Текст книги "Кодекс Магических Зверей. Гепталогия (СИ)"

Автор книги: Александр Сорокин

Соавторы: Павел Шимуро
сообщить о нарушении

Текущая страница: 110 (всего у книги 121 страниц)

Глава 7

Я наблюдал за неспешной капелью, опираясь локтями на колени. Элиан сидел рядом, время от времени забегая в лабораторию, чтобы сменить воду в кадке.

Вскоре капли стали срываться с носика змеевика всё реже, пока последняя из них не дрогнула и не упала в сосуд.

Я зашёл в лабораторию, кочергой пододвинул угли в сторону, взял тару и, переставив её на стол, вернулся во двор.

– Всё, – я выдохнул, присаживаясь. – Осталось подождать, пока там всё проветрится.

– А долго? – уточнил Элиан.

– Полчаса точно. Заодно угли остынут.

Парень кивнул. Я почти прикрыл веки, как вдруг краем глаза заметил, что Люмин во сне махнул задней лапой, заехав Астику по носу. Куница возмущённо открыла глаза, обиженно фыркнула, перекатилась и улеглась поверх зайцелопа. Люмин даже не проснулся, лишь ещё раз дёрнул лапой.

Я тихонько усмехнулся.

Когда из лаборатории перестал доносился аромат сонного цветка, я поднялся и с удовольствием потянулся.

– Пойдём, только осторожно, – буркнул я, направляясь в здание. – Если почувствуешь хоть намёк на сонливость, сразу выходи. Ещё подождём.

– Хорошо, – произнёс Элиан и направился следом.

Я подошёл к столу и осторожно поднял грушевидный сосуд за горлышко. Внутри плескались две жидкости: сверху тонкий, бледно‑золотистый слой, переливающийся на свету, а под ним прозрачная фракция с лиловым оттенком.

– Принеси склянки, – попросил я, не отрывая взгляда от сосуда. – Они на складе в лавке.

Парень кивнул и направился в сторону кухни. Через пару минут он вернулся и принялся расставлять передо мной чистые ёмкости.

Я слегка наклонил грушевидный сосуд, и лиловая вода тут же устремилась по дуге изгиба, тонкой струйкой изливаясь в склянку. Мой взгляд был прикован к уровню жидкости: масляная плёнка медленно опускалась вслед за уходящей водой, сохраняя безупречную гладь.

Стоило первой ёмкости наполниться почти доверху, как я плавно выровнял сосуд. Поток мгновенно оборвался, и в ту же секунду перед моими глазами появилось сообщение Системы:

[Обнаружено вещество: Цветочная вода Сонного цветка]

[Эффект: Анестетик. Способен погрузить в глубокий сон зверя B класса. Не вызывает побочных эффектов]

[Качество: Превосходное]

Отлично, даже цветочная вода оказалась невероятно полезной.

Пока я мысленно ликовал, Элиан подставил следующую склянку.

Одна за другой наполнились вторая и третья. К моменту, когда я заканчивал с четвёртой, жидкость в изгибе трубки иссякла, сменившись редкими каплями.

– Всё, – сказал я, рассматривая на дне сосуда тонкую золотистую масляную пленку. – Осталось собрать самое ценное.

Я выдохнул, осторожно поднёс стеклянную ёмкость к маленькой склянке и наклонил её. Густая капля медленно покатилась и, добравшись до горловины, повисла на секунду, набирая вес, пока наконец не шлёпнулась на дно.

В тот же миг перед глазами развернулось очередное сообщение Системы:

[Обнаружено вещество: Эфирное масло Сонного цветка (концентрат)]

[Свойства: Анестетик. При разбавлении дистиллированной водой в пропорции 1: 100 способен погрузить в глубокий сон зверя А класса. Использовать в чистом виде строго запрещено: вызывает необратимое угнетение функций организма]

[Качество: Превосходное]

Я застыл, не дыша.

– Эйден? – Элиан, заметив мою реакция, подался вперед. – Что‑то не так?

Я с трудом оторвал взгляд от склянки и посмотрел на парня.

– Всё так, – прошептал я, и на моём лице поползла улыбка. – Всё очень даже так.

– Получилось?

– Да, – я кивнул и вернулся к работе.

На дне грушевидного сосуда еще оставались золотистые разводы. Я аккуратно покачал его, а затем плавно наклонил. По стеклу поползла вторая капля, но замерла у края, так и не сорвавшись в подставленную Элианом ёмкость.

– Так, масло все равно осталось, – произнёс я, поставив сосуд на стол. – На каплю наберется. Давай добавим сюда дистиллированной воды, а потом перельём в склянку.

Взяв бутыль с мёртвой водой, я аккуратно отмерил пять миллилитров в мерном стакане и перелил жидкость в грушевидный сосуд. Несколько раз осторожно покрутил его в руках, а затем получившийся раствор плеснул в финальную склянку.

– И это… всё? – тихо произнёс Элиан.

– Ага, – отозвался я. – Из половины цветка две капли масла и четыре склянки с цветочной водой.

Парень наклонился к столу, рассматривая результат работы.

– Маловато как‑то.

– Это смотря для чего, – усмехнулся я. – А теперь… Давай сделаем ещё один прогон.

Парень несколько секунд смотрел в мои глаза, а затем расплылся в широкой улыбке, скинул куртку на табурет и закатал рукава.

– Тогда я за второй половиной цветка! – воскликнул он и метнулся во двор.

Я хмыкнул ему вслед.

Дальше всё пошло по накатанной, и вскоре мы вновь сидели на свежем воздухе, следя за песчинками в часах.

Звери к этому времени окончательно проснулись и занялись мохнатыми делами. Люмин гонялся за Астиком вокруг колодца, а Крох сидел в тени загона и с лёгкой скукой наблюдал за их каруселью.

К моменту, когда последняя капля сорвалась со змеевика, солнце уже клонилось к крышам. Тени от лавки вытянулись через весь двор, а Люмин с Астиком наконец выдохлись и улеглись бок о бок у грядок.

Мы дождались, пока лаборатория проветрится, и в точности повторили весь процесс.

Вскоре я отступил от стола, разглядывая двенадцать получившихся склянок: восемь с цветочной водой, четыре с разбавленным маслом.

– А теперь давай уберём их в прохладное место, – произнёс я, улыбаясь.

Парень кивнул, мы бережно подхватили склянки, спустились в погреб и аккуратно расставили их в пустой нише.

Когда мы вернулись во двор, над крышами уже разлился золотой закат и потянуло дымом из соседских труб. Где‑то кричали мальчишки, спорившие, кто победил в какой‑то игре.

Я перевёл взгляд на зверей. Люмин лежал на боку, пожёвывая травинку. Астик свернулся клубком у его головы и периодически дёргал хвостом, а Крох сидел чуть в стороне и клевал носом.

Вернувшись в лабораторию, мы с Элианом принялись в очередной раз разбирать и промывать перегонный куб.

– Слушай, – сказал я, не отрываясь от работы. – Время уже позднее, так что корм делать сегодня не нужно.

– Хорошо, – отозвался парень, не поднимая головы.

– Но оплату получишь, как полагается, – добавил я.

– Эйден, – он нахмурился. – Я же не выполнил работу, только с кубом помог, да и то сам напросился.

– Без тебя я бы возился до ночи, – я кивнул на разобранный аппарат, – так что всё честно.

Я полез в карман, отсчитал тридцать медных марок и выложил их на стол.

– Эйден… – произнёс он, глядя на медяки.

– Бери и не спорь, – мягко сказал я.

Он несколько секунд боролся сам с собой, а затем сгрёб монеты в ладонь и спрятал в карман.

– Спасибо.

– Это тебе спасибо за помощь, – отозвался я.

Элиан улыбнулся, и мы вернулись к прерванной работе. Парень тщательно промывал змеевик колодезной водой, а я протирал куб чистой тряпицей.

Когда мы почти закончили, я услышал стук в дверь – видимо, пришли Корвины, они как раз обещали сегодня заглянуть.

Через нить от Кроха тут же прилетел образ: у двери стоит мужчина в тёмном плаще.

Я нахмурился, вытер руки и отложил тряпицу.

– Я открою, – буркнул, направляясь к выходу. – А ты заканчивай.

Элиан кивнул и вновь склонился над змеевиком.

Миновав коридор, я остановился у двери. В тот же миг ко мне подбежал Крох и прижался к ноге.

– Кто там? – спросил я, не отодвигая засов.

– Я к целителю Эйдену Моррису, – отозвался спокойный мужской голос.

Хм. Этот голос я определённо когда‑то уже слышал… Напряжение росло, но я всё же отодвинул засов и распахнул дверь.

На пороге стоял высокий мужчина в длинном тёмном плаще с поднятым капюшоном. Из‑под ткани виднелись тёмные волосы с серебряными прядями, аккуратно зачёсанные назад, а его спокойные, внимательные глаза пристально смотрели на меня.

Я моргнул. Это же тот мужчина, который когда‑то принёс на лечение двухвостую огненную кошку и расплатился золотой маркой.

– Добрый вечер, – произнёс он, слегка склонив голову. – Можно войти?

– Да, конечно. Проходите в главный зал, – ответил я, отступая в сторону и указывая на проем.

Мужчина переступил порог, окинул коридор цепким взглядом и неторопливо пошел вперед, заложив руки за спину.

Я закрыл дверь, задвинул засов и направился следом. Крох держался у моей ноги, не отставая ни на шаг.

В главном зале мужчина остановился, откинул капюшон и осмотрелся. Спустя секунду он внезапно подошёл к ближайшей полке и провёл пальцем по её краю.

– Чисто, – тихо произнёс он, рассматривая подушечку пальца.

Что он делает?

Гость повернулся, и я вновь поймал на себе его пристальный взгляд.

– В мой прошлый визит здесь всё выглядело… иначе, – продолжил мужчина. – Лавка преобразилась в лучшую сторону.

– Стараюсь, – отозвался я. – Чем могу помочь?

Гость сделал пару шагов вдоль полок, провёл пальцем по выстроенному ряду склянок, прищурился, словно отмечая что‑то про себя, и лишь затем обернулся.

– Недавно я беседовал с магистром Корнелиусом Вейдом, – наконец произнёс он. – И он, к моему удивлению, отзывался о вас… весьма лестно.

Я слегка приподнял бровь.

– А магистр Вейд человек довольно… скупой на похвалу, – добавил мужчина, не сводя с меня глаз.

В груди шевельнулось нехорошее предчувствие. Собеседник ловил каждое мимолётное изменение на моём лице, ожидая реакции.

– Через два дня в Академии Мастеров Зверей состоится консилиум, – произнёс он. – И я хотел бы пригласить вас поучаствовать.

Я нахмурился.

– На нём соберутся опытные целители, алхимики и травники, чтобы осмотреть зверя с неизвестной болезнью. Ваша задача – понять, что с ним происходит, и подобрать лечение.

Я медленно почесал подбородок.

Неизвестная болезнь, опытные целители, алхимики и травники… Звучит как прекрасная возможность узнать что‑нибудь новое и обзавестись связями. К тому же, как я могу отказаться, если зверю требуется помощь…

Я поднял глаза и вновь поймал его пристальный взгляд.

– Хорошо, – произнёс я. – Я согласен.

Мужчина едва заметно кивнул, словно иного ответа и не предполагал.

– В таком случае буду ждать вас утром у главного корпуса Академии, – добавил он. – Я вас встречу и провожу.

– Договорились.

Он снова окинул лавку взглядом, на этот раз чуть медленнее, и задержался на этикетке со штампом «КМЗ».

В этот момент на кухне послышались шаги, и вскоре в проёме появился Элиан с Астиком на плече.

– Эйден, я закончил, – начал парень. – Все промы…

Он осёкся на полуслове и застыл с открытым ртом, уставившись на гостя широко распахнутыми глазами, а куница на его плече насторожилась и прижала уши.

Мужчина плавно обернулся и удивлённо приподнял брови.

– П‑профессор Варгин, – выдавил Элиан, неловко кивнув. – Здравствуйте.

Я вздрогнул. Варгин. Профессор В.

В голове мгновенно вспыхнуло воспоминание о письме, найденном в лаборатории, которое написал некий профессор В. В тех строках он сетовал, что кафедра съедает всё его свободное время, и весьма тепло приглашал родителей прежнего Эйдена в гости…

Неужели…

Варгин тем временем перевёл взгляд с куницы на парня и немного прищурил глаза.

– Это весьма любопытно, – тихо произнёс он.

Элиан сглотнул.

Глава 8

Астик на плече Элиана медленно вжался в его шею, притворившись шарфом.

– Я… подрабатываю у Эйдена, профессор, – выдавил парень, неловко переступив с ноги на ногу. – В свободное от учёбы время.

Варгин слегка прищурился и перевёл спокойный взгляд с перепуганного студента на меня.

– Это… многое объясняет, – тихо произнёс он.

Элиан сглотнул и кашлянул.

– Я… мне, наверное, пора, – заторопился юноша, натягивая куртку. Астик от резкого движения едва не упал и возмущённо дёрнул хвостами. – Эйден, я завтра зайду. Профессор… до встречи на занятиях.

– Доброй ночи, – отозвался Варгин.

Парень кивнул нам и почти бегом бросился к выходу. Через пару секунд в коридоре лязгнул засов, хлопнула створка, и в лавке воцарилась тишина.

Крох плотнее прижался к моей ноге и отправил через нить образ: моя ладонь лежит на его загривке. «Я рядом, хозяин».

Варгин тем временем продолжал внимательно смотреть на меня.

– У вас способный помощник, – наконец произнёс он.

– Да, – ответил я. – Очень.

По какой‑то причине мужчина совершенно не спешил прощаться.

– Профессор, – обратился я к нему. – Можно задать вам вопрос?

– Прошу, – он чуть склонил голову.

– Вы знали моих родителей?

Брови Варгина медленно поднялись, но тут же вернулись в исходное положение, а на губах впервые за весь вечер появилась тёплая улыбка.

– Знал, – наконец сказал он. – Причём довольно хорошо.

На улице мурлык завёл вечернюю песню, а в отдалении кто‑то захлопнул ставни.

– Мы дружили семьями, – продолжил Варгин. – И я знаю вас с рождения, хоть нам и не доводилось встречаться часто.

Последние слова удивили меня.

– Лиам и Элинор по какой‑то причине не любили показывать вас, – произнёс он, заметив мою реакцию. – Не приводили в гости даже к близким друзьям, а стоило кому‑нибудь переступить их порог, как вы тут же исчезали.

– Почему? – тихо спросил я.

– Не знаю, – профессор покачал головой, – У них наверняка были на то свои причины. Однажды я спросил об этом Лиама, но он лишь отшутился и быстро сменил тему. Больше я с расспросами не лез.

– Понятно, – задумчиво обронил я.

В коридоре скрипнула половица. Повернув голову, я увидел подходившего ко мне зайцелопа. Люмин внимательно посмотрел на Варгина, а затем, ткнувшись носом в мой сапог, прислал картинку: я вручаю профессору морковку, а тот передаёт её ушастому. Видимо, после того, как старичок у Башни угостил его кусочком яблока, а я не приструнил проныру, зверь решил, что теперь всегда можно так добиваться желаемого.

– Не сейчас, – буркнул я.

Люмин опустил уши и демонстративно отвернулся.

Профессор посмотрел на небольшое окно, за которым уже густели сумерки, и накинул капюшон.

– Мне пора, – сказал он. – Буду ждать вас послезавтра.

– До встречи.

Он ещё раз окинул лавку внимательным взглядом и шагнул в коридор.

Я проводил гостя до двери и толкнул створку. Переступив порог, профессор остановился и, не оборачиваясь, тихо произнёс:

– Ваши родители по какой‑то причине очень любили эту лавку, хоть многие и предлагали им переехать в центр. Я уверен, они обрадовались бы, узнав, что вы её не забросили.

Варгин, не дожидаясь ответа, ушёл.

Я закрыл створку, задвинул засов и прислонился спиной к деревянному полотну. Вот и выяснилось, почему этот человек когда‑то заплатил мне золотую марку за лечение огненной кошки. Он таким образом решил помочь сыну погибших друзей…

Из двора донёсся «дзыньк» колокольчика, а вслед за ним возмущённый чих Люмина. Я тихо рассмеялся и расслабился.

Подогрев еду, я поужинал, но вкуса почти не почувствовал. Затем, ополоснув посуду, присел на табурет во дворе и задрал голову, наблюдая, как в темнеющем небе одна за другой вспыхивали звёзды.

Почему родители оберегали Эйдена от чужих глаз? По какой причине отказывались переезжать в центр? Непонятно, да и спрос…Стоп. Ларк! Дядя наверняка знает ответы. Вот только захочет ли он ими поделиться – большой вопрос… В любом случае стоит завести об этом разговор при первой же встрече.

Я зевнул, понимая, что пора наконец отдохнуть. Добравшись до спальни, быстро разделся, забрался под одеяло и, кое‑как отвоевав у разомлевшего зайцелопа треть подушки, провалился в сон.

Меня разбудил сильный грохот. Придя в себя, я осознал, что кто‑то со всей дури молотил по входной двери. Я подскочил, едва не запутавшись в одеяле, и задел бедром чей‑то пушистый бок.

– Эйден! – донёсся с улицы приглушённый крик. – Открывай скорее!

Это же Келлен! Но… что принесло его посреди ночи⁈

Я перелез через тёплый комок, оказавшийся Люмином, на ходу надел рубаху, натянул штаны и, прихватив масляный светильник, поспешил в прихожую.

Через нить от Кроха, который уже дежурил в коридоре, прилетел образ: у входа двое с оружием, но опасности нет.

Я отодвинул засов и распахнул дверь.

На пороге стоял Дарен в пыльной куртке, с тёмным пятном на рукаве, а рядом нетерпеливо переминался грязный с ног до головы Келлен. От обоих ощутимо несло потом и прелой листвой.

– Эйден, – Дарен слегка склонил голову, – извините, что среди ночи, но нам только сейчас удалось выбраться из Леса.

– Там творится настоящая задница! – выпалил Келлен. – Я уж думал всё, обратно не вернёмся. Даже холмик начал искать, чтобы моги…

– Кел, заткнись, – резко оборвал его брат.

Корвин младший уставился на собственные грязные сапоги. Ничего себе… С чем же они столкнулись, раз даже всегда спокойный Дарен на взводе?

– Заходите, – произнёс я, отступая в сторону.

Они шагнули в коридор.

– Налить вам воды?

– Было бы очень кстати, спасибо, – Дарен выдохнул.

Я сходил на кухню, наполнил две кружки и вернулся. Дарен принял свою и сделал большой жадный глоток. Келлен и вовсе опустошил половину кружки залпом, а затем вытер губы тыльной стороной ладони, размазав грязь по щеке.

– Эйден, мы не хотим вас задерживать, поэтому позвольте перейти сразу к делу, – произнёс Дарен. – Нам срочно нужен корм.

– Шесть порций, как обычно?

– Да, – подтвердил он.

– Сейчас принесу, – я кивнул и направился к кладовой.

На улице царила прохладная ночь, заставившая меня невольно поёжиться. Быстро спустившись в погреб, я захватил шесть порций обогащённого корма и вернулся к Корвинам. Братья молча сидели на скамье, поставив пустые кружки рядом.

Дарен расстегнул куртку, его грудь часто вздымалась, будто он только что пробежал несколько километров, а Келлен рассеянно вертел в пальцах болт от арбалета.

– Держите, – я протянул мешочек старшему.

Добытчик кивнул, убрал ношу за пазуху, и, отсчитав серебряную и сорок медных марок, вложил монеты в мою ладонь. Я спрятал их в карман и скрестил руки на груди.

– Расскажете, что произошло в лесу? – поинтересовался я.

Келлен взглянул на брата, у которого после моего вопроса дёрнулся уголок рта. Спустя несколько секунд старший слегка кивнул и младший заговорил:

– Дичь, Эйден.

– А поконкретнее? – я приподнял бровь.

– Звери будто с ума посходили! – Келлен взмахнул рукой, едва не воткнув болт в плечо брата. – Рьяные одиночки принялись сбиваться в грёбанные стаи и нападать на каждого встречного. Те, кто раньше носа не совал из родного биома, массово разбегаются кто куда. А самое паршивое…

– Звери, никогда не нападавшие первыми, принялись… Атаковать, – неожиданно продолжил Дарен, подняв на меня взгляд. – Лес и прежде был опасен, Эйден, но годы опыта давали нам возможность прогнозировать предстоящие угрозы. Сейчас же все знания не стоят и медяка.

– И это на Первом слое! – мрачно добавил Келлен. – Боюсь даже представить, что творится ниже!

Я провёл пальцами по подбородку. По спине пробежал неприятный холодок.

– Безумие какое‑то, – я выдохнул. – Вы же не собираетесь туда возвращаться?

– На рассвете выходим, – буркнул Дарен. – У нас нет других вариантов.

– Сраный заказ… – сквозь зубы процедил младший.

– Да вы с ума сошли! Никакие деньги не стоят подобного риска! – возмутился я.

– Да не парься, целитель, не из таких передряг выбирались, – грустно усмехнулся Келлен.

Дарен поднялся и застегнул куртку.

– Спасибо, Эйден, – произнёс он. – Ещё раз извините за беспокойство в столь поздний час.

Корвин младший вскочил следом, сунул болт в колчан и поправил перевязь с арбалетом.

– Если шкура дорога, не суйся сейчас в Лес, целитель.

– Спасибо, что предупредили, – ответил я.

Братья вышли, и вскоре их силуэты растворились в темноте улицы. Я задвинул засов, выдохнул и почувствовал, как Крох ткнулся холодным носом в мою ладонь.

Я потрепал его по загривку, унёс кружки на кухню и вернулся в спальню.

Ушастый за всё это время так и не сдвинулся с места, продолжая посапывать у края центра кровати. Я разделся, водрузил лампу на табурет и упал на постель, машинально положив руку на тёплую шерсть зайцелопа. Крох заскочил следом, немного потоптался в ногах и устроился поудобнее, опустив морду на лапы.

Что же происходит с Лесом? Сперва стали пропадать отряды, затем ужесточили правила спуска, а теперь и это… Сердце невольно забилось чаще, и я глубоко вздохнул. Ладно, подумаю об этом потом, а сейчас нужно хорошенько выспаться перед дежурством.

Я закрыл глаза и через несколько минут погрузился в сон.

Проснулся задолго до того, как за окном заскрипели первые телеги. В памяти ещё светился кошмар: приснилось что‑то смутное про Лес, мокрую листву и чьё‑то тяжёлое дыхание за спиной. Немного полежав в предрассветной темноте, понял, что больше не усну, и поднялся.

Через несколько секунд из кухни донеслись постукивание миски и обиженное фырканье Люмина.

– Иду уже, иду, – буркнул я.

Зайцелоп встретил меня с таким выражением мордочки, будто он выдержал семидневный пост.

– Сейчас покормлю, – произнёс я, направляясь во двор.

Утренняя суета поглотила с головой. Я разложил шарики в миски зверей, развёл огонь, позавтракал и, помыв посуду, на секунду задумался: стоит ли брать с собой что‑нибудь из лекарств?

Впрочем, на этот раз я буду дежурным целителем Ассоциации, а в помещении точно должно быть всё необходимое для оказания помощи любому зверю. И всё же… что, если история с отравлением повторится, а у меня не окажется под рукой противоядия? Вряд ли, конечно, но лучше перестраховаться.

Я взял нож, побежал к грядкам и, срезав шесть сияющих красным светом листьев, отправился в лабораторию, где приготовил зелье «Быстрая Росянка».

Перед выходом натянул чистую рубаху и штаны. Затем, сунув в ранец две порции корма на завтрашний день и склянку с зельем, направился к двери.

– Команда, на выход, – обратился я к зверям.

Люмин вскинул уши и тут же прискакал, а Крох спокойно пошагал к створке.

Район Отверженных уже не спал, но ещё не успел проснуться окончательно. У колодца тянулась небольшая очередь из трёх женщин и сонного мальчишки, а по мостовой неторопливо громыхала пустая телега, запряжённая бурым толстошкуром.

Однако ближе к центру города улицы постепенно оживали: подмастерья тащили инструменты, девчонка с плетённой корзиной звонко зазывала прохожих: «Горячие лепешки, две за медяк!». А у фонтана ругались два возчика, не поделившие узкий разворот.

К воротам Ассоциации мы добрались достаточно быстро. Стражник окинул меня взглядом и протянул ладонь:

– Ваше удостоверение.

Я сунул руку в карман и протянул мужчине пергамент. Развернув документ, он бегло изучил его, кивнул и вернул мне.

– Проходите.

Внутренний двор Ассоциации в столь ранее время оказался пуст. Добравшись до главного корпуса, мы вошли внутрь и направились к доске с объявлениями. Возле неё уже стоял Зикариус Кринст.

– Доброе утро, – произнёс он, обернувшись на наши шаги.

– Доброе, – отозвался я.

– Пойдёмте, я познакомлю вас с коллегами.

Мы прошли по широкому коридору и, свернув в боковой проход, остановились у неприметной двери, ручка которой показалась мне отполированной немного сильнее соседних.

– Это блок целителей, – произнёс Кринст и толкнул створку.

За ней открылся длинный, светлый коридор, вдоль которого тянулся бордовый ковёр с золотой каймой. С потолка спускались изящные магические светильники, мягко заливая стены тёплым светом.

Я переступил порог, и Крох первым делом задрал нос, оценивая обстановку. Спустя пару секунд по нити прилетел образ, означающий, что опасности нет. Люмин же прижался к моей ноге и испуганно посмотрел на меня.

Я погладил ушастого, чтобы его успокоить, а затем перевёл взгляд на длинную скамью с мягкой обивкой, которая тянулась вдоль левой стены, разделяя двери.

Справа от нас высилась деревянная стойка, за которой, чуть склонившись над листами пергамента, сидела молоденькая девушка в светлом платье и сосредоточенно выводила буквы пером, прикусив кончик языка. Её тёмные волосы были собраны в две косы, переброшенные на грудь.

Увлёкшись работой, она не сразу заметила наше появление, но стоило Кринсту кашлянуть, как девушка вскинула голову. Увидев Зикариуса, тут же выпрямила спину, едва не опрокинув чернильницу, и принялась торопливо разглаживать ладонью складки платья.

– Доброе утро, целитель Кринст, – выпалила она.

– Доброе, Иста, – Зикариус кивнул. – Знакомьтесь, это целитель Эйден Моррис, сегодня он меня подменит.

Девушка перевела на меня большие зелёные глаза, мельком скользнула по Кроху и задержала взгляд на Люмине. Тот оценил повышенное внимание, моментально расхрабрился, отлепился от моей ноги и гордо вскинул мордочку. Иста расплылась в улыбке.

– Здравствуйте, – произнесла она.

– Здравствуйте, – отозвался я.

Встретившись со мной взглядом, девушка покраснела и тут же уставилась в листы.

Кринст покосился на меня, слегка усмехнулся и указал рукой налево.

– За первыми двумя дверями, – спокойно произнёс он, – расположены помещения для осмотра и лечения Мастеров Зверей. С дежурным целителем и его помощником я познакомлю вас чуть позже, но имейте ввиду: их работа вас не касается.

Я кивнул и вновь посмотрел на одинаковые двери из светлого дерева, на каждой из которых поблёскивала медная табличка с номером.

– Помещения целителей зверей располагаются по правой стороне, – Кринст развернулся. – Пройдёмте, я вам всё покажу.

Зикариус направился вперёд. Люмин, окончательно осмелев, бодро поскакал впереди, обнюхивая каждый угол, а Крох держался у моей ноги, внимательно отслеживая любые изменения вокруг.

Первая дверь была обита по краям металлической полосой. Кринст толкнул её, и мы оказались в просторном помещении с высоким потолком. Напротив входа располагались два больших окна, сквозь которые падали косые лучи солнца.

В центре высился массивный стол с вмурованными по бокам кольцами для фиксации. В полу рядом с ним был прорезан желоб с уклоном, ведущий к решётке у стены, видимо для того, чтобы вода и кровь стекали сами.

Вдоль правой стены тянулись стеллажи. На верхних полках поблёскивали зажимы, расширители, иглы разной кривизны, наборы скальпелей, щипцы и множество других. Ниже ровными рядами стояли склянки с аккуратными названиями лекарств.

Рядом виднелся таз для мытья рук и кувшин с водой на подставке.

Люмин тем временем обошёл стол по кругу, обнюхал ножку и поднялся на задние лапы. Не обнаружив сверху ничего интересного, мелкий переместился к стеллажам. В ту же секунду по нити прилетел образ: я открываю склянку, она оказывается с морковным соком, и передаю её Люмину, а тот принюхивается, округляет глаза и, причмокивая, выпивает всё до капли. Крох, устроившийся у двери, будто тоже уловил этот посыл и неодобрительно взглянул на ушастого.

– Здесь мы проводим осмотры, – произнёс Кринст. – Содержимое стеллажей сможете изучить чуть позже – я уверен, вам понравится, а пока пройдёмте дальше.

Вернувшись в коридор, мы дошли до следующей двери и переступили порог.

Это помещение по размеру и наполнению полностью соответствовало предыдущему, но со своими важными особенностями. Помимо двух окон напротив входа, в потолке располагались ещё два световых проёма. По всей видимости, мы оказались в пристройке, где отсутствовал второй этаж.

Отличная задумка! Благодаря такому комбинированному освещению тени от рук целителей днем не падают на операционный стол.

– Это помещение предназначено для операций, – пояснил Кринст. – Разумеется, если зверю требуется срочная помощь, можно начать работу и в смотровой, но без крайней необходимости желательно делать это здесь.

Я впервые в этом мире столкнулся с четким разделением на смотровую и операционную, и очень рад, что хоть в Ассоциации додумалась до столь разумного шага.

Мы вышли в коридор, и целитель толкнул следующую дверь.

– Здесь находится общая кладовая. Распределение происходит по тем же правилам: слева хранится всё для целителей Мастеров Зверей, справа для нас.

Я переступил порог, мгновенно ощутив прохладу, и осмотрелся. У стен стояли высокие стеллажи, забитые склянками, стопками тряпиц, мотками шёлковых нитей, а также всевозможными ящиками и мешками.

На одной из верхних полок я увидел ледяной камень, а несколькими ярусами ниже от него лежали подозрительно знакомые, завёрнутые в лоскуты ткани шарики.

– Смотрю, заметили, – слегка улыбнулся Кринст. – Это ваш корм. Как я и говорил, выдаю его интересующимся Мастерам Зверей.

– Хорошо, – отозвался я.

Люмин тем временем подобрался к ближайшему шарику, явно намереваясь провести «проверку качества». Я молча наклонился, подцепил его поперёк живота и переставил подальше от соблазна.

– Не балуйся, – буркнул я.

Зайцелоп фыркнул и сел на попу.

Кринст хмыкнул, кивнул, и мы вышли обратно в коридор.

Дверь напротив кладовой вела в раздевалку. Вдоль стен тянулись деревянные шкафчики с номерками, один из которых оказался открытым. Присмотревшись, я заметил лежащую внутри стопку вещей из ткани цвета слоновой кости, аккуратно перевязанную бечёвкой.

– Это ваш комплект одежды на дежурство, – произнёс Кринст. – Но переоденетесь чуть позже, сперва я познакомлю вас с коллегами.

Мы дошли до конца коридора и остановились у приоткрытой двери напротив входа. Из щели тянуло теплом и доносились приглушённые голоса. Кринст постучал по полотну костяшкой пальца, толкнул створку и сделал приглашающий жест, пропуская меня вперёд.

За порогом оказалась уютная комната. В центре стоял большой стол с шестью стульями, в углу располагалась печь с закипающим чайником, а у стены выстроились четыре длинные лавки, на которых при желании можно вытянуться в полный рост. На полке стояли кружки разных размеров, явно собранные по принципу «кому какая нравится».

За столом сидела сухопарая женщина лет пятидесяти со стянутыми в тугой узел седыми волосами и глубокими складками у губ. Сложив руки перед собой, она смотрела на молодого светловолосого парня с неподвижным выражением лица. Тот оперся локтями о столешницу.

А у окна, на одной из лавок, вальяжно развалился…

– Дальген?

Рыжеволосый крепко сбитый парень вскинул голову и, увидев меня, расплылся в широкой улыбке.

– Эйден!

Он мгновенно подскочил, шагнул вперёд, схватил мою ладонь и тряхнул так сильно, что Крох у двери слегка напрягся, взглядом спрашивая: «Свой?»

«Свой», – мысленно отозвался я.

– Рад тебя видеть, – я улыбнулся.

– Я тоже, – произнёс Дальген.

Кринст дождался окончания приветствия и указал рукой в сторону стола.

– Знакомьтесь, целитель Мастеров Зверей Эльза Корвейл, – представил он.

Женщина слегка склонила голову, не вставая.

– Целитель зверей Эйден Моррис, – отозвался я. – Очень приятно.

– Её помощник, Рейн, – продолжил Кринст.

Светловолосый парень молча кивнул.

– Ну а Дальген сегодня будет вашим помощником. Я посчитал, что рядом со знакомым гораздо проще освоиться.

– Это уж точно, – я с улыбкой посмотрел на рыжего.

Зикариус подошёл к печке, взял с полки кружку, налил в неё воды из чайника и сделал глоток. Затем, прислонившись плечом к стене, заговорил: