Текст книги "На дальних берегах. Том второй (СИ)"
Автор книги: sgtmadcat
сообщить о нарушении
Текущая страница: 86 (всего у книги 87 страниц)
– Что ты хочешь сказать⁈
– Тупые люди делают тупые вещи… А тупые вещи в опасном месте ведут к смерти.
– Этот корабль стоял тут несколько месяцев, и все было в порядке!
– Да. А потом Бигерт назначил тебя командовать гвардией и ты начал ставить сюда своих людей.
– Хочешь сказать, это я виноват⁈
– Есть факт: оба твоих назначенца убились сами и прихватили с собой других.
– У меня есть другая версия! – Луис эмоционально замахал руками тыкая пальцами в Захарию и Девлина. – Кто-то специально убирает моих людей, маскируя это все под несчастный случай, чтобы сорвать выполнение губернаторского поручения и подставить меня перед ним!
– Сказать ему? – лениво спросил Захарию Девлин. – О чем мы говорили тогда… После визита губернатора.
– Ну скажи…
– Сказать что⁈ – Луис непонимающе закрутил головой. – Вы… Вы сговорились за моей спиной⁉
– Ага… Сговорились выгородить тебя перед Бигертом… Потому, что ни я, ни Захария не имеем ни малейшего желания вести с ним дела. Так что если ты думаешь, что мы решили тебя подсидеть, то расслабься…
– То есть как…?
– Да вот так. Или ты думаешь, что пост цепной собачки губернатора – настолько завидная участь? Бигерт, в отличие от предыдущего, вертеть собой не позволит. Скорее сам свернет в дугу. Нахуй нам, при таких раскладах, лезть в его ошейник? А ты сам в него запрыгнул. И теперь наоборот надо заботиться, чтобы ты в нем не удавился. Иначе на цепь, вместо тебя, посадят кого-то из нас. Смекаешь?
В холостую хлопая ртом, словно выброшенная на берег рыба, Луис повернулся к Захарии. Тот устало кивнул.
– Прости, но он прав. Никто из нас двоих не хочет тебя подвинуть, просто потому, что твоя роль нам и даром не нужна.
– Но есть и хорошие новости! – поспешил разрядить ситуацию Девлин, – Я кажется понял, что тут делает доктор Медаро.
– П-правда? – сделав несколько вдохов и выдохов, Луис наконец пришел в себя, хотя все еще с подозрением косился на них, – И что же?
– Та здоровенная девка с этого корабля, помнишь?
– Которую отдали Бароза-младшему?
– Она самая. И ходят слухи, что она «всплыла» на Монтанезе.
– «Всплыла» в каком смысле?
– Пока в хорошем. Говорят, она стала звездой тамошних женских боев. «Танком» назвали, так она там всех впечатлила.
– Женские бои?
– Именно!
– А ты… Нет, ты! – Луис указан на Захарию. – Помнится, ты предполагал, что этот Медаро как-то к боям причастен.
– Да. Хотя пока это не объясняет, почему он прибыл на Малатан.
– При том, что ему вряд ли доложили, что эта девка с вольного корабля, который по заказу каких-то хуев тут арестовали, – предположил Девлин. – Скорее всего, все, что он знает – это то, что её привезли с Малатана. Вот он и прискакал, чтобы посмотреть, нет ли тут еще одной потенциальной звезды ринга.
– Интересная мысль, но Медаро не производит впечатление дурака, который считает, что таланты могут встречаться россыпью. Возможно, его интересует её прошлое?
– У меня есть кое-какие подвязки в тех краях, так что попробую узнать подробности. Проклятье, – Девлин посмотрел на гору, возвышавшуюся над городом. – Вот теперь отсутствие радиоузла доставляет неудобства. Быстро ничего не выяснишь.
– Самое интересное, что, судя по всему, у людей с корабля связь теперь есть.
– Думаешь, если я предложу им узнать о судьбе их подружки через моих людей, они пустят меня отправить пару радиограмм?
– Э! Аккуратнее с такими шутками! – Луис предупреждающе вскинул руку и замер, напряженно раздумывая. – Хотя… Люди с корабля тебя не знают, верно? Их вязали парни Кулака, а конвоировала гвардия.
– Ты чего задумал?
– Нам стоит знать, что они замышляют… Ты можешь притвориться контрабандистом, которому не по душе Бигерт, и втереться к ним в доверие. Якобы тебе нужна та же связь…
– Пытаешься придумать, как оправдаться перед губернатором за четыре трупа? Понимаю. Я тут при чем? Они и тебя тоже не особо видели.
– Меня-то они как раз видели.
– Прости – забыл твои покатушки по канализации. Хотя уверен, что у тебя там была такая рожа, что они вряд ли тебя узнают. Ты чего?
Луис, вместо того, чтобы ответить на колкость, напряженно размышлял. Затем усиленно заозирался, словно кого-то ища.
– С тобой все в порядке?
– Это лицо… Тот тип, с которым я столкнулся, когда упал вниз… Я его точно видел! Прямо совсем недавно!
– Уверен…
– Почти… А ты!.. Ты сам сказал, что не хочешь на мое место, не так ли? Так что добудь мне что-то, чтобы Бигерт не сожрал меня и не принялся за вас.
– Хорошо. Попробую…
– Попробуй…
Неискренне улыбнувшись, Луис спустился на пирс и пошел по нему, заглядывая за ящики и швартовные тумбы, словно тот человек, о котором он вспомнил, должен был быть где-то тут.
– С одной стороны, кто меня за язык тянул? – посмотрел ему вслед Девлин. – С другой, теперь, если что, могу сказать, что я держу с ними контакт по приказу Луиса.
– Если он это подтвердит. Возможно, это подстава. Он мог не поверить нам и решить сыграть на опережение, подставив нас под гнев Бигерта быстрее, чем мы, якобы, подставим его. Серьезно, подумай об этом.
– Знаю. Ты всегда убийственно серьезен. Кстати, в курсе, что вместо радиста в той старой водонапорке теперь поселилась твоя Сонечка со своим малахольным дружком?
– Я сказал ей держаться подальше от меня и местечка.
– Почему?
– Меня очень напрягло то, что Бигерт сказал Луису в тот день, когда был убит Кабанов.
– Ну да, звучало так себе.
– Особенно для нас, с нашей-то историей. Ладно, идем.
– Надеюсь, ты зовешь меня распить тот бренди, который ты так технично подрезал?
– Бренди? – Захария с удивлением посмотрел на бутылку, которую продолжал держать в руке. – Совсем забыл про неё…
– Разумеется, – Девлин с притворной серьезностью кивнул. – Конечно! Предлагаю двинуть ко мне. Такое нельзя пить из горла.
…
Нож, который так неприятно блестел в свете ночного Гало, Келпи взяла на камбузе. Прям при Ляо. И, судя по всему, в процессе тот познакомился с ней настолько плотно, что готов был согласиться на что угодно, лишь бы «господин Йоши» держал этих двух психопаток подальше от него. Йоши его понимал и сочувствовал, так что злоупотреблять полученной властью над ним не стал. Рис у Ляо наконец начал получаться, а все остальное было проще готовить самому. В основном это была различная рыба. Капитан Чень считал рыбалку не только важным элементом экономии пайков и источником свежих продуктов, но и способом спасти экипаж от безделья. Тем более, что большинство чжунских моряков традиционно происходили из рыбацких деревень, ловить могли хоть на тапок, а при наличии снастей творили чудеса.
Так что на разделочном столе регулярно оказывались довольно достойные экземпляры, например, тунца, и Йоши с удовольствием рассказывал всем, какие деньги порой заведения платят за подобную рыбу. Когда рыба надоедала, в ход шли консервы. В основном свиная тушенка в громадных луженых банках, украшенных замысловатой вязью иероглифов. Это позволяло сделать еду не такой скучной и однообразной.
Но вот с досугом так легко не выходило. Матросы, свободные от вахты, резались в маджонг на сигареты, мелочь и выпивку. Офицеры предпочитали шашки-вейцы, считавшиеся более приличным для их статуса времяпрепровождением. Отцу семейства вообще было не до скуки, так как скучали его отпрыски, и он плотно следил за тем, чтобы их количество не уменьшилось, благо убиться на корабле было несложно.
А вот миссионеру приходилось тяжко – на эту стезю необщительные люди не вставали, так что попытавшись, по третьему кругу, убедить всех сменить веру на единственно верную, он решил вернуть на путь истинный Тайгу, благо она была континентальной внешности и могла говорить, а не только свирепо смотреть, вращая ножом, как Келпи.
– Хороший сегодня день, госпожа, – начал он издалека, подойдя к Тайге, которая использовала жалобно скрипящий трап как турник. – Занимаетесь?
– Да, на… Заебись день, на… Занимаюсь, на… Хули надо, на?
– Просто заметил, что вы не носите Святой Символ.
– И че, на?
– Посвященный Бландус. Как вас зовут?
– Теперь, Але… – Тайга на некоторое время зависла размышляя, – на…
– «Але»? Какое странное имя.
– Сам ты «але», на! Меня «Алена» зовут, на!
– А! Просто ваша манера речи…
– Че доебался, на?
– Я хочу вас спасти.
– Себя спаси, на…
Покосившись на Ченя, который наблюдал сверху обеспокоенный тем, что от упражнений у него ходовой мостик содрогался, а теперь еще и сохранностью божьего человека, Тайга дала понять, что хочет свернуть данную тему. Однако миссионер был упорен.
– Благодарю, но я уже принял учение Святого Сына и этим спасен. Теперь я хочу сделать это и для вас.
– Иннахуй, на… – Тайга принялась за очередной подход, – Я эт уж-же слы-ы-шала, н-на.
– Слышали, но, видимо не слушали, так как если бы вы поняли, что вам предлагают, вы бы не стали отказываться. Учение Святого Сына – это вечная жизнь вашей души. Не тела, к вечности которого стремились язычники, а именно души – чистой части вас, избавленной от скверны, похоти, алчности, зависти. Это и есть истинная вечность, которую Он предложил нам. Вечность без боли, горя, страдания… Разве вы не хотите этого?
– Н-не, н-на… Н-нахуй н-надо, н-на…
– Почему? Вы, просто из гордыни и чувства противоречия, хотите обречь себя на вечность в Бездне?
– Я, н-на, этот развод знаю… Н-на…
– Развод? Вы думаете, что я вас обманываю?
– Не думаю, на… – спрыгнув после серии подтягиваний так, что вздрогнула палуба, Тайга потрясла руками, чтобы кровь прилила к мышцам, – Я знаю, на. Вот скажи – от меня че надо, на?
– Ничего. Просто принять учение Святого Сына и выполнять его заповеди.
– Вечная жизнь за бесплатно, на?
– Ну, Всемогущий не нуждается в материальных благах. Он, как творец всего сущего, обладает неограниченной властью над своим творением и может себе это позволить.
– Хули он тогда всем не даст, на? Если ему это нихуя не стоит, на?
– Потому что дары должны получить только достойные. Было бы несправедливо одинаково одарить как тех, кто прожил жизнь праведно, так и тех, кто предавался мерзостям.
– А че он всех правильными не сделал, на? У него же власть, на?
– Потому, что он уважает свободу нашей воли. Мы свободны сами выбирать между праведностью и мерзостью, и сами несем ответственность за свой выбор.
– Заебись свобода, на. Ты можешь подарить мне свою шляпу, на, а можешь не дарить, на. Но тогда я тебя за борт выкину, на.
– Свобода воли не означает свободу творить мерзости.
– Але, на? Ты решил, что я шучу, на? Время пошло, на…
…
Йоши недоуменно покрутил врученную ему шляпу и покосился на миссионера, который сидел за своим столом словно насаженный на кол и принципиально не смотрел в их сторону.
– Я очень благодарен вам за подарок, но, простите за вопрос, разве она не принадлежала вон тому господину?
– Ага, на… Он мне её подарил, на. Сам, на… По своей воле, на…
– Ну раз так, тогда, – миссионер не выглядел довольным своей щедростью, поэтому Йоши нерешительно потеребил шляпу в руках. – Просто на всякий случай: у вас есть свидетели?
– Конечно, на! Вот он, на! – Тайга ткнула пальцем в капитана Ченя, который поперхнулся дымом из трубки. – Таращился на нас с мостика, на…
– Не таращился, а следил чтобы вы, госпожа, не раскурочили судно мне и голову господину проповеднику.
– Да не вопрос, на. Твой корабль, на. Делай че хочешь, на. Но ты свидетель, на.
– Свидетельствую: шляпу он отдал собственноручно.
– Спасибо, господин, – Йоши вежливо кивнул Ченю и снова с сомнением покосился на миссионера. – Прошу прощения, что утомляю вас расспросами, но это же было сделано добровольно? Я просто хочу убедиться, что у нас не будет недопониманий с властями в порту прибытия.
– Скажем так: это был его выбор в духе проповедуемых им Священных Текстов. Там подобное принуждением не считается.
– Они спорили о религии? Извините, но я просто до этого не замечал в госпоже тяги к религиозным диспутам.
– Серьезно? Странно, потому что ведет она их мастерски – чувствуется опыт.
– Ну а хули, на! – гордо вскинулась Тайга. – В Порто таких мудозвонов целые стада, на. Мы, когда девок крышевали, постоянно их гоняли, на.
– Девок? Тех, которые торгуют любовью?
– Ага, на… Мне просто их шлюхами называть нельзя, на.
– Почему?
– Невежливо, на… Так надо, на.
Тайга, несмотря на свою прямолинейность и не особо выдающийся интеллект, была человеком с улиц, понимавшим, что сказанное своими для своих чужим повторять не стоит.
– Ну да… И вы говорите, к ним часто ходили они? Проповедники? Им же, вроде нельзя?
– С хуя бы нельзя, на? Даже поза такая есть, на! «Миссионерская», на!
– Это ложь! – терпение миссионера, слушавшего это все, наконец лопнуло. – Мы пытаемся спасти эти заблудшие души!
– Ебало завали, на! Спасатель хуев, на! Вы их на потогонку сдавали, на!
– Прачечные? – Чень явно наслаждался данной беседой. – Я слышал про прачечные.
– Лучше зарабатывать деньги честным трудом, чем спать за деньги! – миссионер, при упоминании прачечных почему-то густо покраснел.
– И отдавать их вам, на! С золота жрете, в золото срете, на. Хули вам ваш Всемогущий деньжищ не наколдует, на? Че вы с людей их тянете, на?
– Святой Сын пожертвовал жизнью, дабы продемонстрировать важность своего выбора! Поэтому каждый верующий тоже должен чем-то жертвовать ради распространения его учения!
– С хуев бы он пожертвовал, на? – Тайга смотрела на миссионера словно медведь на улей, но держа в фокусе и переместившуюся ему за спину Келпи.
– В каком смысле? – от такого миссионер немного опешил. – Он же умер! Отдал свою жизнь!
– С хуя бы, на? Ты сам сказал на, что он выбрал самую заебатую вечную жизнь, на. Не то, что другие, на?
– Но это было уже после смерти!
– Так он умер, на? Или вечно живет, на?
– Умер. Но смертью показал путь к вечной жизни духа. Не тела.
– Он вот сейчас жив, на?
– Разумеется! И вечно пребывает духом рядом с Всемогущим Творцом.
– То есть он не умер, на?
– Вы не понимаете концепции бессмертия духа!
– Я понимаю, когда мне пиздят, на. Ты говоришь, что он пожертвовал жизнь, на, и мы должны жертвовать, на. А потом сказал, что он жив, на. То есть мы нихуя не должны на?
– Я вам уже объяснил – тело его умерло.
– Ага, на… – Тайга на некоторое время зависла, пока Йоши что-то торопливо шептал Келпи на ухо. – Но тело – хуйня, на, Главное – дух, на. Сам сказал, на! Дух жив, на? Вопросы, на?
– Вы просто не обладаете необходимыми знаниями, чтобы спорить на данные темы!
– Ну, буду учиться, на! Пожертвование на стол, на!
– Какое еще пожертвование? – миссионер попытался вылезти из-за стола, но Тайга вытянув руку, заблокировала путь к бегству. – На каком основании⁈
– Ты же верующий, на? Должен жертвовать, на. Нуждающимся, на… Я в знаниях нуждаюсь, на. Сам сказал, на.
– Это просто грабеж!
– Считайте это уроком… – Чень, которому это адресовалось, усмехнулся. – Вы едете проповедовать в Острова. Шляпа и кошелек – меньшее, с чем вы расстанетесь, если не научитесь разговаривать с вот такими вот людьми.
– Я умею с ними разговаривать!
– Вы считаете, что если они не знают ваших священных книг, то они глупее вас, и вы можете их заболтать. Опасная ошибка. Они живут там, где слова стоят дорого. Если вы не можете уговорить тигра отдать шкуру – вам там делать нечего.
Ругаясь сквозь зубы, миссионер хотел отделаться некоторой суммой, но неосторожно продемонстрировал бумажник, так что ему ничего не оставалось, как кинуть его на стол и с возмущенным видом удалиться. Чень, демонстративно глядя ему вслед и не глядя на Тайгу, прижал одну купюру пальцем. Забрав остальное, Тайга отдала добычу Келпи. Келпи забрала банкноты, а сам бумажник и оставшиеся в нем монеты вручила довольно улыбающемуся Йоши.
– Больше его не трогайте, – спрятав купюру, предупредил Чень. – Эта братия – профессиональные доносчики. Мелкое унижение он стерпит, дабы не рассказывать о своем позоре, но придавите его по-крупному – вони будет много.
– А че, на? С него еще че-то снять можно, на? – Келпи ткнула Тайгу в бедро, что-то ей показав, от чего та возмутилась. – Че, на? Не, на! Я брезгую, на! Даже шелковые, на!
– Шелковые? Вы о чем?
– Исподнее, на… Келпи слышала, что клирики такое любят, на. Предлагала снять, на… Говорит, что жопа толстая, на. На меня полезет, на.
…
«Доволен, шлемазл?..» – Соня потрясенно смотрела как гвардейцы раскидывают ветхие лачуги трущоб и нехитрый скарб их обитателей в поисках листовок. Это очень живо напомнило, как совсем недавно вот так же выкинули из дома и её. А, главное, она в этом частично виновна. Серьезный разговор с Художником, который она планировала, не задался с самого начала. Имя, правда они узнали, но что делать с этим знанием было неясно. Зато Чарли выпросил у него бумагу. Соня хотела её отобрать, но не успела…
– Но это же не из-за меня? – Чарли был удивлен и потрясен не меньше, – Не может быть, чтобы так… Так быстро!
– А ты шо? Думал, они долго запрягать будут?
– И что теперь делать?
– Бежать! Они быстро догадаются, откуда бумага.
– А Индрик⁈ Надо его предупредить!
– Ша, – голос Сони был неожиданно тихим и ровным. – Думаю, ты его уже довольно подставил. И меня. И всех…
– Но я просто хотел сказать, что я думаю.
– Денег. Ты хотел денег. Чтобы тебе несли взносы, пока ты играешься в революционэра. Шлемазл, – Соня кинула в него узелком с вещами, а сама снова взяла свой громадный чемодан. – Забирай монеты и уходим, пока они не поднялись сюда.
– Куда?
– Сюда, идиот! Наверх!
– Я имел ввиду – куда нам идти?
– Не знаю… Но и оставаться тут нельзя.
– У меня есть идея!
– Хватит.
– Ну я серьезно! Я слышал, люди с корабля нашли укрытие на северной стороне. Где парней Кулака взорвали! Вроде в той стороне были какие-то укрепления. Возможно, получится пересидеть там?
Не ответив, Соня, сопя, поволокла чемодан через заросли подальше от башни. Её печалила не столько потеря за короткое время уже второго дома, сколько неизвестность. Все-таки башня была в городе, где у неё все было налажено. Чарли знал, где добыть рыбу. Она знала, как приготовить и кому продать. Шитье, опять-таки… А что им делать теперь? Чарли виновато сопел сзади. Он привык терять деньги. Он все время их терял. И привык считать, что это и есть та ставка, которой он рискует. Ну еще новым фингалом. На его счастье, в его коммерческую жилку не верила не только Соня, так что опасные люди с деньгами никогда не ссуживали ему суммы, за которые не жалко убить.
Только вот Чарли не понимал, что политика, в которую он полез, это совершенно другое дело. Он, как и все островитяне, был от этого максимально далек и считал это чем-то вроде той же дележки территорий бандами. Однако, по сравнению с политиками даже отмороженные островные бандиты были сущими цыплятами. У них имелся хоть и извращенный, но кодекс чести и какие-никакие правила. Они даже могли держать слово, если им это было выгодно. Соня, приехавшая из более цивилизованной части мира, прекрасно понимала, что политик страшнее любого бандита. Но не сумела объяснить это Чарли.
– Шо ты там плетешься, шлемазл? – она остановилась, чтобы передохнуть, тяжело дыша после долгого подъема. – Шо ты там выглядываешь?
– Пытаюсь понять, насколько мы далеко отошл…
Его прервал взрыв. Глухой, резкий словно удар хлыста, он заставил их замереть. А затем Соня, одними только губами сказала: «Бежим». И они побежали, громыхая пожитками и остро надеясь, что там сейчас не до них. Сил, правда, хватило минут на пять, после чего они завалились в какую-то ложбинку, стараясь не выплюнуть легкие.
– Это же бабахнуло, – Чарли завертел головой чтобы сориентироваться, – у нас? Зачем?
– Шо зачем?
– Зачем они нас взрывали? У нас же даже двери нет.
– Это не они… Это – их.
– Их? Кто?
– Если в башне – то Ван. Если в пристрое, то Индрик.
– Погоди – их же там не было? Ни Вана, ни Индрика.
– Да. Там были мы. И шо, как ты думаешь, теперь думают люди губернатора?
– Как неудачно получилось, – Чарли озабоченно похлопал себя по карманам. – Фух! Показалось, что я монеты выронил.
– Зачем они тебе сейчас?
– Если губернатор будет думать, что мы взорвали его людей, то это плохо. Еще хуже, что это произошло именно сейчас, когда они искали, кто написал листовки. Он ведь не поверит, что это случайное стечение обстоятельств.
– Да ты шо? Наконец-таки начал думать? И к каким выводам это тебя привело?
– Думаю, нам лучше покинуть остров. Может получится как-то устроится на Дарджане? Денег на первое время должно хватить. Плюс та монета, которую ты отобрала тогда.
– На чем мы отсюда свалим, шлемазл? – Соня скривилась. – Надо было валить еще когда нас выгнали из дома. Но я поплелась в твой тупой «Штаб Сопротивления»!
– Я думал, это хорошая идея.
– Ты утащил туда наши деньги!
– Мои деньги. Которые я получил за услуги людям с корабля!
– Ты должен мне! – нервы Сони наконец сдали и она начала кричать. – Должен мне кучу денег! Я надеялась, шо у тебя, таки, хватит совести их мне отдать! А теперь на чем мы доберемся до этого ебаного Дарджана?
– Может попросим помочь людей с корабля? У них есть лодка.
– А у тебя есть радиостанция, шоб их вызвать⁈
– Я думаю, можно подождать, пока все уляжется и подумать, как дать им знак.
– Когда все уляжется⁈ Это когда⁈ Когда люди губернатора, которые думают, шо мы пытались их взорвать, забудут про это⁈ Ты секрет вечности открыл, чи шо⁈
– Ну они же не могут искать нас вечно?
– Вот кстати про это, – поняв, что они ругаются вслух и довольно громко, Соня сперва вытянула шею, а потом испуганно втянула её обратно. – Есть у меня ощущение, шо нам надо теряться отсюда, и чем быстрее, тем красивее… Шо ты там говорил за укрепления?
…
Один из погибших был человеком Бигерта. Луис не знал, как сообщить об этом, но тот узнал все сам, лично приехав на место. Осмотрев место взрыва, он покачал головой. Сам взрыв был не особо сильным. Граната, или что-то вроде того. Но этого оказалось достаточно, чтобы ветхий резервуар обрушился вниз, причинив куда больше ущерба.
– Какая насмешка судьбы, – склонившись над телом подчиненного, Бигерт вытер ему лицо носовым платком, – выжить в Гарленхафене, пройти через сотню перестрелок и умереть от балки с гвоздем.
– Мы найдем их, господин губернатор! – срывающимся голосом пообещал Луис.
– Найдете кого?
– Бунтовщиков, господин губернатор… Вот – посмотрите!
От протянул Бигерту собранные листовки. Тот изучил их и его губы расплылись в усмешке.
– Какая прелесть. От них прямо сквозит неопытностью и наивностью. У кого вы их забрали?
– Кто-то раскидал их по трущобам. Одну обнаружили прямо возле полицейского участка.
– В трущобах?
– Именно, господин губернатор.
– Где большая часть народа безграмотна?
– Ну-у…
– Вы знаете, кто тут жил?
– Тот радист, которого вы велели разыскать. Еще двое местных… – Луис задумался, – Ну конечно! Тут обосновалась девка, которую мы выкинули из дома, где сейчас располагается полицейский участок! Она и её дружок, как его… Видимо они обозлились на вас из-за этого…
– Обозлились на меня? Вы полагаете, это личное?
– Я хотел сказать, что их мотив заниматься подстрекательством ясен!
– Прекрасно, но знаете что? Мне знакома эта бумага… Кажется, я знаю, где они могли её взять. А вы?
– Художник! – выпалил Луис радостный, словно знающий ответ школьник. – Он жил тут! Думаю, они украли бумагу для этих возмутительных листовок у него!
– Прекрасно. Ну что же, – взяв Луиса под руку, как подружку, Бигерт принялся прогуливаться вокруг башни, – раз вы способны угнаться за моими мыслями, давайте поскачем по этой дорожке вместе. Что вы можете сказать про этих двух?
– Э-э-э… Сейчас… Я, просто, не очень общаюсь с подобного уровня личностями…
– Ну сделайте одолжение. Ради меня!
– Ча-арли… Да! Точно! Его звали Чарли. У него еще был в том здании магазин: «Товарчики Чарли». Мелкий шустрила, постоянно искал где бы заработать. А его компаньонка, кажется, из земляков Оденхоя. Они там вместе вели дела. Готовили лежалую рыбу и что-то еще, вроде скупки всякого барахла на тряпки.
– Вы уверены?
– Насколько могу, господин губернатор.
– Я думал, эретцы предпочитают держаться вместе?
– Люди говорили, что у неё до крайности склочный характер.
– Считаете, она достала даже земляков?
– Об этом лучше спросить у Оденхоя.
– Хорошо… То есть, мелкий шустрила и его подруга, решили заделаться революционерами?
– У них был мотив, господин губернатор.
– Только мотива мало. Чтобы повести за собой людей, нужна воля и авторитет. Может ли барахольщик, торгующий лежалой рыбой, иметь данные качества, как вы думаете?
– Н-нет, господин губернатор… Вы хотите сказать, что это не они?
– Я хочу сказать, что вы крайне поспешно делаете выводы. Я за вами это замечал неоднократно.
– Виноват, господин губернатор.
– Разумеется, виноваты… Мы все виновны в сложившейся ситуации. Я – не меньше вашего.
– В сложившейся ситуации?
– А вы не поняли? У нас назревают проблемы. Тархан, тангароа, странные передачи… Вы нашли радиста?
– Нет, господин губернатор. Похоже, что он сбежал…
– Конечно. Этого следовало ожидать. А до этого, он тоже жил тут, верно?
– Как я и сказал, господин губернатор.
– Это вас ни на какие мысли не наводит?
– Они были заодно?
– Как просто, не так ли? А теперь добавьте в это варево последний ингредиент.
– Художник?
– Браво! Четвертый из этой компании. Вы нашли его?
– Обязательно найдем, господин губернатор!
– Конечно вы его найдете, – Бигерт поправил Луису лацканы пиджака, отряхнул с него пыль, а затем взялся за галстук по аменской моде и затянул узел так, что Луис посинел. – Как найдете – оповестите меня.
…
«Ты не поверишь, что мне сообщили…» – Девлин подмигнул вошедшему в бар Захарии. Тот тяжко вздохнул, и, проведя взглядом по полке, ткнул в бутылку бурбона. Одобрив выбор, Девлин налил и себе тоже.
– У тебя задроченный вид, приятель…
– Гвардия проводила облаву в трущобах. Кто-то разбросал там антиправительственные листовки.
– Ебать как интересно! Никогда бы не подумал, что в нашем болотце заведутся революционеры! Это по этому поводу все так всполошились?
– Хуже. Когда гвардейцы добрались до башни, где обосновались Радист и Соня с Чарли, и начали шарить в их пожитках, сработала мина-ловушка.
– О как! Сколько народу погибло?
– Трое. Один из них – человек Бигерта.
– И как Бигерт отреагировал?
– Судя по всему – снова до усрачки напугал Луиса, так как «Козлина» примчался ко мне и пытался найти этих двоих. А еще – того художника. С чего-то решил, что они все причастны, и орал про заговор.
– Поверь – скоро это будет меньшей из наших проблем.
– Ты умеешь порадовать.
– А то. Я принял во внимание то, что ты мне сказал и не стал соваться к парням с корабля сам. Послал человечка.
– И что он сообщил?
– Что у них там – ебаная армия. Кроме тангароа, которых муштрует котик, которого мы, с твоей подачи, дружно в обнимку боялись, у них там толпа наемников. Причем не местная босота, а либо с Порто, либо с Континента. И это, судя по всему, еще не все. Они явно кого-то ждут.
– Тархана они ждут. Тогда у них будет достаточный перевес в силах, чтобы устроить штурм. Проклятье… Это будет полноценная война.
– Херовые новости, приятель. Но есть и кое-что еще. Появилась новая версия, что у нас забыл господин Медаро.
– Он как-то резко стал меньшей из наших проблем. Ты же понимаешь, что если тут начнутся боевые действия, городу хана?
– Мы можем что-то с этим сделать?
– Боюсь, нет…
– Ну тогда послушай про этого врача. Вдруг это как-то поможет? Дело в том, что новости до нас доходят с охуенным опозданием. Помнишь, я говорил, что та здоровенная девка, которую увез Бароза-младший, стала звездой боев на Монтанезе?
– Припоминаю.
– Бароза-младший мертв. Эта ебанутая разгромила клуб, свернула ему прилюдно голову, а потом, в суматохе, сумела как-то там потеряться, хотя я хуй его знает, как можно потерять двухметровую северянку среди толпы обезьян, которые ей по пояс.
– Думаешь, Медаро ищет её тут?
– Ну, это было бы логично. Где искать эту девку как не у нас? Особенно, если он знает, что тут еще бегают её друзья?
– А зачем для этого представляться врачом?
– Ты же сам говоришь, что в медицине мужик понимает?
– Ну да. Явно имеет либо опыт, либо образование, либо и то и другое.
– Так может он и правда врач? С того же Монтанеза. Или работал на Бароза? Если они занимаются таким бизнесом, то могли себе позволить и соответствующего врача.
– Посылать врача ловить убийцу сына?
– Возможно, действует по своей инициативе? Может он хочет загладить таким образом какую-то вину перед папашей? Или наоборот – выслужиться?
– Ладно, это в любом случае теперь дело десятое… – выпив, Захария с грустным видом посмотрел куда-то вдаль. – У меня сейчас очень неприятное чувство…
– Мы же вроде, еще тогда определились, что все катится в пизду?
– Тогда это понималось головой. Теперь же я чувствую это кожей. Знаешь ощущение, как будто надвигается гроза? Еще даже туч не видишь, но все затихает, смолкают птицы, и ты понимаешь, что скоро на землю обрушатся громы и молнии…
…
В помещении ломбарда было темно, но когда Захария вошел, свет вспыхнул, ослепив его.
– Простите за столь поздний визит… – он узнал вкрадчиво любезный голос Бигерта, – Я понимаю, что сегодня у вас был насыщенный день, вы перенервничали, выпили и теперь собираетесь отдохнуть.
– В целом все так и есть, – кивнул Захария, потирая глаза и осматривая сидящего в его кресле Бигерта с парой неизменных телохранителей рядом. – Что-то случилось? Вам что-то подсказать?
– Желательно что-то, что я еще не знаю. Потому что знаю я многое. Например, что вы собирались избавиться от Кабанова. Скажите, я не прав?
– Откуда у вас такая информация?..
– Как хорошо, что вы спросили! – широко улыбаясь, Бигерт встал, усадил Захарию на свое место, а сам расположился за его спиной, положив руки на плечи. – Меня просто распирает. Как в детстве, когда у тебя есть секрет, и ты хочешь им с кем-то поделиться. Прям не могу терпеть! Вы же в курсе, что на том корабле был еще один член экипажа? Их старший помощник. Человек-легенда! Ксения его не застала, но слышала, какие истории о нем рассказывали. Например, что он на пару с капитаном ограбил банк, продав туда фальшивую сигнализацию. Как вам?
– Звучит как байка.
– Я бы тоже так подумал, если бы не был лично знаком с людьми, потерявшими в этом банке свои деньги! И когда я понял, с кем я имею дело, у меня аж мурашки по коже побежали! Этот их старший помощник – хороший друг Флинна. Того самого «Пилы» Флинна. У отважного Капитана тоже есть друг. Некий «Хан». Вы знали об этом?
– Нет.
– Разумеется нет! Кабанов тоже не знал. Он, наверное, сильно удивился, когда его поставщики начали отказываться с ним работать? Или он не узнал? Вы ему не сказали, верно?
Захария промолчал, и Бигерт принялся давить ему на плечи и шею то ли массируя, то ли пытаясь задушить.
