Текст книги "На дальних берегах. Том второй (СИ)"

Автор книги: sgtmadcat

сообщить о нарушении

Текущая страница: 56 (всего у книги 87 страниц)

– Вон есть интересное место… – Вещь кивнула влево. – Похоже, там довольно закрытая бухта.

– Ага… Только она нанесена на карту как «Бухта контрабандистов».

– Хочешь сказать, не я одна такая умная?

– Похоже на то…

– Слушай, че мы мозг ебем? Спроси у рыжей! Она местная. Может, что подскажет?

– Ты же понимаешь, что Амен – это целый континент? Не остров сраный. И то, что она отсюда, ничего не значит.

– А ты понимаешь, что мне руки и ноги отрезали, а не голову! Я знаю, что это – ебаный континент! Но рыжая буквально отсюда! Из Вастпорт-Сити. Не знала об этом?

– Не то, что бы не знала… – Принцесса кинула быстрый взгляд на карту и по её лицу пробежала глупая ухмылка, – Скорее не так поняла. «Васт Порт» с ихнего переводится как: «Здоровенный порт». Я думала, она про крупный портовый город говорит. Привыкла, что Капитан этот океан «Bezbrezhnyy» называет, то есть «без берегов», аменцы же, оказывается, просто «Огромный». То есть не сразу поняла, что это от названия океана. А как ты узнала, что мы возле Вастпорта?

– Аррр! – Вещь издала яростный рык и некоторое время вращала глазами, давя в себе ругательства, – Ты… Ты, ска… Ты умная, но не надо других-то тупыми считать! Ты тут, при мне курс прикидывала! Вон точка на карте. Вон Вастпорт-Сити на ебаной карте. Как-то, блять, догадалась!

– Не психуй. Я просто недавно объясняла Ирме про то, что такое отпечатки пальцев, откуда они берутся и как по ним человека можно найти. Видимо, еще не отпустило. Но молодец, что контролируешь себя. Видимо, наш тогдашний разговор даром не прошел.

– Да иди ты нахуй!

– Ладно – продержалась, сколько смогла.

– Нет! Только не уши! Ненавижу! Фу! Лучше опять пойло в глотку залей!!!

Но Принцесса, хитро ухмыляясь, смачно лизнула отчаянно мотающую башкой Вещь в ухо и, пока та корчилась от отвращения, пытаясь его вытереть, пошла искать Рыжика. Та обнаружилась на палубе. Делая вид, что оттирает поручни, она глазела на близкий берег. Увидев Принцессу, Рыжик остановилась и уставилась на неё с готовностью и энтузиазмом. Видимо, близость к родным местам заряжала её оптимизмом.

– Мы недалеко от Вастпорта. Ты же отсюда, верно?

– Ну так-то нет… Я в Беллингтоне родилась. Но потом сюда переехала. А что?

– Да мы думаем, где яхту спрятать. Бухту не предлагай. Она на карте есть, значит про неё каждая собака знает.

– Тогда сложно… – Рыжик интенсивно почесала свою гриву, – Я не очень часто за город выбиралась. Точнее всего раз. Когда мы на поезде сюда ехали. Я все, что помню, это фермы разные. И маяк. Не помогла, да?

– Честно говоря, не очень…

– Хотя постой! Я сама не видела, но часто слышала, что возле Беллингтона есть много рек. И там, типа, из-за этого, болота и никто не живет. Может там спрятаться? Если никто не живет, то и яхту никто не найдет.

– А как нам оттуда до Вастпорта добраться?

– Зачем?

– Ну мы же твоего дядю хотим найти?

– Так он в Беллингтоне. Я оттуда в Вастпорт переехала, а он там остался.

– А как он тебя навещал?

– На поезде. Приезжал посмотреть, как я устроилась. Пару раз… Радовался, что я теперь самостоятельно живу.

– Ну да. И в другом городе…

– Ага. А что?

– Ничего… Ладно – погнали, а то торчим тут у всех на виду…

…

«Много рек» оказались здоровенной заболоченной дельтой, поросшей больными на вид деревьями. Выглядело место настолько зловеще, что все притихли, разглядывая узловатые, почти голые ветви, тянущиеся к небу словно скрюченные пальцы мертвеца. А потом среди этого зловещего пейзажа показались строения. Часть была наполовину разрушена, часть еще стояла на сваях над водой, часть уже просела и была наполовину затоплена. Сбросив ход, Принцесса начала присматриваться.

– Это что? Какой-то завод?

– Не знаю, – Рыжик зябко передернула плечами. – Но выглядит жутко.

– Как раз то, что нам надо.

– Думаешь?

– Да. Я хочу посмотреть вон тот ангар. Выглядит достаточно большим, чтобы яхта поместилась туда почти целиком. Если глубина позволяет, то лучше места, чтобы её спрятать, не найти.

– Я не знаю – выглядит точь-в-точь как те места, от которых хочется держаться подальше.

– В том и суть. Заброшено, судя по виду, давно, значит мародерам тут делать нечего. А просто праздные зеваки вряд ли полезут.

– Ну если ты так говоришь…

– Жаль, шлюпки нет, на ней было бы удобнее. Ладно – сплаваем на спасательном плотике. Разведаем обстановку…

Пробковый плотик был очень низким и имел брезентовое дно, так что плыть в нем по черной воде, из которой периодически поднимались пузыри, было крайне не комфортно. Принцесса запоздало вспомнила о громадных крокодилах, которых видела в Островах, и теперь лихорадочно размышляла, что делать, если тут живет что-то подобное. Рыжик, разматывающая канат, привязанный к носу яхты, тоже откровенно трусила. Внутри ангара было довольно светло, так как крыша из дранки давно осыпалась. Однако сами стены, собранные на каркасе из потемневших брусьев, покосились, но еще держались. Внутри было пусто, если не считать остатков каких-то труб на стенах. И мостков.

Кто-то, уже после того, как ангар вместе с окружающей местностью начал уходить под воду, сколотил мостки. На то, что это было после, указывало то, что мостки шли через накренившуюся стену наискось, минуя находившуюся под водой дверь и выходя в окно. Принцесса подгребла поближе, попробовала, как мостки держатся и вылезла на них. Рыжик залезла следом.

– Ну что?

– Да вроде ничего… Должны пройти. Эта развалина скроет очертания яхты и если будут смотреть с моря, то вряд ли что-то заметят.

– А как мы будем до берега добираться? На плотике?

– Не хотелось бы… – Принцесса попинала брус стены, – Стоит, вроде, надежно. Привяжи конец к нему и пусть Ирма подтягивает яхту сюда. Это безопаснее, чем своим ходом пытаться её швартовать. А я пойду гляну, как далеко эти мостки ведут. Может, по ним до суши доберемся.

– Хорошо… – Рыжик, которой не улыбалось тут оставаться одной, покрутилась, – Погоди, я только не поняла, что мне надо привязать?

– Конец… Вот же он у тебя в руках.

– Это канат так называется?

– Канат – это все целиком. В руках-то ты только конец его держишь.

– А-а-а! Поняла. Я просто туплю немного, потому что тут… жутковато… А ты не боишься?

– Боюсь.

– По тебе не скажешь.

Вместо ответа Принцесса показала ей руку с вставшими дыбом волосками, проверила наличие патронов в пистолете и выглянула наружу. Мостки связывали все здания в несколько хаотичном порядке. Неизвестно, кто их строил и зачем, но все выглядело старым, так что возможно, это были рабочие, которые вытаскивали отсюда остатки… чего-то. Назначение данного места оставалось по-прежнему неясным. Свернув, Принцесса заглянула в одно из зданий. Оно было построено по любимой на Амене технологии – каркас из бруса, обшитый снаружи и изнутри досками. Климат тут был влажный, так что все это должно было давно сгнить, однако, дерево каркаса и, частично, обшивки проявляло странную стойкость, хотя все внутренне убранство превратилось в груду гнили. За исключением…

Поколебавшись, Принцесса залезла внутрь и… сердце чуть не встало от безотчетного ужаса! Иррациональный, липкий влажный страх накрыл её с головой, заставив прикусить запястье, чтобы не заорать. И так же быстро отступил, стоило опустить глаза. Отдышавшись, Принцесса помотала головой.

«Жутики», как их называли на борту «Интернационала». Эта дрянь в изобилии гнездилась в темных углах её полуразрушенного дома. Ведьма гоняла их, но они все равно возвращались. «Они»… Тайга как-то спросила, как эти штуки называются, но Ведьма, в своей неподражаемой манере, сказала, что имя может быть у известного. А так как нам эти штуки неизвестны, стало быть…

Стало быть, «жутики» – экипаж такими заморочками не страдал и быстро поименовал данную херню. Но тут от них какой-то другой эффект. Похожий, но немного другой. Возможно, они свои в каждом месте? Ладно… Принцесса прошла по дорожке из бочек, которую кто-то устроил в воде, к облезшему, но нетронутому гнилью шкафу. Там, внутри, обнаружились остатки колб и пробирок. В некоторых осталась какая-то черная жижа, либо налет от этой жижи. И какие-то надписи стеклографом… На секунду ей показалось, что рядом кто-то есть. Замерев, она огляделась. Никого… Наверное…

Наверное, это опять фокусы «жутиков». Рука тянулась к оружию, но усилием воли Принцесса остановила данный порыв. «Жутиков» пистолетом гонять бессмысленно, а если тут и правда кто-то есть и он за ней наблюдает, то пусть наличие у неё пистолета станет сюрпризом. Бочки вели дальше, но лезть туда она не стала и, выбравшись наружу, вернулась к ангару. Яхта была уже почти там.

Ирма, тяжело пыхтя, тянула канат, упираясь обеими ногами в фальшборт, а Рыжик с энтузиазмом махала руками Вещи куда рулить. Понаблюдав за этим, Принцесса вздохнула, поняв, что забыла объяснить Ирме про лебедку, которой это все делалось в разы легче, и просто дождалась окончания процесса швартовки.

– Ну что там?

– Я дошла только вон до тех зданий… Решила посмотреть, что внутри…

– И что?

– Напоролась на «жутиков».

– «Жутики»⁈

– Да. Я не знаю, как их правильно называют. Что-то вроде при… – Принцесса хотела сказать «привидения», но осеклась, – Придурошные такие штуковины, которые встречаются в темных заброшенных местах и могут напугать, если не знать, что они безобидные.

– Пикси? Они любят пугать людей. Но они не такие уж и безобидные. Только откуда они тут? Я думала, они только на Лонге водятся?

– Видимо, не только. Хотя они тут немного иные, чем у нас. Но все равно будьте готовы.

– К чему⁈ – наконец подтянувшая яхту Ирма тревожно оглянулась. – Ты кого-то нашла?

– Да. Знаешь такие штуки, которые встречаются в заброшенных местах и могут напугать?

– Кобольды? Рассказывали, что они в шахтах и пещерах живут и людям пакостят. Здесь они тоже есть?

– Возможно. Тут, судя по пробам, добывали масло, поэтому тоже, вроде как связано с вытаскиванием всякого на поверхность.

– Масло?

– Да. Я нашла несколько колб с пробами. Видимо, там была лаборатория или что-то такое. Тут, скорее всего, склад какой-то.

– А зачем оно нужно? Масло это?

– Не знаю. Видимо надо было, раз такое отгрохали. Меня больше интересует, почему часть досок гниет, а часть нет? Ну потому, что нам лучше понимать, где можно идти спокойно, а где все в труху.

– О! Я это знаю! – радостная, словно ученица, которая выучила урок, Рыжик буквально засияла, – Это болотный кипарис. Он не гниет в воде. У нас в прачечной из него корыта были. И бочки. И полы. И вообще много чего еще. У него такой ствол прикольный – как бутылка. Внизу толстый, а вверху – тонкий.

– Я что-то тут таких деревьев не видела… Только какие-то корявые…

– Да поэтому и не видела! – подала голос Вещь, которую Ирма упаковывала для удобства переноски, так как лезть в чемодан снова та отказалась. – Если тут все построено из этого кипариса, значит они вырубили все взрослые деревья в округе! Логично, да⁈

– Это все заброшено, судя по виду, лет пятьдесят назад. До сих пор не выросло?

– Возможно, это из-за соленой воды? – предположила Ирма. – Деревья соли не любят.

– Ты откуда знаешь?

– У нас так несколько садов погибло. «Почва засолилась».

– Хм… Ладно – буду знать, – Принцесса еще раз внимательно изучила нетронутые гнилью доски, – Значит вот такой цвет и рисунок – это безопасные мостки. На другие лучше не наступать.

– Слушай… – Рыжик еще раз робко огляделась, – А тут точно никого нет? Потому, что их же кто-то строил?

– Не знаю. Я никого не видела. Хотя было нехорошее ощущение, что кто-то рядом бродит.

– Ой! И что будем делать?

– Уходить. Берем провизии, сколько сможем унести, немного одежды, плотик, если придется переправляться, да и спать в нем лучше, чем на земле. Карта у меня только морская, по ней сложно что-то прикинуть точно, так что расстояние я знаю очень примерно. И до Беллингтона нам отсюда дней семь пути пешком.

– Семь дней⁉

– На меня не смотри, – скривилась Вещь, в ответ на испуганный взгляд Рыжика, – я тут ничего не решаю. Да и мне похер, если честно.

– Семь дней… – Ирма, на которую взгляд пал следующей, равнодушно пожала плечами. – Да недалеко, так-то…

– Недалеко⁉ – Рыжик явно не понимала, что её оценка расстояния расходится с таковой у сельской девки, с детства привыкшей наматывать километры по любому поводу.

– Ну да… Всего-то как от моей деревни до города. Хотя если подвезет кто, то можно и быстрее обернуться.

– Вот это, кстати, хорошая мысль, – Принцесса щелкнула пальцами, – Я думаю, тут все прибрежные города связаны дорогами. Если не железными, то простыми. Может, сможем поймать попутный транспорт?

– А может, лучше попробуем доплыть? Ну, на плотике?

– Херовая идея.

– Почему?

– Потому, что мы в дельте реки. Течением нас утащит в открытое море, где нам пиздец.

– Но мы же будем грести?

– На плотике? Против течения?

– Не выйдет?

– Не-а… Так безопаснее.

– Безопаснее?

Рыжик еще раз оглядел местный пейзаж, который даже ясным днем умудрялся быть весьма мрачным. Но Принцесса уже собирала вещи, так что Рыжик покорно последовала её примеру.

…

Через затопленные постройки все шли молча. Рыжику было доверено тащить за веревку плотик, так что она была занята тем, что смотрела, чтобы он не зацепился. Принцесса сделала это умышленно, надеясь, что данное занятие отвлечет ту от ненужных мыслей и переживаний. Она уже поняла, что Рыжик – фантазерка, и если дать её воображению разгуляться, то та навыдумывает хрен знает что.

С Ирмой в этом смысле было попроще. Ирма была робкой, но боялась хоть иногда и странных, но всегда предельно конкретных вещей, вроде того, что её после всего произошедшего не возьмут замуж, или грозы. Кобольды, как и прочие мифологические вещи, принимались ею во внимание, но не более, так как были штуками, которые жили где-то рядом, с ней не пересекались, а придумать, почему их надо бояться, без посторонней помощи Ирма не могла. Да, хорошо что Рыжик занята. Вот эта бы и придумала, и Ирму бы напугала.

Вещь обеспокоенно крутила головой, торчавшей из импровизированного мешка за спиной Ирмы, но она доказала свое, пусть и тупое бесстрашие, так что от неё глупостей можно не ожидать. Да и что на сделает, по большому счету? Лучше за собой следить повнимательнее. Принцесса не то, что была неуверенна в себе, но тот контакт с «жутиками» еще раз напомнил, что её самоконтроль – не более чем иллюзия, и надо не так уж и много, чтобы сердце в пятки ушло.

– Интересно, а аллигаторы высоко прыгают? – внезапно спросила Рыжик, заставив всех остановиться и напрячься.

– Аллигаторы? Которые крокодилы? Ты заметила крокодила?

– Пока нет. Но я слышала, что они подкрадываются под водой незаметно. А вода тут очень темная. Что если он выпрыгнет и ка-ак схватит?

– Я думаю, крокодил в первую очередь схватит плотик. Так что ты веревку зря на руку намотала.

– Ой… – Рыжик быстро скинула петлю с запястья, – И что делать, если он его схватит? Отпускать?

– Волоки за собой! – не удержалась от язвительного комментария Вещь, – До берега дотащишь, там мы его запинаем и сапоги из крокодиловой кожи сделаем.

– Кому?

– Ну не мне же!

– Тебе шапку сделаем… – буркнула Принцесса, которую нервировал этот довольно громкий и бессмысленный разговор, – Целиком башку с зубами, чтобы кусаться было удобнее. Давайте двигаться, а то я тут ночевать не очень хочу.

– Я кого-то видела… – абсолютно будничным тоном произнесла Ирма.

– Тем более, что вон Ирма кого-то уже видела… Что!!? – до Принцессы наконец дошел смысл предыдущей реплики, – Кого? Где?

– Вон там… Маленький такой… Кобольд наверное. Ты же говоришь, что они тут водятся?

– Ты уверена?

– Нет. Я никогда их не видела. Но он вот такусенький. Брови седые и усы тоже. Старенький наверное. Там, в том окне мелькнул.

– Уверена? Может это зверь какой-нибудь?

– Не знаю. Может быть. Но я таких никогда не видела.

– Заебись… – Принцесса обернулась в сторону, где они оставили яхту, затем посмотрела вперед. – Только кобольдов нам тут и не хватало.

– Может вернемся? – робко предложила Рыжик, – Поищем другое место?

– Нет. Сделаем так: сейчас мы доходим до конца этих… этого… города? Прииска? Как вообще это все называется? В общем, доходим до конца и смотрим. Если местность проходимая и ничего страшнее этих «кобольдов» на горизонте не отсвечивает – идем дальше. Нет – вернемся.

– Мы до темноты не успеем.

– Успеем. Дорога назад уже знакома. Двигаем.

Рыжик кивнула и с обреченным видом поплелась за Ирмой, которая бодро топала вперед, проверяя своим весом прочность мостков. Принцесса шла замыкающим, периодически оглядываясь. Пару раз ей тоже показалось, что она видела какие-то силуэты в провалах окон и сквозь дыры в крышах, однако, это легко могло быть просто галлюцинацией, вызванной как самой атмосферой места, так и недавними разговорами. А может и «жутики» постарались? В любом случае, явных поводов повернуть назад не имелось. Значит надо идти вперед…

– Смотрите! – голос Ирмы был как у заводского гудка, так что Принцесса аж подпрыгнула от неожиданности чуть не навернувшись в воду, – Паровоз!

– Громче, блядь, ори! – снова подала голос Вещь, болтавшаяся у неё за спиной, – Еще же не все знают, что мы тут! Акулы, крокодилы, кобольды – всю хуйню созывай!

– Прости… Я просто обрадовалась…

– Чему⁉ Паровоз не видела никогда? – Вещь, после некоторых усилий извернулась так, чтобы посмотреть на ржавый остов небольшого паровоза, торчавшего над водой, – И он уже точно никуда не поедет, дура!

– Заткнись… – Принцесса сделала жест, приказывающий захлопнуть рот, – Я понимаю, что тебе кроме как попиздеть никакого развлечения, но ты уже заебала. А паровоз – это хорошо.

– Думаешь, заведешь?

– Паровоз без рельс не бывает. А рельсы – это как минимум просека и насыпь.

– Мосты еще! – напомнила гордая своими знаниями Ирма, – Железная дорога – штука дорогая! Её не будут строить так, чтобы она никуда не вела.

– Верно. Даже если сами рельсы сняли, то насыпь осталась. И это – относительно ровный, твердый и удобный путь, который выведет нас куда надо. Значит, тогда идем, пока насыпь не покажется из под воды, потом перебираемся на неё и чешем вдоль рельс или того, что от них осталось до рабочего участка. После чего по нему уже добираемся до города. Если повезет, то на попутном поезде.

Эта новость всех взбодрила. Топать по пусть и заросшей, но просеке куда проще, чем продираться через заболоченный лес. Правда, в грязь залезть все-таки пришлось, так как первые несколько сотен метров насыпи, на которой остались только трухлявые деревянные шпалы, были основательно подмыты и представляли из себя вязкую жижу. Однако это обнадеживало, так как раз никто тут мостки не стелил и следов не оставил, значит место довольно надежно заброшено. Выбравшись на сухой участок, Принцесса с облегчением выдохнула и, посмотрев вперед, тихо процедила сквозь зубы: «Да блять… Вот вы где все…».

Следующие метров пятьсот торчавшей из неглубокой болотной воды насыпи были заняты лежавшими, словно бревна, вплотную друг к другу аллигаторами. Остальные уставились на эту картину сперва с испугом. А, потом, с некоторым недоумением.

– Я думала, они большие… – Ирма развела руки словно рыбак, – В одном ресторане в зале чучело висело. Я на него специально ходила смотреть. Так оно весь зал занимало. И там лапы были другие.

– Это – морской крокодил. Они здоровенные. Я их видела.

– А это?

– Это, видимо, речные. Поменьше…

– Может я их это? – Ирма подняла импровизированный дорожный посох, – Палкой…

– Попробуй…

– Меня только оставь! – запоздало заверещала Вещь, – Сука! Куда лезешь, дура! Оно тебя сожрет!

Но Ирма решительно подошла к крайнему аллигатору, который, будучи в длину метра два вместе с хвостом, особого трепета не внушал и треснула его палкой по чешуйчатому хребту. Аллигатор, косивший на нее зеленым взглядом, с неожиданной прытью нырнул в воду. Спустя пару секунд двое соседних последовали его примеру. Проследив за ними взглядом, Ирма пугнула следующих. Принцесса и Рыжик, которая вытащила плотик из воды и теперь тащила его на голове, видя, что все получается, подошли поближе.

Тем временем, Ирма уже по хозяйски орудовала палкой, разгоняя рептилий с дороги. Привычная иметь дело с деревенской живностью, она быстро начала воспринимать их как просто странную скотину, так что когда довольно крупный аллигатор решил не уходить с дороги, угрожающе открыв пасть, то без разговоров получил промеж глаз с какой-то сельской присказкой и быстро ретировался в воду.

Вещь, раздосадованная, что публично продемонстрировала страх, молча косилась по сторонам в попытке рассмотреть аллигаторов, о размерах которых имела только смутные понятия, но, видимо, тоже считавшая, что это что-то большое и с людоедскими наклонностями.

От той легкости, с которой удалось пройти через такую толпу пугающих, на первый взгляд, тварей, у всех приключилась легкая эйфория. Но, перед тем как остановиться на ночлег, все равно шли до тех пор, пока окончательно не стемнело, дабы убраться от этого места подальше. А, остановившись на привал, первым делом разожгли костер. Да – огонь мог привлечь двуногую угрозу, однако было серьезное сомнение, что кто-то захочет шататься по болотам, кишащим аллигаторами, по ночам. К тому же следов недавнего пребывания людей они так и не встретили. Зато количество хищного зверья успели оценить воочию.

Сырые ветки загорались неохотно, однако Ирма всех удивила, достав из торбы с припасами, которую тащила на груди, дабы уравновесить Вещь, брезентовую рукавицу, набитую промасленной ветошью, которая радикально ускорила процесс.

– Класс! Ты когда успела? – выразила общее мнение Рыжик, – Я даже не сообразила!

– Ну мы ж еду брали. А еду готовить надо. Значит костер. Сухого хвороста тут не найти. Ну я и вспомнила, что там где машина, куча тряпья масляного валялось. В доме им огонь разжигать нельзя – вонять будет. Меня тетка за такое порола несколько раз. Костер же что не разжечь?

– Это все прекрасно… – подала голос все еще болтавшаяся у Ирмы за спиной Вещь, – Но вы посмотрите вокруг…

Остальные обернулись. В том месте, где они расположились, до воды было уже метров по пятьдесят в обе стороны. И вся она, что по левую сторону, что по правую, была покрыта парными зелеными огоньками.

– Это то, что я думаю? – задала риторический вопрос Принцесса.

– А что ты думаешь? – не поняла Рыжик, – Погоди! Это что – глаза? Точно! Это же свет костра в глазах отражается! А чьих?

– У тебя много вариантов?

– Ты хочешь сказать, что это все – аллигаторы⁉

– Надеюсь, что только они.

– А кто еще?

– Да хрен его знает, кто тут водиться может? Это ты у нас местная. Вообще-то мы тебя должны спрашивать.

– Я-то откуда знаю? Я городская.

– Кобольды! – подсказала Ирма, – Хотя они вряд ли с крокодилами вместе там сидят.

– Прелестно… – буркнула Принцесса, еще раз оглядывая пейзаж, – Дежурить ночью будем по двое. Сперва Ирма и Вещь, потом мы с Рыжиком.

– Хорошо… – Ирма покладисто кивнула, – Только у меня часов нет.

– У меня есть. Держи.

Принцесса достала наручные часы и вручила их Ирме. Та благодарно кивнула, приложила к уху, чтобы послушать как те тикают, затем надела на запястье. Вещь немного побухтела по поводу того, что её никто ни о чем не спросил, но все слишком устали, так что Принцесса просто предложила той идти нахер и завалилась в плотик спать.

…

«Вставай» – Принцесса мучительно разлепила глаза. Она уже успела забыть каково это – вставать посреди ночи, чтобы принять вахту. Рыжик скрючилась рядом, закинув на неё ногу. При попытке разбудить она недовольно захныкала, так что пришлось как следует потрясти, чтобы вернуть из сладких снов в реальность.

– Что? Уже?

– Ага. Добро пожаловать в мой мир. Это называется «вахта». Её надо тащить вне зависимости от того, насколько ты устала, вымоталась или заебалась.

– Куда тащить?

– Это выражение такое: «Тащить вахту». Капитан так говорил.

– А… Ох… Ладно – пойдем тащить…

Встав, Рыжик, тяжело волоча ноги, обошла площадку с костром по кругу, ища, где бы уединиться. В темноту, однако, уходить побоялась и присела неподалеку. Принцесса, дождавшись пока та закончит, подкинула в костер веточек и оглянулась на болото, которое все еще светилось глазами аллигаторов.

– Все тихо было?

– Ага! – кивнула укладывающаяся Ирма, – Только кобольды достали.

– Ты их опять видела?

– Да. Они вокруг бегают. Банки от еды, которые ты выкинула, утащили.

– Серьезно? Прям кобольды?

– Я их тоже видела, – внезапно подала голос Вещь, – Один к вам подкрался. Я его спугнула.

– И на кого они похожи?

– Да хуй его знает. Из-за костра в темноте ничего не видно. Я только шорох услышала, рявкнула, и он съебался.

– Может это зверь какой-нибудь?

Взяв головешку, Принцесса посветила на землю возле плотика, чтобы поискать следы. И нервно икнула, увидев следы крохотных, но очень похожих на человеческие пятипалых ступней, а рядом – отпечатки ладоней с длинными пальцами. И почти развязанный узел на веревке, за которую Рыжик тащила плот. Поскольку звери с человеческими руками, умеющие развязывать узлы, Принцессе были незнакомы, она изрядно напряглась.

Ирма, которая к наличию кобольдов под боком относилась философски, тем временем устроилась спать, уложив Вещь рядом, так что Принцесса вернулась к костру, кинула головешку обратно и принялась осматриваться, прислушиваясь. Рыжик сидела на мешке с консервами, откровенно клюя носом.

– Не спи…

– Я не сплю!

– У тебя глаза были закрыты.

– Я просто это…

– Моргнула. Ме-едленно моргнула, да?

– Ага! – кивнула Рыжик не уловив издевки. – Мне такой хороший сон снился…

– О чем?

– Сложно сказать… Во сне все всегда нормально. А когда просыпаешься, это такой ерундой кажется. Что-то про дом. Здоровенный такой дом, где у каждого своя комната. Мы его случайно нашли. Он был вообще ничей, можно было его занять. Только надо было там полы подмести, окна протереть и можно было жить.

– Прямо как у меня в детстве.

– Ты жила в большом доме?

– В половине большого дома.

– А во второй кто жил?

– Её не было. Она вместе с куском скалы обвалилась.

– Оу… А ты не боялась, что вторая тоже обвалится?

– Боялась. Но другого дома у меня не было.

– Это твой дом был?

– Фамильная, ебать её в рот, усадьба.

– То есть ты – дворянка⁉

– Дворняга я. Мои предки пиратами были. Много золота награбили. Мне не осталось. Я же вроде рассказывала?

– Я думала, ты это сочинила, чтобы их там всех обмануть? Как то, что коком была.

– Не. Это все чистая правда.

– И про Принцессу Жанну?

– Да. Меня же именно поэтому «Принцессой» и называют.

– А «Жанной» почему?

– Поэтому же! В честь неё назвали.

– Прости – я туплю… – Рыжик виновато улыбнулась.

– А ты откуда? В смысле, что ясно, что из Беллингтона. Я имею ввиду, где твои родители?

– Умерли.

– Прости…

– Да ниче. Папа был славным парнем, а мама просто оказалась не в том месте не в то время. Так дядя рассказывал.

– Понятно, почему он хотел, чтобы ты жила в другом городе.

– Ну да… Дядя всегда говорил, что мне лучше держаться подальше от его дел. И выглядел виноватым. Наверное потому, что мама с папой подальше не держались, – глубоко вздохнув, Рыжик махнула рукой, отгоняя москитов, после чего покосилась на Принцессу, – А ты правда хочешь этого Пилу искать?

– Почему нет? Если он знает нашего Старпома и поладил с Капитаном, то, возможно, он нам поможет. А что?

– Ничего. Просто дядя его знает очень хорошо… И он строго-настрого запретил мне кому-то об этом говорить. И вообще его упоминать.

– Этот Пила – важный парень?

– У него много врагов. Ну, дядя так говорит.

– Значит, важный, – Принцесса на миг задумалась, потом беззаботно махнула рукой, – Ну и хорошо! В конце концов, почему только у них могут быть важные друзья?

– У кого «у них»?

– Ну, у этих всех… которые против нас. Пусть и на нашей стороне в кои-то веки кто-то большой и влиятельный окажется. Это же здорово, верно?

– Ну да… Ты правда думаешь, что он нам поможет?

– Конечно! И дядя твой, если что, за нас словечко замолвит. Он же замолвит?

– Не знаю. Наверное… Я его попрошу, если что. Скажу, что ты для меня сделала.

– Вот и слав… но…

– Что такое?

– Тихо… Не дергайся! Видишь там… Возле того куста⁉

– Нет… – Рыжик, которая все это время таращилась в огонь, подслеповато поморгала, – А кто там? Кобольд?

– Не знаю… Но похоже на то, что Ирма описывала. Седые брови и бородка. И глаза светятся.

– Большой?

– Нет. Крохотный… Понял, что мы его заметили. Убежал…

Сбоку раздался грохот жести. Резко обернувшись, Принцесса успела увидеть стремительную тень, выскочившую почти из под Рыжика. Та, ойкнув, тоже подскочила и удивленно уставилась на развязанный мешок и раскатившиеся банки.

– Залезли, суки, пока мы болтали. Тот, которого я заметила, наверное на стреме стоял, пока остальные веревку распутывали.

– Много украли?

– Надо будет пересчитать.

– Это прям кобольды?

– Понятия не имею, но они мелкие, шустрые и умные. Давай-ка завязывать с болтовней и смотреть в оба. А то без еды нам тут хреново придется.

…

Небольшое заведение, находившееся в тихом закутке шумного столичного центра, носило неофициальное название: «Ничего лишнего». И это касалось не только отсутствия вывески или всяких глупостей вроде живого оркестра, который был в моде по причине обилия музыкантов, готовых играть за еду. Это касалось и лишних разговоров. Никто тут не изливал душу бармену, а он, в свою очередь, не задавал вопросов, отчего прилично выглядящий джентльмен решил употребить бутылку в одно лицо.

Всё потому, что тут спускали пар особые люди с особыми полномочиями и особыми проблемами. Которые не говорили о них даже в таких особых местах, а просто закидывали в себя шот за шотом, мрачно глядя в стол. Томпсона тут помнили. Он был в отставке, так что мог позволить себе некоторые вольности. Например, вручить бармену небольшой сувенир в виде резной деревянной коробочки.

– Это что?

– Есть там у нас один парень – Сэмми. Хорош в работе по дереву. Почти достопримечательность местная.

– А для чего это?

– Понятия не имею. Я в такой мелочь держу.

– Спасибо… – поставив коробочку под стойку, бармен вопросительно кивнул, – Тебе налить?

– Нет – я пришел навестить Теренса. Давно не видел старика…

Бармен вместо ответа кивнул куда-то вглубь помещения, где за столиком сидел человек в безукоризненном костюме и внимательно изучал этикетку на бутылке. Когда Томпсон подошел, он, не отрывая взгляд от этого «увлекательного» зрелища, жестом предложил тому сесть и, не здороваясь, сразу перешел к делу.

– Что, Марш, пришел спрашивать про малыша Бобби?

– С чего ты взял? Я что, не мог там соскучиться по твоей кислой роже и местной духоте?

– Сам знаешь – на нашей службе очень важно правильно понимать намеки. А тут все довольно просто: сперва малыш Бобби с другом едут туда к вам. Потом ты прибегаешь оттуда сюда к нам. Что он опять натворил?