Текст книги "Гробница Ариэля (СИ)"

Автор книги: Guiltythree

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 101 страниц)

Глава 1319
Дом Молодости

На следующее утро они добрались до первого из отдалённых островов-кораблей, о которых рассказывала Ананке. Остров медленно показался из-за горизонта, освещённый сказочным солнечным светом.

Он отличался от Дома Расставания. Искусственный остров был гораздо больше, и вместо торжественного и одинокого здания он охватывал целый район. Здесь было множество домов, садов и водных объектов, все они были яркими и красочными. Несмотря на такое же запустение, какое царило в Плетении, это место казалось необычайно праздничным.

Легко было представить, насколько оживлённым оно было когда-то.

Глаза Ананке заблестели от ностальгии. Она мягко улыбнулась и мелодичным голосом сказала:

«Это… Дом Молодости».

Санни и Нефис смотрели на яркий остров-корабль, гадая о его предназначении. Его вид немного поднимал настроение и немного печалил. На фоне прекрасной атмосферы пустота казалась ещё более удручающей.

Молодая жрица вздохнула.

«Это один из семи Домов, в которых Уроженцы Реки проводят своё детство и юность».

Она на мгновение задержалась, а затем пояснила:

«Как вы понимаете, здесь, на Великой Реке, дети растут по-разному. С момента рождения их тела подчиняются течениям своего времени. Если их отвести вверх по течению, они быстро достигнут совершеннолетия… в то же время их родителям придётся повзрослеть, если они хотят остаться со своим ребёнком. За несколько поколений семьи разлучатся, а город разделится на части».

Ананке покачала головой.

«Кроме того, жестоко вводить ребёнка во взрослую жизнь, пока его разум остаётся незрелым. Поэтому существует Семь Домов. На самом деле… мне немного странно объяснять эти вещи, поскольку такова жизнь в Гробнице Ариэля. Для меня странным кажется то, как взрослеют Посторонние».

Она рассмеялась.

«Я не могла поверить своей матери, когда она сказала мне, что дети снаружи просто неизбежно вырастают, оставаясь на том же месте, и у них нет выбора, когда стать взрослыми. Как страшно! Представляете?»

Санни и Нефис растерянно посмотрели друг на друга. Через некоторое время он прочистил горло.

«Да, я легко могу себе представить. Но, постойте… каково точное назначение этих Семи Домов?»

Падшая Благодать, скорее всего, была построена таким же образом, так что было бы неплохо узнать. К тому же ему было просто любопытно.

Молодая жрица улыбнулась.

«На самом деле всё просто. Когда мужчина и женщина решают завести ребёнка, они отправляются вниз по течению, в Дом Рождения. Младенцы рождаются и проводят там первые месяцы своей жизни».

Она посмотрела на воды Великой Реки и с тоской в голосе добавила:

«Когда разум младенца взрослеет, он вместе с родителями отправляется вверх по течению в следующий Дом, где дети становятся малышами. Через год или два семья отправляется в третий Дом, и так далее. Таким образом, у детей появляется шанс на полноценное детство. Это счастливое время для семей, а переход в следующий Дом – большое событие для детей, сродни церемонии дня рождения, которую устраивают Посторонние».

Санни на несколько мгновений задумался, а затем кивнул. У Речного Народа не было такого же восприятия времени, как у остальных людей. Они по-прежнему считали время в месяцах и годах, но эти измерения были просто традициями, привнесёнными в Гробницу Ариэля теми, кто пришёл извне.

Хотя в Гробнице Ариэля и происходило нечто похожее на сезонные изменения, идея солнечного года здесь не имела смысла. Поэтому дети, выросшие на Великой Реке, придавали гораздо больше значения путешествию вверх по течению и старению тела, чем такой пустой вещи, как старение на воображаемый год.

Тем более что их жизнь не ограничивалась сокращающимся числом лет, оставшихся до старости и смерти.

Ананке заметила его задумчивое выражение и добавила:

«Этот последний Дом, Дом Молодости, – место, где наши тела достигают стадии взрослой жизни. Родители обычно уплывают в главный город и оставляют детей с другими подростками. Однако разные дети достигают умственной зрелости в разное время. Некоторые проводят здесь всего несколько лет, прежде чем отправиться воссоединяться со своими семьями. Некоторые остаются дольше. Некоторые ленивые негодники десятилетиями не хотят становиться взрослыми».

Её щеки слегка порозовели.

«Эх… я и сама возможно была одной из этих негодников…»

Санни улыбнулся, представив, как достойная и мудрая пожилая женщина, которую он знал, избегает обязанностей взрослой жизни так долго, как только может, ввязываясь во всевозможные шалости с другими юными Уроженцами Реки.

Неужели Ананке и вправду когда-то была такой непоседливой нарушительницей спокойствия?

Он покачал головой.

«Но постойте. Если это правда, то как же тогда эти молодые люди обзаведутся собственными семьями? Они превратились бы в младенцев, отправившись в Дом Рождения, не так ли?»

Ананке кивнула.

«Действительно. Именно поэтому каждое поколение весь город мигрирует на некоторое расстояние вверх по течению. Это даёт молодым шанс завести собственных детей. Конечно, это также означает, что с каждой миграцией их родители становятся немного старше. Но наша жизнь длинна… будущее более снисходительно, чем прошлое. Старшие также занимают руководящие должности в Семи Домах».

Она молчала несколько мгновений.

«Тем не менее, город может достичь точки, когда пожилая часть его населения не сможет больше мигрировать. С Плетением такого не случалось, поскольку многие погибли в битвах с Испорченными, а те, кто жил слишком долго, обычно предпочитали уходить из Дома Разлуки. Наша история также не простирается так далеко. Но ниже по течению, там, где раньше находились великие города сивилл, так возникали новые поселения. Молодые отделялись, чтобы начать жизнь заново».

Санни и Нефис молчали, размышляя о том, насколько причудливой всё-таки была цивилизация Великой Реки. Образ жизни Речного Народа действительно полностью отличался от внешнего мира. Даже такие простые вещи, как воспитание детей, детство и взросление, были совершенно не похожи на то, что знали они.

«Жизнь всегда находит выход…»

Поэтому ещё печальнее было видеть её разрушение, как это произошло здесь, в Плетении.

Ананке вздохнула.

«После того как я покинула Дом Молодости, произошла одна миграция. Поэтому я смогу провести вас мимо всех Семи Домов к Дому Расставания далеко вниз по течению. Это займёт у нас не больше нескольких дней».

С этими словами она повернулась к Нефис и улыбнулась.

«А пока, миледи, я помогу вам освоиться с управлением кечем».

Пока они с Нефис разговаривали, Санни смотрел на яркие здания Дома Молодости, которые становились всё ближе и ближе… а потом медленно проплывали мимо.

Он думал о том, каким должно было быть детство Ананке, а также о его собственном мрачном и холодном детстве.

Разве это не забавно? Юная жрица, родившаяся в гробнице, построенной Демоном Ужаса из трупа Нечестивого Титана, отчаянно цеплялась за своё детство, не желая становиться взрослой. В то время как он, родившийся в мире бодрствования, не мог дождаться, когда оставит позади эту горькую страницу своей жизни.

…И в конце концов они оба оказались в этом кече вместе.

Санни вздохнул.

«Было бы здорово, если бы дети будущего… будущего мира бодрствования… могли жить как она, а не как я».

Это была такая странная мысль.

Глава 1320
Конец детства

В конце концов Ананке сменила Нефис у рулевого весла. Нефис выглядела измождённой после целого дня управления ветрами… однако Санни показалось, что её взгляд был более тусклым, чем можно было объяснить простой усталостью.

Бросив на неё вопросительный взгляд, он спросил:

«Ты в порядке?»

Она замерла на несколько мгновений, а затем молча кивнула. Сев и прислонившись спиной к борту кеча, Нефис устало закрыла глаза. Она не спала с тех пор, как они покинули Плетение, и хотя Мастера вроде них могли легко бодрствовать сутками, умственная усталость всё равно давала о себе знать.

«…Думаю, она не хочет говорить о том, что её беспокоит».

Санни изучил бледное лицо Неф, а затем тихо вызвал Кошмара и приказал ему охранять её сны. Тёмный конь скрылся в тени на носу судна, бесформенный и бдительный. Не удовлетворившись этим, Санни послал четыре из пяти теней на его усиление.

Воспоминания о встрече с воплощением Безумного Принца всё ещё преследовали его мысли.

Дальше ему оставалось только продолжать плести нити эссенции. Санни сидел на палубе кеча, скрестив ноги, а его пальцы танцевали в воздухе. К этому времени он был уже достаточно опытен в создании нитей эссенции, чтобы не уделять этому процессу много внимания. Это сильно отличалось от того, когда он впервые попробовал плести и постоянно резал руки до костей.

Болезненно приобретённый опыт и повышенная чувствительность, которую Костяное Сплетение давало кончикам пальцев, облегчили задачу. Теперь Санни требовалось лишь время и эссенция, чтобы создать достаточной длины нить для плетения Воспоминания.

Но на это всё равно требовалось время.

Через некоторое время Ананке с любопытством взглянула на него и спросила:

«Милорд… не возражаете, если я поинтересуюсь, что вы делаете?»

Санни несколько мгновений молчал, а затем слегка повернул голову. Он колебался перед ответом, зная, как странно она относится ко всему, что связано с Демоном Судьбы. Тем не менее, в конце концов, он сказал:

«Я создаю нити эссенции… плету».

Её лазурные глаза слегка расширились.

«Вы… вы ткач, милорд?»

«Ткач…»

Санни наклонил голову.

«Если вы имеете в виду того, кто использует колдовство Ткача, то да. Хотя я не очень искусен в нём».

Юная жрица смотрела на него с благоговением.

Он вздохнул.

«А что, в ваше время эти… ткачи были очень редки?»

Она медленно кивнула.

«Чрезвычайно, милорд. Колдовство, созданное Демоном Судьбы, не было тем, чему легко научиться смертным… или даже богам. Лишь немногие владели им. Одним из таких колдунов был один из двух верховных жрецов Заклятия Кошмара – мама рассказывала мне, что он был формирователем душ и мастером всех видов магии. Много ли в будущем таких ткачей, как вы?»

Санни медленно покачал головой.

«Нет. Есть несколько человек, чьи Аспекты позволяют им создавать Воспоминания, но, насколько я знаю, я единственный, кто действительно умеет плести колдовство, не ограничиваясь рамками своих Способностей».

Он вздохнул.

«Но у меня никогда не было учителя. Всему, что я знаю, я научился сам. Вот почему я могу создавать лишь копии плетений, созданных Заклятием, или в лучшем случае модифицировать их».

Молодая жрица некоторое время молча смотрела на него, а затем улыбнулась.

«Но, милорд… разве это не означает, что Заклятие Кошмара – ваш учитель? Разве может быть лучший учитель?»

Уголок его рта дёрнулся. Внезапно помрачнев, Санни отвёл взгляд.

«…Наверное. Заклятие действительно многому меня научило».

Улыбка Ананке расширилась.

«Значит, вы любимы судьбой. Я чувствую себя спокойно».

Он спрятал лицо, не желая, чтобы она видела тёмную неприязнь, затопившую его глаза.

«Любим судьбой, да?»

Санни и правда был Судьбоносным. Однако это не означало, что судьба была особенно добра к нему… это означало, что он был опутан её нитями, как беспомощная марионетка, обречённая всегда находиться в её власти.

В каком-то смысле это означало, что он никогда не получит покоя. Пока он не научится разрывать эти нити.

«Скорее, это похоже на то, что я проклят ею…»

Но, с другой стороны, разве не его судьба – стать Осквернённым, растерзать ногтями своё лицо и превратиться в безумную мерзость? Разве не это его будущее?

Санни вздрогнул, вспомнив эту пугающую возможность.

«Нет, ни за что. Я лучше умру. Я умру, если это будет единственный исход. Моя глупая теория должна быть неверной. Безумный Принц… я никогда им не стану».

Закрыв на мгновение глаза, он успокоил бешено колотящееся сердце и снова сосредоточился на плетении нитей эссенции.

Однако его пальцы дрожали.

* * *

К тому времени, когда семь солнц коснулись поверхности текущей воды, стремительный кеч достиг второго из Семи Домов. Пришвартовав судно к причалу, они расположились на ночь на заброшенном острове.

Он выглядел как место, где когда-то процветала жизнь, но теперь эта жизнь исчезла. Детей больше не было, родителей тоже… и скоро Семь Домов тоже исчезнут, поглощённые вечными течениями Великой Реки.

Утром Санни проснулся от скрипа ветряков. Дав Ананке время прогуляться по берегу и вспомнить дни своего детства, они покинули искусственные острова и снова поплыли вниз по течению.

Ещё один день ушёл на то, чтобы миновать третий Дом. К тому времени внешность Ананке снова изменилась.

Если в Плетении она выглядела лишь немного старше Санни и Нефис, то теперь казалась их ровесницей, а то и моложе.

К тому времени, когда стремительный кеч достиг четвёртого Дома, она казалась уже подростком.

Настроение в кече стало мрачным. Глядя на милое подростковое лицо юной жрицы, невозможно было отрицать, что вскоре им придётся… оставить её.

Дом Расставания был уже не так далеко.

Однако прежде чем добраться до него, им предстояло миновать три последних из Семи Домов.

…Однако к тому моменту, когда они должны были достигнуть пятого, выражение лица Ананке стало напряжённым.

Потому что искусственного острова нигде не было.

Глава 1321
Затонувший остров

Санни и Нефис кое-что узнали о навигации по бесконечно текущим водам Великой Реки, но они всё ещё не были уверены, какое расстояние отделяет каждый из Семи Домов друг от друга. Тем не менее, взглянув на лицо Ананке, они быстро поняли, что что-то не так.

Молодая жрица почти всегда была либо спокойна, либо улыбалась. Но в какой-то момент её нежное юношеское лицо исказилось глубоким хмурым взглядом, а на яркие лазурные глаза легла тёмная тень.

Первым это заметил Санни. Он внимательно изучил стоящую перед ними девушку-подростка, а затем спросил:

«Что случилось?»

Ананке несколько мгновений молчала.

«Мы уже должны были добраться до Третьего Дома, милорд».

Искусственных островов, где проводили своё детство дети Плетения, было семь, и хотя стремительный кеч должен был достичь пятого, на самом деле они были пронумерованы в обратном порядке – начиная с Дома Рождения далеко внизу по течению и заканчивая Домом Молодости вверху.

Таким образом, Третий Дом должен был стать пятым, который они увидели.

Однако… казалось, что он исчез.

Молодая жрица изучила просторы Великой Реки, а затем неуверенно пробормотала:

«Думаю… механизмы острова могли сломаться и отправить его в дрейф. Я давно не бывала здесь. Тем не менее, разрушение не должно было достигнуть такой стадии…»

Санни и Нефис обменялись взглядами. Поднявшись на ноги, Нефис посмотрела на север.

«Может, его разрушила какая-то мерзость?»

Ананке некоторое время не отвечала. В конце концов она вздохнула.

«Это маловероятно, но не невозможно. Может быть, так оно и было».

Кеч продолжал плыть вниз по течению, но настроение трёх его пассажиров изменилось. Мало того, что где-то неподалёку нависла угроза появления могущественного Кошмарного Существа, так ещё и исчезновение одного из островов означало, что и остальные тоже могли исчезнуть.

«Проклятье…»

Санни не особенно волновали оставшиеся два из Семи Домов, но его беспокоил нижний Дом Расставания – место, где Ананке должна была попрощаться с ними.

Молодая жрица собиралась подарить им свой кеч, поэтому для возвращения в Плетение ей требовалось другое судно. У Дома Расставания должны были быть пришвартованы другие лодки, но если остров был разрушен… у них возникнут проблемы.

«Всё не так уж плохо…»

Самый дальний остров-корабль Плетения мог быть и не уничтожен. Но даже если и был… Санни мог снова принять облик речного змея и продолжить путешествие вниз по течению без кеча. С Короной Сумерек он сможет поддерживать эту форму дольше.

Но не настолько долго, чтобы достичь Падшей Благодати. Впрочем, в прошлом обитали менее могущественные мерзости… возможно, они с Нефис смогут придумать способ оставаться в безопасности, пока он восполняет свою эссенцию.

Пока же делать было нечего. Сначала нужно было добраться до Дома Расставания и посмотреть, цел ли он или нет.

Они продолжали плыть вниз по течению в мрачном молчании. Семь солнц уже погрузились в Великую Реку, заливая её мягким сиянием, когда Санни вдруг зашевелился и вгляделся вдаль.

Через несколько мгновений он указал вперёд и мрачным голосом сказал:

«Я что-то вижу. Вон там».

Ананке молча переместила весло, направляя кеч в ту сторону.

Спустя дюжину минут в радужном сиянии текущей воды стало видно тёмное очертание. Оно было массивным и имело странную форму, возвышаясь над поверхностью реки, словно гора.

Не говоря ни слова, Нефис и Санни призвали своё оружие. Ананке тоже призвала свой гарпун.

Однако им ничего не угрожало.

Когда кеч приблизился к зловещему очертанию, они увидели, что это такое.

Из воды торчала накренившаяся и наполовину утонувшая платформа, построенная на каркасе из костей какого-то левиафана. Сначала они увидели одну из её сторон, заросшую водорослями и ракушками. Санни потребовалось некоторое время, чтобы понять, что он смотрит на дно острова-корабля.

Вскоре в поле зрения попали огромные водяные колёса, неподвижные и сломанные, висящие высоко в воздухе. Наконец они обогнули край затонувшего острова и увидели ту его сторону, которая должна была быть поверхностью.

Светлые здания – те из них, что ещё оставались над водой, – по большей части превратились в груды обломков. Сады были уничтожены, а аккуратные улочки превратились в лабиринт руин. Высокие ветряные мельницы были разбиты вдребезги, их крылья торчали из реки, как порванные паруса.

Это были останки Третьего Дома.

Глядя на сцену жестокого опустошения, Санни почувствовал, как по его спине пробежала холодная дрожь.

«…Что могло разрушить его так основательно?»

Казалось, что на плавучий остров выпустили разъярённого Титана.

Нефис крепче сжала рукоять своего меча. Её лицо было неподвижно, но в глазах плясали белые искры.

«Мерзость?»

Ананке молчала, с мрачным выражением изучая руины. В конце концов она покачала головой.

«Я не знаю, миледи. Давайте покинем это место как можно скорее».

Несмотря на свой истинный возраст и юный вид, жрица не умела врать. Санни мог сказать, что она держит какие-то подозрения при себе… но поскольку Ананке не хотела говорить об этом, он решил пока не поднимать этот вопрос.

По крайней мере, в этом он ей доверял.

Молодая жрица позволила Нефис взять рулевое весло и пошла на нос кеча, всё ещё держа в руках гарпун. Кеч проплывал мимо руин разрушенного Дома, давая им возможность рассмотреть, насколько сильным было его опустошение. Никто из них ничего не сказал, но все трое выглядели мрачными и встревоженными.

Наконец они оставили позади утонувший остров и продолжили двигаться по течению Великой Реки. В напряжённом молчании прошёл час, затем ещё один. Несмотря на опасения Санни, ни один чудовищный обитатель глубин не напал на маленький кеч.

Через некоторое время из-под воды показалось первое из семи солнц. Непроглядная тьма отпустила свою власть над небом, и наступил новый день, такой же яркий и прекрасный, как и все предыдущие.

Однако что-то было не так.

Когда все семь солнц поднялись из воды, Санни заметил, что далеко впереди всё ещё царит тьма. Она, словно стена, закрывала северный горизонт, соединяя поверхность Великой Реки с небом.

Ананке тоже смотрела на далёкую стену тьмы, её юношеское лицо было бледным.

Он нахмурился.

«Что это? Какая-то древняя мерзость, проявляющая свою силу? Осквернённый?»

Юная жрица поджала губы, а затем медленно покачала головой.

«Нет, милорд. Всё гораздо хуже. Это… шторм».

Её мелодичный голос звучал мрачно.

«Шторм времени…»

Глава 1322
Сломанное время

Зловещие слова повисли в воздухе, такие же грозные, как и стена тьмы, заслоняющая небо вдали. Санни и Нефис уставились на Ананке, настороженные её мрачным выражением лица.

Они впервые видели, чтобы молодая жрица проявляла признаки уныния. Должно быть, они втроём представляли собой забавное зрелище – два закалённых в боях воина смотрят на девушку-подростка, ожидая от неё наставлений.

Санни нахмурился.

«Шторм времени?»

Ананке медленно кивнула.

«…Да, милорд. Я уже говорила вам, что время на Великой Реке может быть непредсказуемым. Есть места, где оно застывает и не движется, есть великие водовороты, из которых ничто не может выбраться, есть сталкивающиеся течения и смертоносные приливы всех видов. Шторм времени… это одна из самых опасных аномалий, с которой можно столкнуться».

Её юное лицо потемнело.

«Это блуждающая катастрофа, которая искривляет и разрывает время на части, заключая в себе абсолютный хаос. Эти штормы возникают в проливе Великой Реки, который соответствует последним дням Погибельной Войны, когда происходили последние катаклизмические битвы между даймонами и богами, и когда обе стороны погибли. Обычно они… не заходят так далеко вверх по течению. Мне очень жаль».

Нефис покачала головой.

«Вам не нужно сожалеть, Ананке. Это не ваша вина. Однако… как нам избежать этого шторма?»

Молодая жрица на несколько мгновений задумалась, а затем тихо сказала:

«Я не уверена, что мы сможем».

Она произнесла несколько слов, с лёгкостью преодолев Формирование Неф. Ветер, наполнявший паруса кеча, исчез, и мгновение спустя мощный вихрь обрушился на деревянную лодку, заставив её заскрипеть.

Его никто не вызывал. Хуже того… он дул со стороны шторма, отбрасывая их волосы назад.

Это означало, что тёмная стена, поглощающая горизонт, движется в их направлении. По крайней мере, обычный шторм так бы и сделал…

Судя по выражению лица Ананке, шторм времени вёл себя так же.

Санни произнёс тихое проклятие.

«Мы сможем обогнать его?»

Молодая жрица быстро отошла к борту кеча и посмотрела вниз, на прозрачную воду, текущую мимо полированного дерева. Через несколько мгновений она стиснула зубы.

«Не думаю, милорд. Мы уже преодолели его внешнюю границу».

Только тогда Санни заметил, что течение Великой Реки, похоже, стало намного сильнее. Это было трудно заметить, когда кеч мчался вперёд на полной скорости, но теперь, когда он замедлил ход и вот-вот должен был остановиться, изменения были очевидны даже для такого Постороннего, как он.

Ветер гнал шторм в их сторону, а течение тянуло их в сторону шторма. Это походило на ловушку.

«Проклятье…»

«Что же нам делать?»

Ананке с мрачным выражением лица смотрела на приближающуюся стену шторма. Через несколько мгновений она глубоко вздохнула и улыбнулась.

«Нам придётся выдержать его, милорд и миледи».

Санни и Нефис растерянно смотрели на девушку-подростка. Разве она не говорила, что шторм времени – это блуждающая масса хаотичного времени, достаточно дикая и искажённая, чтобы быть абсолютно смертоносной? Третий Дом был гораздо крупнее и бесконечно прочнее их маленького кеча, но тем не менее был полностью уничтожен.

Как, чёрт возьми, они должны были выжить в подобной ситуации?

Молодая жрица покачала головой.

«Всё… всё не так плохо, как кажется. В конце концов, я Трансцендент. Нам, последователям Ткача, на пути вверх по течению пришлось пройти через бурный регион, откуда эти штормы берут начало, так что мы знаем кое-что о том, как их пережить».

Её голос звучал уверенно, но взгляд был лишён этой убеждённости. Заметив их сомнение, Ананке вздохнула.

«Я… достаточно уверена, что смогу удержать этот маленький кеч от разрыва на части. На самом деле нам повезло, что наше судно не слишком большое. Однако…»

Она взглянула на стену тьмы, которая за те несколько минут, что они разговаривали, стала ещё ближе, и мрачно добавила:

«Очень важно, чтобы никто из нас не коснулся воды и не отделился от кеча. Этот штормовой фронт, который мы видим, – лишь следствие настоящего бедствия. Настоящий ужас скрывается под волнами, на глубине – никто не сможет выжить, если его утянет за собой бушующее течение разорванного времени. Если вы упадёте в реку, то уже никогда не вернётесь обратно».

Санни помрачнел. Его надежда спасти ситуацию, превратившись в речного змея, только что рухнула. Теперь ему оставалось только довериться Ананке, чтобы она помогла им пережить катастрофу.

Не то чтобы он ей не доверял… но…

Санни вдруг вспомнил, как он путешествовал по тёмному морю Забытого Берега на плече шагающего колосса. Тогда тоже был шторм… и ужасное существо, скрывавшееся в нём.

Выражение его лица изменилось.

«…Надеюсь, в этой стене тьмы не прячутся древние мерзости?»

Ананке удивлённо уставилась на него, а затем с улыбкой покачала головой.

«Нет, милорд. Даже Осквернённые не смогут пережить сломанное время. Они избегают этих штормов так же, как и мы».

Санни вздохнул и с мрачным лицом посмотрел вперёд. Через некоторое время он унылым голосом спросил:

«Значит, нам следует приготовиться к нелёгкой поездке?»

Молодая жрица кивнула.

«Да. Милорд мудр…»

Он даже не был в настроении праздновать очередную похвалу. Покачав головой, Санни начал разминать тело, а затем замер, осознав бессмысленность своих действий.

Они не готовились к битве. Острые мечи и прочная броня не помогут им пережить шторм, как и их боевые навыки.

Вздохнув, он снова спросил:

«Что именно нам нужно делать?»

Не теряя времени, Ананке объяснила им, как помочь ей подготовить кеч к шторму. Она старалась говорить спокойно, но в её голосе слышались нотки срочности.

Приготовления не заняли много времени. Они опустили паруса, а затем аккуратно сложили их. Как оказалось, обе мачты кеча тоже можно было снять. После их демонтажа всё было убрано под палубу деревянного судна или надёжно закреплено на месте.

Через десять минут не осталось ничего, что можно было бы легко порвать или сломать ветром. Из парусника кеч превратился в простое и бесформенное судно, на вид слишком маленькое, чтобы пережить страшный шторм, но в то же время достаточно прочное, чтобы выглядеть так, будто оно, возможно, могло это сделать.

Они втроём стояли на пустой палубе и смотрели на север.

Стена тьмы приближалась.