Текст книги ""Фантастика 2026-91". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Лев Храбров

Соавторы: Люцида Аквила,Екатерина Неженцева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 109 (всего у книги 208 страниц)

– Благодарю вас, – сказал Люциан, поклонившись Богу Литературы, а потом поспешил за младшими дядями Каина.

Ушли они так же быстро, как и явились. Выбравшись на улицу, озаренную теплыми солнечными лучами, Фельсифул вдруг остановился и объявил:

– Предлагаю разделиться. Я схожу к Богине Застолья, а вы отыщите Бога Торжеств, вчера мы с ним поругались, так что нам пока не стоит видеться.

– Поругались? – искренне удивился Люциан, потому что с Фельсифулом, казалось, невозможно поругаться. – Из-за чего? Может быть, я смогу помочь?

Он и правда обеспокоился этим вопросом; не хотел, чтобы под его крылом кто-то вздорил.

– Не берите в голову, – сказал Ривер, положив ладонь ему на плечо. – Они поругались из-за того, что вчера перепили, и наш достопочтенный Бог Войны разрисовал забор вокруг его дома.

Фельсифул тут же всплеснул руками.

– Да он сам просил показать, как я рисую! Кто виноват, что ему не понравились наши с тобой портреты?

– А он разве просил наши портреты? Мне кажется, он был бы рад полюбоваться своим лицом, а не чужими. – Ривер старался говорить невозмутимо, но в его голосе слышался намек на смех. – Впрочем, неважно, – продолжил он, посмотрев на Люциана. – Давайте сделаем, как он хочет, а потом встретимся возле замка Бога Очага.

Люциан кивнул, особо не раздумывая.

– Вы знаете, где находится замок Бога Торжеств? – тихо поинтересовался он, когда они вместе с Ривером направились вдоль по улице.

– Конечно. Я ведь вчера забирал из его замка нашего Бога Войны.

– Они хорошо общаются?

– Лу… кхм… Фельсифул со всеми хорошо общается, хотя иногда создается впечатление, что это не так. Думаю, они с Ду-Ином помирятся на грядущем мероприятии, сойдясь за распитием очередного хмельного напитка.

– Я заметил, что Бог Войны любит выпить.

Ривер не сдержал смешка.

– Да, но не до такой степени, чтобы заменить еду алкоголем.

Широкая улица, по которой они шли, была полупуста. Большая часть божеств в это время занимались делами, а те, что попадались им по пути, направлялись по этим самым делам. Мощеная светло-серая дорога длинной лентой тянулась вдаль и перед чьим-то замком уходила влево; вдоль нее выстроились невысокие дома со светлыми стенами и крышами.

Замок Ду-Ина, Бога Торжеств, напоминал карнавальный магазин – если честно, он им и являлся. Располагался в соседнем квартале, неподалеку от центральной площади, и представлял собой двухэтажное здание: на первом этаже продавалось все, начиная от салютов и заканчивая мебелью, а на втором располагались комнаты для ночевки. Такое место на территории Бессмертного города не казалось странным – здешние жители нуждались в досуге и торжествах, а не только работе. Божества открыли множество заведений для отдыха, сделав из Бессмертного города не просто резиденцию, а полноценное место для жизни в удовольствие.

Ду-Ина долго искать не пришлось. Люциан с Ривером еще издалека увидели возле забора из красного кирпича сидящего на корточках мужчину, облаченного в оранжевое. Он усердно пытался оттереть с камней черную краску; ему помогали покровители, чьи одежды были сшиты из разноцветных лоскутов.

Взглянув на рисунки, Люциан сразу понял, почему Бог Торжеств поругался с Фельсифулом. Это были не просто портреты, а настоящая драматичная история, в которой Ривера возносили как единственного бога на всем белом свете. Люциан покосился на Бога Воды и заметил, что тот поджал губы, а прохладный взгляд его голубых глаз стал ледяным. И хотя выражение лица Ривера казалось возмущенным, Люциан почему-то был уверен, что тот ужасно смутился из-за рисунков.

Окликать Ду-Ина не пришлось – первородная сила нача́ла чувствовалась за версту. Стоило Люциану приблизиться, как Бог Торжеств сам обернулся и недоуменно спросил:

– Ваша Светлость, Ривер, чем могу быть полезен? – Он бросил тряпку в ведро и встал, чтобы отдать поясной поклон.

Люциан и Ривер тоже поклонились.

– Сегодня наш с темным началом День перерождения, – произнес Люциан. – И я хочу отметить его, устроив вечером торжество на центральной площади. Чуть позже вы получите письмо с полной информацией, а пока я хочу попросить вас помочь в оформлении мероприятия.

– Ох, – протянул Ду-Ин и с растерянным видом почесал затылок, пропуская сквозь пальцы длинную русую прядь. Он мельком взглянул на Ривера и многозначительно обернулся на забор, изображения с которого придется оттирать еще несколько суток. – Боюсь, мы можем не успеть. Я не готов сейчас бросить дела и, думаю, даже на торжество не попаду. Прошлой ночью Бог Войны хорошо попортил мое имущество, и мне очень неприятно оставлять все вот так. – Последнее предложение он произнес с нажимом и вновь посмотрел на собеседников.

Люциан с трудом удержался от желания вскинуть брови. Конечно, он просил о помощи, но это не значит, что в его просьбе можно было отказать. В нем внезапно пробудилась злость, но она быстро улеглась, когда благодаря своей человечности или просто характеру он все понял и смог войти в чужое положение.

«Ду-Ин обижен, неправильно проигнорировать его проблему и заставить работать, а Фельсифула оставить безнаказанным. Мне нужно или принудить виновника оттирать забор, пока хозяин замка занят, или же…»

Люциан махнул рукой в сторону рисунков, и с кончиков его пальцев сорвался поток светлой духовной силы. Он проник прямо в черную краску, разрушая ее и обнажая гладкий красный камень, который, казалось бы, никогда не терли и не скребли.

Ду-Ин и его покровители потрясенно ахнули. Даже лицо Ривера слегка переменилось и вытянулось.

– Теперь достопочтенный Бог Торжеств сможет мне помочь? – Голос Люциана звучал слишком учтиво, а он сам выпрямил плечи и завел руки за спину, ненамеренно глядя на окружающих сверху вниз.

Ду-Ин сглотнул – то ли испугался, что его намек был верно понят, то ли просто растерялся, – а потом поклонился своему владыке так низко, как мог, не вставая на колени, и послушно произнес:

– К-конечно. Простите, что вынудил вас помогать мне.

– Ничего страшного, это ведь не ваша вина, а Бога Войны, – спокойно сказал Люциан, хотя в его голосе слышалось желание назначить Фельсифулу наказание за содеянное. Оно было притворным, но Ду-Ин этого не заметил.

– Спасибо за понимание, Ваша Светлость. – Ду-Ин растянул тонкие губы в скромной улыбке. – Позвольте спросить, вы хотите видеть на торжестве какие-то конкретные украшения? Или доверитесь моей фантазии?

– Я доверяю вашей фантазии, но мне бы хотелось фейерверков и бумажных фонарей в небе.

Ду-Ин задумчиво приложил указательный палец к подбородку.

– О-о… можно зажечь и выпустить фонари всем вместе, думаю, будет очень красиво.

Люциан кивнул, представив, как плывут по темному ночному небу тысячи алых огней.

– Отлично, тогда решено, – сказал Ду-Ин, хлопнув в ладоши, и развернулся к своим покровителям. – Слышали просьбу Его Светлости? Собирайте вещи и возвращайтесь в замок, у нас много работы!

С этими словами Бог Торжеств шагнул к воротам.

Люциан с Ривером проводили взглядами небольшую толпу, а потом Бог Воды тихо спросил:

– Вы в самом деле накажете Фельсифула?

– Нет, – легко ответил Люциан. – Но нужно предупредить его, чтобы притворился, будто я вынес наказание. Иначе все рано или поздно начнут думать, что я даю поблажки своей родне.

Ривер усмехнулся и развернулся в сторону замка Бога Очага.

– Понятно, почему вы понравились моему племяннику. С виду вы бесхитростный, но не на деле, – беззлобно подметил он. – Хотя чего ожидать от владыки клана Луны, который занял трон в столь юном возрасте и даже помог клану развиться? Кстати, сложно было взойти на престол в восемнадцать лет?

Ривер посмотрел на Люциана, шедшего слева от него.

Люциан задумался, погрузившись в воспоминания о том нелегком времени, когда советники были против его восхождения на трон. Ему пришлось очень быстро повзрослеть, чтобы заткнуть их дерзкие рты.

– Это было… – Сначала он думал смягчить ситуацию и сказать, что было не так сложно, как могло показаться, но в итоге передумал и наконец признался: – Это было довольно сложно.

Ривер промолчал, хотя в его взгляде читалось нетерпение, поэтому Люциан спокойно продолжил рассказ, не пытаясь жаловаться или выставить себя молодцом:

– Когда я вернулся в клан, то весть о смерти родителей уже разнеслась повсюду. В тот момент я был последним, кто узнал об этом. А поскольку меня не нашли в той павшей деревне, все решили, что я тоже погиб, и уже вовсю выбирали нового правителя. Кандидатами были дети советников, и каждый, по их же словам, лучше другого. – Люциан не сдержал смешок. – Они все очень удивились, когда я вошел в зал совета и прервал бурное обсуждение качеств истинного престолонаследника.

Ривер так заслушался его, что чуть не врезался в чужого покровителя, шедшего им навстречу.

– Прошу прощения, – неловко сказал он, коротко поклонившись миловидной девчушке.

– И вы меня простите, – отозвалась та и поспешила дальше.

– Кто-то за вас вступился, когда вы заявили свои права на престол? – спросил Ривер, возвращая внимание к Люциану.

– М-м… Эриас, наставник моего отца, парочка учителей и кандидатов на трон, которые хорошо меня знали и не хотели со мной воевать, – загибая пальцы, перечислил Люциан.

– Советники наверняка так легко не уступили? – Ривер скривил губы, словно советники клана Луны и ему успели насолить в жизни.

– Верно. Я целыми днями убеждал их в своей пригодности, хотя шли похороны родителей, но в итоге завоевал доверие меньше чем у половины. Пришлось призвать кнут и разнести с его помощью зал совета, задев особо непокорных адептов, чтобы те наконец преклонили колено.

Ривер вздернул брови.

– Вы избили своих советников?

– Совсем чуть-чуть. – Люциан неловко улыбнулся. – Когда они вспомнили, что я владею божественным оружием, то сразу изменили мнение обо мне и назначили коронацию на следующий день.

– А почему они забыли? Вы редко его использовали?

Люциан кивнул.

– Я годами не мог призвать кнут после того, как получил его. И мне кажется, многие начали считать, что он всем просто померещился. Даже когда боролся за трон, я до последнего переживал, что у меня не хватит сил на призыв, и потому долго тянул.

– Понимаю, – выдохнул Ривер. – Даже будучи бессмертным, я чувствую, как много сил требуется, чтобы управлять божественным оружием.

В глазах Люциана блеснул интерес.

– А что за божественное оружие у вас, если не секрет?

Уголки губ Ривера дрогнули, и он вытянул вперед руку ладонью вверх, призывая оружие.

– Зонт? – искренне удивился Люциан при виде голубого зонта, особо не примечательного на вид, но от него почему-то мурашки бежали по коже.

– С его помощью я могу испортить погоду. – Ривер ласково погладил «оружие» и отозвал его, вновь спрятав внутри запястья. – Настолько, что дождь смоет города, – добавил он, а потом растянул губы в пугающе мягкой улыбке.

Люциан представил, как шумные дождевые реки превращают рельефную местность в ровную, и тряхнул головой.

– Ну а ваш кнут? – продолжил Ривер.

– Должен открывать проходы в другие миры, – ответил Люциан так тихо, чтобы никто не услышал.

– Вы уже пробовали?

– Нет. Каин сказал, что такие бреши не затягиваются.

– Как та, что ведет в лимб? Я видел, вы ее запечатали.

Люциан кивнул.

– Интересное у вас оружие, – сказал Ривер, обдумав услышанное. – Прямо под стать великой светлой сущности. Забавно, что племяннику досталось нечто попроще, но это, наверно, и к лучшему, если бы кнут оказался в его руках, я бы даже забеспокоился.

Они с Ривером тем временем завернули за угол.

– Вы ему не доверяете?

Ривер усмехнулся, глядя перед собой.

– Доверяю, но это не мешает мне переживать. Все-таки он двадцать лет хранил сосуд жизненной силы владыки демонов и никому об этом не сказал. Киай очень своевольный и скрытный, это не дает нам расслабиться, – спокойно произнес он с теплотой в голосе, несмотря на то что говорил о нехороших качествах племянника.

Он остановился, выйдя из переулка на улицу, по другую сторону которой высился огромный ресторан, а по совместительству и замок Бога Очага.

Люциан не успел ничего ответить, как их внезапно окликнули. Обернувшись, он увидел Фельсифула, который шел вдоль улицы и с улыбкой махал им рукой. Солнечный свет озарял его фигуру, и коричнево-золотистая вышивка на белой ткани одежд роскошно блестела, как и рыжие волосы. Он весь будто светился, переполненный положительными эмоциями, из-за чего походил на Бога Радости.

– Судя по твоему настроению, беседа с Богиней Застолья прошла удачно и она уже готовится к торжеству? – спросил Ривер, когда Фельсифул остановился напротив них.

– А еще она угостила меня парочкой новых напитков, которые умыкнула у смертных. Вкус у них оказался достойным! Попробуете на торжестве. – Фельсифул подмигнул. – Как прошла беседа с Ду-Ином?

Ривер обернулся на Люциана.

– Он согласился помочь после того, как я стер все ваши рисунки, – бесцветно ответил Люциан, не зная, какую еще эмоцию показать. – Я также намекнул, что вынесу вам наказание за содеянное, поэтому притворитесь, что вы его получили. Скажите, что я приказал вам исполнить за неделю десять тысяч молитв.

У Фельсифула даже лицо вытянулось от удивления. Услышав о наказании, он явно помолился Богине Удачи, что Люциан ему почти как родной.

– Спасибо тебе, – выдохнул он и коротко поклонился.

– И впредь не пей так много в мое отсутствие, – строго произнес Ривер.

– Ха-ха, прости. – Фельсифул неловко почесал кончик носа. – Больше не буду, я просто подумал, что тебе надоело каждый раз сопровождать меня на попойки.

– Я рядом с тобой больше двух сотен лет и тебя переклинило только сейчас? Раньше ты об этом не задумывался.

– Это все Богиня Брака и Семейного благополучия виновата… – пробормотал Фельсифул и кашлянул в кулак. Он натянуто улыбнулся. – Так, ладно, обсудим дома. Сейчас нужно поговорить с Лу, время уже поджимает.

Он направился к распахнутым дверям ресторана, откуда лилась тонкая мелодия.

В заведении, которым владел Бог Очага, имелось много места для размещения всех гостей: столики стояли и на просторной веранде, и в большом зале. За стойкой напротив входа тучный высокий мужчина орудовал ножом, прилюдно шинкуя овощи и другие ингредиенты для блюд.

Лу, облаченный в белые поварские одежды, чем-то напоминал полную луну. Его округлое лицо с небольшими глазами и ласковой улыбкой казалось добрым и счастливым, а черные волосы были собраны в тугой пучок на макушке. Он восхищенно посмотрел на овощи в глубокой миске, а потом на специи, которыми приправил салат.

– Заказ на пятый стол! – крикнул Лу, и один из юношей в коричневом фартуке подбежал к стойке, чтобы забрать блюда.

Люциан внимательно осмотрел помещение, интерьер которого выглядел очень свежо и уютно. Столики располагались на достаточном расстоянии друг от друга, чтобы гости чувствовали себя комфортно и не замечали остальных. Сквозь открытые двери и окна проникал свежий ветерок, поэтому здесь не было душно и не стояли тяжелые запахи еды. А преобладание коричневых и бежевых цветов в интерьере успокаивало и помогало достичь душевного равновесия.

– Какие люди! – воскликнул Лу, заметив Фельсифула. – Пришли отобедать? О, вы и владыку света с собой привели? – Он широко улыбнулся и коротко поклонился Люциану.

– Не совсем, – ответил Фельсифул, остановившись возле стойки и поставив локти на столешницу. – Есть разговор.

– М? – Лу подался вперед, и в его глазах сверкнуло любопытство.

– Сегодня у наших правителей День перерождения, и в честь этого будет организовано торжество на центральной площади. Нужно накрыть столы.

– Тц, так и знал, что это буду я, – полушутя возмутился Лу. – Как раз перед вашим приходом мне принесли приглашение на это торжество. Чего же вы раньше не сказали, что планируете его провести? – Он посмотрел на Люциана, зажатого между младшими дядями Каина.

– Все получилось спонтанно, предупредить не было возможности, – бесстрастно ответил Люциан, словно чужое недовольство не волновало его владыческое величие.

Лу тяжело вздохнул и, опустив взгляд на покрытую лаком столешницу, задумался.

– Продуктов может не хватить…

– Объединись с Богиней Застолья и Богом Торжеств, они тоже участвуют в подготовке, – быстро посоветовал Фельсифул.

Лу задумчиво что-то промычал с таким видом, словно считал в уме.

– Это и впрямь поможет… – Он шлепнул ладонью по столешнице и вскинул на троицу сверкающий взгляд. – Решено! Мы все подготовим. Я так понимаю, на торжество приглашен весь город?

Люциан кивнул.

– Ясно. В таком случае, как будете уходить, закройте за собой дверь. Заведение закрыто, заказы больше не принимаются! – выкрикнул Лу, обращаясь к залу. – Прошу понять, я буду поваром на грядущем торжестве.

Те немногие посетители обернулись на хозяина ресторана, и их лица вытянулись от удивления. Очевидно, на языках у них крутились вопросы вроде «Какого бларга?», но ни один не слетел с чужих уст, стоило им всем увидеть великую светлую сущность. Люциан намеренно окинул зал леденящим душу взглядом, показывая, что это его приказ и спорить с ним никто не смеет.

– Спасибо, – прошептал он Лу, а Фельсифул показательно убрал локти со стойки и собрался уходить.

– Всегда к вашим услугам. – Бог Очага сладко улыбнулся и проводил их взглядом.

Когда они втроем вышли на улицу и остановились с краю, чтобы не мешать прохожим, Фельсифул поставил руки в бока и в предвкушении спросил:

– Теперь в мир мертвых?

Люциан скользнул взглядом по крышам домов, даже отсюда увидев свой замок на холме.

– Да, – ответил он. – Надо только найти безлюдное место, куда никто не сунется. Через брешь не должны пройти посторонние. Пойдемте в мой замок.

– Может, лучше в мой? Он ближе, и туда никто не придет, – сказал Фельсифул, кивая в другую сторону.

Люциан с легким недоверием посмотрел на него. Бог Войны был слишком дружелюбным для того, кто уверенно утверждал, что к нему внезапно не нагрянут гости.

– В его дом и впрямь нет ходу, даже барьер стоит, вы же знаете, – напомнил Ривер, заметив чужую реакцию.

– Ах. – Люциан и правда позабыл о барьере; он спокойно проходил через него, потому что тот был открыт для родственников. – Ну хорошо.

Они направились вниз по улице и вскоре добрались до замка Бога Войны. Поднявшись в покои Фельсифула, куда не войдет даже самый близкий из-за очередного барьера, они наконец решили открыть проход.

Люциан чувствовал, как внутри его нарастает волнение, потому что уверенности в своих собственных действиях не было. Его взгляд забегал по комнате, словно он хотел успокоиться. Деревянные стены украшали живописные рисунки природы, большое окно было закрыто ставнями, а широкое ложе имело очень короткие ножки. Комната Бога Войны выглядела богато, но без излишеств и достаточно комфортно, а воздух насыщали ароматы апельсина и корицы.

Вспомнив все, чему его учил Каин, Люциан выдохнул и вытянул руки перед собой. Он пропустил духовную силу через пальцы и сделал движение, будто раскрывает несуществующие шторы. В воздухе появилась трещина от потолка до пола, через которую он прошел первым, а следом в нерешительности пошли и младшие дяди.

Город, в котором они оказались, явно отличался от того, где жили владыки мира мертвых. Местная архитектура казалась гораздо проще, здания были не такими ухоженными, как в Безгрешном городе, да и души не выглядели счастливыми и постигшими умиротворение, а их одежды совсем не походили на те, что Люциан видел раньше. Некоторые прохожие странно поглядывали на троицу, пока та шла по улицам, а кто-то даже бросал презрительные взгляды.

– Кажется, мы в Божественном городе, – сказал Ривер после того, как они прилично прогулялись и увидели здание суда, перед которым стояла огромная очередь. – Его проходят те, кто непочтительно обращался к богам, крал подношения или драгоценности из их храмов.

– Поэтому на нас так косятся? – со смешком спросил Фельсифул. – Явно на следующий круг не пройдут. – Он посмотрел на двух мужчин в очереди, сверлящих его недобрыми взглядами, и ехидно им улыбнулся, а потом обратился к Люциану: – Как ты умудрился нас сюда закинуть?

– Я же говорил, что еще не наловчился, – вздохнув, ответил он и помассировал переносицу.

– Что ж, как и всем остальным, нам придется пройти через суд, чтобы подняться выше, в Непочтительный город, – бесцветно произнес Ривер, обернувшись на высокие каменные двери с резными портретами двух безликих божеств, чем-то напоминающих тьму и свет в мире живых.

– Непочтительный – это тот, где остаются души, проявившие неуважение к родным и близким? – уточнил Люциан, вспоминая все то, что когда-то читал.

Ривер кивнул и направился к дверям седьмого судилища – именно таким по счету был Божественный город, один из девяти городов мира мертвых. Здешний суд представлял собой высокое серо-белое здание, перед которым стояли стражи в серебристых доспехах. Двое из них прикладывали к чужим лбам бумажные талисманы и выдавали номерные таблички, определяющие место в очереди, а третий открывал двери, пропуская души по одной внутрь.

Стражи сразу узнали Люциана, поскольку он был в своем истинном обличье нача́ла и даже не скрывал печать на лбу.

– Ваша Светлость? Что вы здесь делаете? – спросила сущность.

– Я спутал города, когда пересекал границу между мирами. Мне и моим спутникам нужно попасть в Безгрешный город, это возможно?

– Желаете встретиться с владыками?

Люциан кивнул. Он не видел смысла в утаивании правды.

Сущность прищурился, глядя на Фельсифула и Ривера.

– Кем ваши спутники приходятся нашим владыкам?

– Членами семьи, это Бог Войны и Бог Воды, они носят статусы младших дядей.

Сущность протянул звук «а».

– Прошу прощения, не признал, – добавил он и поклонился в знак извинений. – К сожалению, из города в город нельзя попасть через черный ход без веления владык, поэтому даже богам придется пройти через суд. А учитывая, что вы – божественные создания, с переходами у вас наверняка не возникнет проблем. Я готов пропустить вас без очереди, да и номерной знак вам вряд ли присвоят, раз вы неместные. Если не хотите преодолевать круги перерождения на таких условиях, то вам придется дождаться, пока я отправлю донесение к владыкам и они не перенесут вас с помощью своей силы.

– Мы пойдем через суд, – сказал Люциан, уверенный, что ни у него самого, ни у сопровождающих его божеств не возникнет проблем с переходами.

– А это ничего, что вы однажды сражались с Хаананом и даже чуть его не убили? – шепнул ему на ухо Фельсифул, пока стражи открывали перед ними тяжелые двери.

– В тот момент я не проявлял к нему непочтения, все мои действия были направлены на самозащиту, да и Хаанан не считался богом, пока пребывал во власти темных сил, – невозмутимо ответил Люциан и переступил невысокий порог.

В зале суда оказалось практически пусто. Только одинокая девушка в белых одеждах, расшитых голубой и серебряной нитями, стояла в другом конце помещения, прямо возле сложного рунического рисунка на полу. Серые массивные колонны уходили ввысь, поддерживая расписанный потолок, рассматривая который можно было сосчитать количество городов в этом мире и понять, за что судили в каждом из них.

– Это что, белый нефрит? – удивленно спросил Фельсифул, разглядывая пол, пока они шли к загадочной девушке.

– Ну, если в мире мертвых существует белый нефрит, то… вполне возможно, – ответил Ривер.

Люциан тут же опустил взгляд и восхитился полом под ногами – настолько чистым и сверкающим, что в нем можно было разглядеть немного мутное отражение.

Девушка, молчаливо ожидавшая их в конце зала, была еще одной сущностью. Ее волосы насыщенного черного цвета, прямые и гладкие, укрывали плечи и грудь. Одежды и широкие рукава были столь длинными, что даже носки сапог и кончики пальцев скрывались. Она смотрела на гостей с легкой улыбкой, играющей в приподнятых уголках нежно-розовых губ.

– Великая светлая сущность и достопочтенные божества решили прогуляться? – невинно поинтересовалась она.

– Можно и так сказать, – буркнул Фельсифул и окинул взглядом печать на полу. – Нам надо встать в этот круг?

– Верно. – Девушка улыбнулась еще шире, обнажая кончики ровных зубов. – Можете встать вместе, безгрешные пойдут дальше, а грешные останутся здесь.

Люциан и младшие дяди Каина переглянулись друг с другом и одновременно перешагнули границу рунического рисунка.

– Ближе к центру, пожалуйста.

Сущность взмахнула широким рукавом, словно подгоняя их, и они неловко продвинулись дальше. Замерли и снова воззрились на нее.

Девушка оценивающе посмотрела им под ноги, кивнула и взмахнула вторым рукавом, отчего рисунки на полу засияли. Яркий белый свет тут же окутал Люциана и божеств, вынудив закрыть глаза, чтобы не ослепнуть. Когда он погас и они вновь увидели мир, то поняли, что оказались в Непочтительном городе. Причем их перенесло не в здание суда, а куда-то на незнакомые улицы.

– Что за странная система? Нам опять топать в суд? – проворчал Фельсифул, оглядываясь на одноэтажные домишки, которые выглядели не сильно лучше предыдущих. – Почему нельзя было перенести нас в восьмое судилище, так ведь удобнее?

– Каждая душа должна отстоять очередь, – бесцветно ответил Люциан и направился вверх по улице. Там, впереди, из-за домов выглядывало здание суда. – Именно поэтому нельзя никого телепортировать прямо в здание суда, но вот почему не перенести поближе, чтобы не мучить долгой дорогой, я и сам не знаю. Хотя, возможно, в слове «мучить» и скрывается смысл? – Он посмотрел на сопровождающих его божеств, но те ничего не ответили.

В восьмое судилище они попали так же, как в седьмое, только ступить в круг перерождения им помогла не девушка, а юноша не старше четырнадцати лет – еще одна сущность.

«Видимо, в такие места душ не допускают», – предположил Люциан, утопая в очередном потоке белого света.

Никто из их троицы не проявлял непочтение к родным и близким. Люциан хоть и не смог позаботиться о том, чтобы перед погребением тела его родителей сохранили целостность, но их кости он похоронил достойно, а при жизни относился со всем уважением. То же самое можно было сказать и про Ривера, чьи близкие мирно скончались в собственных покоях, так и не достигнув бессмертия. Ну а родня Фельсифула в большинстве умерла на охоте, а отца его казнил свой же народ за то, что тот совершил непростительный грех, но всех их все равно похоронили по правилам.

– Ну хотя бы сейчас все сработало как надо, – сказал Фельсифул, когда они оказались прямо у ворот замка владык.

Не успела троица приблизиться и позвенеть в специальный колокольчик, как тяжелые деревянные створки с металлическими вставками начали открываться. Навстречу им вышли правители, видневшиеся сквозь появившуюся щель.

Отец Каина двигался широким шагом, неторопливой, но быстрой походкой. Рукава его черных одежд с вышитыми серебристой нитью узорами были заправлены в коричневые кожаные наручи, а юбка имела два разреза спереди. Пряди собранных в высокий хвост волос танцевали на легком ветру, задувавшем откуда-то справа. Владыка мира мертвых ростом был не выше Люциана, но подле своей миниатюрной жены казался просто огромным.

Мать Каина была в серебристо-голубом одеянии, цвет которого смягчал ее облик. Если бы она облачилась под стать мужу, то в сочетании со своей мрачной демонической аурой и темными волосами вызвала бы у гостей страх, а не восхищение. Светлые одежды вкупе с ее хрупким телом и бледным лицом, по форме напоминающим сердечко, делали ее похожей на сошедшую с небес богиню.

Люциан с божествами направились к владыкам. Фельсифул радостно улыбался им, а Ривер, как обычно, держался совершенно бесстрастно. Они встретились на середине дорожки, тянущейся от замка прямо к воротам, и Ривер сразу поклонился владыке мира мертвых, а Бог Войны спросил:

– Вы нас ждали?

– Нам доложили о вашем прибытии, – кивнув, ответила владычица и перевела взгляд на Люциана. – Почему вы сразу не пришли сюда?

Люциан немного смутился, не зная, как признаться им в своей неопытности. К счастью, Фельсифул закинул руку ему на плечи и ответил:

– Наша великая светлая сущность пока не наловчился открывать проходы куда нужно. Так что пришлось немного прогуляться, чтобы добраться до вас. Благо мы безгрешные, – усмехнулся он, обнажая клыки.

– Дай угадаю, вы здесь из-за Дня перерождения? – спросил владыка мира мертвых, скрестив руки на груди.

– О, так ты знаешь? – Фельсифул вскинул брови, и владыка в ответ кивнул.

– Я спрашивал у сына даты еще в прошлую встречу, но не думал, что вы явитесь к нам, чтобы отпраздновать.

– Не похоже, что они пришли праздновать, сына-то нет, – хмыкнула владычица.

– Хм… Значит, вы решили отметить в мире живых, а к нам пришли за?..

– За подарком, – ответил Фельсифул. – Вино, которое я пил в прошлую нашу встречу, оказалось поистине вкусным, вот хочу попросить его в качестве подарка. Что-то поинтереснее алкоголя у вас вряд ли найдется, да и выносить отсюда много всего мы не имеем права.

Владыка мира мертвых хохотнул.

– А вина ты как будто всего лишь в одном кувшинчике утащить собрался?

– Ну… Люциан взять телегу все равно не дозволит, так ведь? – Фельсифул щенячьими глазами посмотрел на своего правителя, и, к его разочарованию, Люциан кивнул.

Владычица мира мертвых недовольно вздохнула.

– А к нам прийти праздновать вы не подумали? – проворчала она, глядя на троицу.

– Э-э… – растерянно протянул Фельсифул, покосившись на Ривера.

– По правде говоря, мы и в мире живых не планировали праздновать, – мягким тоном произнес Люциан. – Мы с Каином День перерождения не обсуждали, и мне кажется, что он не придает ему большого значения и, скорее всего, даже не помнит о дате – он на совете с самого утра. Пока он занят, я решил организовать скромное торжество, пригласить Бога Обмана, Бога Войны, Бога Воды и Бога Ветров, чтобы распить вместе с ними и Каином кувшинчик вина, но Фельсифул предложил устроить более масштабное мероприятие, вот так мы и оказались здесь. Думаю, позже мы обязательно заглянем к вам.

Владычица мира мертвых переглянулась с мужем, и они осуждающе посмотрели на Фельсифула.

– Что? – Его лицо карикатурно вытянулось. – Племяшка любит хаос, а где еще его найти, как не на грандиозном торжестве?

Владыки сделали вид, что поверили ему.

– Пойдемте в замок. – Владычица махнула рукой и повернулась к ним спиной. – Я прикажу подать несколько кувшинов вина из арабиса – так оно называется, – а потом мы поможем вам вернуться в седьмой город, брешь ведь там, не так ли?

– Верно, – ответил Люциан, направившись следом.

До замка они добрались довольно быстро. Еще по пути владыкам мира мертвых удалось поймать слугу и попросить его принести четыре кувшина вина в гостевую комнату. Вино из арабиса обладало насыщенным вкусом, чем-то напоминающим грушевую сладость, и глубоким бордовым оттенком. Вспомнив его густую консистенцию и мягкий фруктовый вкус, Люциан чуть не причмокнул.