Текст книги "На дальних берегах. Том второй (СИ)"
Автор книги: sgtmadcat
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 87 страниц)
Камушек, испуганно покрутила головой, словно ища путь к бегству, но все таки приблизилась. Доктор кивнул в сторону шалаша, потом обвел рукой окрестности.
– Где она есть?
– Кто?
– Виху.
– Её тут нет! Камушек не знает, где она!
– Нихт врайть мне, битте. Вы общайтся с виху! Я есть узнавайт её работа.
– Нет! Камушек ни с кем не общался! Никого не знает!
– Не надо держайть меня за идиоттен! Зачем вы меня обманывайт?
– Камушек не хотел… – островитянка шмыгнула носом и захлопала намокшими глазами, – Камушек хотел помочь! Он не знал, что вы такие умные!
– Да шо ты будешь делати! Опять до сльоз довели! – Михай, огорченно всплеснув руками, неодобрительно покосился на Доктора. – Ну шо ты ревешь?
– Камушек обещал никому не говорить про Эаф! А вы сами догадались!
– Мы просто хочем Бардье помочь! Ты же тоже хочешь?
– Да!
– Ну раз да, тады надо попросити ту саму Эаф, чи як там её, шоб вона Бардье допомогла.
– Эаф не хочет помогать!
– Почему?
– Она говорит, что помогала раньше. Кому могла! Но не всем! Некоторым помочь было уже нельзя! А люди этого не понимали! Думали, что она просто не хочет! Кричали на неё! Нападали! Поэтому теперь Эаф прячется от людей и просила Камушка никому про неё не рассказывать!
– То есть тоби вона не боиться?
– Нет! Камушек маленький. Его никто не боится!
– Ну посему ты и будешь уговаривати. Где вона? Не тута? А де? Далече?
– Да! Она сказала Камушку что сделала все, что могла, и теперь Камушек должен сам о нем заботится!
– Ну то тогда було, а теперь-то тут Ганс е. Вдвоем они може и бильш смогут. Поехали – попробуем уломати. Я тебе на лодке з мотором подброшу! Хотишь?
– Камушек хочет! Но Камушек боится, что Эаф рассердится и уйдет, и больше не скажет Камушку где она!
– Та мы осторожно! Сперва ты пойдешь, а потим, коли вона не против буде, то и я. Я бы не просив, но Бардье позарез помощи треба.
– Ладно! Камушек попробует!
– Ну вот и файно! Ща я соберуся и выдвигаемся.
– Вы есть гут её уговаривайт! – шепнул Доктор, наклонившись к Михаю. – Но, может, лучше ехайт мне? Я понимайт в медицина и она, с какой-то точка зрений мой коллега, с который мы можем приходить к взаимопониманий?
– Ни! Не подумайте, шо я ваших знаний не уважаю, но, по правде казати, шо вы, шо пан Ур с бабами говорити не умеете. Зараз до сльоз доводите. Разве ж у вас, таким чином, якись контакт наладиться?
– То есть вы считайт, что виху есть женщина с которой можно договаривайться такой образ?
– А шо ни? Баба – вона и е баба. Хошь якого цвету та розмиру. Вон Тайгу взяти! На шо здорова кобыла, та и то ласки просить.
– С виху ситуаций есть несколько иной!
– Да и шо! Ладно – время тратим, а Бардье легше не становиться! Я допомолвился, стало быть, мне и ехати!
– Все еще светло! – напомнил Ур.
– Та я вижу! Но шо делати⁉ Срочно ведь треба? Срочно! Стало быть рискнем. Тем более шо взад-назад вже по темноти поедем. Ладно – ждите, я скоро!
Махнув на прощанье, Михай, в сопровождении Камушка, пошел к лодке. Доктор посмотрел им в след и покачал головой. Ур солидарно хмыкнул.
– Ладно. У нас есть, если что, план «Б»?
– Если Михай нихт уговаривайт виху, придется рисковайт делайт еще один операций.
– Шансы?
– Недостаточно гроссе, чтобы пребывайт в оптимистичный настроений…
– Понял… – Ур еще раз посмотрел в сторону удаляющейся лодки, – В крайнем случае, могу попробовать «уговорить» я.
– Зная ваш методы, я подозревайт, что вы собирайтся приставляйт ей оружий к голове?
– Если потребуется.
– Вы, надеюсь, есть помнийть, что виху могут стерилизовайт агрессор?
– Это для вас проблема. Я свой долг по размножению уже выполнил, так что меня этим не испугать.
– Бардья будет рад узнайть, что вы были готовы рисковать ради него свой пиписька.
– Думаете оценит?
– О! Думайт, не только он один.
– Мне даже захотелось попробовать.
– Надеюсь, что до такой крайнойсть нихт дойходийть.
Криво улыбнувшись, Доктор обменялся с Уром кивками и пошел мыть инструменты.
…
Чарли скучал за прилавком. Его магазин вошел в пике сразу после открытия и уже несколько лет представлял из себя затянувшуюся катастрофу, несмотря на то, что конкурентов в этом квартале у него не наблюдалось. Только вот платежеспособных граждан тут было еще меньше, чем магазинов, так что основой местной торговли был обмен одного хлама на другой. Месяц, когда что-то удавалось продать за живые деньги, считался очень удачным. Чарли пытался поправить дела, вкладывая те суммы, которые удавалось скопить, в разные начинания, но все они либо с треском проваливались, либо приносили совершенно смехотворную прибыль. Он давно уже научился относиться к этому философски и даже разработал целую теорию шарика в воронке, суть которой была в том, что чем выше ты находишься, тем медленнее и вальяжнее можешь катиться. А вот внизу приходится крутиться изо всех сил, чтобы не сорваться в Бездну.
Вздохнув, Чарли осмотрелся в поисках идей. Ему частенько приходили мысли вот так, просто. Смотришь, бывало, на какую-то штуку, смотришь… А потом понимаешь, как и кому её можно продать… Например спутанный ком старых сетей. Поплавки он снимал и менял у рыбаков на залежавшийся улов. Тут схема уже отработана. Но сами-то сети, пусть и драные, тоже могут чего-то стоить, верно? Мастера, которые плетут снасти, от него брезгливо отказались – им проще сделать новую нить, чем распутывать это, тем более, что тут все волокна уже гнилые. Может набить этим что-то? Точно! Порубить, промыть, просушить и набить матрас! Только вонять он будет будь здоров, но народ тут простой, привыкший…
Скрипнула дверь. Вскинувшись, Чарли поприветствовал улыбкой потенциального покупателя, однако на пороге стоял Девлин. Их встречи случались исчезающе редко – слишком разного полета птицами они были, но кто это такой Чарли знал прекрасно.
– Привет!
– Привет, Чарли, – войдя, Девлин прикрыл за собой дверь. – Есть разговор…
– Эмм… О чем?
Вместо ответа Девлин толкнул Чарли в грудь, заставляя того кувыркнуться через клубок старых сетей и, поймав взметнувшуюся вверх ногу, осмотрел ботинок.
– Так я и думал…
– О чем вы думали? – Чарли, барахтаясь в неестественном положении, все еще пытался сохранять деловой тон. – Возможно, я смогу вам помочь?
– Ты уже помог. Кулаку. Помнишь?
– Честно говоря, не припоминаю…
– Перышко… Ты хотел за него денег, но парни Кулака просто отобрали его и получили награду сами. Точнее один. Второй не успел. Счастливчик пережил своего менее везучего друга ненадолго, но этого хватило, чтобы успеть про это проболтаться…
– Кому? Нет, не подумайте будто я имел к этому отношение… – Чарли наконец смог принять вертикальное положение, – просто это могут не так понять…
– Мне, когда пытался расплатиться золотым перстнем за выпивку. Я поинтересовался, с кого тот его снял, и он поведал мне занимательную историю. Так откуда у тебя перо?
– Верите ли, мистер Девлин, но я его нашел! Могу показать где…
– Ты уже показал… Кулаку… Теперь Кулак мертв.
– Я тут совершенно определенно не при чем!
– Один раз – это случайность, – схватив Чарли за грудки, Девлин припер его к стене, – но в том-то и дело, что это не первый случай, когда люди рядом с тобой умирают. Ты в курсе, что отпечатки твоих штиблет найдены на месте убийства Чойса? Скажешь, тут ты тоже не причем?
– Понимаю, звучит немного странно, но я опять таки совершенно, абсолютно и полностью не при делах!
– И я тебе верю. Знаешь почему?
– Потому, что будь я матерым убийцей, я бы не торчал тут, в этом совершенно не приносящем прибыли магазине, пытаясь свести концы с концами?
– Поэтому тоже. Но, главным образом, потому, что на тебе – матросские ботинки. Значит в твоих туфлях ушел кто-то другой.
– Блестящее умозаключение, мистер Девлин! То есть я оправдан?
– А я тебя ни в чем и не обвинял, – отпустив Чарли, Девлин шутливо смахнул с его пострадавшего во время падения пиджака пыль, – просто хотел убедиться, что пришел к нужному человеку. Ты же нужный мне человек?
– Определенно, мистер Девлин. Но, боюсь, мои возможности сильно ограничены, так что хотелось бы узнать, что конкретно вам нужно?
– Ничего особенного. Люди с корабля. Мне нужно с ними поговорить. Устрой нам встречу.
– Я не знаю, как это сделать, мистер Девлин…
– Так узнай. Придумай что-нибудь. Докажи, что ты умный и хитрый парень, а не просто неудачник, которому самое место в этом отстое. Ты ведь не неудачник?
– Нет, мистер Девлин! Я определенно не такой!
– Тогда у тебя все получится. Дерзай, – Девлин покровительственно похлопал Чарли по щеке. – Как будут новости – я в своем баре.
…
«Ур! Самолет!» – Калибр, наблюдавший за морем со стороны Малатана указал на заходящий на посадку гидроплан. Его было прекрасно слышно и без его рапорта, но вбитые в армии правила гласили: «Увидел – доложи», так что он оповестил Ура, который, взобравшись повыше, принялся рассматривать летающую лодку в прицел.
– На такой увезли Капитана и Барабашку?
– Нет… Та была аменской постройки и новая, – отрицательно мотнул головой Ур, – хотя у таких ребят самолет может быть не один…
– Думаешь, они поняли, что связи нет и прилетели проверить?
– Возможно…
– И чего делать будем?
– Без понятия… Сейчас Михай вернется – сгоняю на разведку.
– Принял…
Калибр вернулся к наблюдению. Ур еще раз задумчиво посмотрел, как лодка скрывается за мысом, на котором стоял форт, и побежал проверять обстановку на острове, благо тот был невелик и за последнее время они облазали его вдоль и поперек.
– Что там есть такое? – осведомился Доктор.
– Самолет прилетел.
– Редкий гость в эти места.
– Да. Поэтому и заинтересовал.
– Думаете, это есть плохой знак?
– Не готов доложить. Надо будет все как следует разведать.
– Понимайт…
– С Бардьей как?
– Наблюдается истечений гной из абсцесс. Поэтому, вне зависимойсть от наличий виху, завтра я есть делайт новый операций, иначе есть риск возникновений перитонит.
– Я ночью собираюсь в город – может нужны еще какие-то медикаменты?
– Необходим перевязочный материал. Весь, который вы находить. И, если будет возможнойсть, утаскивайт стерилизатор, битте. Это такой большой банка из нержавеющий металл.
– Понял…
Калибр снова подал сигнал: «Внимание» и Ур побежал смотреть, что случилось.
– Самолет на взлет выгребает. Решил, что тебе будет интересно.
– Мне интересно… – снова заняв высоту, Ур проследил за летающей лодкой до самого взлета потом спустился озадаченно дергая ушами. – Интересно, что они такого увозят?
– Увозят?
– Да. Причем много, судя по осадке. Загрузились от души.
– И быстро… – счел нужным отметить Калибр, – получаса не прошло. Причем, судя по обводам, рампы там нет.
– Верно замечено. А через люки так быстро его набить можно только в одном случае…
– Пехота?
– Пехота… Забрал много народу.
– Кого?
– Тоже надо выяснить. Где Михай? Че он так долго?
Ур посмотрел на Ореол, который уже начал гаснуть, кивнул и принялся ждать. Наконец вдалеке послышалось жужание мотора. Оба китта уже научились отличать «свою» лодку, так что Ур порысачил к берегу встречать гостей. Три силуэта свидетельствовали об успешности миссии. При подходе к острову Михай заглушил мотор, чтобы не демаскировать прибытие и, пробежав остаток расстояния по инерции, лодка ткнулась в песок под пальмами.
– Прошу, пани… Нам туды… Хоча вы дорогу должны знати… Были тут. Но вдруг запамьятовали?
Ур затаился, но, к собственному изумлению, снова был обнаружен. Островитянка замерла, посмотрела в его сторону расширенными от страха глазами и взвизгнула.
– АЙ! Не надо так пугать Камушка!
– Как ты постоянно меня чуешь? – недовольно дернул хвостом Ур.
– Камушек маленький! Камушек должен видеть все страшное, особенно, если оно прячется!
– Ясно…
Еще раз скорчив недовольную гримасу, Ур повернулся в сторону виху, которая тоже остановилась. Темнота к этому времени сгустилась окончательно, так что, судя по всему, та его не видела, а, скорее, чувствовала. Некоторое время они изучали друг друга, потом Михай нетерпеливо окликнул.
– Звиняйте, пани, шо так дергаю, но там Боцману нашему зовсим хреново, так шо потим познакомитесь.
Кивнув, виху продолжила движение. Доктор уже ждал их и, не говоря лишних слов, проводил к больному. Присев над Боцманом, виху коснулась его и дернулась, словно от удара.
– Ему гроссе плохо. Поэтому нам есть настолько необходим ваш помойщь, – Доктор с сожалением развел руками. – Я есть квалифицированный врач и понимайт ситуация. От вас мне есть необходим ваш способнойсть подстегивайт витальность организм. Я делайт, что мог, но окружайщий условий оставляйт прискорбно мало шанс на благополучный исход операция. С ваш помощь шансы возрастайт. Сейчас темно, но с рассвет я собирайться оперировайт. Если необходим еда, то мои друзья есть собирайтся на вылазка за продукты. Я скажу им, чтобы они есть брайт калорийный еда для вас.
Виху кивнула и снова переключила свое внимание на Боцмана. Поняв, что к беседам та не расположена, Доктор еще раз извинился и пошел поговорить с остальными.
– Ну шо я казав! – гордо выпятил грудь Михай. – Уломав!
– Она есть гроссе молчалива. С вами она разговаривайт?
– Ни!
– Тогда как вы есть её уговорийт?
– Та там я повинен трындети, а вона – тильке слухати.
– Вы есть уверен, что она вас есть понимайт?
– Так пошла же? – на это Доктор не нашел, что возразить. – Ладно. Мы, тадысь, метнемся за харчами, у кого есть каки желання?
– Калорийный, но нихт мясной пища для фрау Эаф. По поводу медикамент – я дал Ур список. Вы же его сохраняйт?
– Тут… – Ур достал бумажку из кармана разгрузки, продемонстрировал и убрал обратно, – А если она не будет сотрудничать, мое предложение в силе.
– Почему вы все пытайтся решайт только через насилие?
– В смысле «только насилие»⁉ Еще угрозы, шантаж и принуждение! У меня много методов!
– Вы же помнийть, какие это имейт последствий?
– У нас на борту заводятся самки, которых вы потом долго лечите от блох?
– И это тоже! Не надо добавляйт мне лишняя работа!
– Попробую, но обещать ничего не могу… Уж очень вы, приматы, порой тупите.
Довольный, что удалось ввернуть реплику про приматов, Ур оскалился и пошел к лодке.
…
Соня не то, чтобы была сильна рада двум незваным гостям, свалившимся на её голову посреди ночи. Скорее пребывала в ужасе и панике, так как прекрасно понимала, что, после всех событий, один намек на то, что они сюда захаживают, может стоить ей головы. Но послать не решилась, так как понимала, что те откажутся и что ей тогда делать? Чарли же наоборот пришел в бурный восторг и немедленно помчался к себе обещая притащить что-то такое, от чего гости сойдут с ума. Михай с Уром не стали ему препятствовать и, пока он что-то искал, перешли к делу.
– Нам харчи треба… Много…
– Ой, таки и шо вы от меня хотите? Вы шо? В тот раз не поняли, шо харчей в этом доме не богато? Вы вообще головой думаете так сюда заваливаться? Потому шо если кто-то увидит, то это будут такие проблемы! Причем у меня!
– Харчей у вас е. Тильке все на продажу, так?
– Если вы купить хотите, то надо было утром загребать, потому шо холодильника не держу и все таки распродаю одним днем. Рыба и так лежалая, не хватало еще шоб она завонялась.
– Розумно. А коли мы грошей дадим, то куповати сможете? С вашей выгодой, ясное дело.
– Какие «гроши»? Золотые? Те, за которые Кулака порешили? Да тут все пуганные теперь и никто дел иметь с ними не станет, не говоря уже о том, что сдадут меня тому поцу, который Кабанов, как здрасьте.
– Так вы золото сховайте. Местных так не напугаешь, шоб надолго о золоте забыли, так шо время приде. А нам куповайте на местные. Шо скажете? Кубышки нема? – Михай хитро прищурился. – Е кубышка, куда ж вы без неё?
– Таки выверну я кубышку и шо? Шо дальше делать буду? Пойду посреди ночи стучаться и просить продать еды? Вы так это видите? Ну и куда меня пошлют, не говоря уже о том, шо выглядит такое крайне подозрительно.
– А вы кажите, шо у вас день народження. Внезапный.
– Очень остроумно!
Соня хотела добавить что-то еще колкое, но тут вернулся Чарли и гордо продемонстрировал железную руку в которой Михай опознал свой протез.
– Це шо? Мое⁉ – он внимательно осмотрел руку, потом примерил. – Дывись! И правда мое! Откель взяв?
– О! Это, господа, моя личная гордость! Я узнал, как вы сбежали, и понял, что ваша рука должна остаться у гвардии. А поскольку она им, по очевидным причинам не нужна, то…
– То этот поц сел на жопу ровно и начал ждать, пока они сами ему её принесут! – судя по лицу, после общения с Михаем, Соне было просто необходимо кого-то уязвить. – Так как тут, таки, нет другого такого поца, который скупает любое барахло, вне зависимости от того, нужно оно ему или нет.
– И моя тактика сработала!
– Добро… Подможи там ремня встегнути, – нацепив протез Михай сжал и разжал пальцы, после чего поморщился. – Разрегулировали, дебилы! Шо лезут, коли не понимае нихера! Тонкая ж механика! Но ниче! Поправимо.
– Я так понимаю, его вам не хватало?
– Так… Трохи б по раньше, но и так добре.
– И не в коем случае не желая показаться корыстным, я вынужден заметить, что выкупал его я на личные средства, поэтому…
– Грошей хочешь? – Михай хитро покосился на многозначительно замолкшего Чарли, – Та а на кой те гроши? У нас тильке золото, а его тут никто не принимае.
– Почему⁈
– Та я шо? Знаю шо ли? Соня так казала! Мы ей предлагали гроши, шоб вона нам харчей куповала, а вона ни в какую. Мол трусят вси. Не берут!
– Я имела ввиду, шо после той истории с Кулаком светить золотом опасно! – поспешила объясниться Соня, так как глаза у Чарли от заявлений о том, что золото больше не в ходу, стали настолько большими, что грозили лопнуть череп, – Потому, шо если люди Кабанова заподозрят, шо мы…
– О! Чуть не забыл! Я не просто так обрадовался вашему визиту. Тут ко мне заходил Девлин! Это один из подручных Кабанова. Он просил организовать встречу с вами.
– Встречу? – Ур настороженно дернул ушами. – Зачем?
– Я не знаю. Просто хотел встретится. Сказал, что ему нужно с вами поговорить.
– Девлин⁉ – Соня рывком развернула Чарли к себе. – С чего Девлин взял, что ты можешь это устроить? ОТВЕЧАЙ, ШЛЕМАЗЛ!!!
– Соня, не кричи. У меня все под контролем.
– У ТЕБЯ!!? ДА У ТЕБЯ ВСЯ ЖИЗНЬ, ЭТО ОДНА СПЛОШНАЯ КАТАСТРОФА!!! ШО ОН ЗНАЕТ!!?
– Ну… Возможно… – Чарли покрутил руками подбирая слова. – Возможно, один из людей Кулака сказал ему, кто принес то перо, которое привело их в бункер под радиовышкой. А еще, опять таки, чисто гипотетически, он в курсе, что я поменялся обувью вот с ним, и мои следы были на месте убийства господина Чойса…
– Ты шо, спятил? – поинтересовалась Соня упавшим голосом. – Ты же понимаешь, шо нас за это прикончат?
– Спокойно… У меня все под контролем!
– Да нихрена у тебя ничего не под контролем… Шлемазл… – тяжело опустившись на стул, Соня уронила голову в ладони, – Вот зачем я с тобой связалась? Мало мне было того бардака, шо и так вокруг творится? Ты даже не понимаешь, во что ввязался! Тебя грохнут! И меня за компанию!
– Да не переживай ты так! Все будет нормально! Мы с господином Девлином пришли к взаимопониманию!
– Ты идиот! Шлемазл и идиот!
– Ну зачем так категорично?
– Я с ней полностью согласен… – выскочив на крышу, Ур проверил обстановку и вернулся, после чего, некоторое время размышлял, дергая хвостом. – Значит делаем так… Тут есть запасной выход?
– Так… – кивнул, вместо Сони Михай, – Он не то, шобы сильно запасной, но дернути буераками можно.
– Тогда оставайся тут и охраняй самку. Ты… – коготь Ура уперся в грудь Чарли, – показывай, где живет это Девлин.
– Может я лучше договорюсь о удобном для вас обоих месте встречи?
– Не беси меня, примат, я тебе сейчас ногу прострелю! Веди давай. Я сам определяю место и время.
– Понял. Хорошо. Не вопрос. Соня, я скоро вернусь!
Соня только обреченно махнула рукой. Недоуменно оглядываясь на неё, Чарли, все еще не понимающий причины столь бурной реакции, вышел. Ур выбрался через дыру на крыше и дал ему знак, чтобы тот шел и не оглядывался, а он будет следовать поверху.
…
Зайдя в бар, Захария присел к стойке. Девлин на этот раз не стал уходить за стойку, а подсел рядом, молча налил и так же молча предложив выпить. Захария, взяв стакан, задумчиво покатал его в ладонях.
– Так что ты от меня хотел? Твои парни чуть не снесли мне дверь.
– Да. Я приказал им пригласить тебя сюда любой ценой.
– Это из-за парней Чойса?
– Уже в курсе? – Девлин выпил залпом и не чокаясь.
– Прилетал самолет. Несложно было догадаться. Кроме того, Бароза тоже свалил. Скорее всего, вместе с ними.
– Потому что Бигерт на подходе.
– Тот самый?
– Да. И если хотя бы половина того, что о нем говорят – правда, то я их прекрасно понимаю.
– А что о нем говорят?
– Ничего хорошего, приятель. Бигерт раньше работал на мафию, но его методы были недопустимы даже по их меркам.
– Похищение детей?
– Его любимый метод давления. А еще пытки, сжигание заживо и прочие милые шалости.
– И компании его нанимают?
– С удовольствием. У Бигерта репутация «волшебника», который способен решить любые их проблемы в Островах.
– Да уж…
Теперь, не чокаясь и залпом, выпил Захария. Девлин с сочувствием покачал головой и налил еще.
– Кстати, я слышал у вас там снова была кража?
– Китты опять обнесли Фридмана. Судя по всему, у них раненый и они собираются делать операцию.
– А кто это, ты не думал? Ведь в беглеца никто выстрелить так и не успел?
– Не знаю. Но, видимо, знаешь ты?
– Так… Не сказать, чтобы прям наверняка, – Девлин с задумчивым видом поболтал стакан, – но до меня дошли слухи, что на виселицу отправили не того тангароа.
– В смысле, «не того»?
– В Форте сидел еще один. Сын Большого Корака. Его держали там как гарантию прекращения налетов. Его и пытались вздернуть.
– А куда делся тангароа с корабля?
– Сбежал за несколько дней до того.
– Сбежал?
– Да. Треснул одного из парней Чойса так, что тот то ли отъехал, то ли почти отъехал. Остальные решили этого так не оставлять. На Амене не любят, когда кто-то, у кого кожа слишком загорелая, поднимает руку на их породу.
– Они решили его проучить? – с подозрением осведомился Захария. – Они что, не в курсе, в чем разница?
– Как любил говорить один полисмен, который частенько сажал меня в кутузку, когда я был ребенком: «Ниггер есть ниггер, и я не собираюсь в них разбираться. Для меня есть черные ублюдки, узкоглазые ублюдки и конопатые ублюдки. А для них у меня есть „Кольт“ и верная дубинка». В общем, там не особо на эту тему заморачиваются.
– Дальше можешь не рассказывать…
– Не! Дальше-то как раз самое интересное! Они взяли трех самых здоровенных ублюдков. По два метра каждый! И пошли вбить в него немного уважения к белым людям. А тот не стал ждать, пока его отпиздят. Влетел в них как бомба, раскидал и рванул по коридору, не обращая внимания на пули, которыми его потчевали. Выбежал наверх, прыгнул в воду, поймал акулу и уплыл на ней, показывая всем непристойные жесты!
– Похоже на вранье…
– Да. Поэтому я и не утверждаю, будто знаю, что точно там произошло. Но, так или иначе, тангароа с корабля сбежал и, чтобы скрыть это, они отправили на виселицу второго.
– Сын Большого Корака… – Захария тяжело вздохнул – Теперь все понятно… Бигерт всполошился не из-за смерти губернатора, а из-за побега. Поэтому люди Чойса так торопились свалить до его прибытия.
– Этот Корак – серьезный мужик?
– Опасный. В войну служил в туземном легионе. Понимает в нашей тактике и в современном оружии. И у него почти тысяча человек.
– И все они, сейчас, дружно гребут в нашу сторону?
– С самыми большими ножницами для кастрации, какие у них нашлись.
– Интересная групповуха получается… Босс, Бигерт, тангароа и люди с корабля.
– А мы посреди этого, как две белых телки в черном квартале, – мрачно кивнул Захария. – Так что у тебя за срочность?
– Только обещай, что не будешь орать и делать глупостей.
– В смысле?
– Мы ведь тут не при чем, верно? Решения принимал босс. Почему мы должны расплачиваться за его ошибки?
– С чего ты решил, что я буду орать и делать глупости?
– Я пригласил еще кое-кого на эту встречу.
– Кого?
– Меня…
От вкрадчивого голоса с странными нотками по спине Захарии пробежал холодок. Медленно повернувшись, он посмотрел наверх, во тьму между державшими крышу балками, откуда шел звук. И, когда там сверкнули холодной зеленью два глаза, действительно чуть не заорал.
…
Чарли, в обмен на свои услуги, взял у Девлина кучу еды и немедленно продал её Михаю с Уром за очередную золотую монету. Еще одну он получил за протез. Соня с ним демонстративно не разговаривала, но и не ругалась, что Чарли воспринял как добрый знак.
– Нормально! Она уже успокоилась! Зато, господа, мой капитал множится день ото дня!
– Ты, главное, вспышку не проебай, – предупредил его Михай. – То, шо у них, нашими молитвами, така ситуация, шо домовлятися пришлось, это добре. Тильке як раз поменялося, так и второй раз перевертается в другу сторону. Так шо ежли че, то тикайте так швыдко, як могете. Дом та хабар – хер з ним. Главное ноги унесть.
– Я же говорю – у меня все под контролем.
– Ша! Контролера нашовся! Тебя як индюка – потчуют поки свято не настало. А потим под топор и в печь.
– Вы преувеличиваете. Я уверен, что мы с мистером Девлином – партнеры!
– Ой дурень… Вот кажи мне, коль такий умный, шо таке «партнер»?
– Это значит, что у нас общие дела!
– Яки таки у вас «общие дела»?
– Ну он мне поручил передать вам сообщение…
– А мог ты отказаться? Ну честно скажи, мог? – Михай некоторое время ждал ответа, потом понимающе кивнул. – Та ясно дело, шо не мог. Вин тоби бы в порошок стер. Скажи шо не так?
– Я не буду отрицать, что возможности мистера Девлина больше моих.
– Тогда каки вы в дупу «партнери»? Партнери, это кода вы друг с другом считаться повинны. А ты у него на побегушках и вин тоби пользуе. А як попользуе, то выбросит. Так шо ты ща, як панночка на танцах.
– Это как?
– Замечтаешься – выебут…
Покровительственно похлопав по плечу слегка оторопевшего от глубины этой житейской мудрости Чарли, Михай пошел к Соне.
– На него надежи мало, так шо ты теж нос по ветру держи.
– Мы шо? Уже, таки, перешли на «ты»?
– Так… Коли я дивчине подарунок сделав, то можно уже и на «ты».
– Это какой, позвольте спросить, подарок вы мне сделали? Или вы, таки, за него держите ваш визит посреди ночи?
– Та ни. То так – сурпрыз. А подарок вин в шкафу, где я мачете свое хоронил як первый раз захаживал. Тильке убедитесь, шо дурень тот ушов, а то там в одного рассчитано. Ладно – мы погребли, а то светает скоро. Ежели шо, то кричи. Постараемся подсобити, як смогем. Ну коли смогем.
– Валите уже, помощнички… Помогли уже, теперь спать не засну, буду думать, шо с нами сделают, если это все всплывет!
– Та прорвемся…
Еще раз махнув рукой, Михай закинул торбу с едой за спину, подошел к двери, посмотрел сквозь щель на улицу и, когда Ур подал знак, что все чисто, вынырнул наружу. Соня заперла за ним дверь, потом снова кинула испепеляющий взгляд на Чарли. Тот поспешил сделать вид, что срочно хочет спать и скрылся в своей комнате. Дав ему время и вправду уснуть, Соня на цыпочках подкралась к шкафу. С первого взгляда, ничего нового внутри не появилось, но, уже будучи готовой обругать Михая за дурацкую шутку, она догадалась приподнять лежащие внутри тряпки и охнула. Под ними обнаружилась плитка шоколада. Быстро сунув её в карман, Соня воровато огляделась, осторожно, чтобы не скрипеть дверцей, прикрыла шкаф и на цыпочках побежала к себе, так как и правда не была намерена ни с кем делиться подобным сокровищем.
…
Тяжело опустившись на пенек возле костра, Доктор устало стянул с рук окровавленные перчатки и кинул их в огонь. Михай протянул ему кружку кофе и вопросительно дернул головой, получив ответ в виде поднятого большого пальца. Следом подошла виху. Помятуя о её необщительности, Михай просто открыл мешок с припасами, позволив той выбрать еду по душе. Виху взяла банку меда и, зачерпывая его галетами, съела в один присест, после чего пошла в сторону киттов, которые сидели и обсуждали события прошлой ночи в сторонке.
– Вы – не люди… – Камушек заверяла, что Эаф вполне разговаривает на ислас, но это были первые слова, которые все от неё услышали.
– Поразительная наблюдательность… – буркнул Ур, недовольный, что та их отвлекла. – Что нас выдало?
– Я вас не слышу. Вы разумны, но словно постоянно ускользаете.
– Так и задумано.
– Вам это не нравится?
– Да. Мы очень не любим, когда кто-то лезет в наши дела.
– Как вы это делаете?
– Неосознанно, – видя, что Ур настроен хамить, более контактный Калибр решил взять общение на себя. – Это наша видовая особенность. Из-за неё у нас не бывает тех, кого люди называют «одаренными». Но и «одаренные» испытывают с нами большие затруднения.
– Интересно… – виху протянула руку и пощупала Калибра за ухо. – Ваш народ живет тут? В землях эаф?
– «Земли эаф»? Тебя же тоже зовут Эаф?
– Да. Потому что я живу тут.
– А «Шеаа»?
– Шеаа живет в землях, где много цветущей шеаа.
– А если там живут две виху?
– Мы, обычно, так не делаем. Раньше делали, теперь почти никогда.
– Почему?
– Мир большой. Зачем мешать друг другу?
– А вариант «помогать» вы не рассматриваете?
– С чем?
– Ну, например с чем-то подобным, – Калибр махнул в сторону шалаша с Боцманом. – Или гонять тех, кто не понимает, что ты не можешь мановением руки исцелить безнадежного. Камушек нам рассказала, почему ты пряталась.
– Я не пряталась… Я просто ушла. Места много – зачем цепляться за то, где тебе плохо, если ты можешь уйти туда, где тебе будет хорошо?
– Это не всегда возможно.
– Почему?
– Для нас не всегда возможно. Вам-то проще, – Калибр понимающе кивнул. – Вам нечего защищать, не за кого переживать. Если что – просто свалил и все. Вы поэтому держитесь поодиночке?
– Вы считаете, что это плохо?
– Да! – наконец не выдержал Ур. – Мы считаем, что это плохо.
– Потому, что вы привыкли жить по другому?
– Мы живем так не потому, что привыкли. А потому, что все, кто жил иначе, либо сдохли, либо сидят по кустам и стараются не попасться нам на глаза. Одиночки никогда не процветают. Одиночки могут только выживать. Да и то хреново.
– Я живу одна и мне хорошо.
– Серьезно? А как быть с той самкой? – Ур ткнул в Камушка. – Если тебе хорошо одной, зачем ты общалась с ней?
Замолчав, виху надолго задумалась, потом отошла в сторону. Калибр покосился на нее, потом бросил укоризненный взгляд в сторону Ура.
– Ты прям сама дипломатичность. Давай она сперва поможет Боцмана подлатать, а потом ты будешь показывать свой характер.
Вместо ответа Ур раздраженно вздыбил шерсть, хлестнул хвостом и пошел делать обход. Калибр глянул в сторону Эаф, которая молча сидела, погруженная в свои мысли, и пошел к Доктору.
– Ну как все прошло?
