Текст книги "Кодекс Магических Зверей. Гепталогия (СИ)"

Автор книги: Александр Сорокин

Соавторы: Павел Шимуро
сообщить о нарушении

Текущая страница: 76 (всего у книги 121 страниц)

Глава 2

Брумиш всё так же стоял у границы биома, опустив голову на мое плечо, и тяжело дышал.

– Не бойся, дружище, – тихо сказал я. – Вместе мы со всем справимся.

Повернувшись, я оглядел отряд. Кельн отправил Силка на разведку периметра, Леннокс примостился на корне одного из белых деревьев, а камнегрыз тёрся боком о его ногу. Варрен с кряхтением опустился на землю и, стянув сапог, принялся массировать лодыжку, время от времени морщась от боли.

– Эта утренняя беготня с разрешениями меня до сих пор бесит, – буркнул он, ни к кому конкретно не обращаясь. – Вот скажите, кому это в голову пришло?

– Привыкай, – отозвался Кельн, прощупывая пальцами оперение вернувшегося Силка и рассматривая каждое перо.

– Да я не к тому, что бегали зря, – Варрен поднял палец. – просто у нас всё так работает. Главнюки, у которых жопа в мягком кресле, вешают табличку «ЗАПРЕТИТЬ» и сидят довольные.

Дрог, не вынимая трубки изо рта, хмыкнул.

– Пропали отряды? – продолжал Варрен, входя во вкус. – Не, зачем искать причину, это ж работать надо, думать, а это ой как тяжело, особенно когда жалованье и так капает. Проще закрыть Лес для половины добытчиков, глядишь, и пропадать меньше будут.

– Странно, что ещё денег за проверку не попросили, – добавил Кельн.

– А ты подожди немного, – парировал Варрен. – Готов поспорить на свой арбалет, что через месяц «проверка каналов» будет стоить серебряную или две, чтобы «компенсировать издержки», как любит говорить наш дорогой Горган.

При имени скупщика Леннокс слегка скривился.

– А может, – медленно произнёс парень, и почему‑то посмотрел на меня, – наверху уже знают, что здесь происходит, и просто не хотят, чтобы мы сюда совались?

Варрен повернулся к нему.

– Это в смысле?

– Ну… – парень пожал плечами. – Пропавшие отряды состояли из бывалых мужиков, далеко не сопляков, и тем не менее никто не вернулся. Может, кто‑то из сильных Мастеров уже выяснил причину, доложил кому надо, и власти приняли решение, что лучше всем сидеть наверху, пока проблема сама не исчезнет.

– Слишком много чести для простых добытчиков, – фыркнул Варрен. – Кто будет о нас думать?

– Нет, ты подумай, – Леннокс понизил голос. – А что, если всему виной какой‑то сильный зверь, который вдруг решит вылезти на поверхность? В таком случае проблемы появятся у всех.

В роще повисла тишина. Я сидел на корточках рядом с Брумишем и слушал, не вмешиваясь, а в голове сама собой выстраивалась логическая цепочка: отряды пропадают, их никто не ищет, спасательные операции «приостановлены приказом сверху», а теперь ещё и новые условия для спуска…

Пока что всё это лишь отдельные кусочки пазла, которые не складываются у меня в голове.

Тренер стоял чуть в стороне и смотрел на вершины деревьев. Я скользнул по нему взглядом и отвёл глаза, чтоб не пялиться.

Торвальд тем временем достал из поясной сумки маленький камень и принялся точить лезвие топора.

– Хольц, – внезапно подал голос Варрен. – Ты ж старый волк, скажи, раньше такое было?

Тренер ответил не сразу. Он перехватил посох и покачал им из стороны в сторону.

– Бывало по‑разному, – произнес Хольц наконец. – Но такого никогда.

Внезапно Торвальд сунул камень обратно в сумку, проверил большим пальцем кромку, удовлетворённо хмыкнул и поднялся.

– Хватит языками молоть, – бросил он. – Целитель, бронебрус готов? Пора отправляться.

Я провёл ладонью по тёплой пластине Брумиша.

– Пойдём, друг.

Зверь поднял голову, ткнулся лбом в мою руку и шагнул вперёд. На границе биома он на секунду замер, лапы вновь задрожали, но уже на втором вдохе бронебрус переступил черту.

Я выдохнул и последовал за ним.

Сумеречный биом встретил нас странной тишиной. Гладкие чёрные стволы без коры теснились вокруг, будто кто‑то облил их жидкой сажей, которая так и застыла навсегда. Кроны переплетались на такой высоте, что не хотелось лишний раз задирать голову, а свет пробивался к земле лишь рваными лоскутами. Под ногами лежал слой мелкой пыли, в которой сапог тонул на полпальца, не оставляя отчётливого следа.

Через три шага я осознал, что не слышал собственной поступи. Звуки гасли, будто всё пространство вокруг плотно набили ватой.

– Идём ближе друг к другу, – произнёс Хольц.

Его голос донёсся глухо, будто тренер шагал за толстой стеной. Люмин прижался к моему сапогу, стараясь не отставать. Крох двигался чуть впереди, почти припадая к земле. Я потянулся к нити и почувствовал, что зверь сосредоточен до предела.

Внезапно перед глазами появилось сообщение Системы.

[Внимание: фон маны искажён]

[Рекомендованные действия: покинуть область]

– Это что ещё такое? – прошептал я себе под нос.

Прежде я никогда не видел подобных сообщений и не знал, чего ожидать, но решил довериться Системе и как можно быстрее покинуть этот странный биом.

Брумиш двигался медленно, осторожно переступая. Каждый раз, когда его лапа касалась земли, из‑под неё поднималась чёрная пыль и медленно оседала.

Через несколько метров Кельн внезапно вскинул ладонь, заставив отряд замереть. Силок, описав в воздухе небольшой круг, пошёл на снижение, но вдруг резко рванул вверх. Кельн прищурился, будто в этот момент смотрел глазами птицы.

– Что случилось? – спросил Торвальд.

– Не понимаю, – тихо отозвался Кельн. – Силка что‑то беспокоит, но я не понимаю, что именно… Что‑то блокирует нашу связь…

В этот момент Крох зарычал, дыбя шерсть на загривке.

– Осторожно! Рядом опасность! Всем приготовиться к бою! – крикнул я.

Через несколько секунд по пыльному ковру побежала рябь, и из него вырвались шесть низких чёрных зверей с длинными передними лапами и безглазыми мордами. Существа не издавали ни звука, стремительно сокращая дистанцию.

[Существо: Тенежор]

[Класс: D]

[Ранг: 1]

[Состояние: Активная охота]

[ВНИМАНИЕ: атакует большой группой, чувствует движение маны]

«Спасибо, уже понял», – подумал я, отступая на шаг.

Первый тенежор высоко прыгнул, целясь в голову Торвальда. Василиск среагировал мгновенно, голова зверя выстрелила вбок, поймала тварь в воздухе и перекусила пополам. Чёрные куски тела шлёпнулись в пыль.

Второй, низко стелясь, нырнул под ноги Варрена, но мужчина успел отойти на шаг, а прыгун вовремя перегородил путь противнику. Его шерсть заискрилась, но… Через несколько секунд свечение пропало, будто ему что‑то помешало, однако несмотря на это зверь подскочил на месте, и тенежор, метивший в него, лишь вскользь задел цель когтями. Секундной заминки хватило, чтобы Варрен в упор всадил в тварь болт.

– Один есть! – отметил арбалетчик с мрачным удовольствием.

Третий метнулся к Кельну, но Силок спикировал сверху, всадив клюв в основание шеи зверя. Я успел заметить, как птица одним движением рванула ввысь, унося в когтях чёрную плоть.

Четвёртый, самый крупный из тварей, налетел на Брумиша, однако он не стал уклоняться, а пригнув голову, оттолкнулся мощными лапами и пошёл на таран. Удар получился такой силы, что с ближайших стволов посыпалась чёрная труха. Зажатый между пластинами Брумиша и деревом тенежор за секунду превратился в плоскую кляксу, после чего безжизненно сполз в пыль.

Пятого я заметил краем глаза, и он целился… в Люмина! Я не успел даже крикнуть, как мимо меня пронеслась серебристая молния, пролетела над прижавшимся к земле зайцелопом и впилась тенежору в горло. Раздался хруст, тварь дернулась всем телом, вытянулась и обмякла.

Крох не отпускал зверя ещё пару секунд, затем разжал челюсти, отряхнулся и встал рядом со мной.

– Ничего себе… – выдохнул я, осознав, что Крох в одиночку разделался с тварью D класса. – Молодец, боец.

Шестой, видя разгром сородичей, попытался скрыться. Он уже разворачивался, поняв, что добыча оказалась слишком зубастой, но грыз Дрога настиг его одним длинным прыжком и нанёс быстрый удар. Чёрное тело пролетело несколько метров и шлёпнулось на землю.

Дрог невозмутимо вынул трубку, глядя на тушу, пожевал загубник и спрятал в карман.

Я выдохнул, понимая, что не успел ни испугаться, ни сообразить, что делать. Сердце колотилось так сильно, что его стук отдавался в ушах, но руки сами потянулись к ранцу.

– Все целы? – громко спросил я.

Варрен помахал арбалетом, Кельн кивнул, Леннокс провёл ладонью по морде камнегрыза и произнес:

– Все в норме.

Кивнув, я всё же обошёл зверей. Василиск Торвальда был абсолютно цел, у прыгуна Варрена нашлась пара царапин в месте, где тенежор успел задеть когтем. Силок Кельна опустился на плечо хозяина, и я заметил у него на грудке тонкую полоску крови. Камнегрыз Леннокса, как и сумеречный грыз Дрога, вышли из боя невредимыми. Брумиш получил пару царапин на пластинах, но это так, для отчётности. Крох… Я приподнял его морду ладонью и осторожно повертел. На шерсти виднелась чёрная кровь тенежора, но ран на питомце я не нашёл. Люмин пристроился у моей ноги и глядел на Кроха так, как младший брат смотрит на старшего после победной драки во дворе.

– Хорошо отработали, – констатировал я. – Серьёзных ран ни у кого нет.

Достав склянку с раствором железнолиста, обмакнул тряпицу и обработал грудку Силка, бок прыгуна и морду Кроха.

Торвальд молча следил за моими манипуляциями, и стоило мне закончить, кивнул.

– Хорошо, что предупредил, – произнёс он.

– Это Крох, – поправил я.

– Ну, зверь‑то твой, так что считай, что ты, – буркнул рыжебородый.

Хольц, стоя в стороне, чуть улыбнулся уголком рта и спросил:

– Заметили, что в этом месте мы будто голые?

Отряд переглянулся между собой, и Варрен сказал:

– Прыгун не может пользоваться искрами. Ему будто что‑то мешает…

– Так вот почему Силок не смог меня предупредить, – задумчиво произнес Кельн, почесывая щёку.

– Этот биом каким‑то образом блокирует ману, и это очень плохо, – резюмировал Торвальд. – Нужно убираться отсюда, и как можно быстрее.

– А ещё здесь водятся тенежоры, которых тут быть не должно, – добавил тренер. – К тому же, они никогда не нападают на отряды, предпочитая одиночек, – сказал он, оглядываясь.

– Что‑то не похоже, – буркнул Леннокс.

– В том‑то и дело, – спокойно ответил Хольц. – И мне всё это не нравится.

Торвальд молча сплюнул в пыль.

– Жрать‑то их можно?

– Сдохнуть не должны, – сказал тренер.

– И то хлеб. Дрог, возьми парочку, и пойдем дальше.

Мужчина кивнул и закинул на плечи две тушки.

Следующие несколько часов мы передвигались почти без остановок. Брумиш уверенно вёл нас в одном ему известном направлении, обходя места, где в пыли проступала рябь – видимо, там нас могли ждать «сюрпризы».

Когда мы наконец покинули сумеречный лес, деревья сменились на хвойные.

Здесь было спокойнее, и Брумиш заметно расслабился. Люмин даже позволил себе небольшой рывок в сторону, чтобы обнюхать какой‑то корешок, но я тут же послал через нить команду «нельзя», и зайцелоп вернулся, обиженно фыркнув.

Варрен внезапно тихо засмеялся.

– Чего? – обернулся Кельн.

– Да ничего, – ответил арбалетчик. – Просто после прошлого биома эти ёлки кажутся такими родными, что хочется каждую обнять.

– Так обними, кто тебе мешает.

– Вдруг я им не понравлюсь, – буркнул Варрен.

Леннокс прыснул в кулак, Дрог засмеялся, а я улыбнулся.

Через час с лишним хвойный лес остался позади, и мы оказались у серых валунов, между которыми пробивалась жёсткая трава.

Брумиш принялся петлять, выбирая дорогу в обход, но, когда он вдруг замер перед очередным валуном, Хольц жестом велел нам свернуть. Мы обошли препятствие, но через пару десятков шагов из‑за камня с шипением показалась длинная и злобная тварь. Она замерла на миг, оценивая нас, и тут же скрылась. Я даже не успел разглядеть, что это за зверь.

– Скальной полоз, – буркнул Кельн. – Повезло – будь нас вдвое меньше, пришлось бы драться.

К вечеру мы наткнулись на невероятно холодный биом.

– Ледяная смерть, – произнес Хольц, кивая вперёд. – Нужно пройти его как можно скорее, не задерживаемся.

Мы приготовились и бегом пересекли границу. Пришлось петлять между белыми, покрытыми инеем ветвями редких кустарников. Уже через минуту у меня заломило пальцы, через две жгучая боль вгрызлась в кожу на щеках. Спустя полчаса мы каким‑то чудом вырвались за пределы обледенелой зоны и повалились на землю, пытаясь хоть немного согреться.

– Пора искать место для ночлега, – произнёс Торвальд через несколько минут.

Я кивнул, растирая замершие ладони, и взглянул на Кельна.

– Сможешь найти безопасное место?

Мужчина не ответил, но Силок тут же взмыл в воздух. Разведчик замер, прикрыв глаза, и через пару минут тихо произнес:

– Впереди есть лощина, над которой нависает скала.

– Отлично, показывай путь, – коротко скомандовал Торвальд.

Лощина и правда оказалась удачным местом для лагеря. Скальный навес с одной стороны, каменная стена с другой. Из убежища вело два выхода: широкий, через который мы зашли, и узкий лаз в дальнем конце, который Кельн осмотрел в первую очередь.

Дрог быстро разжёг костёр, спустил с плеч тушки тенежоров и принялся свежевать. Закончив, нарезал одну из них небольшими кусками на плоском камне.

Я уселся на валун у костра и впервые за день расслабился. Люмин тут же запрыгнул ко мне на колени, свернулся комочком и прикрыл глаза. Крох устроился рядом с моими сапогами, мордой к выходу из лощины, в позе «я не сплю, а наблюдаю», а Брумиш завалился боком к скале, подняв небольшое облако пыли, и протяжно выдохнул.

Мясо тенежора, насаженное на тонкие ветки, пустило сок при приготовлении. Запах оказался не таким скверным, как я опасался, и напомнил аромат поджаренной говядины.

Торвальд сидел напротив углей, медленно поворачивая ветки с нанизанным мясом. Не отрывая глаза, он буркнул:

– Зверь ведёт нас к переходу.

Я поднял на него взгляд.

– На Второй слой?

– К нему самому. – сняв одну ветку с огня, Торвальд подул на мясо, откусил, прожевал, удовлетворительно кивнул и продолжил. – Ещё день, может два, и будем на месте.

– А… Не по Венам спуститься можно? – немного нервно спросил я.

Торвальд хмыкнул, продолжая жевать.

– Чего бурчишь, целитель, ты сам нас сюда притащил.

Я промолчал. Он прав, но это не отменяет того, что я категорически не хочу повторять предыдущий спуск.

Кельн спокойно заметил:

– Других путей мало. Можно, конечно, спуститься вниз по скале, но на это уйдёт несколько дней, да и… одно неверное движение, и ты труп.

– А по воздуху никак? – с надеждой спросил я.

Кельн посмотрел на Силка, дремавшего у его плеча, и медленно покачал головой.

– Мало какая птица способна унести человека, и тем более бронебруса. Тут нужны звери B класса, а у нас таких нет.

– Так что, если у нас каждый день на счету, то единственный вариант – это Вены, – подытожил Торвальд, снимая оставшееся мясо с огня и передавая каждому по ветке.

Я кивнул и принялся есть.

Хольц расстелил рядом со мной плащ, положил в изголовье ранец и присел.

– Дежурим по двое, – когда все доели распорядился Торвальд. – Я с Дрогом – первая смена, Леннокс с целителем – вторая, Варрен с Кельном – третья.

– А я? – неожиданно произнёс Хольц.

– А ты спи, дед, – отрезал Торвальд. – Ноги переставляешь, и то хорошо.

– Если что – будите, – спокойно ответил тренер.

Я лёг на плащ и долго разглядывал каменный свод. Люмин тёплым комом устроился у моего бока, Крох свернулся у ног, а Брумиш сопел у скалы. Его дыхание было самым умиротворяющим звуком за весь день.

Я закрыл глаза и провалился в сон.

Утро встретило меня запахом дыма и тихим бормотанием Леннокса, который что‑то рассказывал камнегрызу. Парень, видимо, считал беседы со зверем вполне естественным занятием, и я с ним согласен.

Я поднялся, потёр затекшую шею и прошёлся по лощине, чтобы размять ноги. Наше дежурство прошло без происшествий, за несколько часов мы успели обсудить с Ленноксом, как правильно перевязывать камнегрыза, если ему когда‑нибудь это понадобиться. Парень внимательно слушал и кивал.

Дрог уже нарезал вторую тушку тенежора, и принялся жарить мясо над углями. Я достал из ранца три порции корма, развернул тряпицы, и положил перед зверями.

Варрен, протиравший арбалет, поднял голову и нахмурился.

– Целитель, ты что, разбогател и не сказал?

– В смысле? – я не сразу понял, о чем речь.

– Ну ты ж корм мелким даёшь. – он указал на Люмина, который как раз вылавливал последние травинки из тряпицы. – Да ещё, я смотрю, не самый дешёвый. Ты у нас лекарь или губернатор?

Кельн тоже глянул в нашу сторону. Леннокс, делая вид, что занят сапогом, навострил уши.

– Я его не покупаю, – спокойно произнес я. – А сам делаю.

В лощине стало чуть тише.

– Сам? – переспросил Варрен. – Взял чужой рецепт и бодягу гонишь?

– Нет, и рецепт мой, и изготавливаю сам.

Кельн прищурился, пытаясь понять, не лгу ли я.

– И чё, нормально жрут? Не дрищут потом? – спросил он.

– Едят с удовольствием, – ответил я.

– Звери любую вредную дрянь с удовольствием жрут, тут главное, чтобы прок был, а не просто пузо набить, – буркнул Варрен.

– Не забывай, что я целитель, – парировал я. – И знаю, что хорошо для них, а что нет.

Варрен, не зная, что ответить, уткнулся в арбалет, и буркнул:

– Ладно, лекарь. Может, тут ты и прав.

Леннокс дождался, когда между нами перестали летать искры, и спокойно спросил:

– Эйден, а дашь после похода попробовать камнегрызу?

– Почему нет? – я пожал плечами.

Парень довольно улыбнулся.

– И сколько стоит твой корм? – задумчиво спросил Кельн.

– Десять медных обычный, пятнадцать улучшенный.

– И в чём разница?

– В пользе для зверя, – ответил я, не вдаваясь в подробности.

– Тогда дай и мне.

Я поднял бровь.

– Серьёзно?

– Серьёзней не бывает, – он кивнул на Силка.

– Хорошо.

Дрог неожиданно вытащил трубку изо рта и буркнул:

– Тоже возьму.

Все обернулись к нему, а я едва не поперхнулся куском мяса. Хольц, сидевший у скалы, медленно поднял голову и взглянул на меня.

Торвальд дожевал свой кусок, утёр губы тыльной стороной ладони и поднялся.

– Все пожрали? Тогда вставайте, до перехода ещё топать и топать.

Я забрал у Люмина тряпицу, которую он вылизывал так усердно, будто там ещё хоть что‑то осталось, отряхнул ладони и встал.

– Пойдём, – тихо позвал я Брумиша.

Бронебрус выдохнул и поднялся.

День прошёл странно спокойно. После сумеречного биома и боя с тенежорами мне всё казалось, что вот‑вот на нас вновь кто‑то выскочит, но Лес будто решил на время оставить нас в покое.

Когда мы пересекали узкую полосу высокой травы, Кельн то и дело чертыхался, потому что она прорезала кожу на руках. Затем мы поднялись на пологий каменный гребень и спустились в долину, где между деревьями журчал ручей с чистой водой.

Хольц предупредил, чтобы мы из него не пили, ведь она «слишком прозрачная». Я ему поверил, потому он явно знал, о чём говорил.

Брумиш за все время пути только один раз остановился у высокого пня и долго неподвижно стоял, будто прислушиваясь.

– Пойдем, – тихо произнес я.

Зверь моргнул и тронулся с места. К обеду мы перекусили на ходу холодным мясом. Варрен тут же пожаловался, что не помешало бы горячего супа, на что Кельн пообещал сварить ему «похлёбку из собственных сапог, если не перестанет ныть». Леннокс рассмеялся.

После полудня биомы быстрее сменяли друг друга. Светлый берёзовый лес плавно перетек в Каменистое плато, затем вновь хвоя, но в этот раз низкорослая и кривая, будто прижатая к земле невидимым прессом или ветром, которого здесь не бывало уже очень давно.

На плато мы наткнулись на скелет крупного зверя. Кости были чистыми, выбеленными временем, а в одном из рёбер торчал обломок копья.

– Кто‑то его завалил, – заметил Кельн. – И не вернулся за добычей.

– Скорее не дошёл, – добавил Хольц, внимательно оглядывая окрестности.

К вечеру Брумиш зашагал увереннее, как будто наконец почуял цель, и через полчаса между деревьями показался провал. Подойдя ближе, мы остановились. Впереди зияла пустота, земля обрывалась отвесно вниз, открывая вид на пропасть.

Бронебрус подошёл к краю, опустил голову и глубоко вздохнул.

Я медленно пристроился рядом с ним. Люмин ткнулся мне в сапог, наотрез отказавшись подходить ближе. Крох уселся в паре шагов, навострив уши, и не сводил взгляд с пустоты.

– Вот и Спуск на Второй слой, – тихо произнёс Торвальд, останавливаясь у меня за плечом.

Я всматривался в черноту и ловил себя на одной очень пугающей мысли.

Где‑то там Ларк.

Хольц поравнялся со мной, опираясь на посох.

– Предлагаю устроить привал, – бросил он. – И подумать, как будем спускаться.

Я кивнул, не сводя взгляд с бездны.

Глава 3

Бездна перед ногами пугала, по телу пробежал противный холодок, и я отступил от края.

Кельн опустился на корточки у кромки и долго всматривался в темноту.

– Ну что, вариантов немного, – произнёс он, поднявшись. – Предлагаю спуститься через Пасть.

Варрен сплюнул себе под ноги и потёр щетину.

– Твою налево, Кельн. Может всё‑таки по стене?

– В прошлый раз мы трое суток лезли, и то под конец чуть не сдохли, – Кельн усмехнулся.

Торвальд молча выслушал их, затем повернулся ко мне.

– Пойдём через Пасть, – отрезал он. – Иначе быстро не спустимся.

Я почувствовал покалывание в области лица, ноги обмякли, а в животе завязался тугой узел. Перед глазами на долю секунды вспыхнуло воспоминание: лопнувшая лиана, едва не угробившая меня в прошлый раз…

– Целитель, ты чего побледнел? – тут же подметил Варрен. – Дрейфишь?

– Есть немного, – пробормотал я.

Леннокс чуть нервно хмыкнул. Парень помнил мой первый спуск, и то, чем он едва не закончился.

Хольц, не торопясь, отступил от края и положил ладонь на мое плечо.

– Всё будет хорошо, – тихо проговорил он, глядя куда‑то вдаль.

Я закрыл глаза и задумался. Очередной спуск по Венам – довольно безумная идея, но… Где‑то там, внизу, Ларк ждёт помощи, и чем дольше я буду бояться, тем меньше у него шансов.

На фоне этой мысли страх отступил на второй план, и я наконец взял себя в руки.

– Пойдем через Пасть, – выдохнул я.

Торвальд кивнул.

Силок сорвался с плеча хозяина и спикировал в бездну, чтобы через мгновение распахнуть крылья над выступом, поросшим багровым мхом. Кельн сделал два шага и прыгнул следом. Перехватив птицу, он шагнул в клубок лиан и вскоре исчез в полутьме.

За ним последовал Варрен с прыгуном на руках. Зверь возмущённо заверещал, напомнив базарного гуся. Затем скользнул Дрог с грызом.

– Леннокс, ты следующий, – бросил Торвальд.

Парень подхватил камнегрыза и без раздумий шагнул за край.

Я повернулся к бронебрусу и положил на него ладонь.

– Послушай, друг, – тихо произнёс я. – Сейчас будет неприятно, но так надо, только не бойся.

Брумиш медленно моргнул и фыркнул, подняв облачко пыли у моих сапог. Этот «фырр» я интерпретировал, как «не оскорбляй уважаемого, целитель».

Я слегка усмехнулся, вскарабкался на спину бронебруса и обернулся к зверям. Люмин стоял у задних лап Брумиша и глядел на меня большими глазами, в которых так и читалось: «Только не говори, что мы вновь туда прыгнем». Крох сидел рядом с ним, прижав уши.

Потянулся к нити Люмина и послал ему чёткий образ – ко мне. Зайцелоп обреченно вздохнул и совершил героический прыжок, приземлившись точно мне в руки. Крох, не дожидаясь приглашения, залез следом.

Хольц подошёл к Брумишу.

– Я пойду сразу за тобой, – констатировал тренер.

– Может, тоже залезете? – предложил я, но Хольц мотнул головой.

– Зверю будет тяжело, – ответил он, перехватывая посох за середину.

Торвальд подошёл сзади и хлопнул бронебруса по боку.

– Ну, каменный, не подведи. Целитель нам ещё пригодится.

Я так и не понял, это очередная подколка или искреннее напутствие, но уточнять не стал.

Брумиш медленно развернулся к обрыву, и я почувствовал, как под пластинами напряглись мощные мышцы. Крепко прижав зверей к груди, наклонился вперёд и зажмурился.

Бронебрус разбежался и прыгнул.

У меня перехватило дыхание, в ушах засвистел ветер, в голове промелькнула мысль: если Брумиш перевернется в воздухе, то я стану первым целителем в истории, которого расплющил собственный пациент.

Приземление оказалось мягче, чем я ожидал. Багровый мох спружинил под весом зверя, бронебрус качнулся, восстанавливая равновесие, сделал несколько шагов вперёд и в ту же секунду нас облепили лианы.

Толстые жгуты обхватили пластины Брумиша, обвили мои сапоги, и, прижав зверей к моей груди, плавно потянули вниз. На этот раз Вены напоминали не змей, а сложную канатную систему. Я заставил себя расслабиться и довериться этой странной живой механике.

Люмин под моей рукой постепенно перестал дрожать, а Крох даже и не начинал бояться.

Мимо проносились стены, проросшие грибами, что мерцали бледным светом, а в боковых расщелинах то и дело вспыхивали и гасли маленькие точки чьих‑то глаз.

Спуск занял всего несколько минут, хотя по ощущениям целую вечность. Лианы плавно вынесли нас на широкую платформу и медленно разжались. Брумиш сделал пару шагов вперёд и фыркнул. Я сполз с его спины и опустил зверей на сплетенную из корней поверхность.

От пережитого стресса колени подогнулись. Пришлось постоять несколько секунд, вцепившись в костяную пластину бронебруса, пока дрожь в ногах не стихла.

В этот момент перед глазами вспыхнуло сообщение Системы.

[Текущая локация: Великий Лес, Второй слой]

[Уровень фоновой маны: Высокий]

[Состояние носителя: Каналы испытывают умеренное давление. Адаптация в норме]

Я моргнул и несколько раз перечитал сообщение.

А ведь в прошлый раз на Втором слое я едва держался на ногах, а сейчас… Да всё нормально. Нет, конечно, присутствует лёгкий дискомфорт, но не более того.

Я медленно оторвал ладонь от пластины Брумиша и увидел, как Хольц приземлился, соскользнув с лиан с поразительной для его возраста легкостью. Торвальд спустился последним. Его василиск неторопливо вынырнул из Вен и тут же занял место у плеча хозяина.

– Живой? – Леннокс подскочил ко мне, заглядывая в глаза.

– Вроде бы, – я провёл ладонью по лицу. – В прошлый раз здесь на меня свалилось чудовищное давление, а сейчас терпимо.

– Значит, ты достаточно развил каналы, – спокойно подметил Хольц, отряхивая штанины.

Я кивнул и задумался. Получается, Первый слой доступен всем, Второй от D класса, а… что дальше? Третий от C‑класса, а Четвёртый от B? Ладно, пока это не более, чем теория, но вполне логичная. Хотя кто знает, применима ли человеческая логика в Лесу…

Я обвёл взглядом местность и понял, что мы оказались в незнакомом мне биоме.

Перед нами росли деревья с чёрной древесиной и узкими, как лезвия, листьями, а их корни укрывал густой синий мох.

Выходит, биомы у переходов тоже подвижны, и найти обратный путь будет не просто.

В этот момент за спиной что‑то шевельнулось. Я обернулся и увидел, как Люмин подался к скале. Вот что точно неподвижно! Закрыв глаза, я потянулся к нити и послал ушастому образ метки.

Зайцелоп подбежал к серому каменному выступу, ткнулся в него носом и тихо фыркнул. На долю секунды из его ноздрей вырвалось крошечное золотистое облачко, исчезнувшее быстрее, чем кто‑либо успел заметить.

– Молодец, мелкий, – прошептал я.

Люмин, исполнив поручение, с гордым видом вернулся к моему сапогу и уселся, показывая, что готов к новым подвигам.

Брумиш тем временем повёл мордой из стороны в сторону, несколько раз вздохнул, и уверенно зашагал вперёд.

– Пойдем, – скомандовал Торвальд.

Отряд молча выстроился цепочкой и тронулся вслед за зверем. Когда Брумиш опускал лапу на синий мох, тот проседал под его весом, и наружу выступала вязкая жидкость, похожая на сок раздавленных ягод.

– Будь осторожен, не наступай на чёрные пятна, – тихо предупредил Хольц, поравнявшись со мной. – Видишь, где мох темнее?

Я присмотрелся и заметил, что между синих подушек попадались пятна почти чёрного цвета.

– А что в них?

– Сонная роса, – тренер кивнул на ближайшее пятно. – Если попадёт на кожу, будешь сутки слюни пускать.

Перевёл взгляд на Люмина, который старательно обходил тёмные пятна по широкой дуге.

– Правильно, ушастый, – тихо одобрил я.

Через нить тут же прилетел образ морковки, и я едва не закатил глаза.

– Не сейчас.

Зайцелоп фыркнул, изобразив оскорблённое достоинство, и потрусил дальше.

Подняв взгляд, я заметил, что стволы деревьев здесь росли странно. Одни тянулись вверх, словно мачты, другие изгибались дугой и упирались верхушками в землю, образуя причудливые арки.

Каждые несколько минут Кельн посылал вперёд Силка, который скользил бесшумной тенью, описывал круг и возвращался на плечо хозяина.

– Чисто, – буркнул разведчик после очередной проверки. – Но правее, шагах в пятидесяти, кто‑то крупный движется параллельно нам.

– И ты так спокойно об этом говоришь⁈ – прошипел Торвальд.

– А что мне, в штаны навалить? Тем более, он уже давно приметил нас, но не обращает внимания.

– Твою налево, разведчик хренов… – выругался рыжебородый. – Всем замереть и не двигаться!

Я остановился, всматриваясь в ту сторону, куда указал Кельн. Между чёрными стволами действительно двигалось существо размером, превосходящим лошадь, и никого не замечало, будто из‑за важных дел наша процессия его совершенно не интересовала.

Через минуту шум от шагов затих, и Лес погрузился в тишину.

– Хольц, – тихо позвал я. – Ты знаешь, кто это?

– Скорее всего, пастырь.

– Пастырь?

– Травоядный зверь B класса. Если его не задирать, и пальцем не тронет. Кочует по биомам, жрёт листву с деревьев, да гадит где попало.

Вскоре мы продолжили путь. Синий мох под ногами чередовался с участками голой чёрной земли, которая странно пружинила, будто под ней зияла пустота.

Брумиш безошибочно вёл нас по более плотному грунту. Один раз Варрен попробовал срезать угол и тут же провалился по щиколотку в почву.

– Чтоб тебя, – он с возмущением выдернул сапог из вязкой земли и принялся брезгливо отряхивать ногу. – Это еще что за хрень⁈

– Стоматка, – бросил Хольц.

– Чего?

– Стоматка, – повторил тренер. – Под ней Лес переваривает упавшие деревья, а заодно и тех, кто на них наступает. Простоял бы ещё минуту, затянуло бы по колено.

Варрен побледнел и больше от тропы не отклонялся.

Вскоре Брумиш вывел нас к участку, где между стволами тянулись провисшие нити. Поначалу я принял их за паутину, но, приглядевшись, заметил металлический блеск. Они напоминали тонкую проволоку и гудели от малейшего дуновения ветра.

– Стоп, – Хольц выставил посох поперёк тропы. – Дальше не пройдём.

Бронебрус замер. Я увидел, что нити опутали лес впереди, перекрывая просветы между деревьями почти от земли до крон. На некоторых покачивались мелкие косточки, клочья шерсти и обрывки кожаной упряжи.

– Что это? – прошептал Леннокс.

– Я уже видел нечто похожее, – Хольц прищурился. – Тогда наш отряд потерял разведчика, так что… Внутрь лучше не соваться.

– Да тут полметра до земли, можно и по‑пластунски проползти, – Варрен присел на корточки, оценивая зазор.

– Попробуй, – пожал плечами тренер. – Возможно, потом мы тебя найдём, правда, скорее всего, по частям.

Варрен медленно выпрямился.