Текст книги ""Фантастика 2025-195". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Николай Степанов

Соавторы: Дмитрий Самохин,Ирина Лазаренко,Миф Базаров,Вадим Тарасенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 327 (всего у книги 349 страниц)

– Все сборы за телепортацию грузов останутся в вашей казне, – продолжил я, подчёркивая каждое слово. – Один вагон заменит как минимум двадцать телег. Значит, вы получите тот же доход при меньшей нагрузке на портал. А значит… экономия магической энергии составит минимум половину.

Губернатор задумчиво постучал пальцами по ручке кресла.

Его взгляд скользнул по моему лицу, затем по бумагам.

– А в политическом плане? – спросил он наконец после затянувшейся паузы.

Я позволил себе лёгкую улыбку.

– Вы станете первым губернатором, внедрившим железные дороги в колониях. Представьте доклад Императору: «Моя „Яковлевка“ увеличила грузопоток в три раза без расширения телепорта».

Глаза Льва Ивановича заблестели.

Он уже видел себя на страницах имперской хроники. Суханов – не просто чиновник, а реформатор.

Губернатор неожиданно рассмеялся.

– Чёрт возьми, Пестов… Ладно. Согласен. Но что ты хочешь взамен?

Мужчина прищурился, словно готовясь услышать условие, которое разорит его.

– Мелочь, – широко улыбнулся я. – Всего лишь позволить мне сделать вас известным, проложив эту железнодорожную ветку. Ну и…

Я сжал большой и указательный пальцы в характерном жесте.

– Самую малость. Чтобы мои грузы и люди, проходящие через ваш портал, не облагались налогами.

Суханов откинулся на спинку кресла, а затем резко махнул рукой:

– Договорились!

– Если позволите, завтра пришлю своих юристов для согласования договора.

Он кивнул.

На прощание пожали друг другу руки. Кисть губернатора была уже тёплой и сильной, а не как у больного человека.

– Павловск, – вдруг сказал я, закрывая портфель. – Там лучшие лечебные источники. Месяц отдыха, и ваша хворь отступит полностью. А эликсиры, поддерживающие вас до лечения, я завтра пришлю.

– Кстати, – сказал он, когда я подходил к двери. – А этот ваш Бадаев… Не родственник ли тем Бадаевым, что служат у графа Воробьева?

Ловушка. Проверяет, нет ли у меня связей с конкурентами.

– Однофамильцы, – я сделал вид, что не заметил подвоха. – Его род происходит от тульских кузнецов. Никаких общих предков с вашими друзьями.

Суханов хмыкнул, но больше вопросов не задавал.

– Хорошо. Тогда до встречи с юристами.

Сергей Бадаев, терпеливо ожидавший снаружи, едва успел сесть в машину, как выпалил:

– Кирилл Павлович, удалось?

– Естественно, – сказал я, – но придётся построить ответвление в столицу.

– Мы будем строить пассажирскую ветку?

– Да, – усмехнулся я, заводя двигатель. – Всего-то пять километров дополнительных путей. Зато Суханов будет считать себя гением транспортной реформы. А гении не любят отступать от решений, которые они принимают «по собственной инициативе».

Я поймал восхищённый взгляд Сергея.

– Политика, мой друг, иногда важнее всего. Запомни это, – сказал я, напоследок бросив взгляд на здание администрации колонии.

* * *

– Чёрт возьми, Сергей, давай ещё раз! – я вытер пот со лба рукавом бедуинского балахона, оставив на ткани тёмный влажный след. Перед нами лежал кривоватый участок рельсов, «шедевр» трёх дней изнурительной работы.

Сергей, сгорбившись, тыкал пальцем в неровный стык.

– Кирилл Павлович, посмотрите-ка. Здесь перепад в добрых три миллиметра. Паровоз, может, и проедет, но через месяц начнётся вибрация…

Я пнул шпалу. Из-под неё посыпались мелкие камешки, как будто конструкция вот-вот рухнет сама по себе.

– Ты хочешь сказать, что мы три дня торчали в этом аду ради брака?

– Ну не совсем брак, – Сергей провёл рукой по сгоревшей на солнце шее. – Просто… не идеал.

Идеал в этом секторе – словно капля воды в пустыне.

Поначалу мне казалось, что в строительстве дороги нет ничего сложного.

Разметил, уложил, скрепил и готово.

Но огненный сектор быстро всё расставил по своим местам.

Днём – жара, ночью – прохлада. Постоянная деформация металла.

Горячий ветер, обжигавший лицо.

А эта проклятая одежда, нечто среднее между балахоном и саваном, вечно цеплялась за каждый выступ.

Мы работали не просто в экстремальных условиях. Мы боролись с самим климатом.

Я зачерпнул горсть раскалённого песка и пропустил его сквозь пальцы.

В голове уже зрел новый план. И он был прост до безобразия.

Дороги строят дорожники, и мне надо найти профессионалов. А то что они тут есть, я не сомневался. Во всех колониях были просто великолепные маги земли, служившие в дорожном департаменте, и, видимо, надо идти туда.

* * *

На следующее утро я уже стоял перед зданием дорожного департамента «Яковлевки».

Это была уродливая каменная коробка, покрытая паутиной трещин. Вывеска облупилась, последняя буква «т» в слове «департамент» упорно висела вверх ногами.

Здесь явно не беспокоились о внешнем виде. Чиновник за конторкой, похожий на перегретого удава, лениво отмахнулся, даже не поднимая глаз от газеты.

– Все специалисты на объектах. Через полгода, может, кто-то освободится…

Я поставил на стол бутылку «Огненного нектара» – местного сорокаградусного пойла, от одного запаха которого опытные пьяницы трезвели.

Бюрократ преобразился мгновенно.

Его пальцы обхватили бутылку с неожиданной ловкостью, словно чиновник давно ждал такого подарка.

– Хотя… – он задумчиво почесал щетину на подбородке. – Есть у меня два упыря. Марсов и Лунев. Один – четвёртый уровень магии земли, второй – третий. Только они… того…

Он выразительно покрутил пальцем у виска, как будто заводил машину.

Мне было плевать, танцуют ли они голышом при луне или разговаривают с кактусами.

Главное – пусть умеют класть рельсы ровно.

– Где искать?

– В «Обожжённом кролике», кабаке у старой обсерватории.

Чиновник недовольно покачал головой.

– Предупреждаю: характер у них не сахар.

– Значит, найду подход, – сказал я, поворачиваясь к выходу. – Благодарю вас за информацию.

Кабак оказался настоящей дырой, где даже мухи предпочитали умирать у входа, не рискуя залетать внутрь.

Нужных мне людей я вычислил сразу.

Арсений Марсов – бывший старший смотритель трактов, мужчина лет сорока пяти, кожа которого напоминала старый пергамент из-за постоянного пребывания на солнце. Волосы выгорели почти добела. Длинные узловатые пальцы нервно двигались по краю кружки, словно он всё ещё работал.

Рядом – Роман Лунев, коренастый как медведь, с густыми бровями, почти сросшимися на переносице. Глаза у него были особенные: словно в них был встроен какой-то измерительный прибор. Он что-то горячо доказывал своему напарнику, стуча кулаком по столу.

– Говорю тебе, Арсений! Если класть насыпь без дренажного слоя, через год вся дорога просядет!

– А ты попробуй объяснить это Суханову, когда он орёт про экономию! – Марсов отхлебнул из кружки и скривился.

Я подошёл к их столу.

– Господа дорожники, вы мне нужны.

Лунев окинул меня взглядом, полным профессионального скепсиса.

– Очередной барин, которому нужно просто проложить пару километров?

– Ну, почти, – улыбнулся я. – В планах больше тысячи. Но начать хочу с шестидесяти. И не с обычной дороги… а с железной.

Они переглянулись.

Марсов медленно поставил кружку на стол:

– Это шутка?

– Нет, – ответил я спокойно. – Это контракт. С оплатой золотом и условиями, которые ваш Суханов просто не оценит.

Лунев хмыкнул:

– Тогда давайте ваши рельсы, барин. Покажем, как строят дороги те, кто потом их не перекладывает.

Я ухмыльнулся.

Кажется, моя команда только что нашла своих профессиональных психов.

Через два часа мы стояли у участка, который я и Сергей уложили своими силами.

Марсов наконец оторвался от чертежей, которые ему дал Бадаев для изучения. Его глаза, похожие на две щели в скале, снова оценивающе оглядели меня, затем Сергея.

– А это участок, который вы вдвоём укладывали? – он фыркнул. – Да вы его уложили так, что рельсы плавают как пьяные матросы на увольнительной!

Я сдержал улыбку.

– Поэтому и нужны специалисты. Берётесь исправить?

– За такие деньги – хоть к Императору в спальню рельсы проложу, – хрипло рассмеялся Марсов.

* * *

Уже на следующий день я наблюдал за работой настоящих профессионалов.

Марсов шёл впереди, его мощные руки с лёгкостью разравнивали раскалённый грунт. Каждый жест был точным, выверенным.

Лунев следовал за ним, тонкие пальцы плясали в воздухе, направляя магию земли, чтобы спекать металл с обсидиановыми шпалами.

– Смотри и учись, барчук, – бросил мне Марсов, не переставая работать. – Рельсы – они как женщины. Любят, когда их гладят, а не бьют молотком по голове.

К вечеру ребята уложили два километра идеально ровной дороги.

Я провёл рукой по стальному полотну: ни единого стыка, ни малейшего перепада.

– Ну как? – Лунев вытирал пот со лба, но в его глазах светилось удовлетворение.

– Как в учебнике для императорских инженеров, – честно признал я.

– Это мы ещё разгоняемся, – хмыкнул Марсов. – К пятому дню будем проходить по шесть километров.

И он не хвастал.

С каждым днём они набирали обороты. На шестой уже было проложено шесть километров за смену.

Темп, при котором вся дорога будет готова раньше срока.

Я понимал, что при такой скорости дорожники закончат всю трассу меньше чем за две недели.

Это была не работа. Это был танец магии и металла.

Поэтому я решил, что могу позволить себе временно отлучиться.

Сегодня утром планировал выехать в соседнюю колонию «Екатеринино», где предстояло проложить вторую часть пути.

Суханов договорился об аудиенции с местным чиновником, и я хотел добраться уже на следующий день.

Но судьба распорядилась иначе.

Перед отъездом заглянул на строительную площадку завода, а затем на участок дороги, над которым сейчас работали Марсов и Лунев с помощниками.

Смена начиналась ещё до восхода солнца, чтобы успеть отработать пять часов до адской полуденной жары. Затем был перерыв на отдых, и к вечеру работа возобновлялась.

Таким образом удавалось выжать на работу девять часов в сутки, это был максимум, на который способны люди в таком климате.

Поговорив с мастерами, я уже собирался уезжать, но вдруг услышал отчаянный крик одного из рабочих.

Из ближайшей трещины в раскалённой земле выползло множество огненных скорпионов размером с крупную собаку, с панцирями, покрытыми потрескавшейся коркой лавы.

Их жала дымились, капая расплавленным ядом, который прожигал камни буквально за секунду.

– К оружию! – заревел Марсов, отбрасывая лопату и хватая кирку.

Я тут же выскочил из машины, даже не заглушив двигатель.

Сапоги вязли в раскалённом металлическом песке, но я уже мчался к месту боя, ощущая знакомый прилив адреналина.

Глава 20

Первая тварь бросилась мне навстречу, её лапы поднимали тучи искрящегося песка.

Я даже не замедлил шаг, просто вскинул руку.

Из земли с хрустом вырвался обсидиановый шип, пронзивший скорпиона насквозь. Он затрепыхался на каменной игле как букашка в коллекции энтомолога.

– Барин, слева! – крикнул кто-то из рабочих.

Метнул взгляд в ту сторону.

Вторая и третья твари попытались атаковать с флангов.

Развернулся, и новые шипы взметнулись из земли, пронзая чудищ с пугающей точностью.

Здесь, в этом огненном адском климате, моя магия земли действовала почти сама по себе. Как будто раскалённая порода только и ждала приказа, чтобы взорваться в ответ.

Группа из пяти скорпионов окружила раненого охранника.

Один из них уже полоснул мужчину жалом по руке. Кровь брызнула, испаряясь ещё до того, как коснулась земли. А человек заорал, опалённый ядом.

Я развернулся, сжал кулак.

Горная порода под ногами охранника поднялась ровным столбом, а под конечностями тварей земля взорвалась веером острых игл.

Затем я мотнул рукой, и мужчина опустился, ощетинившись саблей и пистолем.

– Все ко мне! – рявкнул я, понимая, что растянувшихся вдоль дороги людей – рабочих, грузчиков, охранников, слишком сложно защитить, если они в разных местах. Точнее, защитить-то я могу, но уследить за каждым…

Это уже не просто оборона. Это стратегия.

Люди быстро потянулись ко мне.

Отбивать удары стало намного легче.

Чуть в стороне сражались мои путеукладчики – Арсений Марсов и Роман Лунев. Оба использовали магию земли, но не так, как я.

Они били не шипами, не смертоносными атаками, а возводили на пути тварей преграды, заманивали их в ловушки, а потом добивали здоровенными кирками.

Просто и экономно.

Точно и без лишней магии.

Но в какой-то момент натиск начал ослабевать.

Слишком легко? Слишком быстро?

Как раз в этот момент земля внезапно содрогнулась.

Из трещины в раскалённой почве выползло нечто гораздо большее, чем просто букашка – это был королевский огненный скорпион.

Его корпус был размером с автомобиль, а если учесть ноги и длинное жало, тварь заняла бы как минимум шесть парковочных мест.

Скорпион медленно выполз из раскалённой щели, словно оценивая, с кого лучше начать охоту.

Выбрал меня.

И в этом не было ничего удивительного, ведь рядом со мной было человек двадцать, в отличие от второй группы, где осталось только четверо.

Отработанный приём с шипами уже не действовал.

Каменные иглы, которые я выпустил из земли, разлетелись в пыль при ударе о броню скорпиона.

Чудовище рыкнуло, и я почувствовал, как его жаркое дыхание обжигает кожу лица.

Запах гари и кислотного пара ударил в нос.

– Чёрт! – выругался я, отходя назад и прикрывая людей.

Рука инстинктивно потянулась к бедру, где висел пистолет с рунами, вырезанными Митей ещё в Балтийске.

На всякий случай второй рукой коснулся рукояти ножа на поясе.

Интересно, почему сегодня утром я не пристегнул саблю? Ведь я теперь патриарх и могу носить её всегда, а не только на службе, как было ранее.

В этот момент из раскалённой расщелины появилась ещё одна здоровенная тварь.

Но она направилась не ко мне… а ко второй группе людей.

Охранники, стоявшие позади, начали стрелять в королевского скорпиона, но пули лишь высекали искры.

От этого было мало толку.

– Не тратьте патроны впустую! – рявкнул я. – Прикрывайте фланги!

– Барин, нужно уходить! – крикнул один из служащих, пятясь назад.

– Стоять! Вас перебьют поодиночке! Прикрывайте периметр! – я сделал паузу. – Громилу беру на себя.

Сделав шаг вперёд, начал не глядя заряжать пистоль.

Раз – и малый макр уже в стволе.

Два – и пуля затолкнута сверху.

Три шага в сторону – уклоняюсь от здоровенных клешней, которыми монстр пытается меня схватить.

Четыре – скользнул по раскалённому камню, используя магию земли, чтобы уйти с траектории нового удара.

Пять – выбрасываю руку вперёд, целюсь в голову чудовища.

Выстрел.

Точнее, это был не выстрел, а громовой раскат.

Голова скорпиона взорвалась как перегретый котёл.

Тварь упала.

Победа! Но радость была преждевременной.

Из-за тела тут же выскочили десятки тварей поменьше, юрких и проворных.

Пытаюсь отбиться, но не успеваю.

Один из скорпионов ударил меня прямо по руке.

Пистолет выскользнул из пальцев и улетел в ближайшую трещину, исчезая в глубине.

– Чёрт! – выкрикнул я, пытаясь вернуть его с помощью магии, но не успел.

Всё слишком суматошно.

Слишком много мелких угроз.

Меня окружила новая волна тварей.

Сделал несколько шагов назад, чтобы меня не достали ни жала, ни клешни.

Использую максимальную магию, на которую сейчас способен, и наношу удар по площади. И в этот самый миг всю территорию передо мной пронзило множеством острых игл, выросших прямо из земли. Твари, которые пытались меня достать, насадились на них, как на пики.

Их жала хлестали по воздуху, яд брызгал во все стороны, но они уже ничего не могли сделать.

Отделил себя от чудищ двухметровой стеной из горной породы.

Теперь их яд мне не страшен. Пусть подыхают в муках.

Обернулся.

Рабочие – в основном маги земли, «единички», и пара охранников – ощетинились оружием.

Крупных тварей поблизости пока не было.

Несколько мелких огненных скорпионов пытались подобраться с тыла, но теперь они валялись на земле, забитые кирками и лопатами.

– А-а-а… – услышал душераздирающий вопль за тушей монстра, которая закрывала мне обзор второй группы людей.

Не раздумывая рванул в сторону, обходя гигантскую тварь, и тут же вступил в бой со вторым монстром.

Создал трясину, расплавляя камень, и постарался обездвижить большую тварь.

Но монстр был словно бульдозер в болоте. Он медленно, но уверенно поворачивался в мою сторону.

Бросил взгляд на своих путеукладчиков: Марсов и Лунев ещё живы.

А вот у рабочих дела хуже: один разорван пополам, второй корчился от ожогов на ногах. Его кожа пузырилась от капель яда.

Мгновение – и тварь уже рядом.

Клешня по касательной ударила меня по руке. Боль резкая, но терпимая.

Пытаюсь проткнуть брюхо шипами – бесполезно.

Панцирь монстра словно сделан из мощной брони.

Решил поднять тварь на столб, чтобы нарушить равновесие и, возможно, перевернуть.

Земля под ногами вздыбилась, выбрасывая вверх каменную опору.

Скорпион зашипел словно кошка, его шесть пар глаз, размером от столовой тарелки до чайной чашки из маминого сервиза, были направлены на меня.

Отпрыгнул в сторону, едва увернувшись от жала. Оно вонзилось в землю, а яд прожёг породу.

– Кирилл Павлович! – крикнул Лунев, заметив, что я на секунду замираю, оценивая ситуацию.

Рванул вперёд, нырнув под клешню. Выхватил нож с рунами.

Я видел только один способ убить эту тварь. И сделать это нужно быстро.

Напитал лезвие магией, и оно вспыхнуло жёлтым светом.

Скорпион сделал последний рывок, а я присел, пропуская удар над головой, и вонзил клинок ему в брюхо.

Казалось, я проткнул не монстра, а масло.

Лезвие вошло легко.

Слишком легко.

Сталь разрезала плоть, и внутренности хлынули наружу, дымящиеся, горящие, полные какой-то кислотной массы.

Я тут же воспользовался моментом и направил магию земли прямо в рану.

Из горной породы вырвался каменный столб и пробил брюхо монстра насквозь.

Еле увернулся, чтобы не сгореть заживо от ожогов под ядовитыми брызгами кислоты монстра.

Воздух наполнился запахом горящей плоти, смешался с кислотой.

– Вот это да! – прошептал Марсов, вытирая окровавленный лоб. – Вы её… вы её действительно убили?

Я поднял нож. Руны на клинке потускнели, металл почернел.

Скорее всего, он перегорел.

Жаль. Одноразовая вещь. Но какой эффект!

Ещё раз осмотрел потемневшее лезвие, затем аккуратно вытер его о штанину и убрал обратно в чехол.

Лунев уже оценивал повреждения полотна:

– Рельсы целы, но шпалы придётся перекладывать.

Я кивнул, глядя на трупы скорпионов, разбросанные по земле.

– Усилим охрану, – сказал я. – С завтрашнего дня постоянные патрули вдоль всей трассы.

– Значит, будем класть рельсы с винтовками за спиной? – хмыкнул Марсов, поправляя разорванный рукав.

– Именно так.

– Опасаться больше не стоит, – добавил Лунев, оглядываясь по сторонам. – Огненные скорпионы живут группами, примерно в пятидесяти километрах друг от друга. Других стай поблизости быть не должно.

– Всё равно усиливаем охрану, – отрезал я. – На сегодня работы прекращаем. Пусть люди отдохнут.

Обернулся к одному из охранников:

– Принеси из машины чёрную сумку. Там есть то, что поможет раненым.

Пока он бежал, я осмотрел тех, кто получил ожоги от яда.

Двое корчились на земле, их кожа покрылась багровыми пятнами – признак того, что токсины начали проникать глубже, ещё двое были ранены не так сильно.

Я достал нужный флакон из сумки и протянул пострадавшим.

– Пейте медленно. Не торопитесь. Это не просто обезболивающее, это антитоксин с магической основой.

После первого же глотка судороги ослабели, дыхание выровнялось.

Эликсиры работали.

– Грузим раненых в машину. Отвезу их в больницу в столице, – сказал я, помогая поднять одного из парней. – Здесь им делать нечего.

Пока я возился с пострадавшими, остальные работники распотрошили тварей.

Передо мной на камнях лежали трофеи: два средних макра, источающих кровавый свет, и около тридцати мелких, размером с полпальца каждый.

– Это ваши, барин, – Марсов кивнул на кристаллы. – Вы всех тварей положили.

Я взял один средний макр, ощутил его тепло в ладони.

Но через секунду вернул обратно.

– Два средних магических кристалла отдайте семье погибшего. Этого хватит, чтобы отправить детей в школу и несколько лет жить безбедно. Мелкие разделить поровну между всеми участниками.

Лунев слегка приподнял бровь.

Он понял, что я ничего не беру себе.

Но в глазах было одобрение.

Марсов же не мог успокоиться:

– Да вы, барин, просто буря в человеческом обличье! Как вы вообще этого монстра…

Он вдруг запнулся, потом вспомнил и протянул мне пистолет:

– Ваше оружие. Руны все целы. Удивительно, как оно не расплавилось в такой жаре.

– Спасибо, – кивнул я, забирая пистоль.

Помог погрузить раненых в машину, затем сел за руль.

Похоже, встреча с губернатором Горшковым откладывается.

Машина рванула вперёд, оставляя позади строительную площадку.

В зеркале заднего вида были силуэты Марсова и Лунева: один жестикулировал, рассказывая кому-то, как всё прошло, второй качал головой, улыбаясь.

Хорошие мастера, мне повезло что они не пострадали, так как воины из них аховые.

* * *

Главврач, сухопарый мужчина с густыми усами, пришёл на шум, который подняли его подчинённые, не желая принимать моих охранников и рабочих.

– Мест мало! – выпалил он ещё на подходе, размахивая руками. – А у вас двое в тяжёлом состоянии…

Просто достал кошелёк и положил его на стойку, не дослушав.

– Делайте всё, что нужно. Но чтобы через два дня они были как новенькие. И не экономьте.

Затем протянул ему сумку с демонстрационным набором эликсиров для медиков фронтира.

Лучшие образцы зелий, которые использовались на краю империи. Самые лучшие, что были в колониях.

– Здесь самые сильные целебные растворы. Не экономьте на моих людях. Давайте им лучшее из лекарств и палат. Если понадобится, выставите счёт мне лично.

Затем я протянул свою визитную карточку.

Врач приподнял кошелёк с деньгами, аккуратно поставил его на место. Потом заглянул в сумку…

И я заметил, как округлились его глаза.

А когда он прочитал визитку, то посмотрел на меня уже не просто с интересом, а с уважением.

Пазл сошёлся.

Пестовские эликсиры. Визитная карточка с фамильной печатью. Люди в форме с нашивками рода.

Он понял, что я не просто барон, а хозяин рынка целебных зелий.

Главврач мгновенно организовал бурную деятельность.

– Готовьте четыре лучшие палаты! – крикнул он медсёстрам. – Да побыстрее, побыстрее!

Я задержался лишь на минуту, чтобы убедиться, что меня поняли.

Моим людям помогут.

А потом я снова направился к машине.

Впереди ждала долгая дорога.

* * *

Интерлюдия.

Главврач схватил заведующего приёмным отделением за рукав халата и резко притянул к себе.

– Слушай сюда, – прошипел он. – Этим четверым всё по высшему разряду. Зелья регенерации, палаты люкс, личный уход. Никаких «можно было бы и подешевле».

– Зачем так переплачивать? – попытался возразить тот, щурясь. – Обычного антидота хватит…

Усатый внезапно врезал ему кулаком в плечо, не сильно, но достаточно, чтобы подчинённый присмирел.

– Ты вообще знаешь, кто их привёз? – главврач достал из кармана визитку, которую только что получил от молодого барона, и показал её заведующему. – Это Пестов. Владелец алхимической мануфактуры. Его зелья есть на каждом военном складе. У каждого уважающего себя боевого офицера в поясной аптечке имеется хотя бы один пузырёк.

Медик взял визитку, пробежал по ней взглядом и побледнел.

– Пестов?.. Такой же, как на этих флаконах?

– Он самый.

– Но…

– Заткнись и слушай, – главврач притянул заведующего ещё ближе, понизив голос до шёпота. – Если ему что-то не понравится, лишит нас эликсиров. Запретит продавать. И всё, мы банкроты.

– Банкроты? – глава приёмного отделения фыркнул. – Да у нас же полно других поставщиков!

– Ты сам-то понимаешь, что говоришь? – главный медик зло усмехнулся. – Его зелья единственные, которые действительно ставят на ноги. Остальные это блеф. А если вспомнить, как Пестов обошёлся с теми, кто перешёл ему дорогу…

Врач щёлкнул пальцами перед самым носом подчинённого:

– Полгода назад на его усадьбу напали. Разграбили дом. Сожгли. И что ты думаешь? Через день Кирилл Павлович разослал всем торговцам список этих наёмников. Полный запрет на продажу любых эликсиров.

– И что?

– Половина тех ублюдков уже сдохла, – усатый медик зловеще ухмыльнулся. – А те аптекари, кто осмелился продать наёмникам эликсиры… Их теперь в чёрных списках вечно держат. Ни один уважающий себя торговец не рискнёт связываться с теми, кого Пестов ввёл в немилость.

Заведующий сглотнул. Он начал понимать масштаб.

– Так что запомни, – главврач ткнул его пальцем в грудь, – его люди для нас как родные. Чтобы лизали им ноги, если попросят. Понял?

– Понял, – быстро буркнул он. – Чего тут непонятного…

Главврач отпустил подчиненного, поправил халат и направился в приёмный покой, где уже лежали раненые рабочие и охранники.

– И да, – бросил он через плечо, – если кто спросит, скажи, что я лично за ними наблюдаю.

* * *

Телепорт из «Яковлевки» в «Екатеринино» подействовал на меня как ледяной душ.

Из пятидесятиградусного ада я попал в осеннюю прохладу.

Даже не ожидал такого контраста.

Выдохнул, чувствуя, как кожа покрывается мурашками от внезапного перепада температуры.

Дорога до столицы заняла больше десяти часов.

Я ехал почти без остановок, лишь раз подзарядил аккумулятор макром и подлил бензина.

Пейзажи за окном менялись: от полей до лесов, а ближе к столице, создавая заторы, на дороге то и дело появлялись большие группы повозок, гружённых продукцией.

Крики извозчиков, скрип колёс, запах навоза.

Приходилось сильно снижать скорость и давить на клаксон, чтобы кто-нибудь вообще уступил дорогу.

К вечеру я уже начал клевать носом.

Пришлось остановиться у ручья, умыться ледяной водой и выпить четверть флакона бодрящего эликсира. Горький, гадкий, но глаза сразу прояснились.

Остановился в гостинице «Золотая антилопа» на окраине.

Название было сказочным, а само место действительно уютным: двухэтажное здание с резными ставнями, запахом дерева и свежих специй.

Хозяин – бородатый мужчина в кожаном фартуке, выбежал на крыльцо, едва я въехал на территорию.

– Добро пожаловать, путник! Номера свободны, ужин ещё горячий.

– Баня есть? – спросил я, вылезая из машины.

– Дровяная, как и положено, – он ухмыльнулся, обнажив потемневшие от времени зубы. – И банщики тоже отличные.

Я кивнул, с наслаждением потягиваясь.

Через два часа я уже нырял в холодную купель, закрывая глаза от удовольствия.

Баня, веники, чередование горячего пара и ледяной воды – всё это смыло с меня пыль, пот и следы крови скорпиона.

Остатки бодрящего эликсира всё ещё работали.

Но я знал, что стоит плотно поесть, и я тут же завалюсь спать.

И не факт, что засну на подушке, скорее всего, ещё до того, как голова коснётся её.

Утро в «Екатеринино» встретило меня прохладным ветерком и запахом свежеиспечённого хлеба.

Надев запасной тёмно-синий сюртук, я направился в администрацию.

Здание, как и в «Яковлевке», было построено из чёрного обсидиана, видимо, таков был колониальный стандарт для этого сектора миров.

Тяжёлые двери, мрачные коридоры и тот же взгляд чиновника за конторкой: «Очередной проситель».

– Барон Пестов. По протекции губернатора Суханова.

Чиновник вздохнул, но поднялся:

– Его превосходительство уже давно ждёт.

Ждёт?

Я взглянул на часы в приёмной: до назначенного времени оставалось две минуты.

Генерал-губернатор Горшков – мужчина лет пятидесяти, с брюшком, но цепким взглядом, развалился в кресле, изучая меня, словно ждал целую вечность.

– Вы опоздали, барон, – сказал он, не вставая.

Я не стал его поправлять.

Видимо, привык, что все приходят за час до назначенного времени «на всякий случай».

Но моё время стоило дороже подобных игр.

Мы потратили несколько минут на то, чтобы представиться друг другу, обменяться любезностями и прочей пустой болтовнёй.

Затем я положил перед губернатором карту его колонии, предполагаемый план прокладки железнодорожных путей и графики с таблицами.

– Ваш основной доход – сборы с телепорта, ведущего в центральную колонию, – я указал на график на столе. – С помощью моей железной дороги вы сможете удвоить, а то и утроить грузопоток без расширения портала.

Горшков не спешил с ответом.

Он просто постукивал пальцами по столу, словно просчитывая выгоду.

– И какая мне от этого польза? – спросил он наконец. Голос был ровным, но взгляд – хищным.

Ага. Вот так сразу намекает на личный интерес.

Я позволил себе лёгкую улыбку.

– Через вашу колонию пройдёт самая длинная ветка, более трёхсот километров. Представьте, как вы будете выглядеть на приёме у Императора, когда зайдёт речь о развитии колоний. Вам будет чем блеснуть.

Его глаза загорелись.

Не из жадности. Из честолюбия.

– И что вы хотите взамен?

– Никаких пошлин за прохождение портала для моих грузов и людей. За чужие берите сколько угодно. Мои – бесплатно.

Он сделал вид, что задумался.

Но я знал, что решение уже принято. Он давно проконсультировался с генерал-губернатором Сухановым.

– Договорились, – наконец сказал Горшков. – Но с одним условием: бесплатная перевозка людей внутри моей колонии.

Я внимательно посмотрел на него, выдержал паузу и кивнул.

– Пока могу предложить соединить только два города у телепортов. К третьему, извините, в ближайшее время дорогу не поведу. Разве что через полгода, и то, если губернатор колонии «Оленёвка» согласится на прокладку железной дороги у него.

Горшков самодовольно кивнул.

– Поговорю с ним. Думаю, согласится. Для меня это тоже будет плюсом. Если проведёте к нему железную дорогу, у меня увеличится грузооборот через портал в центральную колонию.

Он хищно улыбнулся:

– Больше грузооборот – больше налогов. А больше налогов, соответственно, и денег в бюджете больше.

– Да, – поддержал я мысль губернатора, хотя прекрасно понимал: чем больше денег в бюджете, тем больше оседает в карманах чиновников.

Но говорить об этом вслух необязательно.

– Только не забудьте, – он погрозил мне пальцем, – что между моими городами перевозка людей остаётся бесплатной. Никаких платных билетов и прочих торговых хитростей.

– Не волнуйтесь, – я легко кивнул. – Всё это будет отражено в договоре между родом Пестовых и вашей колонией.

– Может, и не нужно никаких договоров? – вдруг сказал мужчина, откинувшись на спинку кресла. – Мы с вами взрослые люди. Можем просто дать слово.

Интересно, кто бы поверил?

– Не волнуйтесь, – ответил я спокойно. – Договор составят отличные юристы. Там и комар носа не подточит.

– Хорошо, – Горшков снова улыбнулся, явно довольный собой. – Но обязательно пропишите в договоре про бесплатные перевозки людей внутри колонии.

Эти бесплатные перевозки были для меня наименьшей из уступок, каплей в море возможностей, которой я мог пожертвовать без сожалений. Почему?

Во-первых, реклама. Бесплатные поездки для местных жителей повышают лояльность населения. Чем чаще они будут пользоваться дорогой, тем сложнее будет кому-либо её закрыть или передать другому владельцу.

Во-вторых, грузы. Пассажиры – это не только люди. Они везут товары. А за их перевозку я уже возьму плату.