Текст книги ""Фантастика 2026-91". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Лев Храбров

Соавторы: Люцида Аквила,Екатерина Неженцева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 36 (всего у книги 208 страниц)

– А если не скажу, то что?

Люциан уставился на него, не веря, что этот холоп осмелился не послушаться его. Достопочтенный владыка всех Лунных земель медленно моргнул, сильнее нахмурился и начал призывать свое божественное оружие, чтобы отхлестать непокорного.

Кай замахал руками.

– Стой-стой-стой. Я скажу. Скажу.

– Говори, – властно велел Люциан. – Хвали меня.

Это было неожиданно.

Под воздействием престранного табака владыка Луны превратился в маленького демона. Кай пришел в восторг от этого, а услышав приказное «хвали меня», и вовсе не удержался: свалился на подушки и, схватившись за живот, залился громким хохотом.

– Говори!

Люциан угрожающе нависал над ним, не разделяя сего веселья. Он был серьезен, как генерал, ведущий в бой свое войско. Когда его лицо оказалось обескураживающе близко, Кай подавился смехом.

– А вот это небезопасно, – прохрипел он, практически касаясь своим носом чужого. Кай смотрел в глаза Люциана и чувствовал, как они затягивают его в металлическую глубину. Расплавленное золото сияло сквозь легкую туманную дымку, его веки были слегка прикрыты, а веер ресниц отбрасывал тень на гладкие щеки. Люциан смотрел так пристально, словно ожидал, когда ему дадут желаемое. В этот момент он был невероятно красивым, но в то же время пугающим.

Кай беззаботно коснулся чужой косы, накручивая мягкие золотистые пряди вокруг бледных пальцев.

– А я думал, ты становишься таким только от алкоголя. Видимо, табак тоже оказывает на тебя дурное влияние. – Он не удержался и, выпустив из пальцев прядь, коснулся щеки Люциана. Его кожа была слишком нежной для девятнадцатилетнего юноши, что намекало на высокий уровень самосовершенствования.

Люциан соображал хуже новорожденного и поэтому не заметил, что его лицо и волосы трогают.

– Тебе настолько важна моя похвала? – Голос Кая прозвучал тихо.

– Да.

– Почему?

– Хочу.

– Владыку Луны не хвалили в детстве?

– Хвалили.

– Много?

– Да.

Кай усмехнулся:

– Люциан, а ты, оказывается, очень-очень себя любишь. Кто бы мог подумать? Тогда я решил, что при потере контроля ты просто начинаешь шалить, но на деле же демонстрируешь истинную натуру, – с его губ сорвался смешок. – На вид хороший мальчик, а в душе та еще проблема?

– Это ты проблема, а я молодец.

Кай широко улыбнулся и поманил Люциана ближе к себе, намекая склониться к уху.

– Ты молодец, – сказал он, и его холодное дыхание коснулось чужой шеи. Он положил руки ему на спину и слегка надавил, из-за чего Люциан не удержал равновесия и рухнул в объятия демона.

Люциан заерзал.

– Отпусти.

– Модао, это для твоего блага. Если я позволю тебе и дальше проказничать, ты потом устыдишься. Полежи, пока не протрезвеешь, а я тебя по спине поглажу, хорошо?

– Не трогай меня.

– Уже трогаю, не сопротивляйся.

Люциан снова дернулся, однако Кай, поглаживая, надавил на его акупунктурные точки и обездвижил. Он медленно и успокаивающе водил ладонью по чужой спине. Люциан сначала что-то ворчал, но вскоре затих. Прикосновения казались ему странно знакомыми, и на сердце отчего-то стало грустно.

Глава 52. Воспоминания прошлых лет. Часть вторая

Люциан не заметил, как уснул. Он осознал это, только когда оказался в кабинете владыки Ночи.

Элеонора сидела на софе рядом с Каем. В кресле напротив расположилась его мать – миниатюрная брюнетка в черных одеждах, а чуть поодаль, за письменным столом, владыка Ночи читал бумаги и в разговоре не участвовал.

– Прошу прощения, что мы столько тянули с объяснениями, – вежливо обратилась владычица Ночи к Элеоноре. – Сведения, которые я вам расскажу, очень важны в глобальном смысле, поэтому прошу слушать внимательно и отнестись к этому серьезно.

Элеонора и Кай невольно переглянулись друг с другом. Несмотря на то что темный принц привык держаться расслабленно, сейчас он был напряжен всем телом, как и его спутница.

Люциан наблюдал за сном, но соображал с трудом. Он понимал, что сейчас раскроется нечто очень важное, но его почему-то это не волновало.

Владычица Ночи спросила:

– Вы знаете, откуда в нашем мире взялась магия?

Кай и Элеонора снова обменялись взглядами, будто хотели решить, кто из них будет отвечать.

– Заклинателям известно, что тысячи лет назад образовался раскол между мирами и в наше пространство, в котором доселе не водилось магии, вторглась тьма, – спокойно сказала Эленор. – Вместе с тьмой пришли демоны и темные твари, многие люди погибли, а выжившие положили начало формированию четырех заклинательских кланов. Хотя человечество вошло в контакт с тьмой, из всех кланов укротить ее смог лишь один. Адепты трех других избрали сторону света, потому что практиковать тьму у них не получалось ввиду разрушения души.

– Отчасти так и есть. – Владычица Ночи кивнула. – Вы когда-нибудь задумывались, откуда взялись светлые маги, если в мир пришла только тьма?

– Боги очистили души заклинателей и поставили тех на тропу света, – отчеканил Кай, а когда мать одарила его вопросительным взглядом, добавил: – Я спрашивал это у названого дяди, таков был его ответ.

– Да, но боги появились уже после того, как темная магия вошла в наш мир. Почему они стали первыми, кто состоял из света?

Элеонора и Кай промолчали.

– Потому что не все боги родились в нашем мире, некоторые пришли из разлома. – Владычица Ночи внимательно наблюдала за реакцией детей.

– Боги, пришедшие из разлома? Кто, например? – с недоверием спросил Кай.

– Твой дурак-названый-дядя, – раздался низкий голос владыки Ночи.

– Что-о? – Кай посмотрел на отца. – Так он из разлома? Я думал, он местный… Почему вы не сказали?

– Ты не спрашивал.

Кай закатил глаза. Его отец вечно изворачивался, умышленно утаивая информацию.

Элеонора не понимала, о каком боге-названом-дяде шла речь, – или, скорее, боялась понять. Она в самом деле при встрече почувствовала исходящую от старика странную силу, но не связала ее с чем-то божественным. Это казалось ей абсурдным. Бог среди людей? Такое просто невозможно.

– Простите, пожалуйста, – обратилась она к владычице Ночи. – Но если боги пришли из разлома, значит, в другом мире жила не только тьма?

– Верно. Во всем необходим баланс. Изначально в иномирье существовали две сущности: тьма и свет. Они сдерживали друг друга и сохраняли мир, однако дети тьмы, ненасытные и жадные до власти, уничтожили свет. Когда одной из великих сущностей не стало, вторая лишилась всяких оков и начала разрастаться. Иномирье переполнилось темной магией настолько, что ей некуда было деваться, – из-за этого пограничная пленка разорвалась и позволила невиданной силе проникнуть к нам.

– Раз в наш мир пришла только тьма, значит ли это, что мы вскоре повторим участь иномирья? – задумчиво спросила Элеонора. – Или светлых магов – носителей света – достаточно для сохранения баланса?

– Недостаточно. Баланс в каждом мире способен сформироваться, только если обе сущности владеют одинаковым объемом силы. В иномирье свет мог бы возродиться, но тьма была слишком велика и каждый раз подавляла его. В нашем мире дела обстоят несколько иначе: поскольку тьмы пришло мало, а вместе с ней явились и боги, благодаря которым родились светлые маги, установление баланса проходило организованно и постепенно. Сформировались новые великие сущности, и сейчас они равны. Их называют началами – темным и светлым.

На слове «нача́ла» Люциан будто очнулся и стал более внимательно вслушиваться в беседу.

Элеонора посмотрела на Кая, чтобы увидеть его реакцию, но тот почти не переменился в лице.

– Ты знал? – тихо спросила она.

– Догадывался.

Эленор перевела взгляд на владычицу Ночи.

– Хотите сказать, что я и молодой господин Найт – две великие сущности?

– Да.

Воспитание не позволило Элеоноре скривить лицо в гримасе неверия. Она молчала, не в силах подобрать слов. Им с Каем сейчас пророчили нечто странное и возвышенное, хотя поверить в это было сложно. Проще признать, что ты станешь богом или демоном, а не основой баланса, о котором слышишь впервые.

– Мама, Элеонора не такая, как я, как она может быть светлым началом?

– Твой названый дядя считает, что она переродится, когда вам исполнится по двадцать.

– Переродится в кого? – Кай нахмурился. – В бога?

Владычица посмотрела на сына как на глупца.

– В светлое начало.

Кай глупцом не был, он просто хотел удостовериться, что его родители ничего не путают. Как и названый дядя, он разглядел в Элеоноре божественное начало, но разве это катализатор для обращения в великую сущность? Или увиденное было вовсе не божественным началом, а чем-то на него похожим?

– О чем вы говорите? – прошептала Элеонора, пребывая в смятении: она тоже не понимала, как божественное начало могло сделать из нее великую сущность. – Мы просто выбрали не те камни, а вы уже пророчите нам стать основами мироздания? Я молчу о том, что впервые слышу о началах. Я еще могу поверить, что Кай станет одним из них, ведь он очень сильный, но я… я совершенно обычная…

– Я тоже был обычным, – прозвучал голос владыки Ночи, – но в один момент все изменилось. – Он многозначительно посмотрел на жену. – Так что это не показатель.

Элеонора не понимала, что имеет в виду отец Кая. Владыка Ночи, как и его сын, с рождения был сильным и способным, и сравнивать его с Элеонорой – странно.

Она вздохнула, не зная, как все это осмыслить. Эти люди хоть и говорили сейчас безумные вещи, но не могли лгать. Владычица Ночи не шарлатанка с рынка, ее слово – истина, даже когда его смысл казался нереальными.

– Если вы говорите, что мы начала, значит, после перерождения мы… растворимся в магии? Исчезнем? – спросила Элеонора, представив, что все это правда.

– Нет. – Голос владычицы Ночи прозвучал успокаивающе. – Вы останетесь теми же, кем есть сейчас, просто станете гораздо сильнее, переродитесь как боги. Хотя насчет тебя, – она бросила взгляд на сына, – не уверена. Твоя сила никогда не спала́.

Темный принц помрачнел.

– В каком смысле? – Элеонора выжидающе посмотрела на Кая.

Он вздохнул, глядя на возлюбленную, а после обратился к матери:

– Ты расскажешь ей о том, кто я такой?

– Можно, – снова вмешался в их разговор владыка Ночи; его голос смешался с шелестом бумаг на столе. – Девочка все равно связана с ним, пусть узнает правду.

Владычица Ночи поджала губы, взяв паузу на размышления. Казалось, она не планировала когда-то раскрывать тайну сына, которую хранила так долго, но владыка Ночи был прав: эти дети – части одного целого, и лучше не оставлять между ними секретов.

– Элеонора, – владычица Ночи развернулась к ней, – ты наверняка задавалась вопросом, почему мы заставляем Кая скрывать силы, хотя всем известно, что ему нужно обучаться среди бессмертных. И ты наверняка спрашивала его про перчатки, верно?

Элеонора неуверенно кивнула. Она невольно сжала в кулаке ткань одежд, чувствуя, как сердце от волнения застучало быстрее.

– Элеонора, Кай не просто человек, он – порожденный мною демон хаоса.

Элеонора распахнула глаза.

– Как такое возможно?

– Потому что я рожден от человека и полудемона, – мрачно отозвался принц.

– Полудемона? – одними губами повторила Элеонора.

– От меня, – спокойно заявила владычица Ночи.

Элеонора ошарашенно посмотрела на нее и увидела, как серые глаза собеседницы почернели вместе со склерами. Она тут же подскочила с места. Эленор не испытала ужаса при виде этого – в ее деле ужасаться переставали после первой охоты, – но удивление скрыть не смогла. Многие утверждали, что за последние годы клан Ночи выстроил связи с демонами, но не до такой же степени! Элеонора считала все это либо байками, либо научным интересом, благодаря которому полуночники придумали множество печатей для поимки и убийства демонов. Кто бы мог подумать, что прогресса удалось достичь не из-за развитых способностей, а потому что правящая семья частично приходилась темным тварям родней?

– Но при чем здесь перчатки Кая? – спросила Эленор, даже не собираясь садиться.

– А-а… – Глаза владычицы Ночи снова вернули прежний цвет. – Скорее всего, дело в плохой наследственности.

– Мои руки разрушают все, к чему я прикасаюсь, – пояснил Кай.

Элеонора перевела на него недоверчивый взгляд, и он решил наглядно продемонстрировать. Перчатка внезапно растворилась, обнажив бледные пальцы с короткострижеными ногтями.

– Только не сервиз! – пригрозила владычица Ночи, заметив, что Кай потянулся к чаше. – Лучше печенье.

Принц хмыкнул и коснулся пальцем миндального печенья, разложенного на широком блюде. Сладость тут же обратилась в пыль, исчезла, словно ее никогда не было.

Потрясенно ахнув, Элеонора плюхнулась на софу.

– Так вот почему ты… никогда не… никогда… не снимал…

– Угу, – буркнул он и материализовал перчатку обратно.

– Это… божественное оружие, сдерживающее твою силу?

Кай странно покосился на Элеонору. Было видно, что он хотел съязвить (ну какое божественное оружие у смертного?), но сдержался из-за и так напряженной ситуации.

– Не совсем, – спокойно ответил он. – Это подарок названого дяди.

– Элеонора, – перебила сына владычица Ночи. – Знаю, ты удивлена, но не стоит пугаться. Ничего не изменилось, Кай остается все тем же, я тоже, просто теперь ты знаешь долю правды. Надеюсь, ты понимаешь, что этот разговор не должен выйти за пределы комнаты?

– Конечно, – ответила Элеонора не раздумывая. Она не была глупой и осознавала опасность доверенной ей тайны. – И я не напугана, я давно готовилась услышать что-то столь невообразимое. Сейчас я просто пытаюсь понять, как реагировать… потому что это… – начала мямлить Элеонора; волнение захлестнуло ее. – Все это оказалось более невероятным, чем я предполагала. – Она сглотнула, пытаясь взять себя в руки.

Если бы ей сказали, что Кай станет демоном, а она – богом, Элеонора толком и не удивилась бы, потому что в последние дни размышляла именно об этом, однако ей преподнесли совершенно другую информацию. Ей поведали про нача́ла, про то, что владычица Ночи и ее сын – полудемоны.

Все эти годы Элеонора любила полудемона.

Полудемона!

От этих мыслей она растеряла весь самоконтроль, не понимала, как себя вести. Смеяться? Кричать? Оставаться спокойной? Но точно не истерить – заклинатели в истерики не впадали.

Осознав, что справиться с чувствами не получается, Элеонора решила действовать разумно и расспросить обо всем, что касалось их будущего.

– Значит, когда исполнится двадцать, мы с Каем переродимся? – Ее голос звучал ровно, хотя сердце гулко билось в груди. – А что потом? Мы вознесемся как боги и должны будем отречься от мирских сует? Подписать соглашение о невмешательстве в жизни смертных?

– Не совсем. – Владычица Ночи покачала головой. – Вы не боги, а начала, закон о невмешательстве на вас не распространяется, но, думаю, вам придется быть послушными и не перегибать палку. Если все так, как мы предполагаем, и вы действительно обратитесь в великие сущности, то ваши силы станут настолько колоссальны, что любое вмешательство в чью-то жизнь разрушит мир.

– Если все так, как мы предполагаем… – повторила Элеонора. – Значит ли это, что вы не уверены?

– В нашем мире ни в чем нельзя быть уверенным. – Владычица Ночи пожала плечами. – Никто из нас еще не встречал начала, кроме богов, пришедших из иномирья, но и те сказали, что у них сущности были другими. Прошлые начала родились чистой магией, вы же – человек и полудемон, а ваша истинная сила пробудится лишь в канун вашего двадцатилетия.

– Почему именно двадцатилетие? – спросил Кай, хотя они с Элеонорой уже догадывались об этом.

– Было предзнаменование. В день твоего рождения двадцать звезд покинули небосвод. Элеонора, в день твоего рождения наверняка произошло то же самое, да?

Элеонора кивнула, и владычица Ночи скромно улыбнулась.

– Значит, вы родились в одно время.

– Но почему началами должны стать мы? – Элеонора так и не могла примириться с этой мыслью. – Почему это произошло, когда родились мы?

– Боги считают, что причина в Кае. Его появление на свет заставило все божественные труды, направленные на восстановление баланса, кануть в небытие, и поэтому природа поспешила породить сущность, ему противоположную. Как я сказала, мой сын – демон хаоса, самый могущественный демон из всех существующих. Им не требуются человеческие души для пропитания, они черпают свою силу из хаоса. Он повсюду – даже упавшая ваза или случайно раздавленный жук порождают его. Во время сражения демон хаоса становится только сильнее, и убить его почти невозможно. Из-за того, что Кай родился с такой великой магией, всемирный баланс нарушился, и, чтобы восстановить равновесие, породил тебя. Элеонора, ты – сосуд светлой силы. В этом нет ничего удивительного, среди людей есть даже сосуды божественной силы.

– Мой первый младший дядя, – добавил Кай.

– В каком смысле? – спросила Элеонора, а потом вдруг вспомнила, как несколько дней назад принц обмолвился, что один из его дядь носит божественное начало.

– Однажды боги сплотились и уничтожили пришедшее из разлома божество, – ответила владычица Ночи вместо сына. – Его сила не умерла вместе с ним, а отправилась искать вместилище. Она выбрала сосудом нынешнего владыку Солнца; когда он умрет, то вознесется и займет место Бога Войны, а сейчас лишь выступает в качестве сосуда божественной силы.

– Значит… – тихо начала Элеонора, – если мы с Каем переродимся в начала, то будем идти рука об руку, чтобы сохранить баланс?

– Скорее всего, да. Понимаю, вы не очень дружны, но Кай не так плох, как может казаться…

– Нет, Ро, он очень плох, – владыка Ночи не преминул вставить едкое слово.

– Отец, – сквозь зубы процедил Кай. – Можешь не нагнетать?

Владыка Ночи усмехнулся.

– А что? Боишься, твоя подружка сбежит?

– Если мы не переродимся? – продолжила Элеонора беседу с владычицей Ночи, не обращая внимания на разговор мужчин.

– Хотелось бы мне допустить это «если», но я сомневаюсь, что все обойдется. Слишком много совпадений, к тому же названый дядя Кая, когда прощупывал пульс, уже заметил в тебе силу.

Элеонора никак не отреагировала на ее слова – Кай еще в тот день предположил, что названый дядя все растреплет его родителям, – и вместо этого погрузилась в мысли. Все это казалось таким простым, но в голове почему-то не укладывалось. Заклинатели привыкли к чудесам, но речи про богов находились даже за гранью их понимания. Элеонора должна была стать великой сущностью, но пока не чувствовала внутри себя чего-то особенного – это жило только на словах.

– Что ж, – спустя долгую паузу продолжила владычица Ночи, наблюдая за Элеонорой. – Мне кажется, тебе нужно отдохнуть. На сегодня разговор окончен. Если возникнут вопросы, запомни их и при следующей встрече задашь мне. – Она перевела взгляд на сына. – На днях мне бы хотелось провести для вас небольшой тест, чтобы разобраться с тем, что вы сотворили на кроличьей поляне в клане Луны.

Кай кивнул и спросил:

– Что с Ксандром?

– Не волнуйся, он поправляется быстрее, чем мы ожидали. Скоро вернется.

Кай выдохнул. Несмотря на врожденную холодность, он не мог оставаться равнодушным к человеку, который приходился ему названым братом. Особенно когда сам упек его в лазарет.

«Поверить не могу, что Ксандр владыка демонов. – Люциан внезапно вспомнил рассказ Бога Обмана. – Если владычица Ночи была полудемоном, как и Кай, владыка Солнца божественным сосудом, а названый дядя – богом, почему никто из них не заметил подвоха? Насколько силен владыка демонов, раз смог затесаться в стан такого врага?»

Люциан наконец-то отрезвел после табака и смог привести мысли в порядок. Однако он все равно не понимал, что к чему. Большую часть он уже слышал от Хаски, а сейчас узнал о том, что Элеонора и Кай были особенными, связанными, что сам принц являлся полудемоном до того, как стал владыкой тьмы, но как все это относилось к Люциану, который просто видел их прошлое?

«Думаю, я все пойму, когда узнаю, что случилось с Элеонорой. Что, если она жива, как и Кай? Даже если он не знает об этом, это не значит, что такое невозможно. Если она тогда погибла, могла ведь уже возродиться, верно? Может, Кай оставил меня в Асдэме, надеясь таким образом отыскать возлюбленную?»

Люциан нахмурился, и его мозг заработал усерднее. Он не понимал, почему, будучи полудемоном, Кай перерождался так долго.

«Разве он не должен был, учитывая его происхождение, переродиться мгновенно? Или это связано с тем, что ему суждено стать великой сущностью? Значит, он не называет себя могущественным демоном, потому что на самом деле… он… что-то гораздо сильнее?»

Эта мысль заставила Люциана вздрогнуть. Грех не вздрогнуть, когда какой-то безумец становится всесильным.

– Можете идти, – сказала владычица Ночи.

– Кай, останься, – раздался голос его отца. – Нужно обсудить дела клана.

– Позволь, я сначала провожу Элеонору.

– Нет, – резко ответил владыка Ночи.

– Да, – мягко отозвалась владычица.

Кай посмотрел на родителей, как на неопределившихся детей. Он нервно улыбнулся уголком губ.

– Так нет или да?

– Иди, конечно. – Владычица Ночи кивнула, бросив на мужа предостерегающий взгляд. – Только не задерживайся. Я понимаю, вам с Элеонорой хочется обсудить случившееся, но, мне кажется, лучше сделать это завтра, когда вы все обдумаете и примете это.

– Я понял. – Кай кивнул, поднимаясь с места. – Скоро вернусь. – Он заложил руки за спину и развернулся.

Элеонора встала и, поклонившись старшим, направилась следом за принцем.

– Выглядишь нормально, – осторожно подметил Кай, когда они вышли в коридор. Фраза прозвучала не как вопрос, скорее, он просто пытался поинтересоваться, в порядке ли она.

Элеонора не подавала никаких признаков беспокойства, хотя все тело сковал холод. Ее лицо ничего не выражало, она не кричала и не торопилась сбежать, но это не значило, что она была в порядке.

– Я не знаю, как себя чувствую, – пробормотала Эленор. – Пока не понимаю, о чем стоит волноваться, но начала… Это звучит если не безумно, то невероятно.

Кай вздохнул.

– Понимаю. Не думай об этом слишком много, пусть все идет своим чередом. По словам матери, даже богам не известно, что придется исполнить великим сущностям этого мира, поэтому любые размышления на эту тему только усложнят нам жизнь.

Элеонора с тревогой посмотрела на принца. Кай нахмурился, глядя на нее в ответ, а потом мельком оглядел коридор и потянулся, чтобы взять ее за руку, но Элеонора вздрогнула от прикосновения его перчатки и даже отшатнулась.

Он нахмурился.

– Тебя пугает, что я полудемон?

«Что?»

Элеонора не понимала, почему он задал такой вопрос, поскольку не придала большого значения своей реакции на его касание. Однако Кай не упустил это из виду.

Она отринула от себя мысли про великие сущности и подумала о другом: должна ли она теперь бояться Кая? «Разве есть разница, кто он такой?» – спросила себя Элеонора. Принц был рядом с ней в течение шести лет. Она знала его, любила. И не отказалась бы от него, даже окажись он берсерком или призраком. Ее совсем не волновало его происхождение, имело значение лишь то, как они чувствовали себя рядом друг с другом.

– Не особо, – спокойно ответила Элеонора. – Теперь я понимаю, почему ты скрываешь магию и почему твоя аура такая странная. – Она посмотрела на Кая. – Как так вышло, что твоя мать… полудемон?

– Это долгая история. Мы не в том месте, чтобы ее рассказывать.

Элеонора кивнула, предполагая, что это очередная тайна, покрытая толстым слоем непроглядного мрака.

– Ты веришь, что мы сможем переродиться?

– И да и нет. Учитывая, кем я рожден, стать чем-то вроде начала для меня неудивительно. В нашем мире чего только не случается. Мне кажется, я давно догадывался о своем могуществе, так что слова родителей не сильно впечатлили меня, хотя такого я все равно не ожидал. Могу понять твою реакцию. Я тоже до конца не представляю, к чему готовиться.

– Эта неизвестность и беспокоит.

– Да. Но я не думаю, что она представляет собой нечто ужасное. Нам ведь сказали, что мы не изменимся – просто станем сильнее.

Элеонора нервно улыбнулась.

– Если честно, я вообще не придала значения разговорам о силе. Первым делом я подумала о том, что, переродившись, мы наконец-то будем вместе и никто не станет возражать.

Кай усмехнулся.

– Какими безумными бы ни казались эти мысли, я тоже так подумал. – Он снова взял Элеонору за руку, и в этот раз она не отшатнулась от него. – Я рад, что ты хочешь остаться со мной, невзирая на то, кто я и что нас ждет впереди. Что бы ни случилось, изменимся мы или нет, я хочу, чтобы ты была рядом.

– Я тоже. – Элеонора сжала его пальцы, отчаянно цепляясь за них, как за обрыв, с которого собиралась вот-вот упасть. Она не хотела отпускать эту руку в черной перчатке. Даже после перерождения. Даже после смерти. Никогда. Кем бы они ни были, кем бы ни стали в будущем, она чувствовала, что им нельзя расставаться.

То, что им было суждено обратиться великими сущностями, все еще вызывало неверие, настораживало, но никак не ужасало и не провоцировало панику. Люди перерождались в богов, демонов, темную тварь, а потому становление началами не звучало как конец жизни и начало кошмара. Заклинатели привыкли становиться сильнее, поднимаясь по ступеням самосовершенствования, а здесь пророчили примерно то же самое.

В сложившейся ситуации Элеонора и Кай могли бояться всего или ничего – зависело от того, что они предпочтут. Но поскольку заклинатели всегда ступали на путь, который позволял разуму пребывать в покое, было очевидным, каким эмоциям они решат поддаться.

«Если так подумать… что изменится, когда я обращусь великой сущностью? Я не владычица клана, у меня нет родных, которые будут страдать от утраты, а любимый переродится вместе со мной, так что мне совершенно нечего терять, а значит, и нечего бояться. Ведь так?»

Однако Элеонора не знала, как ответить на свой же вопрос.

Кай проводил ее до покоев и, остановившись перед дверьми, сказал:

– Давай встретимся завтра. Я приду к тебе после обеда, и мы все обсудим.

– Хорошо.

Кай улыбнулся уголками губ, но улыбка вышла какой-то растерянной. Он положил ладонь на затылок Элеоноры и притянул ее ближе к себе, чтобы подарить ей прощальный поцелуй. Губы принца были мягкими и теплыми, их прикосновение дарило ей покой. Элеонора поддалась ему без раздумий, прикрыв глаза и отрекаясь от переживаний ради него.