Текст книги ""Фантастика 2026-91". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Лев Храбров

Соавторы: Люцида Аквила,Екатерина Неженцева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 208 страниц)

Морион показал руку с золотой нитью.

– И все? – недоверчиво спросил Люциан. – Больше ничего не было?

– Ничего. И учитывая, что после первой ночи мы остались живы, проклинать нас не стали.

– Вы ничего не почувствовали, пока мы были там?

– Нет.

– Хм… – Люциан сел. – Служитель храма не имеет на себе следов магического влияния, обряд мы провели на том же холме, что и другие погибшие, может, мы где-то ошиблись? Может, в этой деревне есть дополнительные ритуалы, которые нужно исполнить перед обрядом и которые мы упустили?

– Что, если ваша мысль о последовательности действий была неверной и смерти связаны не с этим? – Морион взглянул на Люциана. – Или все гораздо глупее, и нас не прокляли, потому что мы мужчины? – Он усмехнулся. – До этого обряд исполняли только мужчины и женщины, а мы сунулись туда вдвоем, думая, что этим ничего не нарушим.

– Хотите сказать, что участниками должны быть люди противоположного пола?

– Ну да. Я подумал об этом сразу, как вы решили пройти этот путь, но как пройти путь женщины, будучи мужчиной?

Люциан вскинул бровь.

– Почему ты не сказал об этом?

Морион сел.

– Я мог ошибаться, поэтому стоило проверить вашу теорию.

– Ох… – Люциан устало потер переносицу. – Значит, все было впустую и все равно придется вовлечь в дело тех, кто слабее нас?

– Да, но это не страшно. Заклинатели созданы для того, чтобы быть вовлеченными в опасные дела.

– Мне бы не хотелось в случае неудачи хоронить своих людей. Это может прервать поход в Асдэм.

Морион посмотрел на Люциана, а потом прыснул.

– Владыка Луны, я-то думал вы беспокоитесь за чужие жизни, а вы волнуетесь, что у вас планы изменятся?

– Путь в Асдэм важен не только для меня, но и для всего мира. От этого зависит спасение огромного числа жизней, так что, да, за сохранность этих планов я беспокоюсь достаточно сильно, – спокойно ответил Люциан. Несмотря на то, что выглядел он человеком сердобольным и за людей переживающим, на самом деле стали в нем было больше, чем чувственности. Не стоило забывать и то, что он являлся правителем клана, и поэтому думать должен был расчетливо и беспокоиться о тысячах, а не о двоих.

Морион не ответил, но по его лицу было ясно, что смысл чужих слов он понял и по-своему оценил.

Между ними воцарилась тишина, после чего Люциан произнес:

– Значит, кому-то другому надо пройти обряд для решения этой проблемы? Думаю, это должны быть Абрам и Фина.

– Ну, Фина единственная девушка здесь, поэтому ее участие неизбежно. Но не разумнее ли будет вместо Абрама поставить вашего стража?

Люциан покачал головой.

– Эриас слабее.

– Разве? Как-то не заметил, хотя… я не особо-то присматривался. Удивительно слышать, что местный гулена в отряде по силе стоит после владыки.

– Абрам не любит демонстрировать потенциал, но он правда способный.

– Верю. Темных лошадок никто не отменял. – Морион усмехнулся и обернулся на спящих.

Люциан посмотрел в окно.

– Нужно разбудить их, – выдохнул он. – Уже обед.

– Значит, вы оба в порядке? – осведомился Абрам, когда заклинатели уже сидели в небольшой столовой, расположенной внутри постоялого двора.

Люциан кивнул и за себя, и за Мориона, а после положил в рот ложку пшенной каши.

– И вы ничего не почувствовали? – уточнил Сетх, разломив паровую булочку. – Вообще никаких изменений? Даже намека?

Люциан снова кивнул.

– И что будем делать? – поинтересовалась Фина. – У владыки Луны есть идеи?

– Да. – Люциан сделал глоток чая. – Нужно повторить обряд.

– Что? – одновременно спросили заклинатели.

Абрам шокировано посмотрел на Мориона и Люциана:

– Вы опять пойдете на холм?

– Не мы. От нас никакого толку. Есть теория, что для обряда важно участие мужчины и женщины, а участием двух мужчин мы все нарушили.

– Значит, теперь будет участвовать Фина и… – Эриас исподлобья глянул на сидящего напротив Люциана.

– И Абрам.

– Что? – Абрам едва не подскочил со стула.

– Ты самый сильный после меня, – бесцветно пояснил Люциан.

Эриас поджал губы и опустил взгляд в свою тарелку.

– Люц, это разве не опасно? – спросил Сетх и закинул в рот кусочек булочки. – Мы не просто так отправили на это дело сильнейших. Может, вместо Абрама пойдет достопочтенный бессмертный?

– Да-да, – поддакнул Абрам. – Я не сильнее Эриаса, так что особо не сгожусь. Пусть Морион участвует.

– Как ты себе это представляешь? Мне только вчера повязали на палец золотую нить.

– Скажем, что это была ошибка. Служитель видел, как мы были пьяны. – Абрам всплеснул руками. – Я не могу связать себя с другим человеком, даже если это понарошку и ради дела. Да меня Богиня Брака на кол посадит, когда я начну клятву читать, при этом думая о других женщинах! Как мне потом, нежась в постели с красоткой, забыть то, что я прошел через обряд и завещал сердце другой? Я вообще не из этих! Люциан, помилуй!

Люциан смотрел на Абрама с таким пристальным и задумчивым видом, что у того в глазах загорелся огонек надежды на то, что владыка передумает. Но тот потушил это пламя ушатом ледяных слов:

– Нет. Вы сделаете это. Я согласен, что вы слабее, поэтому мы с Морионом приложим все силы, чтобы проследить за ситуацией и не упустить момент опасности. Это наш единственный выход. Ждать помощи от клана слишком долго, а проблему со смертями нужно решать сейчас.

У Абрама челюсть упала на пол.

После завтрака он, не переставая, ныл Сетху о своей трагической участи. Жаловался, пока они направлялись в лавку с праздничными нарядами, пока надевал алые одежды, пока шел в храм Богини Брака, где Люциан снова договорился со служителем о проведении обряда, и по пути на холм.

Служитель опасливо косился на заклинателей, которые, судя по поведению жениха, тащили его к алтарю почти насильно. Ладно, вчера все они были навеселе, но никто не противился, в то время как сегодня сопротивление было налицо и не могло не беспокоить. Служитель воздержался от вопросов только потому, что заклинатели выглядели устрашающе – после попойки выглядеть хорошо ни у кого бы не получилось.

Заклинатели выстроились в ряд напротив арки с бумажными пионами, под которой стояли Абрам, Фина и служитель храма Богини Брака. И хотя лицо у Абрама было кислое и оттого несимпатичное, в алых одеждах он выглядел ничуть не хуже Люциана, который до сих пор их не снял. Жемчужные гладкие волосы были зачесаны назад, а несколько выбившихся прядей обрамляли лоб. Он слегка сутулился под давлением подкрадывающегося к нему фальшивого брака, но даже так оставался статным и завидным женихом.

Фина, в отличие от своего товарища по несчастью, вела себя куда смиреннее. Она даже мягко улыбалась, хорошо отыгрывая роль суженой. Только благодаря ее спокойствию служитель, казалось, сомневался в насильственной природе обряда и не мог решить, спасать жениха или нет.

В белом шелковом платье Фина выглядела как сошедшая с небес богиня. Ее каштановые волосы были убраны в высокую прическу, на которой настояла хозяйка лавки, и украшены жемчужной заколкой. Лицо было слегка припудрено, глаза и губы – подкрашены. Фина и так без того была привлекательной девушкой, но с макияжем начала казаться еще краше. При виде нее Люциан мысленно ругал Абрама за то, что тот куксился, стоя напротив достойной пары.

Обряд бракосочетания в Лунных землях проходил просто. Жених и невеста вставали напротив друг друга, слушали речь служителя, а затем по очереди произносили клятвы. Наблюдая за тем, как Абрам со скрипом отдает свое сердце Фине, Люциан почувствовал себя неуютно, ведь вчера должен был говорить то же самое. Когда он закончил читать клятву и шумно выдохнул с таким видом, будто глотнул крепкого напитка, Фина коротко рассмеялась. Она начала зачитывать свою часть, но поскольку не знала ее наизусть, то периодически просила помощи у служителя, который теперь беспокоился не за жениха, а за невесту.

– Откуда он знал клятву? – услышал Люциан вопрос Эриаса, который наклонился к Сетху.

– Он же гулена с кучей друзей, а за последний год между заданиями успел посетить пятьсвадеб.

– О-о… – Эриас взглянул на Абрама. – И когда он только успел? Отлынивал от задач что ли? – Этот вопрос остался без ответа.

Фина смолкла. Они с Абрамом повернулись к служителю, который добавил пару слов от себя и закончил:

– Вы можете поцеловать друг друга.

Люциан аж похолодел, увидев, как Абрам и Фина, чуть помедлив, неуверенно потянулись друг к другу.

Они поцеловались скромно. Соприкоснулись губами буквально на секунду, а потом отпрянули и приняли от служителя золотую нить, которую повязали друг другу на пальцы. Нить символизировала рождение нерушимой душевной связи: новобрачные проводили с ней первую ночь и только утром меняли на кольца.

Глядя на то, как Абрам завязывает узелок, Люциан нахмурился. Он не видел ничего подозрительного, но предчувствие чего-то недоброго нарастало. Когда очередь дошла до Фины, она вдруг застыла, уставившись на раскрытую ладонь жениха. Люциан почувствовал, как по спине пробежал холодок, и краем глаза заметил, как дрогнул Морион.

– Ах ты изменщик! – вскрикнула Фина, резко шлепнув Абрама по раскрытой ладони.

Тот отскочил, прижав руку к груди.

– Ай!

– Так и знала, что вчера ты спал с ней! Снова! – прокричала Фина, после чего сорвала золотую нить с руки и рванула прочь.

– Люциан… я… – Абрам растерянно посмотрел на владыку.

– Останьтесь с ним и возвращайтесь на постоялый двор, – холодно приказал Люциан Сетху и Эриасу, а сам устремился за Финой, которая бежала с холма, как будто у нее подгорали пятки. Морион последовал за владыкой Луны, и никто из заклинателей не стал этому препятствовать.

Мягкий теплый ветер задувал в лицо, пока они спускались вниз. Невысокая трава тихо шелестела под сапогами. Небо было привычно затянуто мрачными облаками, и лишь изредка сквозь серую пелену пробивались ласковые лучи солнца.

Люциан следовал за Финой широким шагом. Несмотря на то, что девушка бежала, он не торопился, держа ее в поле зрения. Морион был где-то позади – он двигался столь бесшумно, что Люциан заметил его только тогда, когда почувствовал жжение в зоне лопаток.

У подножья холма Фина остановилась и обернулась. Дождавшись, когда заклинатели подойдут к ней, она настороженно оглянулась по сторонам и сообщила:

– Здесь живет демон. – Ее голос звучал ровно, а дыхание не было сбивчивым, словно забег ни капли не утомил молодую заклинательницу. – Я почувствовала его магию, когда Абрам повязал на мой палец золотую нить, поняла, что, если сделаю то же самое, – это конец.

Люциан согласно кивнул.

– Я заметил темную ци в тот момент.

– Это могущественный демон, – бесцветно сообщил Морион, встав рядом с владыкой Луны. – А сделку с ним заключил служитель храма Богини Брака.

– Что? – удивилась Фина.

– Почему ты решил, что это он? – уточнил Люциан.

– Слишком здоровый для своих лет.

– Я тоже это отметил, но ты уверен, что такое можно связать с демоном? Сделки с могущественными оставляют на теле проклятый след, который не скрыть и не спрятать. На нем ничего такого нет.

– Есть. В его случае следом является крепкое здоровье, которое не по годам этому смертному.

– Он ведь служитель Богини Брака, – не согласилась Фина. – Может быть, его здоровье – подарок богини? Пока стояла у арки, я не заметила связи с негативной энергией, которая потянулась ко мне. Кажется, ее источник даже не здесь.

– Ну да, здесь демона нет – только ритуал, который связан с ним и помогает черпать силу. Он работает на расстоянии, но для этого демону нужен тот, кто поможет осуществить последовательность действий, чтобы все сработало. Единственным кандидатом на роль посредника выступает служитель. Предлагаю наведаться к нему в храм и обыскать. – Морион посмотрел на Люциана.

Тот подумал и вздохнул.

– Хорошо. Вернемся на постоялый двор, встретимся с остальными и отправимся к служителю.

– И заодно переоденемся, – буркнула Фина. – Это платье слишком неудобное.

Абрам, Сетх и Эриас уже находились на постоялом дворе, когда Люциан с остальными вернулись. Открыв дверь, он спокойно вошел в комнату, невзирая на то, что Абрам стоял полуголый и менял свадебный наряд на клановые одежды. Морион также не смутился, а вот Фина ахнула и выскочила за дверь, сообщив, что подождет, пока юноши закончат.

– А я думал, она не из робких, – насмешливо хмыкнул Абрам, глядя на захлопнувшуюся дверь. – Она даже не дрогнула, когда собиралась целовать меня, а как увидела без одежды – сразу с места сорвалась.

– Умолкни и переодевайся. – Эриас бросил товарищу серебряные одежды.

– Здесь демон, верно? – спросил Абрам у Люциана, натягивая темно-серую безрукавку на крепкий торс.

– Ты почувствовал? – Люциан начал развязывать алый пояс, чтобы тоже переодеться.

– Я не был уверен, что это демон, но по ощущениям уровень угрозы больше подходит такому созданию, чем простому проклятию. Что думаете? Как демону удается реализовывать поглощение жизней на расстоянии?

Люциан отложил алые верхние одежды и начал стягивать белые нижние.

– Морион считает, что это результат сделки. Души людей в обмен на здоровье.

– На чье здоровье? – Абрам обратил наручи в мечи, положил их на подоконник и накинул на себя серебряный халат.

– Смотрителя храма Богини Брака. – Люциан начал снимать штаны и едва не завалился на Мориона, что переодевался рядом. – Прошу прощения.

Бессмертный поддержал нерадивого владыку, помогая восстановить равновесие.

– Будьте осторожны, – отозвался он, убирая руку с его обнаженной талии.

– Я, конечно, заметил, что служитель весьма бодр для своих лет, но вы уверены, что все дело в демоне? – Абрам подвязал халат поясом. – Может, это подарок богини или просто… здоровый образ жизни?

– Нужно пойти и проверить. – Люциан закончил возиться со штанами и натянул темно-серую безрукавку. – Сходим к служителю и поговорим. Вы же отправили его обратно в храм?

– Ну, мы как минимум велели ему туда вернуться, – бросил Сетх, стоявший рядом с Эриасом возле стены.

– Хорошо. Если не найдем его в храме, поищем в деревне. – Люциан обратил наручи в меч, чтобы надеть верхние одежды.

Абрам в этот момент обратил мечи в наручи, закрепив поверх рукавов.

Закончив переодеваться, они вышли в коридор, а в комнату впустили Фину.

– Значит, мы просто пойдем в храм и обыщем там все вне зависимости от желания служителя? Что будем делать, если он воспротивится? – Эриас сложил руки на груди, стоя напротив Люциана и Мориона. Позади них к стене прислонились Абрам и Сетх.

– Сориентируемся по ситуации, – ответил Люциан. – Могущественного демона здесь нет, темных тварей тоже, и даже если служитель заключил сделку в обмен на здоровье, он все равно остался смертным. Бояться его не стоит.

– Мы зайдем к нему толпой, или кто-то останется ждать снаружи? – раздался голос Абрама, вынудивший Люциана обернуться.

– Фина, ты и Сетх будете ждать снаружи. Установите запирающий круг, чтобы служитель не смог покинуть храм. Мы с Морионом и Эриасом войдем внутрь и попытаемся что-нибудь выяснить. Если мы не вернемся до того, как вы закончите, заходите следом.

Заклинатели кивнули.

Когда Фина переоделась и вышла к ним, ей кратко пересказали план, а затем группа направилась к выходу с постоялого двора.

После фальшивой церемонии бракосочетания, состоявшейся после полудня, миновало всего несколько часов. К тому времени, когда отряд подошел к храму Богини Брака, на дворе стоял уже вечер. Прихожане покинули это место, а главные двери были закрыты.

Вокруг оказалось поразительно тихо. Даже жужжание насекомых не было слышно, пока заклинатели по протоптанной тропе двигались к зданию. Абрам, Сетх и Фина разбрелись в стороны, чтобы создать запирающий круг, а Люциан, Эриас и Морион поднялись на крыльцо.

Двери оказались не заперты, и они бесшумно проникли внутрь. Главный зал был пуст и погружен во тьму. Вечерний свет скудно проникал сквозь щели между ставнями и таял в черноте прежде, чем мог что-нибудь осветить. Заклинатели клана Луны плохо видели при таком освещении, поэтому Люциан раскрыл ладонь, чтобы выпустить световую сферу, но Морион перехватил его запястье и шепнул:

– Здесь никого нет и нечего искать, я уже все осмотрел.

– А? Х-хорошо. – Люциан слегка растерялся, но опустил руку, за которую его держали.

– Пойдемте в жилое крыло. – Морион разжал пальцы и устремился к закрытой двери.

Остальные последовали за ним.

В коридоре жилого крыла тоже оказалось темно и тихо. Чтобы не быть совсем слепцом, Люциан воспользовался сенсорикой – особым чутьем, позволявшим определять расположение предметов в темноте. Оно было развито у него не на том уровне, как у Мориона, но он все равно смог насчитать в длинном коридоре шесть закрытых дверей.

– Предлагаю разделиться и осмотреть комнаты, – тихо сказал Морион. – Так будет быстрее.

– Я не оставлю Люциана, – твердо прозвучал Эриас.

Раздался усталый вздох со стороны бессмертного.

– Здесь никого нет, чтобы напасть, но как хотите, – отозвался он, махнув рукой. Морион повернулся к ближайшей двери и взялся за ручку.

Эриас и Люциан повернулись к противоположной.

Комната, в которую они вошли, была маленькой, с двумя кроватями и спертым воздухом, отчего сразу захотелось открыть окно. Здесь никто не жил – им даже не пришлось рыскать по углам, чтобы понять это. Эриас выпустил пару магических сфер, которые озарили заправленные кровати, ширму в углу, сундук для вещей и умывальник. И хотя помещение давно не проветривали, пыли здесь не было. Заклинатели на всякий случай прошлись по комнате, заглянув в каждый угол, а затем вышли в коридор, где Морион уже собирался войти в третью комнату на своей стороне.

– В первых двух ничего, – бросил он, дернув на себя дверь.

Люциан и Эриас последовали его примеру и вошли во вторую комнату, которая выглядела так же, как и предыдущая. Быстро осмотрев ее, они перешли в следующую, где обстановка ничуть не изменилась, и шагнули к Мориону, который так и не вышел из комнаты.

– Где он? – хмуро поинтересовался Эриас, попав в пустое помещение. Здесь была одна кровать, заваленный бумагами и книгами письменный стол, умывальник и шкаф. Судя по бардаку, эта комната была жилой.

Люциан глубоко вздохнул и уловил аромат сырости, что тянулся из дальнего угла. Он направил туда светящуюся сферу, которая озарила дыру в полу.

– Надеюсь, Морион залез туда, и его там съели, – хмыкнул Эриас.

– Не говори так, – пожурил его Люциан и шагнул ближе к дыре. Там имелась дверь, которая сейчас была открыта на сто восемьдесят градусов, и потому лежала на полу. Под землю вела хлипкая деревянная лестница, сколоченная руками любителя.

– Я полезу первым, – строго сказал Эриас, вставая у края.

– Будь осторожен.

Люциан не хотел спорить, хотя то, что Эриас подвинул его, не вызвало восторга. К несчастью, он ничего не мог с этим поделать. Таковы были обязанности Эриаса как стража. К тому же после потери матери и разлуки с отцом, который не попадался им на глаза вот уже несколько лет, друг прилип к Люциану так, как не прилипал даже репейник, и делал все, чтобы оградить его от всего. Владыка Луны чувствовал, что в этом крылось нечто глубокое и болезненное, но был слишком скуп на эмоции, чтобы понять.

Эриас свесил ноги в яму и выпустил во тьму очередную световую сферу, озарившую дно. Он легко спрыгнул вниз, не став тратить время на лестницу. Оглянувшись на пустую комнату, Люциан прыгнул следом.

Они оказались в узком, темном проходе. Светящийся белый шар проплыл вперед и врезался в двустворчатую закрытую дверь. Сквозь щель лился тусклый свет, но звуков с той стороны не исходило.

Заклинатели подошли ближе. Эриас чуть помедлил, прежде чем дернуть за ручку, и Люциан подбодрил его кивком. Внешне он сохранял покой, хотя серебряные наручи уже начали нагреваться, желая обратиться в меч.

Перед глазами предстала просторная, освещенная факелами комната с каменными стенами и сводчатым потолком. Кладка на стенах и полу выглядела древней, будто комната существовала дольше, чем сам храм, возведенный над ней. У стены располагался длинный стол, на котором валялись сухие травы, несколько закрытых глиняных сосудов, какие-то бумаги. Посреди холодного пола был вычерчен киноварью рунический круг, в котором находился всем известный служитель, а напротив него со сложенными на груди руками стоял Морион. Он что-то говорил, но его слов слышно не было.

– Заклятие запечатывания комнаты, – произнес Эриас, заставив бессмертного обернуться.

Морион покачал головой, посмотрев в глаза Люциана.

– Впервые я с ним согласен. – Эриас кивнул. – Если это запечатывание на крови, то мы можем не выйти.

– Это заклятие не может принадлежать служителю, он же смертный, – сказал Люциан Мориону, и тот одними губами ответил: «Уже не смертный».

– Осторожно! – резко выкрикнул Люциан, когда служитель храма воспользовался ситуацией и бросился на отвлекшегося Мориона.

Эриас схватил Люциана за наруч и дернул назад, заставляя его отступить от порога. Морион призвал божественное оружие и отразил удар, который служитель нанес голой рукой. Лицо человека исказилось в безумном оскале, а в глазах зажглось яростное пламя. Он рвался вперед, пытаясь длинными тонкими пальцами ухватиться за шею Мориона, но тот не позволял ему даже приблизиться, защищаясь серебряным мечом, который казался в полтора раза длиннее обычного.

Противники двигались быстро. Скорость, которую развил служитель, не могла принадлежать обычному смертному – она была выше; а скорость Мориона не соответствовала бессмертному – она была ниже.

Эриас не понимал, почему Морион не бьется в полную силу, но Люциан знал, что дело в запечатывании, о котором ему не так давно поведали.

– Голой рукой! – ахнул Эриас, когда враг схватил лезвие меча и сжал, глядя Мориону в глаза.

Кровь ожидаемо не потекла на пол, потому что служитель не рассек руку, – либо меч оказался непригодным, либо служитель обратился невесть во что.

«Если у него сделка на крепкое здоровье, возможно ли, что он обладает повышенной регенерацией?» – подумал Люциан, неотрывно наблюдая за движениями противников.

Эриас по-прежнему держал его за наруч, не позволяя переступить проклятую черту, сорваться на помощь, когда сорваться хотелось больше всего. Тревога, пока Люциан наблюдал за Морионом, все нарастала. У него был один только меч, но и тот вскоре был отброшен в сторону, когда служитель снова схватился за лезвие. Благо оружие было божественным и имело собственное сознание: куда бы его не кидали, оно всегда возвращалось в ладонь хозяина.

– Люциан, нет. – Эриас потянул его за запястье, когда владыка Луны дернулся к ним.

– Они будут бороться целую вечность, нельзя это так оставлять. – Люциан строго посмотрел на Эриаса.

– Он бессмертный, вечность – это про него. Очевидно, он просто играется с этим чудовищем и вскоре победит.

Люциан нахмурился и вернул взгляд к Мориону, который продолжал борьбу, не умаляя сил. «Но как он победит, если бессилен?» Он поджал губы.

Служитель снова отбил меч и выбросил вперед руку, толкнув Мориона так, что тот отлетел и врезался в стену.

– Нет! – Люциан вырвался из хватки своего стража. Стоило ему переступить черту, как густая тьма тут же забилась в легкие, не позволяя сделать вдох. Эриас позади него закашлялся кровью, видимо, тоже ворвался в круг, следуя за своим владыкой. Люциан успел среагировать лучше него и защитил тело и душу с помощью магии, потому не пострадал.

Служитель бросился к нему, замахиваясь для атаки. Люциан обратил наручи в меч и ударил по этому чудовищу, но не нанес раны – лезвие прошло по коже словно по камню.

– Проверь Мориона! – приказал он Эриасу и увел беснующегося врага в другой угол.

Эриас секунду колебался, но в итоге сорвался к бессмертному, который без чувств сидел возле стены.

Силы Люциана, в отличие от Мориона, не были запечатаны, но он все равно не мог превзойти скорость противника. «Скольких людей он убил, чтобы стать таким? А главное: зачем?» – недоумевал он, отражая удар за ударом и следом нанося свои. Люциан управлялся с мечом ловко и быстро, а его атаки были сдержанными, но точными и жестокими. Настолько жестокими, что руки служителя храма оторвало бы от соприкосновения с мечом, если бы не непробиваемая кожа. А так его конечности просто отлетали в стороны, отчего казалось, что он неустанно машет руками как сумасшедший.

Люциан смотрел на врага, концентрируя магию в глазах, чтобы отыскать слабое место, которого не было: этот проклятый оказался целиком и полностью пропитан демонической ци. Как он скрывал ее до этого, неизвестно. «А скрывал ли вообще? Может, он сделал что-то с собой, прежде чем мы пришли, и поэтому явилась тьма?» Боковым зрением Люциан увидел начерченный киноварью рунический круг, в котором ранее стоял служитель. Он не мог долго отвлекаться на мысли при такой скорости боя и, в целом все осознав для себя, вернулся к насущному – к драке.

– Люц, он не дышит! – выкрикнул Эриас, отчего Люциан похолодел с головы до пят. Лишь на мгновение его движения замедлились, но это позволило служителю выбить из рук меч.

Люциан отскочил назад, избегая очередной атаки. Его золотые глаза пылали, пока он смотрел в оскалившееся лицо врага. Когда служитель снова кинулся в бой, запястье Люциана загорелось ярким светом, рождая золотой кнут. Учитывая, что меч Мориона не наносил чудовищу вреда, Люциан не планировал призывать кнут Междумирье, считая это делом бесполезным, но ему пришлось прибегнуть к радикальным мерам, поскольку его меч улетел в другой конец помещения.

Все произошло в мгновение. Один отточенный взмах позволил опутать врага. Лицо Люциана не выражало никаких эмоций, когда он потянул за рукоять, сужая золотые кольца вокруг чужого тела. Междумирье обычно одним касанием обращал всех темных существ в пыль, но этот враг божественного оружия не боялся, и сейчас был просто скован.

Люциан поджал губы, напрягая каждую мышцу в попытке удержать противника. Кожа начала источать голубое свечение, а золотые глаза сменили цвет на небесный из-за огромной растраты духовных сил. Когда светлый или темный маг выпускал большое количество духовной энергии, она начинала выходить даже из капилляров, а не только из сосуда души, ввиду чего светлый маг сиял подобно звезде, а темный обращался в прокаженного с черными линиями по всему телу.

Междумирье, сияя от своей силы и пожирая силу хозяина, медленно начал резать кожу врага, которую до этого ничто не брало. В отличие от Мориона, который являлся заклинателем темного пути и не мог обмениваться силой со своим оружием, Люциан был способен нарастить мощь кнута, потому что их потоки ци совпадали. Он не был уверен, что ему это поможет, так как меч Мориона казался сильнее Междумирья и Люциана вместе взятых, но, видя, как демоническая магия, подпитывающая служителя, стала разрушаться, перестал сомневаться в своих способностях. Резко дернув рукоять на себя, Люциан разрубил тело на куски. На его красивое безучастное лицо брызнула кровь.

Кнут вернулся в запястье, а Люциан на ватных ногах рванул к Мориону.

– Опусти его на пол, – приказал он Эриасу, хватая бессмертного за плечи. Они положили бездыханное тело. Люциан прикоснулся к его шее, тут же осознав, что пульса нет. – Не может быть, – прошептал он, подползая к Мориону сбоку. Он приложил ладони к грудной клетке и начал надавливать, считая до тридцати. После трех десятков толчков он прервался и снова прощупал чужой пульс. Тишина.

– Люц… – в шоке шепнул Эриас.

Но Люциан будто не слышал. Он запрокинул Мориону голову, раскрыл дыхательные пути и вдохнул в него воздух, отдавая все, что было в собственных легких. Так отчаянно, словно был готов отдать свою жизнь. На секунду отпрянув, Люциан даровал Мориону еще один выдох, а после снова начал считать до тридцати.

Эриас смотрел на это зрелище, безмолвно открыв рот.

Морион так и не пришел в сознание после шестидесяти и даже девяноста толчков.

– Люциан! – выкрикнул Абрам, вбегая в комнату.

– О боги! – ахнула Фина, ворвавшись следом и бросив взгляд на бездыханное тело.

– Эриас, что тут… – Сетх зашел последним и в шоке застыл на месте, глядя на Люциана, который как одержимый пытался вернуть мертвого к жизни.

Все в комнате будто замерло, кроме владыки Луны.

– Сколько? – хрипло спросил Абрам у Эриаса.

– Уже десятый цикл.

– Люц, он… – Абрам не смог произнести слова, которые комом встали в горле.

Фина поджала губы.

Эриас смотрел на Люциана с видом попавшего под дождь щенка. Сетх не мог совладать с эмоциями, и его лицо ничего не выражало. А Абрам… Он едва сдерживался, чтобы не сорваться и не оттолкнуть своего владыку от трупа, которого уже не спасти.

Мориона, казалось, и правда было уже не спасти, но Люциан снова подарил полное жизни дыхание, вложил в него все, что хранил внутри, буквально вынуждая Мориона откликнуться… Выдохнуть смерть в чужие уста. И закашляться, перевернувшись на бок.

Из уголка его губ вытекла струйка крови, и с языка сорвались ругательства:

– Мелкий паршивый недокормыш, как он посмел толкнуть меня? – Он устремил взгляд на разрубленное тело посреди комнаты. Этот смертный не являлся темной тварью, поэтому кнут не заставил его обратиться в пыль, а просто рассек на части.

– Жив… – выдохнул Люциан за спиной Мориона, заставив того обернуться.

– Владыка Луны думал, что я умер? – прокряхтел тот, утирая кровь с уголка губ.

– Ты и умер, – буркнул Эриас.

– На время. – Морион болезненно хохотнул и попытался сесть. – С кем не бывает? Я люблю умирать на время.

– Что здесь произошло? – Абрам поспешил все прояснить.

– Служитель храма оказался жертвой демонической сделки, – констатировал Эриас. – Он на время убил Мориона, после чего Люциан вступил в бой и уничтожил его с помощью кнута.

– Убил Мориона? Как? У него ведь божественное оружие.

– Оно не работало. – Эриас с подозрением посмотрел на бессмертного.

– Что? – со смешком отозвался тот. – Если бы меня не убили, я бы его разрубил. Просто требовалось время, владыка Луны ведь справился.

Абрам перевел взгляд на Люциана, бледного как Морион, который только что вернулся из мира мертвых.

– Ты в порядке?

Люциан не нашел сил на ответ и просто кивнул, прислонившись затылком к стене.

Морион обернулся, внимательно изучая его лицо.

– Владыка Луны немного переусердствовал, делясь со мной своей жизнью. Вам надо выбраться отсюда и отдохнуть. – Он начал подниматься с пола, слегка хрустя конечностями, которые то ли были сломаны и сейчас заживали, то ли успели окоченеть.

– Побеспокойся лучше… о себе… – хрипло выдавил Люциан, прикрывая глаза.

– Ну нет. Мне привычнее беспокоиться о вас. – Морион кивнул Эриасу, и они вместе помогли Люциану подняться, поддерживая того под руки. – Идемте на постоялый двор. На сегодня мы здесь закончили.

Заклинатели расступились, пропуская пострадавшую троицу.