Текст книги ""Фантастика 2025-195". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Николай Степанов

Соавторы: Дмитрий Самохин,Ирина Лазаренко,Миф Базаров,Вадим Тарасенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 308 (всего у книги 349 страниц)

Глава 13

Пока все были заняты бумагами и обсуждением недавнего конфликта, я подсуетился, чтобы найти для нас с ребятами нормального командира.

Старшекурсники, уехавшие сюда на день раньше, стояли рядом, что-то обсуждая небольшими группками. Среди всех, кого я успел узнать за полгода обучения, лишь Молчанов показался мне идеальным вариантом. Он был спокойным, опытным и, что важнее всего, не заносчивым, как многие другие пятикурсники, достигшие к концу обучения в академии третьего уровня владения стихиями, а таких были единицы.

Окликнул молодого человека, и он обернулся, мгновенно узнав меня. Голубые глаза блеснули интересом, а губы растянулись в широкой ухмылке.

– Чёрт возьми, да это же тот самый студент, что молоточком муравьида прикончил! – воскликнул Роман, явно довольный собственной памятью. – Или как ты там его назвал тогда? А, вспомнил! – он поднял палец вверх, словно поймав мысль на лету. – Клевец!

Не смог не улыбнуться.

– Ну, если говорить точно, то это был геологический пробоотборник, но суть ты уловил верно, – поправил я, чувствуя лёгкое тепло от того, что пятикурсник запомнил эту мелочь.

– А потом ты ещё Краснова на дуэли победил, – кивнул парень. – Помню-помню, красивый поединок был. Впечатляющий.

Эти слова заставили меня на мгновение задуматься о том дне: о жгучем желании той магической схватки, о взглядах сотен зрителей, жаждущих зрелища. Тогда я доказал, что даже новичок может победить, если мыслит нестандартно.

– Чего хотел-то? – спросил Роман, возвращая меня к реальности.

– Думаю, ты уже догадался, – ответил я, а Роман утвердительно кивнул.

– Ты один?

Показал на своих друзей, стоявших неподалёку.

– Нас шестеро, – пояснил я. – Пятеро магов, и у одного ещё не открылся дар, – заметил, как его взгляд скользнул по Мите, – а ещё есть тридцать солдат, с которыми мы хорошо сработались по дороге сюда. В основном опытные ветераны, отслуживший не один год.

Роман задумался на секунду, почесал подбородок, а затем махнул рукой, будто избавился, наконец, от сомнений.

– А почему бы и нет? Ты, видно, из тех, кто постоянно приключения находит, – усмехнулся Молчанов. – С таким товарищем точно не заскучаешь.

Его слова заставили меня внутренне передёрнуться. Приключения – слишком мягкое слово для того, через что мы уже прошли. Но если он готов закрыть глаза на мою репутацию «магнита для неприятностей», то это уже хорошо.

Пока мы разговаривали, взгляд случайно зацепился за сцену у входа в штаб. Тот самый капитан, с которым у нас вышел конфликт, стоял рядом с нашей старостой – Машей Дьяковой. Он что-то говорил девушке, наклонившись поближе, а она довольно улыбалась.

Не просто вежливо, а расплылась в улыбке, слушая грубые комплименты.

Меня сковало странное чувство: смесь раздражения и недоумения. Этот тип только что унизил Лизу и Надю, а теперь вёл себя так, будто ничего не произошло. Но Маша, казалось, была не против.

– Ты это видишь? – тихо спросил я, кивнув в сторону парочки.

Роман бросил взгляд и фыркнул.

– А, это Шишкин. Любит покрасоваться перед курсантками. А девушка вроде не против, – прокомментировал Молчанов.

– Маша? – невольно усмехнулся я. – Она любит, когда на неё внимание обращают, особенно если мужчина высокопоставленный.

– Ну вот видишь, выходит, она того же поля ягода.

Я нахмурился. Возможно, для Маши это действительно был идеальный вариант: капитан, который явно не прочь заигрывать, и она, судя по всему, готова это поощрять. Но что-то внутри всё равно сжималось от неприязни.

– Ладно, не зацикливайся, – хлопнул меня по плечу Роман. – Если вам с ребятами нужно распределение, идём ко мне. Возьму ваш отряд под своё крыло, но с одним условием.

– Каким?

– Если начнётся бардак, поможешь его разгрести. Договорились?

Я кивнул.

– Договорились. Именно на это и рассчитывал, – ухмыльнулся я.

Мы отошли к бочке с водой. Роман снял висящую на цепи потемневшую от времени кружку, зачерпнул и сделал большой глоток, прежде чем заговорить. Вода стекала по его подбородку.

– Этот Шишкин, с которым ты поцапался, знаешь кто? – Рома вытер рот рукавом. – Пятый сын в роду. Ни титула, ни перспектив. В магии у него тупик на четвёртом уровне. Вот и злится на весь мир.

Я кивнул, вспоминая, как зимой на учениях Роман выручил нас с Аматом. Он тогда умело управлялся с фаерболами и молниями – редкий дар даже для третьего уровня. Его движения были точными, без лишней суеты, а глаза всегда спокойно оценивали ситуацию.

– Гадёныш ещё тот, – продолжал молодой человек, наполняя кружку снова. – Все его сторонятся. Но подлизался к генералу Михайлову, стал квартирмейстером. Теперь патрули раздаёт по своему хотению.

Пятикурсник осушил вторую кружку одним махом, будто пытался смыть с себя горечь этих слов.

– Кто ему не нравится – идёт на гиблые задания. Кто делится добычей – получает посты поспокойнее.

– Откуда знаешь столько? Ты же только вчера приехал сюда.

– Так практика у меня в прошлом году здесь была, – усмехнулся Роман. – А ты думаешь, за прошедший год тут что-то поменялось? Нет, совсем ничего.

– Значит, теперь я в списке неугодных? – нахмурился, ощущая раздражение, хотя нет, скорее, брезгливость к этому Шишкину.

– Зато в моём взводе, – Роман хлопнул меня по плечу, и в его глазах вспыхнул озорной огонёк, – Шишкин не указ. Я напрямую капитану Долгорукому подчиняюсь.

Парень повесил кружку на гвоздь и с грохотом захлопнул крышку бочки.

– Собирай своих людей и устраивайся в казарме. Завтра двинемся в Старый город всей ротой Долгорукова. Разом и приказ Шишкина выполним, и город от этой нечисти освободим. Всё равно твари всем житья не дают. Да и макров наберём, дело-то выгодное.

– А твой штабс-капитан против не будет? – нахмурившись, поинтересовался я

– Так он уже давно туда собирался, но квартирмейстер всё отказывал. А так повод есть, – Роман понизил голос и заговорщически улыбнулся. – Из его роты один отряд отправили на разведку, а где отряд – там и взвод, а где взвод – там и рота.

Через полчаса мы с Романом встретились у одной из казарм.

Помещение выделялось на одну роту солдат, состоящую из трёх отделений. Нашей ротой командовал штабс-капитан Долгорукий.

Из рассказа Молчанова я понял, что он был человеком редкого склада: деятельным, целеустремлённым, но при этом лишённым высокомерия. Он не кричал на подчинённых, но его слова имели вес. Не лез в драки первым, но если уж вступал в бой, то бился до конца. И главное, он чувствовал людей. Знал, кого можно подбодрить шуткой, а кого лишь строгим взглядом.

К роте прикрепили двух медиков с пятого курса, Виталия и Вадима. Морозов с ними раньше учился и отзывался коротко: «Хорошие ребята». Для него это значило больше, чем любая хвалебная речь.

Когда мы всей толпой подошли к каменной казарме, Роман стоял и смотрел вверх, где на одном из четырёх флагштоков, самом высоком, висел герб.

Пригляделся: он принадлежал семье Долгоруковых, изображён был серебряный дракон на лазурном поле. Флагштоки поменьше предназначались для гербов юнкеров.

– Помогите поднять, – вдруг сказал Роман, доставая аккуратно свёрнутый шёлковый свёрток.

Когда развернули полотно, перед нами предстал герб рода Молчановых: в центре пылающий факел, перекрещенный с серебристым потоком воды, а над ними золотая шаровая молния, будто застывшая в прыжке.

Композиция выглядела живой, казалось, вот-вот услышишь треск пламени и плеск волн.

– Чёрт, – пробормотал я, осматривая флагшток. – Шкивы заржавели.

Нужно масло какое-нибудь. Доставая склянку из аптечки, заметил, как Амат и Сергей взялись за канаты. Лиза ловко расправляла складки полотна, а Надя, прикусив нижнюю губу, готовилась закрепить флаг.

– Готово? – спросил Роман.

После щелчка механизма знамя взмыло вверх. Ветер подхватил его, и герб Молчановых развернулся во всей красе.

Роман какое-то время стоял молча, глядя на стяг своего рода с высоко поднятым подбородком. В глазах молодого человека читалась не просто гордость, а уверенность.

Казарма оказалась просторной, но спартанской: длинный барак на сотню солдат с двухъярусными нарами, печкой в центре и десятком крохотных комнат для командного состава.

– Девчонки, размещайтесь в той комнате у дальнего угла, – распорядился Роман, указывая на дверь в конце помещения. – Остальные унтеры по двое, занимайте свободные.

Я оказался в одной комнатушке с Аматом. Сосед, не церемонясь, разбросал вещи, повесил на торчащий из стены гвоздь шпагу и с довольным вздохом плюхнулся на койку.

– Удобнее, чем на корабле.

– Ну на корабле ты вообще на палубе спал, – усмехнулся я.

– Молодому организму всё нипочём, – Амат зевнул, закинув руки за голову. – Я же теперь не дед трёхсотлетний.

Невольно улыбнулся и открыл одну из сумок.

Из неё, словно метеор, вылетел Мотя. Он радостно запищал и начал кругами носиться по комнате, серебристая шерсть мелькала в полумраке, оставляя за собой светящийся след. Казалось, он бегает не только по полу, но и по стенам, и даже потолку, так быстро зверёк двигался.

– Засиделся, дружок, – погладил я пушистика, когда он, наконец, успокоился, устроившись у меня на коленях.

Вытащил из кармана грушу и положил её на тумбочку. Мотя тут же схватил фрукт лапками и принялся уплетать, время от времени поглядывая на меня чёрными глазками-бусинками.

– Проголодался? Кушай, кушай.

Пока зверёк ел, я занялся проверкой оборудования. Микроскоп с венецианскими линзами, пробирки, склянки с реактивами – всё было цело, несмотря на перевозку. Завтра предстояла вылазка, и я решил взять с собой самое необходимое.

Затем проверил сумки с зельями. Часть оставил в казарме, но основное снаряжение сложил в компактный дорожный набор. Зелье первой помощи, боевой эликсир, энергетический концентрат – какой-то запас всегда должен быть под рукой.

Вечером, когда сумерки уже плотно окутали лагерь, в нашу комнату постучали.

– Входите!

Дверь скрипнула, и на пороге появились медики – Вадим и Виталий. В руках у них был походный чайник.

– Мир вашему дому, – ухмыльнулся Вадим, переступая порог.

– Вот, захватили, – добавил Виталий, ставя чайник на стол.

Я тут же вскипятил воду, не дожидаясь прихода огневика Романа. Магия земли, конечно, не слишком подходила для таких дел, но пара переделанных мной заклинаний нагрела металл за считанные секунды.

– О, не знал, что маги земли чайники кипятить умеют, – поднял брови Виталий.

– Всё что угодно, лишь бы не ждать, – усмехнулся я.

Амат тем временем разлил чай по кружкам, добавив туда щепотку сушёных ягод, которые прихватил с собой. Терпкий, с лёгкой кислинкой аромат сразу же наполнил комнату.

Прекрасно понимал, что ребята пришли не просто так. Они хотели наладить со мной отношения, и причина была очевидна: пятикурсники видели зелья и понимали, что на фронтире такие вещи могут спасти не одну жизнь.

– Ну что, – начал Вадим, прихлёбывая чай, – завтра в Старый город. Говорят, за эту неделю там уже два отряда пропало.

– Да, – кивнул я. – Но с нами Роман и ещё два унтера. Всего получится около ста человек, так что, думаю, справимся.

– Если что, мы рядом, – сказал Виталий. – Хоть мы и не боевые маги, но пару трюков знаем.

Мы сидели, попивая чай, и говорили о завтрашнем дне, когда дверь снова распахнулась. В комнату, словно вихрь, ворвались Лиза, Надя, Сергей и Митя.

– Вот и попил чайку с пряниками, – улыбнулся я, протягивая девушкам металлические кружки.

Как только Мотя учуял лакомство, он тут же с требовательным писком материализовался из воздуха, кружа около девушек.

– Ой, смотрите, кто проснулся! – радостно воскликнула Надя, доставая из кармана медовый пряник.

Мотя мгновенно уселся перед ней, вытянув лапки, как будто молясь, и девчонки не устояли: начали наперебой угощать пушистого, попутно гладя его серебристую шёрстку.

– Только не затрите до дыр, – пошутил я, наблюдая, как зверёк млеет от внимания.

А потом в дверном проёме появился Роман. Комната, и без того битком набитая людьми, теперь казалась совсем крошечной.

– Что, собрание без меня? – усмехнулся парень, протискиваясь внутрь.

В этот момент меня накрыло воспоминание из прошлой жизни: студенческие годы в общежитии, когда мы всей толпой в три десятка человек забивались в комнату, рассчитанную на четверых. Те же теснота, смех, ощущение братства.

Достал из сумки два демонстрационных набора: аккуратные кожаные футляры с пробирками, в которых переливались жидкости всех цветов радуги.

– Держите, – протянул я их Вадиму и Виталию. – Все основные эликсиры моей мануфактуры.

Глаза ребят загорелись.

– Это же… – Виталий осторожно взял футляр, будто держал в руках святыню.

– Лучшие зелья в империи, – закончил за него Вадим, не скрывая восторга.

Для меня же это было в первую очередь вопросом безопасности. Если раненые получат хорошие лекарства, а в эффективности своих эликсиров я не сомневался, то быстрее вернутся в строй. А значит, и мы с друзьями окажемся в меньшей опасности.

Потом Вадим и Виталий рассказывали истории из академии.

– Вместе с Ромой с первого курса учились, – пояснил Виталий, разливая травяной чай по жестяным кружкам. – Но на четвёртом у нас открылась магия жизни, а у него – родовая магия огня.

В голосе прозвучала лёгкая зависть.

– А потом Рома так усиленно тренировался на практикуме, что взял второй уровень, – подхватил Вадим. – Летом снова уехал на фронтир и прокачался ещё.

– Поэтому неудивительно, что у него теперь третий уровень, с гордостью заключил Виталий.

Было видно, что бывшие однокурсники искренне радовались за Романа. А сам он, обычно такой уверенный, сейчас явно смущался.

Ему повезло, а им нет.

Но могло быть и хуже. Если бы у них не открылся дар магии жизни, они потеряли бы дворянский статус. В этом мире только маги могли быть настоящими дворянами.

Роман потягивал чай, избегая взглядов, а я ловил себя на мысли, что даже здесь, на краю цивилизации, среди войны и опасностей, есть место простым человеческим чувствам: дружбе, зависти, благодарности.

Завтра нас ждал Старый город. Завтра – бой. Но сегодня мы были просто людьми, собравшимися вместе в тесной комнате, чтобы разделить чай и истории.

* * *

Солнце только-только поднялось над горизонтом, когда мы выдвинулись к Старому городу. Воздух был сухим и горячим, словно печной жар, хотя ночь была холодная и, судя по льду в питьевой бочке, минусовая.

Под ногами хрустел песок, перемешанный с острыми осколками древних построек.

– Смотри, – Роман ткнул пальцем вдаль, где темнели очертания разрушенных зданий. – Весь сектор в радиусе пятидесяти километров – сплошная пустыня. А ведь когда-то здесь текла полноводная река.

Я кивнул, вспоминая карты из академии.

– Что тут случилось?

– Десять лет назад прорыв. Какая-то тварь – то ли огненный феникс, то ли ещё какая дрянь – выжгла всё дотла. Русло реки сдвинулось, – он плюнул в песок. – Теперь тут только монстры да руины. Колония еле держится на подвозах извне.

Впереди показались первые дома – невысокие каменные строения с плоскими крышами, некоторые почти полностью погребённые под песчаными дюнами. Из города доносились странные звуки: то ли скрежет, то ли вой, заставлявший волосы на затылке вставать дыбом.

– Шишкин хотел отправить нас на разведку, – усмехнулся я, оглядывая колонну. – Но Долгорукий, видимо, решил не мелочиться.

Почти сотня бойцов растянулась по дороге. Капитан шёл впереди, его серебряный герб сверкал на солнце. Мы разделились на группы: по два отряда на каждую улицу.

Я пробовал поэкспериментировать с магией земли и пытался прощупать песок не только под ногами, но и впереди.

Возможно, у такого подхода были перспективы, но сейчас, на первом уровне магического источника, я не мог заглянуть дальше десяти метров. Да и то, из-за постоянного ветра, который гонял песок, я ощущал только шум, словно рябь в старом телевизоре.

– Кирилл, смотри! – Надя, которую я взял с собой, внезапно схватила меня за рукав.

Из-за угла выползло нечто, напоминающее помесь скорпиона и таракана.

Мотя на плече недовольно зачирикал, вцепившись в мой мундир ещё крепче.

Приподнял руку, и мы двумя отрядами немного попятились назад.

– Киря, – раздался рядом голос Жданова, – я что-то не помню подобных тварей в бестиарии.

Я медленно достал из ножен саблю.

– Раньше казалось, что знаю почти всех тварей, но оказывается, самых опасных в бестиарии почему-то нет.

– Чёртова инквизиция, – выругался Митя, снимая со спины магическое ружьё.

– Отделение, готовься! – рявкнул я.

И в тот же момент десять винтовок солдат моего и Надиного отделения поднялись, прицеливаясь.

Тварь не сдвинулась с места, она раздвинула усики в сторону и быстро затрепетала ими.

Уши пронзила дикая боль.

– Пли! – во всё горло завопил я, и в тот же момент раздался дружный залп.

Бах!

Грохот залпа оглушительно разнёсся по пустынному городу, но когда дым рассеялся, твари на месте уже не было. Она исчезла в облаке песка, оставив после себя лишь воронку от взрыва.

– Чёрт! – выругался я, ощущая магией земли движение.

Мгновение – и из-под земли, словно торпеда, вынырнул песчаный комок. Тварь двигалась прямо на нас с невероятной скоростью, оставляя за собой пылевой шлейф.

Глава 14

Земля под ногами вздыбилась, и я едва успел отпрыгнуть в сторону, когда из-под песка вырвалось чудовище. Его хитиновый панцирь блестел как полированный металл, а клешни размером с саблю защёлкали в воздухе, словно какой-то жуткий музыкальный инструмент. Каждый щелчок отдавался в висках, будто кто-то бил по натянутой струне прямо в голове.

Мельком огляделся. Солдаты стояли чуть поодаль, стараясь поскорее перезарядить ружья. Им нужно было ещё несколько секунд. Нужно выиграть время всего на один залп в упор, и эта тварь разлетится на куски.

– Шустрее! – крикнул я им, вжимая ладони в раскалённый песок.

Магия земли отозвалась едва уловимым дрожанием под пальцами.

Попытался создать ловушку, песчаный вихрь, яму, хоть что-то!

Но монстр лишь фыркнул, будто смеясь надо мной.

Песок обтекал его, не задерживаясь ни на мгновение.

Песчаные столбы, которые я пытался вырвать из земли, рассыпались в пыль, едва касаясь панциря.

– Чёрт!

Клешни щёлкнули в сантиметре от моей шеи. Рванул шпагу, пытаясь хоть как-то защититься, и в последний момент догадался. Влил в клинок крохотную крупицу магии земли. Лезвие потяжелело, оно весило теперь как двуручный средневековый меч.

Удар.

Треск хитина оглушил меня. Тварь отпрянула, шипя, будто обожглась. На клешне осталась глубокая трещина, из которой сочилась чёрная жидкость.

Вроде получается, но радоваться рано.

Тварь метнулась в сторону Нади.

– Защиту ставь! – прокричал я.

Кирова вскинула руки в последний момент, когда до монстра оставалось меньше полуметра. Перед девушкой взметнулся прозрачный барьер, переливаясь, как мыльный пузырь.

Тварь врезалась в него с оглушительным треском, но не пробила.

На секунду замерла, обнажив хитиновые клешни, изогнутые, как скорпионье жало.

Выигранного времени хватило.

– Огонь!

Грохот залпа оглушил. И как минимум половина солдат попали, магические пули впились в тварь почти одновременно.

Монстр дёрнулся, будто его тянули за невидимые нити, а потом его буквально разорвало. Кусок панциря отлетел в сторону, а брызги чёрной жидкости шипели на песке, словно кислота.

Я подошёл ближе, разглядывая останки.

Ничего себе…

Панцирь был не просто твёрдым, он напоминал сплав металла и хитина с едва заметными перепончатыми вкраплениями. Внутри не было никаких органов, только странная желеобразная масса, пронизанная тонкими, как проволока, нитями.

– Это же…

– Тварь не одна! – Надя резко развернула клинок, и её голос заставил меня вздрогнуть.

Из-под руин выползли ещё три таких же чудовища. Их усики трепетали, улавливая малейшие колебания воздуха, а блестящие панцири отражали солнце, словно зеркала.

Адреналин хлынул в кровь. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Ладони вспотели, но шпага в них лежала твёрдо.

– Ну что, ребята… – я оскалился, чувствуя, как во рту пересохло от предвкушения. – Похоже, нам устроили тёплый приём.

Твари синхронно раздвинули клешни.

Обернулся: солдаты всё ещё перезаряжали ружья.

Да сколько можно⁈ А ведь мне попались одни из самых опытных, под командованием старшего ефрейтора Василия.

– Подпустим их ближе! – крикнул я, начиная вращать шпагу перед собой.

Клинок засвистел в воздухе, описывая широкие круги. Я специально замедлял вращение в нижней точке, поднимая магией облако песка – хоть какая-то завеса.

Монстры двинулись вперёд, но на этот раз почему-то не ныряли в песок, а неслись по поверхности, перебирая лапами с пугающей скоростью.

Когда до них оставалось меньше пяти метров, я выкрикнул:

– Огонь!

Грохот выстрелов оглушил. Видел, как пули впиваются в разных монстров: одна получила в брюхо, другая в бок, третья в район головы, но ни одна не упала.

«Надо было стрелять по одной», – мелькнула мысль.

Нет, раненые будут медленнее…

Как же я ошибался.

Твари взбесились.

Они атаковали с удвоенной яростью, одна поползла на меня, две на Надю. Попытался отвлечь всех на себя, замахиваясь шпагой и применяя магию, но бесполезно – они явно выбрали цель.

В этот момент раздался запоздалый выстрел. Ефрейтор Василий, он придержал свой заряд. Пуля попала точно в глаз ближайшей к Наде твари. Чудовище дёрнулось, замерло на секунду и разорвалось изнутри, обдав защитный купол чёрной слизью.

Я украдкой поглядывал на Надю. Она стояла бледная, но купол держала твёрдо, руки не дрожали, зубы сжаты.

Другая тварь тем временем почти добралась до меня.

В отчаянии впился взглядом в полуразрушенную стену ближайшего дома. Магия земли отозвалась с трудом, так как песчаный фундамент плохо проводил силу. Но я всё же оторвал огромный кусок кладки и со всей силы швырнул в чудовище.

Тварь ловко свернулась в клубок. Кусок стены пролетел мимо.

– Чёрт!

Не давая ей опомниться, вырвал ещё один обломок разрушенного дома и зажал монстра между двумя каменными глыбами. Раздался противный хруст.

Но враг не умер.

Как таракан под ботинком, монстр дёргался, пытаясь высвободиться. Хитиновые пластины трещали, но выдерживали.

Быстро подошёл и вонзил шпагу прямо в щель между сегментами головы.

Тварь взорвалась.

Третья тварь у защитного купола Нади вдруг нырнула в песок. Мы замерли, озираясь: ни следа. Солдаты нервно крутили перезаряжёнными ружьями, целясь в разные стороны.

Я опустил ладони к земле, пытаясь почувствовать вибрации. Песок обманывал, казалось, что тварь то слева, то справа.

Внезапно Мотя вздыбил шерсть и пронзительно запищал.

– Осторожно! – успел крикнуть я, но было уже поздно.

Песок взметнулся прямо между солдатами с такой силой, что несколько человек отлетели в сторону. Монстр вынырнул стремительно, один воин вскрикнул, когда жвала пронзили ему ногу. Другой едва успел подставить ружьё, которое тварь перекусила с хрустом ломающегося дерева.

– Огонь!

Оружейные выстрелы слились в оглушительный гром.

В упор, почти в упор, пули вошли в хитиновый панцирь, разорвав его, как гнилую кору. Чёрная жидкость брызнула во все стороны, обдав людей.

К счастью, серьёзных потерь не было.

Солдат, которого схватили за ногу, отделался лишь сквозной раной, абсолютно не смертельной для магической медицины. Да и с помощью эликсира он сможет ходить уже через час.

Второго сбило с ног ударом панциря, а третьему пуля, отрикошетив, пробила руку. Остальные были целы, только перепачкались в липкой чёрной жиже.

– Ничего страшного, – пробормотал я, осматривая раны, – главное, все живы.

Но эти твари, они не из простых.

Солдаты быстро перезарядили ружья, и мы замерли, ожидая новой атаки. Однако монстры больше не появлялись.

Тишина.

Только тогда я разглядел чёрную субстанцию, сочившуюся из разорванных туш.

– Это точно она…

Я наклонился и осторожно потрогал вязкую жидкость, раскатывая её между подушечками пальцев.

– Универсальный компонент для зелий устойчивости к ядам. Обычно его добывают у земляных тараканов в глубинных секторах.

Но эти монстры…

Они и правда напоминали тараканов, вот только размером с лошадь и с жуткими клешнями.

– Митя, дай пустые пузырьки из сумки, – попросил я.

– Так точно, ваше благородие! – дурашливо отозвался он и, грациозно подпрыгивая, как цапля, рванул к рюкзаку.

Даже напряжённые солдаты не смогли сдержать улыбок.

– Не валяй дурака, – пробурчал я, когда друг протянул склянки.

– Так точно, ваше благородие! – Митя скорчил ещё более глупую рожу, и смех окончательно разрядил обстановку.

Аккуратно собрал образцы, наполнив сначала два флакона, а потом не удержался, и, чтобы столь ценный продукт не пропадал, забил этой чёрной субстанцией ещё две пустые фляги. Тем временем Василий уже вырезал макры из убитых тварей – коричневые кристаллы, размером с теннисный мяч, идеальные для мага земли.

– По одному из каждого, – пробормотал мужик, заворачивая трофеи в тряпицу.

Как только мы закончили, сразу двинулись дальше.

Но не успели пройти и десятка шагов, как справа, впереди, раздались выстрелы.

Я нахмурился.

Это… Сергей с Лизой? Или…

– Если стреляют, значит, тоже напоролись на этих тварей, – голос Василия прервал мои мысли.

– Поторопимся!

Мы ускорили шаг, но с ранеными быстро не получилось: двое солдат несли товарища, чья нога была перебинтована, но всё ещё сочилась кровью. Я дал ему эликсир первой помощи, но заживление шло медленно из-за попавшей на кожу чёрной слизи. Плоть уже начала срастаться, а кость и мышцы требовали времени.

Надя со своим отрядом прикрывала тыл, а я с Митей, Василием и ещё тремя солдатами выдвинулся вперёд.

Как только мы вышли из-за руин, ситуация прояснилась.

Справа, в переулке, шёл бой.

Амат со своим отрядом отстреливался, но его водяная магия здесь была почти бесполезна: песок впитывал воду, как губка. Запас, который был у Жимина, уже иссяк.

Мы вовремя вмешались.

Солдаты открыли стрельбу. Они снесли одного из монстров, а я прикончил другого здоровым куском стены, который пробил тварь насквозь, упав со второго этажа.

Амат был явно недоволен тем, что я пришёл на помощь.

Его самолюбие пострадало.

– Ненавижу пустыню, – сквозь зубы процедил он, вытаскивая клинок из убитой твари. – В этом мире магия – это убогое подобие настоящей силы!

– Тише! – резко оборвал его я.

Митя, идущий чуть сзади, мог услышать лишнее.

Амат недовольно огрызнулся, но кивнул.

Огляделся: а Жимин молодец! Справился с шестью, хотя нет, двоих-то убили мы с солдатами.

Вскоре к нам подошёл корнет Молчанов с нашими ротными медиками.

– Эти твари везде, – сообщил он хрипло. – Их тут прозвали песчаными тараканами, хотя до сих пор не могу понять, почему их нет в академическом бестиарии.

Я не сдержал смешка, вспомнив детский анекдот из своего мира:

– Домашнее животное на «Т»?

– Таракан, а на «Д»?

– Два таракана, а на «Ы»?

– Ышо один таракан.

Роман хмыкнул, но лицо оставалось напряжённым.

– Шутки шутками, но они очень быстро передвигаются под песком и атакуют неожиданно. Двое солдат убито, и ещё семь ранены, – расстроенно сказал молодой человек.

Кивнул ему, осматриваясь.

Впереди виднелась центральная площадь города. Похоже, все дороги в Старом городе вели к ней.

Шестнадцать групп это сотня человек, и мы все замерли на краю площади, почти одновременно подойдя к ней.

Некогда мощёный камнем центр города теперь был усеян песчаными воронками, каждая чуть меньше человеческого роста. Песок в них выглядел странно: не рыхлый, а будто спрессованный в плотные шары размером с баскетбольный мяч.

Сначала я подумал, что они разбросаны хаотично, но, приглядевшись, заметил узор.

Спираль.

Когда-то давно, когда я был ещё ребёнком, мой третий вассал, дядя Женя, рассказывал жуткую историю. О том, как его караван в земляном секторе случайно забрёл на территорию…

– Песчаная змея ургаха, – пробормотал я.

Рядом стоящий Роман громко сглотнул.

– Если это он, то нам конец, – выдохнул Василий.

– Не думаю, что это конец, – вдруг сказала Надя, указывая на фигуру, выходящую из переулка.

Штабс-капитан Долгорукий.

Он шёл твёрдым шагом, словно земля сама подстраивалась под его поступь. Высокий, крепко сложенный, в безупречно сидящем мундире с золотыми аксельбантами. Густые бакенбарды обрамляли резкие черты лица, а глаза были холодные, как сталь. Они бегло оценивали ситуацию.

– Какой у Константина Ивановича уровень? – тихо спросил я Романа.

– Не знаю, – пожал тот плечами. – Не меньше шестого.

– Так почему он тогда ещё в штабс-капитанах?

– Начальство невзлюбило. Кому-то в своё время дорогу перешёл, вот и задвинули на край империи.

Заметив, как у Мити от злости надулись ноздри, я едва сдержал усмешку. Как его вечно бесила несправедливость имперской власти!

Но сейчас было не до смеха, и я перевёл взгляд на Долгорукого.

Потому что передо мной был сейчас настоящий боевой маг.

Не вроде тех пижонов, что напали на моё имение, а настоящий воин, который дал бы фору и Евдокимову-младшему, и самому Краснову.

Долгорукий шёл вперёд, не торопясь, но и не медля. Шаги были размеренными, словно он знал, что ни одна тварь не посмеет напасть первой.

И тут из ближайшей воронки выскользнул песчаный таракан.

Штабс-капитан даже не взглянул в его сторону.

Он просто поднял руку.

Воздух дрогнул, и тварь разорвало изнутри, будто кто-то надул её как шар и лопнул. Чёрная слизь брызнула во все стороны, но Долгорукий даже не моргнул.

– Отряды, построение! – его голос, усиленный магией, прокатился по площади.

Солдаты мгновенно выстроились в оборонительные квадраты.

– Земляные маги, ко мне!

Я посмотрел на Романа и шагнул вперёд.

Долгорукий окинул нас оценивающим взглядом.

– Воронки – это будущие гнёзда. В каждой скрывается яйцо. Если не уничтожим их сейчас, твари заполонят весь город, а возможно, и колонию.

– Что требуется сделать? – спросил я.

Штабс-капитан усмехнулся.

– Закопать, без доступа воздуха новые твари не родятся, – сказал Долгорукий, и его голос прозвучал как приговор.

Трое земляных магов – я и ещё два курсанта. Мы встали в треугольник вокруг ближайшей воронки. Песок под ногами дрожал, словно предчувствуя угрозу.

– Вместе! – скомандовал штабс-капитан.

Я вжал ладони в землю, ощущая, как магия пульсирует в жилах. Камень и песок отозвались неохотно: слишком рыхлые, слишком чужие. Но когда курсант ударил кулаком в землю, а потом и третий маг, высокий парень с обожжёнными руками, вскрикнул от напряжения, я понял.

Нужно не закапывать. Нужно спрессовать.

– Давим!

Песчаные шары в воронках затрещали, сжимаясь под натиском магии. Из глубины донесся яростный скрежет, твари сопротивлялись. Одна из воронок вдруг взорвалась, и оттуда вырвался гигантский песчаный таракан, но Долгорукий даже не шевельнулся.

Он взмахнул рукой.

Воздух вокруг чудовища сжался в невидимый кулак, и тварь лопнула, как перезрелый плод.