Текст книги ""Фантастика 2025-195". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Николай Степанов

Соавторы: Дмитрий Самохин,Ирина Лазаренко,Миф Базаров,Вадим Тарасенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 318 (всего у книги 349 страниц)

Глава 5

Яхта резко накренилась, когда Митя крутанул штурвал, направляя нас к отвесным скалам. Солёные брызги хлестнули мне в лицо, а ветер завывал в ушах, словно предупреждая об опасности.

Да, здесь не было удобного причала, и подниматься пришлось бы с помощью магии земли, но зато мы могли сойти на берег незаметно.

Сейчас шли без парусов, но при этом казалось, что движемся почти бесшумно, лишь тихий гул магического двигателя нарушал тишину. Впрочем, его звук терялся в рокоте волн, разбивающихся о скалы. С берега нас вряд ли кто-то услышит.

Оставалась только одна опасность: что двигатель снова привлечёт морских тварей. Но путь был недолог, и я не переживал. Всё же подходить к скалам на моторе было намного безопаснее, чем на парусах.

Где-то впереди, в горах, снова грохнул взрыв. Отголоски боя доносились даже сюда, и судя по тому, как часто гремели заклинания, сражение шло не на жизнь, а на смерть.

– Интересно, кто там ещё держит оборону? – Сергей прикрыл ладонью глаза от солнца, всматриваясь в даль. – И главное, как долго продержатся?

Я не ответил.

Вместо этого следил за стаей чаек, пронесшейся над нами с пронзительными криками. Их белые крылья, обычно такие чистые, теперь были испачканы сажей и чем-то красным… Возможно, кровью. Они летели не хаотичной толпой, а плотным строем, как перелётные птицы, покидающие холодные края. Только сейчас было не начало зимы, а разгар лета.

Это худший из возможных знаков.

– А вы знали… – намеренно сделал паузу, заставляя всех перевести на меня взгляд. – Что чайки здесь – инвазивный вид? Первые поселенцы привезли их в клетках как напоминание о доме.

Амат хмыкнул, вытирая мокрое от морской воды лицо:

– И что? Птицы как птицы.

– Через два года, – я медленно провёл пальцем по перилам, стирая капли воды, – исчезли все местные крылатые. Чайки вытеснили их. Разоряли гнёзда, убивали птенцов, захватывали лучшие места, – кивнул в сторону берега, где вдали ещё виднелись всполохи магии. – Природа не прощает слабости.

Митя резко повернулся, его глаза сузились:

– То есть ты считаешь, эти белые крысы с крыльями – такие же твари, как те, что жрут наши колонии?

Я лишь пожал плечами.

В этот момент с берега донёсся особенно мощный взрыв. Синяя молния ударила в небо, оставив после себя багровый шрам в атмосфере. Обычно при прорывах местная фауна вела себя предсказуемо: она пряталась, замирала, пережидала опасность. Но когда угроза становилась не временной, а окончательной, начиналось то, что учёные называли «Великим исходом».

Я читал, что, когда на африканском континенте произошёл катастрофический прорыв, сожравший всё живое, первыми улетели птицы. За ними потянулись звери, не в панике, а с какой-то жуткой, почти ритуальной целеустремлённостью. Как будто сама земля шептала им: «Бегите. Здесь больше не будет жизни».

И сейчас чайки улетали точно так же.

– Киря, что ты думаешь обо всём этом? – Сергей выхватил нож и с силой вонзил его в палубу, где он остался дрожать.

Я посмотрел на горизонт. Прорывы стали значительно меньше, чем пару дней назад. Неужели континент так сильно насытился старыми, что уже чисто физически не может принимать их?

Потом взглянул на горы, где за одним из склонов должен был скрываться Новоархангельск. Удары оттуда доносились всё яростнее, складывалось впечатление, что каждый был мощнее предыдущего. Синие молнии сменялись ядовито-зелёными, затем кроваво-красными. Кто-то там, в городе, ещё сопротивлялся.

Но это была уже не оборона.

Это была агония.

– Новоархангельск пал, – прошептал я.

Тишина.

Даже волны будто замерли, не решаясь нарушить тяжесть этих слов. Я чувствовал, как взгляды товарищей – Сергея, Амата, Мити – впиваются в меня.

– Монстры действуют как хищники, перегрызающие сухожилия перед смертельным укусом, – мои пальцы чертили в воздухе невидимую карту. – Сначала отрезают периферию… – рука резко сжалась в кулак, – затем окружают центральные колонии. И когда падёт «Точка»…

Оглядел товарищей. Их лица были напряжены, глаза не отрывались от меня.

– Перед монстрами откроются ворота в «большую землю», – мой голос дрогнул, – и тогда империя снова окажется под вечными набегами.

Ребята ждали, что я скажу дальше.

Что мы будем делать.

Ждали план.

Но в этот момент перед моими глазами всплыли совсем другие картины.

Мама.

Её рыжие волосы, собранные в строгую причёску, тонкие пальцы, перебирающие страницы книги за вечерним чаем. «Кирилл, не сутулься», – её голос, тёплый, но с той самой ноткой упрямства, которую не переспорить.

Тася.

Её смех, звонкий, как колокольчик, когда я подбрасывал сестру в воздух, а она визжала: «Ещё! Ещё!»

Они должны были уехать.

Летом, как только закончу четвёртый курс, мы собирались переезжать в центральную колонию. На новые земли, купленные под производства и склады.

Безопасное место подальше от внешних миров.

Надеюсь, Потап уговорил маму?

Но если она заупрямилась?

Зная её характер…

Тревога подкралась внезапно, как удар в спину.

Ещё несколько часов назад я был уверен, что Новоархангельск, этот неприступный бастион на скалах, высокие стены, магические барьеры, имперские войска… Всё это должно было защитить их.

А теперь…

Теперь там горело небо.

Перед глазами встал жуткий образ: мать, стоящая на ступенях дома с пистолем в руках. Охрана, построившаяся за её спиной. И Тасенька, не захотевшая отпускать маму одну.

Нет!

Я резко встряхнул головой, словно пытаясь стряхнуть наваждение.

– Они в безопасности, – проговорил вслух больше для себя. – Они уже в «Точке».

Но голос предательски дрогнул.

Потому что я знал, что мама могла остаться. Из упрямства. Из чувства долга. «Пестовы не сдаются».

И если так…

– Кирилл, ты как? – Амат коснулся моего плеча.

– Всё в порядке, – автоматически ответил я.

Но червь сомнения уже пожирал изнутри. Каждый новый взрыв на горизонте становился для него пиром: он грыз, скоблил, выедал пустоты там, где раньше была уверенность в том, что семья в безопасности.

– Нужно поскорее добраться до города, – уверенно сказал я.

Судно замедлило ход, подбираясь к скалистому берегу. Каменные исполины нависали над нами словно развалины забытой крепости. Волны яростно бились о подножье, вздымая клубы белой пены, но в этой узкой расщелине вода плескалась почти мирно.

– Готовы? – спросил я, ощущая, как магия земли отзывается в пальцах.

Сергей молча кивнул, проверяя клинок привычным движением. Амат уже сгустил воду вокруг рук, готовый, в случае необходимости, замораживать. Митя отвязывал рюкзак с драгоценным антимагическим веществом.

– Тогда пошли.

Я прижал ладони к холодной скале. Камень дрогнул, оживая под моим прикосновением, и из стены начали вырастать грубые ступени. Они были неровными, шершавыми, но крепкими.

– Вперёд, – прошептал я, делая первый шаг.

Мы начали подъём.

Но едва Амат покинул судно, перестав контролировать его, яхта сразу же коснулась бортом каменного берега, и раздался зловещий треск.

Деревянный корпус, изъеденный рачками-древоточцами, начал разваливаться на глазах. Каждое касание камня откалывало куски обшивки, некогда прочные доски теперь крошились как сухая кора.

Хруст.

Носовая часть с грохотом отломилась и рухнула в воду, подняв фонтан брызг.

Треск.

Борт разошёлся по швам словно карточный домик.

Грохот.

Мачта, лишившись опоры, с душераздирающим скрежетом рухнула за борт, увлекая за собой остатки палубы.

Через десять секунд от нашей яхты остались лишь жалкие обломки, покачивающиеся на волнах.

Мы наблюдали за этим, стоя на узком каменном уступе.

– По одному! – скомандовал я, первым шагая по новым ступеням, возникавшим передо мной.

Но стоило рюкзаку с антимагическим веществом, который мы тащили на верёвке в пяти метрах сзади, приблизиться к ступеням, как они рассыпались в пыль.

– Э-э…! – Амат едва успел перепрыгнуть на следующий выступ, когда прошлый исчез. – Куда вы так несётесь⁈ Дайте тогда мне верёвку с рюкзаком, раз уж я и так замыкающий!

– Не отставай, – лишь буркнул в ответ ему.

Мы карабкались вверх как горные козлы по краю пропасти: один неверный шаг мог стать последним. Хоть я и был уверен в своей работе, но оступиться мог каждый из нас.

Когда мы наконец поднялись, нас встретила прохладная тень древних сосен. Их могучие стволы, толстые как крепостные башни, надёжно скрывали от любопытных глаз.

Где-то вдарил очередной взрыв, ближе, чем прежде. Земля содрогнулась под ногами.

– Двигаемся быстрее, – прошептал я. – Пока не стало слишком поздно. Держимся правее, вдоль берега. Нужно для начала понять, что случилось с бухтой.

Мы пробирались сквозь чащу около получаса, пока лес не начал редеть. Выбравшись на каменистый выступ, замерли. Внизу открывался вид на гавань Новоархангельска.

Точнее, на то, что от неё осталось.

Картина была апокалиптической.

Несколько транспортов, словно игрушечные кораблики, были выброшены на берег. В бухте стояли десятки судов, они сгрудились так плотно, что напоминали кильки в банке. Гавань, рассчитанная на четверть этого количества, вместила в себя всё, что смогло сюда добраться.

Но самым жутким были не корабли, а постройки на побережье. Они не просто сгорели, они были стёрты. Как будто невидимый великан проехался по ним гигантским катком. От причалов остались лишь вдавленные в землю прямоугольники, от складов – груды щебня.

– Какие твари так умеют? – прошептал Сергей, и его пальцы судорожно сжали эфес сабли.

– Те, что крупнее домов, – мрачно ответил Амат. Его обычно насмешливый в таких ситуациях взгляд стал ледяным.

– Я надеялся, здесь будет гарнизон, – Качалов в отчаянии оглядывал пустую гавань. – Хотя бы несколько высокоуровневых боевых магов.

– Где вообще весь императорский флот? – вдруг задал интересующий всех вопрос Жимин. – И куда делся отец со своими броненосцами?

Митя прикрыл глаза, будто вспоминая что-то важное. Его пальцы нервно постукивали по прикладу пистоля.

Я прервал тягостное молчание:

– Ребята, нам в город. Там идёт бой, значит, люди ещё держатся. Следовательно, портал в «Ярцево» работает.

– А если его уже разрушили? – Амат резко повернулся ко мне, в глазах читалась паника.

– Тогда жди, пока кто-то из императорской семьи не окажется в этих краях, – бросил Митя. – А до тех пор никакой эвакуации.

– Тогда идём, – я резко указал на лес. – Прямиком, через скалы.

Сергей хотел возразить:

– Не легче ли по дороге… – но замолчал, ещё раз окинув взглядом руины.

Дорог больше не существовало, как и гавани в Новоархангельске.

– Ты прав, Киря. Идём прямиком.

Мы двинулись сквозь чащу, словно стая кабанов, ломая ветки и не оглядываясь. Где-то впереди, за деревьями, снова грохнул взрыв, и небо на мгновение стало фиолетовым.

– Чувствую, за нами следят, – прошептал Амат, замедляя шаг. Его пальцы нервно сжали эфес сабли, взятой из оружейной лавки.

– У меня то же ощущение, – кивнул я, замирая на месте. Лес вокруг внезапно стал слишком тихим, даже ветер перестал шевелить листья.

– Монстроволки, – резко выдохнул Митя, не отрывая взгляда от тени, мелькнувшей между стволов. – Они здесь.

В тот же миг из чащи вырвался первый зверь.

Он появился внезапно, словно серая молния с горящими желтыми глазами. Прыжок был настолько мощным, что я почувствовал магией, как земля дрогнула под когтистыми лапами. Серая шкура, хищный взгляд, клыки, длинные, как кинжалы.

– Рюкзак на дерево! – крикнул я.

И Митя тут же одним взмахом закинул драгоценный груз на высокую ветку.

Волк врезался в нашу группу, но Сергей встретил его огненным шаром прямо в морду. В воздухе запахло горелой шерстью.

БАМ!

Выстрел Мити оглушил всех.

Пуля не просто пробила второго волка, она разорвала его пополам, разбрызгав внутренности по стволам деревьев.

– Что за?!. – я не успел закончить, как третий зверь бросился на меня.

Захотелось тоже попробовать стрельнуть, выхватил пистоль, прицелился – выстрел.

БАМ!

Голова монстра взорвалась словно перезрелый плод. Мозги и осколки костей разлетелись во все стороны.

– Что за чертовщина⁈ – закричал Амат, рубя водяными кнутами четвёртого волка.

Обычные пистоли не стреляют как пушки.

Две вещи могли усилить выстрел: особые макры или руны.

Но я сам заряжал свой пистоль и внутрь заправил обычный магический кристалл.

Бросив взгляд на ствол, я замер. Руны, которые Митя нанёс на рукоять в Балтийске, слабо светились голубоватым светом. Почти незаметно, но светились.

Засунул пистолет за пояс и взялся за клевец. На его древке тоже виднелись тонкие узоры, сделанные Митей. Когда следующий монстроволк бросился на меня, я вложил в удар немного земляной магии и не пожалел об этом.

ХРУСТ!

Оружие прошло сквозь зверя как сквозь масло, оставив в его боку дыру размером с кулак. Кровь хлынула фонтаном, обдав меня с ног до головы.

Кажется, я всё понял, когда увидел очередное свечение на оружии.

– Ребята! – Сергей резко обернулся.

Из глубины леса доносился нарастающий гул. Топот десятков лап. Рычание, переходящее в вой.

– Мы слишком нашумели! – проревел Амат, отступая к нам спиной. – Пора делать ноги!

– Все окрестные твари теперь здесь, – добавил Митя, быстро потроша убитых волков и тут же раздавая нам макры.

Я огляделся. Между деревьями уже мелькали новые тени: больше, быстрее, злее. Они окружали нас, смыкая кольцо.

– Уходим! – скомандовал я.

Мы рванули прочь, оставляя за собой кровавый след. Но с каждой минутой врагов становилось всё больше.

И самое страшное, что они уже окружали.

Мы шли к городу быстро, стремительно.

Можно сказать, что у нас даже боевой порядок был. Двигались треугольником: Митя впереди с рюкзаком за спиной, мы втроём сзади, прикрывая его спину. Лес вокруг ожил, наполнившись скрежетом когтей и хриплым дыханием преследователей.

Земля перед нашими преследователями постоянно пульсировала, от моей магии. Она то превращалась в зыбучие топи, то застывала, отправляя монстров в каменные ловушки.

– Держите дистанцию, не приближайтесь к Мите! – заорал я, чувствуя, как магия земли рвётся из меня волнами.

Сергей уничтожал тварей огненным смерчем. Его родовой клинок вспыхнул алым заревом, выпустив стену пламени высотой в три человеческих роста. Воздух затрещал от жара, впереди бегущие твари вспыхнули как факелы. Их предсмертные вопли слились в жуткую симфонию.

Амат работал как щит. Его водяные кнуты рассекали воздух с хрустальным звоном, сбивая прорвавшихся сквозь наши заслоны монстров. Один особенно проворный волк сумел подобраться вплотную и тут же превратился в ледяную статую, которую Амат разнёс ударом кулака.

Но врагов было слишком много. И что самое страшное, здесь, в отличие от окрестностей Балтийска, разные виды монстров не конфликтовали между собой, а действовали согласованно.

– Макры на исходе! – сквозь зубы процедил Сергей после получаса непрерывного боя. Его клинок уже не пылал, а лишь тлел тусклым огоньком.

Я тоже чувствовал опасную пустоту внутри, резервы магии таяли на глазах. Ещё несколько заклинаний – и я стану бесполезен.

Твари прекрасно это чувствовали.

Их атаки стали яростнее, организованнее. Монстры бросались уже не поодиночке, а целыми стаями.

– Кирилл! Справа! – крикнул Митя, целясь в очередного зверя.

Выстрел. Пуля попала в волка, но тот даже не обратил внимания на ранение.

В этот момент я окончательно убедился: рисунки, которые Митя нанёс на наше оружие, были уникальны.

Меня осенило. Кажется, Жданов был магом рун! Хотелось прямо сейчас устроить ему допрос, ведь если бы я знал об этом раньше, можно было выстроить совсем другой план, а не продираться наугад сквозь полчища монстров, надеясь лишь на удачу.

Мысль прервалась резкой болью: монстроволк впился мне в плечо. Тёплая кровь брызнула в лицо. Не раздумывая, я выхватил кинжал с таинственными рунами и вонзил его в глаз твари. Череп хрустнул как скорлупа и взорвался, окатив фонтаном крови и мозгов.

Ну точно, Митя маг рун!

Руны. Да, теперь всё сходилось.

Я вспомнил, как Жданов старательно выводил узоры на нашем оружии, как его пальцы двигались с хирургической точностью. Всё это время он скрывал свою истинную силу. Если бы я знал об этом раньше… Но размышления пришлось отложить.

Мы были на грани.

Ноги подкашивались от усталости, магические резервы иссякали, а за спиной была целая орда монстров, жаждущих нашей крови.

И вдруг – просвет.

Лес закончился внезапно, и перед нами открылся крутой каменный склон, уходящий вверх.

Шанс!

Мне не нужно было создавать сложные заклинания, достаточно обрушить камни на преследователей, а это требовало на порядок меньше магической энергии. Ведь один сдвинутый камень вызовет цепную реакцию на склоне.

– Туда! – резко указал я влево, где в скале зиял тёмный провал. Возможно, это был не просто грот, а вход в пещеру.

Мы рванули к спасительной темноте.

Я отходил последним, чувствуя, как крохи магии ещё пульсируют внутри.

Каменный ад начался.

Земля вздрогнула. Склон ожил.

Первая волна – это мелкие камни, град, сбивающий с ног. Волки подскальзывались, падали, но поднимались снова.

Вторая волна – валуны размером с бочку. Они катились, подпрыгивали, размалывая всё на своём пути.

Третья волна – стена камней, сорвавшаяся с вершины. Она накрыла передовые ряды тварей, похоронив под тоннами породы.

Но за ними уже бежали новые.

Целый зверинец уродцев: волки с клыками, торчащими как штыки; гибриды ящериц и скорпионов, цепляющиеся за скалы когтистыми лапами; что-то огромное, покрытое шипами, словно гигантский ёж, катящийся за нами.

Я не давал им шанса. Снова и снова обрушивал склон, засыпая тварей новой порцией камней. Каждый взмах рук отзывался болью в теле: магия была на исходе.

И вот мы ворвались в пещеру.

– Сергей, проверь, не занята ли эта жилплощадь! – прокричал я, продолжая удерживать вход, пока снаружи гремел каменный обвал.

В руках Качалова вспыхнул яркий светляк, озаривший пещеру, а сабля вспыхнула алым светом.

– Всё чисто! – его голос донёсся из глубины буквально через минуту.

Тогда я взмахнул руками в последний раз.

Заклинание земли на пределе сил.

Свод пещеры застонал словно живой. Камни посыпались вниз, вход завалило тоннами породы.

Тишина.

Нет, не совсем.

Сквозь толщу камней всё ещё доносился приглушённый вой сотни глоток, сливающихся в жуткий хор.

На мгновение мы остались в полной темноте, отрезанные от ада снаружи.

Вскоре появился Сергей, его лицо было видно благодаря мерцающему сиянию светляка.

– Чёрт… – Амат тяжело опустился на камень, вытирая пот со лба. – Если бы не этот склон…

– Если бы не Кирилл, – поправил Митя, перезаряжая пистоль.

Я молча подошёл к Жданову, протянул руку.

– Рюкзак.

Митя на секунду замер, потом снял его и протянул мне. Я накинул лямки на плечи, затянул потуже и внезапно со всей силы врезал одногруппнику в челюсть.

Парень рухнул на спину, кровь выступила у него на губах.

– Что ты себе позволяешь⁈ – взревел Сергей.

Он буквально сразу же, даже не думая, швырнул в меня огненный шар, вложив в него все оставшиеся силы.

Я даже не отклонился, зная, что антимагическое вещество сделает своё дело. Огненный шар не долетел до меня и даже не опалил волосы.

– Значит, ты знал? – прорычал я и ударил ошарашенного Сергея локтем в лицо, откинув его назад.

Он упал, но через мгновение уже вскочил, выхватывая саблю.

– А ну стоять! – Амат резко встал между нами. – Кто-нибудь мне объяснит, что, чёрт возьми, здесь происходит⁈

Глава 6

Я тяжело дышал, чувствуя, как кровь стучит в висках.

В пещере повисло напряжённое молчание, нарушаемое только нашим дыханием и каплями воды, падающими где-то в темноте.

– Так давай я тебе его представлю, – наконец сказал я, медленно сделав шаг к Жданову. – Перед тобой младший наследник императорского рода Дмитрий Михайлович Романов. Я всё правильно сказал?

Амат резко повернулся к Мите, его глаза расширились.

– Ты… кто?

Митя молчал, его лицо в сиянии светляка было каменным. Потом он еле заметно кивнул.

– Так всё-таки магия у тебя есть? – спросил Амат, сжимая кулаки.

– Есть, – тихо ответил Митя.

Амат перевёл взгляд на меня, потом снова на него.

– Ну и что? Ну наследник, ну маг рун… Так тем более, зачем ты на него с кулаками полез?

Я рассмеялся. Горько, без радости.

– Потому что он, – я ткнул пальцем в Митю, – чуть не угробил нас.

– В смысле⁈ – Амат вскинул брови.

– В том смысле, что монстроволки, а с ними и другие твари, не просто так гнались за нами.

Амат удивлённо посмотрел на меня, потом на Дмитрия.

– Они охотились на него, – я снова указал на императорского сына. – Твари почуяли, что тут есть кто-то, кто обладает магией рун. И теперь будут преследовать нас везде.

– Ты что, боишься этого? – спросил Амат, скрестив руки и широко улыбнувшись, словно издеваясь надо мной.

– Нет, – я резко выдохнул. – Но зная всё это, можно было выстроить план возвращения совершенно иначе. Минимизировать риски не только для себя, но и для потомка Императора.

Я сделал паузу, глядя прямо в глаза Дмитрию.

– Ведь если он сейчас умрёт… мы все умрём следом. Даже если вернёмся в лоно цивилизации, нас убьют.

– Кто? Зачем? – тут же выпалил Жимин.

– Спецслужбы императора, чтобы мы случайно не сказали лишнего.

Тишина.

– Не знаю, как вы, – добавил я, – но мне ещё надо позаботиться о семье. И о наследии рода.

Дмитрий наконец поднял голову.

– Ты прав, – сказал молодой человек. – Я должен был сказать. Но…

– Но что? – я сделал ещё шаг вперёд, сжимая кулаки.

Сергей Качалов мгновенно оказался между нами, но после моего ледяного взгляда нехотя отступил на шаг.

Митя поднимался с земли, вытирая кровь с разбитой губы. Его движения были медленными, будто каждое причиняло боль.

– Но я не хотел, чтобы вы видели во мне только наследника, только титул, – голос дрогнул, впервые за всё наше знакомство потеряв привычную уверенность.

Амат фыркнул.

– Ну вот, теперь у нас личная драма в разгар апокалипсиса.

Я не отводил взгляда от Мити.

– Временной коллапс произошёл по твоей вине?

– С чего ты взял? – прищурился он.

– Опять врёшь! – мои слова прозвучали как удар хлыста. – Это что, суперспособность всех у власти, постоянно врать даже тем, с кем плывёшь в одной лодке по миру, кишащему монстрами?

– Я не вру, – пробормотал парень, но глаза бегали.

– Ну да, конечно, – я язвительно улыбнулся и процитировал по памяти: – «При открытии дара и переходе на следующую ступень развития маги рун могут вызывать временные аномалии – как ускорение, так и замедление времени».

– Откуда ты всё это знаешь? – спросил Сергей округлив глаза.

– Его предки, – не дожидаясь моего ответа, сказал Митя, – из древнего рода, сотни лет служившего Империи.

– Да, служившего, – я закусил губу, – пока Пётр Великий не сослал нас в колонии, лишив всего.

– Земляной Олег хотел захватить власть! – выпалил Митя.

Я резко рассмеялся.

– Не надо мне пересказывать учебники. Мы оба знаем: там написано то, что должен думать народ. А правду… – я сделал паузу, – правду знают единицы.

В пещере повисло тяжёлое молчание. Даже Амат, обычно такой словоохотливый на подколки, молчал, переваривая услышанное.

Сергей первым нарушил тишину:

– Так что теперь?

Я посмотрел на Дмитрия:

– Теперь ты расскажешь нам всё. С самого начала. Без лжи.

Его глаза метались, но пути к отступлению не было.

– Хорошо, – наконец сказал Митя, тяжело вздохнув.

– И давай без прикрас. Прямо и по существу, – я не отводил взгляда, чувствуя, как гнев медленно сменяется холодной яростью.

Митя нервно облизал губы и начал:

– Как Кирилл сказал, я младший наследник. На семейном совете решили, что после инициации я должен тайно внедриться в управление колониями. Выявить коррумпированных чиновников, мешающих развитию…

– Митя, – я резко перебил его, сжимая кулаки. – Без сказок. Или ты хочешь получить по зубам снова?

Он нахмурился:

– А ты не боишься, что я потом прикажу тебя наказать?

Я рассмеялся:

– Значит, пойду по стопам предка, который тоже открыл глаза Императору. Или ты считаешь, он был неправ?

– Прав, – тихо признал Дмитрий, опустив голову.

– Вот именно. А вместо благодарности получил ссылку.

– Решение уже было принято! Нельзя просто так отменить императорский указ!

– Ну да, конечно, – я язвительно улыбнулся. – Власть никогда не ошибается. Все промахи – дело рук других. Но что интересно, даже после смерти Петра вы не признали ошибку.

Дмитрий открыл рот, чтобы возразить, но я резко прервал его.

– Хватит! Не уходи в сторону. Рассказывай, как оказался здесь.

Он глубоко вздохнул.

– Я приехал в колонии под видом курсанта. Хотел увидеть всё изнутри, понять, почему армия стала неэффективной. Да и прикрытие нужно было для последующей работы в администрации.

– И сколько времени ты планировал на это потратить, прежде чем взять власть? – спросил я.

– Лет пять. Хотел разобраться, почему всё рушится. Отец с братьями говорили, что я неправ, но… – он замолчал, потом добавил, – я хотел понять, чем действительно могу помочь.

Задумался, изучая его лицо. Возможно, этот парень не был таким уж плохим.

Вместо того чтобы сидеть в столице, он приехал в колонии, в самое пекло на внешнее кольцо. Пошёл учиться в военное училище, жил как обычный курсант. А теперь вот: вместо дворцов – пещера, вместо охраны – мы, и монстры на хвосте.

– Ты всё ещё не сказал главного, – я скрестил руки на груди, ощутив, как несколько капель воды с потолка пещеры упали мне за воротник. – Какой именно временной коллапс ты устроил?

Митя пальцем оттянул воротник рубашки от шеи, словно ему стало не хватать воздуха.

– В пещерах, ещё до подземного озера. Когда мы…

– Сколько времени мы потеряли? – я едва сдерживал саркастическую ухмылку.

Какая ирония, допрашивать самого сына Императора в грязной пещере, окружённой монстрами.

– Не знаю точно, – Митя беспомощно развёл руками. – Всё зависит от дара: чем он сильнее, тем больше временной коллапс. У моих братьев и сестёр всё было по-разному. От нескольких часов до… – он замолчал.

– До? – я наклонился вперёд.

– До нескольких недель. В редких случаях.

Я свистнул.

– Судя по тому, что творится вокруг, у тебя проснулся чертовски сильный дар. Похоже, ты мог переплюнуть в этом самого Петра Великого.

Митя молчал, его пальцы непроизвольно сжали край рукава. Во взгляде можно было прочесть что-то между гордостью и ужасом.

– Хорошо, – я кивнул. – Теперь главный вопрос: почему ты скрывал свою магию, когда она могла спасти нас?

Митя поднял голову. Его глаза в тусклом мерцании светляков горели странным блеском.

– Потому что, если бы я использовал силу полностью, – он сделал паузу, – это привлекло бы не только монстров. Это привлекло бы тех, кто охотится за нашим родом. Тех, кто устроил этот хаос в колониях. Я же хочу остаться как можно дольше инкогнито, чтобы выявить как можно больше предателей, которые подрывают власть Императора.

Я замер. В его словах действительно был смысл, но…

– Ты хочешь сказать… – начал я, но Митя резко перебил.

– Да, я предпочёл рисковать вами, чем обречь весь свой план на провал, – в его голосе впервые прозвучала неподдельная боль. – Вы думаете, это было легко?

– Не надо врать и подменять понятия, – я резко поднял руку, останавливая молодого человека. – Это не вопрос долга и не твой страх. Ты сам принял решение рисковать нами. Сам.

Митя сжал кулаки.

– Но я же помогал тебе! Не раз! Я думал, ты понимаешь…

– Ваше Высочество, – я специально сделал акцент на обращении, – когда я вас просил о помощи? Вы сами предлагали её, и я перед этим всегда открывал карты. Вы знали риски и сами решали. А вы… – я сделал паузу, – вы действовали втихаря. Так что не надо всё смешивать.

– И что? Ты бы не согласился помочь? – в голосе Мити прозвучал вызов.

– Согласился бы. И бросился бы первым, как тогда, когда ты падал в пролом, – я посмотрел на Сергея и Амата. – Но мы имели право знать правду. И право самим решать, готовы ли на такой риск.

В пещере повисла тишина. Капли воды звонко стучали по камням.

– Я был неправ, – вдруг сказал Митя. Он выпрямился и поклонился нам. – Простите. И спасибо.

Амат фыркнул, но ничего не сказал. Сергей лишь кивнул, его пальцы всё ещё сжимали эфес сабли.

– Теперь, когда вы знаете, – Митя посмотрел на каждого из нас, – я прошу никому не говорить об услышанном.

Я перевёл взгляд на товарищей. Амат пожал плечами.

– Мне вообще-то нравится жить. Так что мой рот на замке.

– Я служу империи, – сухо сказал Сергей. – Но теперь служу и вам, Ваше Высочество.

Все взгляды устремились на меня.

– Каждый решает сам, – я медленно выдохнул. – Но я сделаю всё, чтобы мы выбрались отсюда. И… буду молчать.

Митя кивнул, и в его взгляде я заметил облегчение.

– А ты, – он вдруг указал на меня, – точно не расскажешь, как отправил в нокаут наследника престола?

Я не смог сдержать ухмылку.

– Нет, не расскажу. Но эта история ещё долго будет греть мне душу.

Сергей вдруг хмыкнул. Его пальцы нервно постукивали по эфесу сабли.

– Значит, всё это время я охранял не просто товарища, а сына Императора? – в голосе Качалова звучала горькая ирония. – Какой сюрприз!

– Ты охранял друга, – тихо, но твёрдо сказал Митя. – И продолжаешь охранять. Разве не так?

– Ладно, – я развёл руками. – Теперь мы знаем. Но это значит, что план нужно менять.

– Какой план? – насторожился Митя.

– Оригинальный был «добраться до портала и свалить». Теперь же… – я усмехнулся, – теперь у нас с собой ходячая мишень для всех монстров в радиусе сотни вёрст. Нам нужно не просто бежать, нам нужно доставить тебя живым хотя бы до телепорта.

Амат громко рассмеялся.

– Отлично! Значит, вместо того чтобы просто спасать свои шкуры, мы теперь ещё и телохранители?

– Если хочешь так это назвать, – пожал плечами я. – Но учти: если он погибнет, то и нам конец. Империя такое не прощает.

Митя хотел что-то сказать, но в этот момент из темноты раздался громкий треск, будто ломались огромные кости.

Все разом обернулись к источнику звука.

Мы не спеша двинулись вглубь пещеры, ощетинившись оружием и оставляя позади не только преследующих нас монстров, но и обиды. Теперь мы были связаны чем-то большим, чем просто выживание – тайной, которая могла изменить судьбу всей империи.