Текст книги ""Фантастика 2026-73". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Глава 36. Угрозу – в действие!

В самом деле, выслушав рассказ Поля про уничтожение ченнелингера и рассмотрев снятые трофеи, Прогрессор не на шутку рассердился. Его нотации определённым тоном вызывали такое воздействие на психику, что Полю хотелось биться головой о пол и со слезами вымаливать прощение.

– Дело не в том, что ты забыл что-то рассказать, утаив от меня действительность. Дело гораздо хуже: о твоём улучшении с помощью редких артефактов узнал раньше меня иной дэм. И мог использовать в кознях против меня. За подобную нелояльность провинившихся уничтожают вместе со всеми родственниками до седьмого колена. При этом казнят крайне жестоко, растягивая мучения на несколько недель.

Обвинения звучали как приговор, окончательный и беспощадный. К тому же в истории ДОМА подобных казней хватало. Любое предательство, одни лишь намёки на измену, нерасторопность при выполнении приказов или недостаточная услужливость приводили к гибели целые семейства. И какие семейства! Умирали в муках и просто исчезали неведомо где целые фамильные кланы, династии с громкими титулами, особы, приближённые к Имению и проживающие в Крепости.

Чего уж там говорить о простом смертном, проживающем в Ро́зморе?

Так что Поль несколько раз готов был распластаться на полу с воплями о пощаде. Понимал всем своим существом, что прогневил божественного покровителя и жизнь вскоре будет прервана.

И только какие-то части сознания, отвечающие за анализ окружающей обстановки, не давали поощеру превратиться в половую тряпку. Удалось подметить и зафиксировать: Ласка довольна и совершенно спокойна, сидит, болтает ногами; Азнара Ревельдайна старается скрыть улыбку, прищуренные глаза смотрят куда-то в сторону; ну и сам Прогрессор больше притворяется разгневанным, чем таковым является на самом деле.

Так что, собрав всю свою волю в кулак, провинившийся а’перв не только на ногах устоял, но и нашёл силы ответить ровным голосом:

– Дэм Прогрессор, каюсь, виноват. Просто я мысли не допускал, что тебя заинтересует описание убитых мною врагов. Их столько было в самом Крюдинге и после него, что память порой вообще не фиксировала деталей. К тому же Непревзойдённая относится к тебе лучше, чем к родному брату, и у меня даже мысли не зародилось, что она может меня использовать тебе во вред. А уж я сам лично готов всегда выполнить любую твою волю, не щадя живота своего.

На это заявление Азнара улыбнулась краешком губ и поощрительно прикрыла глаза. Мол, молодец, выдержал. А вот дэм фыркнул в расстройстве:

– Смотри-ка, что-то вякает в своё оправдание. То ли в самом деле лояльный фанатик, то ли башка у него дубовая и ничего не боится.

Вот тут и самая младшая в компании голосок подала:

– Дядя Бен! Почему ты всё время ворчишь на Поля и ворчишь? Он ведь очень старается и всё правильно делает.

После чего повернулась к дэме, но ничего той не сказала. Лишь уставилась на неё с укором своими глазищами. Создавалось такое впечатление, что ребёнок знает нечто, о чём пока не желает говорить. Но всем своим видом требует от Ревельдайны какого-то важного признания. Или, как минимум, немедленной защиты её брата от нападок брюзжащего «дяди». А может, не знала, как к ней обращаться? Тётя? Просто по имени? И вообще как-то не припоминалось, чтобы девочка как-то называла Непревзойдённую.

Неизвестно, как это подействовало и в каком направлении, но Азнара согласно кивнула и добавила:

– Хорошо! Не буду раскрывать другие секреты твоего брата. Но ты за это поможешь ему договориться с принцессой фей. Надо, чтобы она перестала дерзить Бенджамину и настроила весь свой народец лояльно к благодетелю.

Девочка на это только и пожала плечиками:

– Хоть сейчас могу помочь.

– Отлично! – дэма теперь уже требовала от Прогрессора: – Сразу отдашь мне Поля, как только он договорится с Лидией.

– Ага! Сразу! – ёрничал тот. – Отправить его к жабокрякам я и сам собирался. Тем более что он на меня работает, а подобное деяние на ниве дипломатии не только для престижа какой-то глупышки маркизы пригодится, – он сделал паузу и многозначительно, с сарказмом хмыкнул. – Но и для карьерного роста а’перва пригодится. После такого успеха его смело можно будет вводить в штат приписных и призывать на службу в сфере дипломатических сношений. Или вообще назначать главой этого департамента.

Божественное личико Ревельдайны недовольно нахмурилось.

– Конечно, твоя воля и преимущество права – неоспоримы. Но, коль ты меня уважаешь и любишь, будь добр и к моим пожеланиям прислушаться. До того как появиться на этом вот пиршественном застолье, я побывала в одном мире и принесла оттуда не столько оружие, сколько неплохую защиту для смертного. Да плюс несколько мелких артефактов, работающих как компенсаторы от внешнего давления. В совокупности с имеющимися у Труммера трофеями ченнелингера они ему помогут выжить среди каннибалов.

– Ну так отдай ему эту защиту и артефакты прямо сейчас.

– Ещё чего? – возмутилась дэма, недовольная таким простым решением вопроса. И тут же, скорей всего, стала сочинять на ходу: – Все эти устройства и амулеты требуют тонкой, индивидуальной настройки на конкретного смертного. На неё уйдёт не менее чем несколько часов.

– И часа никак не хватит? – со скепсисом уточнил Прогрессор. Получив в ответ строгий, многозначительный взгляд, состроил гримасу замученного стоика и выдохнул: – Ладно! Если долго не провозится с феями, получишь его для… хм, тонкой настройки.

При этом двинул по столу к а’перву его трофейные пояса и браслеты. И жестом показал, забирай, надевай, пользуйся.

Правда, Поль уже и рот приоткрыл, желая напомнить дэму о своей официальной женитьбе и попросить хотя день для отдыха. Да и не хотелось ему общаться с принцессой Лидией. Чем-то она его подспудно пугала, настораживала. Но вовремя заметил недовольный взмах бровей Ревельдайны, да так и промолчал, ничего не сказав. Только начал поспешно напяливать на себя боевые трофеи.

А Бенджамин встал, кивнул головой своей божественной сестре и приказал а’перву:

– Бери сестру на руки, переносимся к этим вредным феям!

Пока Труммер брал Ласку на руки, прямо со своего стула исчезла Азнара. Только и одарила смертного многообещающей улыбкой.

В следующий момент и остальные перенеслись в уже знакомый лес, где проживали летающие креатуры из мира Драйдов. По ходу этого перемещения у Поля мелькнула неуместная, скупердяйская мысль:

«Шикарный стол, с шикарными напитками и удивительным десертом, так и остался внутри Большой стены. Как на это богатство отреагируют временные приживальщики? Или его заберут полицейские, разбирающиеся с сожжённым грузовиком? Вряд ли туда егерей пошлют…»

– Оставляю вас здесь! – тоном строгого учителя сообщил дэм. – Договаривайся с этими мотыльками и не забывай присматривать за сестрой!

И ушёл. Не объяснив, что в этом месте за опасности такие могут роиться для маленькой девочки. Разве посмеют летающие крошки причинить зло своей подружке, опекунше, милой собеседнице… и прочая?

Скорей, это сестра решила присматривать за братом, схватив его крепко за руку и увлекая в самую густую чащу насаждений. Правда, Лидия уже сидела у неё на плече и недовольно попискивала:

– Зачем ты его привела? Он хоть и тоже твой родственник, но такой же грубый, злобный и опасный. Да и вообще, где ты была? Я к тебе уже шесть раз наведывалась, а ты куда-то пропала. И почему не предупредила?

Рассматривая сказочный лес и низко пригибаясь под нависшими ветками, лианами и перевитыми плетьми кустарника, Поль не слишком-то и прислушивался к начавшимся разговорам. Но слова «тоже родственник» всё равно зафиксировал:

«О чём это она? Ведь Ласка круглая сирота… Если меня не считать, – и сам же себе ответил: – А! Это она нас всех людей считает за единый род. Как и свой народец – самым близким по крови и духу. А вот чем бы таким принцессу заинтриговать? Удивить? Поразить? Чтобы она со мной разговорилась и стала вести себя приветливо?.. О! Начну с описания редчайших видов флоры, которые мне довелось увидеть в иных мирах! Или лучше им поведать про изумительных бабочек с цветными крыльями?..»

Кстати, в ДОМЕ подобных бабочек не было.

Его привели в маленькую беседку из живых, растительных стенок. Разместиться там могли две, а то и три девочки десяти-двенадцати лет. Даже небольшое ложе имелось. А вот взрослому мужчине пришлось размещаться внутри, как слону в посудной лавке: осторожно, не спеша, стараясь не проломить хрупкий столик. Ещё и терпеть очередные укоры:

– Зачем ты его привела? Он тут всё поломает! И нас всех по стенкам размажет! А-а-а!

– Ну хватит уже ругаться! – осаживала Ласка капризную подругу. – Брат у меня осторожный, деликатный и невероятно много знающий. Ты знаешь, в скольких он мирах бывал? У-у-у! И как рассказывает интересно? О-о-о!

Вот тут кое-как усевшийся поощер воспользовался маленькой паузой и вклинился в разговор:

– Конечно, красивей и чудесней, чем феи, нет созданий ни в одной вселенной, но вы бы могли в своём лесу поселить ещё кого-нибудь красивого или полезного. Например, могли бы кататься на больших бабочках с вот такими большущими, разноцветными крылышками.

И пальцами показал размеры бабочек и размах их крыльев. После чего был облит очередной волной презрения дрожащими от омерзения голосками:

– Фу! Зачем ты упоминаешь этих грубых животных? Ты хоть знаешь, насколько мерзкие и прожорливые их личинки? Насколько ядовиты иголки их гусениц? Насколько вонюча и опасна пыльца с их крылышек? Меня сейчас стошнит!.. У-у-у!..

Тем не менее в беседку постепенно слеталось всё большее и большее количество сказочных созданий. А раз слушателей прибавлялось, следовало перечислять чудеса иных миров:

– Хорошо, пока не буду говорить о фауне, хотя вам было бы намного веселей жить, устраивай вы соревнования на скачущих кузнечиках. Или используя больших жуков для участия в бегах. Но ведь есть ещё масса весьма интересных растений, дающих к тому же ароматные, сладкие плоды, которых я у вас так и не видел. К примеру, земляника, она вот такого размера…

Минут пять он расписывал во всём многообразии все прелести иномирских ягод и всё очарование разнообразных цветов. Благо, что навидался их весьма много, да и попробовал на вкус благодаря сладкоежке Бенджамину. Лекция имела невероятный успех, потому что феи собрались почти все и слушали невероятно внимательно. Одна так вообще уселась на стол, весьма бесцеремонно оттолкнув принцессу в сторону. Выглядела она медлительной, если не сказать, что старой. А чуть позже она же нарушила гармонию всеобщего внимания:

– Это всё ерунда! С уверенностью почти в сто процентов могу сказать, что все эти ягоды и цветочки окажутся вредны для нашего метаболизма. Не говоря уже про всяких животных, скачущих и гадящих где попало. На каждом из них проживают мириады микроорганизмов, которые попросту сожрут наш, с таким тщанием выращенный лес. Сколько можно твердить?.. Нам только и подходят растения из нашего леса Креатур. И так чудо, что местный дэм сумел вырастить эту замену внутри своего комплекса.

Вначале Поль уставился вопросительно на сестру, и та пояснила:

– Это – мой брат Поль, – приступила девочка к знакомству. – Это – знаменитая Ниурсада, она самая опытная и прославленная колдунья. Умеет общаться с любым растением, видит сразу его пользу или вред, а также помогает любой веточке или листику расти в нужном направлении. Она же учит и остальных фей этим полезным умениям.

– Рад познакомиться, уважаемая Ниурсада! – вежливо обратился поощер к колдунье. – У нас в ДОМЕ тоже есть подобные специалисты, они называются друидами. Но встречаются настолько редко, что я и не чаял с ними пообщаться. А возвращаясь к цветам и ягодам, какие вам незнакомы: если мы вам будем поставлять только семена, вы сможете по ним рассмотреть, пригодятся они вам или нет?

– Несомненно! – заверила фея. – Мне надо только прикоснуться к этой семечке или к корешку руками. Мало того, я на небольшом расстоянии замечаю нечто особенно интересное или имеющее удивительную ауру.

После чего взлетела и сделала пирует почти у самого живота а’перва. Вернулась на стол и озадаченно выдала:

– Вот и у тебя вижу что-то особенное… Что там у тебя? Ты сразу прихватил с собой образцы для показа?..

Труммер вначале недоумённо похлопал себя по телу, пытаясь сообразить, о чём идёт речь. До него не сразу дошло, что в специальных кармашках трофейного пояса он видел какие-то семена и косточки. Причём разные, как по форме и цвету, так и по размерам.

Аккуратно, чтобы кого не столкнуть из сонма фей, снял пояс, открыл первый из кармашков и достал первую семечку, величиной с арбузную. Попытался её вручить колдунье в её протянутые ручки, но та неожиданно отпрянула назад и воскликнула:

– Замри! – с минуту всматривалась в семя, даже принюхиваясь к чему-то. Потом тихим, спокойным голосом проговорила: – Уф, как страшно-то! И не думала, что такие вот растения бывают… Точнее: что кто-то сотворил с этой «бешеной лианой» такие преобразования…

Вначале Труммер решил, что некие странные преобразования сделали Прогрессор и Кобра. Тем более что после дэма на поясе и браслетах повисла вторая еле заметная вуаль. Но что страшного может быть в маленьком кусочке засохшей клетчатки? Неужели Азнара Ревельдайна устроила какую-то витиеватую ловушку для смертного? А Бенджамин Надариэль эту ловушку не рассмотрел? Или наоборот, усилил? Совершенно в такое не верилось, но…

– И в чём опасность этого представителя флоры? – это следовало узнать в первую очередь.

Только Ниурсада отвечать не спешила. Вначале стала распоряжаться иными сказочными креатурами:

– Значит так, быстро, но не спеша все отсюда улетаете. При этом не толкайтесь и не ломайте друг другу крылья! Иначе лечить торопыжек мы с принцессой не станем долгое время. Организованно улетаете отсюда подальше и не смейте подслушивать! У нас здесь состоится важный, секретный разговор! Давайте, давайте!

Судя по возмущённому гудению, народ проявлял недовольство в полной мере. А вот ослушаться не посмел. Постепенно, начиная от арки входа, все дисциплинированно удалились прочь, вылетая сплошным потоком и снаружи распыляясь в разные стороны. В самом деле, рвани они к выходу одновременно, случилось бы массовое столпотворение, в котором не обошлось бы без травм. Как минимум.

Принцесса и не подумала улетать, хотя старая колдунья и покосилась на неё с осуждением. Наоборот, стала поторапливать знатока по флоре, когда они остались в беседке вчетвером:

– Не молчи! Говори, что за опасность в этой семечке?

– О-о! Трудно переоценить эту опасность, – прозвучало в ответ. – Но достаточно этой семечке оказаться во влажной почве, как она во все стороны, с невероятной скоростью станет распускать корни и стебли. Причём настолько много корней и стеблей вырастет в течение часа-двух, что их масса уничтожит всю иную флору на внушительном пространстве. Например, масса легко заполнит большую пещеру. Или вот этот наш, созданный с таким трудом лес. А может, и больше?.. А может, и не только флору обезводит, но и фауну высосет? Но как-то экспериментировать страшно…

Лидия ахнула. Всерьёз озадачился и Труммер:

– А потом ведь эта лиана опять даст потомство? И что дальше случится?

– В этом отношении можно не волноваться. Выросшая лиана бесплодна, потомства у неё не будет. Да и жизнь её коротка, две, максимум три недели. Потом она умрёт и начнёт гнить. Э-э… и много у тебя этих семечек?

– Именно этих? – Поль заглянул в отделение. – Штук десять… а нет, четырнадцать.

Ниурсада задумалась надолго, а потом попросила, начав торговлю:

– Остальные семена я тоже просмотрю. Но не мог бы ты нам подарить сразу одну из семечек бешеной лианы?

Против подобного дара сразу жёстко воспротивилась принцесса. Свою подругу поддержала с детской непосредственностью Ласка. Не мог осознать причину такого интереса и Труммер. Всё-таки риск нечаянного роста буйного растения перекрывал всю осторожность обращения с опасным семечком. Но колдунья настаивала:

– Распилив её на малые кусочки, я получу редчайшие ингредиенты. А уже они помогут нам возродить плантацию наших самых любимых грибов.

После этой фразы поощер вспомнил, что он здесь ещё и с определённым заданием, а потому стал осторожно торговаться:

– Да мне подарить не жалко, чай, не последняя семечка. Но мне вот что интересно: почему вы в последние дни рассорились с дэмом? Точнее, относитесь к нему… да и ко мне тоже, как-то нервно, с предубеждением?

– Уф! – с досадой фыркнула колдунья. – Это не мы относимся, мы-то всегда прежде с дэмом ладили и благодарны ему за всё сделанное для нашего народа. Это наша…

– Не смей! – пискнула строго Лидия, но была проигнорирована.

– …принцесса себе места не находит по весьма важной психологической причине. Там и моральная составляющая, и ещё куча всего разного намешана. Дело в том, что Лидия может только требовать для народа, просить лично для себя – не в её натуре. А у неё болезнь врождённая, из-за неё она не может отпочковать наследницу. Потому и бесится, вредничает.

– Так не надо просить лично, – заулыбался Труммер. – Я возьму эту миссию на свои плечи.

– Нет! – продолжала упорствовать единственная титулованная фея. – Он не должен знать о моих проблемах! Да и не поможет его сила, это уже не раз было проверено в истории нашего народа.

Поощер не поверил в сказанное. Хотелось воскликнуть, указывая на Ласку как на живой пример: «Да я мёртвых оживлять умею! А уж любые болезни…» Но некая категоричность в словах принцессы заставила его задуматься и вспомнить те преобразования, которые он лично научился творить со своими товарищами в последнее время. Раны на воинах заживали почти моментально, старые шрамы рассасывались, словно их не существовало раньше. Да и общий вид у подопытных «кроликов» стал напоминать идеал человека омоложенного и стопроцентно здорового.

«А если попробовать своими воздействиями подлечить Лидию? – родилась вполне здравая мысль. И тут же оказалась затоптана суровой реальностью: – Не получится! Наши размеры не совпадают!»

О чем и было с сожалением заявлено вслух:

– Есть у меня одна метода полного излечения, но она тебя попросту убьёт. Ты ведь такая хрупкая и миниатюрная…

– Ты не волнуйся за меня, – похвасталась креатура. – У меня столько умений и сил, что я могу смело считаться у’кинтом.

– Кем?! – поразился а’перв.

– У’кинтом! И защитные силы у меня выросли до объёмов твоего тела. Так что можешь попробовать… Если не соврал, что умеешь…

Теперь уже Ласка защитила брата:

– Как тебе не стыдно? Знаешь ведь, что Поль говорит правду!

– Ладно, ладно! – принцесса порхнула к девочке, коснулась подобием поцелуя её щеки. Вернулась на стол, приказывая гостю: – Лечи!

– И мне интересно посмотреть! – заявила Ниурсада, взлетая и закрепляясь на плече поощера. – Никогда такого не видела.

– Только просьба никому не говорить о моих умениях, – попросил Поль, лелеющий большую надежду, что таким простым способом удастся достичь хороших отношений маленького народца с владыкой всего сущего в данном секторе. – Потому как они не совсем по моему профилю… Да и вообще…

Феи поклялись молчать. Ласка захлопала в ладоши, влюбленно и с восторгом глядя на брата. И он сам приступил к лечению, начиная с микроскопических доз воздействия. Всё-таки сомневался в силах Лидии, несмотря на её высокомерное бахвальство.

Глава 37. Не всё подвластно даже богам

Бенджамин Надариэль, оставив Труммера с его сестрой в лесу Креатур, хотел было поработать в своей любимой лаборатории. Но нарастающий, настойчивый зов от остальных дэмов заставил его подключиться вначале к прослушиванию, а потом и к общей полемике.

Да и было чем озадачиться. С подобными проблемами, когда следовало оговорить совместные действия против единого врага, дэмы сталкивались впервые за последние шесть тысячелетий. И изначальная причина этого, казалось бы, пустячного дела становилась всё злободневней и всё актуальней. Какие-то жалкие с виду существа не просто появились в общем океане, но и сумели показать невероятную живучесть своей общины и даже контратаковать, взрывая все корабли армады и уничтожая всех моряков поголовно. При этом они сумели перенестись в мир ДОМА таким количеством островов, что получился небольшой материк.

Но время шло, а наглые пришельцы на этом не остановились. К данному часу стало известно, что новые острова выныривают из подводных порталов и собираются вместе напротив первого и сорок второго секторов. О материках заявлять было бы рано, но тенденции к наращиванию просматривались. При этом жабокряки сменили свою выжидательную позицию и уже сами устремились в сторону появляющихся на горизонте кораблей морского промысла.

Как ни странно, кровавых стычек не случилось. Просто чужакам стало интересно, чем занимаются местные и каким образом ведётся ловля рыбы и добыча крабовых. Мало того, они вдруг неожиданно попытались устраивать возле кораблей меновую торговлю. Предлагали дешёвые поделки из костей морских животных, из ракушек, из бивней моржа и даже из полудрагоценных, тщательно отполированных камней.

Прекрасно помня о недавних жертвах в море, которые понесли обитатели почти каждого сектора, рыбаки на всех парах уходили от контакта со странными чужаками, а те их и не пытались преследовать. Поначалу…

Тем не менее несколько попыток контакта, а также меновой торговли всё-таки состоялись. Поговорить представителям разных цивилизаций не удалось по причине полнейшего несоответствия речевых возможностей: чужаки банально шипели, словно змеи. Иначе говоря, общались они в каком-то инфразвуковом диапазоне.

Да и внешнее сходство у них прослеживалось больше со змеями, чем с людьми. Слишком уж сплюснутые сзади и спереди головы, да шеи раза в два длиннее, чем привычные. Плечи тоже не слишком широкие. Брюхо излишне выпуклое, как у беременных на последнем месяце женщин. Ну и длинные конечности, с перепонками между пальцев. Удивляло наличие носа, губ, глаз да бровей, вполне человеческих на вид. Волосы и уши – тоже как бы соответствовали обычным стандартам.

Заинтересовались чужаки при обмене больше всего стеклом, натуральной кожей и изделиями из прочной древесины. За простую, упругую, крепкую палку морские дикари отдавали всё что угодно из своего скудного скарба или из менового набора. Таким образом, стали доступны для изучения и некоторые орудия труда: крючки разной толщины и массивности, мотки прочнейшей лески, виды простейшей одежды, созданной тем не менее из химических волокон непонятного свойства.

А ведь ни заводов на островах, ни каких-то плавилен или кузнечных горнов не наблюдалось. По крайней мере с того расстояния, откуда дэмы не опасались вести визуальное наблюдение своим удалённым сознанием. Из этого делался не совсем приятный вывод: где-то в материнском мире этих водоплавающих невероятно сильно развита промышленность. До какого уровня? Понять сложно. Но уже факт уничтожения военных кораблей говорит сам за себя.

И другие негативные факторы вскрылись. Непосредственно зависать над островами для длительного просмотра дэмам не позволяло странное жжение, передающееся прямиком в мозг. По тем же причинам пока никто не рискнул появиться на острове чужаков и в своей физической ипостаси. Хотя на расстоянии пятидесяти километров от берега подобные умения имелись у каждого владыки сектора.

Совокупность наблюдений к данному часу позволила выдвинуть новые предположения:

– Все ли жабокряки одинаковы? Возможно ведь, что расположившиеся в центре океана – более агрессивные и одичалые. А те, кто появился позже, – уже вполне культурные и цивилизованные?

– Вряд ли, – следовало опровержение. – Потому что тоже жестоко охотятся на разумных касаток с дельфинами.

– Зато, по крайней мере, не охотятся за людьми? И не атакуют корабли?

– Пока случаев нападения нет, – подтвердили самые активные наблюдатели. – Зато целый флот узких пирог и каноэ упорно следует по следам отступающего рыболовецкого флота. Кажется, жабокряки вознамерились выяснить, как далеко живут встреченные ими люди.

– Вы вроде организовали небольшой шторм? Помогло?

– И натравили на них касаток с дельфинами?

– Ну да, часть утлых лодчонок пошла ко дну из-за сильного волнения на море. Ещё большую часть судёнышек потопили своими телами касатки. Дельфины довольно ловко топят тех, кто держится на поверхности воды вплавь. Хотя это и получается не совсем просто: чужаки умирают без доступа свежего воздуха лишь минут через десять, а то и пятнадцать. При этом они яростно сражаются ножами, длинными пиками и гарпунами. Наши разумные друзья гибнут.

– От флота утлых лодчонок остался жалкий мизер, зато появилась идея пленить этих жабокряков возле берега и изучить их в Лабораториях со всем тщанием. Поэтому шторм мы погасили, а наших разумных обитателей океана отогнали в сторону. Можно сказать, что первые пироги уже вошли в десятикилометровую зону. Кому и сколько доставить экземпляров?

Ну тут уже все дэмы взалкали поработать на благо науки. Даже Прогрессор заказал два десятка чужаков, попутно отдавая распоряжения по внутренним каналам связи для своих учёных, исследователей и прочих ботаников команду: «Приготовиться!» Да и самому загорелось лично взглянуть, пощупать, отрезать, растворить, прожарить током… ну и так далее. Обычный творческий процесс, который всегда крепко затягивает истинного исследователя.

Ну и сам факт чьего-то непокорства вызывал огромное раздражение и недоумение. Появилась некая сила, не поддающаяся с ходу уничтожению и пытающаяся нарушить устоявшийся навсегда уклад ДОМА. Чем не вызов высшим божествам?

А сам Прогрессор, хоть и имел подобное прозвище, да позволял себе расслабиться в общении с простыми смертными, в остальном ничем не отличался от своих божественных собратьев и сестёр. А потому он в первую очередь относился к чужакам как к животным-хищникам. Причём хищникам, ни в коей мере не полезным для цельной экологической системы всего ДОМА. То есть все исследования планировалось вести в плане поиска средств или способов уничтожения неуместных нарушителей океанского покоя.

В Лабораториях быстро провели должные приготовления к приёму экспериментального материала. Да и сам Бенджамин горел нетерпением, поторапливая коллег и отвлекая их от процесса поимки, упаковки и доставки жабокряков. Поэтому немного нервничал, да и раздражение его нарастало. Вспоминал разные мелочи и раздавал соответствующие указания:

– Приготовить дешифратор инфразвуковых сигналов!

– А ещё лучше сразу все три разные модели приготовьте…

– Ну и симулятор страха запустите, пусть прогревается для калибровки. Надо будет этих хищников сразу запугать ментально…

Именно в этот момент к нему и обратился один из координаторов Лаборатории:

– Дэм Прогрессор! С тобой хочет срочно увидеться принцесса Лидия. С ней поощер Труммер и его сестра.

Уже взмахнув с раздражением ладонью, Бенджамин словно отогнал неуместных сейчас посторонних. Но тут же закрутил ладошкой обратно, почему-то меняя своё решение:

– Ладно, пусть их сюда пропустят! – и когда увидел прибывшую троицу, не удержался от обычной колкости: – Зуммер-буммер! Раз фея у тебя сидит на плече, значит, ты с ней помирился?

– А мы и не ссорились с Полем! – неожиданно усилила Лидия свой писк до вполне нормального голоса. – Это просто я решила тебе нанести визит и сообщить, что все прежние наши недоразумения рассеялись. Заодно выказываю лично тебе благодарность за созданный лес, за освобождение части моего народа из мира Драйдов и за возможность общения с такими личностями, как брат и сестра Труммеры.

Дэм поощрительно цокнул языком:

– Надо же! И тут этот проныра справился! Не буду спрашивать как, скажу только, что рад и приглашаю к плотному сотрудничеству. Отныне феи могут меня сопровождать, участвовать в моих экспериментах, учиться, да и сами получают право давать подсказки мне в нужные моменты.

– Даю своё милостивое на то согласие! – пафосно и с чрезмерным официозом объявила принцесса. И тут же добавила: – И желаю наградить а’перва неделей отдыха в семейном кругу.

– Мм?.. Наградить? – озадачился Надариэль. – Да я не против… И сам ему даю шестидневную награду.

– Благодарю! – выдохнул Поль.

– Ну и его сестричке – четырёхдневную! – расщедрился дэм. Ещё и напомнил: – Да и за прежними наградами вы не приходили, так что получите все вместе.

– Ой, дядя Бен! – захлопала малая в ладошки. – Ты такой добрый! Я теперь смогу у Азы лично для себя выкупить гарпию Кузю! Ура!

Ни к кому не обращаясь, словно думая вслух, Труммер стал рассуждать:

– Теперь главное, чтобы Ревельдайна не узнала о моём честно заслуженном отпуске. Лишь бы никто ей не проболтался…

Чем вызвал здоровый смех у Прогрессора:

– Ха-ха! Да ты сам ей всё расскажешь, и не заметишь даже! Ха-ха-ха!

И тут его смех прервался очередными, не совсем приятными сообщениями. Жабокряков отловили, стали паковать, используя самые разные методы и средства удержания. Но сразу же стало понятно, что попавшие в плен чужаки тяготятся неволей настолько, что их не останавливает присущий всему живому инстинкт самосохранения. Иначе говоря, они попросту умирают, останавливая в себе работу сердца.

Конечно, для огромной части экспериментов и трупы сойдут. Тем не менее живой материал всегда ценится больше. Поэтому ловцы из крайних секторов стали применять дорогостоящие и крайне громоздкие установки со стазис-полем, практически замораживая водоплавающих или вводя их в состояние анабиоза.

В свою очередь это усложняло элементы логистики, а потом и последующие действия в процессе предполагаемых экспериментов. А что может больше всего вывести из себя целеустремлённого экспериментатора? Как раз вот такие непредвиденные задержки по времени. Вот Бенджамин стал вновь крайне раздражителен, нетерпелив и гневен. А потому крайне невежливо погнал прочь добившихся аудиенции посетителей. Спорить с ним или хотя бы что-то пискнуть не посмела даже принцесса фей.

Зато с самой детской непосредственностью это посмела сделать Ласка:

– Дядя Бен! Ну я-то домой быстро попаду, но нельзя ли и Полю вместе со мной порталом моим воспользоваться?

– Твою!.. Йе-ть!.. Упс! – что-то сдержал в себе совсем нехорошее дэм, мотая головой и сжимая кулаки. – Какая же ты!.. У-ух! – и тут же сдёрнул с одного из своих пальцев кольцо и протянул девочке: – Забирай, шантажистка! Пока держишь кольцо в створе портала, там пройдёт кто угодно! А теперь – бегите!.. Пока я ещё в себе… О-о-о, великий Тра! Дай мне сил и терпения!

Изрядно напуганный Труммер подхватил сестру на руки, потому что та ни капельки не устрашилась и ещё собиралась что-то вякать. И только вне Пространства Лабораторий а’перв задышал свободно. Лидия тоже выглядела слегка испуганной: