Текст книги "Сборник. Бездушный 1. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Михаил Баковец

Маршал несколько секунд молчал, потом хмуро казал:

– Да, согласен, граф. Вот только принц вряд ли решит отступить. Он и так был полностью против вашего плана. Только коннетабль и сумел его убедить, что лишь в этом случае у нас есть все шансы на победу против превосходящих сил ликанонцев.

– Постарайтесь его убедить, ваше сиятельство. Лично я не хочу губить своих людей в бессмысленной битве по прихоти мальчишки, – произнёс я, выделив тоном нужную фразу. Думаю, маршал достаточно опытный, чтобы понять главный смысл моих слов.

– Этот мальчишка – наш будущий король! – очень жёстко ответил мне маршал.

– Его отец не собирается покидать престол, насколько я знаю. И я рассчитываю, что просидит он на нём долгие–долгие годы. А что же до принца, то с таким самоубийственным стремлением сложить голову по глупости, он может и не стать королём вовсе, – в запале произнёс я, и только увидев яростный огонёк в глазах собеседника, понял, что мою речь можно трактовать очень двусмысленно. Вырвалось у меня это случайно, от нервов. Да и кто бы оказался спокоен на моём месте при виде надвигающейся горы земли? Это всё равно как увидеть, что навстречу со скоростью быстро идущего человека на тебя ползёт высокая железнодорожная насыпь.

Слово – не воробей, вылетело – не поймаешь. Теперь мне точно будут не рады при дворе и как бы, не пожелали при случае в превентивных целях избавиться от меня.

«Да и плевать», – скрипнул я зубами про себя с ощущением скребущих на душе кошек.

– Я передам твои слова принцу, граф, – наконец, перестав меня сверлить недобрым взглядом, произнёс маршал. – Но может быть стоит вызвать сюда те машины, на которые сделан расчёт? Вы же можете быстро перемещаться.

– Не выйдет, ваше сиятельство, – отрицательно помотал я головой. – Здесь открытое место, дует небольшой ветерок… при таких условиях эффективность оружия упадёт в несколько раз. Мало того, ликанонцы доберутся до нас быстрее, чем приедут мои люди и сумеют развернуть установки.

Тот тяжело вздохнул, бросил взгляд на земляной вал, до которого оставался километр с небольшим.

– Я к принцу. А ты, граф, подумай, что можешь сделать прямо сейчас, чтобы сбить пыл с врагов.

– Хорошо, – кивнул я, едва удержавшись, чтобы не скривиться от тона собеседника. Когда он ускакал в сторону штаба, я щёлкнул рацией. – Коробочка–один и два Первому!

– Коробочка–один на связи!

– Коробочка–два на связи!

– Вы же можете вести стрельбу с закрытых позиций?

– Да, можем, – последовал ответ и тут же я получил второй ответ на ещё не заданный вопрос. – Если стрелять через вал, то мы слишком близко, нужно отъехать назад на пару–тройку километров. И нам нужен корректировщик ещё. Мы же не спецы с многолетней службой в армии, только учимся.

– Сейчас пришлю вам дрона с джойстиком. Отправите голема в небо над ликанонцами, и сами отъезжайте. Только быстро, парни, быстро. А то тут нас хотят героями, млина, сделать! Посмертно причём.

– Принято.

Чего я не рассчитал, так это реакции аборигенов. Увидев, что БМП, в чьей эффективности и смертоносности они успели убедиться несколько минут назад, развернулись и на большой скорости рванули в тыл, солдаты заволновались. Причём так сильно, что ко мне прибежали двое командиров – наёмник и барон, командующие своими отрядами.

– Ваше сиятельство, мои воины считают, что вы… вы решили сбежать, – высказал мне в лицо барон, немолодой мужчина в ламеллярном доспехе, шлеме с личиной в виде человеческого лица и вооружённый боевым топором и круглым щитом с синими косыми полосами.

Наёмник промолчал, но по его глазам было видно, что он полностью разделяет мнение товарища.

– Я? А кого вы сейчас видите перед собой, барон? – процедил я. – Что за глупость вы сказали только что? Или вы, таким образом, хотите вызвать меня на дуэль?

– Как тогда понимать вот это? – вместо побагровевшего дворянина спросил меня наёмник и махнул рукой в сторону, куда уехала бронетехника.

– Я перед вами двумя должен отчитываться за свои поступки? – я перевёл взгляд на него. Лет сорок, одет в кольчугу с капюшоном, длинными рукавами, подолом ниже колен. Поверх неё панцирь. Его голову закрывал шлем с кольчужной бармицей и стрелкой, защищающей лицо от рубящего удара. На плечах имелись высокие (даже слишком высокие) массивные щитки, на предплечьях – толстые стальные наручи. Кисти защищены кольчужными рукавицами с прямоугольными пластинами во всю тыльную часть ладони. На поясе у него висел прямой широкий меч с крестообразной гардой. А за спиной болтался небольшой круглый щит, вроде как полностью сделанный из стали. – Да вы с ума сошли, барон?!

– Граф, прошу простить за мою дерзость, – было видно, что эти слова барон выдавливал из себя, ну, неприятно ему было вот так извиняться перед молокососом (в его глазах) и безродным иным, взлетевшим вверх из самых низов, и что важнее – не имевшего череды достойных предков и заслуг. – Эти слова были вызваны настроем моих воинов, которых обеспокоил отъезд ваших машин.

– Принимаю извинения, барон, – чуть кивнул я ему. – Но в следующий раз они станут причиной дуэли прямо на месте. Что же до моих солдат и машин, то они собираются использовать очень опасное оружие. Рядом со строем солдат его применять можно только в исключительных случаях, так как можно поразить своих же. Очень скоро вы услышите его, может быть, даже увидите, как оно действует. Мои слова вас устраивают?

– Да, ваше сиятельство, – склонил голову барон. Неприязнь неприязнью, но этикет у него был впитан с молоком матери. В местном табеле я был намного выше барона и возраст тут не имел значения. Думать обо мне он мог что угодно, но оскорбить – только если желал сойтись в поединке. Впрочем, полагаю, что о судьбе Ла Лафонгов уже все в королевстве в курсе и мало кто решит вызвать гнев монарха, полагая, что тот сильно благоволит мне. Вряд ли основная масса аристократии в королевстве знает или догадывается о том, о чём я сам додумался всего пару дней назад. С другой стороны, скрытое отношение монарха – это одно. А официальное – совсем другое. И во втором случае я по всем, так сказать, документам прохожу, как член королевской группировки, причём, выделенный монархом. Чёртова политика, всю жизнь бы держался от неё в стороне.

Получив от меня объяснения, эта парочка поспешила вернуться назад к своим подчинённым.

– К принцу почему–то не пошли за ответами и с претензиями, – сквозь зубы и совсем тихо произнёс я в спину своим недавним собеседникам. – Двуличные ссыкунцы.

Вскоре враги стали забрасывать наши боевые порядки стрелами с зачарованными наконечниками, которые легко пробивали простые защитные амулеты воинов, у которых они имелись. При этом волшебной защитой даже низшего уровня мог похвастаться едва ли каждый седьмой–восьмой солдат в армии. Если бы у врага имелось лучников в несколько раз больше, то ещё до столкновения их стрелы выкосили бы несколько сотен солдат в передних шеренгах. К счастью, расстояние, малое число стрелков у ликанонцев и щиты, поднятые над головами, снизили потери от обстрела до минимума.

До земляной стены, неумолимо двигающейся на нас, оставалось метров триста, может, чуть–чуть больше, когда из–за наших спин прогремели выстрелы стомиллиметровых орудий БМП‑3.

Над головой прошуршали снаряды, а спустя несколько мгновений с той стороны вала раздались оглушительные взрывы и почти сразу же полыхнули яркие вспышки. Над валом поднялись столбы огня, быстро сменившиеся шапкой чёрного дыма.

Вшу–у–ух! Вшу–у–ух!..

Опять залп, и вновь взрывы и огонь в стане противника. Земляная стена остановила свой ход и стала заметно ниже и короче. Сейчас она не превышала шести метров и существенно укоротилась.

– Коробочки Первому! – вызвал я по рации отряд бронетехники. Понимаю, что так нельзя поступать в боевой обстановке, но удержать своё любопытство не смог.

– На связи!

– Чем бьёте?

– Термобарическими, у нас по пять снарядов таких в укладке. А что?

– Ничего, всё супер. Продолжайте, только по нам не попадите.

– Мы стараемся в центр и в хвост бить, головняк не трогаем… слишком близко вы там.

Солдаты, которых совсем недавно возмутил отъезд БМП, сейчас громко выражали свой восторг при виде взрывов в стане противника.

А потом многих из них не стало.

Глава 12

– Ваше Величество, – перед королём Мансором, прозванным Яростным, стремительно вошедшим в шатёр, низко склонился в поклоне лекарь–маг.

– Что с ним?

– Тяжело ранен, сир. Наконечник стрелы прошёл через всё тело сверху вниз. Пробито левое лёгкое, повреждено сердце, крупные сосуды, кишки. Потом наконечник ударил в кости таза, отскочил и попал в нижний позвонок, – перечислил повреждения лекарь. – Если бы не личная сила мессира Аманда, то он бы уже был мёртв.

– Х’Изу вся его сила не помогла и личные разработки по бессмертию тоже, – в сердцах выдал монарх, потом посмотрел на бессознательного архимага Аманда Буревестника, лучшего аэроманта королевства, скривился и вышел на улицу.

Неожиданный удар с воздуха нанёс огромный урон армии Ликанона. Наконечники от стрел с тряпичными шнурками убили и ранили десятки магов и командиров отрядов. Самое неприятное, что под удар попали два архимага – аэромант и некромант. Аманд Буревестник и Х’Изу Чёрный. Последний получил своё прозвище не только из–за увлечения тёмным аспектом магии, но и по причине своей брюнетистой внешности и смуглого цвета кожи. В некроманта попало три снаряда, причём один пробил голову и раздробил верхний шейный позвонок. Второй дротик угодил в плечо, едва не оторвав руку. А третий разбил кристалл на груди некроманта. По слухам этот магический камень должен стать вместилищем души тёмного мага после его смерти. Вышло же так, что кристалл погиб даже раньше, чем отлетела душа из тела некроманта.

Погибли ещё семь магистров и четыре старших мага. Три барона, граф, одиннадцать баронетов и сквайров – сыновья и наследники из старых и влиятельных родов Ликанона. Враги с невероятным коварством выбрали самых–самых. Ещё две дюжины получили тяжёлые ранения, из–за которых они не смогут принять участие в скором сражении. Вместе с ними из будущей битвы вышли несколько магов, которые теперь будут за ними присматривать. Кого–то до начала битвы лекари успеют поставить на ноги, но основная масса раненых проваляется не меньше недели. Всё потому, что раны, нанесённые дротиками, оказались очень тяжёлыми. Те из них, что пролетели мимо людей, вошли в землю на глубину больше, чем в локоть. А мёрзлая земля куда как твёрже мягкой человеческой плоти.

Но в сравнении с потерями от ужасного воя, упавшего на армию следом за дротиками, это было ничто. Все простые бойцы обезумели и стали разбегаться, бросая оружие. Лошади и химеры, в том числе и боевые, сошли с ума от воздействия звука. Они переворачивали телеги, сбрасывали всадников, топтали людей, находящихся рядом, и друг друга. Боевые химеры стали рвать поводырей и погонщиков, лошадей, солдат и себе подобных. Случились несколько вооружённых стычек между отрядаминаёмников и дворянских дружин, когда одни посчитали других дезертирами и решили сталью и магией наказать за это. Точнее, так сообщили потом виновные, причём каждая сторона считала себя поборниками справедливости, а противную предателями.

– Проклятые иные и их оружие, – прорычал король. – Тёмные боги с демонами прислали их в наш мир не иначе.

Армия, точнее та её часть, что сохранила дисциплину и пришла в себя после воздушной атаки, простояла до самой ночи в ожидании вражеского удара. К ночи солдаты стали падать с ног от усталости и холода и пришлось разбивать лагерь. И это вместо того, чтобы скорее дать врагам бой на своих условиях. Охрану несли големы и самые боеспособные и верные отряды. Но даже они не рискнули отправлять дозоры далеко от бивуака, помня про мгновенное уничтожение сотни их товарищей днём. Ведь именно после этого и полетели на головы Смерть и Ужас из низких туч.

Мансор Яростный только себе мог признаться, что в тот момент его самого обуял страх. Ведь последуй после всего этого массированный удар астанирийцев, то остановить его было бы нечем и некем. Слишком мало ликанонцев могли сражаться после всего пережитого. Все прочие были испуганы, разобщены или бежали прочь.

Весь следующий день лагерь оставался на прежнем месте. Во все стороны были отправлены дозоры, которые нашли место с мёртвыми телами вчерашних разведчиков. За неполные сутки их тела уже были попорчены лисами и птицами: объедены лица, выклеваны глаза, выедены внутренности у тех трупов, у которых страшное оружие иных разорвало доспехи и тела.

Вторую ночь армия провела всё там же. Лишь с утра стали сворачивать шатры и палатки, собираясь двигаться дальше. И тут дозорные разъезды донесли, что армия Рейнра Второго уже перешла реку и двигается в сторону… Ликанона. У всех создалось впечатление, что астанирийцы плевать хотели на битву и войско своих врагов, вторгшееся на их землю, а их цель – ликанонские деревни и города.

Тут же зароптали бароны и виконты, чьи феоды граничили с Астанирией. Причём, граничили вот прям здесь, буквально рукой подать. Для них целостность собственных наделов оказалась выше мифических богатств чужих городов, за которыми они и пошли в поход. И не только они. При этом они забрали все дружины, оставив в замках по десятку солдат из самых старых, нерадивых и больных. Таких защитников вражеская армия сметёт одним своим дыханием, не прибегая к оружию.

А ещё у врагов были иные со своими машинами, способные за день преодолеть расстояние, которое даже курьерам на скоростных химерах не по силам. А если ещё учесть их оружие и возможность наносить удары с неба, то ситуация становится откровенно мрачной.

И королю Мансору Яростному пришлось поворачивать своё войско в сторону вражеской армии, надеясь перехватить ту раньше, чем она начнёт разорять земли Ликанона. Уже тогда в его голову пришла мысль, что вся эта затея с походом на ослабленного соседа – очень дурная идея. Возможно даже, что её вложили ему в голову недоброжелатели.

Позже у него состоялся разговор с двумя иными, которые пришли в его королевство несколько месяцев назад и стали торговать редкими и ценными вещами. Это были отец с сыном и в своём мире они занимались так же торговлей. Именно старший торговал – жильём, большими объёмами товаров, даже информацией. Младший же был законником и помогал отцу обходить законы или выявлял недобросовестных партнёров.

С их слов в королевство они попали благодаря помощи искателей, на которых им повезло натолкнуться в проклятом месте, когда спасались от чудовищ. Искатели их защитили, помогли с амулетом–переводчиком. В обмен иные провели тех в место, где было много лёгкого, но очень дорого товара, ценимого во всех странах не меньше, чем качественные магические поделки.

Немногим позже ими заинтересовался герцог, на землях которого пришельцы решили осесть и купить себе жильё. А уже от герцога сведения про эту парочку дошли и до королевского двора. Когда Мансор отправился на войну, то взял их с собой. Они должны были стать консультантами по вопросам, связанным с их миром, точнее, оружием оттуда. Ведь в армии его врага находится сильный отряд из иных, которые за короткий срок дважды полностью разгромили крупные армии жрецов. При этом те в последней стычке потеряли один главный алтарь и несколько малых. Уже это заставляло Мансора серьёзно отнестись к возможностям пришельцев.

К сожалению, Мансору Яростному достались самые бесполезные иные. Торговать они умели, выгоду чуяли, как гиены из Пустого королевства кровь, но в оружии и военной тактике своего мира абсолютно не разбирались. Поясняли это тем, что не военные и даже не служили никогда в армии. И тем, что в их стране хоть и полно всего стреляющего и убивающего, но всё это тщательно спрятано на военных складах и находится в руках солдат, да и то не у всяких. Гражданским было запрещено или крайне сложно получить в свои руки смертоубийственную железку. Даже крепкий нож, не говоря уже про меч. Вроде как это связано с буйным характером народа той страны, которая на протяжении века устроила несколько раз вооружённые восстания, скидывая власть с трона и вырезая под корень всех, кто так или иначе был её частью.

Не сумели они рассказать ничего и по поводу летающего устройства, которое сбросило дротики и звуковую бочку.

– Ваше величество, не знаем мы. Может это дельтоплан был или планер, так как звука мотора не слышал никто. Они как птицы летают, только не машут крыльями, – ответил на заданный ему вопрос старший иномирянин. – Есть вертолёты в нашем мире, они способны взлететь откуда угодно, кроме воды. С ним лучше не встречаться, так как на нём можно огромные бомбы перевозить, которые воронки оставляют в земле по двадцать метров, м-м, шагов во все стороны и глубиной в рост человека.

– Или ракеты, – добавил его сын. – Или те крупнокалиберные пулемёты, из которых разведчиков убили, ваше величество.

– Те странные следы, чьи они? – спросил Мансор.

Иные переглянулись между собой, почти синхронно пожали плечами, а потом старший сказал:

– Не знаем, ваше величество. Это похоже на танковые гусеницы, но у танков очень мощное оружие, а по разведчикам стреляли из другого, совсем слабого. Хотя, может, просто снаряды закончились, а патроны ещё остались… не могу знать наверняка, сир.

– Там гильзы валялись мелкие, не снарядные, точно от крупнокалиберного пулемёта, – опять дополнил рассказ отца сын. – Наверное.

– Наверное, – прорычал король, едва сдерживаясь, чтобы не казнить эту парочку, и махнул рукой. – Прочь, когда понадобитесь – позовут.

– Слушаемся, ваше величество, – низко поклонились ему иномиряне и торопливо покинули королевский шатёр.

Уже скоро король увидел воочию те танки, которые иные неуверенно назвали лёгкими (интересно, какие же бывают у них тяжёлые?!). Приземистые широкие фургоны с маленькими приплюснутыми башенками, из которых торчала огромная труба. И они полностью были созданы из металла! На первый взгляд весили эти боевые машины больше, чем всё оружие и доспехи в королевском арсенале.

Оружием оказалась маленькая труба, прикреплённая к большой и практически теряющаяся на её фоне. Если бы не вырывающийся с её конца огонь и не уникальные зрительные приборы без капли магии, которые иные назвали биноклями, так чётко рассмотреть ничего не удалось бы.

За две–три минуты эти машины уничтожили несколько сотен солдат и четырёх магов, обладающих средней силой. При этом между армиями было не меньше двух тысяч шагов. Даже зачарованные катапульты и баллисты не могли на такую дистанцию и столь точно метать снаряды. Ещё и магическая защита оказалась недостаточно крепкой и пропустила всё, что выстрелили те металлические повозки, которые выехали перед строем астанирийцев. Потом, конечно, маги спохватились, но убитых было уже не вернуть. Да и боевой дух солдат сильно пошатнулся.

К счастью, Ар’Шелест не стал жалеть свои силы и вместе со своими учениками быстро поставил земляную стену, закрыв ею ликанонцев. Его действия повлияли на настроение воинов куда как сильнее, чем каменные и ледяные щиты, огненные охранные вихри и воздушные смерчи.

«Жаль, что не выйдет ею раздавить астанирийцев, – с сожалением подумал король, наблюдая за тем, как медленно движется его армия вперёд. – Их архимаги развеют чары геоманта, когда расстояние станет небольшим».

Плюсы столь мощных чар были видны невооружённым взглядом, а вот о минусах догадался бы не всякий. Главный среди них – Ар’Шелест с учениками затратили на земляную стену огромную часть своих магических сил, и в дальнейшем сражении доля их вклада будет невелика.

Когда до врагов оставалось менее четырёх сотен шагов открыли стрельбу лучники с зачарованным оружием. Таких во всей армии было немногим более двухсот человек и их собрали в один отряд. Поставив в центр войска, за шеренгами копейщиков и латников. Стрелки были настолько хорошо обучены, что действовали, как один большой многорукий и многоногий организм, прямо на ходу пуская свои стрелы через головы соратников и через гребень земляной стены. Врага они не видели, им вполне хватало знаний дистанции до астанирийцев.

Достать стрелу, наложить на лук и вскинуть оружие, остановиться на несколько ударов сердца, чтобы натянуть тетиву и отправить оперённую смерть далеко вперёд, и тут же сделать несколько быстрых шагов, чтобы нагнать впередиидущие шеренги. Эти воины были простыми свободными гражданами, которые вольны заниматься любым ремеслом. И даже не платили налогов в казну! Но за это по первому требованию становились в ряды королевской армии и обязаны были иметь при себе лук и двойной запас стрел. А так же не менее одного раза в год доказывать факт того, что не растеряли своё мастерство. Ну, и платили им наниматели не меньше, чем латникам и лишь серебром и золотом.

Вот только уже скоро стрелы перестали лететь по прозаической (для сражения, разумеется) причине: в ответ на них со стороны астанирийцев прилетели мощные снаряды, которые заливали всё вокруг морем огня. Магам пришлось поднять над войском плотные щиты, сквозь которые стрелы пролететь не могли… а вот неизвестное оружие они задерживали плохо.

– Ваше величество! – рядом опустился на колено взмыленный гонец.

– Что? – король хмуро посмотрел на него, справедливо не ожидая добрых вестей.

– Погибли архимаги Эльза вон Парк и Белый Старец, – торопливо произнёс гонец и съёжился, опасаясь, что на него прольётся гнев монарха. Но тот оказался слишком сильно выбит из колеи новостями и просто застыл каменным изваянием.

– Пошёл вон, – шикнул на него первый советник королевства. Как только солдат исчез, он почти прошептал на ухо королю. – Сир, возможно, стоит использовать те артефакты иных, которые хранятся в арсенале ещё со времён вашего отца?

Это предложение помогло выйти королю из ступора. Первым его порывом было отвергнуть его, но вновь посмотрев на уничтожаемое своё войско, он кивнул и тихо произнёс:

– Да, время для них пришло. Действуй, Рор.

– Я всё сделаю, сир, – склонил тот голову.

Страшное оружие, которое было секретом даже для некоторых ближних подручных Мансора Яростного, очень быстро извлекли из походного арсенала и направили в сторону вражеской армии, до которой оставалось уже совсем немного. Каждый такой артефакт был похож на крошечный паланкин из материала, непохожего ни на какой известный. Эдакий сундук с длинными ручками и куполообразной крышкой в метр диаметром.

– По моему сигналу пусть снимут магическую защиту над нами, – бросил он сопровождающим его магам. – Или мы сами себя уничтожим на радость астанирийским ублюдкам.

– Все наготове, господин.

Советник сам откинул её в сторону и достал очки с управляющим жезлом. Активировать артефакт мог бы даже ребенок. Нужно было всего лишь нажать на крупную кнопку на жезле. За миг до этого он махнул рукой магам, а потом вдавил в жезл ярко–красный цилиндрик из неизвестного материала.

После этого из «сундука» вылетел огромный шар, обдав ветром советника и воинов с магами рядом, которые своими фигурами и щитами прикрыли ценную вещь от посторонних взглядом. Шар быстро поднялся на высоту в двадцать человеческих ростов и там завис.

– Возвращайте щит!

Всё то, за чем шар наблюдал, сейчас видел и советник при помощи очков. Мало того, сними сейчас он их, то не увидел бы никакого шара. Технологии иных из чужого мира таким образом защитили своё оружие, которое может повредить самонаводящееся заклинание или меткий лучник с зачарованными стрелами. Скорее всего, в чужом мире тоже самое делало другое оружие. Подавив в себе желание осмотреться по сторонам, Рор сосредоточил внимание на вражеской армии. Следуя за его взглядом, на очках появилась красная точка – прицел для шара. Выбрав отряд с магами и рыцарями, Рор повторно нажал на кнопку, запуская артефакт во врага.

– Так вам, – со злой радостью произнёс он вслух, когда в выбранной точке вспухло облако молочно–белого дыма, затянувшее несколько сотен врагов. Из старых записей он знал, что оружие убивает всё живое, мгновенно растворяя плоть. И оставляет целым оружие, доспехи, украшения, одежду и всё то, что создано руками людей.

Следующий шар он отправил на повозки иных, которые совсем недавно уничтожали ликанонцев. Увы, стреляли не они, а те, что это делали, находились слишком далеко. Эти же просто стояли, но могли доставить огромные проблемы ликанонским воякам, когда исчезнет земляная стена, что их защищает на данный момент.

Третий шар взорвался в центре армии астанирийцев, в самом скоплении магический мантий, дворянских плащей и гербов, сверкающих рыцарских доспехов.

* * *

– Что это за гадость? – выдохнул поражённый Цезарь, когда среди боевых порядков вспухли белые облака. Казалось, что там какой–то шутник сунул взрыв–пакет в мешки с мукой и подорвал их. Очень быстро облако опустилось, открыв нам страшную картину. Там, где ещё полминуты назад стояли люди, сейчас не было никого. Лишь валялось их снаряжение с оружием и одежда. – Пи***ц!

– Наших задело тоже, – я, скрипнув зубами, указал на грузовики и «панцирь», рядом с которыми взорвалось… нечто. Сами машины выглядели целёхонькими. А вот людей рядом с ними уже не было. И моих големов тоже.

Мы с ним переглянулись, не зная, что делать. Слишком всё произошло быстро и страшно, выбив нас из колеи. И неизвестно, что это было. Или нечто невидимое прилетело к нам от врагов, или что–то очень быстрое. Настолько быстрое, что его не увидела система «Панциря», который предназначен для уничтожения воздушных целей. Пожалуй, данная ЗСУ и мощные летающие чары сумеет засечь и поразить. А там – а вдруг – они сработают на снаряды и безопасно развеются в воздухе. Увы, это лишь теория. И только что практика показала, что она нерабочая, когда дело доходит до магии.

– Я отправлю големов проверить что там, – спустя несколько секунд я принял решение. – А ты свяжись с «тройками» и скажи, чтобы они усилили обстрел, пусть стреляют из всего и всем, что есть.

– Понял, – кивнул он, потом скривился и махнул рукой в сторону наших союзников. – Смотри туда, эти бегут.

В самом деле, они показали спины своим врагам и улепётывали со всей возможной скоростью. На поле боя осталось меньше тысячи, состоящей из наёмников, королевских отрядов и дружин самых верных и стойких дворян.

С двумя чапиидами, отправленными мной к грузовикам, ничего не случилось. От них мне пришли образы про отсутствие дружинников и гибели големов, охранявших машины. Четыре самурая, два големопса и пять чапиидов просто развалились на части.

– Нужно уходить, – сказал мне Цезарь. – Ликанонцы вот–вот будут здесь.

Последние всё ещё прятались за стеной, которая остановила свой ход буквально в пятидесяти метрах от того места, где совсем недавно стояли первые шеренги нашей армии.

– Хорошо. Отправь водителей к машинам, пусть попробуют их завести и отводят в каньон. А я в штаб, скажу, что мы уезжаем на следующую позицию.

Среди командования царила паника. Принц смотрел на окружающих, как впервые побитый добрым хозяином пёс. Большая часть его окружения смотрелась почти так же. Самообладание сохранили всего несколько человек.

– А-а, граф, вы здесь. Что–то хотите нам сообщить, порадовать? – встретил меня хмурым взглядом коннетабль.

– Я ухожу на вторую позицию, где устроили ликанонцам ловушку. А вы… вы собирайте войско и быстро отступайте назад вслед за нами.

– Думаете, что вот этот разгром можно исправить? – скривился он.

– Всегда есть надежда, ваша светлость. Если ликанонцы войдут в каньон, то победа будет наша. Или мы просто уничтожим их армию, потеряв свою. Это тоже, кхм, результат. Что на такое скажет принц?

Тот обернулся в сторону командующего армией, потом глухо ответил:

– Сейчас его высочество сделает всё, что я ему предложу.

– Что ж, тогда дерзайте. Встретимся там, – я махнул рукой в сторону древнего речного русла.

«Камазы» и «панцирь» завелись легко. Вот только водители, севшие на места, где так страшно погибли их товарищи, чувствовали себя не в своей тарелке. Возможно, именно по этой причине они очень быстро развили высокую скорость, то и дело отрываясь от основного отряда.

За нашими спинами остались несколько сотен человек – смертников, которые должны были задержать ликанонцев и дать шанс сформировать новое построение на следующей позиции. Изначально мы так и так должны были отойти сюда. Предполагалось пожертвовать малой частью солдат, дать магам вволю побиться заклинаниями о магические щиты, истощая силы вражеских чародеев. Потом изобразить отступление и отойти в каньон, созданный природой из русла древней высохшей великой реки. В итоге всё так и вышло, вот только потери оказались на порядок выше, чем изначально предполагалось.

При этом одни обвиняли меня в том, что не примени я своё оружие, то и ликанонцы стали бы биться честно.

«Ага, честно–пречестно прям, и это с превосходством в числе архимагов, которые лупят по площадям чарами, что твой «солнцепёк» по позициям террористов», – скривился я, слушая эти претензии.

Другие полагали, что только наличие моих машин дало им всем шанс уцелеть, а не превратиться в прах, даже не успев заглянуть в глаза врагам. Лично я считаю, что истина где–то между. Вряд ли король Ликанона собирался использовать столь мощное оружие против армии, которую его войско превосходило в несколько раз. Полагал, что справятся архимаги. А то чудовищной силы оружие он взял на всякий случай. Может быть, специально для моей дружины. Вот только пришлось ему бить по всем ликанонцам. То ли, не дотянулся до БМП, то ли, решил, что такая мощь избыточна для малой группы, решив обойтись уничтожением экипажей. А может, просто запаниковал и стал бить по всему «яркому» – группам магов, рыцарям, моим грузовикам, выбивающимся из общего облика войска.

Теперь и не узнать, чем руководствовался Мансор или его командующий, решив использовать своего джокера. Если только не захватим кого–то из них в плен.

«Зато теперь я с чистой совестью могу использовать химические мины после всего этого», – с каким–то даже облегчением подумал я. До этого момента исподволь я мучился, что по моему приказу тысячи людей будут убиты столь мучительно. Но после применения врагом первым оружия массового поражения все сомнения ушли. Ну, почти. Всё–таки, воспитание человека двадцать первого века накладывает сильный отпечаток на его сознание и мотивацию. Помнится, не так уж и давно меня с души воротило от стрельбы из полицейских карабинов гранатами со слезоточивым газом по замку с врагами, которые уничтожили мне поля и убили крестьян с големами. А сейчас я собираюсь уничтожить тысячи людей газом, рядом с которым «слезогонка» покажется элитными французскими духами.