Текст книги "Путь Строителя. Книга 3-8 (СИ)"
Автор книги: Алексей Ковтунов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 66 (всего у книги 86 страниц)
Глава 8
Нет, ну я ожидал, конечно, что волосок окажется не просто волоском, все‑таки он изначально кучерявым не выглядел, но вот так сразу получить подтверждение, что эта дрянь действительно полезна для стройки, на самом деле приятно. Сцепление волокон при воздействии Основы означает, что из них как минимум можно вить веревку, причем не абы какую, а такую, которая будет держать нагрузку, достойную подъемного крана! Ну, при условии, что я эти волоски добуду в достаточном количестве, а это уже вопрос техники.
Хотя это и так было понятно без анализа, но получить железное подтверждение все равно приятно и как‑то обнадеживает. Догадки догадками, но теперь на вооружении есть факты и значит добыча волосянки становится занятием стратегического значения.
Можно даже сказат, что эти волосы нужнее, чем… Нет, вру, големова глина тоже нужна, без нее никуда. И железное дерево, конечно, тоже не лишнее, прутья для арматуры заканчиваются быстрее, чем хотелось бы. В общем, нужны все ресурсы и желательно побольше каждого.
Хотя если подумать, не все на свете обязательно пригождается в строительстве, просто я на бесполезные вещи не обращаю внимания. Мой фокус заточен на все, что может улучшить постройки или упростить процесс их возведения, а остальное пролетает мимо ушей.
Вот взять хотя бы цветочное дерево во дворе у Больда, которое вообще непонятно зачем и откуда там взялось. Видимо, Дагне подарить решил, ухажер хренов.
И прижилось, между прочим, и цветы до сих пор не жухнут, вот уже сколько дней. Выглядит красиво, раскидистые ветви шумят на ветру, розовые лепестки радуют глаз, ну и Основой дерево насыщено, я даже как‑то потрогал кору и оценил, можно ли пустить такую деревяшку на стройку.
Вывод получился неутешительный: нет, нельзя. Основу оно проводит, но насыщается слабо, узлов тоже мало, и по Основным свойствам примерно как обычная здоровенная сосна, из которой тут делают мебель. Да и сама структура древесины для стройки не годится, по плотности как хвойные породы, но волокна корявые, ствол не такой прямой, и обрабатывать подобное будет сущим мучением. Хотя ступени в доме из такого дерева сделать можно, рисунок у него красивый.
В общем, необычных ресурсов в этом мире предостаточно, возможно даже бесконечное множество, и даже те, что есть в памяти Рея, можно перечислять до посинения, но я ими просто не интересуюсь. А вот волосянка – это да, ценнейший ресурс.
И устройство у нее крайне любопытное. Кто там на дне трясины сидит? Гномик со спиннингом? Или волоски на самом деле языки какой‑то жуткой хтони? Каким образом она подтягивает эти нити? Не похоже, чтобы они сокращались, и сократиться настолько, чтобы утянуть жертву на десяток метров и сунуть прямо в пасть, как‑то сомнительно.
Хотя о чем это я вообще? Тут Основа, можно ожидать любых нелогичностей. Ну, кроме гномиков со спиннингами, кажется на такое даже Основа не способна. А если способна, то у меня к этому миру станет еще больше вопросов.
Заглянул одним глазком к Ольду, а тот вместе со своим валунковским товарищем и подмастерьями вовсю что‑то строгает в мастерской. Хомут доделывает, вижу, крепления для веревки уже вырезает, осталось подогнать и зашкурить. В общем, все как я и просил, хорошо.
Отвлекать не стал, и так видно, что управляется в срок. Думаю, где‑то через час будет готово точно, а я пока могу заняться кое‑чем, что откладывал уже слишком давно.
Пошел на свой участок, где все идет по‑старому, Дагна носится от ямы к яме, на кого‑то ругается, кого‑то хвалит, и в целом ничего не поменялось с моего последнего визита. Разве что штабеля кирпича снова начали расти, правда теперь в основном кирпичи без печатей.
Моя вина, каюсь, но иначе никак. Теперь рунный кирпич пойдет в основном на важные конструкции вроде лазарета, тогда как башни будем укреплять инженерными решениями и вкраплениями кирпичей из големовой глины. В одном таком кирпиче вместимости Основы на десяток, а то и сотню обычных, и можно компенсировать несовершенство основной массы материала.
Просто нанести на каждый по три руны и закладывать по штуке на кубический метр, а то и на кубический хорг, тоже вполне допустимо. Нити Основы протянутся сами, восстановительная руна будет охватывать пространство вокруг. Големовой глины сейчас достаточно, надолго хватит, а потом еще раз сбегаю к ручью и еще одну тушку добуду, это теперь не проблема, когда знаешь методы поэффективнее.
– Рей! – окликнула Дагна, едва заметив меня. – Мне Борн молот уже сготовил почти! Когда горн будем закладывать?
– Вот по этому поводу я и пришел, – кивнул ей. – В ближайшее время начнем, надо только место выбрать.
– Так мы же с тобой уже определились, вон кузня будет, – указала она на почти готовую временную конструкцию. Ну как готовую, навес пока и колышки, вбитые в землю.
– Место хорошее, из окошка прекрасный вид будет открываться, – кивнул ей, – но…
Невольно усмехнулся, потому что о горне я думал довольно много. Точнее не о горне, а о собственной кузне в целом. Где что оптимальнее расположить, куда установить горн, какое оборудование я в итоге хочу видеть внутри. Не столь важно, чего именно хочет там видеть Дагна, кузня в первую очередь будет моей и работать на мои заказы. Ну и в некоторых моментах я все же разбираюсь лучше, чем средневековый кузнец, не будем уж скромничать. А может и не лучше, потому прислушиваться к Дагне тоже буду, ведь как минимум поначалу ей там работать, но итоговое решение все равно за мной и влиять она сможет только на исполнение тех или иных элементов.
– Давай будем кузню делать ближе к воде? – предложил ей.
– Ну, вода в кузне нужна всегда, но и отсюда до нее недалеко, – нахмурилась Дагна.
– Имею в виду вообще на берегу сделать. – замотал я головой, так как она явно не понимает к чему веду, – Посмотрим по камням, до куда вода доходит весной, сделаем запас небольшой, и оттуда плясать будем.
– Да мне‑то без разницы, где укажешь, там и будем, – пожала она плечами. – Твоя же земля. Навес и перенести можно, не проблема.
– Вот и отлично, – кивнул ей. – Тогда прямо вот здесь и поставим.
Перенес колышки и отметил новое расположение потенциальной кузни. Прикинул расстояния, оценил уклон берега, прошелся вдоль кромки и мысленно расставил все по местам.
– Горн тут, чуть подальше от воды, здесь наковальня, чтобы не шастать далеко… А здесь еще одна наковальня, побольше.
– Да нам бы хоть одной разжиться, – скривилась Дагна, – а ты сразу на две замахиваешься.
– Так надо! – поднял палец и философски подметил: – Всегда лучше раскатать губу и потом немного закатать, чем не раскатывать вовсе!
– Чего? – еще сильнее скривилась Дагна, будто бы я заговорил с ней на французском.
– Говорю, лучше сейчас место под вторую оставим и не поставим ее, чем напихаем всего в кучу и потом некуда будет ставить водяной молот.
– Ась? – окончательно растерялась она.
– А, я это вслух подумал? – почесал затылок. – Ну, в общем, я хочу установить здесь водяной молот. Будет работать от течения реки, благо тут оно довольно быстрое. – попытался руками показать что где встанет, но получилось так себе, – Будет бить без чьей‑либо помощи и с нужной тебе скоростью, только успевай заготовку подставлять.
– Нет, я слышала как‑то от отца, что бывают такие, – задумалась Дагна. – Но в глаза ни разу не видела и даже не представляю, как он работает. Если сделаешь, буду благодарна. А то я думала Больда попросить поначалу быть моим молотобойцем, но…
– Вот не надо, лучше давай водяной молот сделаем, – поднял я руки, почему‑то вспомнив, как в деревню чуть не воткнулась здоровенная сосна, которую Больд, видимо, вообще случайно задел во время лесоповала. А что будет, если ему молот дать? Наковальня улетит под землю и поразит ядро планеты? В любом случае проверять не хочется.
Выбрали участок берега чуть подальше, хоть река здесь течет не так быстро, как в месте брода, но до туда топать очень уж далеко. Там, конечно, потоки мчатся и норовят сбить с ног, а здесь глубина чуть больше и течение поспокойнее. Но колесо все равно можно поставить, и если правильно расположить лопатки, усилия хватит для подъема молота, ну а опустится он уже сам, никуда не денется. Конструкция там простая и реализовать вполне можно.
Ну, или в самом крайнем случае придется немного покопать и провести канал с выходом значительно ниже по течению, чтобы на колесо вода падала сверху. Это уже сомнительный вариант, слишком далеко надо уводить канал чтобы вода уходила, но как задел на будущее в мыслях можно оставить.
– Вот здесь надо выкопать ямку под фундамент горна. – указал Дагне на идеальное по моему скромному мнению место, – Делай с запасом, выложим сразу и надолго, как полагается.
– Хорошо, навес перенесу тогда и буду в перерывах заниматься, – кивнула Дагна. – По глубине насколько копать? Ты же жидким камнем будешь фундамент отливать, я правильно поняла?
– Все верно. – кивнул и даже захотелось как‑то похвалить, но сдержался, – В глубину метр копай, должно хватить под такой горн. Дальше арматура, камней накидать надо для экономии раствора, ну и жди меня, сама не заливай, – развел руками.
Дагна больше уточняющих вопросов задавать не стала, хотя видно, что вопросов этих предостаточно. Это я еще не рассказывал ей про прокатные станки. Ладно, меньше знает крепче спит, да и не факт, что в ближайшее время руки дойдут до настолько масштабных конструкций. Хотя водяной молот вполне можно сделать усилиями Ольда и Борна буквально за пару дней, ну и без моего участия там тоже никуда, увы.
На этом и распрощались пока, а я пошел дальше мечтать о металлопрокате, качественных гвоздях, листовом металле и токарных станках. Эх, порох бы еще сделать, а то без взрывов жизнь не так сочна, как могла бы быть.
Мыслей много, но на все места не хватает, а на реализацию не хватает ни рук, ни времени. Работяг стало больше, это факт, но далеко не все обеспечены лопатами. Многие ковыряют глину палками, разрыхляют ее, другие уже накидывают в тачки и таскают, меняются по очереди, чтобы хоть как‑то ускорить процесс. Но будь у каждого по хорошей штыковой лопате, и мы бы уже были с готовым частоколом.
Даже топоров не хватает, хотя Борн работает над производством чуть ли не круглосуточно. Не понимаю даже, где только металл берет. Слышал, что по деревне собирают все что может не пригодиться в строительстве и обороне, плуги там всякие, гвозди из старых построек, в общем все, что не прибито. А что прибито – оттуда гвозди колупают и тоже пускают в дело.
Так вот, обычная лопата, которая есть у меня, когда‑то давно была недосягаемой роскошью. У нас тут тоже редко встречается такой удобный инструмент для копки, большинство все же пользуется деревянными аналогами. Для массового производства нужен прокат, иначе так и придется обходиться штучными экземплярами. А копать нам еще много…
Стена ведь только начало, дальше, если на нас не нападут к этому моменту и не снесут оборону, надо будет установить башни, накопать ловушек вокруг, можно даже заморочиться и вырыть канал вокруг деревни, раздвоить русло реки. Для этого даже бригады экскаваторов не хватит, но если будет толпа людей с лопатами, то почему нет?
Этими мыслями прекрасно развлек себя на пути к Ольду. Ага, прокатные станки, русло реки вокруг деревни силами мужиков с лопатами, прикольно. Башни недостроены и ворот нет, а я уже руслами рек повелеваю.
Пришел, а там уже закончили работу и жрут шашлык.
– О, Рей! – они на всякий случай схватили по последней шпажке. Видимо, в прошлый раз из вежливости предложили и никак не ожидали, что я соглашусь и даже сопру у них целую шпажку шашлыка. Хотя ладно, шучу, конечно, просто мясо у них действительно кончилось.
– Вон твоя подкова деревянная! – Ольд указал на конструкцию, которая идеально подходит под мои нужды. – Уж не знаю точно, что ты там задумал, – продолжил он, – но на еще, жира возьми. Ну, ты же говорил, что там бревно будет крутиться или тереться, так вот, чтобы легче терлось.
– О, это в самый раз, – одобрительно закивал и взял небольшой горшочек. И правда, лучше смазать, а то перетрем упор, да и накручивать будет не так удобно. Хотя в любом случае сейчас будет лишь пробная попытка добыть волоски, и если что‑то пойдет не так, просто обрежу уже намотанное и пойду думать дальше. Правда сдается мне, вариант слишком логичен, чтобы провалиться.
Поблагодарил мужиков за работу, Ольд кивнул и тут же перехватил меня за рукав.
– Слышь, если чего добудешь, притащи кусочек, – попросил он, и глаза при этом загорелись по‑мастеровому. – Мне ж интересно пощупать.
– Если получится, обязательно, – пообещал и потянулся к хомуту.
Конструкция оказалась увесистой, но Ольд не был бы Ольдом, если бы не продумал удобство. Шейная, или в моем случае бревновая часть легла на плечи ровно, не давила и не терла, и я, прихватив свободной рукой тачку, двинулся в путь.
Инструмент покидал туда же, топорик, нож, лопату, веревку, колышки и пару заготовленных кольев. Рог зубра оставил дома, и правильно сделал, нечего его по болотам таскать, а то уроню в жижу и потом нырять за ним придется. Второй и так спрятан под сеном и прикопан до лучших времен, оба рога в одну ходку терять глупо.
По дороге к броду заглянул к рыбакам. Народ, как всегда, копошился у вершей, но при виде меня с тачкой и хомутом на шее вопросов задавать не стали, видимо, привыкли уже к моим чудачествам. Закинул в тачку несколько мелких рыбешек, которые все равно выпускать собирались, и покатил дальше.
Прошел через свой участок, проверил на ходу, что ямы для обжига в порядке, кирпичи сохнут, мужики копают, все штатно. Выбрался на тропу к броду и уже почти дошел, когда заметил впереди две фигуры.
У самой воды стояли Вельт и солдат. Охотник подкидывал плоский камешек, примеривался и с ленивым разворотом кисти отправлял его по воде. Камень проскакал четыре раза и утонул. Солдат тоже кинул, но у того вышло хуже, камень плюхнулся сразу, без единого отскока, и Вельт едва заметно ухмыльнулся.
Меня они заметили одновременно, Вельт оживился, лицо расплылось в широкой ухмылке, а вот солдат… Солдат смотрел так, будто я ему денег должен. И кстати, лицо знакомое. Точно же видел его, и совсем недавно. Где только? Память подкидывала невнятные обрывки про вечернюю стройку, но образы никак не складывались в цельную картинку.
– О, ну вот он, важный перец! – хохотнул Вельт, подошел и хлопнул по плечу. – Все, теперь охранять тебя будем!
– Да я как бы не просил… – замялся, покосившись на солдата. – Просто этот чугунок подошел, объявил, что все решено, без вариантов…
– Так я ж шучу, – рассмеялся охотник. – Правильно командир приказал, давно пора. А то ты постоянно где‑то шляешься без присмотра, то там вляпаешься, то тут. Хотя мы тут стояли, ждали тебя, и кажется Клавус со мной не согласится.
– Да смысл куда‑то ходить вообще? – не выдержал солдат. – Зачем шляться, когда вокруг опасно? Меня, вообще‑то, отправили деревню защищать, а не пацана какого‑то, пусть он хоть трижды ценный. Я в городе знаешь кого охранял?
– Кого? – невозмутимо поинтересовался Вельт, уже развернувшись в сторону брода.
– Самого Фон Вильга!
– Да ну? Прям его лично? – Вельт выпучил глаза с таким искренним удивлением, что любой актер позавидовал бы.
– То‑то же! – сразу расправил плечи солдат, – Не один, конечно, со своим отрядом. Но охрана только на первый взгляд кажется занятием простым, на самом деле там много хитростей!
– Это что за тип, Вильг этот? – поинтересовался я у Вельта, потому что важных людей знать надо, хотя бы для того, чтобы по возможности держаться от них подальше.
– Да хрен его знает, – тихо бросил Вельт, чтоб Клавус не услышал. – Там в городе все важными себя считают, ходят индюками, кудахчут что‑то.
Перешли через брод, Клавус при этом долго выбирал камни посуше и все равно промочил оба сапога, после чего минут пять выливал воду и жаловался на местные дороги. Вельт и бровью не повел, прошел через поток так, будто каждый камень знает по имени, а я просто перетащил тачку и на мокрую обувь внимания не обратил, даже выливать ничего не пришлось, так как у меня обувь вентилируемая. Ну, дырок там больше, чем не дырок…
– Вот в городе, – продолжил Клавус, выжав наконец портянку и натянув сапог, – мы стояли у южных ворот, и там ворота знаешь какие? Три повозки в ряд пройдут и еще место останется! И каждого проверяли, документы там, товар, все как полагается.
– Угу, – буркнул Вельт, не оборачиваясь.
– А однажды караван пришел из южных земель, двадцать телег! Мы его два часа проверяли!
– Два часа караван из двадцати телег? – прикинул в голове. – Это по шесть минут на телегу, не многовато ли?
– Э… ну так тщательно же! – Клавус поскреб затылок. – Там могло быть что угодно! Контрабанда, оружие, запрещенные зелья…
– И нашли что‑нибудь?
– Не в этот раз, – Клавус приосанился. – Но в другой раз точно бы нашли, если бы знали, где искать.
Вельт обернулся, поймал мой взгляд и еле заметно покачал головой, мол, не трать время.
Но Клавус не унимался. Дорога через кусты, видимо, навевала на него воспоминания, и каждый куст или поваленное дерево становились поводом для очередной истории. Тут он пересказал, как их отряд однажды преследовал банду разбойников аж до самого леса, причем сам Клавус лично заметил след. На вопрос, поймали ли кого, последовала секундная пауза и уверенное «они скрылись, но мы перекрыли все подходы».
– И самое главное, – разогнался Клавус, перепрыгивая через корень и чуть не свалился при этом, – когда Фон Вильг выезжал на ярмарку, мы по четверо с каждой стороны кареты шли. Четверо! И вперед еще двоих отправляли, разведку проводить!
– Разведку, – повторил Вельт. – По дороге на ярмарку?
– А ты не смейся! Мало ли кто на дороге стоит!
– На ярмарку же все и идут, Клавус. Кто там стоять‑то будет, кроме торговцев? – выдохнул охотник.
Солдат открыл рот, закрыл, потом снова открыл и выдал:
– Вот потому и не нападали, что мы хорошо охраняли!
И ведь не поспоришь с такой логикой. Нападений нет, потому что охрана хорошая. А охрана хорошая, потому что нападений нет. Замкнутый круг, в котором Клавус чувствует себя героем, и все довольны, особенно те, на кого никто не нападал. Я вот, кстати, когда зеваю – всех крокодилов распугиваю минимум на километр вокруг. Вот зевнул сегодня, идем, и крокодилов не видать. Наверное, стоит у старосты медаль за такое попросить.
Тропа свернула к болотистой низине, и лес начал редеть. Под ногами пока едва заметно захлюпало, но Клавус моментально притих. То ли атмосфера подействовала, то ли просто закончились истории, но молчание продержалось минут пять, что для него, похоже, является рекордом.
– Тут вообще змеи есть? – наконец не выдержал он.
– Есть, – бросил Вельт, не оборачиваясь. – Под ногами смотри.
Клавус посмотрел под ноги и больше не поднимал взгляд до самого болота. Вперед он при этом шагал заметно медленнее, чем раньше, а каждую подозрительную палку обходил широкой дугой.
Болото показалось минут через десять, так что мы сразу свернули и зашагали параллельно, в сторону от берега реки. Вельт шел впереди, уверенно выбирая дорогу вдоль кромки, и я уже собирался показать ему место, где в прошлый раз нашел волосянку, когда охотник вдруг резко выбросил руку назад и схватил Клавуса за ворот.
Солдат как раз занес ногу для следующего шага, и ступня зависла буквально в ладони от воды. Водой, впрочем, это можно было назвать лишь условно, скорее жидкая грязь с прелыми листьями на поверхности. Вельт молча оттянул его назад, и Клавус отступил, не понимая, в чем дело.
– Фух, чуть ногу не промочил! Спасибо! – улыбнулся тот, отряхнув штанину.
– Дурак что ли? – Вельт помотал головой, и улыбки на его лице не было. – Тут не ногу промочить можно, тут тебя самого сожрут, если наступишь. – Повернулся ко мне. – Рей, вот волосянка, прямо на нее вышли.
– Так я в курсе, сам тут все утро гуляю, потому сюда и пришли, – кивнул, разглядывая знакомый участок. Ничего с виду не выдает засаду, та же жижа, тот же мох, только если приглядеться, можно заметить, что листья на поверхности лежат слишком ровно и не шевелятся, хотя легкий ветерок морщит воду вокруг. – А ты как ее заметил?
– Путь такой, – усмехнулся Вельт. – Тут еще две неподалеку есть.
– Покажешь потом? – оживился я. – Мне одной мало будет!
– Ты всерьез планируешь волосянку выдернуть? – рассмеялся охотник. – Вот только я подумал, что люди правду про тебя говорят, как ты берешь и сам все это ломаешь. Видел, как она быка утягивает, и он ничего не мог с этим сделать. Думаешь, сможешь дернуть сильнее быка?
– Ну да, – пожал плечами. – В чем проблема? Бык он глупый, а мы тут все сплошь умные собрались. Вон, на Клавуса посмотри, вообще мозг на ножках.
Клавус, который до этого таращился на безобидный с виду участок жижи и пытался понять, как эта лужа может кого‑то сожрать, вздрогнул от упоминания своего имени и неуверенно кивнул.
– Нет, если бы ты Больда еще сюда позвал, тогда шансы вполне есть… Хотя он волосы эти выдернет и сломает вместе с болотом… – покачал головой Вельт.
– Ты сейчас все сам увидишь и поймешь, – улыбнулся ему. – А если поучаствуешь, так вообще буду благодарен от лица всей деревни. – Повернулся к Клавусу. – И ты, кстати, если поможешь, вообще замечательно будет.
– Я? – Клавус заметно побледнел. – Слушай, пацан, я тут охраняю вас, если что. Забыл что ли? Нельзя отвлекаться, надо следить за обстановкой.
– За обстановкой следить надо когда в болото шагаешь, – напомнил ему Вельт.
– Ой, ну не заметил! Я в городе привык, что опасность может подобраться отовсюду, а сейчас мы не в городе просто.
Ну да, конечно, опасность в городе подкрадывается в виде пустой фляги и необходимости самому дойти до колодца. Страшное дело. Вспомнил, кстати, откуда его знаю, на стройке познакомились, пока он эту стройку стойко охранял.
Ладно, хватит болтать, пора работать. Первым делом достал из тачки рыбешку, примотал ее к палке веревкой и аккуратно сунул в воду рядом с тем местом, где Вельт остановил Клавуса. Рыбка ушла под поверхность, и ничего не произошло. Секунда, другая, пятая, и я уже начал сомневаться, когда палку дернуло. Несильно, будто кто‑то осторожно потянул за другой конец. Потом еще раз, увереннее, и из мутной воды к рыбке потянулись знакомые белесые нити. Одна, вторая, пятая…
Держал палку обеими руками, упершись ногами в берег, и чувствовал, как натяжение нарастает с каждой секундой. Волоски оплетали рыбку, обвивали палку, тянули вниз и в сторону болота. Руки напряглись, пальцы побелели на деревяшке, и я пустил немного Основы в мышцы, просто чтобы удержаться.
– Ты рехнулся? – Вельт шагнул ближе, явно готовый перехватить, если меня начнет затягивать.
– Все нормально, – процедил сквозь зубы, хотя «нормально» тут сильно преувеличено. Волосков становилось все больше, палка дрожала и гнулась, и в какой‑то момент стало понятно, что еще немного и удержать не выйдет.
Разжал пальцы, палку с рыбкой утянуло в жижу мгновенно, только «буль» и расходящиеся круги на поверхности. Волоски ушли вместе с добычей, и вода снова успокоилась, будто ничего не было.
– Во‑от, – выдохнул, отряхивая ладони. – А теперь у нас есть пара минут, пока эта тварь жрет рыбку и занята.
Собственно, потыкал палкой под ну еще немного, чтобы убедиться в отсутствии волосков, затем проверил уже рукой, и удостоверившись в безопасности, сразу приступил к приготовлениям.
Первым делом отыскал примеченное еще вчера бревно. Дерево упало не так давно, ствол сгнить не успел, так что быстренько обрубил все лишнее и притащил к месту ловли. Получилось что‑то около полтура метров высотой и в руку толщиной, выдержать должно, учитывая, что рука средняя между мной и Хоргом.
Ладно, не самое монументальное сооружение, но для первой попытки сойдет. Затащил его к воде, аккуратно зашел по щиколотку в жижу на том участке, который только что расчистил приманкой, и начал вбивать в мягкое болотное дно обухом топорика. Грунт поддавался легко, и пришлось вогнать бревно поглубже, чтобы стояло крепко.
– А заранее чего не вбил? – поинтересовался Клавус с берега, где он расположился на безопасном расстоянии от воды и, видимо, не собирался это расстояние сокращать.
– Хах! А потому что волоски тут были, – Вельт оказался догадливее. – Он рыбкой эти волоски заставил уйти, чтобы тут работать можно было. Сейчас установит все спокойно, кинет еще рыбку и просто ждать останется.
– Собственно, добавить тут нечего, – кивнул ему и продолжил работу.
Вбил несколько кольев вокруг бревна, чтобы хомут не падал в воду. Хомут Ольда лег как влитой, обхватил бревно снизу и уперся концами в колья. Достал горшочек с жиром и мазнул место, где бревно будет тереться о хомут, потому что при вращении без смазки перетрем упор в считанные минуты.
Дальше жерди, две длинные палки, заготовленные еще по пути сюда, закрепил на бревне крест‑накрест, подергал… Держится, но как‑то ненадежно. Одну пришлось снять, топориком вырубить углубление‑паз в бревне, вставить снова и прибить. Вот теперь другое дело, жердь сидит мертво и не провернется при нагрузке. Вторую тоже заново укрепил, раз уж начал доделывать, лучше сразу обе, чтобы не было казусов во время… Нет, рыбалкой это не назовешь. Волобалка? Видимо, как‑то так.
Нижние концы хомута привязал веревками к двум деревьям, растущим на твердой земле рядом с болотом. Узлы затянул как следует и проверил каждый дважды, потому что если волоски потянут бревно на себя, а упор не выдержит, вся конструкция уедет в трясину вместе с хомутом, жердями и моими надеждами. А хомут Ольду заказывать заново не хочется, да и неловко будет.
На все приготовления ушло около часа, и все это время мои охранники стояли и смотрели. Вельт с интересом, Клавус со скукой, но оба без дела, потому что помочь тут особо нечем. Вельт пару раз предложил подержать жердь, пока я закрепляю, и это действительно ускорило процесс, а Клавус в основном разглядывал лес и изредка косился на болото, но подходить ближе по‑прежнему отказывался.
Да, конструкцию еще дорабатывать и дорабатывать. Бревно бы повыше раза в два, жерди расположить примерно на середине, а сверху еще один хомут или кольцо, чтобы вниз не сваливалось. А то если волоски полезут выше, могут и выдернуть бревно, ведь сейчас оно зафиксировано только снизу. Впрочем, если полезут выше, рубану ножом и дело с концом. Просто хотелось бы вытянуть всю доступную длину волос.
Закончил, выбрался на берег и уселся рядом с тачкой. Достал еще одну рыбешку, измазал бревно в рыбьих соплях, чтобы пахло соответствующе, и кинул саму рыбку прямо рядом со столбом, в воду.
– И что теперь? – Клавус наконец подошел поближе, правда остановился в трех шагах от кромки.
– Теперь ждем, – развел руками. – Может час, может больше. Пока волоски заинтересуются бревном, пока оплетут, пока натянутся…
– Час⁈ – ужаснулся солдат. – Тут? Просто сидеть?
– А ты расскажи пока, как караван проверял, – предложил Вельт, усаживаясь на поваленное бревнышко и доставая из котомки что‑то завернутое в тряпицу. – Там ведь двадцать телег было, все‑таки. На каждую по истории хватит.
Солдат нахмурился, пытаясь понять, издеваются над ним или нет. Судя по лицу Вельта, понять это было невозможно, охотник жевал вяленое мясо с выражением полной и безмятежной заинтересованности.
Клавус, видимо, расценил молчание как приглашение к монологу, потому что секунд через двадцать начал рассказывать про ночные дежурства у городских ворот. По его версии, именно на ночных сменах происходило все самое важное, потому что контрабандисты работают в темноте и только отборная стража способна их выявить. На вопрос Вельта, выявили ли хоть одного, Клавус заявил, что сам факт их отсутствия и доказывает эффективность ночного дежурства. Логика, опять же, железобетонная.
– А вот однажды ночью, – солдат поудобнее устроился на бревнышке и вытянул ноги, – мы с ребятами задержали подозрительного мужика. Идет себе по дороге, а на плече мешок. Тяжелый мешок, между прочим!
– Ужас какой, – Вельт откусил кусок мяса и продолжил жевать.
– Ну и мы его, значит, останавливаем, проверяем. Мешок открываем, а там…
– Репа, – предположил я.
– Откуда знаешь⁈
– Интуиция, – пожал плечами.
Вельт закашлялся, отвернулся и как‑то подозрительно долго прочищал горло. Клавус, впрочем, не заметил, он уже погрузился в детали допроса, который они учинили мужику с репой. Допрос длился полчаса, мужик оказался местным огородником, шел с поля, и в итоге его отпустили, но Клавус до сих пор уверен, что репа была подозрительной. Слишком крупная, видите ли. А крупная репа, по его личному опыту, часто оказывается не тем, чем кажется.
Ну да, конечно, ведь там внутри мог прятаться маленький контрабандист.
Вельт покосился на меня и чуть дернул подбородком в сторону болота, мол, займись делом, а этот пусть сам себя развлекает. Собственно, я бы и рад, но пока волосянка не проявит интерес к нашей приманке, заниматься особо нечем. Сижу, жду, поглядываю на воду. Рыбешка ушла на дно где‑то рядом с бревном, бревно торчит из жижи как положено, жерди в стороны, хомут на месте, веревки натянуты к деревьям. Все готово, осталось дождаться клиента.
Клавус тем временем перешел к рассказу о том, как Фон Вильг лично пожал ему руку после какого‑то городского смотра. Правда, при уточнении выяснилось, что Вильг пожал руку капитану отряда, а Клавус стоял рядом и видел это своими глазами. Но стоял близко, вплотную, на расстоянии вытянутой руки, так что считается. Вельт к этому моменту доел мясо и перешел на какие‑то сухие лепешки, которые грыз с хрустом и таким безмятежным видом, будто слушает не болтовню стражника, а пение соловья.
Минут через тридцать Вельт вдруг перестал жевать и коротко кивнул в сторону воды.
– Смотри, – негромко бросил он.
Глянул туда, куда он указывает, но ничего не увидел. Листья как лежали на поверхности, так и лежат, вода не шевелится, ветерок морщит жижу чуть в стороне. Но Вельт продолжал смотреть не отрываясь, и через несколько секунд я все‑таки заметил.
Маленький бурый листок, что почти сливался с остальным мусором, чуть‑чуть сдвинулся в сторону. Не ветром, ветер дул совсем в другую сторону. Под листком что‑то медленно двигалось, и двигалось настолько неторопливо, что если бы не подсказка охотника, я бы еще минут десять пялился и ничего не заметил.
Вон оно, значит, как выглядит со стороны, когда волосянка начинает охоту.
Поднялся, подошел ближе и взялся за жердь, приготовился. Вельт тоже встал и сместился чуть правее, чтобы видеть и бревно, и участок болота, откуда тянулся волосок.
Поначалу нить ползла под листвой ровно, без рывков, но потом замерла. Несколько секунд ничего не происходило, будто волосок принюхивался, или что он там делает, понятия не имею, как эта тварь ориентируется. Затем направление чуть изменилось, и волосок потянулся в сторону рыбешки, которую я кинул у бревна. Ну да, рыба воняет сильнее, чем дерево, логично.
