Текст книги ""Фантастика 2026-91". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Лев Храбров

Соавторы: Люцида Аквила,Екатерина Неженцева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 103 (всего у книги 208 страниц)

Часть вторая

Когда они втроем материализовались на холме, где встретились и оставили лошадей, Эриас отбросил от себя руку Люциана и закричал:

– Поверить не могу! Ты его отпустил! Отпустил! И говоришь, чтобы мы слепо доверились тебе и оставили могущественного демона в доме с десятками людей, пусть и наказанного? Да он же до невозможности хитер! Не своими руками, так чужими убьет! А семейство его? Разве можно доверять заклинателям, которые пригрели у себя такую тварь? Может, они всех могущественных так содержат?

– Это правда, – процедил Сетх сквозь стиснутые зубы и тоже оттолкнул от себя руку Люциана. Он выглядел более напряженным, чем остальные, словно что-то сдерживал внутри себя, и, чтобы не раскрывать что, отвернулся и взглянул на город вдалеке. – Людей могут сожрать через пять минут, или они сами заточат вилы, подлечат демона и пойду вершить злодеяния. Мы понятия не имеем, что в голове у чокнутых Акира. Какую бы печать ты ни поставил, могущественного демона и его приспешников может утихомирить лишь смерть.

Люциан посмотрел на небо и медленно уменьшился, запечатывая силы.

– Я знаю. Но надеюсь, что он еще не потерял себя, а его семья не злодеи. Да, они не меньше двух сотен лет связаны с ним, и что? Они даже в демонических нападениях на деревни замечены не были, а значит, Акира их не призывал. Он… такой же необычный, как и его наставник, поэтому я верю, что все может измениться. А что касается семейства, то они верят своему демону так же, как однажды поверил я.

Эриас скривился.

– Ты – исключение. И твой демон оказался нечистокровным. И что значит «такой же необычный, как его наставник»? Хочешь сказать, Акира тоже имеет божественное начало? – В глазах Эриаса мелькнул испуг.

– Нет, но то, как владыка демонов воспитывал его, внушает веру в хорошее. Хочу сказать, что он извращенными методами учил Акиру правильным вещам, – сказал Люциан, серьезно глядя Эриасу в глаза. Сетх продолжал стоять к ним спиной, а ветер играл в его волосах. – В истории рода Акира есть одно ужасное событие. В их родовое поместье вторгся демон и перебил всех, кроме двух малышей, брата и сестры – последних наследников. Тем демоном был Акира, он мстил за свою жизнь, которую отняли родственники, но в какой-то момент остановился перед детьми. Владыка демонов, наблюдавший за резней, тогда сказал ему: «Закон равновесия заключается в том, что победы оборачиваются поражениями. Демоны созданы, чтобы нарушать равновесие и, соответственно, постоянно проигрывать. Сохрани жизнь этим детям и только так ты сможешь выжить», – процитировал Люциан слова Ксандра. – Я думаю, Акира не станет нарушать приказ того, кого уважал каждой спорой своей сущности.

– Разве демоны могут быть такими преданными?

Люциан кивнул.

– Даже владыка тьмы был предан своему отцу, потому что уважал его силу. У демонов все решает сила и ум – именно благодаря этому владыка демонов и смог прийти к власти.

– И то, что владыка демонов сказал Акире, ты узнал из?.. – спросил Сетх, обернувшись. У него на лице не было ни единой эмоции, потому что все они спрятались внутри.

– Его воспоминаний, в которые погрузился еще во время войны.

Сетх нахмурился.

– Что у вас там произошло?

– Если коротко говоря, то слияние, – небрежно ответил Люциан. – Но все в порядке, мы с владыкой тьмы не пострадали.

Эриас нервно взъерошил волосы.

– Чтоб тебя, Люц! – И он продолжил ругаться на повышенных тонах, так что их лошади, мирно пожевывающие траву на холме, выпрямились и с любопытством уставились на хозяев. – Мог бы и предупредить, что мы приехали сюда, чтобы упасть лицом в грязь. – Он всплеснул руками. – Теперь эта тварь будет знать, что заклинатели ничего не стоят и ходят под твоим началом. А что, если пойдут слухи? Что, если на нас начнут нападать, потому что мы ничего не решаем и только ждем приказа свыше? Твои замашки святого мне не по душе! Почему ты всех всегда щадишь? Есть же закон! Пусть Акира защищает род, пусть наказание связало ему руки, но он уже по горло в крови. И без нее он бы не стал таким сильным. Просто признайся, что у вас проблемы с балансом и ты не можешь убивать демонов направо и налево.

– Это тоже играет роль. – Люциан кивнул с честным видом. – Но в данном случае я лелею надежду на позитивный исход. Не все демоны живут ради убийств, и Акира не из тех, кто общается с подобными и будет рассказывать о вашем «проигрыше». Эта ситуация ему тоже невыгодна. Если кто-то узнает, что на нем печать светлого нача́ла, его сразу сожрут.

– И правильно сделают! – выкрикнул Эриас.

– Не все демоны живут ради убийств… но если ты судишь по владыке тьмы, то это необъективно, – сухо сказал Сетх, оборачиваясь к ним всем телом. – Сущность нача́ла делает его человечнее. – Он скрестил руки на груди.

– Совсем немного. На самом деле он жесток настолько, насколько жесток любой чистокровный могущественный. Дело не в сущности, а в разуме. Да, могущественные подвластны жажде крови, но и люди могут быть не святыми, если вырастить их таковыми. – Люциан тяжело вздохнул, устав оправдывать свои действия, и решил просто отмахнуться. – В любом случае я уже все сделал, решение принято, и если вы мне не доверяете, можете поступать как пожелаете – идите и убейте и его, и всю семью Акира. Я не имею права вмешиваться в дела смертных.

Эриас фыркнул и закатил глаза, уперев ладони в бока.

– Истинный властелин: даешь право выбора, когда выбора никакого нет. Очевидно, что мы не можем пойти тебе наперекор! – Его лицо исказилось от злости, и он отвернулся. – Ох, Люций… Как же меня раздражает, когда ты обращаешься девятихвостой лисой! В эти моменты ты водишь всех за нос не хуже демонов. Ужасно! – Эриас резко обернулся и ткнул в Люциана пальцем. – Я поверю тебе, но если Акира кого-то прикончит, ты не отмоешься, понял? А что касается его семейства: убивать их не стану, но наказание вынесу такое, что десятилетиями с ним жить будут. Просто так им с рук не сойдет. Даже если они не принесли миру вред, существуют законы, и где поблажка для одного – поблажка для сотни.

Он звучал безжалостно сурово. Казалось, в этот момент Люциан перестал быть ему другом, но Эриас попросту беспокоился за клан и тысячи людей, которых теперь держал под своим крылом. Кто бы в чем ни убеждал его, как владыка, он не мог слепо доверять обещаниям, не мог нарушать правила, как бы того ни хотелось, потому что это единственное, что сдерживало толпу. И, соглашаясь сейчас с Люцианом, он шел на огромный риск и переступал через самого себя. Возможно, какое-то время он даже не сможет спокойно спать из-за принятого решения.

Люциан положил ладонь Эриасу на затылок и притянул ближе к себе, коснувшись своим лбом его. Он полностью понимал его и мысленно благодарил за старания.

– Я обещаю присматривать за родом Акира, – прошептал Люциан, глядя в его пылающие карие глаза. – Если что-то случится, сразу с ним разберусь или доложу тебе. Я обеспокоен благополучием Лунных земель так же, как и ты. То, что я дал Акира шанс, вовсе не значит, что поступлю так снова.

– Замолкни. – Эриас попытался вырваться, но Люциан удержал его. – Не говори больше ничего. Не желаю слушать твои слова.

– Не слушай. Но и не сомневайся во мне. – Люциан зарылся пальцами в его волосы, не позволяя Эриасу вырваться. – Прошу.

Эриас шумно выдохнул, обжигая своим дыханием лицо Люциана и обмениваясь им с ним.

– Не проси меня об этом. Уверен, на моем месте ты бы реагировал точно так же, – процедил Эриас.

– Да. Именно поэтому я передал трон тебе. – Люциан мягко улыбнулся, и его ладонь соскользнула с затылка. Он отступил на шаг и спокойно сменил тему, не желая продолжать споры. – Что ж, дело завершено, и теперь я должен вернуться к бессмертным. Поедете обратно в деревню или есть другие планы?

Эриас и Сетх долго молчали. Не могли так же быстро, как Люциан, переключиться. Потом они переглянулись между собой, тяжело вздохнули, Эриас махнул рукой на стража, и Сетх наконец сказал:

– Вообще-то после Фальтрахэ мы хотели попросить тебя перенести нас в Асдэм.

Люциан в недоумении воззрился на них.

– Зачем?

Сетх замялся.

– Он хочет увидеть Лилу, – ответил Эриас, и у него нервно дернулся глаз. – Помнишь, мы играли в игру после войны в доме демоницы Лилу? Владыка тьмы тогда забрал тебя, а мы остались. Лилу сначала не было, и мы пили втроем с Хаски. Потом она присоединилась к нам, и они с Сетхом грызлись остаток ночи, а на следующий день он ходил сам не свой. Я сначала думал, что дело идет к войне, но они все еще живы, переписываются каждый день, а Хаски у них как посыльный.

– И ты мне ничего не рассказывал?

Люциан в неверии уставился на Сетха, который, казалось, был просто не способен активно общаться с демоном. Тем более с женщиной-демоном. Ладно демоны, но слабый пол и Сетх были вещами несочетаемыми. Сколько вокруг них с Абрамом крутилось женщин, и он ни одну из них не трогал. Либо трогал, но совсем недолго… Да и вообще, как после пережитого Сетх пошел на такой контакт?

«Откуда у него такая тяга к демонам? Даже у меня подобной нет!»

– Она тебя одурманила? – вопрос сорвался с его губ сам по себе, хотя Люциан видел ответ в глазах Сетха.

– Нет. Она просто… она… – Сетх втянул носом воздух и взлохматил черные волосы. – Я понятия не имею, что происходит! В тот вечер она чуть не довела меня до белого каления, а потом все завертелось, и я… – Он запнулся. – Я никогда ни с кем так по душам не говорил, как с ней. Она помогает мне пережить все это.

Люциан вздрогнул, распахнув глаза, и растерянно посмотрел на Эриаса, но тот лишь покачал головой и криво улыбнулся, будто говоря: «Не все такие непоколебимые, как ты». Люциан мысленно выругался и помассировал переносицу двумя пальцами.

«Наивно было полагать, что у них все будет хорошо и они со всем легко справятся, – подумал он, имея в виду Эриаса и Сетха. – Мне не нравится, что выбор Сетха пал на Лилу, но идти ему наперекор… в такой-то ситуации… Да кто я такой, чтобы решать, кому и с кем ему быть? – Он поморщился. – Вот только чувства демона нечеловеческие. Эта любовь сожрет его».

Люциан внимательно посмотрел на Сетха.

– Ты ведь понимаешь, что связываться с демоном опасно для жизни? Мое общение с владыкой тьмы не в счет, не вся его сущность принадлежит демону, но я все равно чувствую, насколько глубоко он порой вонзает когти в мою душу. Лилу не отпустит тебя, если изберет своей половиной, сможешь ли ты справиться с этим?

– Пожалуйста, не спеши с выводами. – Сетх выставил раскрытую ладонь. – Я не дам ей привязаться и сам не привяжусь. Мы просто общаемся.

– Ха! – прыснул Эриас, хлопнув себя по коленке. – Сразу видно, что ты никому никогда не нравился. Серьезно веришь, что это ты решаешь, можно ей любить тебя или нет? В один момент она просто захочет сожрать тебя, и вырваться из этого капкана ты не сможешь. А учитывая, как ревностно владыка тьмы оберегает асдэмских демонов, тебе даже не позволят убить ее, чтобы освободиться.

Слова Эриаса звучали слишком прямолинейно и жестоко, и Люциан попытался сгладить углы.

– Сетх, не сочти нас злодеями, мы всего лишь беспокоимся за твою безопасность. Я отведу тебя в Асдэм, но, пожалуйста, будь осторожен. Предельно, предельно осторожен. Даже если ты готов отдать себя демону и быть с ней до конца жизни, знай одно: однажды твоя жизнь закончится, а ее – продолжится. Демоны любят единожды, и после твоей смерти ей будет сложно, а это в конце концов погубит всех. Конечно, ты можешь достичь бессмертия, чтобы вы остались подле друг друга навечно, вот только демоны подвержены скуке, а люди, к несчастью, не умеют меняться. В какой-то момент ваши отношения перестанут ее веселить, и она начнет мучить тебя. Я понимаю, Лилу кажется удивительной, но ее сущность… даже мы с владыкой тьмы не изменим ее. То, что она когда-то была человеком, уже ни на что не влияет, ведь сейчас она – чистокровный демон, жаждущий развлечений. Поверь мне, будучи представителем другой расы, ты этого не вынесешь.

Сетх поджал губы и отвернулся. Он стиснул кулаки с такой силой, что побелели костяшки пальцев.

– Я знаю, что это опасно, и я… постараюсь прекратить наше общение, но сейчас хочу почувствовать себя хорошо хоть еще один раз. – В голосе его послышалась боль. – Всего один раз, чтобы я пережил этот кошмар… – Он тихо всхлипнул, не проронив ни слезинки, и с серьезным выражением лица посмотрел на Люциана. – Без тебя мне вряд ли удастся попасть в Асдэм, так что не волнуйся, я не начну наведываться туда ради свиданий. Все под контролем. Твоим.

Люциан ничего не сказал, лишь с тоской поглядел на друга, чье сердце разрывалось в клочья. Происходящее сейчас, то, какое решение его заставляли принять, было мучительным, и Люциан понял, почему Эриас не рассказывал ему про Сетха. Узнав об этом, он бы попросту сошел с ума от беспокойства и тут же бросил все дела, чтобы помчать к ним.

Конечно, Лилу не из тех, с кем можно оставить друга, если хочешь, чтобы друг выжил, но помочь Сетху сейчас не мог никто, кроме нее. И лишать его единственной возможности хоть как-то облегчить душу было жестоко и бесчеловечно, поэтому Люциану оставалось только смириться. Хотя бы на время. Сегодня он и так доставил своим друзьям слишком много проблем.

«Бларг… надо было идти одному. Каин правильно советовал разобраться с Акирой в одиночку!»

– Подойдите, я перенесу нас в Асдэм, – нехотя произнес Люциан и протянул к товарищам руки.

Эриас со вздохом взялся за предложенную ладонь, Сетх подошел ближе, после чего их окутал вихрь золотистых частиц.

Они появились возле дома разврата – здания с махагоновыми стенами и ярко-красной крышей. Солнце почти скрылось за горизонтом, и фонари Асдэма озаряли округу алым и желтым светом. На улице было людно, и заклинатели поспешили войти внутрь, чтобы не утонуть в толпе, готовой вот-вот унести их, подобно полноводной реке.

– Она ведь здесь? – спросил Люциан, подумав, что перенес их не туда, и отпустил ладони друзей.

– Должна быть, – ответил Сетх и открыл дверь.

В коридоре играла завораживающая музыка и витал сладкий аромат соблазна. Полуобнаженные девушки тут же направились навстречу, но стоило им вглядеться в юношеские лица, как они сменили тактику и лишь радушно поприветствовали заклинателей. Люциан предположил, что в их сдержанном поведении был виноват чужой приказ, потому что до этого момента все здешние обитатели липли к его телу точно комары.

В недоумении переглянувшись, заклинатели подумали об одном и том же и начали подниматься на второй этаж. Как и всегда в доме разврата, Люциан не вел, а следовал за кем-то, и он был удивлен тому, что Сетх знал, куда идти и в какую дверь стучать. Хотя, насколько помнил Люциан, друг захаживал сюда всего один раз, да и то когда был пьян.

– Ты пришел! – с порога воскликнула Лилу и радостно кинулись на шею Сетха.

Он обнял ее в ответ, желанно уткнувшись носом в изгиб шеи и вдыхая сочный аромат клубники.

– Я тоже рад тебя видеть.

У Люциана и Эриаса, оставшихся в стороне, упали челюсти. Второй даже протер глаза, чтобы проверить, сон это или явь.

– Это они так общаются? – прошипел Эриас.

– У меня спрашиваешь? – прошептал Люциан в ответ. – Из нас двоих ты, казалось, знаешь больше.

– На самом деле не особо. Я, конечно, видел, что они переписываются, но он убеждал меня, что это просто невинное общение. Но разве друзья так обнимаются?

Они оба в шоке уставились на Сетха.

– Он умеет быть нежным? – продолжил Эриас, наблюдая, как его страж милуется с новой пассией, расспрашивает о ее делах и самочувствии, хвалит внешний вид, ведь сегодня Лилу была одета не слишком откровенно и в своем изящном лавандовом платье могла даже сойти за местную аристократку.

– Мы все можем быть такими, – мрачно отозвался Люциан, уже жалея, что привел их в Асдэм.

Лилу наконец оторвалась от Сетха и улыбнулась Люциану с Эриасом.

– Владыка света и его друг тоже здесь? Я рада вас видеть, – сказала она и отошла от двери, приглашая всех внутрь. – Киай и Маул подойдут позже?

– Мы их не звали, – ответил Люциан, перешагнув через порог после Сетха, а Эриас закрыл за ними дверь.

– Вот как? – усмехнулась Лилу. – Это и к лучшему, Киай только атмосферу портит, да и Маул ни на что не годится. – Она махнула демону, который ходил по комнате и вытирал пыль с поверхностей, наказывая разлить чай. Потом потянула Сетха к небольшому столу у окна, где уже остывал большой чайник и ароматные булочки. – Присаживайтесь, еда не отравлена.

Эриас и Люциан заняли диванчик напротив парочки и стали недоуменно следить за их взаимодействием. Люциан сохранял бесстрастное выражение лица, но в душе помрачнел как грозовое облако. Возле Фальтрахэ Сетх говорил так, будто они с Лилу просто общаются, но сейчас они сидели на одном диванчике, прижимаясь плечом к плечу, держались за руки и мило улыбались друг другу.

Приторная атмосфера за столом сменилась на напряженную, но Лилу словно не обращала на это никакого внимания и продолжала ластиться к Сетху, как кошка. Он был сдержан, но не отталкивал ее и согревал мягкой улыбкой, которую его товарищи никогда в жизни не видели. Лилу начала расспрашивать его о сегодняшнем дне, и Сетх рассказал о том, что они побывали в гостях у купца, прежде чем прийти в Асдэм.

Вскоре невинная беседа перетекла в рассуждение на тему торговли.

Слушая демоницу, Люциан не переставал удивляться. Лилу оказалась очень начитанной, особенно для девушки, которая предпочитала проводить все свои дни в доме разврата. Она знала о прошлом и настоящем – сведения, которые черпала из разговоров и книг, а также у своих гостей. Люциан даже не заметил, как заслушался ее речами, что продавать нужно не товар, а эмоции, ведь это поможет поднять дело на новый уровень и охватить зажиточных клиентов, которые стали гнаться лишь за нематериальным.

– Кроме того, не каждый товар можно продать сразу. Если это нечто дорогое, стоит выстроить хорошие отношения с покупателем, начать с малого, а потом, зарекомендовав себя, предложить ему то, что хотел, – скромно говорила она, словно и не пыталась показать ум. Казалось, ей было искренне интересно обсудить подобное.

«Теперь понятно, почему Сетх выбрал ее. Она… весьма достойная собеседница».

Люциан покосился на Эриаса, взглядом намекая, чтобы тот внимательно послушал. Некоторые слова Лилу и правда могли помочь клану выйти на новый уровень.

Внезапно дверь в комнату распахнулась как от урагана, и Бог Войны переступил порог так, словно все здесь принадлежало ему.

– Люциан! – воскликнул он. – Почему не предупредил, что будешь здесь?

Люциан и заклинатели недоуменно уставились на Фельсифула, облаченного в золотисто-коричневые одежды, а Лилу и ее подручный сморщили носы, зажав их пальцами, как будто божественная аура воняла.

– Что ты здесь забыл? Тебя не приглашали, – проворчала Лилу.

– Пытаешься выгнать меня? – хохотнул Фельсифул. – Не утруждайся, я ненадолго. Люциан… – Он расплылся в чарующей улыбке и промурлыкал: – Мне нужна твоя помощь, идем со мной.

Люциан растерялся. Больше всего его удивила не просьба, а тон Бога Войны – слишком неформальный. Фельсифул говорил так, словно они теперь родня, хотя по-настоящему они ею станут не раньше, чем через пару месяцев.

«Это… пугает…»

Тут в дверях появился Хаски, видимо, пришел вместе с Фельсифулом.

– О, вы все здесь. А почему меня не пригласили? – спросил он и хмуро посмотрел на Эриаса и Лилу. Встряхнув алыми рукавами своих расшитых одежд, он подошел к диванчику и потеснил Люциана и Эриаса, чтобы занять место между ними.

– Потому что я не хотела тебя видеть, – буркнула демоница.

– Потому что я не был уверен, что мы придем, – невозмутимо сказал Эриас.

– Пф. Стоило послать за мной, как только явились, – фыркнул Хаски. – Вы же знаете, что здесь небезопасно.

Фельсифул так и стоял в дверях, прожигая Люциана огненным взглядом и, очевидно, ожидая, когда он покинет нагретое место и пойдет с ним.

Люциан не знал, как поступить. Сетх был одной ногой от попадания в капкан, Эриас застрял здесь, и оставлять их одних казалось недопустимым, но и отказывать Богу Войны – тоже. Еще будучи человеком, Фельсифул привык получать все, что хочет. Если сейчас не пойти с ним, то он просто вытащит за шкирку, не боясь получить от Каина.

– Я присмотрю за ними. – Шепот Хаски потревожил слух. – Не беспокойтесь и идите. Фельсифул сообщил мне, зачем вы ему нужны, там дело на пять минут.

Люциан с облегчением выдохнул. Учитывая, как Хаски разрывал демонов на войне, Люциан был уверен, что тот сбережет Сетха и Эриаса несмотря ни на что.

– Благодарю вас, – прошептал он от самого сердца. – Прошу меня простить, но я вынужден ненадолго отлучиться, – сказал Люциан, поднимаясь с места, и посмотрел на Сетха и Эриаса. – Побудьте здесь до моего возвращения.

Сетх кивнул, увлеченный своей пассией, а Эриас хоть и не выглядел обрадованным, но возражать не стал.

– Идемте быстрее, – поторопил его Фельсифул, разворачиваясь к выходу.

Не успел он оказаться на улице, как тут же вспыхнул необжигающим оранжевым пламенем и растворился в воздухе. Люциан последовал за ним, обернувшись облаком золотистой пыли.

Они быстро переместились в сад замка Сладострастия.

– Какое дело ждет вас здесь? – материализовавшись, спросил Люциан.

– Киай должен отдать мне одну вещицу, но его сейчас нет, – ответил Фельсифул и направился в сторону лестницы, ведущей ко входу в замок. – В его доме я не ориентируюсь, этот нахал запретил коридорам подчиняться моим желаниям, поэтому мне нужна ваша помощь.

Люциан поравнялся с ним, отметив, что его шаг был довольно тороплив.

– Почему вы не можете просто дождаться его и решить все с ним?

– Сегодня вечером я хочу покинуть Асдэм, у меня нет времени ждать, – отмахнулся Фельсифул с легким раздражением.

Люциан незаметно нахмурился. Ему не нравилось действовать за спиной Каина, но раз тот должен отдать какую-то вещь Богу Войны, возможно, его помощь будет правильной?

«К тому же они не чужие люди… Что может случиться?»

– Ладно, я помогу, – со вздохом сказал Люциан. – Куда мне вас сопроводить?

– В его спальню.

Люциан чуть не споткнулся о ровную землю.

«Спальня…», – подумал он, чувствуя, как обожгло затылок, но тут же насторожился.

– Что вам там нужно?

– Увидите. Уверен, вы будете потрясены, – весело сказал Фельсифул, но от его радости Люциана пробрало до мурашек.

Он с трудом сдержался, чтобы не начать отнекиваться. «Что такого я должен увидеть в чужой спальне, чтобы меня это потрясло? Я чего только не видел, может, не надо?»

Повинуясь желаниям Люциана, замок всего за несколько шагов вывел их к хозяйским покоям. Он не хотел заходить, но и стоять на пороге, пока Фельсифул лазил в чужих вещах, счел неправильным, поэтому внутрь они вошли вместе. Настенные фонари зажглись сами собой, освещая каждый уголок. Холодный и чарующий аромат, сохранившийся здесь от демона, был родным и желанным, и Люциан глубоко втянул его. Он так давно не захаживал сюда, что даже успел подзабыть, как выглядят покои. Здесь было свежо и просторно, потому что Каин не держал лишний хлам. Все было оформлено в теплых древесных оттенках, приятных и успокаивающих. Шторы колыхались на открытом окне, сквозь которое проникала вечерняя прохлада.

Увидев кровать, Люциан отвел взгляд в сторону.

«Ох… я был бы не прочь отдохнуть», – подумал он и внезапно почувствовал, что хочет вернуться в Бессмертный город.

– Да как ты посмел прятать такую красоту за ширмой! – возмутился Фельсифул, отодвигая бамбуковую перегородку.

Люциан обернулся на звук его голоса и от удивления распахнул глаза.

Возле стены стояла огромная картина в светлой позолоченной раме, на которой был изображен сам Люциан, окутанный лучами яркого солнца. Облаченный в простые прогулочные рубашку и штаны, он сидел на краю пирса и наблюдал за карпами, плескающимися в прозрачных водах озера.

Люциан сразу вспомнил тот день, когда Фельсифул попросил его попозировать.

– Мелкий паршивец, выкрал незаконченную картину! И как только наглости хватило? – ворчал Фельсифул, запихивая произведение искусства в свой бездонный поясной мешочек. – Теперь можно смело поджарить его демонический зад за грехи. Вот бесстыдник! – Он развернулся и победоносно улыбнулся Люциану. – Ну, дело сделано, можем идти.

Фельсифул сделал шаг к нему, как вдруг пол под ногами разверзся. Густая тьма протянула теневые щупальца и схватила его за лодыжки, утягивая куда-то вниз. Люциан бросился следом, протягивая руку тому, кто не мог за нее ухватиться.

– Бог Войны!

Они оба окунулись в пустоту, и пол над ними начал затягиваться, погружая все в темноту. Люциан видел под собой Бога Войны, но тот даже не сопротивлялся – лишь недовольно фыркнул и скрестил руки на груди, падая спиной параллельно земле. Его рыжие волосы загорелись словно пламя факела, освещая пустое пространство вокруг них.

Как только они приблизились к твердой поверхности, тьма отпустила их и позволила мягко приземлиться на ноги. Пламя Фельсифула на мгновение стало ярче, озаряя пустую пещеру с гладкими стенами, а потом потухло.

– Вы в порядке? – с тревогой спросил Люциан, материализовавшись рядом с ним.

– Да, было весело, – без намека на ложь произнес Фельсифул. – Киай, как всегда, не смог обойтись без ловушки. Наверняка предполагал, что кто-то наведается к нему. – Он задумчиво приложил указательный палец к подбородку. – Интересно, будь ты один, ловушка бы сработала?

– Я бы не стал приходить в его комнату.

Фельсифул не сдержал смешка.

– Ах, точно, ты ведь скромный. – Он выпустил несколько огненных сфер, чтобы осветить пещеру и вход в туннель. – Что ж, нет смысла стоять на месте, ловушка нас телепортировала, мы уже не под замком. Придется прогуляться, чтобы найти выход, не хочу задерживаться в Асдэме.

Хлопнув в ладоши, Фельсифул шагнул в туннель, и Люциану ничего другого не оставалось, кроме как последовать за ним.

Гладкий холодный камень на стенах кое-где порос мхом, а земля была влажной и ровной, словно ее ежедневно топтали. Воздух здесь ощущался затхлым и тяжелым, – видимо, поступал в это место с трудом.

– Погасите огни, они только пожирают кислород. Лучше запустить духовные сферы.

С этими словами Люциан махнул рукой, и вместо потухшего пламени Фельсифула появилось несколько золотистых шариков. Они уплыли вдаль, освещая пространство еще ярче, чем до этого. Туннель будто бы не имел конца, а тишина казалась настолько нерушимой, что даже не было слышно шагов.

Прочувствовав окружающее пространство, Люциан быстро понял, что оно переполнено иллюзорными заклятиями и является своеобразным лабиринтом.

– Мы однозначно в Асдэме, – тихо сказал Фельсифул, словно уловив чужие мысли. – Ты ведь все прощупал, да? Я тоже. Место похоже на подземную тюрьму в клане Ночи.

– Подземную тюрьму? – переспросил Люциан. Он что-то читал об этом, но очень мало и давно.

– Да. Раньше она не была такой запутанной, но, учитывая, что по размерам Асдэм превышает резиденцию Ночи, тюрьма тоже могла измениться. Если увидим камеры для пленных, то все подтвердится.

– Вы знаете, как отсюда выйти?

– Нет. Я тут особо не бывал, лишь проходил мимо, но рано или поздно мы выберемся, не переживай, – сказал Фельсифул, ободряюще похлопав Люциана по плечу, словно тот его подопечный, за которого нужно нести ответственность.

Люциан странно посмотрел на него и наконец спросил:

– Почему вы изменили свое ко мне отношение? Говорите и ведете себя так, словно мы близки.

– А разве мы не близки? – хохотнул Фельсифул. – Ты теперь член нашей семьи, вон даже родителям Киайя понравился. Если хочешь, можешь обращаться ко мне на «ты». – Он улыбнулся и тут же пригрозил пальцем. – Но не называй младшим дядей, это странно.

Люциана передернуло.

«Какой еще член семьи?» Ему стало дурно от волнения, а не от нежелания стать частью подобного.

– Бог Войны, мне кажется, вы что-то не так поняли… Мы еще не…

Фельсифул рассмеялся, отмахиваясь от него.

– Тут нечего понимать. На аудиенции с семьей в мире мертвых Киай рассказал нам о своих планах. Мы не против союза и знаем, что случится через два месяца. – Он подмигнул ему.

У Люциана перехватило дыхание от неловкости, и он поспешил отвернуться, чтобы никто не видел его заалевших щек.

«Я думал, Каин не станет никому ничего рассказывать, чтобы огорошить всех день в день, а он пошел и предупредил семью? Спросил у них разрешения?»

Люциан был удивлен, но в то же время считал поведение Каина милым. Оказывается, грядущая церемония для него куда важнее, чем кажется на первый взгляд.

Они выбрались из одного туннеля и попали во второй, третий и так далее. Люциан чувствовал иллюзорные заклятия, чувствовал, как пересекает их, но выход при этом ближе не становился.

«Хитро́… я не попадаю в саму иллюзию, хотя их здесь так много, что волей-неволей заплутаешь».

– Ты правда разрешишь своему другу сойтись с демоницей? – снова заговорил Фельсифул, и Люциан покосился на него с немым вопросом в глазах. – Хаски рассказал мне о них, пока мы шли к вам, – признался он. – С виду не скажешь, но мы с этим сумасшедшим божком хорошо общаемся, а он о многом болтает.

Люциан в душе усмехнулся. Он знал, что Хаски и Фельсифул остались хорошими друзьями, даже несмотря на то что общались и виделись гораздо реже, чем раньше. Во времена взросления Кая они были не разлей вода, и даже в воспоминаниях Элеоноры Люциан слышал о загадочном лучшем друге первого младшего дяди.

– Как нача́ло, я не волен вмешиваться в дела смертных больше, чем следует, – ответил Люциан. – Пока я сказал Сетху все, что мог, а дальше посмотрим.

– И что ты чувствуешь, осознавая, что огромная сила ограничивает тебя в действиях?

– Смирение, кроме этого, ничего другого и не остается. – В его голосе слышалась легкая грусть. – Как бы тяжело ни было, если я вмешаюсь, последствия могут быть еще хуже.

– Поэтому ты теперь так редко покидаешь Бессмертный город? Чтобы не сталкиваться с проблемами, решить которые ты не в силах? – Фельсифул усмехнулся. – Может, стоило все-таки отказаться от человечности, чтобы не задумываться о чужих жизнях?

– Вы уже знаете, что у меня были причины оставить при себе человечность, и я не жалею об этом. Со временем я найду способ помогать, а пока справляюсь и так.

Фельсифул завел руки за спину.

– Ну, как бывший человек, я хорошо понимаю, почему ты так рассуждаешь. Мне довелось пережить ту же боль, что сейчас терзает тебя. – Он вздохнул и посмотрел на гладкий потолок пещеры. – Я видел, как состарились и умерли мои близкие, их дети, внуки и правнуки – это тяжело, но я не бежал от этого. Старался чаще являть себя родным, потому помню их короткую жизнь; я проследил, чтобы они были счастливы и безопасно ушли на покой. Теперь все, кто был мне дорог, находятся в мире мертвых и вольны делать что пожелают. – Фельсифул улыбнулся Люциану. – Подумай над этим. Возможно, вместо страданий в одиночку ты можешь помогать своим близким. Я знаю, не в твоих силах вмешиваться в их жизни, но никто не запрещает тебе направлять их, подсказывать или что-то нашептывать, как ты сделал с Сетхом, тем самым ограждая от опасности. Боги стоят на стороне добра, но мы также умеем лукавить и манипулировать – это-то и помогает сохранять мир. Если у тебя проблемы с хитростью, обратись к Киайю – ему в этом нет равных.