Текст книги "Гробница Ариэля (СИ)"

Автор книги: Guiltythree

сообщить о нарушении

Текущая страница: 84 (всего у книги 101 страниц)

Глава 1530
Благословение несчастья

Санни было неспокойно.

Кэсси выжила, и это принесло ему неописуемую радость. Он был бы… сломлен, если бы она погибла в Сумерках. Нефис тоже никогда бы не простила себя за то, что стала причиной смерти лучшей подруги.

Не говоря уже о том, что Эффи и Джет тоже погибли бы, что сделало бы эту душераздирающую трагедию просто невыносимой.

Поэтому то, что Кэсси выжила, было просто замечательно.

Но как она выжила?

Он не знал.

Для неё было практически невозможно случайно добраться до края города. Это означало, что она пробивалась туда специально.

А значит, она знала, что произойдёт.

…Что тоже было невозможно.

И даже не потому, что Кэсси поделилась бы с ними столь ценной информацией, позволив когорте разработать лучший план, а просто потому, что она была не способна воспринимать прошлое и будущее в Гробнице Ариэля. Она сама говорила им об этом – с тех пор как Кэсси попала в Кошмар, в её видениях была только тьма.

Именно это спасло её от участи сивилл, которые были Осквернены видениями Устья. Здесь, в Гробнице Ариэля, Кэсси была слепа к будущему и прошлому. Это было её спасением.

Она не могла знать, что произойдёт в Сумерках. Иначе она была бы Осквернена. Но она не была Осквернена. Санни знал это, потому что мог видеть душу Кэсси, и потому что она всё ещё была носителем Заклятия Кошмара.

И всё же она должна была каким-то образом знать.

Это не имело никакого смысла.

Сбитый с толку, он даже вспомнил жуткую и бессмысленную мысль, которая пришла ему в голову после того, как они сбежали с Острова Алетейи. Что Кэсси могла помнить предыдущие циклы Великой Реки, как и Безумный Принц.

Что делало бы её Мучением.

Но она не могла быть Мучением по той же причине – если бы она была ею, Санни смог бы увидеть тьму Порчи в её душе и отсутствие у неё Заклятия.

Странное несоответствие с каждым днём все больше и больше грызло его.

Единственным разумным объяснением было то, что судьба разыграла их. Было почти невозможно, чтобы Кэсси оказалась у ворот Сумерек, когда произошёл взрыв, – но только почти. Должно быть, ей невероятно повезло.

Санни было не привыкать видеть невероятные события. Вся его жизнь была полна ими благодаря Атрибуту [Судьбоносный]. На этот раз им, должно быть, улыбнулась удача. Другого разумного способа объяснить произошедшее не было.

И всё же, всё же…

Ему было неспокойно, его терзали сомнения.

Дошло до того, что Санни с трудом удавалось сосредоточиться на плетении. Он то и дело украдкой глядел на Кэсси, когда она была поблизости, а потом ему становилось стыдно за то, что он сомневается в своей спутнице.

Не говоря уже о том, что пытаться тайно шпионить за слепой девушкой было совершенно бесполезно – ведь она могла наблюдать за миром его глазами и знать, что он смотрит на неё.

В любом случае Кэсси казалась совершенно нормальной. Ну… насколько можно было применить к ней слово «нормальная». В основном она была тихой, но не тревожной. Обычно она держалась особняком, но не настолько, чтобы специально избегать других. Обычно она управляла Разрушителем Цепей, а затем спускалась под палубу, чтобы отдохнуть, в то время как Нефис сменяла её у рулевых вёсел.

Когда на них нападали, она участвовала в сражениях, поддерживая когорту сзади и выходя вперёд, если в этом была необходимость. Когда всё успокаивалось, она отдыхала и занималась своими обычными обязанностями по обслуживанию корабля.

Конечно, Санни не знал, чем она занимается, когда за ней никто не наблюдает. Да и как он мог?

Ну, вообще-то… он мог.

Шпионить за слепой провидицей было нелегко, учитывая, что она могла видеть глазами потенциального шпиона и знала каждый его шаг. Однако, насколько Санни было известно, Кэсси могла использовать свою Вознесённую Способность на членах когорты, но не могла делать то же самое с его тенями.

Если она хотела, то могла смотреть его глазами, но не могла видеть то, что он видел через тени.

Поэтому, если бы он захотел, он мог бы послать одну из теней понаблюдать за слепой девушкой на случай, если с ней происходит что-то странное.

Однако он не был уверен, что это целесообразно.

Санни был очень своеобразен в вопросах доверия. Ему потребовалось много времени, чтобы обрести способность доверять другим, поэтому он очень дорожил этим чувством. Доверие и ответное доверие – вещи неосязаемые, но ценные.

Поэтому, даже если отправка тени для наблюдения за Кэсси не принесёт слепой девушке никакого вреда, он нарушит её доверие. Их отношения были сложными и запутанными, и они многое пережили вместе, чтобы восстановить их. Он не хотел ставить эти отношения под угрозу…

Но Грех Утешения продолжал нашёптывать ему на ухо, раздувая пламя паранойи. На самом же деле призрак меча не шептал, а невероятно громко высказывал свои коварные обвинения – особенно когда рядом находилась Кэсси.

Она никак не реагировала, из-за чего создавалось впечатление, что она не слышит одиозного призрака.

…Или мастерски делала вид, что не слышит.

«Просто подумай об этом рационально».

Санни было трудно сохранять беспристрастность, когда дело касалось Кэсси, но в этот раз он должен был попытаться.

«Мы зашли так далеко только благодаря Кэсси. Но если исключить из уравнения нашу дружбу… она действительно вела себя странно. И в её действиях есть определённые моменты, которые могут показаться подозрительными, если их оценит посторонний человек».

Это не означало, что они действительно были подозрительными… просто они могли таковыми быть.

Опустив все шесть рук, которые сплетали нити теневой эссенции, Санни нахмурился.

«В конце концов всё сводится к простому вопросу. Хочу ли я быть вежливым или хочу быть в безопасности?»

С этой точки зрения его дилемма имела однозначное решение.

Лучше перестраховаться, чем потом жалеть.

Покачав головой, Санни тайно отправил одну из своих теней присмотреть за Кэсси. Он был почти полностью уверен, что не обнаружит ничего особенного.

Но, по крайней мере, та часть его души, которая была беспокойной и тревожной, была успокоена этой мерой предосторожности, и он мог с лёгким сердцем вернуться к своим делам.

Он продолжил плести.

Глава 1531
Цвета неба

Успокоившись, Санни смог вернуться к плетению. Благодаря Короне Сумерек ему не приходилось беспокоиться о том, что его эссенция закончится, и он создавал нити всё быстрее и быстрее.

Должно быть, вид того, как он сидит в одиночестве, шевеля двумя парами теневых рук в дополнение к своей собственной паре, был крайне странным – особенно потому, что его спутники не могли разглядеть теневые нити, намотанные на его многочисленные пальцы. Но они уже давно привыкли к странным поступкам Санни, которые он время от времени совершал, поэтому его в основном оставляли в покое.

Разрушитель Цепей плыл в сумерках, медленно оставляя позади воды бесконечного рассвета.

В то же время Санни наблюдал за Кэсси.

Слепая девушка не делала ничего подозрительного, и это успокаивало его опасения. Несмотря на ядовитые обвинения, которые Грех Утешения постоянно вдалбливал ему в уши, она была совершенно нормальной. Половину дня Кэсси проводила за управлением летающим кораблём, затем занималась обычными делами или отдыхала в своей каюте.

В общении с другими членами когорты она сохраняла спокойствие и дружелюбие, хотя и держалась несколько отстранённо. В какой-то момент Кэсси стала довольно неразговорчивой, но это не означало, что она была замкнутой и не принимала участия в разговорах. Просто большую часть времени она предпочитала молча слушать, высказывая своё мнение только в случае необходимости.

Когда Кэсси оставалась одна, она сохраняла спокойствие и собранность. В мирные дни ей нечем было заняться, но она редко бездельничала. Незаметно для всех слепая девушка взяла на себя обязанность поддерживать корабль в первозданном состоянии. С опозданием к ней присоединились другие, разделяя с ней бытовую работу и мелкие поручения, одновременно болтая и шутя.

Атмосфера на вымытых палубах Разрушителя Цепей была гармоничной и спокойной.

Кэсси оставалась одна только тогда, когда уходила в свою каюту спать. Санни чувствовал себя более чем неудобно – даже ощущал вину – когда отправлял свою тень шпионить за слепой девушкой. Конечно, при необходимости он старался отводить взгляд, чтобы не увидеть ничего неподобающего. Но всё равно ситуация была странной.

К счастью, Кэсси не делала ничего, что могло бы подтвердить обвинения Греха Утешения. Санни смог обнаружить лишь то, что у неё с некоторых пор появилась привычка вести дневник.

Когда они покидали Падшую Благодать, слепая девушка прихватила с собой дневник в кожаном переплёте и теперь перед сном старательно делала на его страницах короткие записи. Впрочем, Санни не очень-то хотелось читать то, что она писала. Да он и не смог бы прочесть дневник, даже если бы захотел, – не потому, что Кэсси сделала что-то, затрудняющее доступ к нему, а просто потому, что она писала шрифтом Брайля[28].

Кроме книги в кожаном переплёте, она взяла с собой специальную дощечку с прорезями. Дощечка, вероятно, специально изготовленная для неё ремесленником из Падшей Благодати, состояла из двух частей, соединённых шарниром. Открыв дощечку, Кэсси могла положить внутрь лист бумаги, а затем проделать в нём отверстия стилусом через имеющиеся прорези.

Из-за того, что Кэсси так умело справлялась со своим Недостатком, иногда было легко забыть, что она слепая. Но она всё же была слепой – Аспектные Способности позволяли ей свести на нет некоторые из наиболее изнурительных сторон её обычного состояния, но слепота никуда не девалась.

Когда Кэсси оставалась одна, она не могла воспользоваться чьим-то зрением, чтобы увидеть страницу. Её способность предчувствовать, что произойдёт через несколько мгновений в будущем, также не могла помочь ей увидеть путь чернил на бумаге. Поэтому в эти уединённые моменты она могла использовать лишь такой способ чтения и письма.

Отделённый от неё несколькими переборками и полом верхней палубы Санни оторвал взгляд от мерцающего магического плетения и посмотрел на прекрасное небо вверху.

Оно было окрашено в миллион ярких цветов, сквозь сияющие облака падали лучи солнца. Листья священного дерева мягко шелестели, постоянно меняя гобелен теней, вычерченных на деревянной поверхности палубы.

Посмотрев вниз, он тихо вздохнул и вернулся к своему занятию.

Медленно проходили дни.

В конце концов они покинули бесконечный рассвет Великой Реки. Небо постепенно светлело, становясь огромным и совершенно голубым. Ночи здесь были длиннее, а вода мягко светилась в абсолютной темноте при отсутствии звёзд.

По мере того как менялась Великая Река, менялись и люди, плывущие по её бесконечно текущей глади.

Кай наконец перестал казаться дезориентированным, смирившись с причудливой и невероятной природой Третьего Кошмара. Он спокойно тренировался и готовился к предстоящей битве, возможно, испытывая угрызения совести за то, что не разделил тяготы, выпавшие на долю его друзей.

Джет практиковалась и экспериментировала со своим туманным клинком, захватывая новые души каждый раз, когда Разрушитель Цепей подвергался нападению. Постепенно она поняла, как использовать своё смертоносное оружие для достижения поистине ужасающих результатов, от которых порой замирали даже её союзники.

Живот Эффи медленно рос. Большую часть времени она проводила, помогая другим членам когорты с поручениями и готовя еду. Охотница оставалась весёлой и внешне беззаботной, но Санни видел, что за этим ярким фасадом скрываются мрачные эмоции. Она беспокоилась о будущем своего ребёнка и переживала из-за того, что не может оказать товарищам весомую поддержку.

Мордрет… был Мордретом. Невозможно было понять, о чём думает или что чувствует этот ублюдок, но, похоже, его вполне устраивала сложившаяся ситуация. Единственное, что его беспокоило, – это нехватка живых существ, которых он мог бы убивать, что мешало ему формировать больше ядер души, создавать Отражения, а затем отправлять их бесчинствовать самостоятельно, тем самым подпитывая их силу.

Кэсси никак не меняла своё обычное, непритязательное поведение. Даже когда Санни внимательно наблюдал за ней, он не мог обнаружить в слепой девушке ничего особенно примечательного. Казалось, она становилась всё более уверенной и энергичной, чем дальше от Сумерек они уходили.

А ещё была Нефис.

Ей потребовалось несколько недель, чтобы оправиться от ужасных мучений своего Недостатка и вернуться к своему обычному состоянию. Её глаза вновь обрели былую живость, а в поведении исчезла бесстрастная безэмоциональность, вызванная тем, что её человечность сгорела в безжалостном пламени.

Санни почувствовал облегчение от того, что Нефис снова стала собой. Но в то же время он был напряжён и встревожен.

Ведь теперь, когда она полностью вернулась, у него больше не было оправданий, чтобы не разговаривать с ней.

Глава 1532
Неизменно

После особенно ожесточённой битвы с роем летающих мерзостей палуба Разрушителя Цепей была залита кровью. Изверг сидел возле груды гротескных трупов и с блеском в глазах пожирал их. Тревожные хрустящие звуки разносились далеко вокруг, заставляя членов когорты бросать на него полные отвращения взгляды.

Но прожорливый огр не обращал на это внимания, продолжая свою жуткую трапезу в полном восторге.

Летающий корабль приземлился на воду и теперь плавно покачивался на волнах. Паруса наполнились ветром, и управляемое твёрдой рукой Неф судно быстро помчалось поперёк течения.

Санни только что закончил осматривать корпус Разрушителя Цепей на предмет повреждений. Если не считать пары неглубоких царапин, всё было в порядке. Он с облегчением подал Кэсси знак, что всё в порядке, и принялся помогать Каю смывать кровь с палубы.

Действия по очистке корабля после боя были уже настолько привычны, что он мог выполнять их с закрытыми глазами и без теней.

В конце концов всё, что требовалось сделать, было сделано. Груда трупов исчезла, поглощённая Извергом. Осколки души были извлечены и очищены. Палуба была вымыта, паруса и мачты проверены.

Члены когорты вернулись к делам, которыми занимались до нападения Кошмарных Существ. Эффи уже начала готовить ужин, и от камбуза доносился восхитительный запах.

Семь солнц опускались к горизонту.

Вместо того чтобы вернуться на своё обычное место и создать теневые руки для продолжения плетения нитей эссенции, Санни некоторое время колебался, а затем направился к корме корабля. Там в руническом круге стояла Нефис, держа в руках рулевые вёсла.

Облокотившись на перила, он призвал Бесконечный Источник и сделал глоток бодрящей воды.

Некоторое время они провели в молчании. Когда-то молчание между ними было комфортным, но теперь оно тяготило Санни. В конце концов он спросил:

«Как думаешь, сколько времени нам понадобится, чтобы добраться до Падшей Благодати?»

Нефис взглянула на небо, а затем пожала плечами.

«Пять недель? Может быть, шесть. Зависит от ветра и препятствий, которые мы встретим на пути».

Он кивнул. В общей сложности их путь от Сумерек до Падшей Благодати должен будет занять два месяца. Это означает, что к тому времени он проведёт в Кошмаре около девяти. То же самое можно сказать и о Нефис, а для Кэсси… для Кэсси это будет около двух лет.

Для Эффи и Джет это будет пять месяцев, а для Кая – два.

«Какой бардак».

Санни даже не был уверен в своём возрасте – особенно по сравнению с другими членами когорты. Ему оставалось ещё по крайней мере несколько месяцев до следующего дня рождения.

Немного поразмыслив над этим, он спросил:

«Как, по-твоему, поживают люди в Падшей Благодати?»

Предполагалось, что жители Падшей Благодати мигрируют вниз по течению после того, как до них дойдёт весть о гибели Осквернённой Сивиллы. Это позволило бы им вернуть молодость, а со временем, возможно, и вырастить новое поколение.

Но поскольку Санни, Нефис и Кэсси не потрудились вернуться и проверить, было неизвестно, что произошло на самом деле.

«Интересно, как там поживает паршивец Кронос…»

Нефис вздохнула.

«Невозможно сказать наверняка. Ведь мы не знаем, сколько времени провели на Острове Алетейи и в водовороте».

Это тоже было правдой. Санни знал лишь то, сколько повторов он пережил после того, как узнал о них, а не сколько смертей потребовалось, чтобы он узнал правду о петле. Кроме того, время вело себя крайне странно в глубинах Великой Реки, когда они путешествовали по водовороту, а затем и в тёмной пустоте за её пределами.

В каком-то смысле единственным членом группы, который нормально пережил каждый день Кошмара от начала до конца, был Мордрет. Но даже он не знал, сколько времени прошло с тех пор, как они вошли в Гробницу Ариэля, – точнее с тех пор, как они начали этот цикл Великой Реки, – потому что в отражённой версии Сумерек, где время было заморожено, отследить его течение было практически невозможно.

Мордрет знал лишь то, что до появления Разрушителя Цепей он очень долго играл в кошки-мышки с Похитителем Душ.

Санни какое-то время молчал, пытаясь подобрать правильные слова. Но они никак не приходили.

Да и какой вообще смысл в словах? Если бы их проблемы можно было решить словами, они бы уже давно их решили. Слова стоили дёшево, а дела говорили громче.

Некоторые проблемы вообще не поддавались решению.

Он поморщился, а затем сказал первое, что пришло ему в голову:

«Интересно… как там поживает…»

«Прости».

Голос Неф прервал его, заставив Санни слегка вздрогнуть. Он удивлённо взглянул на неё.

Нефис смотрела вперёд, на горизонт. Её неподвижное лицо было окрашено светом заходящих солнц. Она секунду молчала, а затем вздохнула и повернулась к нему лицом.

«Мне правда жаль, что я заставила тебя отозвать корону».

Санни ответил не сразу. Он некоторое время молчал, изучая её лицо. Его собственное выражение было нейтральным, не выдавая ни одной из скрывавшихся за ним эмоций.

Вот оно, извинение. Разговор, который он откладывал, прошёл гораздо более гладко, чем он ожидал, и завершился, можно сказать, наилучшим образом.

Но это ничего не решало.

Что с того, что Нефис извинилась? Это не меняло того, что она сделала. Это не меняло и того, что она может сделать в будущем. Они могли бесконечно обсуждать это, высказывая свои причины, чувства, намерения и желания. Но основополагающая истина не изменится, отчего всё остальное теряет смысл.

Возможно, всё было именно так, как говорил Грех Утешения. Единственный способ разрешить эту проблему заключался в том, чтобы Санни… сдался.

Но он не знал, как вообще можно сдаться, да и не хотел этого делать.

В конце концов Санни тоже вздохнул.

Отвернувшись, он кивнул.

«…Да. Мне тоже жаль, что ты так поступила».

При этом он выдавил из себя улыбку.

Его улыбка была неубедительной и немного безрадостной.

«Но слушай, что ещё тебе оставалось делать? По крайней мере, ты помогла мне сохранить лицо. Может, ты и не знала, но я был в нескольких мгновениях от того, чтобы попытаться укусить тебя. Это… было бы очень неловко. Не говоря уже о том, что это было бы плохо для моих зубов».

Санни покачал головой и оттолкнулся от перил.

«Ужин почти готов, так что я лучше пойду. Кэсси скоро сменит тебя. Спускайся, пока еда не остыла».

Он помахал ей рукой и ушёл.

Первое из семи солнц опустилось в Великую Реку, утонув в её непостижимых глубинах. Далеко позади них небо уже темнело.

Разрушитель Цепей продолжал плыть в направлении далёкого заката.

Глава 1533
Сумеречный цветок

Разрушитель Цепей плыл по бескрайним просторам Великой Реки. С каждым днём приближалось время их неизбежного прибытия в Рубеж. Там их ждали Мучение, а также остатки Осквернённой орды. Все они, без сомнения, были страшными и могущественными противниками.

Санни чувствовал, что в его отягощённом сердце поселилась странная меланхолия… что-то, что он не хотел и не мог позволить себе чувствовать. Его мысли должны были быть сосредоточены на подготовке к предстоящей битве. Битве, которая должна была решить, вернутся ли они домой Святыми или будут навеки погребены в жуткой тьме Гробницы Ариэля.

Поэтому он сделал то, что умел лучше всего. Он отбросил свои чувства и принялся за работу.

Пять Воспоминаний ждали своих изменений, и каждое из них обладало уникальным и сложным плетением. Каждое из них отличалось от Короны Рассвета и требовало своего подхода.

С доспехами, которые Эффи и Кай получили за убийство двух Владык Цепи из Города Слоновой Кости, было справиться проще всего. В конце концов, доспехи должны быть прочными, и, возможно, по этой причине плетение этих Воспоминаний тоже было прочным и долговечным.

А может, всё дело в том, от кого они произошли. Как бы то ни было, у Санни было хорошее предчувствие по поводу изменения Воспоминаний, оставленных двумя бессмертными Святыми.

Смертоносная стрела и полезный амулет, полученные Нефис в Сумерках, были гораздо сложнее. К тому же они совершенно не походили друг на друга, что усложняло задачу изучения плетения их зачарований.

Но самым проблемным Воспоминанием оказалось Трансцендентное оружие седьмого уровня, которое Нефис получила за убийство Похитителя Душ. Мало того, что плетение серебряного клинка было бесконечно сложнее, так ещё и Санни пытался сделать то, чего никогда раньше не делал – заменить всего один связующий узел мощного Воспоминания и усилить только одно из его зачарований, оставив остальные нетронутыми.

Более того, плетение изменённого зачарования должно было быть полностью изолировано, чтобы давление его более мощной эссенции не нарушило равновесие всего гобелена.

Сложнейшая головоломка сводила его с ума. Поиск бесчисленных решений для огромного количества проблем всецело забирал его внимание.

И это было хорошо. Санни нравилось сталкиваться с проблемами, которые действительно можно решить. Ему также нравилось не зацикливаться на других вещах, полностью сосредоточившись на одной задаче.

Проходили дни. Дни превращались в недели…

Разрушитель Цепей преодолел бескрайние просторы лазурного неба и наконец вошёл в область Великой Реки, где мир навечно погрузился в багровое сияние заката.

По пути им пришлось сразиться со множеством Кошмарных Существ. Санни был вынужден отказаться от прежней уверенности – да, ничто не смогло победить когорту или тяжело ранить кого-либо из семи Мастеров. Но они не раз оказывались близки к поражению.

Однажды неприступный корпус Разрушителя Цепей был даже пробит. К счастью, в тот момент они летели над поверхностью реки, поэтому корабль не залило водой. Но необходимость спешно залатать повреждённый участок посреди затянувшегося боя заставила всех вспомнить, почему высокомерие – это самый быстрый способ умереть в неумолимом мире Заклятия Кошмара.

Незадолго до окончания второго месяца их путешествия Санни наконец закончил работу над двумя доспехами. Эффи и Кай теперь были под защитой Верховных Воспоминаний, а у Джет была её Реликвия Наследия. Это помогло ему почувствовать себя лучше перед страшной битвой, которая ждала их впереди.

Большая часть подготовительной работы по трём другим изменениям тоже была завершена. В распоряжении Санни было множество нитей эссенции, а также подробные знания о каждом из трёх плетений. Теперь оставалось лишь тщательно продумать свои планы, предусмотреть каждый шаг и попытаться предугадать, что может пойти не так.

Это должно было занять у него некоторое время… но в этот момент Разрушитель Цепей наконец прибыл в Падшую Благодать.

На этот раз прибытие отличалось от прошлого раза.

Тогда ни Санни, ни Нефис не знали, чего ожидать от последнего человеческого города на Великой Реке. Поэтому они были настороже и готовы к битве. Он даже решил принять облик ониксового змея, следя за изящным судном из-под волн.

Теперь всё было иначе. Разрушитель Цепей летел над рекой, а не плыл по воде. На борту было больше людей.

Да и сама Падшая Благодать изменилась. Мало того, что она ощущалась как островок безопасности и покоя в океане смертельной опасности, так ещё и сам город заметно изменился.

Он действительно переместился вниз по течению, позволив горожанам восстановить жизненные силы. Когда Санни и Нефис впервые увидели Падшую Благодать, она была похожа на увядающий белый цветок, плывущий по багровым волнам, купаясь в интенсивном сиянии заходящего солнца. За красотой цветка по-прежнему скрывались признаки упадка, но уже не казалось, что он умирает.

Наоборот, было похоже, что он выздоравливает после болезни.

Многие обветшалые здания ремонтировались. Алые паруса, которые помогали Падшей Благодати держаться на месте, выглядели свежеокрашенными. Острова-корабли соединялись прочными мостами, а на окраинах города возводилось несколько новых – над их недостроенными каркасами трудилось бесчисленное множество людей.

Кроме всего прочего, атмосфера последнего города полностью изменилась. Если раньше она была мрачной и удушливой, то теперь наполнилась бодростью и жизненной силой.

Казалось, что люди, потерявшие надежду, вдруг вновь обрели веру в будущее.

Вид Падшей Благодати в таком состоянии стал для Санни ярким напоминанием. Напоминанием о том, за что они сражаются.

Хотя он уже практически забыл, что они сражались с Осквернением не только для того, чтобы просто выжить, и даже не для того, чтобы покорить Кошмар и стать Святыми.

Они сражались за этих людей. Их поражение означало бы конец Речной Цивилизации, а их победа дала бы народу Падшей Благодати шанс на восстановление и процветание.

Даже если эти мужчины и женщины были всего лишь призраками, созданными Заклятием, их радости и печали имели значение.

Но более того… они были символом подобных городов в мире бодрствования. Элегантные каналы Падшей Благодати ничем не отличались от шумных улиц ОССК.

Забота о том, чтобы они не превратились в пустоту и запустение… было призванием Пробуждённых. Перемены, произошедшие с этим плавучим городом, служили иллюстрацией того, что на самом деле означают победы или неудачи Пробуждённых.

Стоя на палубе Разрушителя Цепей, Санни глубоко вздохнул.

«Мы уничтожим Рубеж и покорим этот Кошмар».

Он пообещал сделать это. Он пообещал сделать это уже трижды. Скоро у него появится шанс выполнить своё обещание.