Текст книги ""Фантастика 2026-91". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Лев Храбров

Соавторы: Люцида Аквила,Екатерина Неженцева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 75 (всего у книги 208 страниц)

– Можно и так сказать. – Люциан дружелюбно улыбнулся. – Только вам вряд ли удастся организовать своих людей самостоятельно, потому что сейчас я попрошу вас пройти с нами.

С этими словами он встал с лавки.

Вилиам непонимающе приподнял правую бровь.

– Куда?

– В тюрьму.

– Что? – Городничий нервно дернул щекой. – По какой причине вы приглашаете меня туда?

– Ну как же? – Люциан продолжил тепло улыбаться, стоя перед столом и отбрасывая на собеседника длинную тень. – Вы главный подозреваемый в этом деле. Город принадлежит вам, а значит, принадлежат и люди. Я уверен, за пятнадцать лет правления вы обзавелись глазами и ушами на каждом углу, поэтому не могли не знать о том, что творится в порту.

Вилиам нахмурился, и его лицо помрачнело, как готовящаяся изрыгнуть молнии туча.

– Вы что… считаете меня подозреваемым на основании одних предположений? – спросил он, не скрывая удивления в голосе. – Это вопиюще! Если я простил вам расследование инцидента в порту на основе подозрений, то доказательств моей причастности у вас нет. Высказываясь подобным образом, вы бесстыдно грубите. Вы сами сказали, я правлю Лумусом пятнадцать лет, неужели при таком опыте я стану рисковать и связываться с нечистыми силами?

– Глядя на ваше молодое лицо, могу сказать, что вы уже рискнули, – насмешливо сказал Морион. Он по-прежнему сидел на лавке, закинув руки на спинку. – Расскажите, как смертному в сорок пять удается выглядеть на десять лет моложе?

– Я хорошо питаюсь и мало себя изнуряю, – отрезал Вилиам. – Человеку моего положения следить за здоровьем легче, чем смертным в деревнях. Насколько я знаю, заклинатели редко забредают в города; в основном вы общаетесь с селянами, потому и равняете всех под них, но они не похожи на городских жителей. Люди в деревнях без устали трудятся, скудно питаются, чаще болеют, и для них естественно выглядеть старше своего возраста. Я же родился и вырос в городе, мало нагружал себя физическим трудом и большую часть времени проводил за книгами.

– Хотите сказать, вы лентяйничали всю жизнь и только поэтому сохранили молодость? – беспардонно спросил Морион, заставив городничего поперхнуться.

– Я не лентяйничал, а учился! – сказал Вилиам, повысив голос.

– Я вам верю, – бесцветно произнес Люциан, вмешавшись в зарождающийся спор. – Но моя вера субъективна и бездоказательна, так что вы остаетесь подозреваемым, и вас, как и всех остальных, будут допрашивать. Но я могу смягчить условия, вместо тюрьмы позволю вам остаться в резиденции на время расследования. Если согласитесь, то не лишитесь хотя бы комфорта, в ином случае вам обеспечена холодная камера. – Он выжидающе посмотрел на городничего. Взгляд его не был давящим или пугающим, но янтарные радужки, горящие словно солнце, которое обожжет, если сунешься под его лучи, устрашали.

– Я останусь в поместье, – отведя глаза, ответил Вилиам.

– Договорились, – сказал Люциан и, покосившись на Мориона, жестом велел подняться. – Благодарю за прием. Возможно, еще увидимся, – попрощался он и вышел из-за стола.

Хотя в словах его не звучало угрозы, от упоминания возможной встречи городничий вздрогнул.

Вилиам не удосужился попрощаться. Он замер за столом с таким видом, словно погрузился в глубокие и волнующие его размышления.

– Если бы ты представился владыкой Луны, он вел бы себя послушнее, – шепнул Морион, когда они вышли из беседки. – Этот человек принял тебя за заклинательскую шестерку, потому и выпячивал грудь поначалу. Почему ты не назвал свой статус, как только явился?

– Я редко использую статус, чтобы влиять на людей, если ты не заметил, – ответил Люциан, ступая на тропу, огибающую озеро. – В путешествиях мне предпочтительнее скрывать свою личность.

Морион покосился на него.

– Но ко мне это не относится? В нашу вторую встречу, когда я спас тебя от демона снов, ты использовал статус, чтобы задержать меня и вытянуть информацию.

– Иначе ты бы не подчинился.

– Правда? – Морион насмешливо улыбнулся. – Модао, думаешь, именно это побудило меня тогда остаться?

Люциан искоса посмотрел на него, но ничего не сказал. Он даже выяснять не хотел, почему в тот момент Кай согласился сотрудничать с ним, – наверняка за этим скрывались, как обычно, недобрые демонические помыслы, о которых ему даже не стоило знать.

Они покинули резиденцию, шагая плечом к плечу. Никто не указал им путь, никто не открыл ворота, но, к счастью, они догадались, куда идти.

– Какие здесь беспардонные слуги, – протянул Морион, когда они вышли на широкую городскую улицу, тянущуюся мимо резиденции городничего. – Ничем не отличаются от хозяина. Модао, неужели ты оставишь этого человека на посту?

– А за что я должен его сместить? – спросил Люциан, искренне желая услышать его версию. Он слепо следовал за Морионом, который явно куда-то вел их, скорее всего, в выбранное Хаски укрытие.

– Ну как же? – ухмыльнулся демон. – Очевидно, он не работает, а только ест, спит, запугивает окружающих и злоупотребляет темной магией, а еще трахает невинных девушек. Думаю, за такое его нужно не просто с поста снять, а сразу казнить. – На губах Мориона расцвела кровожадная улыбка. Он наклонился к уху Люциана и добавил: – Модао, давай вернемся и всех прирежем?

Люциан закатил глаза так, словно слышал этот вопрос каждый день и уже устал от него.

– Мы никого не станем резать, – сказал он и внимательно посмотрел на Мориона. Тот выпрямился и завел руки за спину, глядя на дорогу перед собой. – И что ты там сказал про невинных девушек? Что он с ними делает?

– Ты слышал.

Люциан нахмурился, все еще не веря своим ушам.

– Откуда эта информация?

– Хаски сказал, – прозвучал небрежный ответ демона. – Так уж совпало, что в последние годы наш Бог Обмана приглядывал за Лумусом. Причина в том, что люди здесь стали часто даровать ему молитвы и просить раскрыть ложь, в которой погрязло это место. – Морион вздохнул и скользнул по протянувшимся вдоль улицы одноэтажным домам, примыкающим к друг другу. – Городничий – ядовитый паук, который за пятнадцать лет сплел сеть в каждом углу. На первый взгляд здесь царит мир и процветание, но люди на самом деле несчастны. Сантера деспот и диктатор, он берет, что пожелает, а в последние пару лет совсем отбился от рук.

– Однажды Хаски видел, как Сантера, проезжая мимо на лошади, обратил внимание на красивую торговку яблоками. Она была молода и пусть выглядела небогато, но личико имела прелестное. Он забрал ее к себе в резиденцию, наобещав золотые горы и шелка, а после этого торговку никто не видел. Чтобы разобраться в происходящем, Хаски принял обличие девчушки и крутился рядом с домом до тех пор, пока его не заметили и так же не пригласили. Городничий накормил свою новую гостью, выделил комнату и поселил у себя. Играл с ней каждый вечер, баловал сладостями, напитками. В одну из встреч у них завязался интересный разговор. Поначалу все было спокойно; Сантера поинтересовался, как ей живется у него в доме, подарил подарок и дал вина, а когда та опьянела – раздел, планируя отыметь.

Люциан молча распахнул глаза, глядя на демона.

Морион хохотнул.

– Не пугайся. Пикантного продолжения не случилось. Хаски сразу сбежал, не дав сорвать свою древнюю, покрывшуюся пылью хризантему, однако он понял, что таким образом Сантера собирался осуществить подношение великой богине.

– Какой богине?

– Жрице.

Люциан напрягся.

– Подожди… Жрица – это одна из могущественных демонов, о которой ты рассказывал?

– Еще я рассказывал, что она может исполнять желания в обмен на жертву, поэтому люди считают ее богиней.

От этой новости Люциан чуть не споткнулся, но в последний момент смог удержать равновесие.

– Хочешь сказать, Сантера убивает девушек, чтобы подкармливать демона? К чему тогда соитие?

– Он забирает невинность и дарует ее Жрице – такое подношение питает демоницу не хуже человеческих душ.

Люциан шумно вздохнул и, взглянув на небо, подумал: «Невинность в качестве пищи… Боги, мне жилось намного легче, когда я думал, что демоны питаются только душами».

– Если Сантера связан с могущественным демоном, почему на нем нет следов взаимодействия с ним?

– След есть – его молодость. Судя по внешности, он подружился с Жрицей лет десять назад, тогда и перестал стареть. Чем больше времени пройдет, тем заметнее станет «печать».

– А что потом происходило с девушками, которых использовали? – спросил Люциан, свернув в переулок вслед за демоном. – Хаски выяснил?

– Не успел, – ответил Морион, и они вышли из тени на светлую улицу, которую уже начали заполнять жители. – Пока гостил в резиденции, он никого не видел, а после побега выяснять что-либо стало поздно. К счастью, – самодовольно хмыкнул он, – я могу ответить на твой вопрос: когда девушки становятся бесполезными, Сантера продает их работорговцам.

Люциан вскинул брови.

– Откуда знаешь?

– Пять девушек, которых ты освободил на корабле, были жительницами Лумуса. Мы с Хаски узнали об этом, когда вы с Эриасом ушли выручать остальных.

– Что? Я думал, они были дочерями зажиточных горожан, а это переодетые простолюдинки?

Морион кивнул.

– Они хорошо выглядят, потому что какое-то время жили в роскоши. Да и для успешной продажи их пришлось бы отмыть и приодеть. – Он усмехнулся и внезапно остановился перед воротами большого храма. – Остальные детали сможешь уточнить у них, Хаски привел всех сюда.

Люциан посмотрел на белое одноэтажное здание с алой крышей. Он сразу догадался, что Бог Обмана решил поселить всех в собственном храме.

– Скажи… – Он обернулся на Мориона, разглядывающего постройку. – Жрица может быть связана с владыкой демонов?

– Почему спрашиваешь?

– Ты видел, как я дрался с темными на корабле. Я пытался допросить одного из них, но он начал бесноваться, смеялся, трясся, а потом внезапно испустил дух. Из его тела выскользнул трупный шелкопряд. Насколько мне известно, бестелесная форма владыки демонов это именно эти бабочки?

– Хаски сказал?

– Однажды мельком обмолвился. Так что, эта бабочка может быть связана с ним?

Люциан пошел следом за Морионом, когда тот направился к воротам.

– И да и нет. – Демон открыл одну створку, галантно пропуская вперед своего спутника. Затем закрыл ворота и обошел Люциана, двинувшись по расчищенной от листвы дорожке ко входу в храм. – Его магии я не чувствовал уже несколько лет; он залег на дно и заблокировал силы, разорвав связь со всем магическим, чем раньше управлял, включая даже свой меч. Если бабочка принадлежала Ксандру, то она была разлучена с ним давно и просто ждала освобождения. Это лишь подтверждает то, что человек, которого ты схватил, бывал подле моего брата.

– Но зачем ему подсаживать ее к нему?

Морион остановился возле закрытых дверей и обернулся на Люциана.

– Чтобы следить за миром, тот заклинатель ведь был мореплавателем. Трупные шелкопряды владыки демонов – это его глаза и уши, он часто их использует, чтобы наблюдать. Не думаю, что нам стоит переживать об этом. Как я и сказал, в последние годы он не поддерживает связь с бабочками и, следовательно, не может получать от них информацию. Сейчас главная проблема Лумуса – Жрица, давай сначала выясним все про нее и городничего, а потом, если захочешь, снова обсудим моего брата.

С этими словами Морион толкнул дверь.

Люциан кивнул и перешагнул порог божественного дома, решив сначала разобраться с насущными проблемами, раз главного врага здесь нет.

Глава 99
Город лжи

В Лумусе храм Бога Обмана был одним из самых больших. Прихожан не было, но в главном зале с самого утра уже горели благовония. И хотя божественные дома во имя Хаски возводились редко, потому что ложь считалась грехом, здесь это, похоже, никого не беспокоило. Бога Обмана, можно сказать, местные почитали, учитывая размеры стоящей в центре каменной статуи божества, изображающей красивого длинноволосого мужчину с игральной монетой в руке, а также солидный размер и внутреннее убранство храма. Все это не могло не волновать, если знать, на что ему молились.

В подобных божественных домах всегда могли остановиться нуждающиеся. Их селили в главном здании, пристройке или же в отдельных гостевых домиках, куда Морион и повел Люциана.

Они пересекли пустующий зал и вышли через другую дверь на задний двор.

Спрятанные за храмом три гостевых дома были одноэтажными. Они стояли на небольшой зеленеющей поляне в нескольких метрах друг от друга. Помимо них, там возвышалось камфорное дерево, раскидистые ветви которого отбрасывали тень на две лавочки и стол между ними.

Пройдя в центральный дом и оставив обувь на пороге, Люциан и Морион шагнули в коридор и свернули в обеденную комнату. Небольшое помещение со столом на несколько персон выглядело пустым, но уютным. Приятную атмосферу создавали кремовый цвет стен, светло-коричневый оттенок пола, а также пара невысоких деревцев в угловых горшках, полотна на стенах с пейзажами Лунных земель и чистый полупрозрачный тюль на окне, плавно колыхающийся от свежего ветерка.

Здесь не было никого, кроме Адоры.

Она сидела за столом и в одиночестве завтракала рисовой кашей, но при виде гостей отвлеклась от трапезы. Затем она сообщила, что освобожденные девушки отдыхают в комнате напротив, освобожденные заклинатели присоединились к другим адептам в порту; Абрам, Эриас, Сетх и бессмертный Шу еще не вернулись, а дрофея и хаку отданы на попечительство заклинателям клана Луны, которые должны были вернуть их в места обитания.

– Благодарю Бога Обмана за труды, – сказал Люциан, присев напротив, а рядом с ним примостился Морион. Хотя в комнате их было всего трое, на столе стояло шесть пиал с рисовой кашей, чайный сервиз и блюдо со сладкими булочками. – Вы хорошо потрудились, чтобы уладить все за ночь и обеспечить нам комфортное пребывание в Лумусе.

– Не стоит благодарностей. Мне давно не было так интересно жить, – улыбнулась Адора, а затем обратилась к Мориону. – Вы были у городничего?

– Да. – Демон взял ложку и придвинул к себе кашу. – Я рассказал Люциану твою историю.

Адора перевела взгляд на него.

– О. И что владыка Луны собирается делать?

– Для начала я хочу поговорить с девушками. Если они и правда были заточены у городничего, то у меня появятся доказательства для его официального тюремного заключения, с которыми он не посмеет спорить. Я бы не хотел заставлять их вспоминать о том времени, но без свидетелей свергнуть Сантеру не выйдет. Учитывая, сколько людей запутались в его паутине, придется навести немного шума и развести немного грязи, чтобы сделать все по закону.

Морион усмехнулся, пробуя кашу, и покосился на Люциана.

– И пока все будут сосредоточены на грязных делах городничего, заклинатели клана Луны смогут тихонько разобраться с черным портом – таков твой план?

– Да. Мне действительно во время расследования не нужны лишние глаза и уши, ведь их хозяева могут быть причастны. А если все внимание направить на городничего и его связь с Жрицей, то от инцидента в порту все отстанут. Истории о демонах всегда звучат страшнее, чем непонятный переполох на пристани.

– План неплох, но к чему эти трудности? – Морион хитро улыбнулся. – Давай убьем этого паука и всех, кто ему служит? Мы ведь можем.

– Не можем! – в один голос сказали Адора и Люциан, осуждающе глядя на демона.

– Тебе лишь бы кого-то прирезать, – добавила бессмертная и закатила глаза. – Владыка Луны поступает разумно: несмотря на свои возможности, заклинателям лучше не демонстрировать силу и действовать хитро, иначе люди начнут бояться и потеряют к ним доверие. – Затем она обратилась к Люциану: – Я доверяю вашей мудрости, надеюсь, что вы со всем разберетесь. Будучи когда-то его пленницей, я хочу, чтобы городничему воздалось за грехи.

Люциан кивнул и взял ложку.

– Я понимаю.

Пока они бегали по кораблю, а потом и по городу, он совсем не чувствовал голода, но, стоило ему вкусить пищу, как под ребрами начало сосать и слюна заполнила рот. Рисовая каша, сваренная на воде с небольшим добавлением молока и соли, на вкус была почти пресной, но никто не жаловался – при храмах никогда не подавали кулинарные изыски.

К тому моменту, когда появились Абрам, Эриас и Сетх, Люциан уже все съел и принялся разливать теплый чай.

– Боги, как я устал, – выдохнул Абрам, чуть ли не падая на подушку слева от владыки. – Целую ночь на ногах. Какой кошмар!

Эриас и Сетх поприветствовали всех и обошли стол, чтобы устроиться по обеим сторонам от Адоры.

– Ты в порядке? – одними губами спросил Эриас у своего владыки.

Люциан кивнул в ответ и вдруг заметил, как напряженные плечи друга расслабились.

«Неужели все это время он так переживал?» – подумал Люциан.

Он едва не ахнул, когда Адора мягко погладила Эриаса по плечу, словно за что-то хвалила.

Наконец Морион развеял мимолетную тишину и вынудил некоторых отвлечься от мыслей.

– Вы потеряли бессмертного Шу?

– Нет, – ответил Сетх и придвинул поближе пиалу с кашей. – Он остался помогать обыскивать порт, потому что чувствовал себя бодрее остальных.

– А мы не стали уговаривать его идти с нами, – добавил Абрам.

– Вы успели еще что-нибудь выяснить? – спросил у него Люциан.

– Лишь то, что на корабле, где мы с Сетхом нашли всякую контрабанду, оказалось еще много нечистого. – Абрам перемешал чуть подсохшую сверху кашу. – Пока все выносили, пару раз чуть не умерли. Я до сих пор удивлен, что этот товар собирались перевозить на обычном торговом судне. Случись что – там бы все погибли, а яды вылились бы в воду.

Эриас попробовал кашу.

– Он прав. Мы нашли уйму нестабильных субстанций, – добавил он. – Пришлось наложить на сундуки и мешки с вещами запирающие заклятия, чтобы при перевозке не случилось утечки.

– Вы уже отправили все это в клан? – спросил Люциан, отхлебнув чай.

– Да. Созвали отряд из тех заклинателей, которых знаем лично. Тем, кто долгое время находился в этом городе, я не доверяю.

– Я тоже, – поддакнул Абрам. – Пока возились в порту, меня не покидало ощущение, что за нами непрерывно следят, воздух будто был пропитан ложью. – Он покосился на Люциана с Морионом. – Вы что-нибудь выяснили?

– То, что ложью здесь пропитан не только воздух, – насмешливо хмыкнул бессмертный и, отставив от себя пустую пиалу, придвинул чашу с чаем.

– Есть подозрения, что городничий связан с демоном Жрицей, – добавил Люциан. – Чтобы отплатить ей за помощь, он отнимал невинность у юных дев, а после ритуала продавал в рабство и тем самым заметал следы. Все это длится уже не первый год, многие из его приближенных знают или подозревают о происходящем, но либо делают вид, что так и должно быть, либо молчат из страха. Я планирую поднять шум на этот счет, чтобы отвлечь внимание от порта. Как бы некрасиво это ни звучало, у нас дела поважнее, ведь демоническая бабочка, которую мы увидели на корабле, принадлежала владыке демонов. – Люциан посмотрел на товарищей.

– Что?! – в унисон ахнули Абрам, Эриас и Сетх.

– Морион сказал, что она с ним давно не связана и, скорее всего, просто ждала момента покинуть чужое тело, – добавил Люциан ровным, успокаивающим тоном.

– Но если какой-то матрос однажды попал в поле зрения владыки демонов, значит, люди из черных портов могут быть связаны с темными силами куда теснее, чем мы думали, – подметил Эриас.

– И в таком случае ситуация принимает опасный поворот, – добавил Абрам. – Если люди из черного порта встречали владыку демонов, то все они точно связаны с черным рынком. Что вообще представляет из себя это место? Второй Асдэм? – спросил он, посмотрев на Мориона.

Люциан тоже глянул на него, потому что и сам недавно думал об этом.

– Да, – ответил демон, отпив чай. – Я там не был и многого не расскажу, но слышал, что черный рынок – город, похожий на Асдэм, в который не попасть просто так. У меня был шанс найти это место, но я не стал утруждать себя, ведь владыки демонов там нет.

– Откуда ты знаешь? – резко спросил Эриас.

– Я не чувствую его магии, значит, он ее подавил. Окажись он среди демонов с заблокированными силами, на него сразу бы накинулись. Тогда пришлось бы раскрыть себя, чтобы выжить.

– А ты вообще уверен, что он жив?

– Конечно. Я бы почувствовал, если бы его не стало.

Абрам шумно выдохнул и потер лоб, слушая чужой разговор.

– Что будем делать после того, как поднимется шум из-за дела с городничим? – вернулся он к плану, который Люциан не озвучил до конца. – Нам тоже придется в нем участвовать, чтобы незаметно решить проблему с портом, но хватит ли у нас рук?

– Должно хватить, – ответил Люциан.

– Огласишь план действий сейчас или позже? – спросил Эриас.

– Позже. Для начала нужно собрать недостающие сведения. Вы были в тюрьме? – Люциан перевел взгляд с Эриаса на Сетха. – Успели кого-то допросить?

Сетх кивнул, запивая кашу несладким чаем.

– Смертные утверждают, что ничего не знают о черном порте, а заклинатели, которые противостояли нам, молчат.

– Развяжите им язык, – холодным и ровным тоном приказал Люциан.

– Развяжем, – спокойно отозвался Эриас вместо Сетха.

После его слов в комнате воцарилась тишина, чтобы все спокойно позавтракали.

– Где мы будем спать? – спросил Абрам, отставив пустую пиалу из-под каши, и взял с общего блюда остывшую, но мягкую булочку. – Разве мы уместимся в этом доме?

– Да, – ответила Адора. – Он просторнее, чем кажется на первый взгляд. В конце коридора остались две свободные комнаты: одна четырехместная с общим матрасом, а другая – трехместная с отдельными кроватями. Думаю, я и двое бессмертных будем спать во второй, а вы в первой.

– У-у, опять делить общий матрас, – простонал Абрам. – Можно я пойду прогуляюсь по городу и поищу зацепки по двум нашим делам? – Он посмотрел на Люциана. – Когда вернусь, вы как раз встанете.

– У тебя хватит на это сил? Ты не спал всю ночь, сражался и получил ранение, – с сомнением произнес Люциан. – Как твое плечо?

– Все хорошо. – Абрам махнул больной рукой и добавил: – И у меня, и у Сетха. Нас подлатали еще ночью и духовной силой поделились для восстановления. В ближайшие восемь часов я с ног не рухну, можешь не переживать.

Люциан задумался. По правде говоря, идея ему понравилась. «Если ввести посменный сон, то отряд будет на ногах все время и не пропустит ничего важного».

– Хорошо, – согласился он, а затем посмотрел на товарищей. – Кто-нибудь хочет пойти с Абрамом?

– Пожалуй, откажусь, – отозвались Эриас и Сетх.

Абрам фыркнул в ответ, но, судя по довольной улыбке, отсутствие компании не огорчило его. Люциан был уверен, что он уже грезил мыслями о том, как по возвращении будет в одиночестве спать на четырехместном матрасе.

Покончив с завтраком, они отправились в общую купальню. Всем следовало омыться, а Абраму еще и переодеться для выхода в свет, чтобы не проявлять себя как заклинатель.

В Лумусе находилось четыре купальни, и они стояли по соответствующим сторонами света, чтобы было проще добраться из разных точек.

Некоторые из заклинателей, такие как Абрам и Эриас, не жаловали общественные купальни, считая их рассадником болезней, но Адора успокоила их, перед уходом поведав, что высшие и низшие сословия одновременно не омывались.

Когда они вошли в длинное одноэтажное здание, там почти не было посетителей: стоял разгар рабочего дня всей элиты, а для простого люда вход открывался лишь поздним вечером. На входе их встретила пожилая смотрительница, но она не взяла плату, сообщив, что прекрасная дева в алом уже обо всем позаботилась. Затем она провела заклинателей в комнату, где можно было сложить прогулочные одежды в один из стоящих друг на друге ящиков и переодеться в купальные. Купальных одеяний у них не было, потому что поясные мешочки опустошили похитители, поэтому им пришлось прикрыться полотенцами, чтобы никого не смутить.

– Можете не стесняться, – хихикнула смотрительница, когда заклинатели вышли к ней через вторую дверь, а потом провела их по короткому коридору, соединяющему входную зону и купальную. – Вы в мужском крыле, здесь многие пренебрегают одеждами, – поделилась она, открывая дверь, и в лица сразу хлынул влажный теплый пар.

В купальне все было выложено гранитовым камнем, а вода была практически повсюду – не заливала она только дорожки, змеящиеся между бассейнами. Пространство затягивал густой пар, от которого длинные золотые волосы Люциана, закрывающие верх обнаженной груди и спину, потяжелели, а на молочной коже начали собираться мелкие капли влаги. Он вдруг понял, почему гости купальни пренебрегали одеждами – здесь ничего не было видно дальше расстояния вытянутой руки.

«Прямо как в блаженной комнате замка Сладострастия», – подумал Люциан, вспомнив первый визит в дом Кая.

Смотрительница остановилась возле неглубокого бассейна. Из его бортов высилось четыре изогнутые трубы, из которых обрушивался вниз мягкий поток воды.

– Мне передали, что среди вас есть раненые. Пусть они останутся здесь, эта зона подходит тем, кому нельзя погружаться в глубокие воды. У нас стоит очистительная система, поэтому не бойтесь омываться, бассейны чистые, – сказала она, а потом указала на две каменные лавки, стоящие с краю бассейна. – Полотенца можете положить сюда, под сиденьями отыщите ковши и мыльные принадлежности.

Люциан обернулся на Абрама и Сетха, замыкающих их небольшую колонну. Они уже с одобрением разглядывали предложенное место для отдыха.

– Да, спасибо, мы останемся здесь, – сказал Сетх и, легонько шлепнув тыльной стороной ладони Абрама по предплечью, сошел с дорожки. – Когда будете возвращаться, позовите нас, – добавил он, не оборачиваясь.

Люциан кивнул, и они с Морионом и Эриасом последовали за смотрительницей дальше – до самого конца купальни, где в углу находился круглый глубокий бассейн. Он был рассчитан на небольшую группу людей и служил, скорее всего, местом для длительного отдыха, а не быстрого принятия водных процедур. Прозрачная вода слегка бурлила, а поднимающийся от нее пар разносил ненавязчивый запах лаванды.

Смотрительница снова предложила оставить полотенца на лавке и воспользоваться деревянными ковшами, в одном из которых Люциан заметил три куска мыла.

– У вас есть два часа на отдых, потом тем же путем возвращайтесь в комнату для переодевания, – сказала она и, попрощавшись, скрылась в густой белой дымке.

– О боги! – в ужасе ахнул Эриас, заставив Люциана обернуться.

В этот момент он увидел, как Морион скинул полотенце и небрежно отбросил на лавку рядом. Брови Люциана от удивления даже взлетели, а Эриас тут же отвернулся и потер глаза кулаками.

Несмотря на скопившуюся в мышцах усталость, тело Мориона выглядело хорошо и было достойно длительного внимания.

– Тебе не стыдно? – проворчал Эриас. – Не смущает, что мы здесь?

– А что должно меня смутить? – беззаботно спросил Морион, поставив ладонь в бок и наклонив голову к плечу. Из-за его движений достоинство между ног покачнулось, словно маятник. – Вы же не девицы, в конце концов, или тебя взволновали мои размеры? – ухмыльнулся он, опустив взгляд.

Люциан кашлянул, впервые видя что-то настолько большое, и повернулся к лавке, дабы взять ковш с мылом.

– Давайте не будем ставить друг друга в неловкое положение, – попросил он. Прошел мимо бессмертного и остановился возле лестницы, ведущей в воду. – Морион, зайди, пожалуйста, в воду, – сказал Люциан, поставив ковш на край бассейна, а затем начал развязывать полотенце на поясе.

– Как скажешь, – раздался за спиной голос демона, и Люциан вздрогнул. Морион забрал у него полотенце, а потом запустил пальцы одной руки в волосы, ловко снимая подаренную им же заколку. – Думаю, с ней будет неудобно.

– Спасибо, – ответил Люциан и, не оборачиваясь, спустился в бассейн, погружаясь по плечи.

Вода оказалась горячей, но не обжигающей, а запах лаванды стал сильнее, но совсем не раздражал. Люциан закрыл глаза и нырнул с головой, чтобы намочить волосы, а когда вынырнул, в бассейн уже вошел Морион и протянул ему мыло.

– Я помогу, – произнес он, глядя на длинные светлые пряди, плавающие на поверхности вокруг Люциана.

– Ой, вот не надо этого, – проворчал Эриас, входя за ними в воду. – У него, конечно, длинные волосы, но, поверь мне, он привык мыть их сам.

– Это он тебе сказал, когда ты пытался помочь? – спросил Морион, обернувшись.

Пока он язвил, Люциан быстро стащил из его рук мыло и буркнул:

– Я правда сам.

С этими словами он отошел подальше, чтобы никому не мешать.

Омываться они начали вместе и действовали быстро, потому что с мылом в глазах долго стоять совершенно не хотелось. Некогда прозрачная вода почти сразу помутнела, скрывая наготу ниже пояса. Как оказалось, мыло пахло по-разному: Люциану достался кусок с запахом ванили, Мориону – с мятой, а Эриасу – с бергамотом.

Смыв с себя остатки пыли и усталость, они решили отдохнуть в согревающей бурлящей воде и устроились на каменных сиденьях, выпирающих из стен наподобие лавок.

– Модао сменил мясную начинку на сладкую, – усмехнулся Морион, втянув носом воздух рядом с плечом Люциана.

Почувствовав на коже теплое дыхание, Люциан вздрогнул и уставился на прядь волос, зажатую между его пальцами и впитавшую больше всего аромата.

– Да, я заметил. От тебя пахнет свежестью, – подметил он, покосившись на демона. – Надо было взять твое мыло, а не использовать это.

– Не думаю, что так было бы лучше. Аромат мяты слишком холодный, теплая ваниль мне нравится больше.

– Да? – Отпустив прядь, Люциан погрузил руку под воду и устало прислонился затылком к стенке бассейна, посмотрев на затянутый паром потолок. – Тогда ладно.

В большой купальне, где никого не было ни слышно, ни видно, заклинатели тоже притихли. Мысли начали покидать голову одна за другой, и вскоре Люциан, прогретый до костей и одурманенный ароматом лаванды с щепоткой ванили, прикрыл глаза и расслабился. Он впервые за долгое время почувствовал себя в безопасности. И хотя снаружи его ждали дела, требующие срочного решения, и враги, желающие сотворить с ним и его товарищами невесть что, выбираться из воды не хотелось.

Серебристая голова опустилась ему на плечо, и от этого у него на душе стало тепло и в то же время неспокойно. Люциан не глядя протянул руку и проверил уровень воды чуть ниже носа Мориона.

– Он серьезно решил вздремнуть? – ворчливо спросил Эриас, сидящий напротив них.

– Не думаю, что он спит, – тихо ответил Люциан, не открывая глаз. – Просто отдыхает.

– Он плохо выглядит. – В голосе Эриаса послышался намек на беспокойство. Крошечный. – Он обессилен, верно?

– Будь я обессилен, то не выдержал бы ночь на ногах и сюда бы не дошел, – ответил Морион твердым, но сонным голосом.

– Скажи это своим синякам под глазами и коже, белой, как у бларга, – проворчал Эриас. – Удивительно, что ты жив, – выглядишь как мертвый.

С губ Мориона сорвался ехидный смешок:

– Волнуешься за меня?

– Не за тебя, – процедил Эриас. – А за тех, кого ты решил защищать.