Текст книги "На дальних берегах. Том второй (СИ)"
Автор книги: sgtmadcat
сообщить о нарушении
Текущая страница: 54 (всего у книги 87 страниц)
– Одевайте и за борт…!
– Вы серьезно? – Тим, тем не менее, быстро обрядился в жилет, – Я думал, вы…?
– Я отпускаю вас. Плывите. Полчаса назад я высадила в лодку остальной экипаж, за исключением одного. Если повезет, они вас подберут.
– Это безумие.
– Еще какое. Прыгайте. И осторожнее с Леохартом. У него тоже болит голова.
– Что ты с ним сделала?
– Прыгай… Ты тянешь время, а лодка удаляется все дальше.
– Я не собираюсь пры…
Принцесса взвела курок и Тим переглянулся с вцепившимся в него Парсоном, мотанулся за борт, увлекая за собой Одлкрофта. Посмотрев на их головы, словно поплавки болтающиеся за кормой, Принцесса спустила курок, придержав пальцем, и пошла в рубку. Ирма и Рыжик побежали следом.
…
– Так… Сейчас я немного передохну и буду думать, что делать дальше… – застыв, Принцесса начала напряженно вспоминать, потом буквально выкрикнула, – Вещь! Нейса упоминала и её тоже.
– Нейса?
– Да. Она намекала мне на вас.
– Намекала?
– На вас троих. Вы двое тут. Вы Вещь не видели?
– Нет… – Рыжик задумалась, – Хотя погоди… Там был еще здоровенный чемодан… Я тогда не соображала…
– Где он?
– В салоне…
– Останься тут, если увидишь что-то – кричи!
– Что кричать? Что увижу? Может, лучше я схожу?
– Ты его не донесешь.
– Ирма поможет.
– Ладно – вперед. Только быстрее. А то мало ли…
Рыжик и Ирма ушли и через несколько минут приволокли здоровенный чемодан. Принцесса, задержав дыхание, щелкнула пряжками и откинула крышку. Вещь была внутри. Уложенная, словно игрушка, в специальный ложемент, она щурила глаза и что-то мычала сквозь кляп.
– Ты их убила⁉ – это было первое, что Вещь сказала, когда кляп вынули, – Ты грохнула Одлкрофта?
– Нет.
– ПОЧЕМУ!!?
– Я подмешала ему «Тигриную Кровь».
– Ты его отравила⁉
– Можно и так сказать… Чжунцы знают толк в крепких хуях, но если с этой штукой перебрать, то может случиться удар.
– А он про это не знал?
– Знал. Наверное…
– И съел?
– Все, что я ему дала.
– Как ты умудрилась его напичкать?
– Знаешь… это было даже иронично, – достав Вещь, Принцесса пристроила её так, чтобы она могла видеть морскую гладь, – Он строил из себя искушенного хозяина гарема, но стоило ему как следует отсосать, и малыш Лео поплыл, как девственник из церковного хора, начав есть у меня из рук.
– Так вот что ты тогда задумала⁉ Ты же ведь все так и задумывала с самого начала?
– Да… Не совсем так, но да. Я понимала, что если тут есть остров и богатые люди, то будут и яхты. И все, что мне надо – попасть на борт и немного удачи.
– Да… А Чак? Как ты обманула Чака? – Вещь медленно кивнула, затем обвела всех взглядом, словно подозревая в чем-то, – Эй! Куда ты меня тащишь⁉
– Экскурсия по помещениям, чтобы ты убедилась, что мы тут одни и это не разводка, чтобы добиться от тебя каких-то сведений.
– Я тебе все равно не поверю.
– Почему?
– Ундина… Я пошла к ней потому, что думала, что она нормальная. Мы хотели взять её с собой. А она нас всех предала. Если ты такая же, то отсутствие здесь народа ничего не доказывает.
– Она правда спустила господина за борт! – подтвердила бегавшая за ними Рыжик, – Я сама видела!
– Я тебе тоже не верю.
– Ну и хрен с тобой тогда… – вернувшись на мостик, Принцесса, захватившая бутылку бренди, посадила Вещь обратно и приложилась к горлышку. – Я не собираюсь тебе ничего доказывать. Сама все увидишь.
– Ты так и не сказала, как ты обманула Чака?
– Я его не обманывала.
– Хочешь сказать, что он знал, что ты собираешься угнать яхту и ничего не сделал?
– С чего ты взяла, что он знал?
– Он читал твои мысли!
– И что?
– В смысле: «И что?» – Вещь аж запнулась. – Это значит, что он знает все, что знаешь ты?
– У меня есть подруга – Алиса. Но все называют её «Ведьма». Потому что она – ведьма. Она рассказывала, как это выглядит.
– Чтение мыслей?
– Ну, она мысли не читала. Она смотрела всякие события. Прошлое, например. Еще знала, когда кто-то чужой нас поджидает. Полезный человек, если живешь в трущобах. Но она знала, что такие парни могут или не могут. Ведьмы, они же с Церковью в контрах. А там Чтецов полно. И ведьмы знают их слабые места.
– Так если она тебе рассказала, ты мне – все давно должны про эти слабые места знать, разве нет?
– Все и знают. А если не знают, то догадаться – как два пальца.
– Че «два пальца»?
– Обоссать два пальца. Легко, в смысле, догадаться. Мы не мыслим, как будто у нас там энциклопедия и все разбито на параграфы. Мы «в кучу» мыслим – не знаю, как лучше объяснить. Опытный Чтец может в этой куче разобраться, выделить только нужные мысли, а не про пожрать-посрать, но чем больше помех, тем сложнее, и основные помехи – это то, что идет из глаз и ушей. Для мозга это приоритет имеет над воспоминаниями, или как-то так.
– Поэтому они нас совали в чан, где ничего не видно и не слышно?
– Ага. Так я и поняла, что они будут делать. Ну и если нельзя сделать, чтобы тебя не прочитали, надо сделать так, чтобы они не то прочитали.
– Это как?
– Ну, мне надо было, чтобы они не узнали, что я умею кораблем управлять.
– А ты умеешь кораблем управлять⁉ – радостно взвизгнула Рыжик, – То есть, мы можем сейчас взять и уплыть куда хотим?
– Не куда хотим, а куда хватит провизии.
– А куда нам её хватит?
– Не перебивай! – шикнула на Рыжика Вещь, – Так как ты сделала, чтобы они не узнали, что ты в этом понимаешь?
– Начала думать об этом, как о мечте.
– Погоди? То есть они решили, что ты только мечтаешь научиться этому?
– Не знаю. Знаю только, что если бы не прокатило, они бы меня к яхте близко не подпустили. Но если бы у них была задача узнать про мои навыки судовождения, они бы дознались. Так что я подкинула им приманку.
– Какую?
– Типа секрета. Который я изо всех сил скрываю, поэтому забиваю мысли рукоблудством.
– Дрочишь что ли?
– Ага… – Принцесса игриво улыбнулась.
– Так там же…?
– А я без рук.
– Научишь?
– Зачем? Ой… Прости… Не волнуйся – нам надо только добраться до наших. Они придумают, как тебе помочь.
– Они что – боги?
– Ну, нет… Но механику руку железную прикрутили. Он её при абордаже потерял, говорят. Меня там, тогда, правда, не было… Может и тебе придумают что-то.
– Ладно… – Вещь вздохнула, – Давай лучше про дрочку.
– Да там все просто. Первые два раза я мысли забивала. Так они решили сделать по другому. Замотали голову так, чтобы ничего не видно и не слышно, и пока меня в казарме в сорок «смычков» пользовали, начали читать. И тут уж, ясно дело, я секрет и выдала.
– Так ты же сказала, что они так и не узнали, что ты умеешь управлять кораблем?
– Ну да. Потому что приманкой был другой секретик.
– Какой?
– То, что я, якобы, зависима от самоудовлетворения. Прям стыжусь этого, но ничего не могу с собой поделать.
– И они на эту херню повелись?
– Я тоже сперва не поверила. Но потом они подослали ко мне Рыжика и Карамельку с рассказами про какие-то туннели, куда можно сбежать, если совсем плохо будет…
– Эй! – возмущенно вскинулась Рыжик, – Меня не подсылали!
– Я знаю. Тебя наказали, а Карамельку – нет. Поэтому я окончательно убедилась, что это она за мной шпионит.
– Ты меня подозревала⁉
– Конечно… Ты все время вокруг терлась и расспрашивала меня о корабле, о том, кто я там была.
– Так это же круто! Ты же настоящая пиратка с настоящего пиратского корабля! Я хотела… Я думала… – Рыжик аж задохнулась от нахлынувших эмоций. – Ты поэтому меня сдала?
– Я сдала вас с Карамелькой потому, что это была провокация. Если бы я промолчала, они бы поняли, что я думаю о побеге, и это бы все разрушило.
– Ты знаешь, что со мной там делали⁉
– Знаю. Поэтому позволяла делать с собой то же самое и даже хуже, чтобы они решили, что я смирилась и собираюсь провести там остаток жизни, карабкаясь повыше.
– У тебя хорошо получилось… – цыкнула Вещь. – Я поверила…
– И они поверили. Поверили, расслабились и… А где Ирма?
…
Ирма действительно куда-то ушла, пока они говорили. После недолгих поисков её обнаружили в салоне, оттирающей кровь с ковра. Вид у неё был настолько потерянный, что Принцесса не сразу решилась заговорить.
– Ирма? Ты что делаешь?
– Убираю. Оно засохнуть может. А если засохнет, то ковер испорчен будет. Надо убрать поскорее.
– Ты в порядке?
– Да…
– Уверена?
– Ага…
– Он у тебя в башке копался, поэтому я спрашиваю.
– Не волнуйся. Со мной все хорошо…
– Ну и хорошо, что хорошо. Есть хочешь?
– Так на нас же не готовили.
– На них готовили. И им оно больше не надо.
– Может, лучше спросить?
– Ирма, ты чего? Мы свободны, понимаешь? Мы у них уже можем ничего не спрашивать.
– Ага…
По ворсу ковра глухо застучали крупные слезы. Упершись в пол двумя руками, Ирма принялась сперва тихо, потом громко и в голос реветь… Растерянная Принцесса топталась рядом, разрываясь между необходимостью вести судно и сочувствием подруге.
– Ирма…
– Я в порядке…
– Ты плачешь…
– Я знаю… Я просто… Хочу плакать…
– Почему?
– Мне страшно… Я опять не знаю, что мне делать и что со мной будет дальше. Поэтому я боюсь, мне грустно и я хочу плакать.
– Все будет хорошо.
– Мама тоже говорила, что все будет хорошо… И тетя… И он… А потом все было плохо. Я не хочу, чтобы «хорошо». Я хочу, чтобы все было, как было…
– Тебе там нравилось?
– Нет… Но там я понимала, что мне делать… И что не делать. А тут я не понимаю…
– Я тебе скажу.
– Ты понимаешь?
– Да!
Это было самое твердое «Да», которое Принцесса когда либо произносила. И самое лживое. Она не понимала и не знала, что им делать дальше. Но ей надо быть уверенной и твердой, потому что за ней идут люди, за которых она отвечает. Тогда, первый раз, пускаясь в плаванье на «Тунце», она впервые ощутила это в полной мере. И испугалась. Так что, когда подвернулся Капитан, с радостью переложила на его плечи заботы о себе и своих девочках. Интересно… А он так же, внешне твердый и спокойный, внутри орет от ужаса, понимая, что не знает, что делать, но не подает виду, так как на него все смотрят? Наверное, нет. Наверное, к этому можно привыкнуть. Возможно, она тоже привыкнет. Подмигнув Ирме, которая все еще смотрела на неё с надеждой и верой, Принцесса махнула рукой.
– Ладно – домывай, если тебя это успокаивает, я сейчас пришлю Рыжика, чтобы она приготовила поесть. Если что, я на мостике. Давай, не реви. Все страшное уже позади…
Поднявшись на мостик, Принцесса отослала Рыжика за едой и посмотрела на Вещь, которая сидела или стояла, что в её состоянии было равнозначно, в кресле, глядя на опустившуюся на море ночь.
– Спрашивай… – буркнула та, видя, что Принцесса хочет спросить, но не знает как начать.
– Ты сказала, что думала, что Ундина нормальная?
– Да…
– Ты сразу не поняла, с кем дело имеешь?
– Нет…
– Бывает…
– Да иди ты! Не надо меня жалеть! Да! Я – дура! Я поверила, что эта шлюха имеет сердце и хотя бы ради сына…
– Сын? Случайно не блондин симпатичный с длинными волосами?
– Откуда ты…?
– Откуда знаю? Одлкрофт держит его фото у себя в покоях.
– Держит? Ты же сказала, что отравила его?
– Все пытаешься словить меня на слове? Я не отравила его. Я скормила ему конскую дозу «Тигриной крови», от чего у него приключился инсульт. Когда мы выкидывали их за борт, он был жив. Хотя и не дееспособен.
– Почему ты его не пристрелила?
– Не знаю… Возможно, решила, что это будет слишком легкая смерть для него.
– А если он выплывет? Или их подберут?
– Не подберут. Я посмотрела карту. Мы в нескольких сотнях миль от ближайшего судоходного маршрута и он сезонный. Единственная лодка тут – та в которую я экипаж высадила.
– Экипаж? Зачем?
– А что мне было с ними делать?
– Они в этом участвовали…
– Ты в кого такая кровожадная? Да и, честно говоря, я сама такую херню творила, что не мне людей судить. Дала им шанс – пусть море решает.
– Ладно, хер с ними. Но Одлкрофт!
– Я в него пилюлек запихала – у быка башка взорвется. Даже если его немедленно начать откачивать – останется овощем. Кроме того, я Парсону яйца прострелила. Акулы кровь чуют за сотни миль… – Принцессу передернуло, – Теперь я думаю, что стоило им по пуле не пожалеть… Или жилетов не давать. Утонуть – это хреново… Наверное, но…
– Они заслужили!
– Да… Заслужили… Брр… Так что с пареньком? Это что? Сын Ундины?
– Угу… Микель зовут… Она помогла нам сбежать… Ну, мы думали, что помогла…
– Она просто избавилась от конкурента за сердце хозяина?
– Именно… – Вещь грустно вздохнула, – Микель верил, что в ней осталось что-то… Человеческое… А я хотела… Это же его мать… Ну и поплатилась.
– Ничего. Я ведь не шутила про то, что механику руку сделали. Он ей прям как настоящей орудует.
– Слушай – прекрати. Спасибо, что пытаешься поддержать, но не надо. Я словам не верю. Только делам.
– Ладно… – Принцесса помолчала, – Тебя хоть зовут-то как?
– Мария…
Глава 14
Вольные пташки
Белый, испещренный ямками мячик пролетел лужайку, покатился по подстриженной траве и, словно издеваясь, качнулся в сторону лунки, после чего скатился дальше в сторону песчаной ямы. Запустивший его игрок, замерев наблюдавший за этим всем, хотел в гневе сломать об колено клюшку, но, вспомнив, что приличных клюшек для гольфа тут не купить, в раздражении кинул её в сумку.
– Ничего, Перси… – его спутник философски ухмыльнулся, – все равно было неплохо. Будешь заканчивать? Давай. Игру надо завершить.
– Какой смысл? Я уже проиграл. И ради всего святого, не надо читать мне лекции о том, что «надо уметь проигрывать»! Я не вижу смысла завершать проигранную игру. Это тупо.
– Хорошо. Но мячик тебе все равно придется забрать.
– К чему ты клонишь?
– Тренировочный удар. У тебя проблема с песчаными ловушками и ты сам это признаешь. Просто выбей его оттуда так, будто ты пытался попасть в лунку, и пойдем пить пиво.
– Тебе так важно, чтобы я доиграл эту игру, что ты меня уговариваешь подобным образом?
– Я тебя не уговариваю. Просто тренировочный удар.
– Хорошо… Потренируемся…
Тщательно выбрав клюшку, игрок залез в яму и принялся примеряться, но тут его окликнули и он в раздражении снова едва погасил порыв выместить свой гнев на игровом инвентаре.
– Губернатор Деккер?
– Вы кто еще такие⁈ – Деккер раздраженно осмотрел приближающуюся к нему троицу. – И какого хера вам тут надо⁈ Я не принимаю без предварительной записи!
– Уильям Берброментри.
– Вильям кто?
– Уильям! Мое имя правильно произносится как «Уильям»! – гость недовольно скривился, смерив Деккера надменным взглядом. – И мне некогда играть в эти игры. «Абудантия» не вернулась в порт в назначенное время и не выходит на связь. Поднимайте всю вашу так называемую «гвардию» и начинайте поиски. Немедленно!
– Знаешь что, Вилли… или Уилли – как оно правильно⁈ Я тут как раз ищу об кого сломать эту клюшку, и ты с твоими пучеглазыми приятелями отлично для этого подходишь!
– Вы думаете, что островной губернатор – это некая значимая величина⁉
– Смотря с кем сравнивать, – второй игрок, понимая, что гости сейчас и правда огребут по голове клюшкой, счел нужным вмешаться, – потому что если вы думаете, что настолько известны, что ваше имя кому-то здесь о чем-то говорит, то вы ошибаетесь… Уильям…
– А вы кто такой⁈
– Для вас – мистер Томпсон. Капитан «так называемой гвардии». Так кто вы такой? Я о вас тоже первый раз слышу. И кто эти двое? Хотя, судя по виду, это ваша «свита», которую вы таскаете за собой, чтобы смотреться солиднее. Разумеется, я ошибаюсь, но выглядит все именно так… Уильям…
– Мы теряем время!
– Совершенно верно. Так что поторопитесь с объяснениями и старайтесь не грубить. Вам повезло, что игра в гольф так успокаивает Персиваля. Не будь он в столь чудесном настроении, вы бы уже давно валялись тут с разбитым носом.
– Я не знаю, чьи жопы вы лизали, чтобы попасть на свои посты… – Уильяма насмешливый тон Томпсона бесил почему-то куда сильнее выпадов Деккера, – Но я знаю этих людей в лицо, так что на вашем месте…
– Мы и так на своем месте. Вы тратите время, которое так хотели сэкономить. Кто вы, Уильям?
– Начальник службы безопасности мистера Одлкрофта!
– Одлкрофт? – Деккер сдвинул брови вспоминая. – Одлкрофт, Одлкрофт… А! Одлкрофт! Манерный хер, который арендует у нас остров! Там, в самой жопе архипелага на северо-востоке отсюда. Где еще раньше был старый военный форт и склады. Ведет себя как надменный пидор, так что, скорее всего, с Лонга. О! Так вот почему наш Вильям – «Уильям». Ты тоже с Лонга?
Лицо Берброментри, который стоял в полуметре от делавшего эти умозаключения Деккера, пыталось оставаться бесстрастным, но яркий алый цвет, равномерно заливавший его, красноречиво свидетельствовал о мыслях и чувствах владельца. Томпсон, внимательно следивший за реакцией, поднял бровь, отдавая должное выдержке, и согласно кивнул.
– Перси! Будь снисходителен к новичку. Ты же знаешь – стоит им постоять возле больших людей, и они начинают думать о себе невесть что. Это как дикарь, который потрогал тебя и считает, что теперь тоже в чем-то белый человек.
– Я не новичок! И я могу сделать так, что вы оба вылетите отсюда завтра же!
– Новичок…
Поняв по начавшимся угрозам, что он окончательно вывел Берброментри из себя, Деккер внезапно успокоился, опершись на клюшку, достал пару сигар и, угостив Томпсона, закурил.
– Путаешь возможности босса со своими. Может твой Одлкрофт и имеет связи, чтобы нас отсюда выкинуть, но ты-то тут причем?
– Если он узнает, что вы не торопились его искать…!
– Это ты не торопишься его искать. Если твой босс сейчас сидит жопой в воде в окружении акул, то ему глубоко насрать, просил ты нас его спасать или приказывал. А, как видишь, попытки нас пугать, и рассказы о том, какого важного хуя ты гандон, дело никак не ускоряют. Так что давай-ка, малыш, начни все заново и сделай так, чтобы мы захотели тебе помочь…
– Хорошо… – Берброментри несколько раз вдохнул и выдохнул, успокаиваясь. – Прошу прощения, джентльмены, мое поведение было вызвано нервным возбуждением в связи с чрезвычайной ситуацией. Яхта «Абудантия», на которой находились господин Одлкрофт и пара его гостей, пропала, и я прошу вас оказать нам содействие в её поисках.
– О! Какая беда! Разумеется я немедленно… – зажав сигару в зубах, Деккер перехватил клюшку, – прикажу своей гвардии… начать… поиски…
Треснув по мячу, он проследил как тот описал дугу, упал на холмик и скатился с него точно в лунку.
– Охренеть…! В смысле – господин Томпсон! Поднимайте своих парней!
– Разумеется, господин губернатор. Я немедленно вышлю поисковые партии. Думаю, можно также привлечь местных рыбаков, пообещав им награду. Мистер Берброментри? Вы же готовы выплатить вознаграждение добровольным помощникам?
– Безусловно… сэр…
– В таком случае – нельзя мешкать!
…
Женских нарядов на борту не нашлось, так что Принцесса предстала перед смущенными рыбаками, судя по внешней схожести и разнице в возрасте – отцом и сыном, в мужской сорочке. Те целомудренного поведения от девушек, которых катают на яхтах, не ожидали, но все равно, для приличия, смутились.
– Простите! – одарив их широкой улыбкой, Принцесса сделала максимально беззаботный вид. – А где тут можно прикупить какой-нибудь еды? Мы немного задержались, и у нас начинает заканчиваться провизия.
– Мы того… Рыбу только того… Продать могем… – отец отчаянно старался не смотреть под подол сорочки, в то время как сын не стеснялся, – Хорошая рыба… Недорого!
– О! Это будет очень любезно. А если мы хотим что-то долгого хранения?
– Так вам того… К господину надо! Он с губернатором на короткой ноге – гвардию местную снабжает. У нас рыбу лодками закупает, храни его Всемогущий. А рыба долго не лежит – значится, консерву крутит. Консерва – та долго лежит. К господину вам надо, в общем.
– Где я могу его найти?
– Так вы там это! – сын наконец вышел из оцепенения, в которое его погрузил вид тонких женских трусиков, мелькавших при взгляде на Принцессу снизу вверх, – Вы прямо держите и там будет ДОМ! Не дом, а вот прям ДОМ! И крыша красная! И причал! И там табличка резная!
– Ты того! – отец грозно сдвинул брови. – Не просто резная! Самуэль делал! «Резная»! Как будто это того… А это – работа тонкая!
– Так я же че? Сказал, что не тонкая?
– Ты объясняй так, чтобы госпоже ясно было, а не вот как ты объясняешь. Будто там просто кто-то что-то вырезал!
– Поняла вас, – Принцесса, слушавшая эту перебранку с легкой полуулыбкой, перегнулась через планшир, протягивая деньги и забирая рыбу. – Большой особняк с красной крышей, лодочный причал и табличка тонкой работы, которую я не спутаю с обычной резьбой.
– Верно, госпожа! Все как есть верно! А то этот оболтус объяснять не умеет. Прямо держите на вон тот мыс, а за ним, если погода будет, и сам дом уже увидите!
Еще раз благодарно кивнув, Принцесса передала рыбу Ирме и пошла на мостик. Сидевшая там Вещь радостно оскалилась.
– Наконец-то! Нос мне почеши! Да-да-да! Не останавливайся! Ох… Еле вытерпела, пока вы там трепались!
– Ох, прости! Это было крайне безответственно с моей стороны – спрашивать, где мы можем купить себе еды, чтобы не сдохнуть с голоду, пока у тебя чешется нос!
– Именно! В следующий раз оставь рыжую. Или большую.
– Хорошо. Пойду доведу им их новые обязанности, а ты пока последи за штурвалом.
– Очень смешно!
– Я серьезно! Ты любишь доказывать, что ты не такая уж и беспомощная, какой тебя считают. Но стоит попытаться тебе что-то доверить – и ты сразу считаешь, что это шутка?
– Как ты себе это представляешь? – Вещь с подозрением сощурилась и принялась изучать штурвал, – Потому как я вижу только один способ это сделать – насадить меня жопой на одну из тех рукояток. А! Это все-таки такая шутка! Подъеб зачетный – слов нет.
– Идея тоже, – Принцесса в задумчивости погладила рукоятки. – Полный оборот ты так не сделаешь, но держать курс в пределах нескольких градусов сможешь. Хотя я это видела немного по-другому…
На камбузе Ирма с энтузиазмом разделывала рыбу. Рыжик пыталась помогать, однако судя по искривленной в ужасе и брезгливости мордашке, процесс не вызывал у неё никаких позитивных эмоций. Принцесса тоже поморщилась и, подойдя к шкафу, достала оттуда бутылку бурбона.
– На – выпей.
– Это от запаха помогает? – не поняла Рыжик.
– Притупляет брезгливость…
– У! Понятно! – Рыжик осторожно отпила, затем долго кашляла и кривилась. – Фе! Какая гадость! Жжется!
– Ты раньше не пила?
– Вино. Вино – вкусное. Но дорогое. Еще пиво. Оно горькое! А кто рулит? Мы же плывем? Это не опасно?
– Я Вещь к штурвалу поставила. Она от безделья много болтать стала.
– А как она будет? – Рыжик с недоумением посмотрела на свои ладони. – У неё же это… нету ничего?
– У неё есть рот и жопа.
– Это как? Ты её что? Насадила, что ли?
– Слушай!.. – Принцесса удивленно вскинула бровь. – Я понимаю, откуда у Вещи эти мысли – она много времени провела подобным образом. Ты-то когда успела таких идей поднабраться?
– Ну это, – Рыжик покраснела, – просто ты сказала про рот и попу… вот я и…
– Соединила их по кратчайшему маршруту? Не – там все интереснее. Пошли – покажу.
– А можно и мне посмотреть? – с интересом вскинулась Ирма. – Руки я помою!
– Конечно. Пошли!
Идея Принцессы и правда была элегантнее. Рядом со штурвалом имелся высокий стул, позволявший управлять судном с комфортом и одновременно иметь достойный обзор. Выкрутив его на полную, Принцесса положила подушку и поставила на неё Вещь, одетую в кожаную сбрую для специфических игр. Сбруя позволила надежно зафиксировать лишенное конечностей туловище в районе таза и пристегнуть к груди две шлейки. С их помощью, наклоняя торс в разные стороны, Вещь могла поворачивать штурвал на вполне достойные углы, а на уровне лица была натянута веревка, позволявшая, схватившись зубами и перетягивая её в разные стороны, управлять оборотами двигателя.
Вещь, пытавшаяся приноровиться к этому всему, имела вид совершенно бешеный и ругалась так грязно, что вокруг рыба должна была всплывать кверху брюхом. Но когда она повернулась посмотреть на вошедших подруг, на лице играла полубезумная, но скорее от счастья, улыбка.
– Сука! Это ебаное корыто елозит словно хуй во рту! Как ты вообще им управляешь?
– Нежно. Как говорил Капитан, когда учил меня: «Как ты судно назовешь – так и поплывешь». От него зависит твоя и наши жизни, так что заткни свой грязный ротик и называй мою малышку ласково.
– А как она хоть называется-то?
– «Катлас». Я – потомок пиратской королевы, а она все свои суда называла «Катлас».
– Это че значит?
– Сабля. Широкая абордажная сабля.
– Ох, ебать мы на этом наабордируем!
– Ты сейчас допиздишься – я из тебя носовую фигуру сделаю. О! А мне нравится эта идея! Смотреться там будешь просто шикарно.
– Ладно – не обижайся. Просто я реально задолбалась! Кручу туда – оно сюда! Сюда – оно туда!
– Это называется «инерция». Судно плывет по воде без какой либо твердой опоры. Если ты переложила руль, реакция будет не мгновенной. Поэтому любой маневр надо начинать заранее. А чтобы знать, когда его начинать – иметь опыт. Ты его сейчас набираешься. Держи малый ход, не дергай, если что – ори.
– Ебать, как все сложно!
– О нет! Поверь – это не сложно! Это – легкая яхточка, которая реагирует почти моментально. Я управляла сторожевиком с водоизмещением в шесть сотен тонн. И когда шестьсот тонн хуярят по морю со скоростью курьерского поезда, любой маневр надо предвидеть как ебаная Видящая. Серьезно! Капитан закладывал поворот, стопорил машину и шел курить. Когда докуривал, корабль сам останавливался у пирса. Это просто видеть надо.
– А как тогда всякими крейсерами управляют?
– Вообще без понятия. Там маневр надо начинать со вчерашнего вечера, чтобы эта махина успела повернуть. Так что тут все еще просто и легко. Научишься.
– Да куда я нахуй денусь… Будете жрать – позовете. И попить оставьте, а то от этой веревки во рту сушит.
Принцесса кивнула Рыжику, чтобы та принесла воды. Ирма вернулась к разделке рыбы, Рыжик же, принеся Вещи попить, подошла к стоящей на корме с бокалом Принцессе.
– Слушай – а она точно справится? Может, лучше последить? Ну, дело, ты сказала, сложное.
– А я что делаю, по твоему?
– Пьешь?
– И слежу. Полный ход она не даст – я там узел завязала, а на такой скорости есть время среагировать.
– Это хорошо… Но может ей было бы проще, если бы она видела, что ты рядом?
– Зачем?
– Не знаю? Мне вот всегда легче, когда я знаю, что меня подстрахуют.
– Тебе. А Марии?
– Не знаю.
– Подумай.
– Да я правда не знаю.
– С ней это сделали, чтобы насладиться её беспомощностью. И она каждую секунду, каждым словом и каждым делом всем пытается доказать, что это не так. А если вынуждена просить, то делает это грубо. Как будто приказывает.
– Это я заметила.
– Сейчас же она думает, что сама без подстраховки управляется с судном. Ты видела, какой у неё восторг? Готова обоссаться от радости.
– То есть, ты это для неё делаешь?
– Нет – я конченая эгоистка и делаю это для себя.
– Но ты же сказала…
– Я хочу, чтобы Мария получила удовольствие от того, что сама может управлять судном для того, чтобы самой там не торчать. У неё не так много дел, с которыми она может справиться, а рулевой, который добровольно и с радостью несет вахту – это подарок.
– Вот как?
– Да.
– Но ты же и ей хорошо делаешь?
– Это называется: «Здоровый эгоизм». Когда хорошо не только тебе, но и окружающим, у них меньше желания перегрызть тебе глотку. А есть «нездоровый эгоизм» – это когда ты делаешь хорошо себе за счет окружающих. Ключевое слово: «Счет». Тебе могут такой счетец выкатить, что хрен расплатишься.
– Вау… Я об этом не думала.
– Я тоже. Когда вокруг большой город, о таком вообще редко задумываешься. Людей много, места много – легко потеряться, может и не заставят платить по счетам. А вот когда ты заперта с одними и теми же людьми месяцами, уже начинаешь думать о чужих чувствах. Например, надо ли тебе морочить голову вон тому пареньку, если он быстро поймет, что ты стерва, которая с ним играет? Что ты потом делать будешь? А у него оружие! И ты понятия не имеешь, насколько он ревнив и горяч.
– Ну да – тут сто раз подумаешь… – Рыжик, пораженная подобной мудростью, покивала, затем покрутилась на месте, – То есть, ты занята, да?
– Работу ищешь?
– Ну так… Просто все заняты, даже Мария, и я чувствую себя бесполезной…
– О! Работу я тебе быстро найду! Сперва оббеги яхту и погляди, где название нарисовано. Потом надо придумать как его закрасить и написать новое.
– Зачем?
– Затем, что нас искать будут. И мы на угнанном судне. Первое, что надо делать – сменить название. Те рыбачки, надеюсь, неграмотные, а вот господин, к которому мы идем, наверняка читать умеет. И надо, чтобы он ничего лишнего не прочитал.
Рыжик интенсивно покивала и побежала выполнять. Проследив, как та мечется, Принцесса усмехнулась и, облокотившись на планшир, принялась наблюдать как судно, неуверенно виляя, идет на указанный ориентир.
…
Клайд с интересом рассматривал яхту, которая направлялась к его причалу. То, что она идет именно сюда, никакого сомнения не было. Вопрос был – зачем? Наконец, она подошла достаточно близко, чтобы можно было перекинуть швартовые. Услужливо поймав конец и накинув его на кнехт, Клайд помахал рукой высокому мужчине с ухоженным женственным лицом, который маячил на мостике. Тот ответил на приветствие элегантным полупоклоном и отдал жестом и небрежно кинутой фразой приказ кому-то внизу. Из надстройки вышла крупная северянка, одетая почему-то в комбинезон техника, которая, сильно смущаясь и бросая то и дело взгляды в сторону мостика, подошла к борту.
– Простите, господин…
– Клайд Новак, можно просто Клайд.
– Господин Новак – нам сказали, что у вас можно закупить консервированной еды…
– О! Вероятно вам сказали, что я её поставляю, однако я не держу склад дома. Для этого есть специальные места. А в чем дело? У вас закончилась провизия?
– Д-да…
– О! И как так вышло, простите за любопытство?
– Мы немного, – северянка снова кинула взгляд наверх, – заблудились…
– Сочувствую. У меня есть радио. Я могу вызвать помощь.
– Нет. Не стоит. Мы уже со всем разобрались… У вас совсем никаких консервов нет?
– Возможно, есть небольшой запас на крайний случай в сарае.
– А вы можете его продать?
– Почему нет? Пойдемте со мной.
– Пойти с вами?
– Да. Мне нужна помощь. Там довольно много. Вам же много провизии необходимо?
– Конечно… Простите, господин Новак – я не подумала…
Еще раз кинув взгляд наверх и получив одобрительный кивок, северянка перелезла на пирс, потопталась в нерешительности, затем нервно улыбнулась.
– А можно я подругу позову? Втроем это будет еще проще?
– Конечно…
Из надстройки высунулась рыжая девчонка, чьи непослушные кудри были кое-как убраны под повязку, также одетая в комбинезон, который был ей категорически велик, посмотрела наверх, получила разрешение и так же спрыгнула на пирс. Явно происходило что-то странное, поэтому Клайд, сперва колебавшийся, решил, что продажа части аварийных запасов стоит того, чтобы посмотреть, как далеко все зайдет.
