Текст книги ""Фантастика 2026-91". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Лев Храбров

Соавторы: Люцида Аквила,Екатерина Неженцева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 51 (всего у книги 208 страниц)

Глава 70. Давай выпьем как друзья?

По возвращении к себе Люциан опустился на кровать, даже не переодевшись. Поступок Кая поразил его, но обдумать хотелось совсем другое – его назвали светлым началом.

За все это время Люциан не задумывался о том, что может им быть. Он отчетливо чувствовал, что их с темным принцем ничего не связывает, кроме этих снов, но сомневался, так ли это.

«Я не могу быть началом… – Люциан нахмурился. – Не желаю им быть! Но что, если Кай прав? Хоть доказательств нет, разве в его чутье стоит сомневаться? Он – темное начало, великая сущность, неужели такое создание способно ошибаться?»

Люциан видел силу начал, ее разрушительность и могущество, поэтому не мог считать слова демона бредом. Но в то же время он знал темного принца и его характер и не хотел быть связан с ним пожизненно. Он не желал отрекаться от клана, мира живых и бросать Амели. У него были люди, которыми он дорожил, а роль великой сущности, связь с богами и демонами – не то, к чему он стремился, даже если это было предначертано судьбой.

Люциан всегда предчувствовал, что сны приведут его туда, где он не захочет быть. Он ощущал это на уровне подсознания, и именно поэтому не желал распространяться о снах, думать о них слишком часто или обсуждать с Морионом – копией Кая. Люциан интуитивно знал, что не стоит погружаться в эту историю еще больше, и, осознавая это сейчас, ощутил дрожь. Каждой клеточкой тела он хотел остаться в своем мире и мог думать лишь об одном:

«Когда уеду из Асдэма, то постараюсь больше сюда не возвращаться… Никогда. Ни за что. И демона не встречать».

– Значит, завтра ты заберешь того смертного и покинешь мой город? – спросил Кай, попивая утренний чай. Как и обговаривалось ранее, они встретились за завтраком в гостевой комнате.

– Да.

– После нашего последнего разговора не могу избавиться от ощущения, что Модао пытается сбежать от меня, – с усмешкой произнес темный принц, снова как в воду глядел.

– Я не пытаюсь бежать. – Люциан сохранил невозмутимость. – Время моего отъезда пришло, наш уговор закончится завтра, после чего я должен вернуться к обязанностям владыки. В клане переживают и ждут меня, а также крайне заинтересованы итогами моей поездки. – Он положил в рот немного рисовой каши.

– О-о. – Кай исподлобья взглянул на него. – И что ты намерен им рассказать?

– Заверю, что под твоим руководством город не представляет опасности.

Кай усмехнулся:

– Владыка Луны доверяет мне?

Люциан скривил губы и уже хотел фыркнуть «Нет», но не смог. Что-то заставило его проглотить слово и сказать другое:

– Я просто полагаюсь на свое чутье и веру во владыку тьмы.

– Что, если я обвел тебя вокруг пальца?

– Я готов взять ответственность за свое ошибочное суждение.

Кай цокнул языком.

– Владыка Луны так праведен, что даже живот крутит от его благородства. Я рассчитывал услышать что-то вроде «Это останется на вашей совести», а ты, как всегда, винишь во всем себя.

– Потому что заступаться за вас буду я, а не вы, значит, вес будут иметь мои слова, а не ваши, – бесцветно ответил Люциан и запил сладкую кашу крепким чаем.

С губ Кая сорвался смешок.

– Знаешь, в тебе удивительным образом сочетаются изящество и сила. Внешне так и не скажешь, что ты вытесан из камня, а не набит пухом. Владыка Луны вырос достойным правителем, я горжусь тобой. – Он улыбнулся и поставил локоть на стол, подперев щеку ладонью.

Люциан странно посмотрел на Кая, не понимая, почему этот демон говорит так, словно присутствовал во время его взросления и знал, каким мягким и податливым был владыка Луны в детстве.

– Мы должны выпить сегодня, – объявил Кай. – Неизвестно, как скоро мы свидимся после твоего отъезда.

Нахмурившись, Люциан опустил взгляд в полупустую тарелку. Ему не хотелось пить в Асдэме – да еще и наедине с темным принцем. Он был бы рад вообще не видеть его в оставшиеся дни, однако чувствовал, что если откажется, то только навредит себе. Кай явно что-то подозревал; недаром на рассвете спросил у Люциана, будет ли тот избегать его, а сейчас сказал: «…не могу избавиться от ощущения, что Модао пытается сбежать от меня». Очевидно, этот демон видел его насквозь, и если Люциан начнет вдруг воротить нос, то легко выдаст себя. Что случится, когда Кай убедится в желании гостя сбежать и больше не встречаться? Неужели позволит ему уйти, осознавая, что отпускает навсегда?

Нет.

«Демоны не расстаются с игрушками. Нельзя дать ему понять, что эти встречи – последние».

– Хорошо. Давай выпьем, если пообещаешь не делать того, что может мне не понравиться.

Кай рассмеялся.

– Обещаю. Я не сделаю ничего, что может тебе не понравиться. – Его слова звучали не слишком обнадеживающе.

Сразу после завтрака никто пить, конечно, не пошел.

Каю нужно было разобраться с делами, и он оставил Люциана в библиотеке, где тот с удовольствием погрузился в чтение хроник клана Ночи, которые нигде, кроме Асдэма, не сохранились.

Огромный зал с высокими потолками и без окон освещался парящими магическими сферами. Вдоль стен тянулись книжные полки, а в центре располагались столы и стулья для учеников, глядя на которые Люциан почувствовал себя неуютно. Поэтому он поднялся на второй этаж, выбрал книги наугад и опустился в одно из кресел.

Внезапно перед глазами всплыли размытые образы: комната в деревенском доме, лунные пирожки, холодные прикосновения, близость. Люциан тряхнул головой, решив, что его разум помутился после недавнего сна. Он не стал задумываться об этом и отложил книги, которые как будто уже читал, а потом взял другие – не менее полезные.

Кай забрал его ближе к вечеру и отвел в один из питейных домов на центральной улице. Место было прелестным, просторным, а самое главное – никто не играл в башенку, отчего Люциан с облегчением выдохнул. Он всю дорогу сомневался в правильности принятого решения, а когда они устроились за столом и Кай заказал гору напитков и закусок, стал колебаться еще больше.

– Я ограничусь сидром. – Люциан с вежливой улыбкой отказал подавальщику в предложении наполнить чашу крепленой малиновой настойкой.

– Мода-ао, что, если мы пьем в последний раз? – Кай выхватил кувшин из чужих рук и потянулся через стол, чтобы налить алкоголь в чужую пиалу.

Люциан накрыл чашу ладонью.

– Даже если мы пьем в последний раз, я бы не хотел доводить дело до крайности.

– О какой крайности речь? Ты заклинатель второй ступени, крепкий алкоголь только немного расслабит тебя.

– Я могу расслабиться, выпивая и слабый алкоголь.

Кай криво усмехнулся:

– Тебе не кажется нечестным, что я буду напиваться, а ты лишь смаковать забродивший сок?

– Я не обижусь, если владыка тьмы напьется, но раз вам хочется держаться на равных, то можете пить сок вместе со мной.

Кай расхохотался и упал на свой стул, отставив кувшин с настойкой в сторону.

– Ты неумолим, Люциан. В таком случае я воспользуюсь желанием, которое ты обещал мне в обмен на помощь в освобождении смертного. Выпить со мной ведь не относится к тому, что тебе не нравится, м? И крепкий алкоголь тоже.

Люциан нахмурился, вспоминая условия того желания. Все было именно так, как говорил градоправитель, и если Люций начнет отнекиваться, то солжет, а делать это снова ему не хотелось.

– Обещай, что если мы напьемся, то ничего плохого не случится и никто не пострадает.

– Модао так серьезен. За кого ты меня принимаешь? Конечно, ничего плохого не случится и никто не пострадает, я берегу свой город и народ.

– Угу, – буркнул Люциан. – Я совсем не сомневаюсь в твоей бережливости, особенно после дела о бутылке бесконечного вина, когда ты своей силой замучил несколько десятков демонов.

Кай хохотнул и разлил настойку по чашам.

– Но я ведь тогда никого не убил!

От этого аргумента Люциан закатил глаза.

Они пили, сидя напротив друг друга. Кай наполнял чаши быстрее, чем Люциан успевал перевести дух, и было непонятно, то ли он специально не давал организму заклинателя приспособиться к алкоголю, то ли сам предпочитал такой темп.

– Между нами правда ничего не изменилось после того, как ты все узнал? – спросил Кай, опрокинув в себя десятую пиалу.

– А между нами что-то было?

– А разве не было? – Кай подпер щеку ладонью.

Люциан посмотрел на него затуманенным взглядом. Он вдруг припомнил один их совместный поступок, помогший спасти всех от демона снов, и нахмурился, став предельно серьезным.

– Я бы предпочел забыть об этом, – почти трезво произнес он.

– Боюсь, мне будет сложно выкинуть из головы столь занимательные воспоминания. – Кай подлил напиток и протянул шпажку с сыром.

Люциан принял еду, после чего они чокнулись и залпом выпили.

– Не вижу ничего занимательного в тех воспоминаниях, – закусив, ответил он.

– Владыка Луны меня обижает. Я думал, тебе интересно проводить со мной время, а сейчас слышу, что ты даже не счел его занятным?

Осознав, что они говорят о разных вещах, Люциан почувствовал себя дураком и поспешил осушить еще одну пиалу, чтобы отвлечься.

– Оставим это, – сказал он. – Я не стану забывать то, что нас связывало.

Кай усмехнулся и поднял кувшин, вновь наполняя чужую чашу.

После пятнадцати (а может быть, и тридцати) пиал Люциан начал учить его оригами. Когда они пытались свернуть журавля из тканевой салфетки, Кай спросил:

– Как тебе это удается? У меня не получается.

– Ты просто недостаточно аккуратен. Не торопись, – наставлял Люциан, тыча в неровный угол. – Нужно разгладить все углы, чтобы они обрели острую форму. Дай покажу. – Он отобрал журавля.

Кай криво улыбнулся и придвинулся к Люциану, который за время попойки с места напротив переселился на стул по соседству. Уткнувшись подбородком в его плечо, демон внимательно следил за чужими действиями, за тем, как тонкие аккуратные пальцы ловко управляются с салфеткой.

У Люция кружилась голова, перед глазами все расплывалось, но руки работали по привычке. При помощи оригами доставлялись письма в клан Неба, и поскольку Люциан, будучи владыкой своего клана, часто переписывался с кланом Неба, то журавлей мог складывать даже во сне.

– Вот. – Он едва не ткнул готовой птичкой в лицо Кая. – Так ты должен был сложить его, а не слепить ту кривую собаку.

– Это была вовсе не собака, – проворчал Кай ему на ухо. – Я постоянно отвлекался на тебя и неосознанно начал складывать портрет.

Люциан в удивлении открыл рот, но почти сразу закрыл его и нахмурился. Он оскорбленно фыркнул и попытался отодвинуться от Кая, но тот схватил его за рукав и потянул обратно.

– Какой ты капризный, когда выпьешь. Я же не виноват в том, что не художник?

– Раз ты не художник, то зачем пытаешься им притворяться? – Люциан повернулся к Каю, и кончики их носов почти соприкоснулись.

– Потому что могу? – невинно произнес демон.

Люциан закатил глаза и раздраженно выдохнул.

– Почему бы не иметь большую кухню, если можно иметь большую кухню? – передразнил он. Хотя его тон звучал ворчливо, но сказать, что эта черта Кая ему не нравилась, Люциан не мог. Было что-то привлекательное в том, что демон никогда не останавливался на меньшем, если мог достигнуть большего. Люциан не раз ловил себя на мысли, что хочет перенять эту особенность.

Не желая ругаться, они отложили несчастное оригами и продолжили пить, пока у Люция перед глазами окончательно не помутилось. Прозрел он, только когда услышал вопрос от прекрасной демоницы в малиновом платье:

– Красавец, потанцуем? – Она схватила за руку и утянула в толпу.

Люциан не помнил, когда они покинули питейный дом и как оказались на небольшой площади, где все танцевали. Поскольку он не чувствовал угрозы жизни, то решил не волноваться. По воздуху лилась бодрая мелодия флейты и цитры, в небе парили яркие огни, и со всех сторон раздавались подбадривающие аплодисменты и смех. Демоны и смертные плясали вместе, не останавливаясь, и этот поток увлек Люциана. Стоило ему отдаться танцу, и он позабыл обо всем, даже о градоправителе, с которым пришел сюда пошатываясь.

Демоница, которую Люциан держал за руки и вместе с которой скакал словно веселый кузнечик, была красива. Ее сапфировые глаза с вертикальными зрачками сияли ярче звезд, а алые губы украшала умопомрачительная улыбка, открывавшая ряд белоснежных зубов с острыми клыками. Она двигалась так живо, что Люциан временами не поспевал за ней, но это не мешало ему успешно сопровождать ее в танце и наслаждаться.

Кай стоял в стороне подобно молчаливой статуе. Он наблюдал за Люцианом, поглаживая алую ленту на запястье и не пытаясь нарушить чужое веселье. Десяток демонов облепили его, с наслаждением вдыхая тьму, окружавшую крепкое тело правителя.

– Как себя чувствуешь? – Лилу возникла будто из воздуха, но владыка тьмы не удивился, ведь он знал о ее приближении.

– О чем это ты? – Он даже не покосился на подругу; неотрывно следил за тем, чтобы не украли сбежавшего с поводка владыку Луны.

– Вы же пили. Не подташнивает? – ехидно усмехнулась хозяйка дома разврата.

– Ничуть.

Они оба смотрели на Люциана, подпевавшего местной мелодии, в которой явно не было слов.

– Срок вашего уговора почти истек, – лениво констатировала Лилу. – Этот человек покинет тебя?

– Да.

– И ты позволишь ему уйти? – Она обернулась на градоправителя.

– Он уходит не в первый раз.

– И тебя это устраивает?

Демон покачал головой.

– Тогда почему не задержишь? Тебе под силу оставить подле себя любого смертного навечно.

Градоправитель невесело усмехнулся, глядя на то, как Люциан смеется в компании игривой демоницы и наклоняется ближе, чтобы лучше расслышать ее.

– Мне нравится смотреть, как пышущий силой жеребец резвится в поле, а не чахнет в стойле, – раздался смиренный ответ. – Я готов оставить попытки приручить его и позволить жить так, как он хочет, если это подарит ему счастье. Его желания для меня важнее собственных.

– Вот как? – усмехнулась Лилу. – И ты даже позволишь ему поцеловать ее?

Тут они оба увидели, как владыка Луны потянулся к чужим губам.

– Бларг… – Кай рванул в толпу, оставив подругу в одиночестве. Он возник за спиной Люциана и за шкирку оттащил его от демоницы. – Владыка Луны, как я буду оправдываться перед вашей невестой? – В его голосе слышалась насмешка, за которой таилось негодование.

– А что я? – пьяно пробормотал Люциан, спиной вперед шагая за демоном. – Она предложила мне клубничную конфету, и я согласился, вот только конфету она держала во рту. Я предложил ей сплюнуть, но она выбрала более аккуратный способ.

Они подошли к краю площади, где не было танцующих. Кай отпустил чужой воротник, и алая лента тут же связала их запястья. Люциан пошатнулся, пытаясь обрести равновесие, а потом одернул слегка задравшиеся одежды и посмотрел на демона.

– Владыка Луны так любит клубнику, что готов ради нее лезть в чужой рот? – ехидно поинтересовался Кай.

Вздернув нос, Люциан ответил:

– Меня заинтересовала конфета, я вовсе не собирался лезть в чужой рот, это девушка полезла в мой.

Кай посмотрел на него, склонив голову набок, после чего ответно фыркнул и развернулся, утаскивая за собой при помощи ленты.

– Пойдем, куплю тебе конфет, раз таково твое желание.

Сначала Люциану не понравилось, что его дернули за руку, но после слов о сладостях он широко улыбнулся и как ни в чем не бывало последовал за демоном.

Но добрались до сладостей они не сразу. Сперва посетили ликерную лавку, где влили в себя еще по пять чаш, и только потом направились дальше. Несмотря на хмельной рассудок, Кай прекрасно ориентировался в пространстве, будто был трезв и держал в руках карту.

Вскоре они вышли на нужную улицу, где располагался желтый прилавок со сладостями.

Кай поприветствовал хозяина и начал выбирать конфеты, а Люциан ждал, изящно уперевшись ладонью в столешницу, чтобы удержать шаткое равновесие. Со скуки он переглядывался с проходящими мимо демонами и людьми. Они не могли не обратить внимания на двух высоких красавцев, один из которых был облачен в серебряное и источал светлую ауру заклинателя, а второй – во все черное, пропитанное мощной энергией великой сущности.

– С малиной. – Кай протянул карамельного карпа на палочке, вынуждая Люциана перевести на него помутневший взгляд золотых глаз.

– Не хочу с малиной, дай медовый, – капризно сказал Люций.

– Но медовый мой. Я его первым попросил.

– И что? – Люциана совсем не волновали чужие слова. – Я увидел этот леденец раньше.

– Но взял-то его я.

– А увидел я.

– Но ты мне даже не сказал об этом.

– Мог бы и догадаться, – фыркнул Люциан. – Где ваше чутье, господин великая сущность?

Кай поджал губы, и они схлестнулись взглядами – беспросветная тьма против сияющего золотом янтаря. Если бы одно смешалось с другим, получилась бы ночь с осколками солнца.

На секунду Люциан растерялся и уже подумывал отступить, видимо, здравый смысл что-то блеял на дне заполненного алкоголем колодца – однако добавил, не изменяя бараньей упертости:

– Имей совесть! Я вообще-то завтра уеду, а ты останешься здесь. Купишь себе еще сотню таких карпов, а этот отдай мне! – Люциан выхватил сладость из чужих рук.

Кай уставился на него, явно желая вставить ехидное слово, но при виде того, как Люциан облизывает леденец, а потом сует его в рот, лишь неловко закашлялся.

Медовый карп оказался невероятно вкусным. Сладость конфеты медленно отрезвляла рассудок и заставляла головокружение отступать. Люциан с наслаждением вкушал леденец, прижимая то к одной щеке, то к другой, пока коварный демон его не отобрал.

– Эй! – Люциан в шоке приоткрыл рот, но его тут же заткнули малиновым карпом, а медовый тем временем оказался у хладного демона. Будь Люциан трезвым, он, наверное, так бы не поступил, не возмутился бы с чужой наглости и не потянулся к палочке карпа золотого цвета со словами: – Отдай, я не доел!

Кай увернулся от его руки.

– Уговор не гласил, что я отдам тебе конфету навечно. Модао, ты серьезно хочешь забрать леденец, который я облизал?

– Я тоже его облизал, но ты ведь забрал!

Кай фыркнул, едва не подавившись слюной, и рванул прочь, чтобы защитить свое добро.

– Эй! – Люциан устремился следом.

Правители заклинателей и демонов мчались по оживленной улице, практически сшибая прохожих. Кай был сгустком чистой темной энергии, поэтому запыхаться физически не мог, и соревноваться с ним казалось абсурдным, но Люциан, к счастью, обладал достаточной силой (и абсурдностью), чтобы достойно противостоять темному началу сего мира. От бега алкоголь сильнее ударил в голову, активно растекаясь по венам, но Люциан был так возмущен, что даже в опьяненном состоянии смог догнать владыку тьмы.

Когда он буквально напрыгнул на чужую спину, они чуть не повалились наземь и не покатились кубарем. Кай чудом выстоял – то ли потому, что был крупнее, то ли потому, что был готов к этому. Он принял проигрыш, и они совершили очередной обмен подтаявшими леденцами. Люциан поворчал что-то про чужую бессовестность, демон рассмеялся, а потом они направились дальше. Прямо к винной лавке – потому что вдруг захотелось выпить, – которая располагалась внутри дома, где их встретил торговец, стоявший за длинным прилавком.

– Поверить не могу, что ты не пробовал миндальное вино. – Кай протянул наполненный стакан.

– Теперь пробовал. – Люциан сделал глоток ароматного напитка. Вкус сладкого миндаля ущипнул кончик языка и покатился дальше, согревая горло.

– Вкусно?

– Очень, – промурлыкал Люций. – Можно еще? – Он поставил пустой стакан на прилавок.

– Может быть, вам лучше купить целый кувшин и пить из него? – вежливо поинтересовался торговец, тонко намекая на то, что он лишь продавец, а не подавальщик.

– Хорошо, – решительно ответил Люциан и посмотрел на Кая. – Владыка тьмы, оплати.

Демон вздернул бровь.

– Разве владыка Луны не сильный и независимый правитель, который платит за себя сам? Помнится, ты ужасно возмущался, когда я приложил руку к покупке твоей одежды.

Люциан пропустил мимо ушей все, кроме своего титула:

– Вот именно, я – владыка Луны, так что плати.

Кай прыснул, глядя на златовласого пьяницу, который во хмелю или дурмане становился на себя не похож и вытворял невесть что.

– Если попросишь еще и развлечь тебя, я окончательно впаду в ностальгию, – произнес он с теплотой в голосе и положил на прилавок несколько пластинок серебра.

– А в итоге это оказался не первый том наследия народов, а дом предметного демона! – возмущенно рассказывал Люциан, шагая вдоль полупустой улицы с почти допитым кувшином в руке.

– Значит, тебе подарили не книгу, а ловушку? Ты выяснил, чья это работа?

– Нет. То была моя коронация, подарков было много, и не все подписаны.

– А предметный демон… ты с ним общался?

– Немного, но он говорил на дамонианском, так что я ничего не понял. – Люциан сделал глоток и предложил кувшин Каю, чтобы тот тоже выпил.

– Значит, высвободив ауру, ты изгнал предметного демона из тела, а что дальше? Он вернулся в предмет?

– Нет. Ушел, но мы поймали его спустя месяц – выследили по энергетическому следу.

Кай немного помолчал и сказал:

– Нужно научить тебя дамонианскому, чтобы в следующий раз ты смог выведать имя демона, а я его убил.

– Я и сам могу убивать демонов, – оскорбился Люциан и забрал из чужих рук кувшин. – Не нужно пытаться защитить меня.

– Если бы я не защищал тебя, ты бы давно умер, – подметил Кай.

Люциан поджал губы и посмотрел на него так, словно хотел сжечь. Больше всего досаждало то, что отчасти демон был прав.

Пускай на Асдэм уже опустилась глубокая ночь, но владыка Луны и владыка тьмы по-прежнему гуляли, останавливаясь то у одного прилавка, то у другого. Заходить в питейные дома, чтобы выпить как цивилизованные горожане, они не стали, после того как Люциан пожаловался на духоту в закрытых помещениях. Горный баран хотел гулять на воле, и великий демон послушно даровал ему это.

Когда они шли по пустому переулку, Кай внезапно развернул его к себе и обнял.

– Что ты делаешь? – Люциан растерялся.

– Дарю тебе дружеские объятия, – пробормотал тот и бессильно ткнулся лбом в чужое плечо, словно вся живущая в нем энергия разом испарилась.

Они стояли в узком переулке, спрятанные от мира в полутьме и окруженные ароматами и звуками бурлящего жизнью города. Объятия были такими крепкими и такими холодными, что Люциан сначала едва не задохнулся, а потом – заледенел.

– Ты ведь говорил, что мы не друзья, – беспомощно выдавил он. – Тем более я сомневаюсь, что дружеские объятия подразумевают мою смерть.

– Потерпи. Это в последний раз…

– О чем ты? – Люциан чувствовал себя странно. – Ты ведь не собираешься и правда меня душить? – При мысли об этом он даже слегка протрезвел.

Кай тихо рассмеялся ему на ухо и прошептал:

– Конечно, нет. Я никогда не наврежу тебе. – Его слова звучали не громче шелеста мягкой травы, которую потревожил слабый ветерок.

Люциан невольно расслабился.

Они постояли так еще немного, а потом Кай разомкнул объятия и отступил.

– Светает. – Он взглянул в небо с таким спокойным выражением лица, словно ничего из этого не было. – Пора возвращаться в замок.

С этими словами Кай направился дальше по переулку.

Люциан нахмурился, глядя ему вслед. Он так устал за целый день, что сил на размышления не было. Решив просто принять случившееся, владыка Луны нетвердой походкой направился за демоном.