Текст книги ""Фантастика 2025-195". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Николай Степанов

– Сэр, остановите собаку! Речь идет о спасении вашей дочери, – словно по наитию, путая русские и английские слова, закричал он.

Услышав отчаянный крик: «Речь идет о спасении вашей дочери», Джек Симпсон рефлекторно отдал необходимую команду:

– Фу, Дик. Лежать! – И, схватив за ошейник, оттянул собаку от лежащего Боба.

– Сэр, сейчас по этому месту будет нанесен ядерный удар! – не поднимаясь с земли, закричал тот. – У нас не более минуты! И наше спасение зависит от вас!

– Что?! Ядерный удар?

– Сэр, прошу, отойдемте в сторону, чтобы не слышала ваша дочь, – кряхтя, агент ЦРУ поднялся на ноги.

Продолжая держать рукой собаку за ошейник, Джек Симпсон сделал несколько шагов в сторону.

– Я слушаю вас, сэр.

– Это радиомаяк, – Боб указал пальцем на черную коробочку, зажатую в руке русича. – На ее излучение сейчас летит самолет с ядерной бомбой на борту.

– Так уничтожьте ее!

– Нельзя! Самолет все равно нанесет удар, – вмешался в разговор Ковзан. – Единственное спасение для всех нас – это отнести радиомаяк на тот кряж, – жест рукой в сторону горы. У нас осталось лишь восемь минут. Поэтому успеть туда за это время может только собака, ваша собака, сэр.

– Я ничего не понимаю… – в растерянности начал было говорить Симпсон.

– Сэр, прошу вас, просто сделайте сейчас то, что мы просим. Иначе мы все тут погибнем, и ваша дочь тоже!

Секундная, кажущаяся вечностью пауза, растерянные, испуганные глаза мужчины…

– Быстрее решайте, черт возьми! У вас что, много детей?!

– Да… да, что я должен сделать?

– Привязать радиомаяк к ошейнику собаки и дать ей команду бежать на тот кряж! Сможете?

– Я не знаю…

– Действуйте! – рявкнул Боб.

– Дик, ко мне!

Пес тут же исполнил команду.

– Папа, что ты хочешь делать? – интуитивно почувствовав что-то неладное, закричала Ника.

– Фекла, уводи отсюда девочку! Уходите немедленно!

Этот крик словно разбудил от оцепенения людей. Девушка подбежала к Нике и схватила ее за руки. За другую руку девочку тут же схватил один из оставшихся в живых сотрудников ЦРУ. Вдвоем они насильно потащили плачущую, спотыкающуюся девочку за собой.

Тем временем Симпсон, Камински и Ковзан лихорадочно закрепляли радиомаяк на ошейнике собаки.

– Все! Командуйте, сэр.

– Уходите! – закричал Джек. – Теперь я справлюсь один!

– Уйдем вместе. Ради бога, быстрее командуйте собаке!

– Собака так не побежит! Я должен бежать за ней!

– Что?!

Махнув рукой, Симпсон, стараясь говорить спокойно, обратился к собаке:

– Дик, давай, кто быстрее! Как всегда. Видишь ту гору? – Джек указал собаке рукой на высившийся кряж. – Только не останавливайся, я тебя прошу. Ты же умная собака. И ты же все понимаешь, да? – Человек смотрел в глаза животного. – Давай, Дик, – рука ласково потрепала собаку за холку. – Вперед! – И та же рука с силой толкнула собаку в нужном направлении… к смерти.

Радостно залаяв, ротвейлер мощно стартовал. Его хозяин, сделав несколько быстрых шагов за ним, ойкнул и схватился за ногу.

– Извините, джентльмены, нога…

Собака, пробежав с десяток метров, остановилась, недоуменно глядя на хозяина.

Боб и Борис, не сговариваясь, как по команде оглянулись назад. Двое взрослых тянули за собой девочку, что-то крича, подбадривая ее.

– Боря…

– Боб…

Русич и американец подбежали к Симпсону. Тот сразу все понял и, словно для рукопожатия, протянул свои руки. Пальцы трех мужчин переплелись между собой.

– Вперед, Дик!

Собака развернулась и вновь бросилась бежать вперед. А за ней, стреляя в воздух, свистя, улюлюкая, криком во все глотку загоняя глубоко в себя страх, крепко держа друг друга за руки, бежали трое мужчин – двое американцев и русич.

– Догоним, Дик!

– Шевели лапами!

– Ого-го! Собака, друг человека! Вперед, Дик!

Штат Вайоминг. Высота шесть километров.

Борт самолета «А-1200». Кабина экипажа.

11.54 по горному времени.

– Сколько, Мухаммад, осталось?

– Шесть минут.

– Мухаммад…

– Да, Абу, я тебя слушаю.

– А правда, что нас Аллах встретит в раю?

– Абу, как ты можешь в этом сомневаться? Конечно правда! Верь мне!

– Я верю тебе, брат!

Зеленая точка, бывшая до этого в центре монитора, вздрогнула и начала смещаться к левому краю.

– Что за черт!

– Мухаммад, что случилось?

– Радиомаяк начал смещаться.

– Может, так и надо? Тебе что сказал наставник?

– Если радиомаяка не будет, то атаковать примерно это место, – Мухаммад ткнул рукой на светящуюся на мониторе карту. А если будет, то атаковать место, помеченное маяком.

– А может, так и надо, что метка движется? Главное, что она не исчезает.

– Правильно, брат! Значит, так нужно Аллаху, а мы, его покорные слуги, должны выполнять его волю, а не обсуждать, – Мухаммад взялся за штурвал и чуть повернул его влево, корректируя курс. – Давай, Абу, нашу песню!

 
Мир, содрогнись и на колени встань,
Последний век ты провожаешь.
Аллах отметил эту грань,
Когда к концу ты подступаешь.
 

Насосы аэробуса погнали по трубопроводам последние десятки литров топлива.

Там же. Салон самолета.

11.54 по горному времени.

– Мамочка, мне страшно, – сидящий около иллюминатора ребенок инстинктивно схватился за руки матери.

– Чего тебе страшно, глупенький?

– А почему мы так быстро снижаемся?

– Значит, так надо! – стараясь улыбаться, мать смотрела на сына, невольно кося взглядом на иллюминатор, за которым стремительно приближались плывущие внизу облака.

– Ма, ты меня обманываешь. Сколько раз мы летали, и ни разу самолет так быстро не снижался! Мы разобьемся, мамочка? А ты не хочешь меня пугать, да? – Пронзительно синие детские глаза с испугом и надеждой смотрели на мать.

– Пьер, не говори глупостей!

Вскрик ребенка, словно острый нож, полоснул по натянутым до предела нервам пассажиров.

– Господи! Кто-нибудь, наконец, скажет, что здесь происходит! Где эта чертова стюардесса!

И, словно споткнувшись об этот крик, самолет вздрогнул и, еще сильнее завалившись на нос, устремился к земле. Белые невесомые облака беспомощно расступились перед стремительно несущимся металлом. Страшная, нежеланная земля заполнила собой иллюминаторы.

– А-а-а!

Йеллоустонский национальный парк.

Район пещеры «Пасть Дьявола».

12.00 по горному времени.

– Все, я больше не могу, – Джек Симпсон рухнул на колени.

Ковзан, смахнув с лица пот, посмотрел на уже близкий кряж.

– Боря, собака уже там, – с трудом переводя дыхание, прошептал Камински.

Морщась и едва сдерживая порывистое дыхание, он через бинокль, взятый у смотрителя парка, смотрел на гору.

Русич молча протянул руку и взял у него бинокль. На самом верху горы, выделяясь на фоне голубого неба, стоял Дик. Отчетливо была видна пульсирующая красным светом лампочка, расположенная на закрепленной на ошейнике собаки черной коробочке.

– Ну все, теперь пора умирать, – в изнеможении Борис сел на землю, не сводя глаз с собаки, желая только одного, чтобы все так сохранилось еще минуту.

Где-то в вышине раздался гул летящего самолета. С каждой секундой он становился все громче и громче. Люди молча, подняв головы, смотрели в небо.

«Ну вот и все, Боря. Даже любимчик Бога не выживет в полутора километрах от центра ядерного взрыва. Если не испепелит световая вспышка, то расплющит ударная волна, а излучение уже как контрольный выстрел», – человеческий мозг, взнузданный огромной дозой адреналина, работал словно мощный суперкомпьютер, обрабатывая миллионы бит информации, перетряхивая самые потаенные, не посещаемые с детства, уголки памяти. Мощная лавина электрических импульсов мозга сметала на своем пути весь хлам, образовавшийся за годы жизни, все преграды и блокировки. Словом, генеральная уборка перед окончательным уходом из этого мира.

«Излучение… Господи, я, кажется, вспомнил. Я все вспомнил, что ты мне говорил в черной дыре…»

Вывалившаяся из-за облаков огромная стальная махина в крутом пике падала на землю, вытеснив своим воем все в этом мире.

Йеллоустонский национальный парк.

Высота два километра.

Борт самолета «А-1200». Кабина экипажа.

12.01 по горному времени.

Зеленая точка – отметка радиомаяка – вновь была загнана в центр монитора. Руки мертвой хваткой держали штурвал.

 
Но недалек уже тот день,
Когда без жалости и страха
В страну, где правит иудей,
Придут воители Аллаха.
И будет страшен этот бой,
А гибель и для нас награда
Шахид небесною тропой
Придет к обители Аллаха.
 

В последнее мгновение на земле, куда был нацелен нос аэробуса, Мухаммаду показалось, что он увидел собаку.

«Не может собаку[104]104
  В арабском мире слово «собака» считается одним из самых сильных оскорблений.


[Закрыть] Аллах выбрать для такого ответственного дела, ну никак не может. Что-то тут не так», – и эта мысль, за мгновение до того, как его тело в миллионоградусной вспышке распалось на атомы, помешала арабу насладиться переходом в рай, где его уже поджидал Аллах.

Йеллоустонский национальный парк.

Район пещеры «Пасть Дьявола».

12.01 по горному времени.

Борис Ковзан растянулся на земле, как его учили в военном училище, – ногами к эпицентру взрыва.

Вспышка! Свет термоядерного синтеза, казалось, пробился не только через плотно зажмуренные глаза, но и через каждую, мельчайшую пору тела. И в этот миг, словно какой-то гигантский прожектор высветил в мозгу русича до мельчайших подробностей то, что так долго и безуспешно пытались в нем раскопать армада ученых, вооруженных новейшими «гипнотизерами» и другими «щипцами» для ковыряния в чужой голове. Что умудрилось остаться в тени даже после того, как свет от глаз святого Михаила, у постели сумасшедшего отца, казалось, высветил все. Термоядерный катаклизм превзошел по силе деяние чудотворца Михаила…

Мгновение спустя гигантский раскаленный смерч, словно пушинку, подхватил человеческое тело и швырнул просто в небо.

«Апокалипсис отменяется», – не выдержав нагрузок, сознание отключилось.

* * *

– Люси, ну что я тебе говорил? – Стив Проди повернул лицо к сидящей рядом с ним на диване девушке.

Та, прикусив губу, не отрываясь смотрела на панель телевизора.

– …Теперь только остается уповать на Бога и молить Всевышнего не допустить извержения грандиозного супервулкана. Извержения, способного поставить нашу страну на грань существования… – слова телевизионного комментатора заполнили собой всю комнату.

– Стив, извини меня, глупую, – девушка порывисто обняла мужчину, – давай уедем отсюда, куда ты хотел, в Италию.

– …Сейчас проводится массовая эвакуация населения из штатов Айдахо, Монтана, Северная и Южная Дакота, Вайоминг, Небраска, Колорадо, Юта, Невада.

– Господи, ведь это только начало, а что же будет потом… – шептала девушка.

– Давай…

ЭПИЛОГ

Объединенная Русь. Россия, г. Королев.

Центр управления полетами. 12 апреля.

11.57 по местному времени.

Распластанный на колоссальной электронной карте, расположенной на стене Центра управления полетами, разноцветными красками сверкал земной шар. Вытянутые в цепочку материки почтительно выстроились друг за другом. Американский континент с его форпостом Аляской начинал этот парад континентов. За ним, отделенная голубой лужей Атлантики, громоздилась гигантская туша евразийского континента. Под ним, упершись своим острием в низ карты, где располагалось белое пятно Антарктиды, лежал клин африканского континента. Словно отброшенная мощными волнами от плывущей Евразии, в гордом одиночестве на стыке Индийского и Тихого океанов плыла Австралия. И вновь с другого угла карты выползала Аляска. И словно связующая нить, через все континенты по карте пролегла белая нить – проекция на Землю траектории спутника, который дополз до своего апогея на высоте двадцати тысяч километров и теперь, все увеличивая скорость, скатывался по ветви эллипса вниз. Спутник на карте изображал небольшой красный кружочек, который неторопливо двигался по Канаде в сторону Аляски.

В огромном, под стать карте, зале сидело и стояло около сотни людей. В воздухе буквально сгущалось напряжение, исходившее от этих людей, взгляды которых были устремлены на электронное изображение земного шара. Легкий шум, стоящий в зале, постепенно становился все тише и тише и наконец смолк совсем. Красный кружок дополз до Аляски. И тут же, словно явившись перевоплощением этого исчезнувшего шума, в зале раздалась переливчатая трель звонка, и точка на карте стала пульсировать.

И вмиг огромный зал взорвался аплодисментами. Люди хлопали стоя, сидя, азартно ударяя ладонями друг о друга или вежливо соприкасая их между собой. Лишь небольшая группа людей, стоящая на балконе, опоясавшем по периметру зал, не аплодировала вовсе. Они просто стояли и смотрели на пульсирующую красную точку, похожую на забившееся сердце.

– Вот, Фекла, и все. Теперь остается только ждать.

– И сколько ждать, Сергей Павлович? – стоящий рядом с академиком Хохловым Президент России Орлов, не отрываясь, смотрел на пульсирующую точку.

– Не знаю. Надо ждать другую эпоху. Новую эпоху возрождения. Возрождения былого величия европейской цивилизации.

– Да… только в зазор между эпохами может провалиться несколько поколений.

– Ну уж как кому повезет, – академик улыбнулся, – по теории Гумилева от начала пассионарного толчка до появления нового этноса проходит около трехсот лет.

– Деда, а если Борис… ошибся?

Хохлов посмотрел на внучку и, ласково улыбнувшись, уверенно ответил:

– Нет, Феклуша, не ошибся. Если он не ошибся с супервулканом, то почему он должен ошибиться с другой информацией от Бога? Самое интересное, что о механизме пассионарного толчка гениально догадался наш соотечественник, Гумилев, еще в двадцатом веке. Он в своих трудах так и писал, что для образования нового этноса необходимо два этноса-родителя, что-то вроде папы и мамы. А спусковым толчком, так сказать, зачатия нового этноса является определенное космическое излучение. Он к этому выводу пришел, заметив, что новые этносы образуются по дугам. Например, как проекция траектории вот этого спутника на Землю, – академик Хохлов ткнул рукой на огромную электронную карту… – И он правильно интерпретировал это наблюдение – это следы космического излучения, вытягивающиеся в дуги из-за вращения Земли.

Между тем пульсирующая красная точка, обозначающая, что на спутнике включился специальный генератор космического излучения, доползла до Берингова пролива.

– Не излучение, а прямо рука Сеятеля.

– Да, Феклуша, рука Сеятеля. Старение этносов есть объективный биологический процесс. И до последнего времени не знающий исключения. Этносы появлялись, развивались, некоторые из них становились могущественными. Затем этносы старели и погибали. Что-то вроде жизни отдельного организма: рождение – юность – зрелость – старость – смерть. И чтобы на Земле не заглох процесс развития человечества, могущественный Сеятель садил и взращивал новые этносы, часто являвшиеся могильщиками старых. Древних греков похоронили римляне, которых, в свою очередь, отправили в небытие древние германцы и славяне, давшие начало европейским этносам. Но подошло время и нам, европейцам, сходить с исторической арены. Однако Борис привез от Бога информацию, как можно европейцам переродиться и удержать пальму первенства в человеческой цивилизации, как можно перестроиться для новой эпохи, не теряя темпа, как было ранее, не сползти в свое Средневековье. Он привез технологию искусственного пассионарного толчка: вид необходимого излучения, его мощность, продолжительность.

– Привез и погиб… – на глазах у Феклы заблестели слезы.

Хохлов обнял за плечи свою внучку:

– Да, погиб. Но сохранил в своем чипе ценнейшую информацию. Погиб, но предотвратил извержение грандиознейшего супервулкана, поставившего бы крест не только на американской нации, но и на всей европейской. А извержение было бы. У того негра нашли в его комнате портативную аппаратуру для определения толщины земной коры. И радиомаяк поэтому он не случайно поставил около «Пасти Дьявола». Это самое тонкое место, расстояние до магмы минимальное.

– И где бы мы тогда взяли маму для нового европейского этноса? – Орлов улыбнулся.

– Но самое главное, – продолжал академик, – Борис оставил после себя Бориса, – Сергей Павлович осторожно дотронулся до заметно округлившегося живота Феклы, – он понимал, что в наше время трудно обходиться без любимцев Бога.

На печальном лице молодой женщины появилась грустная улыбка.

– Фекла, к сожалению, наши сегодняшние законы не позволяют производить клонирование, – обратился к внучке академика Хохлова Президент России Владимир Сергеевич Орлов, – но я обратился в Совет Развития ООН с официальной просьбой включить кандидатуру Бориса Ковзана в список людей, внесший неоценимый вклад в развитие человеческой цивилизации.

– Если даже они внесут его в список, должно пройти не менее двадцати лет до принятия решения о клонировании. Так гласит закон. Само время должно показать, действительно ли человек внес выдающийся вклад в развитие цивилизации или это был обычный пиар, красивый мыльный пузырь и только.

– А я уже тогда буду на двадцать лет старше, – молодая женщина вздохнула. – Да и это клонирование… получить вторую жизнь, чтобы стать потом сумасшедшим.

Люди на балконе замолчали. Красная пульсирующая точка на электронной карте уже пересекла Берингов пролив и теперь двигалась по необъятным просторам Восточной Сибири.

– И все же я считаю, что необходимо развивать технологию второй жизни, – вновь заговорил академик Хохлов, – и то, что мы сейчас за нее платим такую страшную цену, это еще не говорит, что Бог против этого. На заре авиации тоже было предостаточно жертв. Но наши предки здраво понимали, что это не Бог против их полетов в небо, а просто недостаточно развита соответствующая технология. И они упрямо развивали ее. Так и здесь. Просто надо еще много и упорно работать!

– К тому же, Сергей Павлович, у нас есть маяк на этом пути, – Орлов кивнул головой на поодаль стоящего мужчину, неотрывно смотрящего на карту. Абсолютно седая густая шевелюра на голове мужчины резко контрастировала с его юношеским лицом.

Хохлов согласно кивнул головой.

– Дед, ты же сам говорил, что чудесное выздоровление отца Бориса – это подарок Бога, о котором так страстно мечтал Борис.

– Я и сейчас это говорю! Но раз это сделал Бог, можем сделать и мы. Если Бог сотворил человека, значит и человек сам бог! Если сын льва является львом, то кто тогда сын Бога? Сам Бог!

Мелодичная трель звонка внезапно прекратилась. Красная точка на карте перестала пульсировать. На мгновение в зале Центра управления полетами наступила звенящая тишина, тут же снесенная шквалом аплодисментов.

– Теперь точно все. Засев нового этноса закончили! – прокомментировал события Президент России Орлов.

– Да, все. Теперь, если все пойдет нормально, через триста лет на территории Аляски и Восточной Сибири возникнет новый могучий этнос, европейский этнос, – глаза Хохлова блестели.

– А родители его, русичи и американцы, оставят ему богатое наследство – территории Объединенной Руси и Соединенных Штатов Америки, – Орлов счастливо улыбался. – Ну а для начала за два года мы построим мост через Берингов пролив. Чтобы быстрее происходило смешение пассионарных русичей и американцев, чтобы быстрее зарождался новый этнос.

– Надо только продержаться триста лет. Не дать Азии слопать нашего «младенца».

– Это верно. Азия становится все могущественней и могущественней. Особенно если учесть результаты выборов последнего понтифика. Европа, колыбель европейской цивилизации, из союзника превращается во врага. Борьба предстоит жестокая, – на лбу Президента России пролегла упрямая складка.

– И все же я верю, мы, европейцы, победим. Азия отменяется!

* * *

Экстренное сообщение из Италии. Час назад в кратере одного из потухших вулканов, расположенных на так называемых Флегрейских полях близ Неаполя, произошел грандиозный взрыв. Специалисты теряются в догадках о причинах этого взрыва. Одни говорят, что это результат проснувшихся подземных сил в этом вулкане, другие намекают на искусственный характер этого взрыва, сила которого такова, что буквально развалила этот вулкан. Впрочем, не это самое страшное. В результате этого взрыва резко возросла сейсмическая активность в этом районе. Регистрируются колебания силой в два-три балла, нагрев почвы до пятидесяти градусов Цельсия и резкое повышение в атмосфере концентрации зловонных сероводородных газов. Жители Неаполя и окрестных поселков в панике покидают свои дома. Известнейший вулканолог, профессор Джакомо Серге утверждает, что это явные признаки деятельности так называемого супервулкана, расположенного под Флегрейскими полями, название которых с латинского переводится как огненная земля. Напомним нашим телезрителям, что подобный взрыв восемь месяцев назад произошел на территории Соединенных Штатов Америки, в Йеллоустонском национальном парке, под которым, оказывается, также расположен супервулкан. Тогда в происхождении взрыва не было сомнений – это был ядерный взрыв, в организации которого США обвинили Китай. По чистой случайности этот взрыв не привел к извержению этого супервулкана, и лишь это и отсутствие прямых доказательств к причастности к этому Китая остановило Соединенные Штаты от ответных мер. Сейчас же, похоже, взрыв достиг своей цели – супервулкан в Италии проснется. Последствия его могут оказаться катастрофическим не только для Италии, но также для Франции, Турции и других стран, расположенных в Средиземноморском бассейне. Известный политолог Поль Крамер заявляет, что он не верит в такие совпадения, и утверждает, что взрыв близ Неаполя – это ответ Соединенных Штатов на взрыв в Йеллоустонском парке. Фактически, в случае извержения супервулкана на Флегрейских полях на таких странах, как Италия, Франция, Турция, можно будет поставить крест. А ведь именно эти страны являются форпостом экспансии Азии в Европе. Кроме того, заявляет политолог, отнюдь не случайно гигантский взрыв близ Неаполя день в день совпал с запуском с Байконура сверхтяжелого спутника, изготовленного совместно Объединенной Русью и Соединенными Штатами Америки, производство которого было сопряжено с беспрецедентными мерами секретности. Ходят упорные слухи, что запуск этого спутника есть продолжение программы, начатой русичами и американцами запуском пилотируемого космического корабля в гиперпространство. От себя добавим, что в этот же день стартовал еще один амбициозный совместный проект двух стран – строительство гигантского моста через Берингов пролив, который объединит Евразийский и Североамериканский континенты.

Похоже, борьба за мировое лидерство, как мы ранее и предсказывали в связи со смертью Папы Римского Павла X, переходит на новый, более жесткий, бескомпромиссный виток. Кто одержит верх – Соединенные Штаты Америки и Объединенная Русь или громадная Азия с Китаем во главе?

При поступлении новой информации мы немедленно будем сообщать о ней нашим телезрителям. Джон Макрой, Линда Вильсон для CNN из Неаполя. Не переключайтесь!