Текст книги "Сборник. Бездушный 1. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Михаил Баковец

– Ух, блин, спину свело, – пробормотал я, поднимаясь на ноги и прогнувшись назад, чтобы размять спину.

– Получилось? – встрепенулась Аня, которая всё это время сидела рядом и не сводила взгляда с моей работы.

– А когда у меня не получалось? – хмыкнул я и дал мысленную команду своему новому творению.

Тот, до этого ничем не показывающий, что является уже не просто набором бездушных деталей, поднялся на лапах, несколько раз переступил на месте и негромко зарокотал двигателем. Звук, с которым энергоголем работал, был на порядок тише, чем ранее, когда он был в виде обычного механизма. То, что двигатель вырабатывал энергию при пустом бензобаке, было сущим пустяком, ради этого момента всё и задумывалось. Голем тратил свою энергию, силы. Впрочем, мог использовать и привычное топливо, причём, почти любое, а не только бензин.

– Получилось! – воскликнула Анюта и бросилась мне на шею.

К вечеру ко мне пришёл Шацкий с докладом по текущим делам. Я ему сразу после возвращения поставил задачу по подготовке к походу на войну. И сейчас он пришёл с предварительными данными.

– Двести восемьдесят человек и големов можем взять. Остается в графстве сорок бойцов и двадцать пять големов. Всех наёмников и магов берём с собой, а здесь я хочу оставить только наших и нетерисов, так надёжнее, – сказал он. – Из техники стоит взять четыре БМП, три «камаза» с кунгами, и один с «зушкой». Так же все миномёты и гранатомёты, пять крупнокалиберных пулемётов и столько же простых. Ну, и обоз само собой, – выдал он.

– Палыч обещался кое–какое тяжёлое оружие подкинуть. На днях подъедут от него с гостинцами.

– Небось, в обмен семь шкур содрал? – хмыкнул воевода. При этом едва ли не дословно повторил вопрос главы анклава в Пустом королевстве, когда тот интересовался отношениями между мной и венценосными аборигенами.

– Не без этого, – криво усмехнулся я. – Это ж, Палыч, когда он родился, то еврей заплакал, а хохол в монастырь ушёл.

* * *

Сан Палыч оказался на сей раз очень оперативным и отправил мне помощь очень скоро.

– Командир, патрули от Леса докладывают, что к нам едет колонна от наших из пустошей, – сообщил Тесак, войдя в дом. – А ты чё на рацию не отвечаешь?

Я машинально посмотрел по сторонам, хлопнул по карманам и пожал плечами:

– Где–то оставил, не помню. И села, скорее всего, раз вызовов не слышно. С тех машин что–то передавали?

– Ага, – кивнул он. – Там Цезарь катит. Сказал, что с подарками для тебя.

– С подарками, как же, – поморщился я, вспомнив грабительские условия, выставленные мне Палычем в обмен на его помощь.

Через час с небольшим несколько грузовиков въехали на территорию посёлка и вскоре остановились перед моим домом.

– Здорово, граф, – с улыбкой крепко пожал мне руку старый знакомый, с которым мы брали жреческий замок.

– Здорово, Цезарь. Что привёз?

– Вот так прямо сразу в лоб? – деланно возмутился он. – А где же хлеб–соль, банька?

– Будет тебе и соль, и банька. А пока показывай, что там привезли.

– Железа тонн десять, кое–что из оружия и боеприпасов. И двадцать наших тебе в помощь с оружием, но боеприпасы для них с тебя.

– Что у них за оружие? – без особого интереса поинтересовался я, ожидая услышать, что там автоматы и, может, один–два пулемёта с таким же количеством винтовок. Но собеседник меня удивил.

– Все с винтовками. Восемь с крупнокалиберными, – широко улыбаясь, сказал он, явно прочитав мои предыдущие мысли по моему лицу и сейчас получил истинное удовольствие, наблюдая, как оно меняется от удивления.

– Корды? Выхлоп? – обрадовался я.

– А что так мелко–то? Брал бы что–то крупнее, – съязвил он. – Нет, Тигр и Лось. Под винтовочный патрон «девятку».

– Вань! – крикнул я пажа, и когда паренёк оказался рядом, дал ему указание. – Найди кого–нибудь… Лину, что ли, или её помощников и скажи, чтобы разместили новеньких. Ясно?

– Да, господин, – кивнул тот и умчался.

– Что ещё Палыч прислал, кроме солдат? – вернулся я к беседе с Цезарем.

– Так, мелочи.

Под мелочами он понимал два миномёта калибром сто восемнадцать миллиметров, одну пушку похожую на знаменитую «сорокопятку», четыре реактивных огнемёта «шмель» и один АГС. Последний обликом немного отличался от «пламени» из моего арсенала. Ещё удивил странный калибр миномётов. В Российской армии ведь принят стандарт в сто двадцать. И иностранным он не выглядит, так как надписи на кириллице. Да и пушка странная, хотя так же с метками на русском языке.

К тяжёлому оружию имелись боеприпасы, но в мизерном количестве. Четыре ящика мин, два ящика снарядов, и три «улитки» с ВОГами для станкового гранатомёта.

– А что так мало? – возмутился я на такую неприкрытую скупость союзников. – У меня нет боеприпасов для них.

– Палыч сказал, чтобы ты напряг своего мага–ксера.

– Да вообще…! – разозлился я. – Он не железный.

– Извини. Мне сколько дали, столько я и привёз, – развёл руками Цезарь.

– Ладно, проехали, – махнул я рукой, не пытаясь, впрочем, скрыть раздражение и досаду, и спросил. – А откуда такие странные стволы взяли? Какой–то музей разграбили? Нашли склад с экспериментальными образцами?

– Что–то вроде склада, небольшого. И я бы не сказал, что там оружие экспериментальное…

С его слов, поселковые сталкеры решили пройти намного дальше по маршруту, чем обычно. Намного дальше. И в глухом лесу наткнулись на маленький военный городок, с сотней зомби в военной форме. Справиться с не самыми опасными существами Пустого королевства получилось достаточно легко. Тем более, со сталкерами вышли в поход несколько моих големов, для которых зубы и когти живых мертвецов были не опаснее, чем пёрышко. Очистив территорию, сталкеры начали методично прочёсывать городок. И в одном из помещений в подвале нашли небольшую оружейку с тяжёлым оружием – пушками, миномётами, гранатомётами, станковыми пулемётами и противотанковыми ружьями времён примерно середины двадцатого века. Но самое главное – это были вещи не с нашей Земли!

– Сталкеры нашли кучу документов, выписок со служебными журналами, в которых везде упоминалась принадлежность к Российской Империи. Перенос вырвал тот городок из другой вселенной, где сохранилась царская Россия. Потому и калибры немного непривычные, – закончил свой рассказ Цезарь.

– И много нашли полезных вещей?

– Совсем наоборот. Почему–то, там даже машин почти не было и ни одной единицы бронетехники. Солдаты без личного оружия, на всю сотню десять необычных автоматов, вроде как за именем Фёдорова, который и в нашем времени был. Ими караульные были вооружены. И две дюжины пистолетов с револьверами, офицерские. Две рации допотопные, чуть–чуть лучше, чем производил СССР в конце сороковых после войны.

– И что я на это место не набрёл, – вздохнул я.

– Уж кто бы жаловался, – покачал тот головой, скорее всего, намекая на Зелёный город.

– И что? Я почти половину, что там было отдал твоему Палычу без каких–либо условий. Скрывать не стал, хотя мог бы кататься месяц туда–назад и вывозить понемногу хабар. А он за вот эти крохи с меня готов семь шкур снять, – резко ответил я Цезарю. Тот решил дальше не развивать тему и вернулся к разговору о привезённом оружии.

– Зато смотри, что он тебе передал, – мужчина присел на корточки над одним из ящиков с минами, пощёлкал «лягушками» запоров и снял с него крышку. Внутри на деревянных брусочках с вырезами лежали четыре мины непривычного облика. Они имели не каплеобразный вид, а трубчатый, с хвостовиком–стабилизатором и острым носиком. Тело мины было окрашено в чёрный цвет с жёлтыми кольцами в головной части. На боку имелась аббревиатура из букв и цифр. – Здесь сильно ядовитый газ. Когда взорвали в лесу такую штуку рядом с псевдокабанами в клетках, то те свалились с ног через несколько секунд и сдохли спустя минуту.

– Ты предлагаешь мне этими минами травить местных? – нахмурился я. – Как–то оно гадко выглядит.

– Здесь магия творит вещи похуже, – парировал он. – Наш газ рядом с творениями архимагов–некромантов или пиромантов выглядит детской игрушкой. Тем более, тебя никто не заставляет применять его против замков и городов с мирным населением. Да и вообще можешь не применять, если такой неженка.

– Что в других ящиках? – я оставил его слова без ответа и кивнул на оставшуюся тару.

– Вот в этих двух обычные осколочно–фугасные мины, а в этом зажигательные, вроде бы с жёлтым фосфором.

– Жёлтым? Не белым? – уточнил я, вспомнив статьи из интернетовских новостей и сюжеты по ТВ, где осуждалось общественностью применение снарядов с белым фосфором войсками НАТО в ходе военных конфликтов.

– Нет, здесь точно жёлтый. Если я не ошибаюсь… а такое может быть… то жёлтый – это неочищенный белый. Эти мины зажигательные, но при горении очень быстро сжигают вокруг себя кислород и всё отравляют дымом, который тот ещё яд, поэтому любому живому существу рядом с местом подрыва заряда придётся несладко. Их можно использовать как химическое оружие, если забросать расположение врага сотней таких мин. Мы проверяли – пехотные амулеты не защищают от близкого взрыва и брызг зажигательной смеси, а потушить огненные капли очень сложно.

– Боюсь даже представить, что в остальных ящиках. Бактериологическое оружие? Наноботы–уничтожители? Ядерные мины?

– Простые снаряды к пушке. Осколочная граната и бронебойно–зажигательный снаряд. И они мощные, хотя калибр сорок миллиметров, но гильза удлинённая и бутылочной формы, переобжатая с калибра четыре и ноль семь сантиметра.

– И их тоже привезли чуть–чуть, – покачал я головой, посмотрев в глаза собеседника.

– У нас самих их мало, честно, – сделал тот морду кирпичом.

«Угу, и «град» ещё откуда–то привезли себе. А там, уверен, кроме него ещё что–то было интересное», – подумал я, а вслух сказал. – Да ладно… это я так ворчу, по привычке. За помощь спасибо. Вот теперь можно и по хлебу с солью.

Глава 10

К месту сбора войск моя дружина отправилась двумя группами. Самая маленькая – это грузовики и боевая техника, с ними часть големов. Вторая группа, примерно три четвёртых моего войска, а так же обоз, двигалась следом в повозках или в седле. Получилось всё так из–за разницы в скоростях, ну не могли угнаться даже скоростные химеры за «камазами». Только гвардейцы, которых стало уже пятеро, могли поддерживать требуемую скорость передвижения.

К слову, о моих самых сильных бойцах. Пятеро их стало не потому, что не нашел больше, а из–за отсутствия доспехов для бойцов и их скакунов. Всё моё время и все мои силы ушли на подготовку к будущим сражениям. В частности, я зачаровывал крупнокалиберные пули для винтовок и пулемётов, мины и снаряды, кое–какие детали в бронетехнике. С последней работал и Ежов, который после смерти своей подружки с головой ушёл в дела. Он по просьбам дружинников, которые сидели в экипажах БМП и «панцире» скопировал несколько десятков деталей из тех, что больше других испытывают огромные нагрузки и от того чаще всего выходят из строя. Дополнительно часть их я укрепил своей кровью. Но основная его работа была в копировании боеприпасов – мин, снарядов, ВОГов и крупнокалиберных патронов.

На войну (чужую, правда, но она должна мне принести немалые дивиденды и уже ради этого стоило на неё отправиться) выехали два «камаза» с ЗСУ в кузове каждого, три БМП‑3 со стандартным вооружением, две с длинноствольными орудиями 57‑миллиметров и один «панцирь‑1С» на базе всё той же «трёшки». Машины сопровождали пятьдесят дружинников. Шацкий и Цезарь ехали со мной, Бетонов и Буйнов сопровождали вторую группу. Николая я оставил «на хозяйстве». Ему предстояло метаться по всему виконству, пардон, графству. И пусть даже у него имелась машина для этих целей (на лошади всю задницу сотрёшь и никуда толком не успеешь), но всё равно ему придётся несладко.

Из дружинников никто не роптал. Скорее наоборот, все с нетерпением ждали момента, когда же смогут повоевать. Смерть никого не пугала: нетерисы относились к ней философски, а земляне брали с тех пример и успели заматереть в патрулях и стычках с разбойниками. Недаром говорится: с кем поведёшься – от того и наберёшься.

– Ого, а тут народу не хухры–мухры! – воскликнул Цезарь, когда мы добрались до места, где расположилась королевская армия.

– Тут немалая часть обозных палаток и фургонов с фуражом, не только солдатские стоят, – сказал ему Шацкий. – Вить, где встанем?

– С краю, за лагерем. Не нужно, чтобы наши бойцы с местными имели тесный контакт, – ответил ему я. – Тут шпионов должно быть прорва просто. Ещё технику нам испортят, уроды.

– Тогда вон там встанем, – махнул он рукой на восточную часть лагеря. – Там чистое место, так что не подкрадётся никто. И лес в другой стороне, потому никто через нас не попрётся за дровами или жердями для шатров.

– Тогда вы начинайте лагерь развёртывать, а я пойду, представлюсь местным шишкам.

– Удачи, Вить, – пожелали мне помощники.

В лагере всем заправлял на данный момент первый маршал королевства маркиз Ла Аэйкар. Он меня принял лично и сразу же, как только я представился его пажу или оруженосцу (вот не знаю, кто это был).

– Граф, ты очень быстро прибыл, – сказал маркиз после взаимного приветствия. – Ожидал через неделю, не раньше.

– Со мной лишь часть дружины и особое оружие из моего мира. Остальные солдаты будут здесь через несколько дней.

– Много их?

Я ответил и тут же задал вопрос о количестве нашей армии и вражеской.

– У врагов всё просто отлично, – скривился собеседник. – Их армия уже насчитывает шесть тысяч солдат. Среди них полторы тысячи лёгкой кавалерии и три сотни тяжёлой рыцарской. У нас дело обстоит несколько наоборот: полтысячи рыцарей с тяжёлыми конными латниками и всего триста лёгких всадников.

– А всего нас сколько?

– Три с половиной тысячи, правда, ещё не все прибыли сюда. Ждём ещё пять–шесть сотен бойцов, включая ваших. Там же пять десятков тяжёлых всадников ещё будет.

– А по магам и жрецам?

– Всё так же – отстаём. Но тут картина куда как веселее, – произнёс маркиз. – Значительную часть магов и жрецов свяжут наши носители Дара и служители богов. Оставшихся врагов будет недостаточно, чтобы дать ликанонцам победу. В общем, всё будет зависеть от солдат. От честной стали в их руках.

– Ваше сиятельство, полагаю, вы не забыли про наш уговор и моих людей не собираетесь ставить в первую линию? – Произнёс я, напомнив об одном из условий, которые я выторговал себе во время беседы в королевском дворце. – Моя дружина сильна своим оружием, которое бьёт на большое расстояние. Пока враги до нас дойдут, я рассчитываю ослабить магическую защиту их чародеев. Даже пусть её будут держать архимаги.

– Нет, я всё помню, – сухо ответил он. – Подробности обсудим сегодня вечером на общем совете. Он соберётся ближе к ночи.

Это он меня так выпроводил.

Вновь я увидел первого маршала спустя пять часов. В штабном шатре собралось два десятка именитых дворян. В основном это были королевские вассалы и подданные герцогов. Два архимага, два первожреца. И всего три командира наёмничьих отрядов. Под их рукой были не только свои бойцы, но и несколько других наёмничьих ватаг, признавших тех своими вожаками на время военной кампании. Я сюда пришёл в сопровождении Шацкого и Цезаря.

Что я могу сказать про сцену, свидетелем коей стал? Ба–ла–ган! Вся эта публика с голубой кровью так и лезла вперёд друг друга, выклянчивая себе первые места… но не на передовой, а в командовании. И не желая подчиняться половине из собравшихся, так как это умаляет их честь и честь предков. В итоге все разошлись далеко за полночь, а результат совещания был, собственно, никаким. Из полезного – поверхностно рассказали о возможностях нашего вооружения. Хотя, я бы это назвал условно–полезным, так как паранойя нашёптывает мысли о лазутчиках, а то и прямых предателях в нашем стане.

– Цирк уехал – клоуны остались, – с возмущением произнёс Цезарь, когда мы покинули штабной шатёр. – Это исключение было или везде так?

– Заурядное событие, Цезарь, – ответил ему Шацкий. – Я уже привык к такому, хотя мало общаюсь с местными, типа, сливками общества. А тебе дико смотреть на них?

– Дико? Да это пи**ец какой–то, простите за мой французский. Какая тут победа, если нет гарантии, что сосед слева поддержит в трудную минуту?! – кипел он. – Такой ещё и подставит под чужой удар.

– Радует то, что у ликанонцев такая же бодяга происходит, – подсластил я пилюлю. – Даже, пожалуй, намного хуже, так как у них больше шишек собралось в армии.

– Ну–ну, – буркнул Цезарь, которого совсем не успокоили мои слова.

К этому времени наш лагерь был обустроен настолько, насколько это было возможно за истёкшее время. По периметру установили спирали из колючей проволоки и рогатки–ежи из деревянных брусков, скреплённых скобами и винтами. Они – это работа Ежова. Легкие, удобные и собираются быстро. При этом отлично прикрывают от быстрого нежелательного проникновения в лагерь посторонних лиц.

Больше половины дружинников уже спали. На ногах находились лишь дежурные и часовые. И конечно големы, которые в отдыхе не нуждались, когда не занимались активным трудом. Всё было налажено и моего участия не требовало. Поэтому со спокойной душой я отправился спать.

Увы, мне удалось перехватить немногим больше четырех часов сна, а потом меня подняли.

– Что случилось?

– Ликанонцы перешли границу и прут прямо на нас, – сообщил Шацкий и широко зевнул. – Ау–э–э, зараза, я только полтора часа назад прилёг и тут такая новость.

– Откуда узнали?

– Маршал прислал гонца. Он всех ждёт у себя в шатре на срочное совещание. Мне идти?

– Нет, – я отрицательно мотнул головой, – здесь будь. Проследи за сбором.

– Нашим что–нибудь нужно передать? Может, поторопить?

Я на несколько секунд задумался, потом опять покачал головой:

– Не стоит. Да и что мы им сейчас скажем? Вот вернусь со свежими новостями, тогда и свяжемся с ними.

У маршала дым стоял коромыслом. Образно, конечно. Все орали, обвиняли кого–то, одновременно с этим слали угрозы на головы ликанонцев и обещались лично и чуть ли не в одиночку пленить их короля и притащить его сюда. Глядя на всё это, я искренне пожалел, что решил ввязаться в эту авантюру. Плевать на возможную месть соседнего короля и неудовольствие своего. Обе угрозы менее реальны, чем шанс сложить голову из–за чужого снобизма, глупости и бахвальства.

«Как петухи орут, ей–богу, позорище…тьфу», – мысленно сплюнул я, наблюдая за неприглядной картиной. Разительное отличие от уверенных в себе и важных во время бала… И сейчас, когда их застала врасплох новость, что война началась. Из двух десятков людей, находящихся рядом со мной в шатре, лишь семеро держались с достоинством и не вызывали презрение. Ими были оба архимага, командиры наёмников (эти–то точно попадали не раз в похожую ситуацию, отсюда и такие крепкие нервы) и ещё пара мне незнакомых мужчин возрастом немногим более тридцати пяти лет, пришедшие в шатёр в кирасе и с мечом. А вот все прочие даже не подумали о броне, и хотя кинжалы были у всех, но мечи взяли всего лишь четверо, не считая тех, о ком ранее упомянул.

Понемногу шатёр заполнялся, а шум стихал. Последнее благодаря стараниям первого маршала. Я обратил внимание, что на совещание пришло людей больше, чем присутствовало сегодня ночью.

Из шатра я вышел через полтора часа.

– Что сказали? – вопросительно посмотрел на меня Шацкий, когда я вернулся в лагерь.

– Да там сплошной, как сказал Цезарь, балаган. Мне показалось, что половина собравшихся не верили, что ликанонцы начнут войну, – махнул я рукой. – Для них этот сбор был вроде выезда на пикник и возможностью поносить шкуру «бывалого» вояки.

– А по существу? – спросил только что подошедший Цезарь.

– Маркиз очень настойчиво просил задержать вражескую армию и не дать ей перебраться через реку в удобном для неё месте.

– А сможем? – тот посмотрел на меня.

– Да. Очертя голову не полезем, будут работать мои големы.

– Все поедем или кого–то тут оставим? – новый задал вопрос Шацкий.

– Давайте подумаем, воевать всё равно напрямую не придётся. А придётся… если встрянем, то… то вряд ли отобьёмся всей толпой от толпы архимагов, – пожал я плечами.

Было решено выдвигаться на моей «буханке», двух «камазах» с зенитными спарками, в сопровождении одной стандартной БМП‑3 и со строительным големом на случай расчистки пути. Так же со мной ехала пятёрка гвардейцев. К одному грузовику прицепили прицеп с воздушными големами. Ещё там лежали большие канистры с топливом для машин. С собой взял пятнадцать дружинников и двадцать боевых големов. Шацкий остался в лагере, со мной поехал Цезарь.

Уже когда объезжали главный лагерь, чтобы выбраться на дорогу, которая вела в сторону границы и вражеской армии, перед нами встал один из магов.

– Совсем больной? – зло закричал мой водитель и нажал на сигнал. Тот даже глазом не повёл, продолжая стоять в пяти метрах перед капотом.

– Тихо ты. Это архимаг, – опознал я незнакомца. – Сейчас узнаю, чего ему нужно.

– Будто машине не пофиг кого давить, – проворчал дружинник.

Я открыл дверь, спрыгнул на землю и сделал несколько шагов навстречу чародею:

– Ваше Магичество?

– Я мессир Ланг Повелитель Огня, – представился тот. – И я поеду с вами по просьбе первого маршала, чтобы прикрыть от вражеских магов. Разумеется, если вам нужна моя защита и у вас найдётся для меня место в ваших железных повозках.

– Будет тесно, мессир. Это боевые машины, а не парадная карета, отсюда и отсутствие комфорта, – предупредил я его. Отказываться от поддержки я даже не думал. Мало ли что нас ждёт впереди. Вдруг для нашего спасения или выполнения задачи не хватит совсем чуть–чуть, например, поддержки со стороны вот этого архимага, что стоит напротив меня.

– Пустое, граф, – слегка усмехнулся тот. – Я не всегда жил во дворце и катался в парадной, хе–хе, карете.

– Тогда прошу сюда, – я дёрнул ручку на боковой двери и распахнул ту. Одного дружинника пришлось отправить в БМП, где была пара свободных мест, чтобы пристроить в «уазике» мага. Архимага же усадил на одиночное кресло, расположенное сразу за перегородкой, отделявшей кабину от салона. Надеюсь, его не укачивает, ведь придётся ехать быстро и по ухабам, а ему ещё спиной по ходу движения. – Держитесь вот за эту ручку, а то можете слететь на кочке или в колее. Сами видите, что сиденье не самое удобное.

Тот ловко забрался в машину и устроился в кресле, где тут же с интересом стал осматриваться по сторонам, не обращая внимания на настороженные взгляды попутчиков.

– Трогай, шеф, – скомандовал я, когда вернулся на своё место в кабине.

* * *

Дорога не доставила больших хлопот, в том числе и переправа через большую реку. Благодаря своей скорости передвижения мы успели добраться до брода намного раньше противника.

Ещё чему я был рад, так это погоде: небо было затянуто низкими плотными свинцово–серыми тучами. В таких условиях мои дронголемы чувствовали себя почти так же, как ночью. Самый маленький коптер половину пути пробыл в воздухе, намного километров вокруг разведывая окрестности. И он же обнаружил передовой отряд ликанонцев.

– Примерно в семи километрах впереди и правее нас три десятка вражеских всадников, – сообщил я по рации и тут же отдал команду. – Останавливаемся!

– Это разведчики. Если вы их уничтожите, то это сразу же станет известно их командирам, – предупредил меня архимаг. При этом он с интересом смотрел на экран джойстика, на который поступала картинка от дронголема, висевшего почти над головой врагов.

– И пускай, – ответил я ему. – У меня задача не диверсию сделать, а притормозить продвижение ликанонской армии. Тут нам скрытность не нужна. Тесак!

– Да, командир?

– Бери всех своих и вот этих закатайте в асфальт, – я легко щёлкнул ногтем по экранчику. – Справитесь?

– Пфф, – фыркнул он, – даже не разогреемся.

– Тогда вперёд.

– Есть!

Окружающая местность не имела лесов, зато здесь хватало небольших рощ и балок, заросших кустарником и бурьяном, который, несмотря на подступающую зиму, продолжал стоять стеной. Кусты же были затянуты засохшими плетями вьющихся растений, и это так же помогало в маскировке. Всё это дало шанс моим гвардейцам подобраться к вражескому авангарду практически вплотную. А дальше всё прошло по тому же сценарию, свидетелем которого я стал на пути в столицу: гвардейцы налетели, четверть врагов повисла на их пиках, остальные оказались порублены…а нет, не все. Стало видно, что одного ликанонца связали, а потом его один из моих бойцов забросил перед собой на скакуна.

Стычка показала всё превосходство моих поделок (и солдат, конечно) над простыми воинами. Это всё равно, что выпустить несколько Т-90 против многократно превышающих их числом танков времён ПМВ, тех же Марк‑5 или даже немецких «Колоссаль». Те – огромные тихоходные монстры с бронёй на заклёпках и слабыми пушчонками – могли только гореть и взрываться.

Тут у меня мысли свернули совсем в другую плоскость. Вдруг вспомнилось, что немцами в обе мировые войны под самый конец были созданы самые огромные и сверхтяжёлые бронированные машины. В начале века это были два «Колоссаля» весом в сто пятьдесят тонн. А на исходе первой половины того же столетия германская промышленность создала пару «Маусов», которые были ещё тяжелее, каждый имел массу порядка сто восемьдесят тонн. В обоих случаях конструкции машин имели целый ряд инновационных для своего времени технологий. А ещё и тот, и другой не успели поучаствовать в войне. «Маус» хотя бы попал в музей в Кубинке, где на него можно не только посмотреть вживую, но и потрогать. А вот оба «Колоссаля» были уничтожены по требованию победителей и пункту о тяжелом вооружении и технике в Версальском договоре.

От посторонних мыслей меня отвлекло возвращение гвардейцев с пленником.

– Даже не вспотели! – довольно сообщил мне и окружающим Тесак. – Проще, чем у ребенка конфету отобрать… хотя. Если вспомнить моего мелкого племянника, то задача с конфетой даже сложнее…

– Тихо, пустомеля, – оборвал я его. – Ранения? Ушибы? Какие–то проблемы с големами в бою?

– Не, – тот помотал головой, – вообще ничего нет. Всё просто класс. Эх, вот бы нас таких человек двести было бы! Да мы тогда сами всех злых буратин ссанными тряпками разогнали бы.

– Король не позволит держать такой большой отряд, – неожиданно вмешался в разговор Ланг. – Лучше не думай о таком, граф. Это мой тебе совет.

– Мне не по силам даже десятую часть содержать, мессир, – ответил я ему, а следом подумал. – «А не засланный ли ты казачок, которому поручено вынюхивать и высматривать? А чтобы не шлёпнули втихую такого, то взяли и отправили архимага».

Тот пожал плечами и опять замолчал. Не вмешивался он и позже, когда начался допрос пленника. От последнего, правда, пользы было чуть больше, чем ничего. Из того, чего бы мы не знали, он не знал и сам. Простой солдат из лёгкой кавалерии, которую ликанонцы использовали в качестве дозорных разъездов. Его отряд забрался дальше всех из расчёта поживиться трофеями в какой–нибудь деревеньке или наткнуться на караван торговцев. Солдаты не пощадили бы даже своих купцов, если бы у тех не хватило сил дать им отпор. Не, ну а что, война же всё спишет. Увы, им не повезло встретиться со мной.

Пленного опять связали, надели на голову мешок и сунули в кузов к одной из «зушек». После этого продолжили движение.

Ещё на один разъезд ликанонцев натолкнулись через сорок минут. Он был меньше, всего одиннадцать всадников и доставил ещё меньше хлопот, чем предыдущий. Но не успели гвардейцы развернуть своих химер назад, как летающий голем засёк ещё один вражеский отряд поблизости. До него было километра полтора. Это буквально три минуты для моих элитных солдат.

Третий отряд насчитывал столько же всадников, как и второй. И погиб в полном составе столь же быстро, как и их товарищи ранее.

На этом дело не закончилось. На этот раз сразу с двух сторон вышли вражеские дозорные. Один отряд был большим – тридцать пять, а то и сорок человек. Второй уступал ему примерно вдвое. Но самое главное – в каждой группе имелось по одному магу. Последние легко опознавались по ярким дорогим плащам, которые носили только ликанонские обладатели Дара.

– Оттягивайтесь к нам, – приказал я гвардейцам. – Судя по всему, все эти группы отправлены за тем, чтобы узнать про источник смерти других разведчиков.

– Принято, – последовал ответ.

Не думаю, что ликанонцы увидели в моих солдатах что–то необычное. Гвардейцы носили сюрко и плащи, которые скрывали значительную часть их необычной брони, которая больше была похожа на космический скафандр с элементами средневековых доспехов. То же самое было и у их химер: попоны и накидки закрывали почти всё тело скакунов. А бронированными мордами лошадей, нагрудниками на них и сегментированной защитой конской шеи местных было не удивить. Тут у рыцарей их дистриэ и подобные им химеры подчас были закованы в броню от ушей до копыт. Так что, исходя из всего этого, я не ошибусь, если предположу, что враги перепутали моих солдат с обычной тяжёлой латной кавалерией. Даже не рыцарями, так как однотипные цвета сообщали о них, как о подчинённых рыцаря.

«Если так, то им же хуже», – усмехнулся я, наблюдая за тем, как враги приняли отступление Тесака с товарищами за трусливое бегство и решили «догнать и наказать». Не все, правда. От крупного отряда отделились двое всадников и поскакали назад, скорее всего, чтобы сообщить о нас основным силам. Вот только их действия шли в разрез с моими желаниями.

– Ату их, – совсем тихо, почти прошептал я. Впрочем, для того, кому предназначалась эта команда, звук был не особенно важен, ибо он «услышал» мои мысли. После этих слов из грузовика в воздух поднялся голем–вертолёт. В его лапах были зажаты несколько коротких дротиков с тяжёлыми трёхгранными наконечниками из закалённой стали и обработанные моей кровью. Он догнал посыльных раньше, чем до нас добрались гвардейцы со своими преследователями на хвосте, яростно настёгивающими лошадей. А дальше всё прошло, как на тренировках, которые не раз проводились дома перед выездом. Вертолёт разогнался и резко пошёл на снижение, а когда оказался в нужной точке, то выпустил несколько дротиков и тут же взмыл вверх. Ликанонцы явно услышали стрекот пропеллера и быстро закрутили головами по сторонам в поисках источника странного звука. А потом им в спины ударили дротики, разогнанные до высокой скорости. Защитных амулетов вражеские всадники не имели, потому были обречены. Первый солдат поймал два снаряда в спину. Ещё один дротик угодил в круп его лошади. Второму повезло чуть больше, он отделался лишь раной в бедре. Вот только спустя минуту голем повторил свою атаку, после которой ликанонец вывалился из седла с несколькими дротиками в спине и шее. После этого голем пошёл на снижение, чтобы добить, если необходимо, врагов и забрать боеприпасы, которые мне было жалко терять.