Текст книги ""Фантастика 2026-91". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Лев Храбров

Соавторы: Люцида Аквила,Екатерина Неженцева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 40 (всего у книги 208 страниц)

Тело пронзила боль. Настолько сильная, что он подскочил с места. Уперевшись ладонями в стол, Люциан зажмурился и зарычал. Магия его души всколыхнулась, кинулась на борьбу с проклятием, которое буквально разрывало каждую клеточку на части. Казалось, будто сотни рук вцепились в кожу и тянули, тянули, тянули его тело во все стороны. Будто его бросили в голодную толпу, где все стремились присвоить владыку Луны себе.

Кай вскочил на ноги. В его черных глазах вспыхнула жажда убийства, перчатка исчезла, и когтистые пальцы вцепились в деревянную башню с такой яростью, что всего за одну секунду конструкция обратилась в пыль на глазах у ошалевших демонов.

Боль схлынула так же резко, как появилась. Люциан выдохнул так, что весь воздух покинул легкие. Он поднял потемневший взгляд золотых глаз и посмотрел на Кая, столкнувшись с черной бездной равнодушия.

«Я не мог ошибиться с именем. Боги, эта игра едва не убила меня по собственной прихоти, а тебе все равно?!»

Кай отвернулся, разрывая зрительный контакт. Его руку вновь украсила перчатка, и он скользнул морозным взглядом по присутствующим.

– Все свободны, – заявил он. – Игра окончена.

– Фу-ух, – протянул красноглазый демон, расслабившись на стуле. – Градоправитель сегодня так милосерден, спасибо ему, а то я тут уже вторые сутки сижу. Думал, что просижу еще столько же!

– А я почти сутки! – поддержал сосед за столом.

– Обращайтесь, – равнодушно бросил Кай, после чего развернулся в сторону выхода.

Люциан возмущенно посмотрел ему вслед, будто хотел прожечь спину.

– Кто вообще притащил эту проклятую башню? – услышал он краем уха, прежде чем направиться за градоправителем.

– Да демоны его знают, у нас тут вещи невесть откуда берутся.

– Значит, ты все это время мог закончить игру? – спросил Люциан, когда они вышли на ярко освещенную улицу. За время игры день сменился вечером, и сотни огней осветили Асдэм.

– Конечно. Я могу закончить что угодно.

Люциан сжал челюсти, а его шея напряглась.

– Тогда почему ты не сделал это сразу, когда я изъявил желание оставить игру? – спросил он сквозь зубы. – Зачем заставил нас играть несколько часов?

– Тебе разве не понравилось? По-моему, ты узнал и увидал много нового, – ухмыльнулся Кай. Он говорил так небрежно, что Люциан не удержался и взорвался, чего никогда доселе не случалось.

– Нет! Как это могло мне понравиться?! Меня едва не разорвало на части! Меня вынудили отвечать на личные вопросы, сидеть на коленях и видеть то, чего не должен был! – «Зачем ты вовлек меня в эту авантюру? Ты что, пытался меня извести? Я как-то сегодня провинился перед тобой?!» Однако Люциан не произнес последние слова вслух, потому что не доверял своему голосу, который точно бы дрогнул.

Чувство, которое он испытывал в этот момент, оказалось неприятным, колющим, сильным. Это была обида. Настолько тяжелая, что даже сердце сжалось под ее натиском. Люциан никогда ни на кого не обижался, он в принципе не чувствовал таких ярких эмоций по вине конкретного человека, но сейчас… Кай прекрасно постарался, чтобы он ощутил себя совершенно другим человеком, растерявшим смирение.

Казалось, демон понял, что переборщил (сильно). Хотя его лицо не показывало истинных чувств, голос звучал грустно:

– Модао…

Люциан не желал слушать чужих оправданий, если их, конечно, вообще собирались произнести, и сухо перебил:

– На территории твоего замка есть тренировочное поле или зал?

Кай вскинул бровь и неловко рассмеялся:

– Хочешь поколотить меня за проказы?

«Да», – не удержался от мыслей Люциан, но вслух сказал только:

– Нет, хочу потренироваться.

– Один?

– Да.

Кай прищурился, вглядываясь в лицо собеседника. Пусть Люциан и натянул маску, его глаза сверкали недобро.

– Хорошо. Я покажу тренировочный зал, но обещай не задерживаться там допоздна. Мне нужно на совет, поэтому я не смогу проводить тебя до покоев.

– Понимаю, – холодно отозвался владыка Луны. – Что за совет?

– Божественный. Мы собираем его каждый месяц, обсуждаем проблемы мира живых. Обычно ничего интересного, но если вдруг поднимется тема владыки демонов, то я все тебе передам.

– Буду признателен.

Они направились вверх по улице, ведущей к зеленеющему холму, на котором высился черный замок с алой крышей. Лента вынуждала их держаться рядом, хотя возникшее между ними напряжение совсем не располагало к близости.

Люциан никогда не понимал этого демона, а сейчас и вовсе чувствовал, что тот впервые не рад исходу своей игры. Эта авантюра, как и все остальные, привела Кая к очередной победе, однако не тем путем, на который он рассчитывал. Невзирая на сложившуюся ситуацию, демон не стал извиняться или обсуждать пережитое.

Путь до замка они преодолели, беседуя о вещах, не касающихся насущных проблем. Будучи отходчивым человеком, Люциан быстро остыл, пока Кай отвлекал его рассказами об интересных местах, которые стоит посетить в Асдэме, о диковинках и развлечениях. Низкий бархатный голос нес его по волнам слов, и Люциан внимал демону, хоть и сомневался, что после пережитого захочет куда-то сунуть нос. За пять дней он успел сделал необходимые выводы об Асдэме и больше не хотел ничего разнюхивать.

В замке Сладострастия не было внешнего тренировочного поля, зато внутри имелся просторный зал с нужной атрибутикой и оружием, развешанным по всей стене. Окон в помещении не было, а темный деревянный пол блестел в свете магических фонарей.

– Если тебе нужен соперник, могу позвать кого-то из подручных, – сказал Кай, наблюдая, как Люциан рассматривает клинки.

– Нет, мне хватит тренировочной марионетки. – Люциан обернулся. – Кстати, зачем тебе в замке тренировочный зал и груда оружия? Сомневаюсь, что ты занимаешься или пользуешься чем-то из всего этого.

Кай самовлюбленно хмыкнул:

– Это комплимент моему высокому уровню мастерства?

– Ну… учитывая уровень твоих способностей, я предполагаю, что, даже не умей ты искусно фехтовать или хорошо драться, все равно положил бы целую армию. Потому думай как знаешь.

– Буду считать это комплиментом, – ухмыльнулся Кай, а потом все же ответил на вопрос: – Про этот тренировочный зал и оружие я могу сказать то же самое, что про кухню.

– Почему бы не иметь тренировочный зал, если можно его себе позволить?

– Именно.

– Ох… – Люциан потер пальцем правый висок. – Хорошо, что ты великая сущность, а не простой смертный, иначе твоя жадность погубила бы многих.

Кай рассмеялся.

– Я вовсе не жадный, просто не отказываюсь от того, что дают.

Вопросительно приподняв бровь, Люциан уставился на темного принца, который в прошлой жизни был довольно жадным. Если Кай завладевал человеком или предметом, он готов был разрушить его, вместо того чтобы кому-то отдать. Трудно поверить, что, переродившись, он перестал так поступать.

– В общем, располагайся, – добавил Кай, отходя к двери. – И не задерживайся.

После его ухода Люциан около получаса потратил на выбор оружия. Не то чтобы он не знал, чем сражаться и что использовать для тренировки; он просто залюбовался всевозможными клинками, ножами, молотами и топорами. Ему показалось, что тренировочный зал заодно выступает и в качестве оружейной, ведь иначе объяснить количество снаряжения не получалось.

Люциан остановил выбор на кнуте и мече и сбросил верхние одежды, оставшись в длинной серой тунике со свободным воротом, из-под которого выглядывала облегающая ткань безрукавки. Он активировал тренировочную марионетку и начал бой.

Марионетки обычно состояли из железных доспехов в человеческий рост. Они наполнялись магией и приходили в движение, чтобы противостоять противнику. Заклинатели пытались использовать марионетки и в реальном бою, но заставить их жить удавалось, только находясь рядом (а это было неудобно), в противном случае магия внутри доспехов рассеивалась.

Люциан потерял счет времени. Нападая и отбиваясь раз за разом, выплескивая свою силу, он понял, как много негативных эмоций скопилось в его душе. Безумная атмосфера Асдэма и общество темного принца повлияли на него больше, чем казалось. Тренировка как ничто другое помогала освободиться от скопившейся на душе тяжести, улучшить навыки боя и размяться. Победив марионетку около двух десятков раз, Люциан почувствовал себя свежим и отдохнувшим. Сознание очистилось, нервы восстановились, и казалось, что сейчас он мог стерпеть любую выходку Кая. Оставив марионетку, Люций вернул оружие на места, оделся и покинул зал.

Очутившись в кромешной тьме коридоров, он растерялся. С тех пор как прибыл в Асдэм, коридоры замка всегда были наполнены светом, а сейчас не горел ни один фонарь. Кай предупреждал не выходить ночью, но Люциан, вглядываясь в темноту, не уловил опасности. Из-за углов доносились голоса, пение и музыка, что показывало: замок продолжал жить своей жизнью и никаких кошмаров в коридорах не было.

Люций сам был виноват в том, что не уследил за временем, но не спать же ему теперь в тренировочном зале? Даже если в коридорах крылось что-то зловещее, неужели он, обладатель божественного оружия и заклинатель клана Луны, не справится? Может быть, уже хватит всем его недооценивать?

«Если поспешу, достигну покоев менее чем за тридцать секунд. Сомневаюсь, что за это время что-то произойдет».

Люциан сделал уверенный шаг вперед, потом второй, третий, а вот четвертый не успел.

Что-то схватило его и резко увлекло в пустоту.

Настенные фонари несколько раз мигнули и осветили пустой коридор.

Глава 57. Царство Теней

Хаски и Эриас сидели за низким чайным столиком и играли в фишечную игру «шин-шин». Спустя три дня безостановочных уговоров заклинатель наконец-то согласился сыграть в обмен на то, что завтра красноволосый не покажется ему на глаза.

Хаски был приятным в общении, с легкостью находил общий язык и быстро вливался в коллектив, но вот с Эриасом он ладил туго. Этот непримечательный заклинатель будто бы видел его насквозь. В отличие ото всех остальных людей, богов и демонов, которыми Хаски вертел по собственному желанию, что бы он ни делал, как бы ни изворачивался, даже если говорил честно и прямо, Эриас все равно воротил носом.

Это ужасно интриговало тысячелетнее божество, и поэтому Бог Обмана не отлипал от гостя.

Когда Хаски находился в доме, то всячески донимал Эриаса: звал поиграть, выпить, поесть, прогуляться или просто поболтать. Однажды Эриас не выдержал и попытался побить его, но все пошло настолько не по плану, что он решил просто молча терпеть.

Как Люциан тренировал выдержку, мирясь с выходками Кая и безумством Асдэма, так Эриас взращивал смиренность подле назойливого божества.

– Ты совсем не думаешь над стратегией? – пробурчал Эриас, убрав с доски очередную фишку противника. – Если будешь так нападать, я выиграю третий раз подряд.

– Я же Бог Обмана, а не войны, думать над стратегией не для меня, – меланхолично протянул Хаски и уставился на игровую доску. Поставив локоть на стол, он теребил золотую серьгу в ухе и совершенно не походил на того, кто хотя бы пытался включить мозг.

– Снова врешь, – фыркнул Эриас. – Я нутром чую, что ты только притворяешься глупым.

– Вовсе нет. – Хаски развел руками, отчего колокольчики на широких рукавах алого халата мелодично зазвенели. – Я правда не понимаю, как тебя обойти.

Эриас посмотрел на него, увидев лишь бездарного актера, который упорно делает вид, что ничего не понимает.

– Если ты не смыслишь в «шин-шин», на кой бларг предложил ее?

– Чтобы ты меня научил. – Хаски похлопал ресницами, как наивная девчонка.

– За дурака меня не держи. Тебе тысячи лет, и даже если ты никогда не воевал, войн видел больше, чем я съел завтраков.

– Ты меня обижаешь. Почему, что бы я ни сказал, ты ни во что не веришь? Как мне с тобой разговаривать, если ты постоянно обвиняешь меня во лжи?

– Можешь не разговаривать.

Хаски цокнул языком. Он быстро осознал, что притвориться обиженным не поможет, и поэтому зашел с другой стороны:

– Хорошо. Я перестану разговаривать с тобой, появляться на глазах и тому подобное. Можешь даже покинуть этот дом прямо сейчас, чтобы избавиться от моего общества, вот только следующую встречу со своим владыкой организовывай сам. Посмотрим, как быстро Киай сожрет тебя заживо, после того как ты лишишься моего покровительства. Наверняка это случится сразу, как выйдешь за порог.

Эриас нахмурился, глядя в лицо Хаски. Он являлся человеком своевольным и сильным, поэтому ему было неприятно осознавать зависимость от него, особенно когда в эту зависимость ткнули носом. Эриасу хотелось оскалиться и обругать Бога Обмана, прорычать, что его покровительство ему даром не сдалось, и он уже открыл рот, но так ничего и не сказал. Гнев быстро развеялся, сменившись пониманием.

– Значит, ты становишься честным, только когда угрожаешь? – невесело усмехнулся Эриас.

Хаски вскинул брови. Он-то думал, что они снова начнут лаяться, но Эриас, как всегда, удивил его. Бог Обмана даже растерялся.

– Ты мне поверил?

– На секундочку.

Хаски открыл рот в безмолвном «О». За несколько дней Эриас впервые поверил ему.

– Как странно, – пробормотал он и замолчал, смакуя непривычное чувство, возникшее из-за того, что он впервые сыскал доверие этого заклинателя.

Кто-то, как Люциан, верили Хаски беспрекословно; кто-то, как Бог Войны и владыка тьмы, верили выборочно, только когда он не лгал; но среди всех них был еще Эриас, который не верил вообще ничему. Не важно, ложь или правда, он не верил ни словам, ни действиям, ставил под сомнение все, что делал Хаски. Это походило на личное наказание для Бога Обмана, которому наглядно демонстрировали, чем может обернуться постоянная ложь – презрением, вечным сомнением и одиночеством.

Продолжить разговор им не дали.

Входные двери распахнулись с таким грохотом, что содрогнулись стены.

Тьма демона хаоса ворвалась в божественный храм. Чистый и непорочный, он оказался осквернен в мгновение ока. Густой туман закрался в каждый угол, облюбовал все щели и присвоил себе даже пыль.

Хаски гневно ударил кулаком по столу, отчего все фишки подпрыгнули. В его глазах вспыхнуло красное пламя.

– Ки-и-и-а-а-ай! – Из его рта вырвался звериный рык. – Мы же договаривались, чтобы ты не лез в мой дом со своей ци! – Голос Хаски, который обычно напоминал прекрасную песнь, ласкающую слух, сейчас прозвучал низко, как у грузного мускулистого мужчины. Услышав его, Эриас от удивления открыл рот.

Кай влетел в комнату подобно ураганному ветру. Шторму, что способен снести даже горы. Не обратив внимания на Эриаса, он сразу кинулся к Богу Обмана:

– Где он?

– Кто? – с удивлением спросил Хаски.

Кай искоса посмотрел на Эриаса, раздраженно дернув щекой, схватил Хаски за предплечье и поднял с подушек.

– Надо поговорить, – прорычал он как затаившееся в бездне чудовище.

Эриас проследил за тем, как двое бессмертных спешно покидают комнату. Мрачно нахмурившись, он начал раздумывать, что стало причиной ужасного поведения.

После того как Кай вывел Хаски во двор и накрыл их непроницаемым куполом тьмы, он спросил:

– Где Люциан?

– Люциан? – Бог Обмана по-прежнему пребывал в недоумении. Он знатно изумился тому, как грубо его оторвали от игры и вытащили из дома, и поэтому соображал туго.

– Не прикидывайся. Я был на божественном совете, который ты соизволил пропустить, а когда вернулся в замок, не смог его найти.

Хаски ошеломленно уставился на злобного демона.

– Ты потерял человека в собственном городе? Это как?

– Легко и просто, – раздраженно бросил Кай. – Здесь тысячи жителей, у меня головы не хватит уследить за всеми, к тому же Люциан – обычный светлый маг, коих в Асдэме несколько сотен, а это очень усложняет задачу. Я не смогу его найти, пока над ним не нависнет смертельная угроза. Все боги были на совете, кроме тебя, поэтому думать мне больше не на кого.

– Может, он ушел сам?

На лице разъяренного демона отразился ужас. Всего на секунду, но Бог Обмана успел заметить.

Кай фыркнул.

– Быть не может, – с напускной уверенностью ответил он. – Люциан так устал от Асдэма, что в ближайшие дни по собственной воле и носа не сунет из замка. К тому же его страж у тебя, значит, не он вынудил его уйти.

– И не я. – Хаски поднял раскрытые ладони. – Честно.

Кай нахмурился, вглядываясь в лицо божества. Затем он молча выдохнул и с раздраженным видом помассировал переносицу.

– Но у вас явно что-то случилось, раз ты так отреагировал на мой вопрос про его уход. – Бог Обмана прищурился и стал похож на лису, разнюхивающую все вокруг.

– Ничего не случилось, – огрызнулся Кай, потупив взгляд в землю.

У Хаски дернулся уголок губ. «Да у тебя на лбу все написано, опять что-то вытворил, а теперь мечешься!»

– Ты перегнул палку со своими играми, да? – Он сложил руки на груди. – Куда потащил его на этот раз?

– Никуда… всего лишь прогулялись по Асдэму, сыграли в башню проклятий…

Глаза Хаски стали как два больших блюдца.

– В башню проклятий?! Ты что, до нервного срыва его решил довести? Даже я ненавижу эту дрянную башню, в последний раз мне пришлось участвовать в оргии с десятью демоницами! Не то чтобы я остался недоволен, но, бларг меня за ногу, я о таком не просил! Бо-оги. – Лицо Хаски накрыла тень глубочайшего разочарования, и он с трудом сдерживался, чтобы не побить демона. – Я ведь говорил, что смертные хрупки! Если ты не способен постигнуть их чувств, хотя бы слушай мои указания. Почему ты каждый раз игнорируешь советы и злишь нашего мышонка? Чего ты добиваешься?

– Я должен был выяснить, насколько сильное наложил заклятие… которое переросло в проклятие. Сделать это можно было, только подвергнув его эмоциональной встряске.

– Этим ты и занимался в последние дни, да? – Голос Хаски был полон язвительности. – И что узнал, умник?

– Оно нерушимо.

– Ну естественно! – Бог Обмана всплеснул руками. – Ты великая сущность, твоя магия – высшая из существующих в мире, нужно было лучше думать, прежде чем использовать ее на слабом владыке Луны. Перестань провоцировать его, сделанного не воротишь, и твою магию не сломишь. Какие бы эмоции ты у него ни вызывал, отныне горячие воды всегда будут покрываться льдом – таким ты его сделал. Смирись со своей ошибкой и позволь ему спокойно жить, пусть и дальше ничего не знает о себе – ему это ни к чему. Научись быть мягче с ним. Со всеми нами. В последнее время твоя сущность слишком злобная, еще немного, и станешь, как твой названый братец, владыка демонов. Даже я порой тебя не выдерживаю.

– Вот не ври. Ты меня обожаешь, – пробурчал Кай. – Я и без твоих осуждений знаю, что оплошал, можешь не распаляться, – устало выдохнул он, перестав тереть переносицу.

Хаски вздернул нос, глядя на демона. «Хорошо, что ты все осознаешь, случись такое с твоим братом, он бы ничего не понял и через тысячу лет».

– Местные демоны не могли приложить руку к исчезновению владыки Луны? – вернулся он к насущному, чтобы помочь нерадивому темному началу во всем разобраться.

– Нет, местные демоны его точно не трогали.

– И замок ты обыскал?

– Да.

– Вот же… – выдохнул Хаски, уперев руки в бока. Он недолго поразмыслил и сказал: – В таком случае мы оба знаем, кто остается…

Кай медленно опустил взгляд. В демонических глазах таилась затягивающая внутрь бездна, отчего Хаски передернуло.

– Ты прав, – тихо прорычал Кай, все осознав. – Мы оба знаем, кто остается… – повторил он и рассеял купол из тьмы, после чего резко развернулся.

– Только не убивай там всех! – предостерег его Хаски. – Тени важны для сохранения баланса!

Кай обернулся через плечо. Его лицо было как у тренировочной марионетки, жесткое и без капли эмоций. Очевидно, в такой час его не волновал баланс, который он должен был стеречь.

– Впрочем, мне лучше пойти с тобой. – Хаски нервно хохотнул и шагнул навстречу монстроподобному другу, который без поводка натворит дел.

– Не отставай, – с этими словами Кай растаял в черном тумане.

Царство Теней было опасным местом: сюда сложно попасть и почти невозможно выбраться. Иначе оно называлось Зазеркальем, потому что бо́льшая часть проходов из мира живых вела сюда через зеркала. Обитающие здесь тени были такими же сущностями, как боги, демоны или темные твари, но в отличие от них, пришедших из разлома, тени существовали в мире с самого начала. Вот только раньше они не являлись чем-то одушевленным – пока не воссоединились с тьмой. Когда тени ожили, то оказались заперты в Зазеркалье так же, как души заперты в мире мертвых, однако получили выход через магические порталы-зеркала, и реже – заговоренные двери, печати, предметы.

Попадая в мир живых, сущности эти прикреплялись к людям, становились их отражением в виде черного пятна на стенах или полу. После смерти своего человека тень могла заменить его, став полноценной копией, и продолжать жить либо вернуться назад в Царство. Тени считались опасными, но, поскольку проникновение в мир живых для них сопряжено с большими трудностями, проблем создавали мало, потому заклинатели о них почти не вспоминали.

Знания о мироустройстве в Царстве Теней у заклинателей были довольно поверхностными, потому что мало кто захаживал сюда в целях изучения, а все доступные сведения об этих тварях появились при столкновении с ними в мире живых, потому о том, что сейчас Царством правит королева Инь Цзинь, в замке которой он оказался, Люциан узнал из разговора, который они вели.

– Еще раз прошу меня простить за то, что так резко выдернула вас. Очень рада, что господин Мун понял мое желание и согласился остаться на торжество. – Королева Инь Цзинь вела Люциана по коридорам изящного замка.

– Я не мог проигнорировать ваши доверие и учтивость. – Голос Люциана звучал спокойно и дружелюбно.

– Вы наверняка никогда не посещали наше царство?

– Да, я здесь впервые.

– И что можете сказать? – Инь Цзинь подвела Люциана к окну третьего этажа, откуда открывался неописуемый вид на город. Он действительно был красив настолько, что Люциан не мог подобрать слов для достойного ответа. Парящие острова, горевшие буквально в сотне метров над землей звезды, странные существа, на которых восседали всадники, и бескрылые ящеры, покорявшие темные небеса, – таким был теневой город. И хотя его окутывала ночь, все вокруг светилось и сияло так, что позволяло видеть улицы.

– Лишь взглянув на ваш мир, могу ответить, что он по-своему прекрасен.

Королева теней улыбнулась.

– Если господин Мун захочет погостить у нас, мы будем рады принять вас. – Она развернулась и направилась дальше по коридору. – Идемте, праздник проходит в торжественной зале.

Залой оказалось просторное, ярко освещенное помещение, которое повсюду украшали хрустальные цветы, светившиеся, как луна в чистом небе. Там и тут сновали тени в удивительных, не похожих друг на друга одеждах.

Истинные обличия теней не сильно отличались от людских, исключением была лишь их схожесть друг с другом: все они имели фарфоровую кожу, черные волосы и такого же цвета глаза – но не как у Кая, а с белыми склерами. Каждая тень была худой и высокой, изящной и хрупкой и напоминала кукол, созданных одним мастером.

Что касалось королевы теней, то она единственная выделялась среди похожих существ.

Инь Цзинь была облачена в инкрустированное драгоценными камнями кроваво-красное платье, широкие рукава которого скрывали тонкие пальцы с острыми черными ногтями. Ее собранные в нежную прическу волосы украшала золотая корона с агатом. Черные глаза в обрамлении длинных ресниц блестели и искрились силой жизни, а мягкие губы покрывал слой рубиновой помады, ярко контрастирующей с белой кожей. Она выглядела чуть младше Люциана и была на полголовы ниже, но стояла будто бы наравне, ни капли ему не уступая.

В торжественной зале играла музыка, тени танцевали, выпивали и общались. У стены напротив центрального входа находился стол для знатных особ, который едва ли не трещал от напитков и всевозможных яств.

Королева Инь подвела к нему Люциана и предложила присесть на резной стул подле нее. Они устроились в самом центре, на небольшой возвышенности, с которой наблюдали за плясками.

Люциан окинул взглядом накрытый стол и стоящую перед ним тарелку с неизвестными, но наверняка дорогими кушаньями.

– Надеюсь, королева простит меня за то, что я не приготовил подарок ко дню вашего рождения, – сказал он.

Инь Цзинь мягко рассмеялась, прикрыв рот маленькой ладонью.

– Не стоит извиняться. – Она отмахнулась. – Мы оба понимаем, что в сложившейся ситуации вы никак не могли подготовить подарок, но у вас будет возможность занести его в следующий раз. – Инь Цзинь подмигнула Люциану, а затем сделала глоток чего-то янтарного и продолжила: – Сейчас отрекитесь от мыслей и наслаждайтесь торжеством. Если чего-то захотите, сообщите мне, и я с радостью организую. Особенно буду рада составить пару в танце. Кстати, – она запнулась, – вас устраивает наша музыка? Или в мире живых принято играть другое?

Люциан едва заметно нахмурился.

Музыка и правда звучала как-то странно. Она казалась увлекательной и даже неплохой, но отчего-то сбивала сердечный ритм и сильно давила на разум. С тех пор как Люциан зашел в торжественную залу, он уже измучился тратить духовные и физические силы на защиту от нее. Уровень контроля над телом и духом, который он сейчас демонстрировал, поражал. Владыка Луны заставлял сердце биться ровно, а слух игнорировать звуки, но при этом слышать слова.

– Музыка теней неплоха, – отозвался он. – Если я что-нибудь надумаю, обязательно обращусь к вам, спасибо за предложение.

Королева Инь растянула губы в улыбке. С того момента, как они расположились за столом, она не отрывала от Люциана взгляда – рассматривала каждую черточку лица, словно он был самой интересной вещицей на свете.

Инь Цзинь заметила, что за прошедшие двадцать минут Люциан даже не взглянул на еду, и спросила:

– Почему вы ничего не пробуете?

Он ответил без обиняков:

– Я человек, который попал в мир теней. Пусть ваша еда выглядит и пахнет очень маняще, я сомневаюсь, что для меня она безопасна. – Он посмотрел в лицо королевы теней. – Не думаю, что заклинатели частые гости на ваших торжествах, осмелюсь предположить, вы и сами не сможете ответить, что для меня съедобно, а что – нет. – Его голос звучал мягко, без капли укора или обиды.

– Ох, вы правы. Я совсем не подумала, что наша пища может быть вредна для существ из мира живых. Прошу прощения, у меня не было злого умысла. Вы правы, раньше к нам смертные не захаживали, поэтому мне хочется показать вам и дать попробовать как можно больше.

– Не беспокойтесь, даже если я увижу и попробую не все, что-то все равно увижу и попробую.

Королева чуть приободрилась:

– В таком случае, раз вы не едите и не пьете, может, нам пойти и отдаться музыке? Мне кажется, это несколько неучтиво – заставлять вас сидеть и смотреть на других.

– Все в порядке. Мне интересно наблюдать за тенями, даже то, как вы двигаетесь, ново и непривычно для меня. Я бы хотел говорить с вами и созерцать вместо танцев, вы ведь не возражаете?

– М-м… конечно, нет. Мне тоже нравится говорить с вами и созерцать. – Инь Цзинь лукаво сверкнула черными глазами.

В одном из коридоров замка Сладострастия висело зеркало, некогда подаренное Богом Войны. Через него можно было спокойно попасть в Царство Теней, чем и воспользовались Хаски и Кай.

– Как думаешь, зачем Цзинь похитила Люциана? – спросил Хаски, когда они вошли в просторный, увешанный зеркалами коридор чужого замка.

– Даже не представляю. Откуда мне знать, что в голове этой идиотки? Но если Люциан в самом деле здесь, – прорычал Кай, – то Царству Теней придется искать новую королеву.

Хаски рассмеялся, приняв его слова за шутку. Он похлопал демона по плечу и сказал:

– Полно тебе злиться, ее нельзя убивать.

Кай ничего не ответил, но у него на лице было написано: «Это мне решать». Мало того что он гневался на самого себя, так еще и окружающие раздражали. Сейчас лучше никому не попадаться ему под горячую руку!

Кай уже не первый год был знаком с королевой Царства Теней, поэтому хорошо знал ее замок и свободно в нем ориентировался, хотя заплутать тут было проще, чем в лабиринте. Покинув коридор, он провел Хаски через несколько элегантно обставленных комнат и картинных галерей, один небольшой изящный сад и вывел к массивным дверям, ведущим в торжественную залу.

Перед входом стояло два теневых стража в черных матовых доспехах без шлемов. Почувствовав чужаков, они сначала насторожились, но при виде владыки тьмы отступили и освободили проход. Один из теней даже услужливо приоткрыл для них дверь. Через образовавшуюся щель тут же полилась развеселая музыка и гул голосов.

Остановив Кая, Хаски спросил:

– Как ты узнал, что сегодня будет торжество и мы найдем королеву здесь?

– У нее день рождения, – сухо бросил принц и шагнул за дверь.

Когда они вошли в залу, танцующие тени замедлились и осторожно уступили им дорогу. Некоторые кланялись, приветствуя владыку тьмы, а другие пятились назад, боясь даже взглянуть на него. Музыка стала звучать тихо и сбивчиво, показывая, что участники квартета тоже поразились нежданному гостю.

Присутствие Кая ощущалось везде, где бы он ни появился. Даже в зале, полном теней и гула, его выдавала аура правителя: ее нельзя было включить или отключить, она всегда оставалась активной. Высокомерие и превосходство над остальными чувствовалось в каждом движении. Его походка, легкая и непринужденная, соответствовала хозяину, который вошел в собственный дом, а не гостю. Естественно, никто не решался преградить ему путь.

Добравшись до стола, за которым разместились знатные особы, Кай сразу увидел королеву теней и, к его удивлению, Люциана. И ладно бы он был связан или находился под магическим влиянием, но нет! Владыка Луны непринужденно беседовал с Инь Цзинь, как будто они были знакомы уже не первый день.

Когда темный принц оказался в поле его зрения, Люциан сразу прервался.

– Объяснитесь, – без приветствия произнес Кай, глядя сверху вниз на Люциана и Инь Цзинь.

Поразительно! Он-то думал, что лунного пирожка похитили, заперли в клетке теней, смертельной для светлых магов, и глумятся над ним. Он уже настроился совершить сотню убийств в плату за похищение, но вот он Люциан – сидит живой и невредимый, явно не обремененный тем, что попал в теневое царство. И как прикажете реагировать? Каю бы радоваться, что с его подопечным ничего не случилось, но это почему-то настораживало куда больше.

Услышав требование, Люциан поднялся и поприветствовал темного принца вежливым поклоном, а затем сказал:

– Я хочу извиниться за столь внезапный уход из замка. Королева Инь пригласила меня на торжество, и я не смел ей отказать.

Кай скептически вздернул бровь.

– Пригласила? С чего это вдруг?

– Он мне понравился, – поспешила ответить Инь Цзинь. – К тому же у владыки тьмы впервые появился личный гость, и всем в трех мирах интересно, кого он из себя представляет. Совершенно естественно, что я решила с ним познакомиться.