Текст книги "Сборник. Бездушный 1. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Михаил Баковец

Эпилог

Земли, на которых поселились эльфы–изгои под чутким – или нет – управлением Дофаэна А’Лоти, были покрыты лесами и сильно изрезаны невысокими горами. В центре земель находилась долина, почти полностью занятая большим озером. На его берегах расположился небольшой городок Эфант. Дорог в этих краях практически не было, самые удобные для прохождения крупных отрядов тропы находились под присмотром бесчисленных «секретов» и патрулей. Климат на западном побережье материка сам по себе был не очень мягкий, а здесь ещё и постоянно дули ветра. Они три холодных сезона в год – осень, зима и весна – доставляли массу хлопот эльфам, привыкшим к более тёплым землям.

В Эфанте, как наиболее удалённом от границ земель изгоев, постоянно жил глава Дома Тёмной Воды. Разумеется, не тогда, когда скитался по чужим странам в поисках союзников, новых членов клана и не бывал на встречах с агентами. В данный момент он был дома, иначе меня с моим отрядом в долине не оказалось бы. Для моих големо–вертолётов отсутствие дорог не имело никакого значения. Как не являлись препятствием и низкие горы.

Летающие големы опустились на луг в паре километрах от города, и недалеко от дороги, ведущей к нему. Не прошло и десяти минут, как вдалеке показался небольшой конный отряд. Навстречу ему я отправил двух гвардейцев со своим стягом, чтобы хозяева издалека увидели, кто прилетел к ним в гости. Спустя полтора часа я встречал Дофаэна, выехавшего ко мне сразу же, как получил сообщение от своих людей.

После взаимных приветствий я увёл его в шатёр, установленный только ради эльфийского вожака.

По глазам было видно, что эльф ждёт от меня интересных и приятных новостей, которых он уже заждался. И я не просто оправдал его ожидания, но на порядок повысил степень их грандиозности.

– Дофаэн, сразу прошу меня простить за отступление от темы, но это важно для нас всех. Меня, тебя, твоего народа, твоего клана, общего будущего, – вот с таких слов я начал разговор.

– Мне не за что тебя прощать, даже если ты поделишься историей своей последней охоты или бала, Виктор, – спокойно сказал он. – Раз ты не поленился затратить столько времени на дорогу ко мне, то эта история стоит того.

– История будет обязательно, – хмыкнул я и добавил, сделав акцент на последнем слове. – Это будет история.

– Я весь во внимании.

Вместо рассказа я задал ему вопрос:

– Дофаэн, что ты знаешь про историю своего народа с момента, как эльфы попали под Перенос в Пустом королевстве?

У того на лице промелькнула удивлённая мина.

– Это так важно? – хмыкнул он.

– Да, очень.

– Чуть–чуть больше, чем гласят официальные летописи и легенды. Думаю, ты с ними знаком, так или иначе.

– Угу, понятно. Тогда почитай вот это, – я протянул ему пластиковую папку со стопкой листов бумаги.

Следующий час Дофаэн внимательно изучал выписки и фотографии из архивов клана Сафрианофэйра. Иногда он поднимал голову, собираясь что–то спросить, но тут же справлялся с порывом и вновь возвращался к чтению. Наконец он отложил в сторону последний лист.

– Это совсем не то, что я знаю, – произнёс он. – Виктор, откуда это у тебя?

– Из архивов моего клана.

– Из архивов… постой, ты дракон?!

– Нет, но моя жена – да, – спокойно ответил я ему.

Хладнокровие и умение держать «лицо» оставили старого эльфа. Слишком новости оказались невероятными для него. Причём, они шли вразрез с тем, что сейчас вкладывается в головы эльфам. За несколько тысяч лет из правды остался лишь сам факт переноса эльфов в этом мир. Да, в летописях ушастых фигурировал и жемчуг, и драконы, и другой материк. Но упоминалось всё это мельком и в контексте, который был далёк от реальной истории. Может быть, где–то ещё лежат настоящие документы. Возможно, даже в единственном экземпляре. Но даже главы старших Домов не имеют к ним доступа. Или имеют, но не все.

– Это многое объясняет, – произнёс он и пристально посмотрел мне в глаза.

Не нужно быть телепатом, чтобы узнать, о чём глава Дома Тёмной Воды сейчас думает: про пробуждённые мелорны, чья мана стала ещё более непригодна для эльфов, чем «сырая» волшебная энергия.

– Ладно, это была необходимая вводная, чтобы ты серьёзнее отнёсся к следующему, – сменил я тему. – Я хочу тебе предложить два варианта восстановления твоего Дома. Первый заключается в показательном освобождении мелорна от миньонов Чёрной Лучницы до того, как они проведут над ним свой ритуал. Когда твои воины туда придут, то в живых от защитников священного древа останется два–три бойца. Их, полагаю, хватит, чтобы дать показания о происходящем и отвести от тебя подозрения в сговоре с врагами. Сражаться особенно не придётся, Чёрная Лучница быстро отступит, якобы, из–за больших потерь. Но пошумит она от души. Дальше тебе придётся самостоятельно разбираться со своими соотечественниками и наследниками на мелорн, который окажется в твоих руках. Ну, и с жадными до трофеев, что там останутся на погибших и в арсенале.

– Подозрения так и так будут. Рано или поздно высшие и’куэли с главами самых важных старших Домов узнают про наши с тобой встречи. Или вот–вот узнают после твоего прилёта, – последние слова он сказал с намёком на мой поступок.

– А тебе не плевать? Мелорн будет под твоим контролем, миньоны тебя не побеспокоят, а вот любые отряды прочих Домов они станут уничтожать, – пожал я плечами. – Даже если Лесное царство объявит тебе изоляцию – что вряд ли произойдёт из–за священного древа в твоих руках – то ты и твои подданные к этому привычные.

– Наличие мелорна перевешивает всё, – согласился со мной эльф и быстро спросил. – А что за второй вариант?

– А второй вариант… – медленно сказал я, сделал паузу и с деланным равнодушием спросил. – Ты бы не хотел создать своё собственное царство? Независимое от Лесного, которое скоро увянет.

Тот ответил не сразу. Видимо, крутил в голове мысли так и эдак, искал ответы на свои вопросы по моему предложению и не находил. Ну, не видел он подоплёки дела и потому пребывал в замешательстве.

– Стать во главе царства было бы хорошо, но как? Я не думаю, что ты предлагаешь мне свергнуть всех врагов за горами и занять их место, – осторожно сказал он. – Но царство эльфов подразумевает наличие у правителя чистых мелорнов. По этому пункту я владею лишь одним и то – в теории.

– Я же сказал, что царство будет твоё собственное, никак не связанное с угасающим Лесным, – усмехнулся я. – Например, среди этих гор и лесов.

– А…

– А мелорны я тебе найду. Ты плохо прочитал документы, которые я дал, – перебил я его и тут же резко встал со стула. – Пошли со мной.

Я привёл его к «чинуку», внутри которого стояли два высоких, что едва умещались в отсеке, металлических контейнера с основанием в метр. Отстегнув от ближайшего страховочные ремни, я щёлкнул замками на дверке, после чего распахнул её.

Миг спустя Дофаэн упал на колени, не отводя взгляда от содержимого железного «пенала». По щекам старого эльфа потекли слёзы, а его губы что–то беззвучно шептали. Из колеи его выбил вид молодого ростка мелорна. Чистого. Такого, как те, которые всё ещё защищают эльфы в Лесном царстве от миньонов Пробуждённых. Ещё недавно это было семя. Потом его благословила Флора и ускорила рост. Контейнеры, в которых я перевозил саженцы, были обработаны мной в целях экранирования маны мелорна. Это чтобы случайный эльф их не почувствовал, пока я добирался до Дофаэна.

– Моя жизнь и жизнь всех моих поданных принадлежит тебе, Виктор, – произнёс эльф, когда к нему вернулось прежнее хладнокровие. – Мы готовы дать любую клятву верности, если ты передашь их, – он указал на контейнеры с ростками, – моему Дому.

– Значит, ты готов создать новое царство эльфов?

– Да.

Одно короткое слово изгоя навсегда изменило судьбу всего эльфийского народа на материке.

Сюда я привёз всего два полутораметровых саженца. Но каждый этот прутик для эльфов, особенно изгоев, бесценен. Это видно по тому, как эльфы из Лесного царства костьми ложатся, защищая до последнего чистый мелорн от миньонов.

Да, всего две штучки, хотя семян у меня несколько мешков. Их привезла Филлиаэлигрра из своего вояжа к родственникам. Удивительно, но Макса драконы из клана Доакаш’Флогг приняли очень дружелюбно. А семья Филлы, так вообще чуть ли не на руках носила. Они даже не обратили внимания на то, что по их меркам молодая драконица ещё соплячка, непригодная для бракосочетания. Но взлетевшая магическая мощь своей дочери и Сила её мужа заставили закрыть глаза на подобные мелочи. В целом, этот драконий клан и тем более семья Филлиаэлигрры не отличались особыми заслугами и силой, поэтому вливание сильной крови приняли с радостью. Да, факт, что молодая драконица со своим мужем будет жить на другом материке, несколько подпортил восторг от приятной новости, но не сильно. На радостях клан сумел без проблем договориться с владельцами земель, где растет мелорн и купить у них гору семян.

Кроме эльфов Дофаэна, мелорны оказались ещё в нескольких местах. Целых семь очень близко друг к другу были посажены в Зелёном. Уже через несколько дней они поднялись высоко над остальными деревьями в городе. Их стволы образовали стены башни–дома, а ветви сплелись в пол и потолок десяти этажей. Всё это произошло благодаря Флоре, которая могла с любым растением творить чудеса. Ещё один мелорн сейчас рос в анклаве землян, другой на территории моего аванпоста. То есть, все мелорны не вышли за границы Пустого королевства. Пока выставлять их напоказ эльфийским шпионам будет глупо. Почему они появились именно в этих точках? Во–первых, Флоре очень понравилась аура деревьев и их особые свойства, такие как полуразумность. Во–вторых, после воздействия хозяйки Зелёного города на семена мелорны приобрели способность стабилизировать энергетический фон в Пустом королевстве, и тем самым не допускать стихийные разрывы межмирового барьера. Мелорны делали это на очень небольшом кусочке, на несколько километров от себя. Но даже так они прикрыли земное поселение и поля вокруг него. Теперь Сан Палычу и его людям не грозит в одно прекрасное утро из–за Переноса очутиться в новом мире, который может оказаться ещё опаснее, чем этот. В-третьих, мелорны могут создавать небольшие порталы между собой. Когда волшебные деревья в анклаве и на аванпосте вырастут – а это полгода–год – то уже не придётся тратить многие часы на дорогу по опасным аномальным землям. Порталы мелорнов решат эту проблему. Но за эти чудеса, в том числе ускоренный рост мелорнов, нужно благодарить Флору.

Флора…

Флора оказалась очень могущественной берегиней. Нет, со славянским эпосом она не имела никакого сходства, почти. Берегинями называют очень сильные сущности, что–то среднее между духами места и слабыми богами. До того, как я закинул первый алтарь в Зелёный город, пряча тот от жрецов богини Лораиниадинэ, она была неразумным духом места, поселившимся в перенесённом с Земли городе. Когда рядом оказался огромный источник божественной Силы, то дух стал искать лазейку, чтобы осушить его. И сумел–таки это сделать, что перенесло его через несколько ступеней и сотни лет в развитии. Дух места получил зачатки разума, став высшим духом. И заодно неизвестно как обрёл связь со мной. То ли некий механизм Вселенной посчитал алтарь моим даром духу, то ли капля моей крови рядом и аура на алтаре и големах сыграли свою роль. Следующие алтари возвеличили духа до берегини и сформировали разум, сходный с человеческим. Заодно связь стала ещё прочнее. Точно так же, как появились знания у Ани после сна во временной аномалии, так же примерно, случилось и с Флорой. Почему это имя? Так вышло, что в сквере, где поселился дух, и где оказались алтари, рядом с фонтаном стояла бронзовая статуя древнеримской богини Флоры, покровительницы природы, растений, плодородия и так далее. После первого алтаря дух вошёл в статую, а потом превратил бронзу в живую плоть. Благодаря отпечаткам ауры тех, кто создавал фигуру, кто приходил на неё посмотреть, рассказывал истории о ней и её «специализации» в мифах, берегиня стала той, кем была в мифах статуя–прототип. Податливый новорождённый разум мгновенно оформился под воздействием тех крох знаний в инфосфере и магии. Я, если честно, рад, что так случилось. Даже не знаю, что бы делал, окажись связан с берегиней, обретшей черты богини Кали, Гекаты, Иштар или какой–нибудь греческой извращенки–садистки. Вообще, в мифах Греции что ни бог или богиня, то моральный или физический урод. Флора на их фоне выглядит замечательно.

С новыми алтарями наша связь становилась только сильнее. Я это замечал, но списывал совсем на другое. Осознав себя, Флора стала изучать мир. И часть этих знаний почерпнула из книг и журналов, которых в городе имелось великое множество. Мне повезло, что начала она чтение не с типичных женских, созданных атрофировать мозги своим читательницам. Но даже так в её прелестной головке оказалось слишком много информационного мусора из двадцать первого века. Зато благодаря этому так удачно всё получилось с подарками. Она знала, что мужчина должен их дарить. Увы, но этот момент мне ещё аукнется не раз. Радует, что она совсем ими не избалована и не успела дочитать до прочей мерзости вроде афоризмов, от которых млеют недалёкие дамочки на Земле. По факту в берегине сейчас сплелись детская наивность и романтизм с невероятной магической мощью, которой она пользуется на интуитивном уровне. И поцелуй, к слову, тоже случился из–за чтения «паразитной» книжки, запавшей ей в душу. К счастью, книжки достаточно невинной, где кроме поцелуев ничего подробно расписано не было, а всяческие моменты из категории «18+» были завуалировано описано, вроде «ворота наслаждения приняли ключ счастья и жизни и дальше любимые вознеслись на седьмое небо удовольствия».

После того поцелуя наша связь стала ещё сильнее и преобразовалась в нерушимую. Фактически сейчас наша пара олицетворяла пример поговорки про две половинки одного целого. Неведомые силы соединили нас так, что хрен порвёшь. Сейчас я и её первожрец, и супруг, и чуть ли не аватара. По последнему пункту: Флора может на время войти в моё тело, оттеснив мой разум в сторону. Вот только делать ей это противопоказано, так как моя тушка ещё слишком слаба. После такого мне придётся долго восстанавливаться и избегать занятий с магией. Слабость тела касается и моего Дара. Номинально я «владею» половиной Силы, принадлежащей Флоре, но взять свою долю не могу. Попросту сгорю, даже если вдруг получится обойти природные предохранители подобного самоубийства.

Зато это не мешает стать сильнее Ане, Рогнеде и Ианте, которые прильнули к Силе берегини благодаря нашим супружеским связям. На территории Пустого королевства наша семья непобедима. Здесь даже драконы патриархи будут нам не опаснее летающей пещерной мыши. А вот в нормальном мире за пределами аномальных территорий возможности резко падали, возвращаясь к тем, которыми владели девушки до встречи с Флорой.

Что же до момента, как драконица, вампиресса и феникс приняли Флору, то и тут всё было отлично. Наивность, искренние эмоции, отсутствие какой–либо агрессии помогли берегине без проблем влиться в семью. Для моих супружниц она стала младшей любимой сестрёнкой, которой необходимо передавать свой опыт и помогать во всём. Благодаря этому стала крепче дружба даже между этой троицей.

Благодаря допингу в виде главных алтарей другой богини Флоре до статуса младшего божества осталось буквально один–два шага. И я знаю, как их пройти. Что самое важное для любого бога? Вера! Вера паствы, которая делится своей энергией в молитвах, так называемая ба–хионь. У меня под рукой есть несколько десятков тысяч эльфов, которые за подаренные мелорны от всей души станут молиться Флоре. И сто тысяч драконидов, у которых нет богов, кроме их создателей драконов, но вполне могут стать паствой берегини. Тем более, Флора связана и с драконами благодаря мне и Рогнеде (к слову, к эльфам так же это относится). На их фоне несколько тысяч людей – мои подданные и некоторые земляне – не смотрятся, но они тоже есть.

Со временем число верующих будет только увеличиваться. Из хиреющего Лесного царства ушастые станут убегать под руку Дома Тёмной Воды. Драконидов, оказывается, можно покупать, как покупали в прошлом моей страны крепостных. Да и люди, глядя на чудеса и видя реальную пользу от берегини, к ней обязательно потянутся.

Из–за новых реалий в моей жизни я стал задумываться о том, чтобы переехать в Пустое королевство, где мои магические способности существенно возрастают. Мелорны прикроют поселения и поля от опасности Переноса. Големы, амулеты и огнестрельное оружие защитят от монстров и нечисти. Сразу сделать это не выйдет, так как у аборигенов перед Пустым королевством прямо–таки генетический страх. Туда–сюда кататься, забегать на охоту, за хабаром из иномирных городов – это, пожалуйста. Но они никогда не поставят в этих землях свой дом. С смысле, пока «никогда».

Ещё у меня впереди длительные и муторные переговоры с драконами о снятии статуса преступницы с моей жены и возвращении части земель клана Сафрианофэйра. Пусть даже придётся возвращать феод через применение силы: у меня на любого найдётся крепкая дубинка, «тополиная». Главное, чтобы не вмешивался Совет.

С илирами нужно укреплять отношения, а то что–то они примолкли совсем, даже не появляются с останками своих товарищей, которых необходимо оживить. У этих четвероруких созданий с телами из камня в архивах и на складах хранится слишком много чего полезного и интересного, что я бы хотел увидеть в своих руках.

И это всё лишь малая часть из того, что ждёт меня в ближайшие годы.

Михаил Баковец
Не тот господин

Пролог

– Сибару-сан, прошу прощения, что отвлекаю вас от, несомненно, важных дел, – как можно вежливее сказал Каноку стоя перед летающим «глазом». С той стороны видеокамеры сидел степенный мужчина в дорогом костюме с золотыми запонками, украшенными бриллиантами. Картинка с ним транслировалась прямо на сетчатку глаза Каноку с глазной линзы.

– А-а, Каноку-кун, – добродушно усмехнулся ему мужчина. – Как поживаешь? Давненько ты с моим младшим не устраивал заварушку в городе, хе-хе.

– Вы же знаете, что я готовлюсь к самому важному проекту в моей жизни. Когда всё закончится, то все заварушки подёрнутся туманом, как сад сакур ранним рассветом, – ответил паренёк.

– Дай-ка догадаюсь, – мужчина с хитрым прищуром посмотрел на собеседника. – Тебе нужен мой кристаллический дракон Тоёкау?

– Вы необычайно догадливы, Сибару-сан, – вновь поклонился парень.

– Сто тысяч йен как другу моего младшего сына.

– Сибару-сан, вы меня режете без ножа. Откуда у студента такие деньги после всех трат по проекту? – взмолился Каноку. – Тридцать тысяч.

– Я отдал за него полмиллиарда.

– Но закрытие серверов его обесценило. Как и других эпических созданий. Сорок тысяч йен?

– Пятьдесят, Каноку-кун. И не будем торговаться.

– Договорились, Сибару-сан. Вы меня очень выручили, – очень низко поклонился парень. Сделал он это не столько потому, что испытывал сильнейшую благодарность к собеседнику, а больше из-за того, чтобы скрыть довольную усмешку на лице. Всё шло по его плану.

А началось всё с новости, что будут закрыты сервера одной из популярных игр на фэнтези-тематику. Поправка: когда-то сверхпопулярной. За последний год владельцы получили десятки исков и выплатили тысячи штрафов за то, что в игре использовались различные модели рас, которые были признаны законодательно неприемлемыми. Фурри, неко и другие. Драконы, оборотни, вампиры и ряд других мифических созданий были признаны частью эпоса того или иного народа. Без разрешения министерства культуры государства использовать их было нельзя. Внесли свою ложку дерьма и ярые феминистки. Они протолкнули через ООН и ЮНЕСКО несколько законов, которые все нормальные люди иначе как плодами безумного разума не называли. Вот только для сценаристов, игроделов, литераторов и прочих им подобных от этой оценки было ни тепло, ни холодно. Они понесли колоссальные убытки за невозможность использовать, например, кицунэ, на которых наложила лапу Япония.

Окончательно был введен запрет на участие и показ откровенных сцен в продукции массового потребления: кино, мультфильмы, игры, журналы. Теперь весь секс должен был проходить в реальном мире. А вот по этому пункту многие земляне были согласны, так как уже десятилетия по всей планете идёт спад рождаемости. Связывают это с доступностью и крайней реалистичностью игрового процесса в играх виртуальной реальности. Никому не хочется потеть с партнёром, страдающим от ожирения или с «тараканами» в голове, как феминистки или маскулисты. В играх всё совсем как в настоящем мире, только ты постельный гигант, а партнёрша или партнёр – настоящая модель из «Плейбоя».

Самые крупные игры ещё держались. Покупали права на персонажей, договаривались с клиентами, переводили сервера на территорию Африки и Китая, чьи правительства плевать хотели на международное законодательство.

К сожалению, компания «Атерау Миссака», создавшая великолепную игру «Идзинига Прайм» для всех возрастов, слоёв и мировоззрений, не имела нужного количества валюты на счетах, чтобы последовать их примеру. И сегодня ровно в полночь компания отключит все свои серверы. Закончится эпоха, длившаяся двенадцать лет без малого.

Каноку развил бурную деятельность десять дней назад, когда в «Идзинига Прайм» остались считанные единицы игроков. В основном это были те, кто был связан с игрой с самого релиза. Люди, собравшие десятки сетов, выполнившие миллионы квестов, сразившие десятки эпических монстров. Главы гильдий и их первые помощники. И новички, которые пожелали использовать последние дни, чтобы за символическую сумму наиграться от души, за копейки приобрести оружие и доспехи, которые бывшие владельцы собирали месяцами и затратили на них десятки тысяч йен.

Каноку хоть и не был новичком, но поступал точно так же. За реальные деньги он скупал всё, до чего только мог дотянуться. Приобрёл права администратора за немаленькую сумму, получив в свои руки огромную игровую локацию, на которой установил свои правила, построил город-крепость грандиозных размеров.

Одновременно с этим он скупал у гильдий их уникальных петов и замковых защитников, содержимое арсеналов, кладовок, сокровищниц, магических залов, НИПов с редчайшими профессиями и гвардейцев. Самыми ценными были Защитники, которые никогда не покидали замок согласно игровым правилам. Иначе игровой баланс пришлось бы переписывать. Ведь каждый Защитник был девяностого уровня золотого ранга. При этом в игре максимально допустимым уровнем был сотый. Конечно, золотым рангом могли похвастаться лишь первые пятнадцать гильдий ТОПа. Остальные довольствовались серебряными и стальными рангами. И у каждой гильдии был свой Защитник. Изумрудный дракон, кристаллический и золотой. Небесный, огненный, воздушный, земляной или водяной элементаль. Птица Рух и Молниевый Титан. Гномья пушка, гномья картечница, гномья ракетная установка, гномья бомбарда.

На данный момент половина самых известных Защитников высших рангов уже находилась в руках Каноку. Несколько гвардейских отрядов и отдельных НИПов – героев максимальных уровней золотого и серебряного ранга. Подвалы его донжона ломились от триллионов золотых и серебряных монет, всевозможных кристаллов, в том числе и магических. Золотых, серебряных, мифриловых, орихалковых, адамантовых, платиновых слитков было столько, что можно было из них построить три Китайских стены.

Арсеналы ломились от доспехов и оружия уникальных, эпических и легендарных рангов. Одежды магов, волшебные посохи и жезлы занимали многие залы, в каждом из которых может поместиться весь состав учащихся крупной школы.

Миллиарды пузырьков с зельями и эликсирами, из которых миллионы были редчайшими, которые никогда не использовались и лежали в сокровищницах как последний шанс.

Невероятное количество ящиков, сундуков, корзин, горшков, бочонков, связок и пучков с ингредиентами. И там были такие, за которые ещё год назад гильдии развязывали масштабные войны. Например, тысячелетний корень мандрагора, золотая лилия, что поднимается со дна пруда на поверхность лишь раз в год, стеклянная кувшинка, семена чёрного эвкалипта и многие другие.

Не обошёл своим вниманием Каноку и обычные продукты. Того запаса зерна, вяленого мяса, сушёных овощей и фруктов, а также содержимого кладовок с рунами стазиса, хватило бы на то, чтобы от пуза кормить всё население города-крепости пару веков.

В мастерских донжона сидели неписи-мастера, за которые сражались гильдии ещё с большей ожесточённостью, чем за редкие вещи. Каноку сумел выкупить у Администрации нескольких НИПов из тех, которые были «неприкасаемыми», они всегда сидели в городах, которыми управляли неписи и подчинялись только ИИ.

Если бы у Каноку такая мощь была раньше, он бы с легкостью уничтожил все гильдии. Даже в союзе те не сумели бы ничего сделать ему нынешнему.

Высоченные стены, тысячи волшебных баллист, требушетов и онагров, боевые чары и десятки тысяч высокоуровневых солдат защищали его город-крепость. Даже богам оказался бы не по зубам этот орешек.

Когда в игре прошёл слух, что некто скупает игровые вещи за реальные деньги, то все посчитали это шуткой. Позже оказалось, что этот человек существует на самом деле. На вопросы он не отвечал, отшучивался и всячески увиливал. Но вскоре пошли новые слухи и один из них звучал так. Покупатель желает в последние минуты действия игры натравить всех на всех, заставить сойтись в бою существ, которые в обычное время просто не могли встретиться, а позже эту съёмку эпической битвы продать киношникам, игроделам или рекламщикам. Это звучало вполне реально, и кое-кто стал поступать точно так же, решив урвать и свой кусочек славы.

Для Каноку это стало неприятным открытием. Но вместе с тем это работало ему на руку, отвлекая внимание и работая на версию про видеосъемку, которую он же сам и пустил в массы. Тем более что самые сливки он уже успел снять.

Самые здравомыслящие вертели пальцем у виска, показывая, что думают о такой идее прославиться и получить дивиденды взамен тех трат, что они сейчас несут. Ведь для эпичного месива требуется не десять и не двадцать минут, а куда как больше. Так как потом полученное видео будет резаться и кромсаться, чтобы вышла зрелищная вещь. И самому с этим не справиться, потребуется профессиональная помощь, что тоже траты.

Но Каноку внимания не обращал на это, хотя в душе был полностью с этими людьми согласен. То, ради чего он затеял эту операцию, было подключено к его вирткапсуле и имело форму и размеры сигаретной пачки. Устройство стоило парню миллиарда йен. И будет стоить жизни, если про «пачку» узнают до полуночи текущих суток. Дело-то в том, что данное устройство не просто запрещено, а запрещено настолько, что оно всеми признаётся несуществующим. То есть, никто не потащит Каноку в суд, его банально удавят в вирткапсуле. Или на тротуаре наедет грузовик. Или наркоманы зарежут по пути домой.

«Пачка» способствовала оцифровке личности в виртуале. Пятьдесят лет назад в самый расцвет сферы виртуальной реальности, оцифровка стала настоящим бичом. Кто-то уходил в виртуал обдуманно, другим просто не повезло. Вначале был принят закон, что каждый оцифровавшийся сохраняет свою личность и права как полноправный гражданин. И потому отключение серверов игры, где есть хотя бы одна оцифрованная живая душа было категорически запрещено. Владельцев игр поддерживали субсидиями и пожертвованиями. Лет через десять новое расследование выдало ошеломительную новость: нет никакой оцифровки. Оказывается, в игре остаётся некое эхо от поступков игрока, из которого ИИ игры создают персонажа – точную копию того, кто умер в вирткапсуле. То есть общались не настоящие люди, а искины, паразитирующие на чужих воспоминаниях. Непросто же так оцифровывались те, кто провел в игре уйму часов, став для ИИ открытой и прочитанной от корки до корки книгой. Многие игры немедленно закрылись, в первую очередь те, кто вытягивал лишь на субсидиях. Оцифровавшихся стали давить повсеместно, вставляя заплатки в игры. Создавая закрытые локации, куда их сводили в одну большую толпу. А потом производители «железа» научились блокировать создание цифрового клона. Правда, смертей в процессе игры меньше не стало, но теперь хоть не появлялись оцифровавшиеся. И вот уже тридцать лет о них ни слуху, ни духу.

Полтора года назад Каноку узнал то, что ему не следовало. Забытая отцом копия документа под грифом совсекретно открыла парню глаза на вещи, которые для 99 % населения Земли были неизвестны. Оказывается, все разоблачения и сказки про вирус, создающий паразитные копии умерших игроков, были придуманы в спецотделах разведок, занимающихся электронной безопасностью своих государств. Это был редкий случай, когда противники объединились. Срыв в игре, как ещё по-другому называли оцифровку, существовал на самом деле. Понять его не смог никто, но зато научились создавать искусственно.

Теперь в срыв уходили целенаправленно и подготовленными. Почти всегда это были умирающие от старости или неизлечимых болезней люди. И всегда те, кто управлял странами и даже миром. Простые люди, тот самый серый планктон на такую вечную и счастливую жизнь не могли рассчитывать.

Каноку, когда прочитал файл, бросился искать в открытой сети данные по умершим политикам, правителям, чиновникам и высокопоставленным военным, чьи имена проскакивали в документах. Всё подтвердилось. То есть каждый, кто был упомянут как сорвавшийся, в реальном мире имел некролог.

Парень узнал, что его отец занимается созданием микро-игр для таких клиентов. Там сорвавшиеся были едва ли не богами, и имели всё для продолжения своей цифровой жизни. Узнал про теорию, что такие мирки притягиваются в параллельные вселенные со схожими параметрами: фэнтези в миры с магией, «звёздные войны» в миры с комическими технологиями, стимпанковские локации оказывались в мирах с соответствующим развитием и так далее. Люди как обычно не сумели изучить явление, но стали вовсю его использовать. Было неизвестно лишь одно: сохранялась там Система или нет. И потому сорвавшиеся получали тела максимального уровня со всеми доступными выбранному классу талантами, умениями и возможностями.

Совсем недавно Каноку узнал, что отец принёс домой устройство для оцифровки. Зачем? Это для него осталось тайной. Возможно, решил срубить «левака», возможно, было что-то ещё. Упустить такой шанс стать кем-то большим, получить огромную власть, стать кем-то сродни египетскому фараону-богу, которого боготворили миллионы подданных…