Текст книги ""Фантастика 2026-91". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Лев Храбров

Соавторы: Люцида Аквила,Екатерина Неженцева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 111 (всего у книги 208 страниц)

Мальчишка нырнул в толпу, и Эриас сразу же рванул за ним, отчего лица Хаски и Сетха вытянулись от удивления. За спиной послышались шаги товарищей, и Эриас не стал замедляться. Он чувствовал себя акулой, преследующей маленькую юркую рыбку, которая пыталась скрыться в потоке людей. Вместо того чтобы нырнуть в ближайший переулок, мальчишка скрылся за дверью одного из домов.

– Эриас! – предупреждающе выкрикнул Сетх, издали увидев, как его владыка без стука распахивает дверь и входит в здание.

Внутри находился просторный зал, заставленный старыми деревянными столами, за которыми сидели рослые и вороватые на вид мужчины. Все они пили дешевый алкоголь из глубоких чаш и заедали это дело жирными закусками, но одновременно обернулись на дверь, у которой стоял Эриас.

Мальчишка, своровавший кошель, ловко спрятался за спиной высокого жилистого мужчины, похожего на крепкую сухую палку. Этот человек, облаченный в потрепанную серую тунику длиной до колен и держащий в руке поднос с тремя наполненными чашами, в недоумении уставился на Эриаса темными, как болото, глазами и спросил:

– Почему вы ворвались, как разбойник? – Его голос звучал мягко и вежливо, но с неприятной на слух хрипотцой. Палка махнул свободной рукой, указывая на полупустой зал. – И у нас все столы заняты.

Эриас не удержался от кривой усмешки.

– Я пришел не за выпивкой, – низко произнес он, выпрямившись и посмотрев на собеседника сверху вниз. – Мальчишка за твоей спиной украл мой кошель, верните его. – Эриас вытянул руку ладонью вверх.

– Ты что-то брал? – с невинным удивлением в голосе спросил мужчина у мальчишки, цепляющегося за край его одежд.

– Нет, – шепнул тот.

– Говорит, что не брал, – спокойно заключил Палка, вернув внимание к Эриасу.

Эриас лишь вздернул бровь и посмотрел на него как на сущего идиота. Он не сказал ни слова, но все почувствовали гнетущую темную ауру, окутавшую его, и увидели вмиг омрачившееся лицо. Эриас медленно опустил руку и сжал пальцы в кулак. Стулья вокруг него заскрипели, когда напрягшиеся гости начали привставать со своих мест.

Цокнув языком, Эриас сплюнул и выругался себе под нос.

– Местная стража вообще не работает? Откуда все эти отбросы? – Он исподлобья зыркнул на пятерых близстоящих мужчин, которые пристально наблюдали за ним.

– Что ты сказал? – с брезгливым смешком спросил Палка. – Назвал нас отбросами? – Уголок его губ нервно дернулся.

– А что? Нужно было назвать вас глухими, раз не слышите слов? – фыркнул Эриас, и стулья снова заскрипели, когда некоторые гости вышли из-за столов.

Палка передал мальчишке поднос, наказав отнести за барную стойку, а сам, спрятав руки за спину, приказал гостям:

– Заприте двери.

Эриасу не пришлось даже оборачиваться, чтобы увидеть, как один из мужчин прошел позади него и закрыл засов. Он сделал небольшой шаг в сторону, потому что в следующий момент только что запертая дверь с грохотом распахнулась, и мужчина повалился на спину там же, где только что стоял владыка Луны.

– Эриас, – выкрикнул Сетх, когда они с Лионом появились в дверном проеме.

Эриас ответить не успел. Лежавший рядом мужчина схватил его за лодыжку и резко дернул, уронив лицом в пол.

– Эриас! – воскликнул Лион, и они с Сетхом ввалились внутрь, а им навстречу рванул весь зал.

Но Эриас не обратил на них внимания. Он ловко увернулся от удара, пнул противника с такой силой, что тот отлетел, и сшиб другого мужчину, шедшего с ножом прямо на Сетха. Резко подскочив на ноги, Эриас бросился вперед и сбил с ног еще двоих, бежавших к Лиону, который вжался в стену.

– Уходи! Мы разберемся, – крикнул ему Эриас.

– Никуда я не пойду! – Лион нырнул в сторону, уклоняясь от летящего в его лицо кулака. – Я не могу вас оставить. Вдруг вы пострадаете?

– Мы? – Сетх хохотнул и впечатал в дощатый пол одного из противников так, что тот потерял сознание. – Скорее они, – рыкнул он, вскинув взгляд на двух безоружных толстяков, идущих навстречу.

Сетх не стал призывать мечи, лишь сжал руки в кулаки и принял боевую стойку. Толстяки не решились нападать на него одновременно. Сначала в атаку пошел мужчина со шрамом на щеке и собранными в тугой пучок черными волосами, тогда как другой попытался зайти Сетху за спину. Не успел толстяк приблизиться, как его кисть оказалась мгновенно вывернута. Он закричал от боли и упал на пол, ударяясь коленями. Сетх пнул его, вынуждая откатиться на достаточное расстояние, и резко повернулся ко второму противнику. В глазах мужчины вспыхнул ужас, но он все равно замахнулся для удара. Его рука тут же была перехвачена и вывернута, а лицо поцеловало пол.

В глазах Сетха горела жажда крови.

Эриас наблюдал за ним, стоя за спиной крепкого молодого парня и душа того в локтевом захвате. Лион в этот момент улизнул к стойке, за которой обычно разливали напитки, но сейчас там прятался мальчишка с украденным кошельком.

Раздался хруст костей противников Сетха, а парень перед Эриасом наконец-то рухнул на пол. Оставшиеся пять мужчин, которые готовились напасть, начали медленно отступать, опасливо поглядывая на заклинателей. Возможно, они были даже готовы сдаться, но Сетх не дал им ни единого шанса – бросился навстречу, замахиваясь кулаком.

Вскинув брови, Эриас отступил к стене, чтобы не мешать товарищу раскидывать людей по углам. Он никогда раньше не видел его таким разъяренным. Сетх не стремился кого-то убить, но боль своими ударами причинял невыносимую, заставляя кричать то одного противника, то другого. Эриас и не представлял, что Сетх способен сражаться так искусно, атаковать столь ловко и безжалостно. Даже на тренировках он вел себя более сдержанно, редко давил на акупунктурные точки или ударял по болевым зонам.

Наблюдая за битвой нескольких против одного, Эриас испытывал и страх, и восхищение одновременно. Его пугало осознание причины той ярости, что охватила Сетха, но скрываемые им способности не могли не восхищать. Если раньше Эриас и сомневался, что его страж способен защитить его, и потому после работы усердно тренировался сам, то сейчас понял, насколько тот был талантлив. А когда Сетх уложил на пол всех, кроме Палки и мальчишки с кошелем, сомнений не осталось совсем. Он поистине был достоин своего места стража.

Тяжело дыша и все еще сжимая кулаки, Сетх посмотрел на Палку, но он тут же ахнул и поднял раскрытые ладони.

– Я понял! Не трогай меня, – быстро произнес он, но Сетх, казалось, не услышал его и сделал решительный шаг навстречу.

– Стой, – раздался голос Эриаса, точно гром в ясный день. – Оставь его.

Сетх замер.

– Но это воры и разбойники, – процедил он, медленно обернувшись на своего владыку.

– Смертные воры и разбойники, – исправил его Эриас, выделив первое слово. – Развлеклись, и хватит, наказывать их не в нашей компетенции. – Он вытянул раскрытую ладонь и приказал: – Кошель. Быстро.

Палка растерянно обернулся на прячущегося за стойкой мальчишку, и тот неловко выложил кошель, который молча перехватил Лион.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил Эриас, оглядев подошедшего к нему Бога Обмана и заметив на его лице капли крови.

– Да, все хорошо. Она не моя, – ответил Хаски, когда Эриас провел подушечкой пальца по его щеке, стирая подсохшие капли со светлой кожи.

– Сетх? – позвал Эриас, глянув на стража.

– Тоже в порядке, – ответил тот, разжав кулаки и расслабив плечи. Его вид перестал казаться пугающим и диким.

– Я бы советовал вам прекратить воровать у незнакомцев. Не все такие, как мы, могут и жизни лишить, – бросил напоследок Эриас Палке и развернулся к выходу, утягивая за собой Лиона. – Уходим.

Сетх направился следом, переступая через стонущих на полу мужчин.

– Мы правда оставим все как есть? – возмущенно спросил он, когда они вышли на улицу и направились прочь из бедной части города, желая вернуться в более оживленный район.

– А что ты предлагаешь? – Голос Эриаса звучал совершенно спокойно, словно он отпустил все эмоции, связанные с произошедшим, когда вернул кошель на пояс. – Это обычное сборище местных разбойников, которых можно сыскать в любом городе. Ими всегда занималась стража, и мы здесь не помощники. Как среди животных есть буйные, нападающие на своих, так и среди людей. При Люциане мы неоднократно встречали подобных личностей и ничего с ними не делали, разве что тумаки раздавали, прямо как сейчас.

– Но ты – не Люциан. Я думал, ты будешь строже, – нахмурившись, сказал Сетх.

Эриас не сдержал смешка.

– Я тоже. – Он тяжело вздохнул. – Но единственное, что сейчас в моих силах, – это подражать его манере правления, ведь при нем все цвело и ничего не рушилось, мне бы хотелось сохранить это.

Сетх поджал губы и ничего не ответил, понимая, но не до конца принимая ситуацию. Лион просто кивнул и ободряющее сжал руку Эриаса, который забыл отпустить его и все еще тянул за собой.

Вернувшись на рыночную площадь, они не стали снова осматривать прилавки и вместо этого зашли в небольшое заведение со вкусной едой и напитками. С балкона второго этажа открывался хороший вид для наблюдения, а в меню имелись сытные и вкусные блюда. Они устроились на деревянных стульях за квадратным столиком, сделали заказ и немного расслабились, отпустив ситуацию с похищенным кошелем и попивая безалкогольные напитки в ожидании блюд. Лион вновь взялся за Сетха, принявшись хвалить его навыки ведения боя и рассуждать, как хорошо он освоил технику борьбы адептов Луны. Эриас молча слушал их и иногда кивал в знак согласия.

За беседой они не забывали поглядывать на улицы внизу, где людская река текла без остановки. Жители скупали с прилавков ритуальные деньги, благовония и прочую атрибутику, чтобы почтить почивших или приманить к дверям своего дома мертвые огни. Где-то вдали играла музыка и доносились рукоплескания артистам. И хотя сегодня все думали лишь о мертвых, никто не забывал жить и праздновать их временное возвращение в этот мир.

Заклинатели пробыли за столом до позднего вечера, а в полутьме заняли места на четырехскатной крыше, откуда еще долго смотрели на появляющиеся из воздуха мертвые огни, на то, как они плывут по опустевшим улицам, шепча что-то неразборчивое и печальное.

Эти голубые полупрозрачные сферы навевали тоску и легкую ностальгию о прошлом. Наблюдая за ними, как бы ты ни хотел абстрагироваться от мыслей, все равно невольно возвращался к былым временам и пытался увидеть мертвый огонь знакомой души.

Эриас и Сетх невольно погрузились в воспоминания, и только взгляд Лиона оставался не затуманен, словно у него не было прошлого или все, чем он дорожил, находилось сейчас здесь. И пока заклинатели наблюдали за огнями, он смотрел на Эриаса.

Шествие закончилось, как только миновала полночь. Шепотки, тихие всхлипы, призрачный смех – все затихло, а огни растворились, погружая город во тьму глубокой ночи.

Встав со своих мест, заклинатели прислушались к ощущениям и духовной силе вокруг и направились прямо по крышам в сторону постоялого двора. Там, в двух отведенных для них комнатах, уже ждали застеленные спальные места – холодные и жаждущие человеческого тепла.

– Будем ложиться? Или кто-то останется дежурить? – тихо спросил Сетх в коридоре.

– Ложитесь, я побуду в медитации, – ответил Эриас и открыл дверь в двухместные комнаты, куда заселился с Лионом.

– Может, лучше я? – бросил ему в спину Сетх.

– Нет, приведи себя в порядок и отдыхай, драка тебя все равно потрепала, стоит восстановить силы к утру. – Эриас обернулся и улыбнулся ему уголками губ.

Зачесав назад черные гладкие волосы, Сетх вздохнул и опустил взгляд на запятнанные одежды, которые в самом деле требовали ухода.

– Хорошо, – ответил он, и на этом они все разошлись.

В комнате Эриас выпустил несколько световых сфер и оглядел уютно обставленное помещение. Постоялый двор был открыт совсем недавно, и мебель здесь еще не потрепалась, а современный интерьер радовал глаз.

– Ты и правда будешь медитировать? – недоверчиво спросил Лион, стягивая с себя золотисто-коричневые верхние одежды.

– Ну да. – Эриас скинул сапоги и уселся на подушки за чайным столом. – Пусть мы ничего не почувствовали, ослаблять бдительность не стоит. До рассвета какая-нибудь тварь еще может выползти.

– Например? – Лион повесил одежды на ширму возле стены. – Мы не так далеко от резиденции клана, это уже делает город безопасным, да и энергия мертвых огней скоро рассеется, никто сюда не явится. Ложись отдыхать, мы весь день провели на ногах, а ты еще силы на телепортацию потратил. – Голос его звучал обеспокоенно.

Эриас с теплотой посмотрел в темные радужки Лиона и ответил ласковым тоном, чтобы унять его тревогу:

– Я справлюсь. Благодаря тренировкам я стал сильнее, да и медитация – тоже своего рода отдых.

Лион прыснул и, подойдя к кровати, снял бордовое покрывало.

– Скорее это ты стал сильнее благодаря парному совершенствованию. Делай как знаешь, но, если наутро увижу под твоими глазами тени, заставлю отсыпаться.

– Как скажете, достопочтенное божество, – с усмешкой ответил Эриас и принял позу для медитации.

Лион недолго шуршал у него за спиной, устраиваясь под одеялом, а потом погасил половину порхающих под потолком сфер, чтобы приглушить свет. Будучи божеством, он на самом деле не нуждался во сне, но в нынешнем воплощении был слабее и уставал, – да и любил просто зарываться в одеяла и погружаться в мир грез. Там, насколько знал Эриас, Хаски общался с другими богами и нача́лами в том числе. Мир грез раньше не выступал каналом связи, но Люциан популяризировал этот способ, потому что до сих пор не мог отучиться от привычки ложиться спать, хотя этого больше не требовалось.

Наконец, все стихло, и Эриас даже собственное дыхание не слышал. Он ушел глубоко в себя, прямо в недра души, но оставил небольшую щель, чтобы не разрывать связи с реальностью.

За год парного совершенствования вместе с Хаски его душа перестала иметь чистый голубоватый оттенок – к ней теперь примешались золотистые частицы божественного. Эриас не понимал почему, даже когда они с Хаски не прикасались друг к другу, духовная сила не покидала его, а продолжала теплиться внутри, но спрашивать не решался. Чувствовал, что ответ ему не понравится. Однако того факта, что сила нарастала и он мог уверенно защищать клан, вполне хватало, чтобы унять тревоги.

Медитация проходила спокойно, пока женский вопль не выдернул Эриаса в реальность так внезапно, что даже сбилось дыхание. Распахнув глаза, он обернулся к окну и увидел, что Лион уже открыл ставни и выглянул на улицу.

Крик повторился, заставив их быстро натянуть сапоги и выбежать за дверь. В коридоре они столкнулись почти лоб в лоб с переполошившимся Сетхом и, не проронив ни слова, выскользнули на улицу. Устремились к нужному дому, окно которого было распахнуто, и из него торчала женщина, отчаянно звавшая свою дочь.

– Защити смертную, мы пойдем по следу, – приказал Эриас Сетху, а сам вместе с Лионом направился по следу чужой тьмы, незримой для смертных. Ее было много, и она тянулась прямо из окна дома, откуда, видимо, тварь и выпрыгнула.

Нечисть, только что напавшая на смертных, двигалась настолько быстро, что нагнать ее не удалось, даже когда они перепрыгнули стены города и вошли в близстоящий лес. След запутался среди стволов деревьев и переплелся с духовной силой других существ и мертвых огней.

Лион и Эриас замерли и тревожно огляделись по сторонам. Прислушиваясь и даже принюхиваясь, они пытались понять, куда двигаться дальше.

– Ты знаешь, что это за тварь? – спросил Лион, плохо ориентируясь с заблокированными силами.

Эриас нахмурился, вспоминая, что ему удалось застать перед тем, как они оказались здесь.

«Крик матери, распахнутое окно, оклик дочери. Сущность украла ребенка? Хм… – Он пригляделся к духовному следу. – Кое-что напоминает».

– Возможно, здесь чанху, – предположил Эриас, и Лион выругался себе под нос.

Чанху причисляли к опасным тварям, и действовать стоило осторожно. Эти существа выглядели как полупрозрачная женщина в пышном платье с полным или частичным отсутствием волос на голове. С огромным ртом и сотней зубов, что с легкостью перемалывали кости детей. Чанху обычно выходила по ночам, забиралась по стенам и проникала в дома, воруя младенцев из колыбелей.

Услышав треск сухих ветвей поблизости, Эриас обернулся, и пара серебристых мечей тут же материализовалась в руках. Чанху бросилась на него, крича словно перепуганная женщина. Лион отступил в сторону, не в силах вмешаться в драку.

Эриас взмахнул оружием, чтобы обрубить язык твари, вытянувшийся из чудовищного рта на пару метров, но тот легко увернулся от удара и спрятался за клацнувшими зубами. Чанху вытянула вперед когтистую лапу с длинными тонкими пальцами, напоминающими ветки на зимнем дереве, желая вцепиться в его лицо, но Эриас успел отклониться. Отступил, лишь чудом сохранив равновесие и не повалившись на землю.

Чанху продолжила нападать, Эриас – отбиваться и пытаться ранить тварь. Но стройное женское тело оказалось столь ловким и гибким, что задеть его никак не удавалось. Казалось, существо двигалось чуть быстрее Эриаса, и поэтому он не успевал.

– Осторожно! – выкрикнул Лион, когда чанху обманным движением отвела от себя удар и выбила меч из руки Эриаса, а ее язык резко вынырнул из пасти и обвился вокруг шеи.

– Ах! – Эриас попытался полоснуть по скользкому отростку вторым мечом, но его рука не послушалась, а тело начало неметь.

– Нет!

Лион не выдержал и ринулся в его сторону, обнажая висевший на поясе меч. Их взгляды с чанху пересеклись, но он не успел даже приблизиться, как черно-золотая молния ударила ему прямо в голову.

Эриас в отчаянии захрипел, когда Лион рухнул на колени и сплюнул на землю кровь, от запаха которой чанху нахохлилась и зашипела на него. И хотя она сама ненадолго отвлеклась, язык ее продолжал сдавливать шею Эриаса с таким усердием, что если бы не духовная сила заклинателя, то кости давно были бы сломаны. Брыкаясь, Эриас попытался дотянуться до своей шеи, но сил хватило лишь на то, чтобы наполовину поднять ощущавшиеся свинцовыми руки.

Когда Лион начал подниматься на ноги, чанху зарычала. Она не могла напасть на него, потому что вкладывала все силы в удушение Эриаса и одеревенела так же, как и ее жертва. И хотя со стороны казалось, что она легко удерживала заклинателя, на деле каждый из них вкладывал немало усилий, чтобы не сдаться первым.

Эриас захрипел, словно пытаясь выкрикнуть: «Остановись!», когда увидел, что кожа на руках Лиона начала покрываться алой чешуей, а божественный свет окутал все его тело. Невесть откуда взявшийся ветер закружил опавшую листву, а свет звезд и луны внезапно померк из-за сгустившихся туч. Природа будто предупреждала его остановиться, но Бог Обмана не слушал. Он рванул к чанху, но успел лишь полоснуть острыми черными когтями по ее боку, прежде чем молния вновь пронзила его. Лион рухнул без сознания, и Эриас захрипел так, что связки едва не разорвались от боли.

Чанху загоготала, глядя на божественный полутруп. Осознав, что опасность миновала, она вложила в смертельный захват еще больше сил. В глазах Эриаса потемнело, а душа его начала покидать тело. Он не планировал сегодня умирать, но борьба была ему не по силам, а смерть уже стояла за спиной, обжигая затылок своим морозным дыханием. Жизнь еще не успела пролететь перед глазами – Эриас боролся до последнего, стараясь оставаться в сознании.

Перед тем как потерять связь с реальностью, он увидел, как мелькнула серебристая вспышка, рассекшая тьму леса. Следом за ней раздался отчаянный крик, и язык, сковывающий шею, наконец ослаб.

Не осознавая происходящего, Эриас упал лицом в землю и зашелся в диком кашле, глотая ртом воздух, словно утопающий. Перед глазами все плыло, но теперь их было легче держать открытыми. Он перевернулся на бок и увидел, как перед ним прокатилась голова чанху. Ее человекоподобное лицо выглядело жутко – оно так и замерло в посмертной маске, перекошенной от ужаса. Но, поглядев в остекленевшие глаза чудовища, Эриас ничего не почувствовал. Все его мысли занимал Бог Обмана, лежащий сейчас без сознания где-то рядом, а он пока не мог к нему подобраться.

Внезапно чужая ладонь коснулась спины, и Эриас ощутил прилив духовных сил, которые позволили его телу быстрее побороть яд. Он жадно впитывал незнакомую магию, даже не задумываясь о том, что за личность даровала ее. Но он знал одно: это была могущественная древняя сила, сравнимая с магией Хаски.

Наконец, обретя возможность снова двигаться, Эриас полностью проигнорировал спасителя и пополз к своему богу. Алая чешуя исчезла, и Лион вернулся к прежнему облику. Его одежды были покрыты пылью, но не сожжены. Он вжимался лицом в землю, и Эриас поспешил перевернуть его, чтобы не дать задохнуться. Не услышав дыхание бога, он в панике надавил ему на грудь несколько раз, а потом передал воздух в его легкие через рот. Лион не реагировал, отчего сердце Эриаса заколотилось еще громче и быстрее. Божественные губы были холодными как лед, а выражение лица – безжизненным.

Эриас продолжал делать массаж сердца, хотя не особо понимал зачем, ведь у такого, как Хаски, оно вряд ли было. Люциан рассказывал, что после перерождения в божество внутри все начинало работать иначе, а сердце было не более чем магической иллюзией.

Вновь передав свое дыхание Лиону, Эриас в отчаянии стиснул зубы, но не переставал давить на широкую грудь. Он попытался влить в бога свою духовную силу, но та, казалось, утекла в никуда – испарилась словно мелкая капля, упавшая на дно каменного запылившегося карьера. Что неудивительно, ведь резервы Хаски были непомерно велики для заклинателя третьей ступени.

– Почему ты не приходишь в себя? Очнись! – скорее прорычал, чем по-человечески сказал Эриас. Глаза защипало, и он зажмурился, вновь прижимаясь теплыми губами к холодным в очередной попытке спасти.

– Что вы делаете? – спокойно раздался вопрос, озвученный мягким и приятным голосом.

Эриас дернулся и резко обернулся, вспомнив, что, помимо них двоих, здесь был кто-то еще.

Лунный свет озарял облаченного в бело-голубое мужчину с волосами цвета снега. С кончика его меча, который он держал в руке, соскользнула последняя капля черной крови, после чего он спрятал оружие в ножны на поясе и подошел ближе.

– Так вы божество не воскресите. – Бессмертный Шу сел с другого бока Лиона и скользнул взглядом по его телу. Положив ладонь ему на грудь, он задумчиво пробормотал: – Неужели божественной кары удостоился?

– Вряд ли ваших… – тихо начал Эриас, но зашипевший на него собеседник не дал закончить.

– Не волнуйтесь, я способен поставить на ноги кого угодно. К тому же… – бессмертный Шу улыбнулся, подняв взгляд на Эриаса, – нам всего-то и нужно разрушить печать, сковывающую его и его силы.

Под ладонью бессмертного Шу замерцал мягкий голубой свет, и через несколько мгновений послышался звук разбитого стекла.

Лион широко открыл рот и жадно втянул в легкие воздух.

Эриас ахнул, чувствуя, что его сердце словно выпрыгивает из груди. Не успел Лион прийти в себя, как он притянул его к себе и стиснул в объятиях так крепко, что тот снова чуть не задохнулся.

– Ты жив… жив, – зашептал Эриас с болью в голосе. – Я так испугался… совсем не понимал, как тебя спасти. – Он отстранился и резко встряхнул Лиона. – Еще раз посмеешь спасти мне жизнь – я сам тебя убью! – почти выкрикнул он.

Лион распахнул глаза и вздрогнул, потрясенно уставившись на него.

– Богу Обмана и впрямь стоит действовать осторожно, если бы меня здесь не было, владыка Луны сошел бы с ума, пытаясь вас воскресить. – Голос бессмертного Шу звучал строго и с ноткой осуждения, словно он ругал ученика.

Лион фыркнул и затряс головой, а потом ойкнул, видимо, от боли.

– Я не думал, что этот засранец в самом деле ударит по мне, – прорычал он, потирая ладонью макушку, и взглянул на усыпанное звездами небо. – Вот вернусь и зад тебе надеру! – Лион стукнул кулаком по земле, а потом перевел на бессмертного Шу возмущенный взгляд, который вмиг обратился в непонимающий. – А вы что здесь делаете?

– Пролетал мимо, возвращался из Солнечных земель, – без утайки ответил бессмертный Шу и, поднявшись на ноги, стряхнул пыль со своих одежд. – Через клан Луны быстрее.

– М-м… – протянул Лион то ли с пониманием, то ли с недоверием, а потом оперся на плечо Эриаса, чтобы подняться на ноги. – Ну… спасибо, что выручили, – добавил он.

Бессмертный Шу кивнул и вытащил меч.

– Если моя помощь вам больше не нужна, то позвольте откланяться, – обратился он к Эриасу.

Оглянувшись через плечо на труп темной твари, Эриас кивнул бессмертному, который тут же встал на лезвие своего меча и поднялся в воздух.

– Заглядывайте к нам как-нибудь, Гуан Синь ждет вас, – бросил он напоследок и растворился во тьме.

– Обязательно, как найдется время, – вежливо ответил Эриас. Его не единожды приглашали в клан Реликтов, но он не находил свободной недели, чтобы съездить туда и осмотреть соседствующие с ними земли.

Они с Лионом проводили взглядами бессмертного Шу. Когда тот окончательно скрылся из виду, а вокруг воцарилась тишина, нарушаемая лишь стрекотом сверчков, Лион сказал:

– Появляется как дух, а исчезает как призрак. Очень странный персонаж, понимаю теперь, почему Киайю он не нравится.

Услышав интересный факт о владыке тьмы, Эриас задумчиво хмыкнул.

– Бессмертный Шу сказал, что ты был запечатан. – Он внимательно посмотрел на Лиона, чья рука все еще была перекинута через его плечи. – Откуда он знает? Даже я понятия об этом не имел, хотя мы достаточно близки… как мне казалось.

– Не казалось, – перебил Лион, понимая, к чему он клонит. – Просто мы никогда не попадали в ситуацию, когда ты будешь умирать, а я попытаюсь тебя спасти, – мрачно добавил он и потянул Эриаса в сторону, чтобы наконец покинуть лес. – Бессмертный Шу знает о божественной каре, потому что Киай все объяснил ему, когда тот гостил в Бессмертном городе месяц назад, но в итоге был низвергнут.

– Низвергнут? Он ведь не Бог, как можно его низвергнуть? – Эриас поправил руку Лиона на своих плечах, которая немного съехала из-за неторопливой ходьбы.

– Изгнан, я имею в виду, – исправился Лион и со смешком добавил: – Киай хотел с ним о чем-то договориться, но они не поладили, и он его выгнал.

– Зачем бессмертному Шу ладить с этим демоном? – Эриас брезгливо поморщился.

– Потому что он должен вознестись, но вот уже больше сотни лет не может этого сделать из-за своих убеждений. Думаю, Киай хотел подтолкнуть его к перерождению, но не вышло.

Эриас насторожился.

– Ты знаешь, каким богом он должен стать?

Лион покачал головой, и Эриас почувствовал, что он просто не хочет говорить.

– Что будем делать, когда вернемся в город? – поспешно перевел тему Лион и наконец убрал руку с плеч Эриаса, потому что более не нуждался в поддержке. Шаг его снова стал твердым, и он, казалось, полностью вернул свои силы.

– Проверим мать, потерявшую ребенка, и попробуем успокоить перепугавшихся жителей, – ответил Эриас, слегка надув губы.

– Ты уверен, что ребенок потерян?

Эриас кивнул.

– Чанху сразу пожирает детей. Их можно спасти только в первые минуты, разрезав ей живот, но времени прошло много. Ребенок уже переварился.

Лион поморщился и передернул плечами.

– Будь моя воля, я бы перебил всех этих тварей, – тихо прорычал он.

– А потом умер бы от божественной кары, – фыркнул Эриас и остановился, позволяя себя обогнать. Лион тоже замер и обернулся на него с недоуменным лицом, только чтобы увидеть, как Эриас погрозил ему пальцем. – Повторю еще раз: посмеешь спасти меня, и я сам тебя убью. – Его голос звучал как никогда строго.

Лион грустно улыбнулся ему.

– Предлагаешь мне жить, когда сам умрешь?

– Хочешь, чтобы все было наоборот?

Лион покачал головой.

– Я хочу напитать тебя своей силой настолько, чтобы смерть повлекла за собой перерождение и больше мы ее не боялись, – бросил он, разворачиваясь к стенам города.

– Перерождение? – растерянно повторил Эриас, не сдвинувшись с места. – Какое еще перерождение? – выкрикнул он, когда Лион отдалился, а потом поспешил за ним. – Эй! Что ты со мной делаешь?

– Оберегаю, – отрезал Лион, посмотрев на поравнявшегося с ним Эриаса. – И это все, что тебе нужно знать, – добавил он и замолчал.

Эриасу не удалось вытянуть из него больше информации, пока они возвращались в город, и это в итоге привело его в такую ярость, что он не придумал ничего лучше, чем обидеться.

Сетха они отыскали возле нужного дома. Он стоял в окружении небольшой толпы и пытался ее успокоить. Другие жители выглядывали из приоткрытых окон, опасаясь выходить на улицу в период шествия мертвых огней, которые хоть и исчезли, но все равно пугали. К этому времени уже зажглись фонари и подоспела стража, чтобы помочь контролировать ситуацию. Женщины, потерявшей ребенка, видно не было, но, судя по тихим всхлипам, льющимся из окна дома, она находилась внутри.

– Как все прошло? – спросил Сетх, обернувшись на своего владыку.

– Тварь убита, – сухо ответил Эриас, и жители города с облегчением выдохнули как один. – Но ребенка не спасли.

Люди снова напряглись и начали тревожно перешептываться. Тихо плачущая женщина взвыла, заставив сердца многих болезненно сжаться.

– Кто из вас главный? – обратился Эриас к страже, и один из рослых мужчин в полном обмундировании поднял руку в перчатке. – Уладьте здесь все, опасности больше нет, можете не переживать.

– Достопочтенный, вы уверены, что нет поводов для беспокойства? Мы думали, что местность вокруг города зачищают и волноваться не о чем, но сегодня столкнулись с темной тварью, невесть откуда взявшейся. За ней ведь могут прийти и другие.

– Не придут. Чанху приманило шествие мертвых огней, а оно уже кончилось. – Эриас махнул рукой Лиону и Сетху. – Уходим.

И, не дожидаясь ответа, он направился прочь.

Жители хотели задать ему еще больше вопросов, но его мрачный и ужасно недовольный вид пугал и отталкивал их. Казалось, Эриас был опечален ситуацией и закрылся от окружающего мира, только чтобы пережить трагедию, и один Лион знал, что он просто обиделся и не хотел ни с кем разговаривать. Да и ситуация разрешится без их вмешательства, ведь смертных должны успокаивать смертные.

– У него синяки на шее? – прошептал Сетх, шагая подле Лиона и глядя в спину Эриаса.

– Чанху чуть не убила его своим языком, – ответил Бог Обмана.

– Тьфу! Нужно было идти с вами. Хорошо, что вы были рядом, это ведь вы ему помогли?

Лион задумчиво сверлил взглядом лопатки Эриаса, перекатывающиеся под светло-серебристой тканью одежд.

– Да, помог, – с легким смешком ответил он.

Эриас фыркнул, а Сетх протяжно выдохнул и почесал затылок.

– Ну и поездочка выдалась… Удивительно, Люциана с нами нет, а нежданные проблемы остались, – пробормотал он, а потом уже громче бросил в спину Эриаса: – Утром домой?