Текст книги ""Фантастика 2026-91". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Лев Храбров

Соавторы: Люцида Аквила,Екатерина Неженцева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 108 (всего у книги 208 страниц)

«А вот манипуляций не нужно, – недовольно подумал Каин, но внешне никак не показал свое настроение. – Я бы и без них помог тебе, потому что единовластия ни в какой сфере быть не должно».

– Хорошо, отдай мне только половину украденных людей, а остальных оставь себе.

Алия просияла и сложила ладони на сердце.

– Спасибо, владыка, спасибо! – быстро произнесла она и раскланялась, а потом взмахом руки приказала своим подчиненным вывести из зала часть слуг.

Хаски и Каин отступили к стене, чтобы не оказаться в центре небольшого столпотворения, потому что из зала вывели не меньше двадцати человек. При виде такого количества смертных у них брови невольно поползли на лоб.

– Кажется, Нарциссу и впрямь стоит приструнить. Если это только часть от украденного, то смертных эта лисица загребает руками и ногами, – тихо произнес Хаски.

Каин кивнул и окутал всех своей тьмой.

– Можешь не беспокоиться и спокойно продолжать работу, они о тебе не узнают, – сказал он Алие, прежде чем исчезнуть вместе с остальными.

Он телепортировал всех в сад, раскинувшийся перед домом Нарциссы. Из дверей тут же выскочили сама Нарцисса, ее дочери и Альвиила. Смертные, перенесшиеся вместе с Каином и Хаски, с непривычки начали опорожнять желудок на свежую зеленую траву.

– Ах вы демоны! Перестаньте рыгать на мой газон, – в ярости закричала Нарцисса и уже замахнулась когтистой рукой, явно собираясь наброситься на людей, но тьма Каина остановила ее.

– Хочешь убить тех, кого я с таким трудом вернул? – спросил он, продолжая удерживать Нарциссу теневыми щупальцами. Его сила поражала своей безграничной мощью; подобно накрывшему город урагану вынудила застыть не только Нарциссу, но и всех остальных демониц, которых даже не коснулась.

Лисица испуганно посмотрела на Каина, а потом перевела взгляд на смертных, облаченных в дорогие, но развратные одежды.

– Так это мои украденные люди? – пробормотала она, наконец начав осознавать, что сейчас происходит. – А почему так мало?

– Часть людей я перераспределил между другими демонами. Как выяснилось, ты слишком жадная.

– Что значит «жадная»? – фыркнула Нарцисса, вздернув подбородок повыше. – Я добываю смертных так же, как и все остальные, не моя вина, что у меня это получается лучше!

Каин наклонил голову к плечу, с любопытством глядя на Нарциссу.

– Ты оккупировала вход в город, наказала своим людям не подпускать к нему других. Забираешь себе большую часть пришлых смертных, а неугодных перепродаешь по завышенным ценам. Ты понимаешь, что, если так будет продолжаться и дальше, тебя убьют?

– Да кто осмелится атаковать меня? – Она возмущенно распушила лисий хвост. – Даже если так, думаете, им удастся победить?

– Ну, мне почти удалось, – не удержавшись, вставила Альвиила, стоявшая на веранде позади.

Нарцисса обернулась к ней через плечо и огрызнулась:

– То была случайность! В следующий раз я тебе глотку порву!

– Можешь попробовать порвать хоть сейчас, уверена, у тебя ничего не выйдет, – промурлыкала Альвиила, сверкнув серыми глазами.

– Довольно, – приказал Каин, заставляя их обоих вздрогнуть и замолчать. Его тьма окутала землю, а голос прозвучал холодно, как зимняя стужа. – Я запрещаю кому-либо из вас увлекаться единовластием. Отныне демоны из блаженной комнаты будут охранять вход в город и разгонять всех ваших подручных. Если кто-то попытается пойти против моего приказа и вновь начнет хитрить, то он окажется в подземной тюрьме. – Каин приподнял подбородок, посмотрев на всех присутствующих сверху вниз. – Ловите смертных по старинке – встречайте на улицах и маните за собой.

– Н-но… – начали демоницы, но, увидев в глазах своего владыки угрожающий блеск, оборвали фразу и вжали головы в плечи.

– Разве в твоей блаженной комнате не одни извращенцы? – шепнул ему на ухо Хаски, припоминая, что в сладком дыму, окутывающем то помещение, все ежеминутно предавались постельным утехам… и только.

Каин серьезно посмотрел на него.

– Именно. И у них очень извращенные способы ловить жертв и наказывать.

– Понятно, – легко ответил Хаски, даже не удивившись, что под крылом сумасшедшего могли вырасти только такие же сумасшедшие. Он оглянулся на растерянных демониц и немного пришедших в себя смертных и спросил: – Тогда уходим? Если явлюсь к Эриасу в ночи, он прогонит меня спать.

– Кстати, насчет Эриаса. Мне нужно, чтобы через пару недель ты притащил его и Сетха в Бессмертный город. У Люциана день рождения, я готовлю подарок.

– А? А. А-а? Разве он собирался праздновать?

– Нет, но я хочу отметить этот день и думаю, он будет рад встретиться с друзьями.

Хаски неловко хохотнул и почесал затылок.

– Ла-адно… приволоку их.

Каин коротко улыбнулся в знак признательности, а потом снова повернулся к Нарциссе и приказал:

– Позаботься о смертных. Мы уходим. Альвиила, возвращайся домой, драки не затевайте.

С этими словами он развернулся, чтобы телепортировать за воротами поместья и не вредить людям тьмой больше, чем уже есть.

– Будет исполнено, в-владыка, – тихо прошептала Нарцисса и вместе с демоницами поклонилась ему в спину.

Каин и Хаски направились к воротам и, выйдя через них, сразу наткнулись на Лилу. Она явно торопилась добраться сюда, учитывая, как тяжело дышала через приоткрытые алые губы и сколько пыли собралось на подоле ее изумрудного платья. Несколько обсидиановых прядей выбились из замысловатой прически и упали на лоб, отчего она то и дело сдувала их.

– Киай, наконец-то я тебя поймала, – проговорила Лилу, делая вдох после каждого слова и опираясь ладонями о колени. – Помоги мне навестить Сетха.

– Вы же встречались две недели назад, – недоумевающе сказал Каин, чуть притормозив.

– Вот именно! Это было так давно, что я чуть не умерла в разлуке!

Каин покачал головой.

– Демонам Асдэма запрещено ходить в мир живых.

– Тогда ты поможешь привести его сюда? – Зеленые глаза Лилу распахнулись, а зрачки расширились, как у смотрящего с мольбой котенка. – Я скучаю. Сильно.

Хаски нахмурился и покосился на друга.

– Я подумаю, – сухо ответил Каин.

– Правда? – с отчаянной надеждой в голосе спросила Лилу, когда тьма под ногами ее владыки начала сгущаться.

– Да, – «честно» ответил Каин и исчез вместе с Хаски.

Они оба материализовались в пустующих покоях Люциана в клане Луны, в которых постоянно прибирались и ничего не меняли. Эриас явно не терял надежды на то, что лучший друг однажды заглянет погостить и будет рад вернуться к себе. Все здесь оставалось как и прежде, за исключением алого пиона, который владыка света забрал с собой в Бессмертный город.

Барьер, который окружал клан Луны и реагировал на всех, кто не связан с заклинателями, Каина и Хаски пропустил без проблем: Эриас и Сетх его незаметно перенастроили, вписав демона и бога в число адептов.

– Ты куда нас перенес? – спросил Хаски, оглядываясь по сторонам, пока Каин принимал свой человеческий облик.

– В покои Люциана.

– А, – бесцветно выдохнул Хаски и направился к двери. – Думаю, Эриас сейчас в кабинете. Люциан знает, насколько укрепилась связь Лилу и Сетха?

Хаски вышел в коридор, и Каин последовал за ним.

– Да. Я потратил неделю, чтобы вывести его из депрессивных мыслей об этом.

– И он согласился оставить все как есть? – Хаски вел их по коридору столь уверенно, словно успел поселиться здесь. – Я заметил в глазах Лилу отголоски крепнущей одержимости. В следующую встречу она вцепится в Сетха и больше не отпустит.

– Мы знаем. Поэтому приняли решение стереть ей память.

Хаски ахнул, обернувшись на демона.

– Неужели ты идешь за мной, чтобы рассказать об этом Эриасу?

– Точнее, Сетху. Он его страж, так что мы наверняка найдем их двоих в одном месте.

Хаски не сдержал смешка.

– Как благородно с твоей стороны – предупредить бедолагу о расставании.

– Это не мое решение, а Люциана. Мне совершенно все равно, знает этот смертный или нет, но Люциан не хочет, чтобы Сетх пришел на встречу, а его там никто не ждет.

– Стоп, что? Так ты с самого начала собирался в клан Луны?

– Ну да.

– Вот наглец! Выставил все так, словно делаешь мне одолжение, отпуская к Эриасу, но на деле тебе было по пути?

– Ты не учитываешь того, что я собирался сюда один, а не с балластом в виде тебя, так что одолжение я все-таки сделал, – бесцветно сообщил Каин, останавливаясь возле нужной двери.

Хаски лишь скривил губы в ответ. Перевоплотившись в Лиона, он вежливо постучал и сухо сказал:

– Там могут быть незнакомые люди.

Получив разрешение, Хаски толкнул дверь, и они с Каином вошли в кабинет. К счастью, внутри находились только Эриас и Сетх, облаченные в серебристые клановые одежды. Они стояли перед рабочим столом, на котором лежала раскрытая карта Лунных земель и кипа бумаг.

Владыка и его страж обернулись на Лиона и Мориона, и их брови подлетели вверх.

– Хаски? – тихо прошептал Эриас.

– Да, это я, – ответил Лион и закрыл за собой дверь.

Эриас и Сетх переглянулись.

– Почему вы оба здесь? Да еще и без предупреждения?

– А он когда-то предупреждал о визите? – небрежно спросил Лион, указывая на Мориона.

– Я здесь с новостями, – сухо добавил демон.

– Надеюсь, с хорошими? – Эриас отложил на край стола бумаги, которые держал в руках.

– Ну, смотря для кого, – сказал Морион, глядя на Сетха. – Лилу порывалась встретиться с тобой, хотя раньше никогда не желала выйти за границы города. – Его голос звучал серьезно и слегка беспокойно. – Ваше общение зашло слишком далеко, и его нужно прекратить. Еще пара встреч – и моя демоница помешается на тебе до такой степени, что не сможет больше отпустить, а это породит конфликты, потому что влюбленные демоны нестабильны и склонны лишаться рассудка.

Сетх поджал губы, пристально глядя на Мориона болотного цвета глазами. Судя по выражению его лица, он совсем не удивился этим новостям, словно с самого начала осознавал, что эти отношения не могут существовать долго, и поэтому не позволял себе привязываться.

– Я понимаю, – после нескольких секунд молчания сдавленно произнес Сетх. – Что я должен сделать? Как вы планируете объяснить все ей?

– Никак. Я просто лишу ее воспоминаний о тебе.

Сетх ахнул.

– Разве так можно?

– Да. Я могу и тебя заставить забыть, если ее образ в мыслях мешает спокойно жить.

– Н-нет. – Сетх покачал головой. – Не мешает. Я был готов к этому и смогу пережить потерю. Единственное, о чем я хочу попросить, если возможно, – позвольте нам попрощаться, прежде чем она все забудет.

Морион покачал головой.

– Думаешь, она не почувствует, что ты пришел попрощаться? Демоны легко считывают эмоции, и если Лилу поймет, что ты уходишь, то тут же вцепится в тебя и ее привязанность проявится раньше, чем должна. Мне не нужна ее эмоциональная нестабильность, если она будет беспокойной, то моя магия повредит ее разум.

Услышав слова демона, Сетх побледнел.

– Если магия может оказывать такой зловредный эффект, может быть, мы просто перестанем встречаться? И она сама собой успокоится?

– Скорее, она замучает Киайя просьбами устроить встречу, а когда он в сотый раз откажет, то попытается сбежать из города, – сказал Лион и подошел к Эриасу, опиравшемуся ладонью о стол.

– Я рад тебя видеть, – шепнул ему Эриас.

– Приятно слышать, – так же тихо ответил Лион, потрепав его по плечу.

Остальные на их перешептывания не обратили никакого внимания.

Морион кивнул, соглашаясь со словами Хаски, и добавил:

– Демоны – не люди. Если мы влюбляемся, то действуем отчаянно.

– Но ведь вы… – заговорил Сетх.

– Я не чистокровный, – прервал его Морион. – Даже не пытайтесь сравнивать мои отношения с теми, которые строите сами.

Сетх шумно выдохнул, зарываясь пальцами в отросшие черные волосы, собранные в короткий хвост на затылке – такую прическу раньше делал Эриас, хотя теперь сменил ее на косу.

Общение Сетха с Лилу длилось уже несколько месяцев, и они не переходили рамки дозволенного, сразу договорившись, что любовь под запретом. Поэтому он не понимал, в какой именно момент все усложнилось. Ему казалось, они привязаны друг к другу в равной мере…

– Мы ведь это обсуждали, – растерянно прошептал Сетх. – Я думал, ей приятно со мной общаться и только…

– Малыш, сердцу не прикажешь. Спать с тобой ей будет вдвойне приятнее, – ехидно подметил Лион.

– Хаски, – осадил его Эриас. – Помягче.

– Ой. Прости, – устыдилось бессмертное божество. – Я весь день провел подле Киайя, надышался ядовитого воздуха.

– Обманывайся дальше, – бросил демон и вернулся к беседе с Сетхом. – В общем, с этого момента можешь забыть о ней. Я сотру ее воспоминания, чтобы она смогла жить спокойно и без тревог. И не вздумай винить в этом кого-то еще, тебя предупреждали, что это опасно.

– Я понял, – сдержанно ответил Сетх, сжав руки в кулаки.

– Прелестно. – В ногах Мориона начала сгущаться тьма, а его волосы сменили цвет на родной. – Остальное на тебе, можешь задержаться здесь, чтобы проконтролировать ситуацию, – сказал он Лиону.

– О, а такой расклад мне нравится, – весело отозвался тот, наблюдая, как друг растворяется в густой черной дымке.

Как только демон исчез, Сетх шумно выдохнул, и его напряженные плечи опустились. Он с мольбой посмотрел на Эриаса.

– Мне нужно выпить.

– Я тоже не прочь, – поддержал его Лион. – Уже вечер, давайте прогуляемся в Полуночный город и отдохнем?

Эриас задумался, уставившись на раскрытую карту, где некоторые области были обведены красной краской, а потом кивнул.

– Хорошо. На сегодня с работой покончено.

Вернувшись в Асдэм, Каин быстро отыскал Лилу в ее доме разврата и после короткой непринужденной беседы предложил послушать гуань, чтобы забрать воспоминания. Маленькая демоница лежала на софе рядом, положив голову ему на колени, пока он играл прекрасную на слух мелодию. Что удивительно, вместо знакомого равнодушия Каин чувствовал лишь обиду за Лилу, которая осталась без любви из-за своей жестокой природы. В этот момент ему даже захотелось вернуться в клан Луны и разорвать Сетха на части, но, к счастью для стража, Каин слишком страшился гнева Люциана. Вместо кровопролития он заботливо перенес уснувшую Лилу в кровать и покинул ее дом.

Не желая сталкиваться с демонами и сразу возвращаться в Бессмертный город, Каин по крышам направился в замок, размышляя о том, насколько несправедливо вселенная обошлась с демонами, лишив их возможности любить столь же красиво, как люди. Не способные хранить преданность кому-то до такой степени, чтобы отпустить или сберечь ценой своей собственной жизни, они и правда могли называться чудовищами. Безусловно, привязавшись, демон берег своего человека от бед, кроме той, которую воплощал сам. Он укрывал избранника под своим темным крылом, но при этом лишал его и света, и воздуха, медленно душил страстью, быстро перерастающей в помешательство. И это помешательство хоронило людей, а потом отнимало и волю к жизни у самих демонов.

Каин со вздохом остановился на алой крыше двухэтажного здания и уставился на порхающие в небе бумажные фонари и световые сферы.

«Ты поэтому хотел умереть, да, брат?» – только подумал он, и от этой мысли сердце его пронзил укол невыносимой боли. Он знал, как отчаянно любил Ксандр в прошлой жизни и как его уничтожила весть о чужой смерти.

– Почему ты здесь? – раздался знакомый ласковый голос, и Каин обернулся.

Люциан стоял в нескольких шагах от него. Он весь мягко светился, как спустившаяся с неба звезда. Его длинные вьющиеся волосы, собранные у висков и заколотые на затылке подаренной заколкой, развевались на легком ветру, как и бело-золотистые одежды. Его глаза, живые и теплые, блестели. Величественный и сияющий, с лицом и фигурой как у статуи, созданной искусным мастером, и с печатью на лбу Люциан выглядел так, что перед ним хотелось пасть на колени и вознести молитвы.

– У тебя какое-то дело на этой крыше?

Люциан недоуменно наклонил голову к плечу, глядя на демона. Каин долго не отвечал ему, а потом вдруг обрушил такую бурную волну обжигающих чувств, что Люциан чуть не свалился с крыши от одолевшего его головокружения. Испугавшись, Каин тут же подлетел к нему и поддержал за талию и под локоть, чтобы не дать упасть. Ощутив жар чужого тела, живого и настоящего, он окатил Люциана новой волной своих эмоций.

– Что с тобой? – рыкнул Люциан, не сдержав своего раздражения. Он попытался выпрямиться и совладать с чужими эмоциями. – Почему ты реагируешь так, словно я умер и воскрес?

– Потому что я думал о том, каково терять тех, кто тебе дорог, – прошептал Каин, осторожно отпуская его.

Люциан замер и медленно поднял на него глаза.

– Что заставило тебя подумать об этом, я ведь бессмертен?

– Я стер воспоминания Лилу, как мы и решили.

Люциан не увидел никакой связи между смертью близкого и стертой памятью, но разбираться не рискнул, учитывая нестабильное состояние Каина.

– Если это было тяжело для тебя, то ты мог и не соглашаться, – ласково произнес он. – Я думал, подобное тебя не потревожит.

– Я тоже так думал, ты не виноват, – спокойно ответил Каин, выхватывая светящуюся прядь чужих волос, чтобы рассмотреть поближе и, видимо, немного успокоиться.

– Хочешь обсудить это? Если эта ситуация пробудила другие переживания, я должен знать.

Каин молчал, задумчиво перебирая мягкую прядь между бледными пальцами.

– Как думаешь, нормально ли, что демоническая суть подразумевает одни только крайности? Вместо любви – помешательство, вместо злости – ненависть, вместо желания – жажда. Справедливо ли то, что, как ни пытайся, демон никогда себя не изменит, даже если вырастет среди людей?

Люциан с трудом удержался, чтобы у него на лице не отразилось удивления. Он не ожидал, что Каин решит порассуждать на такие печальные темы.

«Не стоило все-таки отправлять его стирать память Лилу… Даже если он не знал, что так будет, сейчас эта ситуация его сильно задела».

Люциан вздохнул и посмотрел на небо, давая себе время на размышления. Он проследил взглядом за бумажным фонариком, который поднялся так высоко, что стал напоминать далекую звезду, а потом меланхолично произнес:

– Не забывай, что люди и демоны пришли из разных миров, и если бы не раскол, то они никогда бы и не встретились. Они совершенно разные, и нет никакого смысла пытаться равнять одних под других. Такова природа, и разногласия естественны, не тревожься об этом. – Люциан успокаивающе провел ладонями по чужой груди, разглаживая ткань одежд. – Заложенную основу не изменишь; демоны не способны порождать потомство и смешивать свою кровь с людской, а только из потомства можно создать вид, адаптировавшийся к новым условиям.

Каин вздохнул, глядя на черепицу, укрывающую крышу.

– Ты прав. – Он выдержал небольшую паузу. – Спасибо.

– Полегчало?

Каин согласно хмыкнул.

– Хорошо. – Люциан приободрился и опустил руки вдоль боков. – Тогда вернемся в Бессмертный город, если ты здесь закончил? Уже вечер, я пришел позвать тебя на ужин.

Каин снова посмотрел на него, и мрачной тени, до этого укрывавшей его лицо, уже не было.

– Ты сделал все дела, которые хотел?

– Да. И я даже успел восстановить стену в покоях, – со смешком поделился Люциан. – Надеюсь, мы больше ее не сломаем.

Свет начал окутывать Люциана. Тьма под ногами Каина сгустилась.

– Мы ломаем ее уже в пятый раз, но хорошо, надейся.

Прежде чем исчезнуть, владыка света мягко ударил владыку тьмы кулаком в плечо и с улыбкой попросил заткнуться.

Праздник для начала

Замок Бога Войны в Бессмертном городе выглядел столь напыщенно, что, проходя мимо него, невольно думаешь: «Сколько же у хозяина самомнения?» Трехэтажное квадратное здание, где каждый верхний ярус был меньше предыдущего, отливало насыщенным черным цветом, а под крышей виднелись блестящие желтые узоры. К небольшой площадке перед входной дверью вела широкая мраморная лестница, по бокам от которой возвышались два золотых тигра со сверкающими нефритовыми сферами в зубах. Периметр замка окружал деревянный заборчик, такой же алый, как внутренняя сторона иссиня-черной кровли, видневшаяся в местах загнутых кверху углов.

Сегодня был День перерождения нача́л, и Люциан пришел к дому первого младшего дяди Каина, чтобы пригласить его на скромное вечернее торжество.

Постучав в двери, он ожидал, что ему откроет кто-то из прислуги, но встретил на пороге Бога Воды. Этот изящный стройный мужчина с нефритовой кожей был одет в голубой халат с широкими рукавами и вышитыми белыми журавлями, пролетающими над горами. Его немного отросшие волосы цвета морского песка были слегка зачесаны назад и поблескивали на свету. Кончик небольшой челки касался правой брови чуть темнее прядей. В спокойных глазах, таких же голубых, как кристально-чистая вода в горном озере, светился немой вопрос.

– Бог Воды? – неуверенно сказал Люциан и огляделся по сторонам, решив, что пришел не туда. Быстро спохватившись, он поклонился. – Здравствуйте. Простите, я собирался к Богу Войны, но, видимо, что-то перепутал. – Люциан неловко рассмеялся, почесывая затылок, украшенный подаренной заколкой. – У Каина сегодня День перерождения, и я подумал, что было бы неплохо устроить торжество по этому поводу. Пусть он не родился в этот день, перерождение стало важным этапом в его жизни.

Не успел Ривер открыть рот, как из-за его спины высунулась голова Фельсифула.

– Кто-то сказал «торжество»? – воодушевленно спросил тот, вперившись взглядом горящих глаз в Люциана.

Ривер смиренно выдохнул и отступил, пропуская вперед Фельсифула, потому что переговоры были не его стихией.

Коротко поклонившись, Фельсифул усмехнулся и посмотрел на сияющую во лбу Люциана печать нача́ла.

– Значит, хотите устроить празднество? – спросил он, скользнув взглядом по золотисто-белым одеяниям Люциана. – А чего так скромно – только мы и вы с Киайем?

– И еще Бог Обмана, просто сейчас он занят, я попросил его присмотреть за владыкой тьмы и не дать нам пересечься.

– Получается, всего пятеро? – Фельсифул покачал головой. – Это никакое не торжество. Торжество – это фейерверки, много гостей, песни и пляски до самого утра. Киай – темное начало, и в честь его перерождения, и вашего в том числе, нужно устроить что-то посолиднее, чем чаепитие за закрытыми дверьми.

– Луи, – предостерегающе позвал Ривер по истинному имени, а не божественному. – Я сомневаюсь, что твоя идея лучше того, что предлагает владыка света. Не тебе решать, как праздновать этот день. – Его голос звучал спокойно, но в нем отчетливо слышался укор.

– А я и не решаю, – отмахнулся Фельсифул, игнорируя намек, – просто рассуждаю. – Он стрельнул глазами в Люциана и растянул губы в лукавой улыбке. – Ваша Светлость, ну согласитесь, что День перерождения важен не только для вас двоих, но и для всех в этом городе? Такое событие нельзя игнорировать. Масштабное торжество поможет вам наладить контакт с местными жителями и напомнит, кому они подчиняются. Да и Киай, как демон хаоса, оценит шумиху и с наслаждением побудет в толпе, чтобы почерпнуть питательную энергию, которой наверняка недостает в нашем переполненном светом городе.

Люциан открыл рот в безмолвном вздохе.

– А ведь и правда, – пробормотал он, подумав о том, что Каину в самом деле будет приятнее находиться в толпе, чем в пустующей комнате. А если на торжестве кто-то подерется, то он вовсе придет в восторг!

Фельсифул закивал и более уверенно заговорил:

– К тому же поздравлять дорогих людей всегда лучше с шиком. Так вы во всех красках покажете, насколько Киай вам небезразличен. – Он подмигнул.

Ривер позади него нахмурился, словно был не согласен с тем, что помпезное мероприятие придется племяннику по вкусу. К несчастью, Люциан, который не умел готовить подарки и совсем не разбирался в торжествах, не обратил никакого внимания на реакцию Ривера и прислушивался к Фельсифулу. Бог Войны в обеих жизнях производил впечатление сведущего в развлечениях человека, а также подавлял неудержимой энергией и уверенностью в правоте своих собственных слов, так что игнорировать его влияние было очень сложно.

– А вы не могли бы поделиться со мной мудростью, как лучше все подготовить, чтобы торжество прошло удачно и всем понравилось? – осторожно спросил Люциан, спрятав перед собой правую ладонь в левый рукав, а левую – в правый. – К кому мне стоит обратиться и как созвать гостей, чтобы владыка тьмы не заметил?

Фельсифул улыбнулся, словно рыбак, подцепивший на крючок крупную добычу, и Бог Воды позади него тяжело вздохнул.

– О-о, я вам помогу! – Он переступил через порог, шурша коричнево-белыми одеждами с рукавами, заправленными за кожаные наручи, и направился к лестнице. – Предлагаю не медлить и начать организацию прямо сейчас. Пойдемте!

Люциан недоуменно посмотрел на Ривера и, увидев, как тот со вздохом перешагнул порог, встрепенулся.

– Если Бог Воды не желает, то я не заставляю его следовать за нами, – взволнованно произнес он, замахав перед собой раскрытыми ладонями.

– Все в порядке, – успокоил Ривер и мягко потрепал его по плечу с абсолютно бесстрастным выражением лица. – Мне и самому интересно поучаствовать. Хотя я не уверен, как будет лучше, но, думаю, Киайю понравится любое торжество, организованное вами. – Он кивнул в сторону отдаляющегося Фельсифула, и они с Люцианом плечом к плечу двинулись следом. – А помимо этого, планируете дарить что-то еще?

Люциан неловко почесал висок указательным пальцем.

– Вообще-то семейное застолье и было моим подарком. Тяжело преподнести что-то ценное тому, кто ни в чем не нуждается и ни к чему не питает страсти.

– Так уж ни к чему? – Фельсифул обернулся и скользнул взглядом по фигуре Люциана. Хотя он шел впереди, обгоняя их обоих на несколько шагов, это не мешало ему подслушивать чужие разговоры.

Щеки Люциана порозовели.

– Я подумал, что это слишком банально, – тихо пробормотал он самому себе и неловко почесал нос. – Куда мы, кстати, направляемся? – спросил Люциан, пытаясь уйти от неприличной темы.

Фельсифул замедлился и, вклинившись между спутниками, просветил:

– Сначала сходим к Богу Литературы и попросим его разослать всем приглашения, потом к Богу Торжеств и Богине Застолья, чтобы те оформили центральную площадь, а Богу Очага велим помочь с едой и напитками. Пока они будут заняты приготовлениями, мы прогуляемся в мир мертвых и спросим с семейки Киайя подарок.

Люциан вскинул брови.

– А это обязательно? Может быть, не стоит их беспокоить?

– Кроме того, из мира мертвых не рекомендуется что-то выносить в мир живых, – сухо напомнил Ривер.

– Ой, скажешь тоже, – протянул Фельсифул, покосившись на него. – Если вынесем небольшой кувшинчик вина и тут же разопьем, мир не развалится. Пока мы гостили у владык, мне удалось попробовать изумительное на вкус вино – такого здесь не сыскать! На Дне перерождения нача́л этот напиток однозначно должен быть, – сказал он Люциану и причмокнул, сложив пальцы в форме цветочного бутона.

Люциан задумался, стоит ли выносить вино из мира мертвых, потому что оно и впрямь было вкусным и достаточно крепким, чтобы захмелеть даже от нескольких глотков. «К тому же Каин будет рад получить подарок и внимание от родителей, я в этом убежден».

– Хорошо, думаю, за парочкой кувшинов мы могли бы сходить в мир мертвых, вот только я совсем недавно научился открывать проходы и не уверен в своих силах.

Фельсифул фыркнул и закинул руку ему на плечи.

– Не переживай! Я уверен, что племянничек тебя прекрасно обучил и ты справишься.

Люциан слегка поежился под чужой рукой и неловко покосился на Ривера, который никак не реагировал на дружелюбие своего товарища. Как он относился к ситуации, Люциану было невдомек, ему хотелось спросить и в то же время нет…

Бог Литературы, к которому они сейчас направлялись, был одним из немногих, кто жил не в замке, а в целом дворцовом комплексе, огороженном высокими кирпичными стенами. До переезда в Бессмертный город ему и его покровителям не требовалось так много места, но, когда принялись искать кандидатов для поддержания порядка и организации деятельности местных жителей, Бог Литературы оказался завален работой, как и некоторые божества из смежных сфер, поэтому в скромном замке кипы бумаг уже не умещались. И хотя отправка письменных сообщений не входила в его обязанности, он, как наставник, отдавал приказы Богу Писем, с которым проживал под одной крышей.

Найти Бога Литературы внутри многоэтажного архива было непросто. Пока они бродили по лабиринту из шкафов, на каждой полке которых громоздились бесконечные свитки и книги, Фельсифул несколько раз выругался и успел предположить, что Вэньсюэ специально спрятался ото всех. Он даже пригрозил устроить пожар, о чем услышали снующие мимо покровители, все до одного выглядевшие как четырнадцатилетние черноволосые ученики философской школы. Испугавшись, что Фельсифул и впрямь исполнит угрозу, они тут же помогли отыскать своего бога.

Вэньсюэ был погребен под горой свитков, которую, как подсказала сопровождавшая их девочка, он пытался разобрать со вчерашнего дня. Если бы не выглядывающий из-под бумаг уголок бежевого халата, никто бы и не догадался, что он здесь – даже магия его почти не ощущалась в воздухе.

– Вэньсюэ, ты там помер? – Фельсифул пнул свитки, попав одним из них в чужую голову.

– Ай! – Гора зашевелилась, и с ее вершины начали скатываться свитки. – Тебе что надо? – буркнул Бог Литературы, показав растрепанную голову и заспанный взгляд.

– У наших правителей сегодня День перерождения, нужно разослать письма-приглашения на торжество, которое пройдет на центральной площади, после заката.

Вэньсюэ явно собирался спросить: «Почему ты просишь об этом меня, если у нас есть бог, отвечающий за письма?» – но при виде Люциана в его статном и пышущем невообразимой силой истинном обличье не решился открыть рот. Тяжело вздохнув, он начал выбираться из-под завала. Его бежевые, расшитые коричневой нитью одежды были помяты, а каштановые длинные волосы спутались на макушке, приняв форму, напоминающую птичье гнездо. Под зелеными глазами залегли пугающе темные круги, особенно выделявшиеся на белой коже.

– Есть пожелания к содержимому писем и их внешнему виду? – вяло спросил Вэньсюэ, спокойно глядя на Люциана, который тут же покосился на Бога Войны.

Фельсифул со смешком ответил:

– Конверты должны быть черными с золотыми разводами, в письме прямым текстом пиши, что в честь Дня перерождения сегодня будет организовано торжество, приглашены все.

– А от чьего имени писать? – Вэньсюэ попытался ладонями разгладить ткань своих одежд.

– От своего и пиши, ты всегда так делаешь, тебе уже доверяют.

Вэньсюэ ничего не сказал, только бросил на Фельсифула острый взгляд.

– Понял, сделаю, – сухо ответил он. – Но на отправку уйдет не меньше двух часов.

– Без проблем. – Фельсифул махнул рукой. – У нас еще ничего не готово. Пойдемте.

С этими словами он развернулся, поманив Люциана и Ривера за собой.