Текст книги "Гробница Ариэля (СИ)"

Автор книги: Guiltythree

сообщить о нарушении

Текущая страница: 78 (всего у книги 101 страниц)

Глава 1512
Беспредел и хаос

Где-то далеко Мордрет находился в похожей ситуации. Разумеется, он не обладал физической силой, скоростью и стойкостью Меняющей Звезды из клана Бессмертного Пламени… однако у него был свой собственный арсенал трюков.

«Интересно…»

Он сбежал в ту часть города, где мостовая была проломлена каким-то титаническим ударом. Мелкая вода покрывала потрескавшиеся булыжники, из которых, словно острова, поднимались разрушенные здания. Сумеречное небо отражалось в воде, превращая её в прекрасную картину мягких цветов.

Мордрет использовал отражения, чтобы опережать своих преследователей.

Бесчисленные человеческие фигуры окружали его, их оружие жаждало его крови.

«Если я попытаюсь овладеть одним из них, что произойдёт?»

Обычно ему приходилось ставить на кон свою жизнь против души жертвы, имея в распоряжении лишь отражённую силу. Но у этих воинов не было душ – их давно уничтожил Похититель Душ… этот самозванец. Итак, неужели Мордрету придётся сражаться с душой Осквернённого Святого? Или с отражением души погибшей жертвы? Чью силу он сможет скопировать?

Ему было одновременно и любопытно, и неохота это выяснять.

«По крайней мере, не сейчас».

Уклонившись от стремительного удара мечом, Мордрет пронзил горло нападавшего, уклонился от другого удара и отпрыгнул назад. На его лице появилась едва заметная хмурость.

«Неудобно…»

Хуже всего в убийстве этих пустых сосудов было то, что они были всего лишь сосудами. В телах захваченных воинов не было душ, а значит, он не становился сильнее от их убийства. В противном случае Мордрет смог бы постепенно восстановить своё ядро Монстра… а может, и ядро Демона, если бы ему повезло, и он был усерден.

С их помощью он мог бы создать одно или два новых Отражения. Однако без них всё было очень сложно.

Вместо всего этого он бы предпочёл убивать настоящих людей.

«Что там любит говорить Санлесс?»

Он бесстрастно зарезал девушку в архаичном одеянии и вздохнул.

«Чёрт побери?»

Кольцо врагов вокруг него становилось всё теснее. Одной рукой он мало что мог против них сделать… Мордрету оставалось только бежать. Ступив в отражённое небо, он появился в нескольких сотнях метров от прежнего места, в центре яростной схватки между сосудами Похитителя Душ и роем Кошмарных Существ, всё ещё верных Повелителю Ужаса.

«Значит, и у самозванца есть предел…»

Почему Похититель Душ не захватил и этих мерзостей?

Мордрет улыбнулся, прикончив громоздкое чудовище. Наконец-то он почувствовал, что его душа становится сильнее.

Было ли это потому, что уничтожать души тех, кого уже забрало Осквернение, было сложнее? Нет, это не так… Мордрет и сам уничтожил немало Кошмарных Существ таким способом. Значит, уничтожать души тех, кто ещё не был Осквернён, было проще.

Почему?

Он внезапно задумался.

«Не говори мне…»

Было ли это потому, что те, кто следует по Пути Вознесения, могли быть заражены Осквернением во время битвы душ, что практически обрекало их на поражение?

Внезапно он потерял всякое любопытство по поводу встречи с Похитителем Душ. Стать Осквернённым? Мордрет не хотел ничего подобного. Разумеется, это противоречило его целям, но основной причиной было то, что самозванец… был довольно жалок.

Конечно, Похититель Душ был силён. Конечно, он достиг такого уровня могущества, который Мордрет с трудом мог постичь. Однако он также был и немного безмозглым.

Ни один из убитых Мордретом воинов не показал и десятой доли его мастерства владения мечом. Исчезли его хитрость, предусмотрительность, решительность… а они были куда ценнее, чем контроль над миллионом неуклюжих марионеток из плоти.

Казалось, что Порча – или, возможно, разделение его души между бесчисленными существами, как людьми, так и мерзостями, – разрушила разум Похитителя Душ, превратив его в сумасшедшего. И даже не в гениального сумасшедшего, а просто в тупого монстра.

Мордрет с удовольствием продолжил бы размышлять о неоспоримой неполноценности своего чудовищного близнеца, но в этот момент его меч не смог пробить панцирь очередного Кошмарного Существа. Он уже убил нескольких, а остальных использовал, чтобы задержать сосуды Похитителя Душ, но этот оказался сильнее, чем он думал.

«Ах…»

Когда острый коготь разорвал его грудь, Мордрет поморщился и сунул руку в воду. Затем он вытащил из неё человеческое тело – тело Пробуждённого воина в цветах клана Валор.

В следующее мгновение глаза Мордрета стали пустыми, а глаза воина загорелись зловещей разумностью. Через мгновение после этого тело Мордрета погрузилось в мелководье, исчезнув из виду.

Облачившись в знакомое тело Сквайра Уоррена и орудуя его Аспектом, он нырнул под тело мерзости и вспорол её незащищённое брюхо.

«Ещё несколько… ещё несколько десятков… и я снова стану Монстром».

Мордрет бросился прочь, пока умирающее Кошмарное Существо не раздавило его своим весом. Ничего страшного, если тело Уоррена будет уничтожено – у него было множество других, некоторые из которых он спрятал от Меняющей Звезды и её когорты. Он мог бы также забрать и тела этих мерзостей…

Но какой в этом смысл?

По мере того, как Мордрет продолжал хладнокровно убивать Осквернённых, выражение его лица становилось всё более мрачным. Что с того, что он убьёт их? Что с того, что он вернёт себе несколько ядер душ?

Ситуация всё равно оставалась… неизбежной. В этот раз он не видел способа выжить, не говоря уже о победе. Даже обычный путь к отступлению был отрезан, так как Похититель Душ вполне мог преследовать и отражения.

«Неужели мы все умрём здесь, в этом богом забытом городе?»

Не слишком ли это было иронично? Даже поэтично. Умереть от собственной руки…

Однако одно обстоятельство поддерживало дух Мордрета. Это была та девушка, Кассия… Песнь Падших.

Она могла одурачить других, но он знал, что слепая ведьма не так проста, как кажется. У такой, как она, несомненно, был какой-то план… иначе она бы не привела сюда своих спутников.

Но, с другой стороны, Похититель Душ прошёл через тот же ритуал, что и Мордрет. Ни того, ни другого было нелегко обнаружить с помощью прорицания… иначе как бы это чудовище избежало взгляда Мучения и восстало против Повелителя Ужаса?

«Ах… я не знаю».

Мордрет толкнул старика в потёртых кожаных доспехах в пасть отвратительного Кошмарного Существа, а затем проткнул этому существу глаз, пока оно пожирало бедного глупца.

Выражение его лица было мрачным.

«На этом этапе нам понадобится чудо, чтобы выкарабкаться».

Но когда вообще этот мир был щедр на чудеса? Если случалось что-то действительно удивительное… это всегда было проклятьем.

* * *

На некотором расстоянии от него Кэсси бежала к проломленным стенам Сумерек. Здесь было больше Кошмарных Существ, сражающихся с сосудами Похитителя Душ, а значит, больше хаоса и беспорядка.

Используя этот хаос, Кэсси продолжала бороться за свою жизнь. Из глубокой раны на её шее текла кровь. Прижимая к ней руку, она двигалась сквозь жуткое нагромождение человеческих и чудовищных тел, каким-то образом избегая мечей, когтей и клыков.

Иногда её отделяла от смерти лишь доля секунды, но каждый раз этой доли секунды оказывалось достаточно, чтобы спасти её.

Её лицо было бледным и мрачным.

На её груди лежал железный медальон, мокрый от крови.

«Сколько времени у меня осталось?»

Она не знала точного ответа.

* * *

Вдалеке дворец Змеиного Короля дрожал, разваливаясь на части. Там, в руинах тронного зала…

Санни обвил Повелителя Ужаса своим гигантским змеиным телом, пытаясь раздробить его кости. Его клыки царапали непроницаемую полуночную чешую, оставляя на ней глубокие борозды.

«Сдохни! Сдохни, червяк!»

Потеряв всякий рассудок, он мог думать только о том, как разорвать омерзительного дракона на части.

…Однако убить Осквернённого Святого было не так-то просто.

Глава 1513
Яростная тень

Санни перевоплотился в образ Змеиного Короля. Однако он не был так силён, как Даэрон. Его ониксовое тело было гигантским по сравнению с человеческим, но всё же гораздо меньше, чем у Лазурного Змея.

Более того, он не обладал силой Великого Зверя. Санни был всего лишь Вознесённым, и хотя тени, которые он использовал для создания ониксового змея, были более мощными и древними, чем он сам, эссенция, которая их проявила, принадлежала Мастеру.

На этот раз его оболочку дополняли шесть теней, но здесь не было Нефис, чтобы даровать ему благословение своего пламени… и хотя Повелитель Ужаса был слабее Лазурного Змея, он не был усеян ужасными ранами и не был близок к смерти.

Впрочем, для Санни всё это не имело значения.

Охваченный бешенством, он ощущал лишь безумное желание разорвать своего врага на части.

«Убью тебя… я убью тебя…»

Его клыки вдавились в неприступную драконью чешую, оставив глубокие борозды на её тёмной поверхности. Его могучее тело плотно обвило Повелителя Ужаса, сдерживая и сдавливая его.

«Я убью тебя, несмотря ни на что!»

Однако грозный дракон был полон гнева и убийственной воли. Несмотря на то, что его самая страшная сила – тираническая власть голоса – оказалась бесполезной в борьбе с Санни, у него всё ещё было достаточно средств, чтобы уничтожить дерзкого раба.

Яростный рёв потряс тусклый тронный зал.

И в то же время в затуманенном сознании Санни раздался коварный шёпот:

[СТОЛЬКО УСИЛИЙ РАДИ ПОБЕГА… И ВСЁ ЖЕ ТЫ ЗДЕСЬ…]

Санни смутно понял, что Повелитель Ужаса путает его с Безумным Принцем, и удвоил усилия, чтобы разорвать глотку мерзкого червя. Однако в этот момент его враг наконец зашевелился.

Его хвост снова пронёсся по тронному залу, сокрушив бесчисленное множество сосудов Похитителя Душ. В то же время он напряг свои крылья, упираясь ими в гигантское бронированное тело Санни, отчего по поверхности Мантии пошли трещины.

Хуже того, Повелитель Ужаса опустил голову и впился в шею Санни. Его фарфоровые клыки пробили пластины ониксовых доспехов и вонзились в тени, разрывая их на части.

Впрочем, это не имело значения.

Спрятанный глубоко внутри ониксового змея, Санни разразился безумным смехом. Из открытых врат Теневого Фонаря потекли новые тени, залечивая раны, нанесённые его оболочке одиозным драконом.

У него было припрятано ещё много всего, и здесь, в Сумерках, его эссенция была практически безгранична. Если Повелитель Ужаса хотел победить, ему предстояло потрудиться.

«Я выпущу из тебя кровь, выжму досуха…»

Наконец один из его клыков просунулся между двумя чешуйками и вонзился в прочную шкуру. Почувствовав вкус крови… или, может быть, просто представив себе, как он пробует её языком, сделанным из теней… Санни издал торжествующее рычание.

Продолжая терзать шею оболочки, Повелитель Ужаса опрокинул его массивное тело. Спутавшись, дракон и змей покатились по разрушенному полу тронного зала, заставив весь дворец содрогнуться. Мраморные плитки превратились в пыль, а бесчисленные пустые сосуды – в лужицы крови и раздробленных костей.

«…Кай жив?»

Мысль промелькнула в голове Санни и тут же испарилась. Ему было всё равно… он даже не помнил, кто такой Кай. Он чувствовал лишь жажду крови и ярость.

Его змеевидное тело разрывалось под тяжестью Повелителя Ужаса. Его шея была разорвана, а голова была в нескольких мгновениях от того, чтобы отделиться от тела. Несмотря на то, что он устранял повреждения, ненавистный дракон прорывался сквозь тени быстрее, чем Санни успевал их проявлять.

Но…

Но он испробовал вкус драконьей крови.

Санни охватило мрачное ликование.

Его кольца туловища зашевелились, из позвоночника вырос гребень шипов. Теперь его тело напоминало циркулярную пилу, из мест соприкосновения с чешуёй Повелителя Ужаса вылетали тучи искр. Потекло ещё больше крови, приземляясь на разбитый пол подобно каплям серебряного пламени.

Пламя…

Отпустив шею Санни, дракон пронзил его ненавидящим взглядом и раскрыл пасть.

Спрятанный внутри змеиной оболочки, Санни стиснул зубы.

Но из пасти Повелителя Ужаса вырвался не поток пламени… а жуткий, мелодичный, потусторонний звук. Он звучал почти как песня.

…И, охваченное этой душераздирающей песней, гигантское тело ониксового змея разбилось вдребезги. По его поверхности пошли ужасные трещины, тени растворились в туманной дымке.

Оглушительный звуковой удар поднял в воздух ураган каменной пыли, и Санни был отброшен в сторону, его оболочка разорвалась на части. Освободившись от сокрушительных объятий змеиного туловища, Повелитель Ужаса поднялся на ноги, его глаза горели безумной ненавистью. Его взгляд упал на разорванные останки ониксового змея, он стал искать спрятанное внутри человеческое тело.

Однако пока он смотрел, в его голову вонзилась сияющая стрела. Раздался огненный взрыв, отбросив голову дракона в сторону.

Зависнув у треснувшего купола дворца, Кай стиснул зубы и снова натянул тетиву лука.

Повелитель Ужаса раскрыл пасть, желая отдать лучнику ещё одну команду…

Но в этот момент Кай закричал:

«Закрой свой рот, предатель!»

И хотя власть его голоса была недостаточно сильна, чтобы сдержать Осквернённого Святого, челюсти Повелителя Ужаса на мгновение замерли.

Это мгновение было всем, что требовалось Санни.

Две части его разорванного тела, словно змеи, скользнули по раздробленному полу и соединились, почти мгновенно срастаясь вместе. Истерзанная голова поднялась, обнажив клыки, и вонзилась в одно из крыльев дракона.

Там чешуя была гораздо тоньше, и её было легче прокусить.

В тронный зал вливалось всё больше сосудов Похитителя Душ. Они были не так слабы, как предыдущие, – очень немногие из них погибли при падении, а значит, среди них было гораздо больше Пробуждённых и Вознесённых.

Кай выпустил ещё одну стрелу.

Повелитель Ужаса в ярости огляделся по сторонам и издал разъярённый рык.

Затем его крылья взмахнули, подняв ураган.

Этот ублюдок… пытался улететь.

По крайней мере, так думал Санни.

Не желая отпускать врага, он попытался удержать драконье крыло, но это было бесполезно. Его отбросило в сторону, и он тяжело рухнул на пол. Стены тронного зала разваливались, не в силах выдержать схватку двух гигантских зверей.

Вскоре весь дворец должен был рухнуть.

Окружённый ураганным ветром и пылью, Повелитель Ужаса поднимался в воздух. Он уже добрался до разрушенного купола, готовый пробить его и обрушить целиком.

Санни в ярости поднял голову.

«Нет, нет, нет! Тебе не сбежать!»

Скрутив своё массивное тело, как пружину, он подбросил себя в воздух. Его прыжок вызвал ударную волну, от которой задрожали стены тронного зала и затрясся дворец.

Его голова столкнулась с Повелителем Ужаса, в результате чего дракон пробил остатки купола. Но затем гравитация потянула его вниз.

Санни взвыл от ярости.

И, отвечая на его гнев…

Его теневое тело растеклось, меняя форму. Из его спины вырвались гигантские крылья и ударили по воздуху, отправив его в полёт. Гротескная фигура, окутанная тьмой, устремилась вслед за драконом в небо.

Мгновение спустя шесть хитиновых ног гигантской, чудовищной бабочки, сотканной из теней, ударили по чешуе Повелителя Ужаса.

Глава 1514
Пылающая ржавчина

Купол дворца Змеиного Короля полностью рухнул, провалившись под собственным весом в колоссальное облако пыли. Из облака поднялись две огромные тёмные фигуры, смутно различимые в яростной схватке.

…Внизу, на улицах города, Нефис пробиралась к рушащемуся дворцу. Она сражалась с потоком людей, сияние её кожи ярко светилось в тусклых сумерках раннего рассвета. Её раскалённый меч превратился в размытое пятно, за которым тянулся багровый шлейф.

Она уже давно потеряла счёт тому, скольких врагов убила, сколько тел разрубила и сколько времени минуло с начала этой кошмарной битвы.

Сколько бы сосудов Похитителя Душ она ни уничтожала, их количество не уменьшалось. Наоборот, оно только росло. Всё больше и больше врагов наплывало со всех сторон, стремясь пронзить её плоть своими мечами, копьями, стрелами, ногтями и зубами. Их сила также росла. Теперь её окружало больше Пробуждённых и Вознесённых.

Их сила была подобна непрерывному граду, смертоносному и непредсказуемому, неустанно атакующему её, становясь всё более опасным с каждым её шагом.

Но вместе с ним росло и нечто другое.

Её воля.

Медленно, но верно… Нефис стряхивала с себя груз сомнений, который в какой-то момент покрыл её сердце, словно ржавчина. Постепенно его вес увеличивался, пока она, сама того не замечая, не оказалась прижата им к земле.

Здесь, в агонии этой чудовищной бойни, не было места сомнениям.

Здесь был только бой. Шаги, выпады и финты. Движения её меча, движения её тела. Размеренная безжалостность её разума, холодная смертоносность её мастерства. Пустые глаза её врагов, опасный блеск их оружия и неизбежные мгновения их смерти.

Это была ясность. Это был суровый мир, где существовали только боль и воля.

Её всегда терзала мучительная боль. Боль сжигала всё, оставляя лишь волю.

И воля Неф заключалась в том…

Чтобы убить их всех.

Она пронзала своим мечом бесчисленное множество людей, стирая их с лица земли. Их тела распадались под её клинком, образуя жуткую тропу. Там, где она проходила, текла река крови, прокладывая путь.

…В этой реке текла и её кровь.

Нефис двигалась с ужасающей скоростью и леденящей душу точностью, разрывая плоть своих врагов, словно сияющая, безупречная, смертоносная машина. Безжизненные трупы падали к её ногам – мужчины и женщины, молодые и старики. Все они были изрезаны и изуродованы, их тела зияли ужасными ранами.

Но и она не осталась невредимой.

В этот момент один из Пробуждённых использовал странную Аспектную Способность и преодолел стальную стену её защиты. Его тесак вонзился в её плечо, пробив кольчугу. Броня выдержала, и кости тоже.

Но удар замедлил её движение, позволив Вознесённому воину вонзить копьё ей в спину.

Кольчуга порвалась. Белая туника под ней была проколота. Остриё копья вонзилось в её плоть.

Зарычав, Нефис ударом ноги отправила Пробуждённого в полёт и крутанулась – её меч разрубил древко копья и голову Вознесённого. Окровавленный наконечник копья рассыпался дождём искр, а сияние, заливавшее кожу Нефис, немного потускнело.

Вместо крови из раны на её спине потекло белое пламя, затягивая разорванные мышцы и повреждённую кожу.

Мгновение спустя рана исчезла. Осталась лишь боль.

Нефис стиснула зубы, в её глазах горело то же самое пламя.

«Подходите, вы все!»

Она бросилась в разъярённую толпу, призывая огонь своей души.

Вскоре ураган испепеляющего пламени пронёсся по реке людей, пожирая всех, кто не мог ему противостоять. А тех, кто мог, разрубал дух света, танцующий посреди ослепительного инферно – её меч был беспощаден и безудержен.

Далёкий дворец приближался.

Нефис выпустила пламя, чтобы сжечь своих врагов, но она не могла постоянно поддерживать его вокруг себя. Её запасы эссенции, какими бы глубокими они ни были, иссякали слишком быстро. В конце концов она прекратила контролировать пламя, оставив позади себя горящую улицу.

Голодный огонь распространялся, пожирая разрушенные здания.

Бесконечный, неумолимый штурм сосудов с пустыми глазами продолжался, ни на секунду не прекращаясь.

Всё больше и больше врагов прорывались сквозь её защиту, оставляя на её теле ужасные следы.

Её кости были сломаны. Её плоть была изрезана. Её кольчуга покрылась царапинами и дырами… пока не рассыпалась полностью, исчезнув в вихре искр и оставив лишь изодранную тунику, прикрывающую её сияющее тело.

Острый меч вонзился ей в грудь, пронзив сердце.

Нефис слегка покачнулась и уставилась на мужчину, державшего меч, в её глазах полыхало белое инферно.

Затем она протянула руку и схватила его за горло, сжимая его в испепеляющей хватке.

Меч выскользнул из её груди, сопровождаемый порывом пламени.

В то же время на её плечо опустился боевой топор, глубоко войдя внутрь, а в голову ударил клюв боевого молота.

Но из смертельных ран не лилась кровь. Только огонь.

Нефис двигалась, разрубая тела всех вокруг себя. Она не упала, не пошатнулась. Она даже не замедлила шаг.

Более того, казалось, что она стала ещё быстрее, ещё ярче, ещё смертоноснее. Омытые белым пламенем, ужасные раны исчезли в прекрасном сиянии.

Нефис пока что не собиралась умирать.

Нет… возможно, она только начинала…

Потеряв всякую сдержанность и более не заботясь о боли и повреждениях, наносимых её телу, она бросилась на врагов, заставляя их отступать.

«Я…»

Её меч пронзал их тела, оставляя после себя лишь смерть и пепел.

«Покажу вам…»

Страшные удары сыпались на её тело, но все ужасающие повреждения, наносимые ими, смывались белым сиянием.

«Ужас…»

Вокруг неё улицы Сумерек пожирало распространяющееся пламя.

«Бессмертного Пламени».

Нефис была похожа на неугасающее, ненасытное чудовище пламени, принявшее облик стройной девушки. Теперь, когда она отбросила сомнения и страх, истинный ужас её Аспекта наконец-то раскрылся.

Как бы враги ни рубили и ни пронзали её сияющее тело, ничто не могло сбить её с ног. Однако её собственный меч был подобен раскалённому предзнаменованию разрушения и гибели, неизбежному и неотвратимому, разрубающему всё, что вставало на его пути.

Бесчисленные жизни плавились перед её безжалостным клинком.

Её разум был подобен белой пустоте. Боль стала волей. Мысль стала пламенем.

Сомнения стали пеплом.

Нефис прокладывала путь из крови и обгоревших тел сквозь поток людей, отказываясь падать. Да и с чего бы? Эти мечи, эти копья, эти стрелы, эти когти и зубы… она выдержит их все. Использование Дремлющей Способности не уменьшало её эссенцию, так что она продолжит убивать, калечить и сжигать до тех пор, пока Похититель Душ не явится лично, чтобы положить ей конец.

Пока существует огонь, она будет гореть. Она будет терпеть его мучительное благословение. Она будет упорствовать.

Столько, сколько сможет.

Конечно, даже неугасающее не было неуязвимым. Никто не был неуязвимым. В конце концов Нефис совершит роковую ошибку. Усталость и умственное напряжение будут накапливаться, истощая её силы. Затем её поймают и прижмут к земле или уничтожат совсем.

Но пока этого не произошло…

Она будет продолжать гореть.

Ярко гореть в тусклых сумерках вечного рассвета.