Текст книги "На дальних берегах. Том второй (СИ)"
Автор книги: sgtmadcat
сообщить о нарушении
Текущая страница: 46 (всего у книги 87 страниц)
Внутри кольнуло от того, насколько этот Альва, или кто он там, легко его прочитал. Валент видел слишком много людей из бедных районов и достаточно – из богатых, чтобы верить в то что Всемогущий благословляет золотом за трудолюбие и набожность. И нет – он действительно не ищет мести. Но справедливость в том виде, в котором он это себе представляет, похожа на неё как родная сестрица.
Не обращая внимания на две боковые двери, Валент прошел в зал, где его ждала тварь, скроенная из трех, точнее, двух с половиной женских тел. Причем, в отличии от той химеры, что он видел в Цитадели, тварь создавшая это, куда лучше разбиралась в тонкостях человеческой анатомии, поэтому получившийся конструкт выглядел и двигался почти как нормальное живое существо.
– Привет, милый. А вот и ты… – голос твари тоже был женским, и то ли от этого, то ли от ласкового тона становилось мерзко, – Вольфган говорил, что ты дракон, но ты так мал?
– Вместо дракона сюда пожаловал рыцарь, – Валент усмехнулся, понимая, что тварь ожидала тут совсем не его, – А ваш Вольфган слишком предсказуем. И его ловушки тоже.
– Но ты все равно в неё попался. Что же мне теперь с тобой делать? О! Я думаю, ты составишь прекрасную компанию Том. Мне нравится с ней играть, но играть с двумя игрушками будет вдвое веселее.
– Можешь рискнуть, – Валент вытянул руку и миг спустя её оттянула приятная тяжесть стремительно раскаляющегося клинка, – Но закончится это все плохо.
– Милый – ну зачем ты так? Ты решил напугать меня? – несмотря на жутковатую улыбку, нервный взгляд твари был сосредоточен на светящемся лезвии, – Тут нельзя умереть. Но здесь можно чувствовать боль. Много боли. Я дам тебе насладится ею…
– Попробуй…
Тварь долгое время колебалась, словно пытаясь понять, чем ей это грозит, затем сделала выпад. Шагнув вперед, Валент срубил протянутые к нему руки и мощным ударом снизу вверх рассек от паха до плеча. Тварь завалилась на бок, дергаясь и хрипя. Способности молчали, однако Валент все равно, держа клинок наготове, быстро огляделся, после чего развернулся к ней. «Тут нельзя умереть», – тварь была явно в этом уверена, так что, крутанув клинком, Валент, действуя наверняка, снес ей голову. Голова последний раз шевельнула ртом, затем её глаза остановились.
…
Длинная аллея из многовековых дубов. Оставшись один и продолжив двигаться в указанном направлении, Валент пытался определить момент перехода в то самое «карманное» пространство, сравнивая свои ощущения сейчас с теми, которые были в Цитадели. Однако, вместо этого понял, что знает каждое дерево в этой казавшейся бесконечной аллее и каждую выбоину в плитах дороги. Особняк впереди. Его еще не видно, но это будет прямоугольное здание с высокой двускатной крышей, рядом с которым прилеплена высокая круглая башня. Больше места на скале нет, поэтому вспомогательные постройки теснятся у основания скалы, отгороженные со стороны долины стеной с массивной квадратной башенкой с воротами.
И ворота, и маленькая дверца в них окажутся запертыми, так что он пойдет по дороге через лес наверх, где будет куча машин, дом слуг, которые уехали, дабы хозяин мог проводить свои ритуалы без лишних глаз, и узкий мост, ведущий прямо в особняк. Ворота за мостом также заперты, но дверца в них без проблем откроется карманным ножом. Дальше будет маленький дворик, дверь которая выглядит как старая, но на самом деле её заново изготовили под старину, когда перестраивали замок в загородный дом, холл с боковыми дверьми, которые не имеет смысла проверять, так как там гардероб и кладовая, а когда он войдет в зал, его будет поджидать сделанная из нескольких тел тварь с женским голосом. Тварь примет его за какого-то дракона, затем скажет, что здесь невозможно умереть, бросится вперед и он снесет ей голову, а потом…
Что же потом? Или не потом? Он что-то забыл. Что-то связанное с его службой Ординатором. Или с Ментором Аргусом? Точно! Наставник! Что-то связанное с ним! Но что? Альва намекал, что его можно вернуть? Может, это? Но душа наставника уже с Единым, так что остается только… Единый! Символ единого, в виде жертвенного столпа, единицы и Шпиля, на котором держится мироздание. Достав унаследованный от наставника святой символ, Валент посмотрел на то как он качается, затем прикрыл глаза, шепча псалом. Если в его движении не будет чувствоваться диссонанса, то все в порядке. Если же что-то будет отличаться от ожидаемого, это повод насторожиться. Да – способ грубый и многие братья заслуженно относятся к нему со скепсисом, а некоторые вообще называют глупым суеверием. Однако, лучшего у него сейчас нет.
Вздохнув, Валент открыл глаза, глядя на то как он, в соответствии с ожиданиями описывает широкую восьмерку. Диссонанс отсутствует и это значит… Значит совсем противоположное! Потому, что тут созданное нечестивыми ритуалами карманное пространство. Здесь не может быть привычной нам нормы – только её иллюзия. А если иллюзия кажется тебе нормальной, значит тут определенно что-то не так. Но что?
Осмотрев открывшийся впереди особняк и еще раз убедившись в том, что он, как и аллея, знаком ему до мельчайших деталей, Валент остановился, размышляя. Надо попробовать рассуждать как наставник – он был мастером решения подобных головоломок. Его фантомные воспоминания связаны с одной и той же последовательностью событий. Что, если изменить свое поведение? Войти в особняк не через верхние ворота, а снизу?
– Нет, друг мой. Это слишком просто… – раздавшийся сбоку и чуть сзади знакомый голос заставил Валента вздрогнуть, – Таким образом ты просто создашь новую петлю и будешь крутится в ней до тех пор, пока не станет очевидно, что это все повторяется раз за разом.
– Наставник?
– Нет, друг мой… – сделав шаг вперед, Аргус посмотрел на Валента своей хитрой улыбкой и покачал головой, – Это не я. В основном, это твои воспоминания обо мне.
– В основном?
– Но не целиком. Как ты неоднократно подмечал, идя через тот мрачный лес, завеса здесь необычайно тонка. Это значит, что всякие мерзкие твари с той стороны будут в этом месте особенно сильны. Поэтому, я советую тебе быть настороже. Они любят лазить в чужие головы и могут, взяв мой образ, пытаться на тебя влиять.
– Я… – Валент послушно склонил голову, – Я буду осторожен, наставник.
– Хорошо. Теперь, когда ты предупрежден, что я не более чем призрак, созданный из твоей фантазии и, возможно, пытающийся тобой манипулировать, давай подумаем, что тут происходит.
Вложив ладони в рукава робы, Аргус уставился на особняк видневшийся вдали. Валент, сбитый с толку и растерянный, косился на него, не зная что думать. Дождь лил, они стояли, не говоря ни слова и так продолжалось, как будто вечность.
– Друг мой… – наконец заговорив, Аргус заставил Валента вздрогнуть, – Я прекрасно понимаю твои чувства. Но, несмотря на произошедшее, ты все еще Ординатор. И долг для тебя прежде всего.
– Долг присяге и долг моим идеалам. Ему я ничего не должен. Это важно.
– Ты пошел сюда не из-за него. Ты пошел сюда потому, что посчитал своим долгом прекратить то, что творит Вольфган. У которого, кстати, имелись обширные связи не только с аменцами, но и с Орденом Одаренных.
– Я об этом не знал.
– Тогда откуда я про это знаю? Я же плод твоего воображения, не забывай.
– Возможно, я догадывался… В принципе догадаться было не сложно.
– Так! А вот это тебе, друг мой, лучше прекратить.
– Что именно, наставник?
– Убеждать себя. Тебе показалась подозрительной моя осведомленность. Не надо искать этому объяснения и убеждать себя, что подобное нормально. Это не нормально. Еще раз повторюсь – не обманывайся моей внешностью. Возможно, тобой пытаются манипулировать. Но! Ты можешь наблюдать за этим и попытаться понять, что от тебя хотят. Понимаешь?
– Да. Я понимаю… – тяжело вздохнув, Валент вытер лицо от капель, – Ладно – попробую порассуждать, как вы учили. Итак… Это – ловушка. Вольфган приготовил её для Альвы, ожидая, что тот за ним придет.
– Это не Альва. Его действительно часто путают. Черных птиц легко спутать.
– Каких «черных птиц»?
– Не отвлекайся, друг мой. Его личность можно выяснять долго. Сейчас это не главное. Главное, что ловушка была расставлена не на тебя. «Медвежий капкан не сработает на зайца.» Так кажется он выразился?
– Да, наставник. Погодите! Возможно я понял, что это за «капкан»! Временная петля – это он и есть! Учитывая, что у меня нет фантомных воспоминаний о чем-то после убийства той твари, её смерть перезапускает цикл. Вот почему здесь невозможно умереть.
– Интересная мысль… Учитывая, что наш общий друг умеет каким-то образом перерождаться, запереть его там, где невозможна смерть, выглядит интересным способом от него избавиться. Но почему это привязано к смерти твари? И привязано ли?
– У меня пока нет идей.
– У меня тоже, – вздохнув, Аргус кивнул вперед, – Тогда предлагаю двигаться, а то тут такая сырость, что я, даже будучи призраком, чувствую, как у меня ломит кости.
Они двинулись вперед. Дойдя до нижних ворот и еще раз убедившись, что те ожидаемо заперты, Валент задрал голову рассматривая мост. Затем принялся изучать щели, надеясь, что тут запор аналогичен тому, что наверху.
– Кажется, я пытался его вскрывать, но у меня не получилось и все последующие разы я проходил мимо. Видимо запомнил, что не стоит терять здесь время. Но что, если я был недостаточно усерден?
– Все еще хочешь попробовать изменить маршрут? Это вряд ли что-то даст. Вольфган знал, с кем будет иметь дело и знал, как тот умен. Уж подобный маневр он бы предусмотрел.
– Возможно. Но я тоже промок и мне не хочется тащиться наверх. А тут есть где обсушится и согреться.
– С чего ты взял?
– Честно говоря – не знаю. Возможно, уже ходил этим путем и это действительно ничего не изменило… Но… Нет… – разочарованно выдохнув, Валент оставил попытки взлома, – Тут, возможно, заперли на замок.
– А это можно легко проверить, друг мой!
Выпростав ладони из рукавов, Аргус вытянул их вперед, уперся в ворота и принялся медленно погружать их в старое дерево. Затем шагнул вперед, пройдя сквозь створку, как и положено призраку. Валент, удивленно наблюдавший за этим, подошел и посмотрел сквозь щель. После осторожно позвал.
– Наставник? Вы в порядке?
– Да! Ощущения крайне специфические, однако в бытии призраком есть определенные преимущества. Кстати – замка на запоре нет. Но он весьма ржавый. Попробуй приложить побольше усилий, только следи, чтобы нож не сложился тебе на пальцы.
Послушно кивнув, Валент сунул нож в щель еще раз и, постукивая по нему ладонью, все-таки смог сдвинуть приржавевший запор с места, открыть дверцу и войти внутрь.
– Наставник?
– Я тут! Решил пока осмотреться, – Аргус, выйдя прямо через стену одной из построек, кивнул в её сторону, – Ты был прав. Тут генераторная и котельная, и внутри довольно тепло. А вон там – кладовые. Они заперты, но внутри есть продукты и вино.
– Это опять очень подозрительная осведомленность. Я точно не мог этого знать. Или мог? Если я действительно проходил здесь, то вполне мог заглянуть и туда, и сюда.
– Ты в этом уверен, друг мой?
– Нет.
– Значит это подозрений не снимает. Так! А теперь реши, что ты хочешь больше – греться или есть?
– Я бы, наверное, сперва обсушился…
– Ну что-же – тогда сюда…
Валент вошел в прилепленное к скале здание, из глубины которого доносилось урчание механизмов и огляделся. Генераторы были огромными по меркам поместья, которое им приходилось обеспечивать энергией. Одного бы за глаза хватило на небольшой городок, а тут их было три. Так же каждый легко мог бы обеспечить все тут горячей водой, однако проектировщики сделали отдельную котельную, где стоял еще один генератор, на этот раз адекватной мощности. Подивившись такому решению и поставив себе в мозгу отметку, что надо найти, что эти монстры питали, Валент снял и выжал промокший плащ, повесил его на горячие трубы и с облегчением опустился на табурет, стоявший у грубо сколоченного стола. Аргус уселся напротив, озадаченно хмыкнул, после чего, вытянув руку, медленно опустил её на столешницу.
– Как интересно! Я могу проходить через материальные преграды, однако, пока я об этом не задумываюсь, все ощущается как обычно. Ноги чувствуют неровности пола, я не проваливаюсь через табурет и рука… Я могу протолкнуть её через стол, но, если не делаю это специально, рука ложится на него, будто из плоти и крови.
– А вы можете манипулировать предметами? – Валент подтолкнул к нему жестяную кружку.
– Сейчас попробую… О! Могу! А если…? – кружка со стуком упала, – Да. Это определенно зависит от моего желания. Так что, возможно, тебе не надо было ковырять тот запор. Я мог бы просто тебе открыть. Подожди здесь!
Аргус вышел, причем как положено – воспользовавшись дверью и через некоторое время вернулся, неся в одной руке бутылку вина, а в другой – перетянутую шпагатом колбасу.
– Как вы вынесли это через закрытую дверь? – удивленно поинтересовался Валент, – Вам удалось открыть её изнутри?
– Нет – там навесной замок. Поэтому я положил их на подоконник, открыл щеколду на окне, прошел через стену и забрал с другой стороны.
– Вам впору начинать карьеру взломщика, наставник. С такими-то возможностями…
– Ты не о том думаешь, друг мой. Это определенно уже не плод твоего воображения.
– Верно… Но вы сами сказали, что являетесь в основном моими воспоминаниями о вас?
– И это так… Должно быть так.
– Может ли это быть неким свойством данного места. Альва… Или Не Альва, если верить вами сказанному, намекал на некий сюрприз, который меня здесь ждет, и который он не хотел портить? Приятный сюрприз.
– О! Он говорил о сюрпризе гораздо раньше. Еще когда вы встретились там, в том месте, которое удивительно напоминало место из видения.
– И спрашивал, не хочу ли я помочь вас вернуть? И что вы мертвы только телом.
– А душа бессмертна. И еще он обещал тебе встречу со Святым Сыном. Задумайся, откуда я это знаю.
– Если вы плод моего воображения, вы знаете все, что знаю я.
– Плод воображения не может принести тебе вино и колбасу. А знаешь, кто может? И кто умеет копаться в людском разуме, выуживая оттуда воспоминания?
– Твари из Бездны… Но будь вы ею, разве вы бы не пытались меня убедить в том, что вы и есть Аргус?
– А ты бы поверил? Ты – Ординатор Ордена Чистых. Тебя учили распознавать подобное и сопротивляться этому. Я лично тебя этому учил.
– Вы правы, наставник… Ваша душа должна быть со Всемогущим. То видение – просто трюк. Как и все, что тут происходит.
Вздохнув, Валент поднял кружку, взял бутылку, содрал пальцами воск с горлышка, выдрал пробку и, налив себе вина, тяжело привалился к стене, глядя в одну точку. Аргус вздохнул, дотянулся до бутылки и, осторожно пригубив, удивленно причмокнул.
– Призрак, который может напиться… Да – это определенно что-то странное.
– Сколько раз мы уже ведем этот разговор? – достав нож, Валент нарезал колбасу и сделал Аргусу жест, приглашая того угощаться, – Это же ведь не первый раз? У меня есть такое ощущение, что не первый. Или это уже паранойя?
– Определить это можно только одним способом. Выяснить, откуда у тебя эти воспоминания?
– Это не воспоминания. Скорее – ощущения. Я не знаю, откуда они.
– Разумеется, ты не знаешь, друг мой. Знай ты – я бы тоже это знал. Но давай подумаем, как это можно узнать?
– Как это можно узнать? Ну вообще-то ощущение, что что-то тут не так, у меня появилось после вот этого… – Валент достал святой символ, – Диссонанса не было, но в таком месте это невозможно. Проверьте сами.
Аргус взял протянутый ему символ, раскачал его, закрыл глаза, шепча псалом, после чего открыл их и уставился на описываемую символом восьмерку.
– Интересно. Говоришь, ты не чувствовал диссонанс?
– А вы чувствуете?
– Да. Но возможно, в моих руках это работать не будет. Хотя то, что я от прикосновения к нему не разлетелся в дым, радует и пугает одновременно.
– Я не пытался вас проверить таким образом, наставник. Я не суеверный пастушок, который думает, что символ изгоняет исчадий. В Цитадели он был на каждом шагу, но их это не остановило. Как не помешало забрать тело Марты.
– И все таки… – взяв кусок колбасы, Аргус отправил его в рот и задумчиво прожевал, – Все таки это тоже интересно. И к слову об исчадьях. Та тварь, убийством которой петля перезапускается, весьма примечательна.
– Да. Она явно знала, что делала, лепя свое тело.
– На фоне той, что была в Цитадели. Ты это тоже отметил. Однако, вот что странно – ту мы еле одолели, а эта против тебя практически беспомощна. Хотя, если вдуматься, имея более глубокие познания о нашем мире, позволяющие создавать столь функциональных конструктов, она должна быть куда опаснее… Но она просто… – Аргус замолчал интенсивно размышляя, – Умирает. Петля каждый раз заканчивается её декапитацией. Но те твари от этого не умирали. Они перемещались в запасные тела.
– Возможно, у этой его нет?
– У неё, судя по виду, было три тела под рукой. Это уж не говоря о том, что, судя по числу машин, собралось тут куда больше народа. Но даже если три. Не разумнее было бы распределить риски? Что дает ей нынешнее тело? Да ничего такого. Можно, что называется, «давить массой», но у неё это ни разу не вышло.
– Я тренированный боец, наставник. И у меня «Лийбэа».
– Знаю. Но ждали они тут того, кто намного опаснее. Выставить против него это? На что они надеялись? Очевидно, на это и надеялись!
– Не понимаю.
– Понимаешь, друг мой! Все ты понимаешь!
– Удержать меня от того, чтобы я принялся резать тут всех налево и направо… Но как он мог знать?
– Никак. Видеть смысл там, где его нет – ошибка такая же, как и не видеть его там, где он есть. Что, однако, не отменяет того, что мысль верна. Даже если была высказана по другому поводу. Зная нашего общего друга, он бы просто размазал эту тварь.
– Чем перезапустил бы петлю и так раз за разом, пока…
– Пока что? – Аргус, хитро сощурившись, приложился к бутылке отпив вина прямо из горла.
– Пока не понял бы, как и я, что все это повторяется? Разве нет?
– А как ты понял?
– Не знаю.
– Мы опять вернулись к тому, что тебе надо выяснить природу этой фантомной памяти. Думаю, ответ в этом. Возможно тут есть книги, которые способны пролить на неё свет.
– А что делать с тварью?
– Не убивать. Раньше это был замок. Уверен, в нем имеется место, где можно её надежно запереть.
– И вы, с вашими талантами призрака, легко можете его найти.
– Я могу даже помочь её туда заманить.
– Вы уверены, что она вам ничего не сделает?
– А что она мне может сделать? Я уже мертв, друг мой. Хотя и чересчур деятелен для покойника. Но, в любом случае, бояться мне особо нечего.
…
Килли, которую оставили охранять машину вместе с братом, тревожно посмотрела на вернувшегося Старпома. Она слышала их с Валентом разговор, но поняла не особо много. В основном то, что Валент пошел в ловушку. Поэтому, подождав пока Старпом сложит зонт, устроится на сиденье и закурит, Килли решила поинтересоваться дальнейшими планами.
– Мы ведь его дождемся, да?
– Да.
– То есть это все будет быстро?
– Для нас – довольно быстро.
– А для него?
– Понятия не имею. Время внутри наверняка течет не синхронно с нашим, но вот насколько, угадать отсюда сложно. Может там пару веков провести.
– Пару веков⁉ – Килли удивленно выкатила глаза, – А что мы будем делать если он того… Умрет?
– Нас это, конечно, огорчит… Но не остановит. Беспокоишься за него?
– Ну так… Он вроде нормальный. Для церковника.
– Это хорошо. Не забудь ему об этом сказать, когда он вернется.
– Зачем?
– Чтобы он знал, очевидно. Всегда приятно знать, что кому-то не похер, сдох ты уже или еще нет. Разве не так?
– Ну так… Просто… Ну ладно…
Растерянно кивнув, Килли замолчала. Вместо неё с переднего сиденья повернулся Киллиан. Он тоже слышал разговор, но, в отличие от сестры, его больше интересовали иные моменты.
– Босс… А что это за «карман», о котором вы говорили?
– Небольшой изолированный мир со своим временем, физикой и логикой.
– О! А как это?
– Ну вот так… Тебе сложно объяснить или просто?
– А «сложно» – это очень сложно?
– Ну смотри. У нас есть энергия. В натурфилософии под этим понимают меру движения и взаимодействия материи и её перехода из одних форм в другие, так что по факту, все что нас окружает, в том или ином виде, есть энергия и содержит энергию. И есть информация. Это то, что данную энергию направляет, структурирует, придает ей форму. Вместе они формируют окружающую нас материю, время, пространство и нас самих.
– Э-э-э… А как же боги? Я думал, они все создают?
– Боги, точнее то, что вы ими считаете – информация. Информационные структуры способны к самоорганизации и самоопределению так же, как и биологические. Если дать им доступ к достаточному количеству энергии, они могут структурировать её, создавая материю. Прикол в том, что на это способны не только они.
– А кто еще?
– Любой, у кого есть достаточно энергии, может заделаться мини-демиургом и создать мирок с нужными ему законами. Правда при спонтанном творении законы обычно сильно от наших не отличаются – мы себе тяжело представляем что-то за пределами привычных нам взаимодействий, если можем представить вообще. Поэтому такой мирок дико разбалансирован и нуждается в подпитке извне, так как все внутри работает не на физических законах, а на «чудесах». Чудеса же крайне энергозатратны. К счастью, такой мирок может легче запитываться от Изнанки, где ситуация обратная – энергии вагон, но проблема с информацией. И на стыке нашего мира и того, можно нагородить практически все, на что хватит фантазии. Понимаешь?
– Неа, – честно признался Киллиан, – Хотя очень интересно. А почему карман-то?
– Ну ты че? Совсем? – Килли звонко постучала по лбу, – У тебя на штанах карман где? Вот! Как раз на стыке, то есть шве! Снаружи – сукно, а че внутри, то пока не залезешь, не поймешь. Вот! Даже я поняла!
– Ага… И что – прям любой мир можно создать?
– Практически.
– Даже тот, где, ну допустим, булки будут на дереве расти?
– Не вопрос. Хоть виски в бутылках. Проблема будет в том, как это все продумать. Привычный ему мир творец воспроизводит, можно сказать, «рефлекторно», и «костыли» вставляет тоже. А вот что-то отличающееся надо продумывать. Но возможно все.
– И почему это никто не делает?
– Почему? Вот же – сделали. Ритуал замороченный и результат, я подозреваю, будет не тот, на который они рассчитывали, но сделали, когда возникла острая необходимость.
– Да не – я имею в виду, что ну… Почему вот наши не сделают себе мир такой, который по вкусу, где сасанахов нет, и не живут там?
– И такое делали… – Старпом закурил новую сигарету, – Но ничем хорошим это не закончилось.
– Почему?
– А что вы там делать будете?
– Ну как: «Что?» Жить!
– Что ты подразумеваешь под «жить»?
– Ну что под этим обычно подразумевают? Работать, отдыхать, виски гнать, детей растить.
– Но только в покое и безопасности?
– Да.
– И как долго у вас, во-первых, продержится монолитность вашего общества? Сейчас один эринец за другого держится потому, что спиной к спине проще от врагов отбиваться. Да и то драться по разным поводам умудряетесь. А там врагов не будет. А вот поводы для драк останутся. Как скоро вы там все передеретесь без общего врага?
– Э-э-э… Да ну, решим как-то. С драками. Следить за всеми, чтобы не буянили, а если буянит – воспитывать. Или сразу воспитывать, чтобы не дрались.
– А с работой? Один навоз выгребает, второй колбасу крутит. Все хотят быть на месте второго и никто не желает быть первым. Как это решать будете?
– Ну, там придумаем. Проверку какую-то. Кто на что горазд. У кого, допустим, на колбасу рука легкая, тот и колбасник. У кого виски – тот виски пусть гонит. А кто совсем дурак, того навоз чистить.
– Хорошо – что с детьми? У тебя мир не резиновый и прокормить может ограниченное количество людей. А войн нет, насилия нет, болезней нет. Ты же такой мир своим создать хочешь, верно? Как скоро он пополам треснет от перенаселения?
– Ну надо, значит, чтобы не просто так детей строгали, а по графику. Кто умер – смотрим, кто там следующий по очереди за ребенком.
– То есть ты собираешься построить для эринцев мир тотального контроля, где всех будут воспитывать в нужном большинству ключе, указывать каждому, где его место и позволять заводить детей только по спискам. Я все верно понимаю?
– Нет! В смысле, ну не то, что бы так строго, просто как тогда еще?
– Да никак. В том и проблема. А еще проблема в том, что если вам все-таки, несмотря на столь жесткий контроль, не удастся удержать ситуацию, то придется вылезать из маленького уютного мирка обратно в наш большой и жестокий. Где за это время появилась куча новых угроз. Начиная от неизвестных вам болезней и заканчивая местными народами, которые, пока вы там в безопасности и спокойствии теряли хватку, тренировались резать друг друга. И что вы делать будете?
– Не знаю, – расстроенно скривившись, Киллиан пожал плечами, – Сдохнем, наверное.
– Возможно нет. Но горя хлебнете изрядно. Изоляционизм никогда не решал проблемы.
– А что их решало?
– Действие. Оборона всегда должна быть активной. Неприступных крепостей не бывает. Рано или поздно тебя из твоей раковины вытащат. Если, конечно, ты не придешь за ними раньше.
– За кем?
– За всеми…
– Как вы? – осторожно подала голос Килли, – Вы говорили, что Вольфган решил вас поймать, потому, что знает, что вы за ним придете? Вы поэтому это делаете?
– Отчасти, – затушив окурок в пепельнице, Старпом потянулся, – Больше, конечно, из удовольствия, но и данные соображения имеют место быть. А теперь, после столь вдумчивой беседы, предлагаю поужинать. Или уже позавтракать? Доставай, что там у нас осталось.
…
Тварь, как выяснилось, не торчала постоянно в зале, курсируя по всему замку. А еще не видела Аргуса в упор, что опять таки было крайне странно, так как с одной стороны, это было бы нормально, будь он просто плодом воображения Валента, как сам и предполагал в начале. Однако последующие события и, главное, возможность манипулировать предметами, привели к пересмотру данной гипотезы. Но тварь категорически отказывалась его воспринимать, что, с одной стороны, было хорошо, с другой – представляло известную проблему с тем, как заманить её и запереть.
– Наставник – может, попробую я?
– Я думал об этом, друг мой. Но что, если ты не прав, эта встреча – единична и случайна, и при следующем перезапуске петли я тут не появлюсь?
– Перезапуск? Но она, предположительно, вызывается смертью твари?
– Которую тебе придется ей устроить, если что-то пойдет не так. Поэтому, оставим это все на крайний случай и подумаем. О! А что если вспомнить старую школу?
– Старую школу?
– Да! Я же, как-никак привидение?
– Вам виднее, наставник.
– А что у нас, традиционно, ассоциируется с привидениями?
Хитро подмигнув, Аргус прошел сквозь стену и, пару минут спустя, до Валента донесся звон каких-то цепей. «Где ты, милый? Не заставляй меня тебя искать!» – тварь, судя по всему, также это услышала и пошла на звук, – «Ай, вот ты где! Решил спрятаться от меня? Нет – здесь тебе не скрыться!» Ответом на это стал тяжелый хлопок железной двери, скрежет засова и яростные гулкие удары, перемежаемые угрозами и проклятьями. Подождав некоторое время и убедившись, что выбраться тварь не сможет, Валент поспешил в находящееся за стеной помещение, когда-то бывшее темницей. Аргус уже ждал там и в ответ на незаданный вопрос, поднял какое-то рубище, которое для твари, видимо, просто висело в воздухе, словно те гремящие кандалами призраки-простыни, которых рисовали, иллюстрируя страшные рассказы в дешевых газетах.
– Так вот о какой «старой школе» вы говорили?
– А ты о чем подумал?
– Признаться, это бы я вспомнил в последнюю очередь. Никогда не представлял вас читающим эти глупости.
– Ты думал, я родился таким? С бородой, морщинами и знаниями?
– Конечно нет. Более того – когда я вас впервые встретил, вы казались мне очень старым, хотя были чуть старше, чем я сейчас. Но я привык считать вас таким.
– Издержки наставничества… – Аргус грустно усмехнулся, – Ну ладно… Вернемся к делам. Я, признаться, тут слегка без тебя осмотрелся… Место интересное. Однако, думаю, сперва ты захочешь побеседовать с той штукой, что я запер? Похоже она слегка подуспокоилась.
Кивнув, Валент пошел дальше, с интересом осматриваясь по сторонам. При перестройке замка новые владельцы не использовали старую темницу под что-то более безобидное, а наоборот – отремонтировали и укрепили её. И зная, что семья Вольфганов, идя к богатству и власти, не брезговала ничем, это наводило на мрачные размышления о том, зачем им собственная маленькая тюрьма в уединенном особняке. Но сейчас это оказалось на руку. Старые деревянные двери, даже с металлической оковкой, тварь бы может и снесла. Но вот новые стальные, в стальной же раме даже не сильно дрожали от сыплющихся на них ударов. Подойдя, Валент отодвинул железную шторку, закрывавшую маленькое смотровое окошко. Тварь, наклонившись к нему с другой стороны, злобно оскалилась.
– Ну что ты, милый? Поймал меня? Как это у тебя получилось? Хитрец… Думаешь, что ты самый хитрый, да? Тут нельзя умереть. Поэтому, рано или поздно, я отсюда выберусь. И тогда…
– Боль? Ты говорила что-то про боль?
– Да! Много боли!
– Научишь меня её любить? Я помню. А еще что-то про дракона. Вольфган так меня называл, верно?
– Верно, милый… Верно!
– Тебе не интересно, откуда я это знаю?
– Нет… Я хочу только твоей боли. Только её. Дать тебе то, что ты заслуживаешь!
– То есть, те разы тебя ничему не научили?
– Какие «те разы», милый?
Вместо ответа Валент призвал меч и внимательно понаблюдал за ужасом и смятением в глазах твари, которая была не в силах оторваться от светящегося цветом раскаленной добела стали клинка. Затем удовлетворенно кивнул.
– Ты помнишь его, ведь так? Помнишь, что раз за разом все заканчивалось одним и тем же. Ты видела этот клинок. И ты умирала. Не ври мне – я читаю это в твоих глазах.
– Этого не должно было быть! – не сводя взгляда с клинка, тварь медленно отползла к дальней стене, – Все должно было быть по другому!
– Что? Вольфган тебя обманул? Дай угадаю – он обещал тебе бессмертие, а вместо этого ты стала всего лишь приманкой в его ловушке. Да – технически ты бессмертна. Но это – бесконечный кошмар, каждый раз оканчивающийся твоей смертью.
– Маленькая мерзавка! Это она все испортила! Здесь должен был быть Магистр! Не я! Вольфган хотел оставить в ловушке для дракона его! Он это заслужил! Но она все испортила!
– Кто «она»?
– Ведьма! – тварь метнулась к окошку с такой скоростью, что Валент рефлекторно подался назад, – Маленькая ведьма! Она была дерзкой! Она плела заговоры! Сперва сговорилась с Магистром! Потом – с Том! Она не боялась! Она сделала печать под языком! Она знала, что умрет!
