Ужасные руны описывали Существ Пустоты. И он уже знал, что Порча – это влияние Пустоты, просачивающееся сквозь стены бытия, в которых она заключена. Следовательно, знание о Пустоте… также являлось источником Порчи.

Именно это и начертал на стенах Устья безумец Ариэль. Истории о Пустоте, знания о ней… и Истинные Имена тех ужасных существ, что обитали в её вечно меняющихся глубинах и затем были заключены в тюрьму богами.

Он был уверен в этом.

Именно это, скорее всего, нашла Алетейя, и именно это превратило её в источник Осквернения… которое было всего лишь знанием, которым можно было делиться и передавать, превращая эту форму Порчи в неудержимую инфекцию.

Знанием о Пустоте и об Истинных Именах тех существ, чьи имена нельзя знать, а тем более произносить вслух.

Именно поэтому Заклятие отказывалось переводить ужасающие руны – не потому, что хотело сохранить свои секреты при себе, а просто потому, что возможность прочесть их стала бы концом для любого, кто это сделает.

И не только прочесть… просто находиться в присутствии этих рун было вредно. Мельком взглянуть на некоторые из них и так уже было больно и опасно. Санни делал это несколько раз в своей жизни: например, когда читал описания капли крови Бога Теней и капли крови Ткача.

Если бы Заклятие перевело для него эти руны, то описания, вероятно, выглядели бы примерно так:

[Прежде существовала лишь безграничная, вечная пустота. Из этой тёмной бездны родились Существа Пустоты. Как и сам хаос, они были бесконечными и вечными, огромными и вечно меняющимися…]

Или:

[Отвратительную Птицу-Воровку ненавидели как боги, так и создания хаоса. Однако её интересовали только блестящие вещи. Очарованная прекрасными глазами Ткача, она украла один из них тёмной беззвёздной ночью. Охваченное нетерпением, мерзкое существо рассматривало своё приобретение ещё в полёте. Но когда она увидела отражение Пустоты, навечно застывшее в глубине зрачка Ткача, она обезумела и закричала, уронив глаз в царство смертных. В её жадном клюве осталась лишь капля чистого золотого ихора].

Увидев те несколько рун, которые всего лишь обозначали Пустоту и порождённых ею существ, он едва не потерял сознание.

Однако здесь, в Устье…

На камне было высечено множество жутких рун, не только упоминающих Пустоту и Созданий Хаоса, но и подробно описывающих их и называющих их Истинными Именами.

Поэтому… даже если Санни лишь мельком увидел руны и не смог их прочесть, уже одно это подвергало его риску стать Испорченным.

Даже просто оставаясь рядом с ними, в бесконечном туннеле, он мог посеять семена Порчи в своей душе. И если он останется здесь в тот момент, когда Зеркало Истины рассыплется в пыль… он станет Осквернённым.

Он снова станет Безумным Принцем.

Проведя пальцами по поверхности зачарованного зеркала, он уже почувствовал на нём несколько тонких трещин.

На мгновение Санни подумал о том, чтобы повернуть назад.

Но тут из темноты раздался насмешливый голос:

«Почему бы тебе не открыть глаза?»

Услышав Грех Утешения, он вспомнил, зачем пришёл в Устье и что поставлено на карту.

Его свобода.

Стиснув зубы, Санни подавил ужас и муки, которые он испытывал от близости к страшным рунам, и сделал шаг вперёд.

Затем ещё один.

И ещё.

И хотя каждый из них был настолько тяжёлым, что хотелось упасть и закричать от боли, он молчал и упорствовал.

Три шага превратились в три десятка, а потом и в три сотни.

Санни продолжал идти по тёмному туннелю, держа глаза закрытыми. Тени плотно обволакивали его тело, не позволяя ничего разглядеть. Святая, Изверг и Кошмар надёжно хранились в его душе, не имея возможности стать свидетелями страшных секретов Пустоты.

Терпя тошнотворный страх и мучительную боль, он продолжал идти.

И надеялся…

Что доберётся до конца туннеля раньше, чем Зеркало Истины достигнет своего предела.