Текст книги ""Фантастика 2026-91". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Лев Храбров

Соавторы: Люцида Аквила,Екатерина Неженцева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 104 (всего у книги 208 страниц)

Люциан опустил взгляд на гладкую землю. Он не хотел думать об этом, но слова Фельсифула имели смысл. Бог Войны был старше, многое пережил, и к нему стоило прислушаться.

– Спасибо. Я подумаю над вашими словами.

Фельсифул снова похлопал Люциана по плечу.

– Молодец! И отчего Киай говорил, что ты непослушный? Вон как внимательно слушаешь, – хохотнул он.

Люциан предпочел сделать вид, что не расслышал его.

Чем дальше они заходили, тем более безвыходным казалось их положение. Они миновали несколько туннелей и десятки иллюзий, видели ходы, арки и тюремные камеры, но конца пути даже не предвиделось. Распространив духовную силу на километры вглубь, они вроде и знали, куда двигаться, но все равно потерянно блуждали.

Фельсифул остановился и поставил ладони в бока.

– Что-то здесь не так. Это место… Оно меняет места входов и выходов? – спросил он, глядя на Люциана, который остановился рядом, задумчиво осматриваясь по сторонам.

– Или же выход меняет положение, и мы не успеваем его достичь. Вы знаете что-то еще о тюрьме клана Ночи?

Фельсифул покачал головой.

– В мое время говорили, что тюрьма полна иллюзий, которые не позволяют свободно передвигаться по ней. Заклятия… если те и были, то только в камерах, чтобы сдерживать заключенных. Про меняющиеся ходы я не слышал.

Люциан вздохнул.

«Стоит ли позвать помощь? Времени прошло не так много, и если побеспокоим кого-то, то только покажем себя неумехами, да и у Фельсифула будут проблемы, если Каин его здесь застанет».

– Что ж, тогда пройдемся еще. – Он махнул рукой и направился дальше. – Но в этот раз попробуем внимательнее смотреть на иллюзии, возможно, в них вплетены заклятия, которые укажут на связь с выходом.

Фельсифул поспешил следом.

– Мне только одно неясно, почему Киай поставил ловушку, которая ведет именно сюда? Чтобы жертва блуждала до конца своей вечности? Это ведь жестоко… Он ведь не такой…

«А по-моему, именно такой…» – беззаботно подумал Люциан, а вслух сказал:

– Возможно, он потом придет сюда, чтобы разобраться с вором, а пока позволяет бродить и питаться страхом. – Люциан задумался, а потом бдительно посмотрел на Фельсифула. – На самом деле странно, что он поставил ловушку аккурат с картиной. Вы ведь говорили, что он должен отдать ее вам, почему же так вышло?

– Не знаю. – Бог Войны беззаботно пожал плечами. – Думаю, Киай просто вредный.

Люциан с трудом сдержался, чтобы не цокнуть языком, и подумал: «Очевидно, Фельсифул украл картину, которую Каин выкрал у него. Портрет не закончен, и художник вряд ли отдал бы его добровольно».

– Стой. – Фельсифул отвлек Люциана от мыслей и вытянул перед ним руку, преграждая путь. – Слышишь?

– Шорох? Раньше я его не слышал.

Люциан почувствовал, как по чужой руке прокатилась дрожь, и непонимающе посмотрел на Бога Войны. Волосы его начали медленно загораться.

– Насекомые, – напряженно шепнул тот. – На нас движутся какие-то насекомые!

Фельсифул взмахнул руками, создавая огненный шар, но Люциан тут же погасил его и осуждающим тоном прошипел:

– Вы сожжете кислород!

– И что? Нам вообще-то дышать не нужно.

– Нам нет, но этим жукам – да. – Люциан указал на огромных членистоногих, появившихся в конце туннеля. – Где-то здесь их гнездо, если выжжем кислород и все портентозы умрут, то это нарушит баланс тьмы.

Портентозы напоминали огромных рыжих тараканов, правда, полутораметровой длины, а их образ жизни напоминал муравьиный: они так же строили гнезда под землей, рыли тоннели, имели королеву и почти никогда не покидали свою территорию. Сами по себе они были тихими созданиями, но, когда устраивали погоню, начинали трещать, прямо как рой цикад. Их рокот порождал такое мощное эхо, что из ушей лилась кровь, но у Люциана и Фельсифула, к счастью, было достаточно сил, чтобы выдержать их натиск, не получив ран.

– Издеваешься? – чуть не взвизгнул Фельсифул. – Я на дух не переношу жуков, особенно тех, которые бегут нас сожрать.

– В таком случае нам тоже нужно бежать.

Люциан схватил его за руку и рванул в обратную сторону. Фельсифул быстро сориентировался и побежал так, что Люциан с трудом поспевал за ним. Конечно, они могли бы обратиться в нематериальное, чтобы ускориться, но тогда Бог Войны снова вызовет пламя и сожжет все вокруг, а Люциан не хотел бросать его, поэтому тоже передвигался на своих двоих.

Портентозы гнались за ними, невзирая и на иллюзорные стены, и на решетки. В какой-то момент Люциан даже подумал, что такими темпами они оббегут все туннели и наконец найдут выход, но нет. Свобода им не светила, но они хотя бы отбились от тварей, когда отбежали достаточно далеко от их территории или улья.

– Демоны! – выругался Фельсифул, переводя дух. – Все говорили, что с пришествием светлого нача́ла жизнь у нас станет проще, но, пока тебя не было, я спокойно убивал этих жуков. Ты что творишь? Хочешь, чтобы я блуждал вблизи этих тварей и периодически от них бегал? Неужели в этом вашем балансе нет никакой лазейки?

Люциан покачал головой.

– Сожалею. Но теперь нам нельзя убивать всех подряд. У жуков есть свой хищник, и это не вы. Вы – помеха, которая нарушит баланс, если вмешается. Нужно следовать пищевой цепи. Отныне боги могут воевать только против тех, кто способен убить их или потенциально опасен для их существования. Если же мы, наивысшая ступень пищевой цепи, начнем без разбора поглощать нижестоящих, то виды исчезнут и все сломается.

Фельсифул скривил губы.

– Ну прелестно. Теперь понятно, зачем Киайю нужен был Бессмертный город – отгородить высшую ступень от низшей.

– В какой-то степени все так и есть, но он создал его для вашего удобства. – Отдышавшись, Люциан выпрямился и направился дальше по туннелю. – Вам ведь комфортно на небесах? Там легче принимать молитвы, оттуда быстрее телепортировать к нужному храму, да и все боги рядом – можно попросить помощи. Нет внешних раздражителей вроде смертных, тварей или демонов, нет темной энергии и магических конфликтов, зато есть свои замки и территории. Бессмертный город больше про комфорт, чем про обособленность, которая произошла сама по себе и не является обязательным условием для проживания. Боги все равно периодически спускаются.

– Пф… И что, мне теперь вообще ни одной слабой твари нельзя коснуться, потому что это нарушит баланс?

– Это щекотливый вопрос, но лучше врагов оставить в живых, чем умертвить.

– Не понимаю. Сначала ты говоришь, чтобы я никого не убивал, теперь называешь это щекотливым вопросом. Что происходит? Почему баланс столь неоднозначен?

Люциан и сам задавался этим вопросом, хоть и знал ответ.

– Потому что в мире нет ничего однозначного, и иногда сама судьба велит богу уничтожать людей. Я не могу предугадать все ключевые события, которые постигнут вас в жизни, но сейчас знаю, что жуков вы убивать не должны.

Фельсифул поморщился.

– У меня голова разболелась от твоих речей.

Люциан скромно улыбнулся, как будто приносил извинения. Сохранять баланс было сложно, а поскольку они с Каином не заглядывали в будущее, то не могли расписать, что, кому и когда можно сделать. Знание это приходило в определенный момент времени, и, пока событие не случится, Люциан не предугадает последствия для баланса.

Они снова бродили по туннелям, но теперь старательно избегали поползновений портентоз. Делать это оказалось непросто, потому что твари двигались бесшумно, пока не приближались к цели. Из-за множества иллюзий темная магия слилась в одно сплошное пятно, и Люциану с Фельсифулом, стоящим на стороне света, было трудно различать, какая сила от чего исходит. Поэтому им все же пришлось пару раз побегать от жуков.

– Тебе не дурно? – спросил Бог Войны, тяжело дыша.

– Нет, а должно?

– Ты ведь создание света, а нам тяжело находиться в таких местах. Не думал, что на меня это повлияет, но мы бродим здесь уже не первый час, и я начал чувствовать слабость. Прямо как в Асдэме.

– Я в порядке. Видимо, уже привык.

– Или тьма обходит тебя стороной, – невесело хмыкнул Фельсифул. – Ты же как-то выдерживаешь присутствие Киайя, сомневаюсь, что он постоянно запечатывает силы.

– Тьма подвластна ему, он способен ею управлять, и если она задевает других, то только по его воле.

Фельсифул клацнул зубами.

– Вот паршивец! Значит, он постоянно пытается меня прогнать? Никогда не чувствовал себя комфортно подле него. Вот встречу и побью его палками, раз отец не воспитал! – тихо зарычал Фельсифул.

– Не нервничайте так. – Люциан успокаивающе положил ладонь ему на плечо, окутывая живительным светом, отчего возмущение растаяло на чужом лице.

Фельсифул тихо и протяжно выдохнул.

– Спасибо… так бы сразу. – Уголки его губ дернулись вверх. – Я рад, что Киай не мучает тебя, как всех остальных, это многое говорит о его отношении к тебе.

– Да, я знаю.

– Ну а ты? – Фельсифул выпрямился и направился дальше. – Мне кажется, ты до сих пор не можешь принять то, что вас объединяет.

– С чего вы взяли? – спросил Люциан, поравнявшись с ним.

– При взгляде на вас кажется, что на тропу парного совершенствования встал только Киай, а тебя на нее просто затащил.

– Все не так, – покачал головой Люциан, – иначе я бы не принял его предложение.

– М-м… и то верно. Видимо, я еще недостаточно хорошо тебя знаю, – с усмешкой сказал Фельсифул. – Это и к лучшему, я думаю, будь ты так прост, Киайю бы это быстро наскучило. И все же, – он резко посерьезнел, – если понадобится помощь, обращайся. Я не первый год живу, быть может, подскажу, как улучшить тропу парного совершенствования.

Люциану хотелось сквозь землю провалиться. «Да я в жизни не стану обсуждать с кем-то свое совершенствование! Не нужна мне с этим помощь, и так все прекрасно».

Фельсифул хохотнул, глядя на него и будто читая мысли.

– Ну, как знаешь. В любом случае я всегда рад помочь, заходи как-нибудь в гости… если мы выберемся отсюда.

– Выберемся, – сказал Люциан, уставившись вперед. – Я вижу свет.

Фельсифул резко отвернулся и проследил за его взглядом.

Впереди, из круглой дыры в нескольких десятках метров от них, лился теплый свет. Он нетерпеливо подрагивал, словно подгонял скорее подойти к нему. Ощутив за приятным светом знакомую тьму, Люциан спешно направился к выходу.

– Думаю, это для нас.

Фельсифул тоже почувствовал ее и даже успел смачно выругаться себе под нос, пробурчав что-то вроде: «Вот же ж угораздило попасть прямо в лапы, может быть, в туннелях остаться?»

Как только они выбрались наружу, свет фонарей Асдэма ударил им в глаза, вынуждая прищуриться. Быстро проморгавшись, Люциан увидел, что Каин стоит посреди пустой улицы, скрестив руки на груди, и с ухмылкой смотрит на него. Ночная тьма обнимала демона, облаченного во все черное; ткань обтягивающей безрукавки касалась каждой линии его крепкого тела, четко очерчивая мышцы. Обсидиановые волосы, зачесанные назад, блестели в алом свете, одна прядь спадала на лоб. Великое темное нача́ло походило на красивую, но очень зловещую статую.

Люциан и Фельсифул огляделись и обнаружили, что находятся на окраине Асдэма, – там, куда почти никто не забредал. Вход за их спиной исчез. От него остались лишь несколько рун, начерченных на каменной стене какого-то дома.

– Даже спрашивать не буду, как вас занесло в тюрьму. Дядя, не хотите вернуть украденное? – Каин протянул раскрытую ладонь.

– И не мечтай! – Фельсифул вспыхнул желтым пламенем. – Если захочешь отнять, готовь себе гроб!

С этими словами он исчез, обдавая жаром бок Люциана.

«Э?» Он недоуменно взглянул на пустое место рядом с собой.

– Тц, тц, тц… дядя, подлый трус. – Каин покачал головой и медленно подплыл к Люциану. Остановился напротив, положил ладонь ему на плечо, ободряюще сжав, и заглянул в глаза. – Ты в порядке? Не поранился? – В его голосе звучало ласковое беспокойство.

– Все хорошо. – Люциан успокаивающе похлопал его по тыльной стороне ладони, а потом проворчал: – Но ты не мог прийти раньше, чтобы я не бродил там столько времени?

– Прости, не сразу заметил, что ты пропал. От тебя не поступало никаких просьб о помощи. С дядей было интересно? – усмехнулся Каин, наклонив голову к плечу, и с любопытством посмотрел на Люциана.

– Ну, мы неплохо пообщались. Теперь он обращается ко на «ты» и считает меня членом вашей семьи, что кажется мне немного странным.

– Не так уж и странно, когда все предрешено.

В ответ на его самоуверенное заявление Люциан вскинул бровь.

– Вообще-то я еще могу отказаться, – проворчал он скорее из желания подразнить.

Каин наклонился и произнес ему на ухо:

– Ну попробуй. – Его голос звучал так твердо, словно он уже заковал в цепи светлое нача́ло и запер в замке. По спине Люциана пробежали мурашки, обжигающие поясницу. – Пойдем, – сказал Каин, отстранившись. – Тебе пора вернуть друзей в мир людей. Они засиделись, к тому же у нас дел невпроворот.

– Ах да, точно! – спохватился Люциан, осознав, что оставил товарищей не на час, а на полдня, и тут же начал обращаться в пыль. – Поспешим!

Каин усмехнулся, теряя форму следом за ним.

– Ты, главное, не паникуй, Хаски все еще следит, чтобы никого не съели, но Сетх, говорят, заперся с Лилу в комнате.

Услышав об этом, Люциан чуть не взорвался.

– Ты вообще не успокоил, – выкрикнул он.

К счастью, Лилу и Сетх просто играли в карты у нее в спальне, вполне одетыми, а не предавались постельным утехам.

В деревню Бога Ветров Люциан вернул их целыми и невредимыми, так что никто даже не заметил их отсутствия.

Эпилог 3. Пограничье – лимб

Часть первая

Оставшуюся от Бэй Сюэ мертвую пустошь не беспокоил даже ветер. Пыль нетронутая лежала на земле, пятная лишь светлые сапоги Люциана, пока он шел к центру города. За минувшее время здесь ничто не выросло – даже не попыталось пробиться сквозь почву. Это место умерло вместе с приходом владыки демонов.

Ясное голубое небо искажала огромная трещина – вход в лимб, запечатанный нача́лами. Сотни печатей переливались на фоне плывущих над головой облаков, словно в отражении разбитого зеркала.

Люциан остановился и запрокинул голову, чтобы посмотреть на плоды своих трудов. Он даже не помнил, как создал все эти печати. Это случилось как-то неосознанно, в панике.

– Так и зачем мы здесь? – спросил он.

Не успели они с Каином вернуться из Асдэма в Бессмертный город и обсудить встречу с Абрамом, как появилась новая задача. Не прошло и дня, а Каин пожелал проникнуть в лимб. Причину раскрыть он поленился, лишь сообщил, что расскажет обо всем на месте.

– Пока мы гостили в мире мертвых, мама сказала, что лимб не всегда был закрытым измерением. Раньше он выступал пограничьем, местом между миром живых и мертвых. В те времена лимб населяли сущности, и они же следили за порядком, но потом к нам из Иномирья проникла тьма и повредила его. Сущностям пришлось запечатать все выходы, а самим переселиться к мертвым. Мать беспокоится, что через лимб можно попасть в Иномирье, и просит проверить это.

– Интересное предположение, вот только будь в лимбе проходы в другие миры, мы бы почувствовали их еще при его открытии, разве нет?

Каин пожал плечами.

– В тот день меня чуть не сожрал Ксандр, поэтому я не анализировал то, что происходило в этом измерении, а сейчас из-за печатей ничего не могу почувствовать. Предлагаю туда прогуляться, нам это ничего не стоит. Хоть так вдвоем побудем, а то в Бессмертном городе ты вечно окружен толпой божеств.

Каин взмахнул рукой, и одна из печатей треснула. Образовавшейся щели хватило, чтобы они просочились в лимб.

– Я и сам не рад этому. Не думал, что бессмертные настолько несамостоятельные, – пробурчал Люциан, материализовавшись на сером плато в другом измерении.

– Тебе стоит поменьше потакать их прихотям и перестать решать их проблемы. Они чудесно справлялись без тебя тысячи лет, так что не умрут. Хочешь, помогу все уладить? – спросил Каин, заботливо взглянув на него.

– И что представляет из себя эта помощь?

– Начнем вместе проводить приемы и аудиенции. Раньше я не хотел лезть в ваши светлые дела, но сейчас думаю, что мое темное присутствие отвадит от тебя некоторых обленившихся прилипал.

Люциан задумался, приложив указательный палец к подбородку.

– Возможно, в этом есть смысл, – пробормотал он, а потом воодушевленно добавил: – Давай попробуем, а то мне кажется, что они пытаются сесть мне на шею.

Каин кивнул и двинулся вперед.

Люциан пошел за ним, оглядываясь по сторонам. В лимбе не было растительности – одни лишь серые камни. В небе не светило солнце, а округу освещала белая сияющая дымка, застилающая пространство над головой. Казалось, в этом мире царили пустота да простор и существовало только два оттенка.

Они отошли от трещины и остановились на краю плиты, чистой и не тронутой временем. Люциан безмолвно открыл рот, глядя на бескрайний каньон, на скалы, которые были утыканы всевозможным оружием. Ножи, топоры, булавы, мечи и многое другое наполовину торчали из темно-серого камня и выглядели чем-то пугающим, тем, чего здесь быть не должно.

Сам лимб дарил ощущение безграничного покоя и равновесия, потому что не было тут ни шума, ни ветра, но эти клинки… они рушили безмятежность и пускали холодок по спине.

Люциан посмотрел себе под ноги и не увидел дна. Оно скрывалось за той же белой дымкой, но не так сильно сияющей, как ее поднебесный близнец.

– Что за непорядок? – пробормотал он, глядя на Каина. – Почему здесь только камни и оружие? А как же души? Мы видели, как их затянуло обратно, где они?

– Пока не знаю. – Каин повел плечом, кивнул на ближайшую каменную плиту, из которой торчали рукояти клинков, а потом развернулся в сторону тропки, петляющей вдоль скалы. – Стоя тут, мы ничего не выясним, пойдем посмотрим поближе. Уверен, ты тоже чувствуешь, что эти клинки – нечто неприемлемое.

Люциан кивнул и последовал за Каином, стараясь не смотреть вниз, опасаясь, что если хоть немного качнется вправо, то полетит прямиком в пропасть. Он придержался рукой за скалу слева от себя, и из-под его ладони посыпалась мелкая крошка, бесшумно скатываясь на землю. На ощупь скала оказалась холодной, а камень по текстуре – таким же, как в мире живых.

Люциан хмурился и напрягал слух, но даже их шаги, казалось, не издавали звуков.

– Я не чувствую в этом месте магии, – мрачно сказал он.

– Она подавляется, я тоже заметил, – ответил Каин спокойным голосом. – Пока мы стояли у разлома, все было нормально, но, как только пошли дальше, я начал ощущать себя сосудом с закрытой крышкой. – Он взглянул на свою ладонь в черной перчатке. – Не могу выпустить силу.

– Осторожно! – Люциан схватил его за шиворот, когда тропа, по которой они шли, резко оборвалась. – Дурак, смотри под ноги! – зарычал он и притянул Каина к себе, крепко обхватив одной рукой за талию, опасаясь случайно отпустить.

Демон расплылся в улыбке.

– Модао, я так счастлив видеть, что ты беспокоишься обо мне.

Наверно, впервые за очень долгое время Люциан так сильно испугался. «Что было бы, если бы он свалился? Мы не можем высвободить магию, но сможем ли взлететь, если вдруг упадем?»

Мысль о том, что Каин чуть не исчез в непроглядной дымке, повергла его в шок. В сердце пробудилось отчаянное желание убраться отсюда подальше, и Люциан с трудом заглушил его. Он понимал, что, прежде чем возвращаться в свой мир, им нужно исследовать это место, иначе придется вернуться сюда еще раз.

– Заткнись. – Люциан болезненно ущипнул его за бок, а потом схватил за руку и потащил обратно. – Чуть ранее был поворот наверх. Пойдем по нему.

Другая тропа оказалась более извилистой и опасной. Мелкие камни то и дело вырывались из-под ног и падали в пропасть. Одной рукой Люциан удерживал Каина, а другой опирался о скалу. С каждой проходящей секундой лимб нравился ему все меньше. Он не мог прощупать его своей магией, поэтому не знал, чего ожидать. В книгах это место заполняли изгнанные души злодеев или тех, кто обратился в темную тварь, но сейчас здесь не было ничего, кроме камней и груды оружий.

«Куда подевались души? Они ведь точно здесь были…»

– Хм. – Каин дернул его за руку, и, обернувшись, Люциан увидел, что демон присел на корточки. Из скалы прямо под ними торчал стилет, который он пытался вытащить. – Не получается, – пробурчал Каин, выпрямляясь. – У меня не хватает сил изъять его.

– Шутишь?

Не поверив своим ушам, Люциан опустился на корточки, но тоже не смог вытащить оружие.

– Как это понимать? – с искренним недоумением спросил он.

– Не знаю. Здесь все не такое, каким должно быть. Может, нам спрыгнуть вниз, чтобы посмотреть, что там под облаками?

– Дурак, что ли? – проворчал Люциан и, выпрямившись, строго посмотрел в беззаботное лицо Каина. – Этого мы точно делать не будем.

Он повертел головой, снова осматриваясь по сторонам. Скалы сменялись скалами, и той площадки, к которой они направлялись, теперь не было видно.

«Как странно, если здесь жили сущности, то почему в этом месте одни лишь скалы? – Люциан посмотрел себе под ноги. – Может, внизу и впрямь что-то есть?»

Внезапно Каин мягко дернул его за руку и указал в сторону тропы, ведущей наверх.

– Пойдем, поднимемся по ней, кажется, на вершине скалы тоже есть клинки.

Люциан кивнул, и они устремились дальше.

Сперва казалось, что тропа короткая, но расстояние в этом месте не соответствовало действительности, как и в мире мертвых, поэтому дорога заняла у них немало времени. Без духовных сил Люциан ощущал себя слепцом, хотя зрение его не подводило. Он и не представлял, что меньше чем за год успел так сильно сродниться со своими способностями, без которых был сейчас как без рук и не мог почувствовать окружающий мир.

– Мы должны вытащить хоть один из клинков, – произнес Каин, когда они взобрались на частично плоскую вершину, усеянную мечами и саблями. – Нельзя возвращаться домой из путешествия без сувениров, – со смешком добавил он, а потом отпустил руку Люциана. Тот не стал его останавливать, ведь и сам желал изъять что-нибудь из этого мира.

«Как только вернусь к живым со своими силами, то попытаюсь исследовать это загадочное оружие».

Люциан начал дергать то за одну рукоять, то за другую, попутно разглядывая гравировки на лезвиях и украшения. Каждое оружие, заточенное в камень, не было лишь созданной из метала пустышкой и выглядело индивидуально. Узоры, формы, блеск металла, даже качество отражения отличались, а значит, это работы не одного мастера.

«Либо мечи появились сами, либо их создали сразу тысячи рук».

Наконец, Люциану удалось вытащить прямой клинок с двумя лезвиями и крестовидной гардой. Оружие хоть и пробыло долгое время в камне, выглядело идеально начищенным и заточенным. Клинок был хорошо сбалансирован и прекрасно лежал в руке. Люциан ничего не почувствовал, кроме удовольствия от прикосновения к столь тонкой работе.

Он обернулся и увидел, что Каин тоже вытащил клинок. То был короткий тяжелый меч с искривленным широким лезвием.

Каин недоуменно посмотрел на оружие Люциана.

– Почему мой клинок такой грубый, а твой – изящный?

– Не знаю, но, думаю, они идеально нам подходят. Из всех возможных мечей мы вытащили именно эти, значит, или лимб способен подбирать оружие по особым критериям, или сами клинки делают выбор. – Люциан задумчиво посмотрел на свое отражение в серебристых лезвиях.

– Возвращаемся? – Он поднял взгляд на Каина. – Если ты больше ничего не хочешь проверить.

– Я бы хотел многое здесь проверить, но у меня нет на это сил. Уходим, мне уже скучно. – Каин прошел мимо него и схватил за руку. – Не знаю, таится ли здесь опасность, но нас никто не съел – уже хорошо. Да и с Иномирьем не вижу никакой связи, видимо, мама ошиблась.

– Надеюсь, – пробурчал Люциан, оглядываясь.

Назад они добрались немного быстрее и при виде разлома, ведущего в родной мир, глубоко вдохнули. Почувствовали, как сила постепенно возвращается к ним. Люциан попытался с ее помощью прощупать лимб, но у него ничего не получилось. Магия хоть и расползлась во все стороны, но, чем дальше удалялась от бреши, тем быстрее рассеивалась, не давая никакой информации.

Он оставил тщетные попытки и повернулся к маленькому отверстию, через которое они проникли сюда. Обратившись в пыль вместе с Каином, Люциан ловко выскользнул наружу, вот только попал не в Бэй Сюэ, а в Сад белых снегов.

В клан Луны.

– Папочка! – Детский крик пронзил слух, и Люциан обернулся. Он увидел, как к нему несутся прелестные на вид двойняшки.

«Дети? – в недоумении подумал он. – Какого бларга?!»

Люциан снова осмотрелся, но Каина нигде не увидел.