Текст книги ""Фантастика 2026-91". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Лев Храбров

Соавторы: Люцида Аквила,Екатерина Неженцева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 208 страниц)

Стоял полдень, однако улицы Асдэма были заполнены так же, как ночью.

Это удивило Люциана, поэтому он не мог не спросить:

– Город никогда не спит?

– Никогда.

– А как же лавочники? Неужели работают без отдыха целую вечность?

– Не-ет. Если приглядитесь, то заметите, что лавочники днем одни, ночью другие, завтра будут третьи. Демоны постоянно перемещаются, сменяют друг друга или вовсе перестают торговать. Здесь каждый волен заниматься чем заблагорассудится – все зависит лишь от настроения. Каждый день у определенного числа лавочников пропадает желание работать, и они уходят, но их сразу заменяют те, у кого это желание есть. Лавки, таверны, дома разврата и прочие заведения не имеют хозяев, ими может стать любой. Асдэм для демонов – город развлечений.

Его пояснения потрясли Люциана. «Если все так, то это место еще больше восхищает. Здесь живут в свое удовольствие, не заботятся о делах насущных, будущем и мирских проблемах. Демоны развлекаются, пока люди и заклинатели исполняют роль главных шутов на их вечном торжестве».

– У владыки Луны есть еще вопросы? Можете свободно спрашивать, я отвечу.

Люциан не преминул воспользоваться возможностью, которую никогда бы не получил от Кая:

– Это правда, что человек может стать богом? Кай сказал мне, что владыка демонов должен был переродиться в бога, а еще его младшие дяди являются богами. Я думал, боги рождаются благодаря мыслям и желаниям людей, неужели это не так?

– Частично так, но всему свойственно меняться. Вы должны знать, что тысячи лет назад здесь не было магических существ, однако раскол между мирами все переменил – он впустил сюда тьму, ее демонов, темных тварей. Этот мир раньше не видел магии, но, когда она проникла в него, быстро понял, что нужен какой-то противовес, иначе все будет разрушено. Нынешний противовес тьме, демонам и тварям – это боги и заклинатели светлого пути. Поскольку тьма разрастается, нужно наращивать ее противовес, и поэтому сейчас боги появляются не только благодаря желаниям людей, но и из самих людей, если те достойны.

Люциан открыл рот от удивления. Такое он в книгах не прочитает!

Заклинатели были тесно связаны с магией, но даже они не подозревали, что их мир самостоятельно выстраивает баланс существующих сил.

«Баланс… – Люциан почувствовал, как по спине пробежал холодок. – Кай из снов рассказывал, что есть сущности, контролирующие баланс… Мог ли он говорить о свете и тьме?»

Он выбросил эту мысль из головы, резко и быстро. Люциан не желал думать о снах во время столь приятной прогулки с достопочтенным божеством.

– А вы к какому виду богов относитесь? – спросил он как ни в чем не бывало. – К тем, кто появился благодаря человеческим желаниям, или к тем, кто некогда был смертным?

Хаски усмехнулся:

– Я отношусь к тем, кто прибыл из иномирья.

Люциан снова приоткрыл рот.

– К-как?.. Разве из раскола вышла не только тьма и темные твари? Каким образом оттуда могли прийти настолько разумные и светлые существа, как боги?

Хаски пожал плечами.

– Везде нужен баланс, и иномирье не исключение. Вместе с тьмой и темными тварями там жили свет и боги, но темная сторона в приступе жадности нарушила баланс, уничтожила иномирье, и мы оказались здесь. Первые боги в этом мире появились благодаря расколу, они же и помогли стабилизировать магию. Потом начали рождаться выдуманные людьми божества, чтобы удерживать растущую тьму, а затем божествами начали становиться люди. – Хаски закончил речь легким взмахом ладони. – Кстати, вы знаете, богами каких стихий являются младшие дяди Киайя?

Люциан покачал головой.

– Его первый младший дядя – Бог Войны и Разрушений по имени Фельсифул, а второй – Бог Воды, Ривер.

– Бог Воды? – Люциан навострил уши. – Значит, легенда о принце Неба, который стал Богом Воды, правдива?

– А что за легенда? – лукаво поинтересовался Хаски, словно и впрямь ничего не знал.

– Принято верить, что Бог Воды был принцем клана Неба и прославленным героем. Он любил одну девушку, но она скончалась от болезни и ушла в мир мертвых. Тогда принц Неба вознесся, чтобы беспрепятственно пересекать границу между двумя мирами и видеться с избранницей.

Хаски захохотал на всю улицу.

Удивившись такой реакции, Люциан поспешил спросить:

– Что-то не так? Я в чем-то ошибся?

– Самую малость, – ответил Бог Обмана сквозь смех. – На самом деле Бог Воды всю жизнь был предан Богу Войны, и девушки в этой истории не фигурируют. Да-да, – произнес Хаски, встретив вопросительный взгляд собеседника, – младшие дяди Киайя всегда шли одной дорогой, были как единое целое, защищали и помогали друг другу, а потом одновременно вознеслись. Представляю, как Фельсифул каждый раз плюется с этих историй, ведь принц Неба вознесся именно благодаря его помощи, а не из-за любви к какой-то смертной.

– Благодаря его помощи? Но как?

– О-ох, давайте зайдем в помещение, там я все расскажу. – Хаски кивнул на небольшое здание, перед которым они остановились.

Люциан отпустил его руку и вошел внутрь.

Это место в два этажа было изысканным. Стены украшали картины, на полках стояли свежие цветы, а в воздухе витали приятные ароматы пряных специй и трав. Здесь было людно, но не шумно.

Хаски сразу повел Люциана на второй этаж. В просторном помещении было чисто, поэтому за столами сидели не на лавках, а на мягких подушках, и обувь снимали на входе.

Они заняли место у окна. Красивая демоница с глазами, как у змеи, принесла табличку со списком блюд, пофлиртовала с Хаски и попыталась кокетничать с Люцианом, но, не добившись особого успеха у мужчин, ушла прочь. Бог Обмана посоветовал попробовать несколько блюд, однако Люциан, прежде чем сделать заказ, предусмотрительно спросил:

– Вы уверены, что мне можно здесь есть? Кай предупреждал есть только то, что подает он.

Хаски отмахнулся:

– Киай такой собственник, не верьте ему. То, что я предлагаю, тоже безопасно, но если захотите выбрать самостоятельно, то обязательно посоветуйтесь со мной.

«Кай сказал не верить вам, вы говорите не верить ему. Так кому из вас двоих мне верить?» – мысленно усмехнулся Люциан, а затем согласно кивнул и заказал то, что посоветовал Хаски. Бог Обмана как-никак помог ему выйти из затруднительного положения и вряд ли бы привел сюда, чтобы отравить.

– Итак, на чем мы остановились? – Хаски разлил по чашам грушевое вино. – Ах да, каким образом принц Неба вознесся благодаря Богу Войны. Вам известно, что Бог Войны и Разрушений существовал тысячи лет назад? Намного раньше, чем родились дяди Киайя.

– Я знаю, что Бог Войны существовал давно, но, если им является дядя Кая, как такое возможно?

– Я расскажу. – Хаски сделал глоток вина и взял закуску на шпажке. – Фельсифул – Бог Войны и Разрушений, стихийный бог огня, – пришел из разлома, как и я. Вы же знаете о законе невмешательства, которым обязаны следовать боги? Так вот, Фельсифул его нарушил. Поскольку он был Богом Войны, то отвечал на людские молитвы, связанные только с ней. Он всегда был одержим сражениями в своем мире, поэтому ему быстро наскучило просто сидеть здесь и наблюдать. Чтобы поразвлечься, он начал вмешиваться в распри между смертными, из-за чего те, кто должен был выиграть войну, проигрывали – и наоборот.

– Его действия начали угрожать магическому балансу, а поскольку он никак не реагировал на наказания, боги сплотились и убили Фельсифула. После смерти сила пришедшего из раскола Бога Войны не рассеялась, как должна была, а направилась на поиски сосуда – она нашла его спустя сотни лет в лице первого младшего дяди Киайя. В результате, владыка Солнца стал носителем божественного начала и, так или иначе, после смерти должен был вознестись.

– Принц Неба был его близким другом и благодаря тропе парного совершенствования смог позаимствовать не только его духовную силу, но и крупицы божественного начала. Вот так принц стал претендентом на звание бога, хотя изначально был слаб. В конечном итоге, они одновременно состарились, умерли и вознеслись.

Хаски весело хлопнул в ладоши, завершив историю.

Люциан даже не заметил, как за время рассказа выпил целую чашу вина. Он так увлекся чужим монологом, что совершенно забыл про манеры.

Рассказанное Хаски казалось невероятным. Мало того что дяди Кая все время оберегали друг друга, так еще и стали богами. А легенды о них целиком или вполовину оказались неверны.

– Почему дяди Кая скрывали свою дружбу? В исторических сводках их описывали как противников, к тому же они имели абсолютно разные темпераменты.

– Чтобы спокойно править кланами. Их преданность друг другу могла взволновать народ.

Люциан хмыкнул:

– Никогда не понимал подобных волнений. Мне нет разницы, кому предан человек, – главное, чтобы это не вредило. И не важно, кто взойдет на престол, лишь бы этот человек был честным и делал все ради народа.

Хаски снисходительно улыбнулся, глядя на Люциана.

– Владыке Луны тяжело понять причину ненависти других, потому что сам он слишком добрый и всепрощающий. Но я рад, что у вас нет предрассудков, – это хорошая черта.

Люциан кивнул, не зная, что ответить на это.

Вскоре подали обед, который удался на славу. Люций мог поклясться, что никогда не ел ничего вкуснее. Его даже посетила одна беспокойная мысль, что после двух недель в Асдэме он не захочет покидать его – из-за еды. Люциан не считал себя обжорой, но язык не обманешь: теперь он на вечность запомнит пищу, которую посоветовал испробовать один из богов.

– Кай говорил, что дружил с владыкой демонов в прошлой жизни. Вы что-то знаете об этом?

– Конечно. – Хаски приступил к десерту. – Они в самом деле водили дружбу, Киай доверял ему и поэтому не смог раскусить подлый замысел.

– Но я не припомню, чтобы от Кая веяло демонической ци… Каким образом он умудрялся общаться с владыкой демонов незаметно?

– Потому что владыка демонов тогда был заклинателем, как и Кай.

Люциан вопросительно выгнул бровь.

Усмехнувшись, Хаски ответил:

– Вам известно, что каждый могущественный владеет особой неповторимой техникой. Можете предположить, что за технику использует владыка демонов?

– Он меняет лица! – Люциан едва ли не подскочил с места, но вовремя удержал себя. – Верно… Кай говорил, что владыка демонов владеет техникой смены лиц. Но даже если так, неужели могущественный смог затесаться в круг заклинателей и остаться незамеченным?

– Да. Принимая чужой облик, владыка демонов меняет все вплоть до своей души. Киай даже не догадывался, какого волка пустил в курятник.

– Но кто… Кто это был? Кем притворялся владыка демонов?

Хаски лукаво улыбнулся.

– Насколько я знаю, в прошлой жизни у Кая было всего три человека, кого он мог назвать друзьями: Элеонора, Ливьен и Ксандр. На кого ставите?

Люциан нахмурился.

Элеонора точно не могла быть владыкой демонов; он видел прошлое от ее лица, знал ее мысли и чувства, Ливьен же после исчезновения клана Ночи взошел на престол клана Луны, нашел жену, родил наследников и в целом закончил жизнь хорошо, – да Люциан бы и не осмелился назвать его другом Кая. А вот Ксандр… он исчез вместе с Каем и Элеонорой.

– Неужели… – прошептал Люциан.

– Именно. – Хаски кивнул. – Только не говорите Киайю, что я вам рассказал. Мне известно, что он не желает раскрывать карты и ждет, когда вы все узнаете сами.

Люциан покачал головой.

– Не понимаю. Он мог бы рассказать свою историю, даже если бы мне пришлось смотреть повторно.

– Тут две причины. Во-первых, Киайю невыгодно давать вам столько свободы на этапе знакомства. Храня тайны, он задерживает вас в Асдэме, и с его решением я согласен – это лучшее место, где вы могли бы узнать друг друга. А во‑вторых, он не рассказал все сам, потому что боится.

– Боится? Чего?

– Вашей реакции. Вы поймете, когда история его прошлой жизни завершится. Поймете, почему вам было важно узнать друг друга до того, как все вскроется.

– Вы говорите загадками, аура которых мне не нравится.

– Простите, – с улыбкой сказал Хаски. – Я не хотел волновать вас.

– Судя по тому, как свободно вы владеете темой, Кай рассказал вам про мои сны?

– Ему не нужно ничего рассказывать, чтобы ввести меня в курс дела. Я все-таки бог и способен узнать обо всем самостоятельно.

Люциан невесело усмехнулся. «Боги любят подслушивать или подглядывать? Знает ли Кай, что Хаски обо всем осведомлен? Не мог же он не заметить, что за нами наблюдают?»

– Думаю, нам не стоит обсуждать вопросы, которые вас огорчают, – произнес Хаски, глядя в хмурое лицо Люциана. – У владыки Луны тяжелый взгляд. Когда вы хмуритесь, ваше нежное лицо становится еще более прекрасным: черты заостряются, а взор становится властным – так вы только сильнее привлекаете демоническое внимание, а в Асдэме излишнее внимание чревато последствиями.

Люциан встрепенулся и осмотрел заполненный гостями зал. Он сразу заметил нескольких демониц, косящихся на него с нескрываемым то ли голодом, то ли вожделением.

– Мы можем уйти, чтобы ни на кого не нарваться, – предусмотрительно предложил Хаски. – Вы уже поели?

Люциан взглянул на полупустую тарелку, думая о том, что остатки десерта будут лишними, а затем сказал:

– Да, я вполне сыт.

– Отлично, предлагаю погулять по местным садам, а потом вернуться в замок на ужин. Вы не против моей компании на остаток дня?

– Нет.

– Прекрасно, – весело отозвался Хаски и поднялся из-за стола. – Идемте вниз, оплатим счет и отправимся дальше.

Глава 50. Как стать другом бога за короткий срок. Часть вторая

Когда они покинули ресторан, Хаски снова взял под руку Люциана и не отпускал до тех пор, пока они не миновали оживленные улицы.

Люциан чувствовал себя обманутым. «Ну кому в Асдэме понадобится красть меня? Почему все так и порываются гулять со мной под руку? Неужели я не смогу защитить себя, если кто-то попытается схватить? Хорошо хотя бы Кай воспользовался алой лентой, а не как Хаски…»

Люциану было некомфортно, но он ничего не мог с этим поделать. Во-первых, он не знал, с насколько серьезной угрозой может столкнуться, если они с Хаски потеряют друг друга, а во‑вторых, разве смел он спорить с богом? Этому существу было более тысячи лет, и Люциан не мог создавать ему неприятности. Да и Хаски, судя по его виду, не видел в этом ничего особенного, хоть и прогуливался не с девушкой, а с мужчиной, потому что все это было лишь мерой предосторожности.

Бог Обмана ступил на протоптанную тропу.

– Я хочу показать вам одно скучное, но красивое место.

– Что за место?

– Озеро с карпами в объятиях серебряных ив. Вы видели серебряную иву? У вас в резиденции Луны, кажется, растет одна.

– Да. А что за карпы?

– Кои.

Люциан улыбнулся.

– Одомашненные с красивой расцветкой? Я видел их мельком, когда посещал Красный замок в клане Солнца.

– Да, Бог Войны привез их оттуда. Киай думал, рыбы не приживутся, но обошлось.

– Владыка тьмы занимается ими?

– Конечно, нет. Только посматривает иногда. Возродившись и отвоевав Асдэм, он заимел много свободного времени – владыка демонов после стычки залег на дно, и найти его никак не удавалось. Киай был так зол, и чтобы он не натворил бед, первый младший дядя привез ему рыб и заставил ухаживать. Ухаживать он, разумеется, не стал, но смотрел на них часами.

– Вы не знаете, какой она была – эта стычка между владыкой демонов и Каем? Он толком ничего не рассказал, а я и не спрашивал.

– Ничего особенного. Киай умер на территории Асдэма, здесь же и возродился. Когда его тело начало формироваться из тьмы, владыка демонов снес ему голову своим божественным мечом, нанеся серьезную рану. Как Киай боролся без головы – не спрашивайте, это был вихрь из черного тумана и багровых шелкопрядов. Их схватка вышла эффектной: часть города оказалась разрушена, а владыку демонов изгнали. Киай мог бы довершить битву, но рана от божественного меча не позволила ему это сделать. Он потратил годы на восстановление.

– Неужели Кая можно ранить божественным оружием? – Про туман и бабочек Люциан уточнять не стал, предполагая, что это были бестелесные формы двух могущественных, где туманом являлся владыка тьмы, а бабочками – владыка демонов.

Хаски странно посмотрел на него.

– А кого нельзя ранить самым сильным оружием из существующих?

Люциан пожал плечами.

– Кай кажется таким сильным, что думается: ему ничто не страшно.

– Это сейчас не страшно, но тогда он только возродился и еще не успел стабилизировать магию. Владыка демонов знал, что шанс нанести удар только один, и поэтому ринулся в бой.

– Что за божественный меч он использовал?

– А? – Хаски вскинул брови. – Так вы же его видели!

– Видел?

– Да, Киай отнял его и теперь использует сам.

Люциан ахнул.

– Вы имеете в виду серебряный меч, который способен менять форму и на котором можно летать?

– Да.

– Но… как же Каю, запечатавшему силы, удавалось использовать этот меч за пределами Асдэма, не являясь его истинным владельцем? Помнится, я когда-то спросил его, но он ответил очень уклончиво.

Хаски усмехнулся:

– Недоговаривать – вполне в его духе. Я и сам не знаю, как он сладил с мечом, но могу сказать одно: оружие владыки демонов особенное. Оно древнее, в нем много божественной силы, и мне кажется, если честно, что его достали не из озера Ши. Есть вероятность, что владыка демонов сам создал его и наделил подобием сознания.

– Разве такое возможно? – неуверенно произнес Люциан.

– Не знаю, но сомневаться в способностях владыки демонов не стоит. Он переродился, хотя не должен был, а потом возродился, когда точно должен был умереть. Этот демон непредсказуем, и только Киай знает, на что тот способен.

Они подошли к озеру с карпами, и перед глазами открылось живописное зрелище. Алые закатные лучи отражались и преломлялись в воде, пронзая голубизну до самого дна. Высокие плакучие ивы, опустив в озеро белые ветви, стояли полукругом. Тихая трель невиданной птицы переплеталась с шелестом мягкой травы, расслабляла и дарила умиротворение.

На берегу, повернувшись лицом к озеру, стоял человек. Он смотрел на мольберт и говорил сам с собой.

Люциан не ожидал встретить в Асдэме художника и сразу пригляделся к его ауре, пытаясь понять: демон он или смертный? «Неужели это Бог? – Люциан заметил, что аура незнакомца была скрыта так же, как и у Хаски. – Его затылок мне знаком… словно я уже где-то видел эти огненно-рыжие волосы».

– Вот это люди! – Хаски весело хлопнул в ладоши. – Не поверишь, мы как раз тебя вспоминали!

Художник резко обернулся.

Люциан увидел его лицо и чуть не раскрыл рот, признав в незнакомце первого младшего дядю Кая. Он не верил своим глазам. Это было непередаваемое чувство. Неужели ему повезло встретить бывшего владыку Солнца, одного из новаторов, улучшивших способы охоты на тварей и демонов? «Да это невероятное знакомство!»

– А где же твой самый лучший в мире друг, Бог Воды? – ехидно поинтересовался Хаски, остановившись напротив Бога Войны и Разрушений.

– Он не любит приходить в Асдэм, ты ведь знаешь. Ему здесь тяжело. – Фельсифул мазнул взглядом по Люциану и, слегка нахмурившись, нагло спросил у Хаски: – Завел дружка? Я думал, ты по женщинам.

– Будь он моим «дружком», я был бы уже мертв, – хмыкнул Хаски, а затем указал ладонью на Люциана. – Это правитель клана Луны – Люциан Мун, друг твоего племянника. Погостит у нас пару недель.

Фельсифул вперил опаляющий взгляд в Люциана.

– Друг… моего… что?

Люциан застыл.

Этот бог выглядел как первый младший дядя Кая – вот только в прошлой жизни его глаза были синими, как неистовствующее во время шторма море, а сейчас напоминали само пламя. Его радужки горели как костер, в то время как у Люциана светились подобно солнцу.

У Бога Войны и Разрушений были средней длины волосы, зачесанные назад, крепкое телосложение, медового оттенка кожа и привлекательное лицо человека не старше тридцати лет. Его скулы были острыми, а глаза тигра смотрели пристально и внимательно. Подвернутые рукава серо-белой рубашки, заправленной за широкий пояс коричневых штанов, были в пятнах краски, и они обнажали предплечья, намекая на легкомысленный нрав хозяина. На одной из рук красовался рисунок в виде языков пламени и сверкало обручальное кольцо.

Переродившись в бога, дядя Кая стал чуть выше и поэтому сейчас смотрел на Люциана сверху вниз. Его губы были плотно сомкнуты, а поза казалась настороженной: он всем своим видом демонстрировал, что не доверяет Люциану. Владыка Солнца всегда был подозрителен к чужакам – Люциан усвоил это, еще когда находился в теле Элеоноры, – зато к близким относился заботливо и очень любил Кая.

Фельсифул шагнул вперед и встал так близко к владыке Луны, будто они были быками, собравшимися бодаться друг с другом.

Люциан не дрогнул и спокойно сказал:

– Рад знакомству с вами.

– Он мне кого-то напоминает, – обратился Фельсифул к Хаски.

– М-м… даже не представляю.

– Вре-ешь. Дай хотя бы подсказку.

Хаски лукаво улыбнулся:

– Обратись с этой просьбой к племяннику.

– Пф. – Фельсифул поморщился, словно мысль о племяннике его раздражала, а затем отступил и поклонился Люциану. – Прошу прощения за мою неучтивость, я тоже рад знакомству.

Люций ответил на поклон, словно никаких престранных речей и действий не было.

– Значит, вы нынешний владыка Луны? – Фельсифул завел руки за спину. Его плечи распрямились, и величественное божество стало казаться недосягаемым. – Наслышан. С тех пор как вы взошли на трон, Лунные земли начали процветать. Не думал, что это заслуги столь молодого человека. Могу я поинтересоваться, сколько вам лет?

– Девятнадцать.

– Так и думал. – Фельсифул улыбнулся, отчего его лицо озарилось, стало дружелюбным и приятным. – Еще раз прошу меня простить. К чужакам я отношусь настороженно, особенно к заклинателям, приходящим в Асдэм. Вы ведь понимаете, за чем они сюда рвутся?

– Да. Понимаю. Я бы тоже беспокоился, если бы к моему другу присоединился тот, кто пришел за наживой.

– О-о, так вы считаете нас друзьями? – Хаски демонстративно закинул руку на плечо Фельсифула.

Люциан неловко почесал кончик носа и пробурчал:

– Простите, если ошибся…

Фельсифул хмыкнул, жестом велев не переживать об этом. Он стряхнул с плеча руку Хаски и пригрозил:

– Если не хочешь сгореть заживо, лучше не закидывай на меня свои лапы.

– Какой жестокий! – Хаски притворился расстроенным и затянул свою обычную душевную песнь: – Мои чувства никто не ценит! Так прискорбно! Мне совершенно не с кем поделиться теплом и не от кого получить объятий. Те, к кому я иду с раскрытой душой, – отворачиваются, те, кому хочу помочь, – не принимают мою доброту! Как сложно быть хорошим среди злых… как печально… – Хаски своим голосом передавал такую боль, что у Люциана сжалось сердце и он даже почувствовал вину.

– Не слушайте этого болтуна, – строго сказал Бог Войны. – Вас наверняка предупреждали, что Хаски абсолютный врун. Не стоит верить его речам, иначе он может склонить вас к недоброму.

Люциан сморгнул наваждение и перевел взгляд на Хаски, который с таким грустным видом созерцал озеро, словно собирался в нем утопиться. Не верить его речам было сложно, потому что печальному образу в тот момент соответствовало все: от интонации до поведения. Люциан не стал утешать Хаски только потому, что ему не один раз говорили о его лживой натуре, хотя в душе хотелось посочувствовать страдальцу.

– Так, значит, вы друг моего племянника? Это правда? – перевел тему Фельсифул.

– Не знаю, можно ли назвать нас друзьями…

– Не продолжайте. – Бог Войны поднял раскрытую ладонь. – Характер моего племянника невозможно понять.

– Вы пришли в Асдэм навестить его? – полюбопытствовал Люциан.

– Нет. Я здесь не ради него.

– Они не ладят, – шепнул Хаски на ухо Люциану, хотя тот уже знал это от Кая.

– Ну почему сразу не ладим? – фыркнул Фельсифул. – Просто повздорили и до сих пор не помирились.

– И не помиритесь, потому что он всегда все делает по-своему, а не так, как хотите вы. – Хаски бросил взгляд на чистый мольберт и, пытаясь разрядить обстановку, спросил: – Ты рисовать собирался? Нарисуй-ка меня!

– Что? – Бог Войны передернул плечами. – Я не выдержу смотреть на тебя дольше десяти минут.

– Это еще почему? Разве я недостаточно красив? Владыка Луны, – Хаски ткнул Люциана в бок, – скажите, я красив?

– Да.

– Видишь! Нарисуй, пока мы тут. Я сегодня как раз приоделся.

– Мгм, как канарейка. – Фельсифул обратил внимание на желтую рубашку Бога Обмана. – Я лучше владыку Луны нарисую, его красота намного приятнее и менее вызывающая. – Он серьезно посмотрел на Люциана. – Вы ведь не возражаете? У вас есть время? Мольберт пустует уже час.

– Не думаю, что мой лик достоин божественного внимания.

– Не скромничайте. Этот красноволосый обалдуй наверняка нахваливал вашу внешность, так что мне нет нужды все это повторять. Можем приступить прямо сейчас. Просто примите удобную позу и отдыхайте, а я быстро сделаю зарисовки.

– Ты кого обалдуем назвал? Я раз в десять старше!

– И что? Это не мешает тебе вести себя как обалдуй, – равнодушно отозвался Фельсифул и развернулся к мольберту. – Ну так что, владыка Луны? Не откажете богу?

Люциан вздохнул, ощутив себя игрушкой в чужих руках. Ему несложно было оказать эту услугу, но он не мог игнорировать неприятный акцент на словах «откажете» и «богу». На первый взгляд Хаски и Фельсифул казались приветливыми, однако они все равно считали себя выше других и не позволяли забыть о том, с кем ты имеешь дело. Люциана это немного расстраивало.

– Хорошо, я не откажу. Я правда могу принять любую позу? – Он подошел к пирсу. – Мне бы хотелось сидеть и смотреть на рыб, возможно ли это?

– Да, – ответил Фельсифул, после чего перенес мольберт ближе к воде.

– Много времени займет рисование? Я пришел сюда с господином Хаски и не хотел бы заставлять его ждать.

– Пару часов. Он потерпит.

– Сколько? – взвыл Хаски. – И ты это называешь «быстро сделаю зарисовки»?

– Для того, кто живет вечность, два часа – мимолетное мгновение. Так что вздремни под деревцем и не ной. – Фельсифул с бесстрастным выражением лица начал разводить краски.

Хаски насупился, уперев руки в боки.

– Не унаследуй ты силу древнего бога, я бы тебя в лепешку размазал и показал, кто здесь главный! Доболтаешься ведь, я всегда могу и на Боге Воды отыграться!

– Я раньше не наблюдал за тобой склонности к самоубийству, – прозвучал ровный и спокойный голос Фельсифула. Он проницательно посмотрел на Хаски. – Это появилось недавно или ты сейчас просто оговорился?

Бог Обмана замолчал, уставившись на собеседника в ответ. Он горделиво вздернул нос, махнул рукой и капризно сказал:

– Какие здесь все злые, ужас! Кроме вас, конечно же, – быстро добавил он, обратившись к Люциану. – Я вернусь за владыкой Луны через два часа, а сейчас вынужденно откланяюсь, иначе мое сердце разорвется от обиды на этого бога! – Он осуждающе глянул на Фельсифула, который уже не обращал на него внимания.

Люциан помахал Хаски на прощание и устроился на пирсе. Он снял сапоги, подвернул штаны до колена и опустил ноги в воду, принявшись наблюдать за разноцветными карпами. Закатные лучи солнца придавали его золотистым волосам бронзовый отлив, а светлой коже – легкий медовый оттенок. Длинные золотые ресницы скрывали его взгляд, а на губах играла нежная улыбка.

Люциану раньше не доводилось позировать для портрета, поэтому он не знал, можно ли двигаться, и на всякий случай сидел смирно все два часа. Это было несложно, учитывая уровень его совершенствования и месяцы, что он проводил в оздоровительной медитации. Люциан просто смотрел на карпов, и хотя у него было много тем для размышлений, он не хотел портить ими столь прекрасный вечер.

Он не знал, сколько прошло времени, пока Бог Войны не подошел и не присел рядом.

– Зря я, наверно, закончил вовремя, вы чувствуете себя вполне комфортно. – Фельсифул хохотнул.

Люциан неловко улыбнулся.

– Да… глядя на рыб, я почти отрекся от мирских сует. – Он выдержал короткую паузу, а затем повернулся к собеседнику и, будто что-то вспомнив, спросил: – Мне постоянно говорят, что не стоит верить словам Бога Обмана, что он может обмануть так, что ты и не заметишь, – и я действительно несколько раз этого не замечал. Подскажите, можно ли предугадать, когда он врет, а когда говорит правду? Вам и Каю это как-то удается.

Когда Люциан упомянул имя градоправителя Асдэма, во взгляде Фельсифула мелькнуло непонимание, но оно быстро исчезло. Он ухмыльнулся и беззаботно ответил:

– Потребуется время, чтобы научиться отличать правду ото лжи. Я не виню вас в доверчивости. Хаски дурит даже старых богов, он бы и меня водил за нос, если бы не мое врожденное чутье. У вас не получится раскусить его, пока не пройдут столетия. Вы перед ним беззащитны, поэтому запомните: не верьте ему и не соглашайтесь, даже если он, казалось бы, глаголет истину. Это случается весьма редко – он почти всегда привирает. Если Хаски что-то предложит, сто раз подумайте, прежде чем дать ответ. Если скажет, что вы ему нравитесь и он хочет просто подружиться, не верьте ему. Он хочет владеть вами, как коллекционер куклой. Этот бог неискренен. Мы ему нравимся потому, что мы забавные и отличаемся от других представителей своего вида, а не потому что хорошие товарищи. Хаски кажется добродушным сумасшедшим, но на деле в нем нет ни добра, ни безумия. Он очень древнее божество, пришедшее из другого мира, его помыслы неясны, а мысли – сложны. Вы слишком хрупкий, чтобы стать его игрушкой.

Люциан был удивлен.

Фельсифул говорил легко, хотя его слова звучали жутко. Казалось, они обсуждали сейчас владыку демонов – настолько порочащий свет пал на Бога Обмана.

– Сегодня он отвел меня в прекрасное заведение, где мы вкусно поели, – задумчиво произнес Люциан. – Кай запретил мне притрагиваться к местной еде, но Хаски сказал, что главное – уметь выбирать, и тогда не отравишься. Как думаете, я совершил ошибку, прислушавшись к нему?

Фельсифул нахмурился, а затем попросил его подвинуться и повернуться к нему лицом. Он какое-то время вглядывался в зрачки Люциана.

– Хаски в самом деле позаботился, чтобы вы не отравились, но самостоятельно у вас не получится выбрать в Асдэме «чистую» еду, так что лучше не рискуйте.

Люциан отстранился, чувствуя, что на душе стало легче.

– Спасибо вам за ответ.

– Не стоит, дать ответ мне несложно. Владыка Луны очень вежлив, этим вы напоминаете мне Бога Воды, – уголки губ Фельсифула дрогнули в улыбке, словно он вспомнил о чем-то приятном, – поэтому говорить с вами одно удовольствие.

– Могу я узнать, почему ваш друг не любит посещать Асдэм?

– М-м… Если бы клан Луны стал обителью демонов, вам было бы приятно там находиться?

Люциан покачал головой.

– В прошлой жизни Бог Воды много времени провел в клане Ночи. Намного больше, чем я. Поэтому ему больно смотреть на то, во что владыка демонов превратил резиденцию некогда могущественного клана.