Текст книги "Гробница Ариэля (СИ)"

Автор книги: Guiltythree

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 101 страниц)

Глава 1280
Красавица и чудовище

Санни тонул в море боли. Его сознание – то немногое, что от него осталось – стало слабым и хрупким, готовым рухнуть в любой момент.

Но оно ещё не рухнуло.

В этом была и хорошая новость. То, что он был способен чувствовать боль, означало, что он ещё жив. А то, что он был жив… означало, что Лазурный Змей мёртв.

Иначе он бы уже прикончил Санни.

«Я… победил…»

Это было небольшим утешением. Боль была настолько невыносимой, что он почти желал смерти. Однако Санни был слишком привязан к жизни, чтобы отбрасывать её – если оставался хоть малейший шанс выжить, он отчаянно цеплялся за него всеми силами. Раньше он сделал бы это просто из вредности… но теперь у него были вещи, которыми он дорожил, и цели, которых он хотел достичь.

Он действительно хотел жить.

«Что… чёрт возьми… происходит?»

Мысли складывались с трудом, но он каким-то образом сумел оценить своё состояние. Непреодолимая боль, потеря всех чувств… он был в шоке. Болевой шок был вызван тем, что его теневое воплощение получило серьёзные повреждения.

Его душа была ужасно изранена.

А это означало… что?

Он не знал. Что он должен был делать? И можно ли было вообще что-либо сделать?

«Аргх… больно…»

На данный момент Санни решил изо всех сил терпеть боль и держать свой разрушающийся разум в узде. Это не было ни легко, ни приятно. Более того, это казалось невозможным… однако он упорствовал. Упорствовал всеми силами.

И вот, после целой вечности мучений, наконец, наступили перемены.

Санни, казалось, вновь обрёл слух.

Первым, что он услышал, был искажённый крик Неф:

«Санни! Не умирай! Пожалуйста!»

Он был странно раздражён.

«Дерьмо… это был приказ, не так ли?»

Она нарушила своё обещание!

Не то чтобы это могло что-то изменить… было бы здорово, если бы Нефис, отдав ему приказ выжить, магически восстановила его тело и залечила раны. Но Санни должен был иметь возможность выполнить команду, чтобы Теневая Связь заставила его действовать – или бездействовать.

Так что, если Нефис вдруг решит приказать ему однажды пойти и принести ей луну, он будет вынужден, самое большее, бесплодно пытаться сделать всё возможное.

…А он и так уже изо всех сил старался выжить!

«Нет, правда, за кого она меня принимает?»

Это именно Нефис впервые назвала его тараканом. В качестве комплимента. Разумеется, он сделает всё, что в его силах, чтобы остаться в живых. Кричать было незачем…

Санни медленно осознал, что его мысли становятся всё более длинными и связными.

«Что-то меняется…»

Постепенно, одно за другим, к нему возвращались органы чувств. Первым вернулся слух, затем ощущение теней, осязание, обоняние, вкус и, наконец, зрение. Но всё находилось в полном беспорядке – зрение было размыто, а другие чувства работали как попало.

Появилась и боль, на этот раз физическая.

«Почему я вообще чувствую физическую боль? Я же сейчас, формально, воплощённая тень…»

Возможно, это была фантомная боль. Несмотря на то, что Санни в данный момент не обладал человеческим телом, его разум всё ещё был человеческим. И когда его разум воспринял ужасающий ущерб, нанесённый его теневому телу, он отреагировал единственным известным ему способом – запаниковал и захлебнулся болью.

«Проклятье…»

Санни заскрипел зубами и с удивлением понял, что вновь обрёл способность скрипеть зубами. Ещё более удивительным было то, что он скрежетал друг о друга именно клыками, а не зубами.

Казалось, что его оболочка каким-то образом удержалась вместе.

Наконец, он пришёл в себя достаточно, чтобы осознать ситуацию.

Бурные воды Великой Реки были залиты мягким сиянием, что свидетельствовало о том, что сейчас всё ещё ночь. Более того, он понял, что с момента его схватки с Лазурным Змеем… с Даэроном Сумеречного Моря прошло меньше минуты.

Он знал это потому, что колоссальный труп свирепого Великого Зверя всё ещё был виден, медленно погружаясь в глубины реки. Пугающий силуэт древнего левиафана становился всё меньше, падая в непостижимые глубины и растворяясь в прекрасном сиянии.

При виде мёртвого врага в душе Санни поднялась сложная смесь эмоций. Тут были и мрачное ликование, и странный намёк на печаль, и уважение, и презрение, и ненависть, и любопытство, и подозрение…

Но было и сильное чувство сожаления.

Ведь Верховный осколок души исчез в глубинах!

Он застонал.

Отведя внимание от тела убитого левиафана, Санни попытался понять, что происходит вокруг.

Он воспринял своё длинное змеевидное тело, изувеченное и жестоко разорванное на части. Он чувствовал себя слабым – это было объяснимо, но он чувствовал себя ещё слабее.

«Пламя души…»

Пламя души исчезло. Теперь его усиливали только пять теней.

Наконец, Санни заметил Нефис.

Её маленькая фигура лежала на нём. Должно быть, она забралась на его огромное тело, когда он безжизненно плавал в воде, парализованный болью и находящийся на грани потери сознания. Обе её ладони были прижаты к разбитым ониксовым чешуйкам, а кожа светилась мягким белым сиянием.

«Ах… она, должно быть, извлекла своё пламя…»

Нефис исцеляла его.

«Но…»

…Внезапно её сияющая фигура взорвалась светом, рассеяв тьму ночи, как настоящая звезда.

Санни почувствовал, как знакомое тепло – теперь гораздо более сильное, чем прежде – потоком хлынуло внутрь него. И, охваченная этим теплом, его разбитая форма начала восстанавливаться.

Он с изумлением почувствовал, как исцеляется его израненная душа. Его полуразрушенное теневое воплощение было восстановлено до первозданного состояния. И, что удивительно, даже его змеиный панцирь снова стал сплетаться воедино. Жуткие раны закрылись, разбитые ониксовые чешуйки склеились.

К тому времени, когда сияние Неф пошло на убыль, Санни был как новенький.

Боль, терзавшая его, отступила, а затем и вовсе исчезла.

Он снова был жив.

Нефис бессильно упала на его широкую спину. Несколько мгновений она оставалась неподвижной, а затем подтянула своё тело вверх и ухватилась за два роговидных шипа, растущих из макушки его головы, там, где заканчивался спинной плавник.

«Точно…»

Лазурный Змей был мёртв, но они всё ещё были далеки от безопасности.

На самом деле им грозила смертельная опасность, гораздо более серьёзная, чем когда Великий Зверь был ещё жив.

Ведь теперь некому было помешать Тёмной Бабочке завоевать тушу Чёрной Черепахи. Хуже того, мерзкая тварь наверняка заметила, как во мраке ночи внезапно зажглась ослепительная звезда. Бабочка в любой момент должна была обрушиться на них.

Итак, настало время для второй части плана.

«Неужели мы и правда добрались до этого момента?»

Пришло время покинуть тёмный остров и сбежать.

«Нам пора, Неф…»

Отозвав Святую, Санни потратил долю секунды, чтобы собраться с силами, пронизывающими огромное пространство его могучего, змеиного тела.

Затем, с Нефис, лежащей на его спине, он опустил голову и нырнул в бесконечно текущие сияющие воды Великой Реки.

Глава 1281
Покидая Темный Остров

Санни нырнул в сияющие глубины Великой Реки. Его змеевидное тело, словно копьё, выточенное из чёрного оникса, рассекало сверкающую воду с потрясающей, ошеломляющей скоростью. Он был создан, чтобы властвовать над морем, и ни один корабль или судно не могли соперничать с ним в глубине.

А вот Великий Монстр…

Несмотря на то, что Тёмная Бабочка была воздушной мерзостью, она показала ужасающую способность с удивительной лёгкостью сражаться с Лазурным Змеем под водой. Нужно было скрыться от её внимания… поэтому Санни поплыл вниз.

У Нефис была Жемчужина Сущности, поэтому он не боялся, что может затянуть её так глубоко, что она утонет. Однако… он боялся глубины.

Было неизвестно, что скрывается на дне Великой Реки. Что за ужасы обитают там? Существует ли там время, и если да, то как оно течёт? Санни не знал, да и не был готов узнать.

План, который они разработали, заключался в том, чтобы погрузиться достаточно глубоко, чтобы не быть замеченными Тёмной Бабочкой, а затем двигаться вниз по течению, постепенно возвращаясь на поверхность. Он не видел причин менять его.

Когда ониксовый змей двинулся вниз, в текущую бездну, с хрупкой человеческой фигурой, держащейся за его рога, тёмный остров медленно исчез вдали. Его зловещий силуэт был поглощён свечением воды, и вскоре вокруг них не осталось ничего, кроме сияющей пустоты.

Санни почувствовал странную меланхолию в сердце и заставил себя напрячься.

Они наконец-то вырвались с панциря Чёрной Черепахи. Это место… дало ему покой и утешение, в которых он так нуждался после катастрофического исхода ужасной и горькой Антарктической Кампании. Какое-то время это было похоже на рай.

Но этот рай оказался мрачным. В конце концов, он превратился в смертельную ловушку – и теперь они оставляли позади и рай, и ловушку.

«Не оглядывайся назад».

Он не стал оборачиваться. Без всякого сомнения, впереди их ждало множество куда более страшных препятствий. И, может быть, в конце концов…

Они смогут найти свой новый рай.

Санни уносил Нефис всё глубже и глубже в Великую Реку. Постепенно сияние воды становилось всё ярче, её течение – всё бурнее, а давление – всё сильнее. Зная, что его змеиный панцирь гораздо прочнее тела Неф, он не решился погружаться глубже.

В любом случае, этого было достаточно… если бы Тёмная Бабочка собиралась преследовать их, она бы уже погрузилась в реку и атаковала.

Его охватило сильное чувство облегчения.

«Слава богам…»

Санни едва выжил в схватке с Великим Зверем, и то в основном благодаря тому, что Лазурный Змей уже был ранен, истощён и близок к смерти. Сражение с Великим Монстром сразу после предыдущей битвы наверняка стало бы для него концом.

Скрутив своё гигантское тело, Санни замедлил погружение, а затем рванул вперёд. Его и без того огромная скорость возросла ещё больше, когда он начал двигаться по течению. До такой степени, что Нефис с трудом удерживалась на его рогах, несмотря на свою Вознесённую силу.

Но с этим ничего нельзя было поделать.

Теперь, когда они сбежали с тёмного острова и от чудовищной бабочки, перед ними стояло другое испытание, преодолеть которое было, пожалуй, ещё сложнее.

Этим испытанием были просторы Великой Реки.

Не было никакого смысла покидать тёмный остров, если впереди их ждала медленная, мучительная смерть. И в воде, и в безбрежном небе обитали жуткие мерзости всех мастей. Без убежища их гибель была практически гарантирована – да, они могли избежать её один раз, два, может, даже десяток…

Но рано или поздно их настигнет усталость, и удача закончится. И тогда Великая Река станет для них могилой.

Поэтому Санни и Нефис поставили перед собой чёткую цель. Они должны были отправиться вниз по течению, как можно дальше в прошлое, и найти древних людей, которые вошли в Гробницу Ариэля тысячи лет назад.

Благодаря оболочке ониксового змея Санни был невероятно быстр. Он мог преодолеть огромное расстояние за короткий промежуток времени, добравшись гораздо дальше, чем тушу Чёрной Черепахи унесло течением за целый месяц.

Проблема заключалась в эссенции.

Существование в качестве теневого воплощения расходовало его эссенцию, а поддержание массивной формы речного змея – и подавно. Он и так уже потратил много эссенции на борьбу с бешеным левиафаном, и хотя пламя Неф в какой-то мере усиливало его душу, резервы не были безграничны.

Несмотря на то, что он был Тираном, его эссенции было недостаточно для выполнения поставленной задачи.

Поэтому Санни пришлось спешить. Он должен был выжать из своей змеевидной формы всю возможную скорость, пока это было возможно.

Если его эссенция иссякнет до того, как они найдут сушу или вообще что-либо, на что можно будет выбраться… им останется только дрейфовать в воде, медленно восстанавливая силы и отчаянно надеясь, что за это время на них никто не нападёт.

Обитатели глубин, стаи мерзких крилей, летающие хищники, охотящиеся на обитающих в реке существ…

Он не думал, что они проживут достаточно долго, чтобы их эссенция успела пополниться.

Молясь, чтобы на горизонте появилось хоть что-то, Санни нёсся сквозь сияющую воду.

Его мощное тело рассекало текущую бездну, оставляя за собой шлейф бушующей турбулентности. Нефис отчаянно цеплялась за его рога, измученная взрывом исцеляющего пламени, который она создала ранее, чтобы спасти его, и мучительной болью, вызванной необходимостью использовать Аспект так долго и с такой интенсивностью.

Как ни странно, Санни оказался в лучшем состоянии, чем она, несмотря на то, что именно он сражался с Лазурным Змеем. Чем дольше они плыли, тем больше он волновался за неё.

…Но он тоже устал.

Его раны, возможно, и зажили, но страшное духовное истощение осталось, подавляя способность сохранять ясную голову и плыть вперёд без всякого отдыха.

Постепенно в его сознание просачивалась холодная вялость.

Борясь с ней, он продолжал плыть вперёд.

Глава 1282
Течения времени

Санни не знал, как далеко они удалились от тёмного острова, но расстояние должно было быть огромным. Его теневая оболочка была не только огромной, но и созданной для того, чтобы двигаться в воде. Учитывая, что он плыл по течению Великой Реки, его и без того огромная скорость увеличилась ещё больше.

Поэтому он решил, что можно смело вернуться на поверхность.

Постепенно поднимаясь, он прорвался сквозь сияющую бездну и наконец поднял голову над сверкающими волнами.

Нефис, все ещё цепляясь за его рога, расслабилась и тяжело вздохнула. Ей было трудно противостоять сопротивлению воды, которая столько времени давила на неё, словно таран.

Чем выше была скорость Санни, тем сильнее было сопротивление. Она уже и так была измотана перенапряжением от использования своей Способности, и выдержать лихорадочную гонку в глубине было нелегко.

Но теперь, когда голова ониксового змея оказалась над водой, Нефис наконец-то смогла немного отдохнуть.

Небо по-прежнему оставалось непроницаемо чёрным. От реки поднималось мягкое сияние, освещая бескрайнюю пустоту её текущих просторов. Вид был таким же сказочным и волшебным, как и в тот день, когда Санни впервые увидел его…

Однако его сердце пронзило отчаяние.

Ведь даже сейчас, оставив тёмный остров далеко позади, он не увидел вокруг ни малейшего намёка на землю.

Старое сомнение закралось в его сознание, высасывая силы из уставшего тела.

«Что, если никакой земли попросту нет… что, если весь этот мир состоит лишь из воды…»

Оскалив клыки, Санни издал тихий рык и напрягся всеми фибрами своей оболочки, чтобы ещё больше ускориться.

Используя ониксовую морду в качестве наконечника копья, а чёрный спинной плавник в качестве острого лезвия, он разрезал светящуюся поверхность Великой Реки. Быстрее, быстрее… он ещё не исчерпал свою эссенцию.

Он испытывал некое чувство восторга, с ужасающей скоростью мчась к горизонту. Скорость, мощь его оболочки, небольшой вес тела Неф, давящий на его чешую, и пустой простор бескрайнего чёрного неба… это почти освобождало.

Но в то же время его сердце замирало от тревоги, страха и ужаса.

И вскоре выяснилось, что он боялся не зря.

Санни ощутил зловещее предчувствие и чуть выше поднял голову над водой. В следующее мгновение его змеиные глаза сузились.

Там, впереди… поверхность Великой Реки кипела и бурлила. Навстречу им стремительно нёсся безбрежный рой крилей, сотни тысяч Испорченных Зверей горели безумным желанием заживо сожрать ониксового змея и его всадницу.

Огромное тело Санни вздрогнуло, но он постарался сохранить спокойствие.

«Это ещё не конец…»

Рой крилей был страшным противником, но весь ужас заключался в том, насколько многочисленной была речная саранча. Голодный легион, мчавшийся к Санни, был самым большим из всех, что он когда-либо видел, настолько, что даже Лазурный Змей не смог бы одолеть его. Однако…

В отличие от древнего левиафана, Санни не был стеснён необходимостью защищать свою добычу, и хотя крили были многочисленны, они не были сильны по отдельности.

Что ещё важнее, они не были слишком быстрыми.

Сделав резкий поворот, Санни взревел и направился на запад, параллельно приближающейся массе мерзостей. Его лихорадочные мысли растворились в простой, звериной потребности обогнать рой. Расстояние между ними сокращалось с пугающей быстротой, но он всё ещё не мог разглядеть край огромного участка бурной воды.

А когда он увидел его, времени уже не оставалось.

«Чёрт побери!»

Через мгновение Нефис встала и призвала меч, а Санни погрузился в массу крилей. Вода вздыбилась вокруг него, создавая барьер… но сквозь него тут же прорвалось несколько мерзостей.

Его челюсти сомкнулись, а Неф взмахнула мечом.

…Несколько мгновений спустя они прорвали стену речной саранчи и вырвались из роя. Санни едва успел достичь края неровного участка воды, и, хотя в самом конце им пришлось пробираться сквозь крилей, перед ними в итоге открылся чистый простор Великой Реки.

Санни плыл изо всех сил, огибая преследующий рой и увеличивая расстояние между скользящей саранчой и своим хвостом.

«Быстрее, быстрее, быстрее…»

Вскоре крили остались далеко позади. Нефис снова упала, дрожащей рукой сжимая свой меч.

…У него оставалось не так уж много эссенции.

Они продолжали двигаться вниз по течению, преодолевая огромное расстояние. Ониксовый змей летел как стрела… нет, гораздо быстрее, чем может лететь любая стрела. Но этого всё равно было недостаточно.

За первым роем последовал второй.

После второго роя на них из глубины набросилась страшная тварь.

Затем их чуть не захвалила и не сожрала гигантская масса гниющих водорослей, из-под колышущихся сорняков которой внезапно показалась дюжина гротескных пастей.

В итоге ужасов было так много, что он не мог их сосчитать. Стаи хищных птиц, в иссушенной плоти которых, казалось, росли жемчужины, невидимые существа, способные мгновенно превращать огромные участки реки в несокрушимый лёд, призрачные огни, горящие в глубине воды и вызывающие неописуемое желание приблизиться к ним…

Но Санни был речным змеем, королём среди зверей. Его длинное тело было быстрым, могучим и крепким. Он был невероятно быстр и прекрасно чувствовал себя в воде. Он обгонял крилей, разрывал гниющие водоросли, нырял в глубину, чтобы избежать хищных птиц, пробивался сквозь лёд, сопротивлялся манящим призрачным огням…

Он сбежал от них всех.

Однако…

Его эссенция иссякала. Её практически не осталось. Он был измотан и находился на пределе своих умственных сил.

А земли так и не было видно.

К тому времени семь солнц медленно показались из-за горизонта, прогоняя непроглядную тьму, а Великая Река перестала светиться…

Он был совершенно измотан.

Это уже даже не было вопросом силы воли. Ему попросту больше нечего было использовать. Его эссенция была полностью исчерпана.

Наконец, отчаяние поглотило его сердце.

Первой рассыпалась теневая оболочка. Могучий ониксовый змей вздрогнул и растворился в тенях, которые тут же были прогнаны бледным светом рассвета.

Следом исчезло его воплощение. Санни стал неосязаемым, а затем был выброшен из объятий теней и вновь обрёл человеческий облик.

Ему было больно. Каждый мускул его тела был словно готов лопнуть, а лёгкие были словно охвачены огнём. Голова была тяжёлой, а конечности слабыми.

Он даже не смог вовремя приспособиться к изменениям, проглотив полный рот воды.

…Ну и ладно. Он всё равно умирал от жажды.

Санни почувствовал, что тонет, и слабо попытался удержаться на плаву. Но даже это оказалось слишком большой нагрузкой.

«Я… утону?»

Через мгновение его обхватила сильная рука, и Нефис прижалась к нему всем телом. Плывя одной свободной рукой, она потянула их обоих вверх.

Вскоре их головы поднялись над поверхностью воды.

Санни на мгновение ослеп от солнечного света и закашлялся, пытаясь протолкнуть воздух в лёгкие.

«Всё… всё кончено… мы не проживём тех нескольких дней, необходимых для восстановления нашей эссенции…»

Пока он пытался придумать что-либо, что могло бы сохранить им жизнь, по телу Неф вдруг пробежала странная дрожь. Поскольку она всё ещё обнимала его сзади, он отчётливо почувствовал это.

«Санни… Санни…»

Он попытался ответить, но внезапно был поражён необычностью своего человеческого тела. Оно казалось чужим и крошечным, совсем не подходящим для такого свирепого змея, как он.

Он забыл, как говорить.

«Вынырни из этого, чёрт возьми».

Санни медленно собрался с мыслями, вспоминая, что значит быть человеком. Затем он пошевелил своим незнакомым языком и хрипло произнёс:

«Что?»

Нефис пошевелилась, разворачивая их обоих лицом вниз по течению. Её голос был таким же хриплым, как и его:

«Там!»

Он нахмурился, проследив взглядом направление, куда указывал её палец, и замер.

Там, на воде, не более чем в ста метрах от них…

На волнах покачивалась небольшая лодка со спущенными парусами.

Она была сделана из красивого тёмного дерева, по её бокам были вырезаны замысловатые узоры. Внутри не было никакого движения, но лодка, казалось, оставалась на месте, странным образом не поддаваясь сильному течению Великой Реки.

Затем их медленно потянуло в её сторону.