Текст книги "На дальних берегах. Том второй (СИ)"

Автор книги: sgtmadcat

сообщить о нарушении

Текущая страница: 79 (всего у книги 87 страниц)

– Как и полагайтся лидер культ… Шайсе… Это было бы крайне странный совпадений, конечно, однако проверийть все есть необходимо. Возвращайтся к вентиляция. Вы как механик, что есть считайт?

– Э! На камбуз она идэт, да! Нэ на малэнький, где ми тот «Повар» прирэзалы, а на болшой.

– Гут выбор! Камбуз есть много еда – возможно наш неизвестный существо есть голодный.

Доктор жестом приказал показывать дорогу. Багир, согласно кивнув, повел всех вниз, прямо через гниющие запасы Повара. Наемники это уже видели, а вот на тангароа это произвело впечатление и шаману пришлось совершать ритуал очищения, чтобы успокоить соплеменников.

На большом камбузе, где готовили для арестантов, царил разгром. Выпущенные из карцера безумцы разнесли решительно все. Однако в данной ситуации это наоборот сыграло на руку. Расположение вентиляционной отдушины Багир вычислил довольно быстро и Доктор, светя себе фонариком, с интересом изучил след в рассыпанной по полу крупе.

– Хм… Оно есть передвигайтся по земле неожийданно бодро. Судя по след, у нас маленький головоломка… О! Гут каламбур! Так вот, у неё есть много маленький гибкий ножки… Куда же ты на них сбегайт?

– Осторожнее, синьор, – Марио попытался притормозить впавшего в охотничий азарт Доктора, – Оно способно проломить человеку череп!

– Найн! Кость нихт сломайн. Это больше похоже на химичейский растворений… Я думайт, оно проникайт в череп бедняги после его смерть. После чего питайтся мозг, расти и после вырастаний, выползайт наружу.

– Но тогда почему оно побежало сюда, синьор? На палубе полно мертвых тел?

– Возможно, человейческий голова есть укрытий для личинка? Твердый череп такой размер быть непреодолимый препятсвий для многий хищник. И много высококалорийный еда! Там отложенный личинка растет, обзавойдиться твердый панцирь и выползайт в большой опасный мир уже защищенной. После чего ей надо поесть, спаривайтся и повторяйт свой цикл с новый тела!

– Спариваться? – Марио тревожно осмотрелся, – Вы предполагаете, что оно тут не одно?

– Я нихт знайт. Возможно найн. Возможно, оно зря искайит себе пара тут. А возможно, оно есть способно к самооплодотворений. Природа есть удивийтельно изобретайтельна в этот смысл!

– То есть, пока ты жив, эта штука безопасна? – уточнил один из наемников.

– При её размер тело, она вряд ли имейт возможнойсть вредить вам физийчески. Я бы опасался токсин. Нихт хватайт её руки, если видеть…

– Доктор Ганс так уверенно о ней говорит, – шаман уважительно склонил голову, – как охотник, читающий следы. Тиму-ихи почти со всем согласен.

– Почти?

– Этого недостаточно?

– Найн, но если вы считайт, что в мой выводы есть слабый место, то указывайт на них, битте…

– Просто Доктор Ганс никогда не ловил осьминогов.

– При чем тут есть осьминог?

– Это не след маленьких гибких ног, как вы сказали. Это след кучи тонких щупалец. И череп… Маленькие осьминоги любят прятаться в раковинах от ракушек. Чем череп не раковина?

– Вы предполагайт, что мы имейт дело с существо, похожий на осьминог?

– Тиму-ихи просто говорит, что видят его глаза.

– Гут версия. Многое объясняйт! Данный судно наверняка бывайт в разный воды, где на него попадайт разный неизвестный нам виды животный. Правда, я нихт встречайт описаний чего-то подобный в научный литература. Но это только означайт, что мы, возможно, идти по след еще не описанный вид!

Почему-то это всех немного успокоило. Одно дело искать загадочную тварь, способную пробить череп и выжрать мозг, и совсем другое – гоняться за небольшим странным осьминогом. Пусть и селящимся в человеческих головах. Чтобы упростить поиски, Багир попытался восстановить освещение, однако Мьюэл и его люди все знатно покорежили.

К счастью, у наёмников были электрические фонари, а тангароа, найдя масло и мешковину, накрутили себе факелов. Доктор, правда, опасался, что использование открытого огня может привести к пожару, но шаман заверил, что люди, живущие в домах из дерева, обращаются с огнем достаточно аккуратно, чтобы не спалить железный корабль.

– Итак… Оно есть ползайт в тот направлейний, ловко перебирайт свои маленький шупальца по пол и прятайтся…

– Ох тыж холера! – посветив в указанном направлении, Михай вздрогнул и покосился на остальных. – Все цию херовину бачат, я надеюсь?

– Я вижю, – подтвердил Багир, – правда нэ знаю, что имэнно я вижю.

– То добре… А то я вже спужався, что ебу дался ненароком.

– Па моэму, эта какой-то бак, который рядом стаыт, да? Нет?

– Я, пан, вот шо вам можу казати: хуйня дюже странная, а коли мы маемо дело з дюже странною хуйнею, на то вон там пан шаман со свитой е. Пусть вин з нею и знайомиться, бо странная хуйня – то по его части, а мы – механики. У нас своей странной хуйни богато.

– Тиму-ихи это кажется техникой, разве нет? – шаман был озадачен не меньше остальных.

– Мамой клянус! – торжественно приложил руку к груди Багир. – Нэ тэхныка это! Вабшэ нэ похожь! Пыздэц какой странный хэрня это! Который пытаэтся прытварытся бальшой бак!

– Считаешь, что пришла пора Тиму-ихи сказать свое слово?

Шаман сделал шаг в сторону странного явления. Потом еще один. Затем, высунув язык, скорчил рожу и заорал, пытаясь напугать неизвестное. Видно было, что желание соваться к нему у него отсутствовало начисто, однако отступить на глазах у всех не давала гордость, так что, громко топнув, он сделал выпад, прощупывая намерения оппонента. Однако неизвестное не реагировало, что с одной стороны обнадеживало, с другой, не добавляло ничего нового к уже известному. Доктор, наблюдавший за шаманскими методиками исследования, скептически скривился и Тиму-ихи, увидев это, оглянулся на сопровождавших его тангароа, жестом потребовав у них факел.

– Вы есть хотейт это поджигайт?

– Духи боятся огня…

– А если это нихт дух, а что-то взрывоопасный?

– Тогда мы взорвемся.

Совершив столь логичное умозаключение, шаман ткнул факелом в странную штуковину и это внезапно возымело эффект. Штуковина от соприкосновения с огнем пошла волнами, превратившись в каскад длинных волосков, втянувшихся в сливную дыру в полу возле бака, который она весьма неубедительно пыталась изображать.

– Оха! – сам не ожидавший, что это поможет, шаман удивленно охнул и обернулся. – Вот же! Как Тиму-ихи и говорит – духи боятся огня.

– Животный есть тоже, – Доктор принялся подбираться к сливу, – а еще осьминог, блестящий аналогий с который вы есть приводийт, являйтся мастер мимикрия.

– Э, да! – Багир возмущенно взмахнул рукой. – Какой мастэр, да? Ми эго сразу выкупил!

– Думайт, все дело в том, что данный суйщество нихт разбирайтся в техника на должный уровень. Осьминоги есть мимикрировайт под окружающий среда, состоящий из биологийческий объект. Однако и рукотворный бак он имитировайт достаточно точно, чтобы вы понимайт, что это бак. Странный, гроссе нихт правильный, но бак… И теперь он есть убегайт в сливной отверстий. Есть идея, как его оттуда достайт?

– Е одна мысль… – обойдя Доктора, Михай заглянул в упомянутый бак. – От дебилы мамины, не закрыли горловину и теперь там якись жаба вже икру отложила, или шо то за херня на дне? Ладно – пити мы это в любом случае не будем, так шо…

Пнув сливной кран, Михай и остальные отскочили в сторону, наблюдая как струя воды хлещет из бака на пол и бурным потоком исчезает в сливе. Дождавшись, когда вся вода сольется, Михай сделал жест фокусника, только что заставившего исчезнуть всю одежду с ассистентки.

– Ось так, паны, мы обретаем полную определеннисть з местонахождением цией тварюки.

– И где она теперь есть пребывайт?

– В цистерне з отходами, як я розумею.

– Гут! Где она?

– Пан Багир должен знати.

Багир задумчиво пошевелил усами, затем повел всех вниз в машинное, где нашел стальной лист, закрывавший емкость с льяльными водами и, дав знак, что сейчас будет плохо пахнуть, оттащил его в сторону. Все шарахнулись в сторону, однако запах оказался, на удивление, вполне приемлемым. Причем самого Багира это удивило не меньше. Взяв фонарь, он посветил вниз и, понимающе кивнув, принялся бегать вокруг двигателей.

– Что такое, синьор? – поинтересовался Марио, не понимавший причины такой активности.

– Нэ пахнэт! – Багир заглянул вниз и покрутил головой. – Воотщэ нэ пахнэт, да!

– Но это же хорошо?

– Ты сам выдэл, сколько там тэл было. И как там пахло!

– Ну да… Мамма-мия – как вспомню… Зрелище под стать аромату…

– А тэпэр эго нэт. Что это значыт?

– Что, синьор?

– Шо тут где-то паливопровод пробит, – догадался Михай, – и з него гарта туда сифонит. Вона там усе и пожрала. Оттого и вони нема.

– Вэрно! Ани тут пэрэстрэлка устроил! Двигатэл не прастрэлыт – балшой очэн. А вот трубка топливный – гавно вопрос!

– Я правильно понимайт, что там внизу все есть залито гарта? – осведомился Доктор, – И мы есть смывайт это суйщество туда?

– Нэ туда. Туда! – Багир указал в сторону бассейна, – Там цистэрна с грязный вода. Но мы, когда сюда залэзлы, лючок мэжду нимы снялы.

– То есть имейтся вероятносйть…

– Нэт… Вот он, лючок… Наполовину затоплен… Надо насосы включит – утонэм нахэр. Или сгарым… С огон отойдите, да!

– Просто шоб вы знали, пан, я то не специально! – Михай виновато развел руками. – Я про то не знав.

– Понимайт… Просто вероятнойсть его выживаний в данный среда равна ноль… И гарта нихт только убивайт его, но и уничтожайт все ткани. Мы есть упускайт шанс находийть еще неописанный вид живой существо. Меня это огорчайт.

– Ну шо я могу делати, пан? Може, пошукати там багром? Вдруг зацепим?

– Э! Плэват на этот осьминог, да! – видя, что Доктор с Михаем расстроены, Багир решил прийти на помощь. – Ми тут такой хэрня нашли – эбнэшся, да!

– Вы про ту штуковину на заваренной лестнице? – поинтересовался Марио. – О да! Кстати! Раз уж тут все – и синьор Доктор, и синьор шаман, то может быть вы сумеете понять, что это такое. Потому что мы с ним общаться, честно говоря, не рискнули.

– Пакажы им, – повелительно махнул рукой Багир, – ми пока тэч топливо атыщэм. Только осторожно будь, да! Помнишь какой хуйня с нами был? Вот такой чтобы нэ было!

…

Камушек, сияя от радости, притащила воду. Ей нравилось быть полезной, так что Бардья старался давать той мелкие поручения. Так что, попив воды, Бардья попросил уточнить, что там с обедом. Гаспар, лежавший на соседней койке, одобрительно цыкнул вслед метнувшейся исполнять Камушку.

– Ты понимаешь толк в ординарцах… Я не про наряд, если что. Я про исполнительность. Где взял, если не секрет?

– Сама прибежала. Насколько я понимаю, она изгнанница.

– Насколько понимаешь?

– Ну мы не то, чтобы об этом много говорили. Точнее, вообще не говорили. Я в сознание-то пришел сравнительно недавно. А она вокруг меня хлопотала. И других граков в округе не было. По одиночке они не ходят, так что…

– Ну да. Логично. Однако, ты бы выяснил, на всякий случай, что она натворила.

– Зачем?

– Не хочешь знать, из чьих рук берешь еду?

– На самом деле – не особо.

– Почему? – Гаспар удивленно вскинулся, – Я тут, уж извини, немного порасспрашивал о вас. И о том, как «взяли» вашу команду. Думал, такой урок должен заставить задуматься про то, что тебе подносят?

– Должен, – Бардья рывком сел, – но жить, постоянно ища подвох везде и во всех?.. Мне не нужна такая жизнь.

– Тогда ты её потеряешь.

– Чтобы потерять, надо иметь. А жизнь крысы, вздрагивающей от каждого шороха, это не жизнь.

– Я придерживаюсь другого мнения.

– Помогло?

Гаспар некоторое время смотрел на Бардью оценивающим взглядом, затем, внезапно, раскатисто, мощно расхохотался.

– Ладно, этот раунд за тобой… Но все-таки, тебе что? Совсем не интересно, что с ней произошло?

– У нас тут со всеми что-то произошло…

– И с тобой?

– И со мной.

– Что, если не секрет?

– Я в зоопарке родился.

– О! Я-то думаю, почему ты материшься по-гюйонски. Помню я эти экспозиции. Посещал как-то в детстве. И это все?

– Мало?

– Ну, как бы, не думаю, что это сильно отличается от рождения в приюте или работном доме.

– А у нас тут соревнование по херовому детству?

– Ну да. Как-то не туда разговор зашел… – Гаспар достал сигареты и угостил Бардью. – Значит, ты у них боцман?

– У кого: «У них»?

– Марио и Багир. Ничего ребята… Сумели даже меня удивить. Я всю дорогу считал «вольных» просто бродягами, но твои парни знают, как прогнуть мир под себя.

– Это больше Капитана заслуга.

– Не прибедняйся.

– Я серьезно. Марио – рулевой, Багир из механиков. У меня из палубной команды, стыдно признать, в основном девки.

– Девки?

– Да. Федора тоже в рулевые перевели. Паренек не то, чтобы шибко умный, но старательный. Капитан такое любит. Обмылок в порту свалил, как деньги получил… – Бардья вздохнул. – Я не то, чтобы жалею – морская жизнь явно не для него. Просто знал его давно. Вместе на борт пришли. Но да ладно. Он там не пропал – и тут не пропадет. Как бы только деньги голову не вскружили.

– Лучше когда голова кружится от денег, чем от голода… И кстати о нем? Где твой ординарец? Что там с обедом?

– Уже несут…

– Ты как определил? – Гаспар принялся крутить головой. – Услышал? А! Ты увидел в щель!

Боцман кивнул и указал на широкую щель в двери, через которую было видно как Камушек тащит миски с едой. При всей своей преданности происхождению, Бардья так и не смог привыкнуть к кухне Тангароа. Гурманом он себя тоже не считал, но был куда более разборчив, так что отчаянно скучал по кормежке на борту «Интернационала». Но выбирать не приходилось и, взяв у сияющей от радости Камушка миску, он принялся за еду.

Вместе с Камушком внутрь зашли виху и Янек. Виху осмотрела вверенных ей на время отсутствия доктора пациентов, после чего ушла куда-то вглубь хижины, служившей палатой для выздоравливающих. Все уже привыкли, что она не особо объясняет и никак не комментирует свои действия, так что просто проводили её взглядом, после чего Янек подошел к Гаспару.

– Вы как, командир?

– Бывало и лучше. Но бывало и намного хуже. Мне не отчекрыжили ногу. Возможно зря, но Доктор говорит, что хочет попробовать её мне сберечь.

– Да. Вон та нелюдь, как он говорит, может с этим что-то сделать.

– Я в курсе. Форбуржец полоскал мне мозги где-то час, прежде чем взяться за нож. Собирал что-то там свое врачебное. У него чудовищный акцент и он наслаждается своей ученостью – жуткое сочетание.

– Вы ему тоже сразу понравились.

– Ой, да иди ты в Бездну со своими подколками. Кстати, где он? Я его что-то давно не вижу?

– Поплыл с ребятами и местным шаманом на судно. Они там нашли что-то, что хотят посмотреть поближе.

– Что они нашли там такого, что не обнаружили мы за это время?

– Труп с съеденными мозгами.

– Съеденными?

– Не знаю точно, но парни говорят, что башка пустая, как кокос. И оттуда что-то вылезло. Они поехали это ловить.

– А доктор знает толк в развлечениях… Чем заняты остальные?

– Часть поехала с ними, остальные тут. Я приказал разбить лагерь и приводить в порядок катер и снаряжение. После такого нам желательно быть в готовности.

– Это правильно… – Гаспар на секунду замолчал, потом поманил Янека поближе, – Слушай… а где Аптечка?

– В лагере, а что?

– Не пойми меня неправильно, – Гаспар окончательно перешел на шепот, – но я – капитан наемников, а он – всего лишь боцман. Однако посмотри, какое у него обслуживание. И какое у меня…

– А! О! Понял… – бросив быстрый взгляд на Камушка, которая крутилась вокруг Бардьи, Янек понимающе кивнул. – Единственное, что насчет одежды…

– Не важно. Вопрос в уважении.

– Хорошо. Скажу ей, что вам нужна сиделка…

– Какая сиделка, дурак! Назови это как-то по-другому! Я еще не настолько стар!

– Попробую что-то придумать.

– Хорошо! – понимая, что они выглядят подозрительно, Гаспар снова перешел на полную громкость. – А как там дела в целом? Парни просидели много времени, ожидая нас. Наверняка рвутся в бой! Ждут нового дельца?

– Вот как раз об этом я и хотел поговорить, командир, – теперь уже Янек перешел на шепот, бросив быстрый взгляд в сторону Боцмана. – Эти вольные хотят нас нанять.

– Нанять? В смысле за деньги?

– А как еще?

– Ну бывают люди, которые думают, что если мы поварились в одном дерьме, то, считай родня и все такое…

– Нет. Они готовы заплатить.

– Сразу? Не потом, не в рассрочку, не после того как?

– Сразу, – сверху, со стропил, раздался голос с непередаваемыми нотками брезгливого высокомерия. – Сразу и золотом…

Спрыгнув, Ур приветственно махнул Бардье, покосился на Камушка, которая, видя что-то с когтями и клыками, инстинктивно слилась с местностью, и, достав из «разгрузки» золотую монету, продемонстрировал её Гаспару. Тот посмотрел на неё, потом на Бардью и, в конце, обменялся многозначительными взглядами с Янеком.

– Ты нас подслушивал?

– Ну, само собой… Нужно быть полным идиотом, чтобы этого не делать.

– У нас это считается довольно невежливым…

– Обезьяны, что с вас взять? – это было произнесено таким устало равнодушным тоном, что даже Камушку стало понятно, насколько Ур плевать хотел на человеческие приличия.

– Ладно… Вернемся к золоту, – Гаспар улыбнулся, давая понять, что это его интересует куда больше, чем этикет. – Сколько его у вас?

– Достаточно.

– Достаточно для чего?

– Достаточно, чтобы люди Чойса, а вы его, как я понял, знали, устроили захват нашей команды. Следовательно, этой суммы достаточно и для обратного.

– Это не так работает.

– Именно так это и работает. Да, у Чойса команда была меньше вашей. Но он и классом повыше, так что я вам предлагаю расценки высшей лиги. Хоть раз поработаете за нормальные деньги.

– С чего ты взял, что мои парни хуже, чем его?

Вместо ответа, Ур снял со спины трофейный пистолет-пулемет и продемонстрировал Гаспару. Тот взял оружие, осмотрел его, оттянул затвор, проверив канал ствола и одобрительно кивнул.

– «Сиг». Хорошая вещица. Качественная отделка, все подогнано. Дорого стоит. Похвастаться решил?

– Показать, чем вооружены настоящие профи. Мы сняли десяток таких с людей «Ямы» на борту того плавучего кладбища.

– И сколько из этого десятка досталось нам? – Гаспар еще раз посмотрел на оружие в руках и понимающе кивнул. – А! Так ты не хвастался! Ты нам нашу долю принес!

– В смысле? – Янек непонимающе уставился на командира. – Это все?

– «Каждый уважающий себя капитан наемников должен знать основные способы дележа награбленного», – продекламировал Ур. – «По заслугам, по справедливости, по божески, по уму, по совести, по братски, поровну, пополам…» Я поделил по справедливости.

– Этот наглый кусок меха определенно бывал в Порто! – хохотнул Гаспар в ответ на возмущенный взгляд Янека. – Во всяком случае, я слышал подобное именно там. Вот откуда он знает расценки!

– Знаю. А еще вам как минимум месяц восстанавливаться после операции. Ваши люди могут либо просто так просидеть это время, охраняя вашу жопу, либо потратить его с пользой.

– Нам не обязательно сидеть, – буркнул Янек, уязвленный несправедливостью дележки и не понимающий, почему командир так легко это принял. – Мы уже можем двигаться.

– И в случае осложнений надеяться, что ваш фельдшер разберется. Вероятность этого невелика, однако кратно выше вероятности найти тут другого доктора. Это к слову о том, как я определил, из какой вы лиги. Вы себе не можете даже полевого медика с образованием позволить. Так что не лохмать мне уши, обезьянка. Давайте, пообщайтесь тут между собой, а я пойду, тоже что-нибудь перекушу…

Выйдя, для разнообразия, через дверь, Ур демонстративно её прикрыл, давая понять, что ему более не интересны их разговоры. Янек проводил его хмурым взглядом, затем посмотрел на Боцмана, который усиленно делал вид, что не понимает, что происходит, и тяжело, по-бычьи выдохнул через ноздри. Гаспар, который лежа поглаживал пистолет-пулемет, любуясь ладно сделанным оружием, с усмешкой поднял на него глаза.

– Ну что? Я передал «Тротиловых Мартышек» под твое командование. Решай сам.

– Мне не нравится этот хвостатый мудак.

– Почему? Тебе не по душе, как он с тобой общается? Ты можешь попробовать поставить его на место…

– Вы думаете, стоит?

– Сомневаешься?

– Если это отставник, то он может быть крайне неприятной тварью…

– Янек, мальчик мой! Неужели ты, наконец, понял, что не стоит истерить как какой-то кабальеро и хвататься за оружие просто потому, что собеседник не обращается с тобой как с крутым и опасным мужиком?

– Я так никогда не делал!

– Ну разумеется! И я никогда не вытаскивал тебя из переделок, куда ты влетал с двух ног просто потому, что хотел кому-то что-то доказать. Видимо, меня уже начала подводить память.

– Я просто…

– О, задница святой Агиллы! Да прекрати оправдываться! Ты – командир наемной роты! Думай, как командир наемной роты. Он сделал тебе хорошее предложение?

– Неплохое… Надо еще выяснить, с кем будем иметь дело, но, учитывая, как мы поиздержались за это время, и то, что это – полновесное золото…

– Так что тебе не нравится?

– Я не доверяю ему. Китты славятся подлостью и коварством. Он не скрывает, что подслушивает, и специально пришел поиздеваться над нами…

– Ты про это? – Гаспар поднял пистолет-пулемет.

– А вы считаете, что это не издевательство?

– Нет! Он все поделил по справедливости. Как и сказал.

– Отдал нам один, а остальные забрал себе⁉

– Именно! Меня не было, тебя не было. Хорошие стволы были. Он забрал их для своих людей, а нам скинул хлам. Отсутствуй он – разве ты бы не приберег лучшее для своих парней? Я бы точно так и сделал.

– Поэтому вы не стали возражать?

– А кем бы я был, если бы возмутился тому, что со мной поступили так, как я поступал с другими много раз? «Если делить честно, то поровну не получается», – помнишь, как ты услышал это от старого ворчуна, а затем кинул тому фессалийцу?

Янек, на некоторое время замолчал, раздумывая, затем медленно и неохотно кивнул… Гаспар, наблюдавший за ним, понимающе улыбнулся.

– Вижу, начало доходить… Запомни: обвинять других в том, в чем ты сам по уши – это лицемерие. Оставь подобную хуйню политикам и священникам. Будь честен с собой. Тебе не нравится, что эта тварь относится к тебе без должного уважения? Ну, он скрутил тебя как девку, уж прости. Вот ты бы, сотворив такое с кем-то, чьи яйца висят на уровне твоих глаз, стал бы с ним потом расшаркиваться?

– Нет…

– Вот и он не стал. Но он оценил твоих ребят. Не очень высоко, но оценил. Иначе бы не предложил контракт. Теперь думай, что тебе важнее. Деньги или гордость.

– Это выбор шлюхи.

– Мы, мальчик мой, хуже шлюх. Шлюхи за деньги делают людей, которых не знают, счастливыми. Мы за деньги делаем людей, которых не знаем, мертвыми.

– То есть, вы считаете, что мне надо взять этот контракт?

– Я уже сказал – думай не как Янек, а как капитан наемной роты Янек. Прикинь все «за» и «против», выясни, с кем придется иметь дело, обсуди с сержантами, посчитай расходы и прими решение.

– Хорошо, командир… Я так и сделаю…

– Сделай, – Гаспар достал сигареты и заглянул в пачку, – но прежде пришли сюда Аптечку и скажи ей взять еще курева. А то мое заканчивается…

Когда Янек вышел, Гаспар вытряс две последних сигареты и, протянув одну Боцману, вздохнул. Тот ухмыльнулся и хотел что-то сказать, однако Гаспар остановил его жестом.

– Ничего не говори. Тут и так вокруг висит дохуя лишних слов. Я стал стар и болтлив. Янек волнуется и тоже болтает. Давай просто молча покурим, пока форбуржец не вернулся, и насладимся ебаной тишиной…

…

Шамана вынесли на свежий воздух, но так как его свежесть тут была весьма относительна, помогло это не сильно. Михай и Багир, которые как раз решили с этим побороться, обливая тухлятину гартой, подошли поинтересоваться, что случилось.

– Его фирменный методик тыканий в неизвестнойсть горящий палка давайт кляйне сбой. Я же есть лишен приборы, так что… – замолчав, Доктор с интересом огляделся, – Кстати! Это судно должно имейть радиорубка⁈

– Пызда радиорубка! – доложил Багир с почему-то радостной интонацией. – Ми что там целый нашли, сэбэ унэслы. Оно только на передача работаэт, да.

– О! То есть приемник вы оставляйт?

– Да! Нэт! Эго потом тэ ишакы куда-то утащылы!

– Искайт его, битте. Металл есть блокировайт воздействий этот объект. Это означайт высокий вероятнойсть того, что мы имейт дело с электромагнитный излучений. А знайчит имейтся шанс засекайт его при помощи радиоаппаратура!

– Э! Ми найдэм, да!

– Гут! – кивнув, Доктор посмотрел на шамана и вздохнул. – Я пока понаблюдайт за его состояний. В его возраст подобный опыты есть противопоказан.

– Тиму-ихи в порядке! – поворочавшись, шаман попытался встать, – Просто эта штука очень много говорила.

– Вы есть её понимайт?

– Нет.

– Ожидаемо. Надеюсь, я собирайт из имеющийся тут радиодетали что-то, что помогайт нам в пониманий природа данный феномен без необходимойсть личный общений.

– Доктор Ганс опять не верит, что Тиму-ихи разберется?

– Напоминайт, что та штука от нас сбегайт. А это отправляйт вас в нокаут простой шепот. В такой случай, по образный выражений, надо доставайт палка посерьезнее.

– Ладно… – шаман снова попытался подняться. – Тиму-ихи пока будет делать обряд очищения. Тут было много смерти. Нельзя принести её с собой в деревню.

– Гут. Думаю тут можно найти ведра на всех ваши люди.

– Ведра?

– Йа! Емкость, чтобы носийть гарта, – Доктор указал на уже залитые механиками тела, – Она гроссе ускоряйт процесс разложений тел, буквально за часы оставляйт от них лужица с декальцинированный кости.

– Тиму-ихи имел ввиду другое очищение. Хотя, если это поможет против вони…

Наконец встав, шаман помотал головой и, утвердившись на ногах, махнул своей свите следовать за ним. С такой подмогой процесс очищения пошел бодрее. Шаман изгонял духов, остальные тангароа щедро обливали гниющую плоть топливом. Багир с Михаем сволокли обратно в радиорубку все найденные детали. Багир остался помогать, с гордостью рассказывая Доктору о приобретенных им познаниях в радиотехнике, а Михай принялся приводить в порядок освещение, потому что шарахаться с факелами по судну становилось все более небезопасно.

– Вам помочь, синьор? – осведомился у него Марио, чувствовавший себя в определенной степени бесполезным. – Заодно вы мне расскажете, что еще веселого у вас там приключилось в наше отсутствие. И кто эта синьорина, которая щеголяла тут в столь откровенном виде. Как я понял, она как-то относится к нашему Боцману?

– У, пан! – Михай с радостью вручил Марио сумку с инструментом, – Ще как относится! По первых, она е грак! Така местная народнисть. Говаривают, шо вони якись там боком родня саргашам, но то не точно.

– Саргашам? О! Думаю, синьор Старший Механик обрадуется! Он очень заботится о своих земляках.

– То сильно вряд ли. Тому що, говаривают, шо саргаши граков недолюбливают.

– Почему?

– Шо-то там с их способностями связано. Саргаши считают, шо те поломани, и стараются их к машинам не подпускати, бо изломают так, шо потим не соберешь.

– Серьезно?

– Так. Сам бачив. Вона мастерити любит страсть как, тильке робит таку, выбачаюсь, хуету, шо больно смотрети. Опосля неё то, шо мы на Сараманке бачили – прям произведенье анжинерного исхуйства.

– Вы про те самострелы, что они там мастерят? С трубочкой для стрельбы горохом вместо ствола?

– Про них, пан… Ось тот провод подайте, будь ласка… Тильке руки вытрите. А то лапати оголенные провода мокрыми руками то, говорят, примета дурна.

– В смысле?

– Вони от этого ржавеют и портятся… Так вот – попросив я цею гражданку мени з разбором трофейных стволов подмогти. Ну, думаю, шо такого вона може зробити з ними дурного? Там схема з свободным затвором – проста як мычанне. И шоб вы думали?

– Что, синьор?

– Вона, поки я отвлекся, такой хуйни зробила, шо я заживо охуев!

– Потеряла что-то важное?

– Если бы! Она их улучшати надумала.

– Улучшать?

– Так! Перше – для ней автоматический вогонь, це недостаток – патроны денег стоят, а откель у грака деньги? Так она пружину достав та палкою затвор подперла. Мол он так и запирався надежнее, пружина на ейный погляд уж больно слабо держит, и стреляет не так швыдко. А з пружины той наладилася из другого ствола то ли рогатку мастерити, то ли самострел. Бо таке вообще патроны не расходуе – сплошная економика по её думке.

– Да уж. Но с другой стороны, синьор, она же действовала из лучших побуждений.

– Так в том и беда, шо ругати – так вона допомогти хотела. А шо так неможливо делати вона теж не понимае, бо як я ей устройство вогнестрельного оружжя разъясню, коли вона сложнее остроги ничого не знае?

– Я понимаю, синьор, что вы имели ввиду. Если она таким образом начнет «помогать» Амязу, то он сойдет с ума.

Из радиорубки высунулся всклокоченный Багир и, оглядев коридор ошалевшими глазами, поманил Михая к себе. Тот осторожно подошел.

– Шось случився?

– Провод нюжэн шэсть мэтр! Найдэшь гидэ снят?

– Тю! Я то думав шось страшное стряслось. У тоби вид такий, шо аж боязно.

– Э! Там знаэшь сколько я умный слов сэйчас узнал? За весь жизн столько нэ узнал! Голова полный – лопнэт скоро!

– Ну тож цельный дохтур наук – не еж насрав! А шо говорить? Ну в общих чертах?

– Говорыт, что тот мама обэзъянин сын кто это тут ломал. Дажэ сломат, говорит, нормално, надо ум имэт, да! Питаний приемник трансформатор мэнят прыдэтся – эму пызда, но можно аткуда-то там напряжэний снять, это туда патом, то сюда, ручка настройка дэржы сдэлай и шкала сабэры… Пока я этот рючка эбаный чиныл, сдэлал – как новий, да, показываю эму, и он: «Гут». А сам за это время пополам разрублэнный кусок радиостанцый в куча собрал. Лампочки свэтят, дынамык шюршит, голос падаэт…

– Но синьор! – Марио расстроено всплеснул руками, – Если вы переживаете по поводу того, что хуже синьора Ганса разбираетесь в радиотехнике, то право, не стоит. Вы тогда тоже проделали впечатляющую работу, разобравшись в незнакомой вам области практически с нуля. У вас был повод для гордости.

– Я знаю, да! Но всэ равно, он это все, раз, дава, туда, суда… И оно работаэт, да!

– Но с другой стороны, вы можете так же в механике.

– Магу! – взяв у Михая, который выдернул откуда-то требуемое количество проводки, он смотал её и вздохнул, – Вах, как он это радыо собрал, да! Как надо собрал! Я так нэ умэю!

Багир удалилися, закрыв за собой дверь. Снова оставшись вдвоем, Марио с Михаем переглянулись. Михай покачал головой и доверительно наклонился к Марио.

– Вы, пан не хвилюйтесь. Это вин так. Не привык ще.

– К чему?

– Он думае, шо е наука, а е життя. Наука – вона така. Не конкретна. Якись формулы, теории всякие непонятны, вумны людины шось там на вумном гутарят промеж собою, до нас не спускаяся. А е життя. То, шо мы кожный день пользуем. Машины всяки, водопровод чи електричество. И то, шо тут, у нас, то не ученых. То наше, и мы в том сильны. А тут таке!

– То есть, синьор Багир удивлен тому, что синьор Доктор может не только рассуждать непонятными терминами, но и что-то делать?