Текст книги "На дальних берегах. Том второй (СИ)"
Автор книги: sgtmadcat
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 87 страниц)
– Тихо! – Ур жестом дал команду остановится. – Там кто-то есть! Сыча гоняет! Калибр, обходи слева, я справа зайду!
В зарослях, под большой пальмой стоял сделанный из её же листьев шалаш. По шалашу скакал Сыч, уворачиваясь от весла, которым пыталась его достать крохотная островитянка одетая в одни бусы и самодельные амулетики. Дав команду Калибру наблюдать, Ур решил сделать круг, чтобы посмотреть, нет-ли поблизости еще кого? Но островитянка, внезапно, присела и начала настороженно смотреть точно в их направлении. Китты удивленно переглянулись, так как оба были уверены, что незаметны словно тени. Делать окрики вида: «Стой! Не бойся!» Ур не привык, так что коротко рявкнув: «Захват», кинулся вперед. Островитянка с визгом бросилась наутек, но Калибр успел её перехватить и повалить на землю.
– Тихо! Молчать! Кто еще с тобой? Где Бардья!
– Камушек тут один! Камешек не брал «бардью»! Камушек ничего не трогал!
– Татуированный тангароа! Где он?
– Камушек не знает!
– Да вы шо робите, паны! – выбравшийся из зарослей Михай замахал руками. – Вы пошто ребенка тираните?
– Это нихт ребенок… – следовавший за ним Доктор кинул беглый взгляд на островитянку, и покачал головой. – Несмотря на пропорций, у неё уже сформировавшийся фигура. Обращайт вниманий на бедра.
– Так и шо? С ходу топтати можно? Слезайте, паны.
– Убежит – сам ловить будешь… – буркнул Ур отпуская островитянку.
– Спокойно, панночка. Вони не со зла. Просто военны на всю голову. Мы Бардью шукаем. То боцман наш. Друзи мы его…
Но, вместо ожидаемого успокаивающего эффекта, островитянка, внезапно разревелась. Михай, удивленный такой реакции, растерянно покрутил головой.
– Та ты шо? Шо ревешь-то?
– Он большой и сильный! А Камушек – маленький и слабый! Камушек думал, что если поможет, то он станет защищать Камушка!
– Да шо ты делати-то будешь… Ну е у него друзи и шо?
– Камушку тоже нужен друг!!!
– Та я к тому, шо то жинка должна быти одна, хоча и тут разны мненья е. А друзей може быти богато. Тем более, шо вин наш боцман. То есть, скорее, командир. А дружок евоный с борту сошов, так шо мисто вакантно.
– Правда?
– Шоб мине провалитися, коли брешу. Так шо давай, показывай где вин е. В шалашу том?
– Да! – островитянка кивнула. – Только прогоните злого духа. Не пускайте его к нему!
– Якись злой дух? Хде?
– Вон! Белая Птица! Она крадет души людей!
– Тю! – проследив куда островитянка указывала, Михай хохотнул. – То тильке харчи воруе. Та блестящее всякое. Вин наш! Ручный!
– Вы приручили Белую Птицу⁈
– Та мы ще не такое могем! – почувствовав в голосе собеседницы удивление и восхищение Михай приосанился. – Так шо не боись! Не скрадет! Док! Вин там! Внутри!
– Я есть понимайть…
Откинув полог, Доктор скрылся в шалаше. Китты покрутившись рядом, разбежались заняв оборону. Михай, не зная, что ему делать, принялся раздувать костер, тлеющий рядом. И немедленно получил заряд золы в лицо от Сыча, который, спрыгнув, принялся отчаянно махать крыльями.
– Да шоб тебя! Который раз вже! Там, на дороги, тут теперь! Жрати хочешь? Ну на! Заработав!
Сыч схватил протянутый ему кусок дичи и улетел на дерево. Михай вытер лицо, сгреб в кучку разлетевшийся жар, развел огонь и принялся кашеварить. Островитянка уселась рядом, бросая испуганные взгляды по сторонам. Поставив на огонь котелок, Михай закинул вариться нехитрую похлебку названную им «Солянка островная» и решил завести светскую беседу.
– Так тоби «Камушком» кличуть? Це имя твое?
– Тсс! – испуганно округлив глаза, островитянка попыталась закрыть ему рот руками, – Нет имени! Нет меня! Есть только камушек! Маленький, маленький камушек…
– Поняв, шож тут не поняти…? Тильке прошу руки от лица видбрати. А я – Михай. То Калибр с Уром. Падлу пернату просто «Сыч» кликают. Ну и дохтур наш – Ганс. Который к Бардье пошов.
– Доктор? Я думала он лекарь?
– Ни! Лекарь, вин як умее лечит. А дохтур – по науке!
– Это как колдун?
– При ем таке не сказани. Но так схоже… – вздохнув, Михай помешал варево в котелке. – Так а пошо ты «камушек»?
– Камушек маленький и незаметный. Его нельзя есть. Ему легко спрятаться. Просто маленький-маленький камушек.
– Это якись заговор твий, чи шо?
– Наверное. Камушек не умеет колдовать. Камушек не умеет драться. Камушек может быть только маленьким и незаметным.
– Тяжко тебе, шо казати… Та и нам ща не легше.
Зашуршали листья полога и из шалаша выбрался Доктор. Все немедленно переключили свое внимание на него.
– Ну как он, Док? – поинтересовался Ур.
– Без сознаний. Я оценивайт его состояний как стабильно тяжелый. У него три пулевой ранений и потеря кровь. Показана операция по иссечений пораженный ткани, иначе есть риск развитий гангрена… – Доктор развернулся к островитянке. – Вы! Фрау, как вас?
– Камушек вона… – ответил вместо неё Михай. – То прозвище таке.
– Фрау Камушек, вы есть врач?
– Нет! Камушек не умеет лечить!
– Странно. Раны дренирован и обработайн… Вам есть кто-то помогайт?
– Нет! Никто не помогал! Вообще никто!
– Гроссе странно… – озадаченно хмыкнув Доктор махнул рукой. – Ладно… Это сейчас есть нихт важно. Здесь, рядом, есть больница? Специальный дома для больной.
– А для них есть специальные дома?
– Тут имейтся крупный поселений?
– Да. Вон там… – Камушек махнула рукой в сторону Малатана. – А еще там.
– А там насколько большой поселений?
– Очень большой! Много домов! Камушек не знает точно, у Камушка столько пальцев нет!
– Герр Ур. Что у нас там по карта в тот направлений?
– Куча рыбацких деревень. В них, в теории, может быть много домов, но вот больница – очень вряд-ли.
– Нет! – Камушек замахала руками. – Очень большой! Там даже есть свалка! Но Камушка туда не пустили…
– Свалка? Это уже серьезно…
В рыбацких деревнях и небольших поселениях свалки действительно не могло быть по определению, так как подавляющая часть отходов природного происхождения благополучно сгнивала сама, а что не гнило обычно было достаточно ценно, чтобы это перерабатывать. Обрывки ткани шли на веревки, железо многократно перековывалось, битые горшки толклись и использовались как наполнитель при производстве новых, а осколками бутылок и более нарядной глазурованной посуды выкладывали незатейливые мозаики на стенах важных зданий.
И только очень большой по местным меркам город производил бесполезный мусор в таких количествах, что нуждался в организованной свалке. На карте ничего подобного не было, но, найдя маленькую вставку в углу, изображавшую архипелаг целиком, Ур наконец понял о чем Камушек говорит и уважительно присвистнул.
– Единственное поселение таких масштабов поблизости это Дарджан. Но до него мы Бардью точно не довезем. Нам туда на этой лодке две недели без перерыва пилить. А как она туда добиралась, я вообще без понятия.
– Значит нам надо делайт операций на месте… – Доктор глубоко вздохнул и выдохнул. – Мне буйдет необходим перевязочный материалы, антисептик, морфий, препараты для приготовлений раствор для трансфузий, перчатки, маски… И удача…
– Где удачу взять я хрен его знает, а остальное можно попробовать достать. Напишите список, попробую ночью обнести местную лекарню.
– Гут…
– Я можу помочи… – вызывался Михай, – Ну не в смысле подбросити, то понятно, а в смысле прогулятися до городу.
– Нет, слишком рисковано.
– Та вы, пан, зря боитеся! Я, вон, посередь бела дня весь майданчик пошкандыбав, и никто, прошу заметити, даже вухом не повев! Шо я, в ночи, шоль, не схоронюсь?
– Это было до того, как мы губернатора с половиной местной знати прибили. Если они после такого усиленный режим службы не введут…
– Та введут и шо? Их, прошу прощенья, «гвардия», по цему «усиленному режиму» усиленно стерегет бохатый квартал, шоб мы втору половину здешней шляхты не кончили.
– Нас не только гвардия ищет, если не забыл.
– Так, як вони нас шукали, пущай дальше шукають.
– Никогда не стоит недооценивать непредсказуемость тупизны.
– Тогда можу вас где в укрытии подождати. А вы челночком туды-сюды. Потим все зараз до лодки оттащим.
– Ладно – посмотрим по ситуации.
– Добро…
Покладисто кивнув, Михай помешал похлебку и, сняв с огня, пригласил всех к столу.
* * *
Когда Захария прибыл на место, от «офиса» Кулака уже остались только дымящиеся руины. В портовом районе имелась достаточно многочисленная пожарная дружина, но к её прибытию уже горело так, что она занималась скорее тем, чтобы не дать пожару перекинуться на соседние склады, нежели спасением горящего. Вокруг, несмотря на позднюю ночь, плавно перетекавшую в раннее утро, толпилась куча зевак. Пожар в порту, это всегда возможность помарадерствовать, так что они не скрывали своего разочарования, узнав, что внутри были не товары, которые можно растащить, а всего лишь люди. Захария стервятников не любил, так что приказал своим парням разогнать всех пинками, а сам пошел к Луису и Девлину, которые смотрели на пепелище.
– Когда это произошло?
– Ночью…
– Я понимаю, что ночью… Точнее…
– Ты с чего взялся нас допрашивать? – Луис недобро прищурился. – Тебя тут кто-то назначил главным?
– Босс сказал выяснить, что произошло. Я выясняю.
– Мне он сказал ровно то же самое, так что…
– И мне, – перебил Луиса Девлин, – но, если ты хочешь поиграть в детектива, мы можем свалить. Только скажи.
– А ведь ты не любил Кулака… – в голосе Луиса сквозил плохо скрываемое подозрение.
– Не люблю я тебя. Что касается Кулака, то вон Захария не даст соврать, я считал его почти братом. Верно я говорю?
– Да… Было такое… – не став вдаваться в подробности того, каким «братом» Девлин считал Кулака, Захария кивнул и посмотрел на груду еще тлевших углей. – Значит Кулак погиб?
– Скорее всего.
– Вы уверены?
– Ну… Он был там и там сейчас куча углей… – Девлин развел руками. – Впрочем, оставим это Луису. Думаю, он и без нас прекрасно справится. Пошли…
– Стоять! – рявкнул Луис покраснев. – Босс поручил это дело всем нам!
– Серьезно? Прям всем? Не тебе одному? Ну тогда прекращай строить из себя начальника и расскажи Захарии, что, как и когда произошло.
– Ты у меня доиграешься… Я с тебя глаз не спущу…
– Прекратите, – Захария недовольно дернул щекой. – Ситуация серьезная. Очень серьезная.
– Опять собрался нас пугать?
– Кулака уважали трущобы. Это была его земля: он там знал всех и все знали и боялись его. А без него начнется война за власть. И я, лично, этого боюсь. А ты?
– Никакой войны не будет. Босс поставит на место Кулака нового человека и все будет как раньше.
– У него нет второго такого же.
– Какого «такого же»?
– Того, кого трущобы безоговорочно примут как лидера. Глядя на Кулака, каждый понимал, почему он главный. Потому, что мог любому оторвать голову одним движением. И отрывал за любой косой взгляд. Если его преемник окажется хоть чуть менее сильным и свирепым, то на фоне Кулака будет выглядеть размазней. А размазню немедленно захотят убрать.
– Чушь! – презрительно отмахнулся Луис. – Продырявим пару горячих голов и они будут подчиняться тому, кому скажем!
– Хорошо. Как скажешь. Если ты думаешь, что все под контролем, то я рад за тебя. Так когда это случилось?
– Ночью, тебе же сказали! Хочешь узнать точное время, спроси вон у него!
Луис кивнул в сторону командира гвардии, стоявшего чуть в стороне чтобы, случайно, не услышать, чего не надо. Пробормотав сквозь зубы: «Кусэммак арс…» Захария подошел к гвардейцу и кивком указал на догорающие развалины.
– В каком часу это случилось?
– Около двух…
– Вы уверены?
– Да. Уже в три тут была пожарная команда.
– Свидетели есть?
– Почти нет. Здесь никто не живет, только охрана.
– То есть они что-то видели?
– Скорее слышали… Перед пожаром внутри была стрельба. Очень интенсивная.
– Почему никто не поднял тревогу?
– Ну… – командир гвардии замялся, – дело в том, что они частенько стреляли. Ну, знаете, как это бывает – захотелось им и начали палить почем зря.
– И что? Никто не пошел посмотреть, что случилось?
– Пошли, конечно… Увидели часовых на входе. Спросили, все ли нормально. Те кивнули…
– И все?
– Ну да… А что еще им было делать? Мистер Кабанов сам настаивал, чтобы мы не лезли в ваши дела.
– Ясно… – Захария, вздохнув, понимающе покивал. – Из здания кто-то выбрался?
– Нет. Насколько я знаю, нет.
– Ладно… Спасибо за помощь. Выставьте тут пост, чтобы мародеры не затоптали следы, а я попробую восстановить картину событий сам.
Вернувшись к Луису и Девлину, Захария достал сигарету и задумчиво закурил оглядываясь. Те хотели у него что-то спросить, но остановив их жестом, он, внезапно, быстрым шагом направился в сторону поваленных ворот на прилегающую территорию и начал осматривать кусты. Затем вернулся, задумчиво дымя сигаретой.
– Нашел что-то? – участливо поинтересовался Девлин.
– Да. Это не была случайность. На них напали.
– Уверен?
– Гвардейцы говорят, что перед пожаром внутри была стрельба.
– Это не показатель, – хмыкнул Луис, – парни Кулака любили пострелять, когда выпьют.
– Поэтому никто особо и не всполошился. Но все равно патруль пошел посмотреть, как там дела. Перед воротами стояли двое часовых, которые заверили, что все нормально. Но слева от ворот под кустами кровь.
– И?
– И включай мозг, Луис. Откуда она там взялась?
– Не знаю. Ты же у нас детектив?
– Кто-то грохнул настоящих часовых и занял их место, – догадался Девлин. – Сука, умные пидарасы! За последнее время состав банды Кулака слегка «обновился», так что, увидев новые лица, никто ничего не заподозрил. Думаешь, это парни с корабля?
– Возможно…
– Я доложу шефу!
Луис, развернувшись почти побежал к машине. Проводив его взглядом Захария и Девлин переглянулись.
– Торопится выслужится. Спорим, он присвоит догадку по поводу часовых себе?
– Меня беспокоит не это… – равнодушно махнул рукой Захария. – Дело в том, что я опоздал не просто так.
– Что случилось?
– Кто-то влез в дом к доктору Фридману и украл кучу медикаментов. Домработница заметила вора и говорит, что он был очень низким и двигался очень быстро. А под окнами я обнаружил следы киттской обуви.
– Серьезно? А когда это было?
– В том то и дело, что это было примерно между двух и трех часов ночи.
– Ты поэтому интересовался временем?
– Поэтому…
– Но тогда выходит, что это не парни с корабля? Погоди! Ты специально сказал это Луису? Чтобы он поторопился с докладом и облажался?
– Нет. Это действительно могли быть парни с корабля. Чтобы ограбить дом Фридмана, хватило бы и одного китта. Второй мог быть в это время здесь, с остальными. Или кто-то ошибся с временем и это случилось не одновременно, так что, допустим, медикаменты им понадобились, чтобы помочь раненому при нападении на парней Кулака…
– Знаешь, что меня смущает? – Девлин задумчиво поколупал нос, – Похожих на людей из них только двое. Ну, если не принимать как вариант, что гвардейцы тупы настолько, что перепутали прямоходящего кота с человеком…
– Трое… Плюс тот, что сбежал с виселицы.
– Даже если так… Ты знаешь, как я отношусь… относился к Кулаку и его ребятам, но их же там вечно тусовалось десятка три, не меньше, а учитывая, что они взяли кучу золота в том бункере и пропивали его, то и полсотни. Ты думаешь, парни с корабля могли завалить такую ораву, пусть даже в три ствола, и никто выбежать не успел?
– В пять. Двое у ворот могли тоже поучаствовать.
– Даже в пять…
– Не думаю…
– А что ты думаешь?
– У тебя есть знакомые в форте?
– Есть. У меня знакомые везде.
– Поинтересуйся у них, где были и что делали люди Чойса.
– Они? – Девлин удивленно выгнул бровь. – Но зачем?
– Золото… Парни Кулака пропивали их золото.
– А ведь точно! Хорошо, я узнаю! И вот еще что… Не докладывай пока боссу об этом.
– Почему?
– Ты же сам сказал – со смертью Кулака начнется война в трущобах. Нахер нам еще и с парнями Чойса неприятности? Давай-ка сперва все узнаем.
– Ты думаешь, босс может предпринять необдуманные действия?
– Ну ты же сам говорил, что Кулак – верный рыцарь Кабанова? Не думаю, что босса его смерть обрадует.
* * *
Когда они подплывали к берегу, в стороне порта полыхало зарево. Ур, относившийся к любому отступлению от привычного порядка вещей с известной долей паранойи, раздумывал вообще перенести вылазку, но Боцману было очень не очень, так что решено было продолжать. Причалив в самом дальнем и глухом углу, он оценил расстояние до города и принял, таки, предложение Михая помочь, велев тому ждать в кустах над городом.
И Михай принялся ждать, периодически бросая заинтересованные взгляды в сторону столба дыма. Ему очень хотелось сходить и посмотреть, что там стряслось, но, вспомнив справедливый упрек Ура, который тот бросил ему в канализации, вздохнул и остался на месте. Сам Ур появился примерно через час перемещаясь на «полном приводе» и, добравшись, некоторое время тяжело дышал, делая зверские рожи. Грузоподъемность у киттов была и так небольшая, а он еще не стал отказываться от защитного снаряжения, так что, вдобавок к двум ранцам, тащил на себе полный комплект брони.
– Ну як вы, пан? Запыхавси? – участливо поинтересовался глядя на это Михай.
– Нормально… Нас к этому готовили… Правда случись чего – я бы хер убежал. Но, к счастью, всем было сильно не до меня.
– Шо так?
– Похоже, твой план сработал.
– Да вы шо!
– Люди Чойса нагрянули к Кабанову.
– Дыма та вогня оттудова были?
– Насколько я понял – да.
– О курва! Недурно получилося. И як вин там?
– Понятия не имею – не до того было… Но за идею будет тебе премия…
Ур стянул взятый у Калибра ранец, который висел на животе, затем свой со спины и достал из него бутыль. Михай, потрясенно охнув, благоговейно принял её и покрутил в руках.
– Так теж наше!
– Да. У того доктора в доме нашел. Видимо местные потихоньку грабят корабль и продают.
– Пидараси немытые… Ну ничего… Были б живу, а горилки еще нагоним. От холера… И закусити нечем… – выдернув пробку, Михай понюхал и закрыл обратно. – Даже запивки нема. Слухайте… А мож, на мужика, сгоняем до Сони? Тут недалече – вона дом видати. И окна горять. Не спят, стало быть. Вона хвалилася, шо чудной фаршмак делае.
– Ты дурак?
– Ну ни, так ни – яж тильке спросити… Просто у нас з харчами проблемы, а ще ща Боцман та мелочь та. Ну мелкая-то много не схарчит, а вот Боцману для поправки треба будь здоров.
– Наша задача – медикаменты.
– Ну сховаем их да сбегаем. Шоб два раза не вставати.
– Куда?
– Та вот тут и сховаем.
– Тут их могут найти.
– Кто? Все на пожар дивяться. Ну але на дерево подвесити. Там их, по темноти, точно не сыщут…
– Херовая идея.
– Ну можем якись амбарчик обнести, але магазин? Очень харчей треба. Я на похлебку последнее извел.
– Отставить. Выполнение боевой задачи прежде всего, – Ур задумчиво посмотрел на ночной город. – За продуктами пойдем завтра. Заодно выясним, какой ущерб понес противник.
– Поняв! Завтра – так завтра… – Михай принялся навьючивать на себя ранцы. – Слухайте… А мож тогда по пути до базы заглянем? Мы ж, кода за Боцманом сбирались, взяли пайку тильке шоб тащити не в напряг. А там ще трохи харчей е. Та и воды набрати надо. Воды ж на острове нема, а для операции её много треба.
– Это приемлемо.
– Вот и чудно. Ну шо тады? Поихали потихоньку…
Доктор не спал. Получив ранец с медикаментами, он поблагодарил коротким кивком головы и принялся сортировать их и прикидывать, что ему понадобится. Ур побежал менять Калибра на посту, Камушек беззаботно дрыхла, так что, пошатавшись вокруг и не найдя себе занятия, Михай присел рядом с костром, достал бутылку и показал её Доктору.
– Прошу, пан… Шоб руци не трусились…
– Вы есть успевайт грабийть винный лавка?
– Не! То наше! Ции пидараси запасы с борту вороють и продають. Вот ваш коллега, видать, и прикупив. А мы возвернули.
– Понимайт… Хотя сейчас не самый лучший момент. С другой сторона… давайте. Я мучайтся бессоница, а мне есть совершенно необходимо спайт, чтобы завтра быйть бодрый состояний.
– Тож верно, – достав две банки вместо кружек, Михай налил в них по чуть-чуть, – Я тут настоял шоб харчей захватитти, та воды. Та шо и закуска е и запить. Ну шо! За то, шоб завтра усе прошло файно.
– Прозит… – выпив, Доктор поморщился, заел кусочком вяленой рыбы и озабоченно покосился на шалаш. – Мне не давайт покой тот факт, что Бардья нихт приходить в сознаний.
– Це дурно?
– Странно. Его состояний, как я уже говорийть, есть тяжелый, но на удивлений стабильный. А фрау абориген отрицайт наличий медицинский познаний…
– Ну може вона це не так называе? Може у ней Дар якись?
– Дар нихт обясняйт дренаж пулевой канал. Тот, кто это делайт, есть понимайт, зачем он это делайт.
– Думаете, тут второй дохтур е? Мы-ж все тут досмотрели?
– Доктор бы извлек пули… Ладно… – Доктор допил содержимое банки и отставил её в сторону. – Я пытайтся спайт. В такой темнота все равно бесполезно что-то делайт…
Расстелив пиджак на лежанке из листьев, он улегся на него, скрестив руки на груди словно вампир в гробу, закрыл глаза, некоторое время бормотал что-то под нос, потом размеренно засопел. Михай посмотрел на него, налил себе еще, немного поколебался и достал сигарету. Сигареты были трофейные, снятые с людей Чойса, их было мало, поэтому приходилось беречь. Но алкоголь требовал покурить и спеть, так что, достав тлеющую палочку, он попыхтел прикуривая, затянулся, пряча уголек в ладони, после чего выпустил клуб дыма и, гладя на занимающийся рассвет, затянул еле слышно: «Хей, наливайте полны чары…»
…
Этот совместный обед получился особенно мрачным. Место за столом, где обычно сидел Кулак, пустовало, а вместо посуды стоял одинокий стакан водки, накрытый куском хлеба. Интерьер особняка носил следы погрома, а Луис был бледен, равно как и прислуга. Кабанов ел мрачно и молча, и остальные тоже не решались заговорить, дабы не навлечь на себя его гнев.
– Ну чего заткнулись⁉ – не выдержав этого гробового молчания, Кабанов треснул кулаком по столу. – Хули глаза попрятали? Все такие дохуя умные были, а тут всё? Умничать желание пропало? Девлин!
– Да, босс…
– Что там в форте! Я тебе еще когда сказал разузнать, хули они там, в натуре, затихарились⁈
– Это оказалось не так просто…
– Да ты, блядь, че? А че так? Теперь твои дружки уже больше не дружки?
– Мои друзья тоже не могут туда попасть… Никто не может.
– Да я, в натуре, так и понял! Я знать хочу, с какого хуя⁉ И поручил тебе выяснить! А ты нихера не сделал! ЧЕГО МОЛЧИШЬ!!?
– Я думаю, форт закрыли по инициативе людей Чойса, – бросив взгляд на Девлина, Захария решился, таки, взять слово, – И я думаю, что это их рук дело.
– Люди Чойса? – прекратив орать так же внезапно, как и начал, Кабанов зыркнул на побледневшего Луиса, – Так ты же сказал, что это китты?
– На них было думать логичнее всего, но, примерно в это время, кто-то вломился к Фридману и украл кучу лекарств. Судя по следам и описанию, это был китт.
– То есть они были тут в это время, но это не они? Это как понимать, в натуре?
– Когда все остыло, я немного покопался на пепелище. И обнаружил множество гильз сорок пятого калибра. Китты его не используют. Кроме того, судя по ним, стрелков было не меньше шести. И кто-то стоял на воротах изображая часовых. Уже восемь. А тех, с корабля, всего пятеро, включая того, которому они помогли сбежать.
– Та-ак…
– Стрелки не перемещались. Просто зашли с нескольких сторон и поливали всех, кто был внутри, стоя на месте. Гильз много. Скорее всего, стреляли с чего-то вроде «Томми-ганов» с барабанным магазином. Увесистая машинка. Ни китт, ни однорукий механик с ним не управится.
– Сука… Ты, блядь, в этом уверен?
– Нет. Но факты свидетельствуют о том, что китты этого сделать не могли. А кроме парней Чойса ни у кого тут нет ни такого оружия, ни такой подготовки, чтобы исполнить подобное. И это объясняет, почему они не хотят видеть нас в форте.
– А Бигерт? Могла эта падла кого-то подослать?
– Теоретически да, но…
– ЧТО, БЛЯДЬ, «НО»!!? – снова взорвался Кабанов. – ДОГОВАРИВАЙ!!!
– Я не знаю, есть ли у Бигерта мотив.
– ЕЩЕ ОДИН «НЕЗНАЙКА», БЛЯДЬ!!! А У ПАРНЕЙ ЧОЙСА КАКОЙ БЫЛ МОТИВ!!?
– Месть… – Девлин, на которого Захария снова кинул вопросительный взгляд, со вздохом развел руками. – Мне неприятно это вам говорить, босс, но, похоже, Кулак вам врал…
– Ты… Слушай сюда внимательно… – чашка в руке Кабанова лопнула рассыпавшись осколками, – если ты, в натуре, сейчас опять будешь гнать на него не по делу…
– У меня есть свидетели.
– Свидетели чего⁈
– Водитель грузовика, на котором везли заключенного, слышал, как люди Чойса говорили о том, что на парнях Кулака золото и оружие, снятое с их пропавших приятелей.
– Они отбили его у киттов.
– Да. Но люди Чойса нашли место засады и обнаружили там местное оружие и следы от местной обуви. Не киттской.
– Погоди! Ты хочешь сказать, что это Кулак убил Чойса?
– Почему нет? Они знали время, место и маршрут. Там одна дорога. Устроить засаду на обратном пути было проще простого. И все подумают на киттов. Затем отогнали машину к старой батарее, чтобы потом вернуться за деньгами.
– А взрыв? Они сами его устроили, что ли?
– Ну да. Сами засунули снаряды, сами развели костер. Это была не засада. Они пытались выкурить птицу.
– Которая таскала их золото… – на лицо Кабанова было страшно смотреть, так как оно выражало одновременно детскую обиду и неистовую злобу. – Так, так, так… А в бункере?
– После взрыва выжившие сразу свалили. Китты пришли на взрыв, собрали золотишко и решили припрятать его на черный день в своем логове. Парни Кулака искали птицу, пытаясь найти, куда та спрятала то, что сперла у них, и вышли на это место. Вломились туда, устроили перестрелку, китты свалили, а Кулак с остальными, на радостях, нацепили все на себя и спалились перед парнями Чойса, когда перевозили приговоренного. Ну те и устроили им кровавую баню.
Снова повисло молчание. Кабанов играл желваками глядя куда-то вдаль, а остальные молчали, ожидая, что он скажет.
– В общем ты… – выйдя наконец из ступора, он ткнул пальцем в Девлина. – Берешь всех своих шестерок и всеми правдами и неправдами пробираешься в форт. Мне похуй, как ты это сделаешь и сколько народу для этого положишь, но все чойсовы ублюдки и все с этого ебаного корабля должны быть мертвы. ТЫ МЕНЯ ПОНЯЛ!!?
– Да, босс. Конечно.
– А ты… – палец Кабанова уперся в Захарию, – раз ты такой дохуя сведущий в этих делах, ловишь тех, что бегают. И их бошки должны быть у меня там! На том заборе. ПОНЯЛ!!?
– Понял…
– И с этого момента никаких оправданий. Я, в натуре, уже, блядь, устал от всяких «но». Теперь работаем по моему. Я говорю – вы делаете. Не сделаете – я с вас спрошу. Все! Так отныне будет. Съебали… Ты останься…
– Хорошо, босс… – Луис, которому это адресовалось, покорно кивнул.
Захария и Девлин тоже кивнули и, встав, пошли к своим машинам. За спиной раздался звон, и на улицу, расплескивая водку, вылетел стакан. Покосившись на это, Девлин достал сигареты и, взяв себе одну, со вздохом протянул пачку Захарии. Тот угостился, чиркнув спичкой прикурил, затем, устало вздохнув, покосился на коллегу по опасному бизнесу.
– Почему ты сказал, что узнал о следах и оружии от водителя? Ты же рассказывал мне об этом еще до казни?
– Потому, что кто-то советовал мне не клеветать на верного рыцаря босса. Помнишь?
– Зачем ты сказал об этом теперь?
– А зачем ты сказал про парней Чойса?
– Надо было сказать хоть что-то.
– Хотел мне помочь? А я хотел помочь тебе.
– Зря… – оглядевшись, Захария снизил громкость голоса до минимально возможной. – Кулак не убивал Чойса.
– Откуда ты знаешь? По моему все, что я сказал, очень похоже на правду.
– Механик с корабля поменялся обувью с одним из местных.
– Откуда ты знаешь?
– Не могу сказать.
– А пистолет?
– Скорее всего, его сняли с тела одного из убитых в трущобах.
– Почему ты не сказал об этом раньше?
– У меня были свои причины. А когда ты начал обвинять Кулака в измене… Тогда было уже поздно.
Девлин некоторое время стоял молча, осмысливая все. Потом посмотрел на Захарию и, прикрыв глаза, склонил голову в жесте благодарности.
– Спасибо.
– За что?
– Что промолчал. Иначе мне была бы пизда прямо там. Я же был уверен, что Кулак стоял за всем этим, понимаешь?
– Понимаю… Я еще тогда, после взрыва, подумал, что из-за этого золота у нас могут быть неприятности, но не связал это с тем, что произошло в бункере. Больше думал о своих проблемах. И только когда Кулака убили, понял, что люди с корабля специально заманили его туда, чтобы стравить нас с людьми Чойса.
– Умные сукины дети… – Девлин глубоко затянулся. – Проклятье… У тебя нет ощущения, что все катится в Бездну?
– Есть.
– И что ты планируешь по этому поводу предпринять?
– Пока не знаю.
– Ты выяснил, кто нас душит?
– Жду весточки. Уничтожение радиовышки сильно все осложняет. Видимо на это они и рассчитывали.
– У меня тоже есть пара идей. Я дам знать как что-то прояснится.
…
Чтобы был доступ света, Доктор раскидал боковую часть шалаша и, стоя на коленях возле Бардьи, орудовал в его обложенном бинтами боку устрашающего вида щипцами. Всем остальным было велено отойти на почтительное расстояние и не топтаться, чтобы не поднимать и не разносить пыль и грязь. И держать Сыча, так как сверкающий хирургический инструмент был для того сильным соблазном. Тот был подобным крайне недоволен и пытался вырываться и жрать Михая. Михай сперва терпел, потом терпение кончилось, и он укусил Сыча в ответ, чем поверг птицу в такой шок, что та все оставшееся время следила уже за ним, угрожающе распушаясь при каждом движении. Наконец Доктор бросил использованные инструменты в кювету, наложил повязку и, слегка пошатываясь, побрел к остальным. Михай услужливо пододвинул ему чурбачок для сидения и налил выпить.
– Ну шо? Чокаясь, али ни?
– Пока нихт ясно… Я доставайт один пуля, второй проходийть навылет… Обрабатывайт каналы. Тут все гут. Но меня есть беспокойт оставшийся. Она находийться нихт в мышцы, а в брюшной полойсть. При любой попытка проникновений немедленно начинайтся сильный кровотечений. А он и так есть потеряйт много кровь.
– Так може ну её? Люди вон з осколками живуть?
– Найн. Там есть образовывайтся абсцесс. Я делайт все, что позволяйт условий, но это есть недостатойчно. И меня есть беспокоить отсутсвий сознаний. Гроссе беспокоить…
– Ну може ща отлежиться?
– Найн… Тут дело не в это… Травма голова тоже нихт…
– Може вона напоила его чем? – Михай посмотрел на банку с алкоголем в руке, потом на Камушка, сидевшую в отдалении боясь злого Сыча. – Якись отвар сонный?
– Найн… Никакой отвар не действовайт так долго.
– Ну тады я усе! Варианьтив не маю… Коли даже вы не занаете…
– Честно говоря, это больше всего похоже… – на секунду застыв, Доктор просиял щелкнув пальцами. – Виху! Это есть похоже на тот состояний, в который виху есть погружайт Бьернсон после тот нападений в Аргесаеванна! И виху умейт обрабатывайт раны и поддерживайт витальность организм, но нихт умейт делайт операций! Поэтому она не извлекайт пули и поврежденный ткани. Фройлен! Ком цу мир! Подходить сюда, шнелле!
