Текст книги "Кодекс Магических Зверей. Гепталогия (СИ)"

Автор книги: Александр Сорокин

Соавторы: Павел Шимуро
сообщить о нарушении

Текущая страница: 81 (всего у книги 121 страниц)

– Ну вот… теперь ещё и видения…

– Хольц, разбираем! – почти крикнул я.

Мы работали как сумасшедшие. Камни валились под ноги. Я ободрал ладони до крови, и, вроде бы, пару раз приложился лбом о кладку, но не придавал значения боли.

Когда щель стала шире, из темноты медленно, дрожа, вылезла тонкая грязная рука с обломанными ногтями и засохшей коркой на костяшках.

– Дядя, – прошептал я, хватая её. – Это я – Эйден.

Из темноты послышался слабый смех.

– Эйден… В видениях… он всегда… такой взрослый…

– Я и есть взрослый, идиот ты упрямый, – выдавил я. – Хольц, помоги.

Мы вдвоём расширили проход, подхватили дядю за вытянутую руку и аккуратно вытащили наружу. Он выглядел как живой скелет: кости, обтянутые серой кожей, ввалившиеся глаза, заросшее лицо и спутанные волосы. Куртка висела на нем мешком, а левая нога обмотана грязной тряпкой, но взгляд… упрямый цепкий, с затаённой искрой смеха.

– Целитель, отойди, – бросил Хольц.

Он скинул ранец и долго копался, пока наконец не вытащил сверток. Тренер развернул тряпицу, взял мясо поглотителя и отрезал ножом крошечный кусок.

– Открой рот, – сказал он Ларку.

Дядя послушно разомкнул губы, и Хольц положил мясо ему на язык. Через несколько секунд Ларк принялся медленно, с трудом жевать.

Вскоре он сглотнул и снова открыл рот, как голодный птенец.

– Ещё, – прохрипел он.

– Нет, – мягко, но твёрдо отозвался Хольц. – Твой желудок не выдержит такой резкой нагрузки.

– Ещё, – упрямо повторил дядя.

– Ларк, – я склонился к нему. – Если ты сейчас обожрёшься и помрёшь у меня на руках, выйдет, что я зря тащился в эту дыру, чтобы тебя найти.

Ларк закрыл глаза и тихонько засмеялся, подрагивая плечами. Это выглядело настолько горько и в то же время хорошо, что у меня защипало в глазах.

– Ну, племяш, – выдохнул он, приоткрыв глаза. – Ты всегда умел удивлять.

– Учусь у тебя, – отозвался я. – Пойдём отсюда.

Я подхватил его на руки. Казалось, дядя весил чуть больше Кроха.

Хольц подобрал ранец и пошёл первым. Люмин трусил рядом, время от времени заглядывая в моё лицо. Через нить лился поток образов: гордость, тепло и бесконечное, ликующее «Нашёл! Нашёл! Нашёл!».

– Молодец, ушастый, – прошептал я. – Самый лучший зайцелоп на всём белом свете.

Когда мы выбрались из лаза, Леннокс сидел у входа, привалившись к стене, а камнегрыз тёрся о его сапог. Брумиш упирался лбом в каменную стену рядом с проходом, а клыкач лежал у его лап.

Стоило парню увидеть нас, как его глаза округлились, а лицо расплылось в улыбке.

– Это что… неужели…

– Это мой дядя, – произнес я. – Помоги.

Леннокс вскочил, вложил меч в ножны и подхватил Ларка с другой стороны. Мы осторожно опустили его на каменный пол, прислонив к стене. В этот момент Брумиш медленно повернул голову.

Сперва бронебрус рассеянно смотрел перед собой, будто не веря своим глазам, затем его ноздри раздулись раз, второй, и маленькие чёрные глаза вспыхнули.

Зверь развернулся и рванул с места так резко, что я едва успел отступить. Он затормозил в шаге от Ларка и аккуратно ткнулся мордой в его шею.

– Брумиш… – прошептал дядя.

Зверь принялся вылизывать хозяина шершавым языком, от радости подрагивая всем телом. Ларк с трудом поднял руку и положил ладонь на лоб зверю.

– Дружище, – прошептал он. – Ты привёл помощь… Справился…

Ларк приник лбом к массивной морде и замер. Бронебрус успокоился и застыл, а я смотрел на них, чувствуя ком в горле.

Хольц кашлянул и отвернулся, делая вид, что крайне заинтересовался трещинами на своде. Леннокс шмыгнул носом и громко сообщил:

– Это пыль, тут жуткая пыль.

– Жуткая, – согласился я, не сводя глаз с дяди.

Ларк наконец оторвал голову и медленно перевёл взгляд на меня. В его мутных глазах проступила ясность.

– Эйден… – он пожевал губами. – Так это… не бред?

– Не бред, дядя.

– Зачем ты пришёл, племяш? – Ларк медленно оглянулся и слегка качнул головой. – Тут… не место для тебя, целитель.

– Кто‑то же должен был тебя забрать, – отозвался я. – Брумиш сам бы не справился.

Бронебрус возмущённо фыркнул, мол, ещё как бы справился.

– Кстати, дядя, – добавил я, – он у тебя герой. Прошёл два Слоя, добрался до меня и привёл сюда.

Ларк погладил зверя по морде.

– Я знал, – тихо отозвался он. – Такой же упрямец, как и я, – дядя помолчал и добавил: – Спасибо тебе, друг.

Хольц шагнул ближе и опустился рядом на корточки.

– Ларк, – спокойно проговорил он. – Идти сможешь?

– Сейчас попробую, – выдавил дядя.

– Погоди, – вмешался я. – Я хоть и целитель зверей, но всё равно дай гляну ногу.

Дядя слабо хмыкнул. Я присел на корточки и, осторожно размотав тряпку на его левой ноге, увидел рану, затянувшуюся коркой. На удивление, она выглядела неплохо, не смотря на полную антисанитарию и отсутствие ухода, но все равно решил её обработать.

Сняв ранец, я вынул раствор железнолиста и чистую тряпку.

– Потерпи, – сказал я. – Может щипать.

– Я тебя умоляю, – выдохнул Ларк. – После всего, что тут пережил…

Я промыл рану. Дядя зашипел сквозь зубы – видимо, раствор попал в трещины на корке, но даже не вздрогнул. Когда я наложил чистую повязку, Хольц поднялся и перехватил посох.

– Отдыхаем пятнадцать минут, – распорядился тренер. – И в путь.

– А он выдержит дорогу? – тихо спросил Леннокс, глядя на истощённого Ларка.

– У него нет выбора, – отозвался Хольц.

Я подложил под голову дяди свёрнутую куртку. Люмин тут же подобрался поближе и легонько прижался к его боку, как тёплая золотая грелка. Ларк медленно опустил руку на пушистую спину.

– Подрос малой, – выдохнул он и перевёл взгляд на Кроха. – А этот так вообще вымахал в зверину.

– Они хорошо питаются, – ответил я, улыбаясь.

Хольц обвёл нас взглядом и вновь присел рядом с дядей.

– Ну что ж, целитель, – тихо проговорил он. – Половина дела сделана.

– Почему половина? – переспросил я.

– Потому что теперь нам предстоит выбраться из Леса живыми, – отозвался тренер.

Я посмотрел на дядю, зверей, Леннокса, Хольца, и впервые за этот бесконечный спуск почувствовал, что мы справимся.

Где‑то в глубине тоннелей, далеко‑далеко, прокатился низкий рёв, но никто из нас даже не вздрогнул. Видимо, мы все слишком устали бояться.

– Хольц, – тихо позвал я.

– Что?

– Спасибо.

Старик искоса взглянул на меня.

– Рано благодаришь, целитель.

Он отвернулся и вновь принялся разглядывать своды. Я сделал вид, что не заметил, как он торопливо провёл ладонью по глазам.

Ларк рядом тихо дышал, Брумиш не сводил с него свою морду, Люмин грел его бок, и где‑то у моего сердца в кои‑то веки разжался кулак, который, казалось, сжимался с самого начала пути.

Дядя жив, а что будет дальше… Посмотрим.

Глава 10

Ларк сидел, привалившись к стене, и медленно пережёвывал крошечный кусочек мяса, который Хольц всё‑таки согласился ему выдать. Он делал это с таким сосредоточенным видом, будто решал в уме сложное уравнение.

– Племяш, – наконец выговорил дядя. – Как вы вообще смогли меня найти?

– Долгая история, – отозвался я, присаживаясь рядом.

– Ну так у меня сейчас как раз появилось свободное время.

– Давай сначала выберемся отсюда, а потом я тебе всё расскажу.

– Договорились, – он слабо усмехнулся. – Только знаешь что, племяш…

– Что?

– Ты вырос.

Я хмыкнул, не зная, что ответить, и просто положил ладонь на его костлявое плечо. По‑хорошему, дяде сейчас не помешали бы капельница, горячая еда и пара недель в чистой постели, но увы…

Хольц поднялся, закинул сумку на плечо и оглядел нас.

– Пора отправляться, – спокойно произнёс он. – Дорогу назад я помню, так что выведу.

Я посмотрел на уверенное лицо тренера, опирающегося на посох.

– Хорошо, – отозвался я и всё же на всякий случай прикрыл глаза, потянувшись к нити Люмина.

Зайцелоп тут же вскинул мордочку и внимательно уставился на меня. Я отправил ему образ метки, оставленной у входа в скалу, и нас, бредущих к свету по тоннелям.

Ушастый медленно моргнул и отправил в ответ вспышку уверенности.

– Молодец, – пробормотал я.

Тем временем Ларк решил, что пора совершать подвиги. Кряхтя, он упёрся ладонями в камни, перевалился на здоровое колено и ухватился за пластину Брумиша.

– Дядя, ты чего…

– Молчи, – выдохнул он сквозь зубы. – Я сам.

Бронебрус подставил бок, и Ларк, навалившись на него, неуверенно выпрямился. Сделал шаг, второй, но на третьем левая нога подломилась. Брумиш мгновенно качнулся, поставляя спину, и хозяин не свалился, а лишь беспомощно осел на зверя.

– Зараза, – прохрипел дядя, тяжело дыша. – Чёртова нога…

– Давай помогу, – деликатно сказал я.

– Всё нормально, я просто… отдыхаю.

Леннокс молча подошёл, присел на корточки спиной к Ларку и хлопнул себя ладонями по плечам.

– Залезай, добытчик, – предложил он. – Подброшу.

Дядя вытаращился на него.

– Парень, я тебе сейчас в ухо дам!

– Эй, я же помочь хочу! – возмутился он.

– Дядя, – я положил руку ему на плечо. – Сейчас не время выкобениваться. Чем быстрее мы выберемся отсюда, тем выше шанс выжить.

Мужчина уставился в мои глаза. В его взгляде упрямство боролось со здравомыслием, и, слава богу, последнее победило.

– Ладно, – сдался Ларк. – Только если кто‑то из вас разболтает об этом в «Седой наковальне», я лично найду виновного и…

– … и покараешь, мы поняли, – подсказал я.

– Племяш, ты обнаглел.

– Перенял у дяди.

Леннокс подставил спину, я помог Ларку забраться, и парень аккуратно перехватил его под коленями.

Хольц вынул из сумки верёвку и передал мне.

– Привяжи его к молодому, а то вдруг сползёт, если придётся бежать, – произнёс он.

Я кивнул и широкими витками притянул дядю к Ленноксу, закрепив узлы на груди парня.

– Удобно? – спросил я.

– Ещё как, – буркнул Ларк.

Леннокс осторожно поднялся, качнулся с пятки на носок, проверяя равновесие, и кивнул. Дядя крепко держался.

Хольц обвёл всех взглядом и взмахнул посохом.

– Слушайте порядок, – отрезал он. – Клыкач пойдет первым, я за ним. Эйден с Крохом и Люмином посередине, Леннокс с Ларком и камнегрызом следом, Брумиш замкнет.

Бронебрус фыркнул, соглашаясь. Хольц на мгновение задержал взгляд на дяде.

– Ларк, – произнёс он мягче. – Если совсем поплохеет, скажи парню, он остановится.

– Да ну тебя, старый хрен, – выдохнул дядя. – Буду я ещё жаловаться.

Тренер слегка усмехнулся, развернулся и шагнул в темноту. Клыкач уже скользнул вперёд бесшумной синей тенью.

Я подтянул лямки ранца и посмотрел на Люмина и Кроха.

– Пошли, ребята.

Звери молча прижались к моим сапогам.

Первый час прошёл в спокойно. Хольц уверенно шагал, постукивая посохом в размеренном ритме, а я неосознанно подстраивал под этот звук дыхание.

Тоннель то сужался, то расширялся в небольшие залы. Тренер ни на секунду не сомневался в выборе пути: на каждой развилке сворачивал так легко, будто двигался по собственному двору.

Однако, когда мы искали дядю, нас окружала мёртвая тишина, нарушаемая лишь капелью да редкими тварями. Теперь же всё изменилось – из стен то и дело доносился скрежет, в боковых ответвлениях слышалось шуршание, а издалека время от времени докатывался низкий рёв, от которого по коже пробегали мурашки.

– Хольц, – тихо позвал я.

– Слышу, – отозвался тренер, не оборачиваясь. – Твари взбесились, будто кто‑то дал им знак, что у них гости.

Леннокс за спиной приглушённо хмыкнул. Зайцелоп вдруг прижал уши и вздрогнул, а Крох справа замер. Через секунду до меня донесся его едва уловимый рык.

– Стоп, – произнёс я и все мгновенно застыли.

Хольц, не оборачиваясь, поднял ладонь. Я медленно перевёл взгляд на боковой лаз в нескольких метрах впереди. Из чёрной глотки тянуло холодом, и оттуда же доносилось цоканье, будто несколько твёрдых лап семенили по камням.

Клыкач прижался брюхом к земле и, как огромный синий жук, пополз вперёд.

Вскоре из лаза вывалилась длинная серая дрянь с подрагивающими усами, похожая на ту, что встретилась нам вчера. За ней следом потянулись вторая и третья.

Тварь во главе приподнялась, обнажив жвала, и в ту же секунду на неё обрушилась синяя тень. Челюсти клыкача сомкнулись на плоской голове, раздался хруст, и существо обмякло, не успев издать ни звука.

Второй «гость» попытался развернуться, но Хольц уже шагнул вперед и воткнул посох ему в основание черепа. Третья тварь отлетела от удара лапы камнегрыза и впечаталась в стену с глухим хлопком.

Я выдохнул.

– Идём дальше, – буркнул Хольц.

Минут через десять Крох вновь рыкнул, на этот раз громче и резче, и вскинул морду кверху. Я машинально повторил за ним и увидел, как с потолка, растопырив суставчатые конечности, опускалось длинное тело.

Тварь шлёпнулась перед Хольцем и тут же метнулась в нашу сторону. Однако тренер в одночасье вскинул посох и пригвоздил гада к земле. Существо забилось в судорогах и вскоре затихло.

– Какая мерзость, – проворчал Леннокс. – После таких «приключений» всё желание ходить в Лес пропадает.

– Как вернёмся, хоть в монастырь подавайся, – хмыкнул тренер и направился дальше.

Ларк усмехнулся и тут же закашлялся.

– Тише, дядя, – я обернулся.

– Я в норме… племяш… просто давно… не бывал на таких… весёлых вылазках.

– У тебя странное представление о веселье, – я покачал головой и вновь устремил взгляд вперёд.

Очередной рык Кроха раздался, когда впереди показался вход в просторный зал. Я опустился на колено и положил ладонь на холку зверя.

– Что там? – спросил я.

Крох повернул морду и взглянул на меня с такой тоской, будто умолял: «давай не пойдем туда, пожалуйста».

Хольц замер у входа и осторожно заглянул в зал, но уже через секунду резко отпрянул и грязно выругался.

– Итак, – через несколько секунд произнёс он. – Впереди… Довольно опасно.

– Тут везде так, старик, – прошептал Ларк, – Поверь моему богатому опыту.

– У нас есть два варианта, – продолжил тренер, проигнорировав реплику дяди.

– Какие? – уточнил я.

– Первый – повернуть назад и поискать обходной путь, но… вокруг полно тварей, да и куда ведут другие ответвления, я не знаю. Можем заплутать.

– А второй?

– Прорваться с боем.

Я посмотрел на Леннокса и Ларка, который неподвижно висел у него на спине.

– Сколько их там? – спросил я.

– Пока десятка два, – буркнул Хольц. – Но, если промедлим, будет значительно больше – из дыр в земле лезут гады.

– Восхитительно, – пробормотал Леннокс.

– Хольц, – прохрипел дядя, – ты ведь знаешь, что выбора‑то нет.

– Знаю, – отозвался тренер.

– Я за второй вариант, – глубоко вздохнув, высказался я и вынул из ранца нож.

Остальные кивнули.

– Хороший выбор, – Хольц перехватил посох поудобнее и сделал первый шаг. – Тогда вперёд. Старайтесь не отставать. Мы с клыкачом проложим путь.

Зал оказался шире, чем я ожидал – метров двадцать в длину, с низким сводом, до которого можно дотронуться рукой, если вытянуть её. Из круглых отверстий в земле непрерывно вылезали серые тела.

Клыкач рванул первым. Синяя тень перескочила через первую тварь, одним укусом переломив ей хребет. Хольц шагнул следом, молниеносно размахивая посохом. Резкий тык в висок, следом косой удар по лапе, разворот и вновь стук. Каждое движение тренера приходилось в уязвимое место.

Я перехватил нож поудобнее и развернулся вполоборота, прикрывая Леннокса с дядей. Парень пригнулся и крепко сжал свободной рукой клинок.

– Эйден! – рявкнул он.

Из ближайшей дыры на нас метнулось длинное серое тело. Времени на размышления не оставалось, поэтому я вцепился в рукоять двумя руками и выставил нож перед собой. Через несколько секунд тварь с ходу насадилась на лезвие, но не умерла, а… Попыталась дотянуться до моего лица жвалами!

Однако у нее не получилось – Крох мгновенно вцепился мертвой хваткой в её шею. Тварь, забыв обо мне, выгнулась дугой, обнажая брюхо, и попыталась сбросить противника.

Не теряя ни секунды, я вытащил лезвие из туши и вонзил нож в незащищенное брюхо, на меня тут же брызнуло что‑то вязкое и холодное.

– Гадость, – выдохнул я, отшвыривая обмякшее тело.

Переведя взгляд, увидел, что Брумиш таранил тварей, отбрасывая их в стены так, что от них оставались лишь мокрые пятна.

Камнегрыз держался у пят Леннокса. Когда из‑под земли высунулась очередная серая морда, зверь молниеносно врезал лапой, и существо провалилось обратно, лишившись половины головы.

Клыкач впереди прокладывал путь. Казалось, он не дрался, а танцевал! Плавный уход вбок, резкий укус, изящный прыжок через тушу и мгновенный разворот в воздухе, заканчивающийся сокрушительным ударом лапы.

Но даже при такой грации его шкура с каждой секундой покрывалась новыми царапинами. Синяя шерсть слиплась от крови, однако зверь словно не замечал боли.

Хольц двигался сразу за ним, идеально дополняя зверя. Там, где не успевал Клыкач, прилетал посох тренера.

– Вперёд! – крикнул старик.

И мы рванули. Я подхватил Люмина и сунул его за пазуху, чтобы не путался под ногами. Ушастый, дрожа всем телом, прижался к моей груди и направил через нить волну страха.

– Тише, мелкий, – выдохнул я. – Я с тобой.

Леннокс, пригнувшись, бежал рядом. Парень тяжело дышал, но не отставал. Голова дяди безвольно болталась за его спиной.

– Дядя!

– Жив… племяш… – выдавил Ларк. – Жив…

– Хорошо– крикнул я.

Перед выходом из зала две твари неожиданно спрыгнули со свода и вцепились в клыкача. Зверь, не сбавляя скорости, впечатался боком в стену, буквально размазав их по камню. Тем временем Хольц мощным ударом посоха перешиб хребет ещё одной гадине и перепрыгнул через мёртвую тушу.

Стоило нам выскочить в узкий тоннель, как за спинами раздался нарастающий шорох сотен лап. Мы растерянно переглянулись и тут же бросились вперед.

Вскоре время утратило всякий смысл. Я не помнил, как мы миновали первую развилку – в памяти запечатлелось лишь то, как Хольц на полном ходу свернул налево и я, не раздумывая, последовал за ним.

Затем свод тоннеля опустился, и нам пришлось бежать, согнувшись пополам. Позади меня сквозь зубы хрипел Леннокс.

В одном из залов навстречу выскочили ещё трое серых, но Клыкач одним прыжком снёс их, как кегли.

В какой‑то момент я перестал чувствовать ноги. Мысленно приказав себе: «Потерпи», лишь стиснул зубы, упрямо двигаясь вперёд.

Хольц уверенно бежал впереди, отбивая посохом ритм. Время от времени мимо проносился клыкач. Зверь метался из головы колонны в хвост, и каждая такая пробежка заканчивалась хрустом и обмякшей тушей. Я заметил, как на его боку появилась рваная полоса, потом ещё одна, но вскоре силы иссякли – взгляд прилип к земле, а всё сознание сосредоточилось на одном: не дать ногам остановиться.

Крох старался помогать. Он не нападал на тварей, но, стоило какому‑нибудь существу, раненному клыкачом или Хольцем, попытаться уползти или зайти к нам сбоку, зверь тут же настигал его и добивал.

«Молодец, боец, – думал я».

Леннокс держался удивительно стойко. Я несколько раз слышал, как он спотыкался, но парень неизменно выпрямлялся и бежал дальше.

– Эйден… – прохрипел он на очередном повороте. – Долго ещё?

Я хотел ответить «не знаю», но вдруг почувствовал странную тёплую пульсацию в груди. Зайцелоп за пазухой шевельнулся, ткнулся носом в мою ключицу и отправил через нить чёткий образ: золотистое облачко на скальном выступе и острое чувство того, что цель уже «близко».

– Близко, – выдохнул я. – Только держись!

– Хорошо, – буркнул Леннокс, не сбавляя хода.

Когда впереди забрезжил знакомый лаз, я был уже на пределе и двигался на одном упрямстве.

Подняв голову, увидел… Свет! Казалось, что его не было целую вечность, хотя на деле прошло в районе двух суток.

– Не расслабляться! – рявкнул Хольц, заметив мою заминку. – Леннокс! Дуй первым!

Парень рванул к выходу и остановился. Я подскочил к нему, быстро развязал верёвку, вынул Люмина из‑за пазухи и спустил дядю на землю. Леннокс, облегчённо выдохнув, протиснулся в щель и вытянул руки мне навстречу. Я с трудом приподнял Ларка, и парень тут же подхватил его под мышки и потянул на себя.

Упёршись плечом в подошвы дядиных сапог, я подталкивал его, пока Леннокс не вытащил Ларка. Через секунду снаружи донесся глухой звук упавшего тела.

– Брумиш! – крикнул я. – Ты следующий, вперёд!

Бронебрус подошёл к лазу и недоверчиво уставился на него. В прошлый раз он с трудом протиснулся в проход, а сейчас, устав, медлил, не решаясь даже попробовать…

– Давай, друг, – я положил ладонь ему на лоб. – Знаю, что страшно, но времени совсем нет.

Зверь тяжело выдохнул, упёрся передними лапами и полез.

– Эйден! – раздалось снаружи. – Давай следующего!

– Хорошо! Камнегрыз, теперь ты! – я хлопнул зверя Леннокса по боку.

Тот без раздумий скользнул в лаз и сразу оказался снаружи.

Тем временем Хольц и клыкач оставались в тоннеле. Тренер стоял спиной ко мне, перехватив посох обеими руками, а его питомец застыл между ним и темнотой. Шкура зверя изодрана в клочья, по синей шерсти стекала кровь, а задняя лапа подрагивала.

Из глубины тоннеля на нас неслась бесконечная волна тварей. Я даже не пытался их сосчитать, понимая, что если Клыкач дрогнет, нас всех здесь закопают.

– Хольц, уходи!

– Целитель, в лаз! Живо!

Я подтолкнул Люмина в проход и кивнул Кроху. Зверь метнул на меня взгляд, будто говоря «не задерживайся, хозяин», и нырнул следом. Я полез за ними, а когда выбрался наружу, услышал короткое «давай» и глухой удар посоха.

Хольц несколькими быстрыми шагами преодолел расстояние до лаза и протиснулся в него. Клыкач рванул следом, и я увидел, вцепившуюся в синюю холку серую тварь, вторая тут же вонзила клыки в заднюю лапу зверя, пытаясь утянуть его обратно в темноту.

– Тяни! – заорал Хольц, просунувшись обратно в лаз и схватив переднюю лапу питомца.

Я поймал вторую, и мы, упёршись пятками в землю, потащили зверя на себя. Клыкач хрипел, дёргался, а мышцы под моими пальцами вибрировали.

Хольц, не отпуская питомца, одной рукой поднял валявшийся посох и размашистым ударом сшиб тварь с холки клыкача. Вторая, висевшая на лапе, дёрнулась, но тренер стукнул и её. Существо разжало пасть и, мгновенно получив по морде задней лапой зверя, улетело обратно во мрак.

Клыкач, освободившись от тисков, выпал из лаза, потянув нас за собой, и впечатался в землю между нами. Синяя голова безвольно опустилась на моё плечо, заливая горячей кровью ворот рубахи.

– Целитель, вставай, не время отдыхать! – рявкнул тренер, вставая и помогая подняться мохнатому другу. – Уходим!

Да будто я против… Кое‑как поднявшись на ноги, я обвёл взглядом отряд, помог взвалить дядю на спину Леннокса, и мы рванули прочь. Уже на бегу я обернулся: из лаза, к счастью, никто не выскочил.

Скала оставалась все дальше позади, и вскоре под ногами оказался мягкий зелёный мох. Хольц замедлился и через несколько секунд остановился.

– Всё, – выдохнул он. – Привал.

Стоило услышать заветные слова, как мои колени подогнулись, и я рухнул на землю. Рядом аккуратно завалился на бок Леннокс, стараясь не придавить Ларка.

Клыкач улёгся возле Хольца, и старик опустился на землю, пристроив седую голову на боку зверя. Брумиш привалился к Ларку, уткнувшись мордой в его плечо, а камнегрыз свернулся калачиком у сапог Леннокса.

Крох прижался к моему боку. Я положил руку на его холку и почувствовал под ладонью мелкую дрожь, которую зверь пытался скрыть, но не справлялся. Я молча почесал Кроха за ухом. Люмин пристроился рядом, взглянул на меня круглыми глазами и тихо пискнул.

Несколько минут мы просто лежали, слушая собственное дыхание.

Ларк первым подал признаки жизни.

– Ну ничего себе, – прохрипел он, уставившись на небо мутными глазами. – Давно я так… не развлекался.

– Да ты сумасшедший, – выдохнул я.

Леннокс тихо засмеялся. Я с трудом приподнялся на локте и посмотрел на Клыкача. Бок зверя ходил ходуном, шкура была в багровых полосах, а синяя шерсть слиплась в комья.

Я знал, что у него регенерация B‑класса и к утру от ран не останется и следа, но на него было больно смотреть.

– Хольц, – тихо позвал я.

– Что, целитель?

– Сейчас немного отдышусь, – выдохнул я, – и обработаю его раны.

Тренер посмотрел на меня и едва заметно кивнул.

– Не торопись, – буркнул он. – Сам едва на ногах держишься.

Я прикрыл глаза, проваливаясь в дремоту, как вдруг вновь услышал голос Ларка.

– Спасибо… – прошептал дядя. – Всем вам.

Ему никто не ответил. Над нами подул слабый ветерок, а где‑то вдалеке вскрикнула птица. Я улыбнулся, и почему‑то на душе поселилось спокойствие.

Рядом шевельнулся Люмин и отправил мне образ огромной моркови, перевязанной алой лентой.

– Заслужил, мелкий, – прошептал я. – Только давай доберемся до дома.

Зайцелоп прижался теснее – видимо, на этот раз он согласился подождать.