Текст книги ""Фантастика 2025-195". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Николай Степанов

Соавторы: Дмитрий Самохин,Ирина Лазаренко,Миф Базаров,Вадим Тарасенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 267 (всего у книги 349 страниц)

Глава 7

Мы лишаемся досуга, чтобы иметь досуг, и ведем войну, чтобы жить в мире.

Аристотель

Я вывалился из лифта и прыгнул на металлический холодный пол. Крысобой был рядом. Пули изрешетили кабину лифта. Нас осыпало раскаленными осколками. Один из них угодил мне за шиворот и немилосердно опалил кожу. Пришлось перекатиться, вдавливая осколок в тело и остужая его тканями. Крысобой огрызался из «Шершня», но его аргументы выглядели неубедительно. Я даже не думал, откуда исходит свинцовая угроза: ясно, что возле «Арго» выставили дозор; на него‑то мы и напоролись.

Как же пробиться?..

Время безжалостно утекало…

«03.42.00»

Стрельба стихла. Я понимал, что передышка временная, и решил ею воспользоваться во что бы то ни стало.

Подскочив на ноги, устремился вперед, петляя как заяц. Несколько секунд царила тишина, в которой грохотали по металлическому полу мои башмаки. Затем начался ад!

По мне открыли огонь из всего мыслимого вооружения, что имелось в распоряжении заградительного отряда. Я упал на пол. Продвинуться дальше не было возможности – из‑за потока свинца над головой… И вдруг я услышал:

«Прошу прощения за вмешательство… По‑моему, вы– в несколько затруднительном положении…»

«03.32.21»

«…Могу помочь».

Ушедший Из Мира вышел на связь!

«Но как?» —толкнул я в сторону «Арго» мысль, трансформированную в образный шар.

«Увидишь…»

И ад внезапно утих!

Несколько секунд я лежал неподвижно, пытаясь понять, что происходит… Но не происходило ровным счетом ничего!

Я резко вскочил на ноги и бросился вперед, приготовившись отражать атаки противника. Никаких атак не было. Лишь корчились в муках тела солдат, лежавших повсюду, словно кто‑то прокрался в их головы и выгрыз мозг.

– Марк! – позвал я.

Позади вырос Крысобой. Он явно недоумевал, но от вопросов воздержался.

Шлюзовые люки корабля при нашем приближении открылись, пропуская нас внутрь. Вот мы и дома!

«03.24.43»

Я бросился к лифту. Кабина мгновенно доставила нас на уровень, где располагалась капитанская рубка. Ворвавшись внутрь, я прыгнул в кресло пилота, не обращая внимания на каменную глыбу, неподвижно застывшую у входа. Запустил бортовой компьютер, вызвал предстартовые программы.

– Сколько у нас в запасе времени? – спросил я у Марка.

– Два часа пятьдесят одна минута! – доложил он, опускаясь в соседнее кресло.

Замелькали проверочные системы стартовой программы. Я загрузил систему внешней связи и дотянулся до «Подсолнуха».

– «Подсолнух», «Подсолнух», ответь «Арго»! Некоторое время эфир был пуст, словно садок для ловли бабочек на Луне. Затем прорезался голос Ренаты:

– «Подсолнух» на связи, «Подсолнух» на связи!

– Рената, у нас все в порядке! Рад тебя слышать! – произнес я, наблюдая за предстартовой прогонкой двигателя.

– Вы все сделали⁈ Все⁈ – прокричала она.

– Да, дорогая! У нас получилось! Дело за малым– убраться отсюда подобру‑поздорову, да как можно скорее! Выводи Давыдова – пусть поднимает свою таратайку в пространство! Я стартую первым. Соединимся над поверхностью!

– Слушаю и повинуюсь, мой повелитель! – проворковала Рената.

Я оставил включенной внешнюю связь.

– Марк, выводи корабль! – приказал я.

– А ты что намерен делать? – меняясь со мной креслами, спросил Крысобой.

– Я – в «Залп‑рубку». Вполне возможно, нас попытаются замочить в полете. Так что нужно быть начеку!

Я кинулся из капитанской рубки, по пути дружественно хлопнув Скарандаки. Он все еще хранил неподвижность. Я дотянулся до него мыслью:

«Спасибо, ты очень помог!»

«Можно их отпустить?»

«Отпускай! – разрешил я. – Если можешь, убери им воспоминания о нашем возвращении!»

«Пара пустяков…»

До «Залп‑рубки» я добрался за две минуты. Занял операторское кресло, натянул шлем управления, надел перчатки, опустил забрало‑очки и включился в единую систему корабля, растворяясь в «Арго». Я увидел, как медленно вернулось сознание к пострадавшим от ментальной атаки Скарандаки солдатам. Они выглядели ошеломленными, поскольку не помнили ничего из того, что им выпало пережить…

Я чувствовал, как разогревается «Арго», готовясь покинуть насиженное гнездо корабля‑крепости…

Я созерцал часы Марка Крысобоя, которые неумолимо отсчитывали время:

«02.45.54»…

«Арго» лениво, словно сонная черепаха, оторвался от посадочного пандуса. Повисел в воздухе, словно просыпаясь от глубокого сна, и, разрывая силовые путы, поднялся к самой вершине, где разверзся внутренний шлюз. «Арго» вылетел, шлюз закрылся. Включилась программа откачки воздуха. Вокруг корабля постепенно образовался вакуум. Тотчас лепестками расползся в стороны, точно шторки доисторического фотоаппарата, внешний шлюз, и «Арго», ведомый опытной рукой Марка Крысобоя, вырвался за пределы «Громовержца».

Корабль стал наращивать скорость. Нам нужно было срочно покинуть пределы досягаемости «Громовержца».

Я видел, как раскрылись лепестки третьей и четвертой корабельных палуб и оттуда вылетел рой из десяти легких истребителей, как пошли трещинами бортовые торпедные отсеки: «Громовержец» готовился к извержению. Завращались лазерные пушки станции, выискивая мишень. А еще я увидел, как стартовал «Подсолнух»…

К «Арго» помчались для начала две торпеды. Я запустил программу «Хамелеон», встроился во внутренние настройки торпед и сменил данные на цель. Торпеды с полпути резко развернулись и устремились к торпедным отсекам. Через минуту прозвучал взрыв: обе торпеды справились с задачей – два торпедных отсека вышли из строя.

Я ликовал. Это была моя маленькая победа. Боковым зрением я продолжал следить за движением «Подсолнуха». Он маневрировал на периферии сражения, не торопясь покинуть сектор боя. «02.13.21»…

От башен к «Арго» устремились испепеляющие I лучи. Башни изрыгали залп за залпом. Безвоздушное пространство наполнилось движением. Тысячи молний‑лучей устремились к нам. Я немедленно соткал из защитных экранов силовой щит, настроил его на поглощение энергии и стал перемещать из стороны в сторону, нейтрализуя лучи. «01.59.21»…

Щит стал набухать, точно ватно‑бинтовая повязка, наложенная на разорванное горло бойца; Когда предел поглощения энергии был достигнут, я высосал из щита избыток излучения и перенаправил его на бортовые орудия, которые тут же взорвались, сжигая порхавшие рядом истребители. «01.42.32»…

Нам требовалось продержаться. Прокалывать межгалактическую ткань с таким хвостом было по меньшей мере глупо. И я не видел иного выхода, как сражаться до последнего, дожидаясь, пока наше яйцо‑сюрприз проклюнется и выпустит на волю птенца разрушения. После этого можно и домой.

Я попытался настроиться на внешнюю связь, которую поддерживал корабль с «Подсолнухом». После нескольких неудач услышал голос Ренаты.

– Может нам поддержать вас огнем? – спросила она.

Крысобой отозвался:

– Ни в коем случае! Вы себя засветите. Нам это не нужно. К тому же, мне кажется, Ларс пока справляется.

– Держитесь от боя подальше, – вступил в дискуссию и я. – Мне помощь не нужна.

В это время с поверхности «Громовержца» поднялись четыре крупных штурмовых крейсера и направились к «Арго», заполняя пространство излучением. Защитные экраны «Арго» прогнулись, но выстояли.

Я понимал, что времени остается все меньше и меньше. Оборонительные ресурсы «Арго» истощались с каждой секундой.

– Ждем гибели «Громовержца» и уходим! – распорядился я и разорвал связь.

Пере нацелил силовой щит, отгородившись им от крейсеров, и стал впитывать их энергию, в то время как атаки корабля‑крепости – гигантского яйца, размером с Меркурий – приняли на себя защитные экраны «Арго».

«01.00.00»…

Силовой щит разбухал и разбухал. Я уже не справлялся, перекачивая чужую энергию на бортовые излучатели. Последние без устали сжигали истребители, которые все прибывали, и раскаляли защитные экраны крейсеров.

А крейсера приближались… Из их торпедных шлюзов в нашу сторону вырвались четыре торпеды, которые я успел перенацелить на один из крейсеров. Три торпеды крейсер отразил на подходе, а четвертая прорвала защитный экран и пробила обшивку корабля, разорвавшись внутри.

«00.43.01»…

Крейсер потерял управление и, сияя полыхающей дырой в боку, поцеловал соседа. Времени для маневра у соседнего корабля не оставалось, и он принял товарища на корпус. Столкновение погубило оба крейсера.

«00.32.12»…

Оставшиеся два крейсера просто утыкали пространство торпедами, защиту которых я не успевал пробить, чтобы перенастроить их. Сжигал торпеды на подступах к «Арго».

Меня беспокоил и силовой экран. Он продолжал распухать, несмотря на то что я отсасывал излишки энергии и перенаправлял их на свои излучатели. Но потенциал избытков рос, экран раздувался, словно парус. Я чувствовал, что не справляюсь.

«00.13.11»…

Силовой экран лопнул, выплеснув в космос потоки неуправляемой энергии. «Арго» качнулся, уклоняясь от сгустка, шедшего в его сторону.

«00.09.54»…

Крейсера были слишком неповоротливы. Они пытались сманеврировать, но первый крейсер сожгло целиком. Пламя объяло его со всех сторон, а когда через секунду отхлынуло, точно волна прибоя, втянутая обратно в море, от крейсера не осталось даже горящих обломков.

Второй крейсер успешно уклонился от первого выплеска энергии, обогнул второй, но когда излучение бумерангом возвратилось, его край задел могучий аппарат. В мгновение половину корабля слизнуло, точно крем с торта. Вторая половина безжизненным обломком помчалась в сторону «Громовержца» и была испепелена с борта корабля‑крепости.

«00.00.23»…

Последние секунды!.. Я чувствовал, как они истекают…

И сработала наша «малютка»!

«00.00.01»…

Первые секунды ничего не происходило. Затем «Громовержец» раскалился изнутри, разбух и лопнул. Огромная махина корабля‑крепости размером с Меркурий взорвалась, превратившись в мгновение ока в груду огненных обломков.

В ту же секунду «Подсолнух» проколол ткань Галактики. И «Арго», пилотируемый Марком Крысобоем, нырнул следом.

Глава 8

Нет прохода, и давно,

В мире от нахалов.

Мразь и серость пьет вино

Из чужих бокалов.

В. Высоцкий

Из пространственной бреши «Арго» вынырнул вслед за «Подсолнухом» в созвездии Кольца Нибелунгов. В него входили восемь звезд средней величины, выстроенные в окружность, в центре которой сиял плазменный гигант, раза в четыре превышавший самую большую звезду Кольца. Его называли Вершиной, а в некоторых уголках космоса – Навершием. Каждая из звезд обладала собственной планетарной системой, в них встречались и обитаемые миры. Из девяти планетарных систем четыре были точно заселены. В том числе и Вершина, вокруг которой вращались сразу две обитаемые планеты – Кробинзона и Кролливерия.

Во время прыжка и некоторое время после него я не покидал свой пост, оставаясь глазами и ушами «Арго». Не преминул полюбоваться ослепительным по красоте пейзажем огромной звезды, которая превышала размером Солнце в несколько раз. Раскаленный шар выглядел забытой старым художником палитрой, где последний успел намешать цвета и оттенки, собираясь создать новый мир.

Насладившись пейзажем, я снял с головы шлем управления, отсоединяясь от сознания корабля, и двинул в капитанскую рубку. Вошел в нее в тот момент, когда Марк производил уточнение координат участка космоса, в который нас забросила воля пилота «Подсолнуха».

– Что за черт? – бормотал он себе под нос– Этого просто не может быть!

– Ты о чем, Марк? – поинтересовался я.

– Место находится далеко в стороне от ареала обитания людей. Похоже, мы первые и единственные, кто побывал здесь. Есть только название системы – Кольцо Нибелунгов – и больше ничего. Почему мы здесь оказались – не пойму.

Я задумался. Информация, имевшаяся в моей голове, была несколько полнее, чем у Крысобоя. Если Кольцо Нибелунгов – неисследованная система, то откуда я знаю об обитаемых планетах? Неужели моя информация, пришедшая от Предтеч, устарела на сотни тысяч лет?..

– Ты отлично справился с обороной! – сказал Марк, отрываясь от компьютера.

Пропустив похвалу мимо ушей, я спросил:

– Ты уже связывался с Ренатой?

– Не было возможности. «Подсолнух» отнесло слишком близко к центральной звезде системы. Связь глушится – нет зоны покрытия.

– Какую звезду ты имеешь в виду? – спросил я, сев в кресло второго пилота.

– Как какую? – удивился Марк и ткнул пальцем в Вершину. – Вот эту.

– У нее имеется название? – поинтересовался я.

– Если и имеется, в чем я глубоко сомневаюсь, то мне оно неизвестно.

Ясно. Для меня это Вершина, а для землян – безымянная звезда.

Я активизировал внешнюю связь и призвал космос:

– «Подсолнух», «Подсолнух», отзовитесь! Вас вызывает «Арго»!..

Несколько минут продолжал безуспешно взывать к пустоте. Космос молчал.

– Ты уверен, что мы не оказались в разных мирах? – поинтересовался я с опаской.

– Да нет…– обнадежил Марк. – Я видел корабль. Он на большой скорости уходил к этой звезде.

Я снова попытался наладить связь – и опять безуспешно.

Вдруг в моей голове зазвучал бесплотный голос:

«Тебе ведь знаком Мир Кольца?»

«Да, знаком»,— мысленно согласился я.

«В таком случае хочу сообщить тебе, что мы находимся возле возможного тайника с Библиотекой Первопришедших».

«Здесь?»

Я был несказанно удивлен. Ничем не примечательная система, коих тысячи в Галактике… Чем она приглянулась джантшун?

«Тем, что эта звездная система внутренне закольцована, – отозвался рииег. – Уже несколько тысяч лет планеты этой системы обитаемы. Даже есть развитая система звездоплавания, но только в пределах системы. Ни разу ни один из представителей местного населения не вышел за пределы Мира Кольца. В этом их рок и их судьба. Они обречены на существование в замкнутом мире. А существа извне могут попасть внутрь системы и выбраться обратно. Однажды это проделали джантшун. Они часто бывали здесь. Это зафиксировали наши наблюдатели».

«На какой из планет они бывали?» – азартно спросил я.

«Не могу сказать. Когда корабли попадают в пределы этой системы, они перестают восприниматься наружным миром. Контакт с ними теряется».

«Что это значит?» — спросил я.

«Это значит, что любая попытка связаться с провалившимся в Мир Кольца кораблем заранее обречена на неудачу. Пока корабль не выберется за пределы системы».

«Ты знаешь, что происходит сейчас с кораблем, на котором находится моя подруга?» —задал я волнующий меня вопрос.

«Корабль, на: котором находится твоя подруга, движется к Вершине. Так впервые эту звезду назвали мы, Ушедшие Из Мира, затем это название использовали и вы, Первопришедшие. Мы познакомились с этим уголком космоса задолго до того, как в Мир пришли вы. Тогда гуманоидов еще не было и в помине…»

«Где мне искать их?» – прервал я рииега.

«Следуй к Вершине. Если вы увеличите скорость, то сможете догнать „Подсолнух“, – так, кажется, называется ваш корабль?»

«Спасибо тебе».

Я разорвал мыслеконтакт и повернулся лицом к Крысобою, который замер в кресле, внимательно наблюдая за мной.

– И чем ты, позволь узнать, сейчас занимался? – спросил он настороженно.

– Общался с нашим гостем, – коротко ответил я, рассматривая Вершину на Экране Общего Обозрения.

– Ты имеешь в виду разумный булыжник, что статуей стоит при входе? – уточнил Марк.

– Да, именно его, – согласился я, увеличивая изображение. – Эту звезду называют Вершина. Вокруг нее вот уже несколько сотен тысяч лет существует замкнутая планетарная система. Есть и населенные миры. «Подсолнух» медленно движется к этой звезде. Думаю, в момент прыжка Ираклий Пай пленил Ренату и пытается уйти от нас.

Крысобой больше не спрашивал, откуда мне все это известно. Нахмурился, вернулся к панели управления, взял в руки штурвал, переключил несколько бесконтактных сенсоров, и я почувствовал, как «Арго» стремительно набирает скорость, устремляясь к загадочной Вершине.

Первые полчаса полета после ускорения «Арго» прошли в молчании. Я продолжал следить за окружающим корабль пространством, пытаясь найти хоть малейший намек на то, куда же скрылся «Подсолнух». Но какой след может оставить маленький корабль в безбрежном, величественном, вечном океане космоса? Если бы даже таковой и остался, все равно вероятность его обнаружения сводилась к нулю… Крысобой внимательно изучал сухие строчки отчетов, поступавших от различных систем корабля на центральный терминал, и скупо улыбался. Что‑то нравилось ему.

Не наблюдая «Подсолнух», но продолжая безуспешно выискивать его, я мучался дилеммой. С одной стороны, я знал, куда мы летим, в отличие от Марка, и вроде следовало бы поделиться с ним информацией. Но что‑то внутри меня предостерегало от этого. Часть сведений я ему сообщил, хотя знал куда больше.

– Кажется, я их вижу! – нарушил молчание Марк.

– Что значит «кажется»? – Увлекшись своими мыслями, я перестал следить за космосом.

– Вон там, посмотри… – Марк указал рукой.

Я проследил и увидел крошечное пятнышко, которое поспешно ускользало с экрана, направляясь к границе планетарной системы Вершины, очерченной облаком космической пыли.

– Какое у нас отставание? – поинтересовался я.

– Часов десять, – объявил Марк, сверившись с бортовыми данными.

– Хотел бы я знать, почему так получилось? В прокол‑то входили друг за другом.

– Да, друг за другом, – согласился Марк. – А вот выходили по‑разному. «Подсолнух», что называется, на гребне волны, через широкие ворота, а мы напролом лезли в угольное ушко, растягивая его.

– Что ты имеешь в виду?

– Прокол начат захлопываться прямо перед нами. На «Подсолнухе» очень хотели, чтобы мы остались в межгалактическом компоте.

– Полагаешь, что моя версия с захватом «Подсолнуха» верна?

– Похоже на то, – кивнул Марк. – Я записывал все параметры и вообще провел анализ прыжка – много интересных данных получил. Думаю, если над этими выкладками поработают ученые из ЗАКИ note 2, то через некоторое время мы будем располагать приводами, позволяющими совершать проколы в иные Галактики.

– Осталось только до Земли добраться и передать всю информацию в надежные руки.

– На худой конец и Амбер сойдет.

– Меня настораживает другое… – Я решил поделиться с Марком своими сомнениями. – Если Давыдов захватил власть, то почему он, вместо того чтобы уйти от нас несколькими прыжками, стремится к Вершине?

– Ты же говорил, что система замкнута, вот и мечтает затеряться, – предположил Марк.

– Ответ слишком прост. За банальностью – не рассматривается, – не согласился я.

– Тогда не могу знать.

Я все же решился: Марк должен знать всю правду.

– По‑мнению нашего безмолвного компаньона, – я скосил глаза на булыжник по имени Скарандаки, – на одной из планет системы Вершина может быть спрятана Библиотека Джантшун.

– И какое это имеет отношение к Давыдову? – вытаращился на меня Крысобой.

– Никакого, – сказал я, – если Ираклий Пай Давыдов действительно простой торговец, занимающийся поставками продуктов нашим врагам, что, впрочем, тоже не является законным, а не эмиссар Гоевина, который имеет четко поставленную задачу.

– Эмиссар, эмиссар…– посмаковал словечко Марк. – А почему на поиски этой загадочной Библиотеки отправили человека, а не джантшун? Или Давыдов – джантшун?

– Нет, Ираклий Пай не джантшун. Тут ты точно не ошибаешься. Но в деле появились новые действующие лица. Я называю их Измененными. Это люди, только они… – Я пытался найти верные слова. В общем, многократно превосходят обыкновенных людей. Они сочетают в себе силу и возможности человека и джантшун.

Крысобой насторожился. Для него мои способности были верхом совершенства, и известие о появлении более могущественного противника не могло его обрадовать.

– Откуда ты про этих Измененных пронюхал? – спросил Марк.

– Столкнулся с одним на «Громовержце», что называется, рука к руке. Надо сказать, что встреча эта не пришлась мне по вкусу. Храни Господь от подобных типов!

– Интересно…– задумался Крысобой. – Гоевин объявил о начале войны, но она как бы застыла на пороге. Война на пороге твоем… Война на пороге каждого из нас… Он держит нас в неведении и не спешит нападать.

– Извини, поправлю…– перебил я Марка. – Официально война не была объявлена. Флот Джантшун перешел наши границы, а затем вернулся восвояси, повис на рубежах и не трогается с места.

– Да, конечно, а еще две федеральные республики в одностороннем порядке разорвали договор с Землей и вышли из‑под ее протектората! – Марка переполнял едкий сарказм.

– Земля к войне не готова. Если бы война была с маленьким государством, то тут без проблем… С негуманами? У нас разные сферы интересов, и такое просто невозможно… А вот Джантшун…Прежние властители Галактики заявили о своих правах и показали, что они сильнее и лучше подготовлены к грядущей войне! Не ошибусь, если скажу, что Земля, а вместе с ней и мы, в глубокой и темной заднице. Мы тут носимся по Галактике, пытаясь найти союзников, а джантшун строят флот, копят силы и разыскивают таинственную Библиотеку Первопришедших, которая даст тому, кто ее найдет, огромное преимущество – как в технологическом смысле, так и в численном отношении…

– Это все мне ясно. Я вот другого понять не могу, если Библиотека до сих пор не найдена, то откуда у Давыдова технология прокола межгалактической ткани, откуда появились Измененные? – Крысобой умолк и вопросительно посмотрел на меня. Я молчал.

– Не кажется ли тебе, что Библиотека Первопришедших либо чистой воды вымысел, миф, легенда, либо ловушка, в которую мы и несемся на всех парах? – Крысобой вновь умолк, глядя на меня и стараясь понять, какой эффект произвели его слова.

Я молчал.

– Почему, избежав пленения, вынеся на своем хвосте нас из межгалактики, Давыдов необдуманно несется к планете, которая, по непроверенным данным булыжника, может скрывать в себе мифическую Библиотеку?

Я молчал. Но тут в моей голове, равно как и в голове Марка, зазвучал бесплотный голос:

«Мне кажется, я могу дать ответы наряд вопросов. Если это, конечно, будет позволено булыжнику». Крысобой от досады крякнул и заявил:

– Вот уж не думал, что негуманам доступен земной юмор!

«Моя специализация – земляне. Я долгие годы собираю всю информацию о вашей странной расе»,— пояснил рииег Скарандаки.

– Мы слушаем тебя, Скарандаки. – сказал я. «Подсолнух» и «Арго» вышли из прыжка в разное время. Отставание «Арго» – именно отсюда. В момент прыжка ваша подруга на «Подсолнухе» уже была дезактивирована и не могла сопротивляться. Соответственно, Давыдов делал прокол в то место, куда ему было нужно. Он строил расчет на один корабль – чтобы вы не прошли. И вынырнул в полной убежденности, что вы погибли. Вот и отправился по своим делам. Как это у землян и бывает'.

Объяснение Скарандаки не было лишено смысла. Правда, после него на душе у меня стало черным‑черно – как в печной трубе. Я испытал жуткое беспокойство за Ренату. Даже помыслить не мог, что Давыдов ее убил. Если он совершил это, то лучшее, что ему остается, – добровольно упасть на раскаленную Вершину, поскольку в противном случае его смерть будет долгой и мучительной. Я испробую все пытки, которые только сможет придумать мой разум… Судя по напряженному выражению лица Крысобоя, им владели те же чувства.

– Куда может направляться «Подсолнух», Скарандаки?

«Если бы я был Первопришедшим и предполагал, что где‑то в этой системе спрятана Библиотека, я бы направился к… Кролливерии».

– Что за планета такая, и как мне ее вычислить? – проворчал Марк.

«В системе Вершины есть только две обитаемые планеты. Одна из них называется Кролливерия, другая – Кробинзона. На обеих живут гуманоиды. Они очень похожи на людей – возможно, сказались общие корни происхождения. Существовали они задолго до появления в мире Первопришедших и до того, как мы оставили мир. Раса эта называет себя Кро. По нашим последним данным, жители Кробинзоны научились укрощать атом и строить ракеты, которые могут поднимать их над поверхностью планеты и позволяют достигнуть ближайших собратьев по системе. Так уж устроена эта система: им не суждено никогда выйти за ее пределы. Уже несколько раз эта история повторялась. Эволюция на планетах циклическая. Кро развиваются, проходят первобытную фазу, развивают науки, открывают свойства материи, выходят в космос, а затем дичают и откатываются в темные времена. Достижения забываются. Затем все начинается заново».

– Сизифов труд… – нашел ассоциацию Крысобой.

«На Земле есть слово, которое очень точно описывает причину развития этого мира: проклятие. На Кро будто бы наложено проклятие, которое заставляет их все время бежать по кругу».

– Проклятие – это интересно. Но разве такое возможно? – хмыкнул я.

«Сие мне неведомо. Это загадка мира Кро. Целыми тысячелетиями Кро соревнуются между собой: то Кробинзона вырывается вперед, то Кролливерия. Сейчас впереди Кробинзона. Она уже обнаружила свою соседку. И установила за ней наблюдение. Кробинзонцы не вмешиваются во внутреннюю политику кролливерцев – просто наблюдают и исследуют».

– А нам, значит, нужна Кролливерия? – уточнил я. – И как нам ее определить?

«Кролливерия – шестая от Вершины планета. Она странная. Но понятна нам». Скарандаки умолк.

Я почувствовал, что он сказал все, что хотел, и не обмолвится более ни словечком. Последнее его замечание осталось для меня загадкой – пока я не увидел планету Кролливерию.

Note2

ЗАКИ – Земное агентство космических исследований. – Примеч. авт.