Текст книги ""Фантастика 2025-195". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Николай Степанов

Соавторы: Дмитрий Самохин,Ирина Лазаренко,Миф Базаров,Вадим Тарасенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 249 (всего у книги 349 страниц)

Глава 3

Лучше, как это ни парадоксально, делать зло, чем не делать ничего, ведь, делая зло, мы хотя бы доказываем, что существуем.

Т. Элиот

Я очутился на вымощенной булыжником площади, которая напоминала спину гигантской черепахи, заползшей под тротуар. Со всех сторон ее окружали древние здания. Прямо передо мной стояло приплюснутое сверху сооружение, на котором были начертаны незнакомые буквы, сложившиеся в слово: «МАВЗОЛЕЙ». За спиной мавзолея тянулась длинная красная крепостная стена, одним концом она уходила в реку, другим утопала в саду с фонтанами. За стеной возвышались косые шпили и купола, увенчанные звездами. Я оглядывался по сторонам, стараясь сообразить, где я оказался и откуда мне знакомо это место. Я не мог вспомнить, как оно называется, но чувствовал, что знаю это.

Я стоял на площади один. Вокруг – ни души.

Передо мной материализовалось из воздуха окно меню, которое гнусавым голосом объявило:

– ВЫБЕРИТЕ ОРУЖИЕ!

Я прикоснулся рукой к мерцающей клавише прокрутки и открыл следующую страницу, где перечислялось возможное для использования оружие. Я пролистал длинный список и остановился на «Игле» сорок пятого калибра. Коснувшись строки, я почувствовал привычную тяжесть в правой руке, а меню пропало.

– ВАШЕ ЗАДАНИЕ. ОКАЗАТЬ СОПРОТИВЛЕНИЕ ВТОРЖЕНИЮ ПРЕДТЕЧ! – прозвучал бесплотный женский голос.

Как только затих звук, над площадью повисла секундная тишина, которая сменилась грохотом разрывов. Я увидел, как из пустоты выросла громада воздушных кораблей неизвестных мне конструкций. Корабли зависли над площадью, словно дирижабли, и расплевались огнем. Тротуар вокруг меня вздыбился, разбрасывая во все стороны осколки булыжников. Разлетающиеся осколки посекли женщину с детьми – они гуляли возле храма с луковичными куполами. Пригнувшись к земле, я, к ужасу своему, обнаружил, что площадь, которая только что пустовала, заполнена людьми. Они гибнут в огне, исторгаемом странными кораблями. И я пожалел, что из оружия выбрал пистолет, а не базуку, которой можно попытаться подорвать смертоносную воздушную плесень, испоганившую все небо.

Проверив заряд в «Игле», я побежал, намереваясь добраться до круглого огражденного сооружения, напоминающего монумент палачам. В памяти всплыло название «Лобное место». Укрывшись за ним, я изготовился. Я рассчитывал, что пришельцы, озаглавленные в меню «Предтечи», не ограничатся расстрелом площади с воздуха, а начнут высадку. Но что я мог сделать с одним пистолетом против высадки боевого десанта? Конечно, со мной оставались мои способности, позволявшие предвидеть опасность задолго до ее появления. Но одними догадками жив не будешь. К тому же я не знал, что можно ожидать от Предтеч.

Я увидел паренька лет двенадцати, который с ужасом, заледеневшим в глазах, старался перевернуть мертвую мать.

– Ублюдочная реалистичная игрушка для маньяков, – пробормотал я, наблюдая, как двумя прицельными выстрелами с корабля тело мальчонки разметало в разные стороны, словно мишень в тире.

Теперь я понимал, в чем сущность виртхаоса. Те, кто разработал эту игру, рассчитывали на ее популярность среди людей, исповедовавших ксенофобию, и расчет оправдался. Игра, существование которой миф, сплетня для Чужих, и реальность для «членов клуба», стала приносить нешуточный доход. Каждый, в котором живет неприязнь к негуманам или людям другого цвета кожи, или другой расы, может оплатить билет до Луны и насладиться истреблением ненавистных ему особей в полной мере со всеми ужасами и красками войны. Я не удивился, если бы узнал, что доход от этого предприятия оседает в карманах земных политиков. Когда-то даже был такой проект по созданию аттракционов, где объекты, потенциально опасные для окружающих, могли бы утолять свою жажду крови без вреда для общества и его индивидуумов. Проект провалился.

Я почувствовал, как по мне пробежала армия мурашек.

«Откуда я это знаю?»

Обдумать вопрос мне не удалось.

Корабли опускались на искалеченную, покореженную, вздыбленную площадь красную от крови. Корабли давили живых людей и трупы. Опора одного из кораблей вдавила старика в булыжник, как сапог грибника пестрый мухомор. Севшие корабли разверзли люки, из них хлынули существа в черных комбинезонах с оружием наперевес. Они разбегались по площади, как крысы, и я видел, что телосложением они напоминали людей. Предтечи, как и люди, ходили на двух ногах, в отличие от рииегов, которым для передвижения требовалось восемь пар ног; на плечах у них росла одна голова, не то что у драгов, у которых вообще не было головы, как отдельной части тела; у них было две руки, человеческой формы, непохожие на конечности лапутсов (каждая из которых более напоминала толстый ствол переплетенных лиан, увенчанный клешней и кустом подвижных усиков); и у Предтеч не было хвоста, как у йо‑ми‑уси‑джи‑узар.

Конечно, можно было предположить, что появившиеся из чрева корабля существа вовсе не Предтечи, а люди наемники, но тогда это противоречило бы сущности игры. Ведь я выбрал Предтеч, стало быть, мне предстоит сражаться именно с ними.

Я не хотел никого убивать. Но я не знал, как по-другому выйти из игры, в которую угодил из любопытства. Я вскинул перед собой пистолет и стал пятиться в поисках укрытия. Возле Лобного места я был как на ладони. Невыгодная позиция, если тебе в одиночку предстоит вести войну против целой армии, да еще с одним пистолетом, однако ничего более подходящего не предвиделось.

Из-за памятника показалась фигура Предтечи в черном. Не дожидаясь, пока меня обнаружат, я выстрелил ему в голову. Пуля прошла навылет, оставляя за собой кровавый шлейф.

«У этих чемпионов есть кровь, и она красная», – отметил я, подлетая к убитому существу. Выдернув у него из рук автомат, я толкнул его тело на пули, которые протянулись ко мне от двух других Предтеч, заметивших гибель товарища. Они находились рядом, поэтому и увидели смерть одного из своих; никто более не услышал мои выстрелы. В треске автоматов, шуме садящихся кораблей и грохоте взрывов выстрел из «Игла» оказался столь же незаметен, как пищащий комар в двух шагах от ревущего Ниагарского водопада.

Вскинув автомат, отобранный у мертвеца, я спустил курок. Короткая очередь разломила двух Предтеч напополам, словно тела их были слеплены из жженого сахара. Осмотревшись по сторонам и убедившись, что опасность мне не угрожает, я наклонился над мертвым Предтечей и сдернул с него черную маску, прикрывавшую лицо. Увиденное поразило меня. Лицо оказалось человеческим.

Я почувствовал опасность и отпрыгнул в сторону, старясь уклониться от пули, летящей мне в голову. Одновременно с этим я открыл огонь с двух рук в черную массу живого тела. Я задействовал все возможности организма, но, как ни пытался оторваться, пуля приближалась. Я видел, что и мои пули направлялись точно в цель.

Время вокруг замедлилось, превратившись в прозрачную вязкую сметану, сквозь которую продвижение затруднено. Я старался ускориться, чтобы уйти от смерти, но не сумел… Смерть, пусть и виртуальная, оказалась неизбежной.

Пуля пробила голову. Я упал.

Секундой позже мой убийца тоже оказался распят пулями.

Боль захлестнула меня, а через мгновение я провалился в ничто…

Я оказался медленным для того, чтобы выжить в виртхаосе. Похоже, все мои способности, привнесенные генными инженерами, в виртуальном пространстве аттракциона не действовали.

Я раскрыл глаза и обнаружил, что сижу в темноте в кресле. Передо мной светилось меню, которое включало одну строку состояния:

ИГРА ОКОНЧЕНА

и две строки возможных действий:

ПОВТОРИТЬ ИГРУ

ВЫХОД

Я выбрал последнее.

Как только я активировал строку «ВЫХОД», комнату, в которой я пребывал, заполнил свет, а из пола выросло мощное сооружение, опознанное мной как подвижный хирургический робо‑центр. Из аппарата протянулись механические руки‑щупальца, прикоснулись ко мне. Я почувствовал в районе шеи холод и легкий укол, после чего сознание поблекло и отключилось.

Глава 4

Память – зеркало ушедшей жизни.

Дж. Р. Р. Толкиен

Когда я вновь очнулся, хирургического робо-центра в комнате не было, а меня окружали люди в белых халатах. Лица их скрывались за черными масками.

– Кто вы? – простонал я.

Бездушный ржавый чурбан робот вкатил мне слишком крутую дозу анестезии.

– Прошу вас не беспокоиться, мы сотрудники виртхаоса, – произнесла ледяным голосом единственная женщина среди белых халатов.

Я обвел их взглядом и насчитал четырех человек.

– Что случилось? – поинтересовался я, ощущая прилив тревоги.

– Проблема. С вами.

Женщина села подле меня.

– В анкете, которую вы заполнили перед загрузкой, вы не упомянули об операции на вашей памяти. На вопрос три анкеты вы ответили, что никаких операций вам не делали.

Она сунула мне под нос бумагу и ткнула пальцем в то место, где я собственноручно написал «НЕТ».

– И что, шизоидный корень⁈ В чем проблема⁈

Я постарался пропитать свой голос максимальной злостью, на которую был нынче способен.

– В вашей операции, – бесстрастно ответила женщина.

– Какой такой операции?!! – тут уж я разозлился по-настоящему.

– Нам не удалось удалить ваши воспоминания о подробностях проведенной игры. И мы не сумели это сделать потому… – женщина замялась, – что ваша память уже подвергалась сходной операции, но на более высоком уровне. При этом мы не можем провести свою операцию.

То, что я услышал, повергло меня в шок. Кто-то производил операцию на моей памяти, стало быть, кто-то боится, что я вспомню лишнее. Значит, моя догадка о том, что я существовал до генных изменений, подтверждается.

– Операция, которую произвели на вашем мозгу, сходна с нашей, но не совсем. Мы удаляем лишнюю память. Вам же закупорили крупный отрезок памяти. Скажем так, память‑ключ, без которого вы не сможете вспомнить то, что с вами произошло до того узелка, где была осуществлена закупорка, – разъясняла женщина.

Я прервал ее.

– Можно как-нибудь разблокировать память? – спросил я, стараясь не выдать голосом, как для меня это важно.

– Мы не сумеем. У нас нет подходящего оборудования. Мало этого… – Женщина замолчала, пытаясь правильно сконструировать следующее предложение: – Нам незнакома технология, при помощи которой была произведена подобная операция.

– Что значит, незнакома технология? – спросил я.

– Это значит, что технология инопланетная.

Я ощутил прилив страха. Кто-то копался в моей голове, и этот кто-то использовал нечеловеческую технологию. Родилось желание – снять с плеч голову и отбросить ее от себя. Подавив брезгливое чувство, я отложил осмысление услышанной информации на будущее, оставив для себя мысль‑лазейку: «Раз кто-то сумел поставить блок, значит, его можно снять. Осталось найти того, кто сможет это сделать».

– Вы должны понять наше положение. Одно из условий контракта – удаление памяти об участии в игре. Память мы вам удалить не можем. Мы поставлены перед дилеммой. С такой ситуацией мы столкнулись впервые. Вы живое доказательство нашего существования. Если вы попадете в руки негуманов, может начаться война. Негуманы не простят нам невинное развлечение…

Я внутренне усмехнулся над словом «невинное».

– Можете не беспокоиться обо мне. Я также ненавижу этих сатанинских созданий, как и любой, кто сюда приходит.

Я постарался вложить всю ненависть, на которую был способен, в свои слова.

– Вы, естественно, понимаете, что мы не можем поверить вам на слово? – кокетливо осведомилась женщина без лица.

Я согласно кивнул.

– Но нам придется. Другого выхода нет.

Я почувствовал, как кресло сняло с меня все оковы. Я свободен.

– Если мы вас убьем, то нас запретят земные власти. Виртхаос всегда балансирует на лезвии бритвы. С одной стороны, негуманы. С другой – Правительство Земной Федерации.

– Я могу идти? – не веря, спросил я.

– Можете. Ваши друзья ждут вас на выходе.

Женщина поднялась, окинула меня тяжелым взглядом в последний раз и вышла. За ней последовала свита из трех широкоплечих сотрудников.

Я выполз из кресла.

Взгляд, который мне достался напоследок от виртхаоса, как пифийский оракул, предвещал скорую гибель от несчастного случая. И я был абсолютно уверен, что, если мне удастся избежать одного несчастного случая, то меня все равно не оставят в покое, пока опасный свидетель мифического аттракциона не замолчит навсегда.

Береженого Бог бережет. Помнится, есть такая пословица.

У входа в виртхаос меня дожидались майор Розов и капитан Орлов. Они в нетерпении расхаживали из стороны в сторону и поглядывали через перила вниз, на первый этаж, где суетились люди, спешившие на рейс или возвращавшиеся из дальнего космоса. На широком табло значились рейсы, отправка которых ожидалась, те, которые уже стартовали к звездам, и сверкали названия только что прилунившихся кораблей.

Я вышел из виртхаоса и сощурился от яркого света.

– Ну, наконец‑то, – обрадовался Розов и засеменил ко мне.

– Чего ты там так долго? – поинтересовался Орлов.

– Как долго? – переспросил я.

– Уже два часа десять минут, – взглянул Орлов на наручные часы.

– Круто! – присвистнул я, и тут меня осенило: – А эшелон?

– Уже улетел и, увы, без нас, – развел руками Розов.

– А вы чего не на корабле?

– Мы тебя дожидаемся. Ты же новичок. Без нас не доберешься.

– А Уотер?

– На эшелоне. Он же шеф по личному составу. Ему нельзя отстать. С него за каждого человека спросят. Не дай бог, недосчитаемся, – пояснил Орлов. – А мы в отпуске, как хотим, так своим временем и распоряжаемся.

Опоздание на эшелон я воспринял стойко. Приключения лишними не бывают.

– Как дальше? – спросил я.

В межпланетной коммуникации я и впрямь был новичок.

– Возьмем билеты на гражданский рейс, – предложил Розов, – мы же не знали, когда ты появишься, так что присмотрелись. Через полчаса будет корабль. Торгового флота. Сейчас подойдем к автомату и зарезервируем три билета. Надеюсь, все при кредитках.

Орлов придал лицу выражение со значением: «Обижаешь».

Я просто кивнул.

– Значит, решили. Через полчаса отлет, а пока мо…

– Опять какие-то дикие идеи. А в результате опоздаем? – проворчал я.

– На этот раз все просто, – отмахнулся Орлов.

– Просто посидим в баре. Пропустим по стаканчику, – закончил Розов.

Решение принято.

Прикупив билеты на ближайший рейс, мы отправились на поиски бара. Его мы обнаружили сразу на втором этаже. Через два павильона после виртхаоса. Бар представлял из себя рубку звездолета с множеством столиков, барной стойкой на восемь мест. Все места возле стойки уже были заняты скучающими мужчинами, потягивающими напитки из высоких бокалов. Мы приземлились в кресла возле столика. Майор Розов нажал кнопку вызова, и к нам подкатил робо‑официант, похожий на маленький космический корабль с дисплеем вместо иллюминатора, на котором мы и выбрали заказ. Робо-официант вздрогнул, будто его передернуло от отвращения, и верхняя половина механизма собралась в капюшон, открывая телепортированный заказ.

Майор выбрал два бокала виски и кружку светлого пива «Амберская корона».

Я с сомнением окинул взглядом его заказ. Как бы нам не пришлось транспортировать майора до корабля.

Капитан оказался более консервативен во вкусах. Две рюмки водки и пара бутербродов с красной икрой.

На него можно рассчитывать.

Я взял кружку темного пива «Октябрьский эль» и тут же пригубил. Пиво подали отличное.

Майор осушил бокал с виски и запил пивом. Его расплывшееся лицо порозовело, и он сыто улыбнулся.

– Сколько нам на гражданском лететь? – поинтересовался я.

– Опоздаем от силы на полчаса, – ответил капитан. – Наши эшелоны движутся медленно. Мы вылетаем почти на два часа позже, так что сам суди.

Более за оставшееся до вылета время мы не проронили ни слова. Каждый наслаждался напитком и мыслями, которые бродили в головах. Я размышлял об услышанном в виртхаосе и никак не мог прийти к какому-то выводу. Кому могло потребоваться копаться в моей памяти и кто опасался, что я вспомню лишнее? Я пытался воскресить хоть один образ, но память выдавала туман, в котором, как мне казалось, обитали чудовища.

Пиво закончилось.

Время тоже.

Я взглянул на майора. Он казался трезвым и, судя по движениям, мог передвигаться сам. Я поднялся, оправил мундир, провел кредиткой над глазом подлетевшего робо‑официанта, оплачивая выпитое.

– Тронулись, – скомандовал я.

Капитан и майор оплатили заказы и последовали за мной.

Мы спустились на первый этаж и проследовали к четвертой платформе, откуда должна была через три минуты стартовать подъемная капсула на космодром рейс

«Луна – Амбер Транзит». Забравшись в капсулу, мы расположились на свободных местах, и пристегнулись ремнями безопасности. Капсула рассчитана на двадцать человек и уже наполовину заполнена.

– Там на Амбере кто-нибудь есть? – полюбопытствовал я.

– Не понял, – икнул мне в лицо Розов.

– Я имею в виду инопланетников, – уточнил я.

– Туземцев, значит, – отозвался майор.

Я кивнул.

Майор нахмурился и с видом престарелого лектора, вынужденного отвлекаться от важной темы, чтобы разжевать тупому студенту прописные истины, произнес на едином дыхании:

– Все планеты человеческого пояса лишены иной разумной жизни.

Пауза.

– На Амбере есть глоттты – они полуразумны. Помесь макаки и страуса. Ужасное существо. В человеческий рост. Ноги слоновьи. Руки на полтора метра разворачиваются.

– Как это разворачиваются? – удивился я.

– Очень просто. Они ими стреляют.

Я представил себе описанное Розовым существо, которое, помимо внешней непрезентабельности, еще и стреляет руками, и мне расхотелось сталкиваться с подобным страшилищем.

– Такими они стали в процессе эволюции. Они так от хищников спасаются. На Амбере много лесов. Было. Но ветки расположены далеко от земли. Вот и представь. При опасности глоттты стреляют руками вверх, цепляются за последнюю ветку и возносятся на дерево. Хищник остается ни с чем. Глоттт – сохраняет себе жизнь.

За разговором мы не заметили, как стартовала капсула и медленно забралась на край горы. Теперь мы скользили по равнине до космодрома. Скольжение закончилось возле торгового корабля, помеченного изображением голубя. Из корабля к капсуле протянулись два соединительных герметичных трапа, и двери капсулы раскрылись.

Мы поднялись первыми и проследовали через трап в корабль.

На входе нас встретил офицер космофлота. Он козырнул, приветствуя нас, и потребовал предъявить билеты.

Майор напоминал шатающуюся под порывами ураганного ветра березку, но говорил внятно, трезво. Оформив билеты через приемный порт, офицер посторонился и пропустил нас в корабль, указав палубу и класс, где находились наши места.

Найти четвертую палубу, бизнес‑класс, не составило труда.

Стены мягкого голубого цвета, притушенный свет, удобные, слегка наклоненные, будто на приеме у стоматолога, кресла. Я нашел свой номер, указанный на желтом посадочном билете, и устроился на сиденье поудобнее, расслабляя тело.

И тут я увидел его.

Впереди меня через проход сидел Гвинплей Плант, а рядом с ним… я отказался поверить увиденному… Илла Сливович, которая должна была покоиться на дне подводного мира Клинча.

Что они здесь делают?

Я сполз по креслу, стараясь укрыться, чтобы меня не заметил Плант.

Как Сливович спаслась? Как она могла спастись на дне океана без воздуха?

– Ты чего тут елозишь? – поинтересовался Розов и пьяно хихикнул.

– Тихо, – зашипел я.

– Чего тихо? Чего тихо? – запричитал майор, привлекая к себе внимание.

– Да сиди ты.

Я ухватил Розова и резко сдернул его в кресло.

– Тут любовница моя. Я ее кинул, ничего не объяснив. Теперь на глаза попасться не хочу.

– Понял, не дурак.

Розов пристегнулся ремнями, закрыл глаза, а уже через пять минут дремал.

Капитан Орлов ухмыльнулся. Он нацепил на глаза видео-очки, вдел в уши пуговки наушников, выбрал на телепанели фильм для просмотра и нажал кнопку проигрывания. Чтобы укрыться от глаз Планта и Сливович, я также напялил на переносицу очки и загрузил кино. Фильм «Жуки» оказался второсортным звездным боевиком с участием актеров второго класса, но я досмотрел его до конца, а когда фильм закончился, корабль уже выходил на орбиту Амбера.

Глава 5

Солдат вынужден выполнять приказы – неважно, правильные или преступные – просто потому, что выживание зависит от действий команды, массы, коллектива.

Джо Холдеман. 11 тезисов военнослужащего Холдемана

– Внимание, пассажиры! – раздался голос командира корабля. – Мы начинаем посадку. Пристегните ремни.

Я послушно пристегнулся, бросив взгляд на Гвинплея Планта, который, склонившись к своей спутнице, нашептывал ей что‑то приятное на ушко. Илла улыбалась.

– Внимание, – вновь зазвучал голос из динамиков, но на этот раз в нем можно было разобрать интонации тревоги, – космодром, на который производится посадка, в эту минуту подвергается атаке повстанцев. Просьба не беспокоиться. Кораблю, как и его пассажирам, ничего не угрожает. Атаки повстанцев успешно отражаются нашими доблестными войсками.

– Эти подонки уже и до космопорта добрались, – изумился капитан Орлов.

– Куда смотрит Гривс? – задался вопросом майор Розов. – Это же преступление – позволить этим выродкам дойти до космопорта. Наши войска должны были остановить их задолго…

– Кто такой Гривс? – поинтересовался я.

– Командующий семнадцатым звездно-десантным.

– Гривсу давно пора в отставку. Он уже не справляется с ситуацией, – заметил Орлов.

– Бюрократы на Земле будут локти кусать, когда Гривс сдаст Амбер повстанцам.

От недавнего опьянения Розова не осталось и следа. А такое ли уж оно было недавнее? Я не имел представления о том, сколько длился полет. Если судить по фильму, который мне пришлось просмотреть, то полтора часа, но очень уж сомнительно, что время в полете между Луной и Амбером текло так же, как и на Земле.

Корабль сильно тряхнуло. Подбросило вверх и вновь ударило о посадочную полосу. Все стихло.

– Посадка закончена! – объявил командир звездолета. – Судно покинуть! Возле выходов пассажиров дожидается транспорт!

Я отстегнулся, плавно поднялся и столкнулся лицом к лицу с… Гвинплеем Плантом, который направлялся к выходу.

– Ты⁈ – ошарашено прошипел Плант.

Его лицо выглядело так, будто на нем разорвалась атомная бомба. Только вместо бомбы взорвались чувства, которые он пережил в секунду, когда опознал меня.

– Я вижу, ты еще жив, – ехидно сказал я.

– Я вижу, что и ты еще жив. Пока… – с презрением пробормотал Гвинплей.

– Вы знакомы? – поинтересовался Розов.

И тут на меня прыгнули. Илла Сливович увидела меня, выглянув из-за плеча Планта, и, отпихнув его в сторону (Плант упал на старика с длинной седой бородой и с кольцом в ноздре), попыталась вцепиться мне в лицо ногтями, которые в последний раз она стригла лет двести назад. Помог Розов. Не испытывая особого благоговения перед дамой, майор ударил ее по рукам, ткнул кулаком в живот и отпихнул обратно в кресло.

– В некотором роде мы знакомы, – пробормотал я, отвечая на вопрос Розова.

Не обращая внимания на поверженных Планта и Сливович, мы продолжили путь к выходу.

Через минуту мы оказались на космобетонном покрытии космодрома перед пузатым допотопным автобусом.

Я осторожно огляделся.

Со всех сторон, доступных взору, космодром окружал лес. Не джунгли, а обыкновенный смешанный лес, где ели стояли в обнимку с дубами и березами. На посадочных площадках стояли два фиолетовых спящих корабля с гербом Земли на борту в окружении россыпи звезд. Я невольно залюбовался красотой плавных форм этих машин, и в ту же секунду один из спящих кораблей пронзил голубоватый луч, исходящий откуда-то с неба. Корабль раскалился, превращаясь в красный горящий шар, и взорвался, разлетаясь на осколки.

И тут я услышал.

Тишина наполнилась звуками далеких взрывов, пением пулеметных очередей, которым вторили автоматные партии, изредка прерываемые разрывами гранат.

Вокруг космодрома кипели боевые действия.

Осколки взорванного звездолета разлетелись по всей посадочной площадке. Один из них угодил в группу пассажиров нашего корабля, выходивших из вторых посадочных ворот. Женщина упала на космобетон с оторванной головой, болтающейся на лоскуте кожи. Кровь хлестала из рваной раны, обдавая стоящих подле людей, но они не обращали на безголовую женщину внимания. Люди были напуганы, многие изранены. Мужчина в сером костюме с эмблемами Корпорации Звездной Торговли пытался удержать руку, которую вырвало из плечевого сустава. Толстопуз рядом вглядывался в дыру в собственном животе, сквозь которую поблескивала обшивка корабля.

Я отвел взгляд и уставился в небо, стараясь понять, откуда был нанесен удар.

Я увидел корабль, плюющийся голубыми лучами. Он парил над космодромом. На него заходили два истребителя, похожих на птиц со сведенными за спиной крыльями.

– Добро пожаловать на Амбер, капеллан, – пробормотал майор Розов.

– Срочно в автобус! – раздался крик.

Из автобуса выскочили два солдата в серой форме и пилотках, украшенных значками. Они зажестикулировали, зазывая пассажиров в автобус.

Я чувствовал, что вот-вот начнется паника. Огляделся по сторонам, но нигде не увидел Гвинплея Планта и Иллы Сливович. На площадке рядом со звездолетом их не оказалось.

Розов ухватил меня за рукав и потянул за собой.

Мы побежали, лавируя между растерянными пассажирами, и первыми заскочили в автобус.

Розов приник к окну.

– Как они прорвались? – спросил, тяжело дыша, Орлов.

– Наступление на всех участках фронта, господин капитан, – доложил солдат‑водитель. – Еле держимся. В трех местах проникновение за пределы периметра.

– Нам нужно срочно в часть, – потребовал Розов. – Мы должны быть на своих местах.

– А люди? – изумился водитель.

– Что люди? Пришлете за ними другой автобус. Нам все равно не по пути.

– Но у меня приказ… – слабо попытался возразить солдат.

– Я отменяю твой приказ.

– Слушаюсь, господин майор.

Водитель отвернулся.

– Что происходит? – спросил я, подозревая худшее.

– Мы едем в часть, – ответил Розов.

Капитан Орлов высунулся из душного тесного салона и заорал на других солдат. Те, забыв об искалеченных пассажирах, запрыгнули внутрь. Двери закрылись, и автобус плавно тронулся.

– Эй, так нельзя, – я поднялся на ноги, но тут же упал.

Автобус тряхнуло. Вдали прозвучал взрыв.

– Сиди и не рыпайся, капеллан!.. – потребовал майор. – Я не намерен с тобой спорить. Потом отпустишь мне грехи. А сейчас заткнись и…

Я выхватил из кобуры «Полюс» и нацелил его на майора.

– Что⁈ – взревел майор. – Перечить! Мне⁈

Автобус вновь тряхнуло.

Я опрокинулся на сиденье. Рука отклонилась от цели, и майор прыгнул на меня. Он перехватил руку с иглометом и дважды ткнул кулаком мне в челюсть. Я слизнул кровь с разбитых губ и разозлился. Откинув голову, я с яростью стукнул лбом в голову Розова. Раздался треск. Майор обмяк и свалился на пол автобуса.

Капитан дернулся ко мне, но мой взгляд его остановил. В этом взгляде он увидел свою смерть.

– Водила, тормози танк! – приказал я.

Солдат с радостью выполнил мое распоряжение.

Двери распахнулись.

Я посмотрел на двух солдат, которые не стали вмешиваться в сражение с майором. Они нарочито отвернулись к окнам и упорно всматривались в пейзаж снаружи. Их не интересовала перепалка офицеров, и к тому же я почувствовал, что душой они на моей стороне.

– Русс, надо помочь Розову, – сказал Орлов. – Он так неудачно ударился об пол. Как бы не случилось сотрясения.

Орлов посмотрел на меня. В его глазах я прочитал поддержку. Он на моей стороне.

– Ты что-нибудь видел, солдат? – спросил капитан водителя.

– Ничего, господин капитан, – отчеканил тот в ответ. – Но, по-моему, господин майор был малость нетрезв.

– Да он был пьян как сапожник, – возмутился Орлов, склоняясь над Розовым.

В автобус стали заскакивать люди.

– Черт! – выругался Орлов, – Я ему сколько раз говорил: не пей перед полетом! Теперь уже поздно!

Орлов поднялся:

– Он мертв.

Я покосился на тело майора, вокруг головы которого расплывалась кровавая лужа.

– Солдаты, перенесите тело в хвост автобуса, – велел Орлов, садясь на свое место и демонстративно отвернувшись от меня.

«Зачем ему нужно меня выгораживать?» – задался я вопросом.

– Русс, приготовься к нескончаемым рапортам, когда все кончится, – не поворачиваясь ко мне, произнес капитан Орлов.

Перепуганные и израненные пассажиры спешно заполняли автобус.

Мы взяли на борт всех, кто был способен уехать. Двери закрылись, и автобус стартовал к зданию космовокзала, накрытому силовым куполом. Водитель лавировал по космобетону, который лопался от взрывов то справа, то слева. Автобус обсыпало осколками, словно в снегопад, и трясло, как в эпилептическом припадке. Женщины визжали. Мужчины скрежетали зубами, стараясь удержать себя от истерики. Кто-то не выдержал, но паникера успокоил приклад одного из солдат. Никто не запротестовал против такого обращения. Люди поуспокоились и дальше ехали уже молча с ожесточенными выражениями на лицах.

Автобус несся на силовой купол, словно торпеда.

– Если нас не заметят и купол не откроют, то конец, – обрадовал капитан Орлов.

– Должны заметить, – процедил я сквозь зубы и поразился сам себе:

«Откуда такая уверенность?»

Купол приоткрылся, будто кто-то приподнял его, и автобус влетел в брешь. Края силового поля закрылся.

– Есть! – хлопнул кулаком в ладонь Орлов.

Автобус беспрепятственно добрался до здания космовокзала и, остановившись, распахнул двери. Пассажиры поспешили покинуть неуютную машину, точно спасались с палубы тонущего «Титаника».

Я усмехнулся.

– Чего смеешься, Русс? – спросил Орлов.

– Историю одну вспомнил про древний корабль, который утонул, – ответил я.

– Расскажи, – попросил он.

– Слышал про «Титаник»?

– Самый величественный водный корабль?.. Слышал.

– Когда судно начало тонуть, один из пассажиров первого класса понял, что шансов на спасение у него нет. В первую очередь женщины и дети, а шлюпок на всех не хватит. Тогда он решил встретить смерть достойно, а для смелости прикончил все запасы ирландского виски, имевшиеся в наличии в баре первого класса, и прихватил с собой виски в фляжке, – я утер пот со лба. Напряженное бегство от смерти сказалось и на мне. – Судно раскололось на две части. Он в это время находился на корме и выплыл, когда воронка от ушедшей под воду корабля засосала почти всех, кто был в радиусе действия ее вращения. Когда барахтавшиеся в воде люди умерли от холода, он остался жив и был спасен шлюпками корабля «Карпатия», подоспевшими на помощь потерпевшим кораблекрушение. Три бутылки ирландского виски спасли его от холодной смерти.

– И что? – спросил Орлов, не понимая, куда я клоню.

– Лишь на палубе «Карпатии» он протрезвел и понял, насколько ему повезло. На радостях пассажир заказал себе еще виски и к вечеру скончался от алкогольного отравления, – закончил я историю.

– К чему ты мне это рассказал?

– Глупо вырваться из-под обстрела, чтобы вновь окунуться в него и попытаться достичь своей части. Если и достигнем, то к тому моменту, когда все закончится. Если нет, то наша жертва будет совершенно бессмысленна. Мы никому не поможем.