Текст книги ""Фантастика 2026-73". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Глава 26
Взгляд со стороны

Ричард Кюден, известный иным обладателям как Печенег, оба сообщения для него и Тюрюпова во всемирных сетях отследил. И много над ними думал. Над создавшейся в мире обстановкой – тоже.

Изначально он считал, что появление Тауламп – дело рук Союза обладателей, создавшегося в процессе войны с Большим Бонзой и его приспешниками. Да и появление в Москве представительства братьев по разуму только подтверждало эти выводы.

«Это они ловко придумали, – размышлял Ричард, просматривая ворох мировых новостей. – Пытаются обойти ограничения на лимит власти. Ушлые, стервятники!»

Но время шло, обстановка становилась все катастрофичней, количество жертв росло, и с ними росли сомнения в изначальных выводах. Насколько Печенег понял новичка Загралова и насколько знал ветеранов-полусотников, никто из них для увеличения своей власти на такие жертвы не пошел бы.

А тут и очередной призыв разнесся по миру. Получалось, что Союз не справляется с «серой бедой». Однозначно. Ну и таукитанцы теперь оценивались несколько иначе. Имея на руках сигвигатор и будучи уверенным в многогранности разумной жизни во Вселенной, глупо яростно отрицать сам факт появления на Земле иных, тем более сходных с землянами существ. Инструкция, для расшифровки которой подходил только русский язык, говорила о многом.

И когда таукитанцы установили на Луне отражатель, видимый всем землянам невооруженным взглядом, Печенег окончательно поверил в прибытие братьев по разуму, умеющих телепортироваться хоть к черту на рога. Хотя некоторая беззубость пришельцев и удивляла:

«Нет у них оружия? Вообще? Ха! Пусть расскажут об этом на Привозе! Там им тоже не поверят, зато правильно ответят витиеватым языком народного фольклора. Но почему они не используют свое оружие? Боятся показать его землянам?.. Скорее всего… Не доросли еще «наши детки» до обладания в своей песочнице чем-то страшным, способным повредить всю звездную систему. И так мы чуть друг друга не угробили ядерными дубинками. Дикари-с!.. И опять-таки зачем они меня и душку Санче’Ри разыскивают?.. Что-то тут не то… как бы чего не вышло…»

Потому и не отзывался, что опасения за свою шкуру превалировали. Но и оставаться в полном неведении показалось финансовому аферисту не очень разумным. Именно в Москве сейчас творилось нечто большое и грандиозное, именно там решалось, быть цивилизации или не быть. Да и правильно гласит поговорка: держать врага надо на ближнем поводке.

Учитывая невероятную занятость противника в связи с последними событиями в мире, можно было не опасаться своего обнаружения. Разве что на него могли наткнуться чисто случайно. Поэтому господин Кюден помчался с максимальной скоростью в Москву. И вскоре уже раскидывал сети наблюдения вокруг тех людей, которых он считал либо фантомами, либо физическими прообразами фантомов.

Потому что приближаться своими фантомами к зонам безопасности иных обладателей было бы крайней глупостью. Проще, чем подставиться, виделась только явка с повинной. А пока есть возможности наблюдать, подслушивать, анализировать и разгадывать главные тайны, лучше сидеть в укромном уголке столицы и не высовываться. Это будет всяко интересней, чем болтаться в чужой стране и томиться неизвестностью.

Вот Печенег и занялся сбором информации, применив для этого весь недюжинный ум, опыт долгожителя и смекалку прирожденного афериста. И ему повезло. Может, личные качества тому заслугой, может, благоприятное стечение обстоятельств, но полусотник сумел подобраться к раскрытию тайны под грифом «Лунная колонизация».

Начинал он с того, что выбрал самое интересное направление и сосредоточил именно на нем всех своих фантомов. А ведь именно установление на Луне отражателя наиболее явственно показывало единение и сотрудничество между Союзом обладателей и пришельцами с Тау-Кита. Да и русские ученые на весь мир хвастались, не скрывая, что устройство сделано, протестировано и подготовлено к сборке именно ими.

За эту ниточку и удалось потянуть, осторожно добравшись до весьма и весьма интригующего клубочка. Довольно скоро выяснилось, что на местах нет более четырех десятков видных специалистов, талантливых во многих сферах науки, производства и быта. Причем все они являлись ярыми и последовательными поклонниками колонизации спутника Земли, а правильнее сказать, теоретиками и практиками своих же многочисленных идей, теорий и разработок. Но если раньше они занимались разработкой своих идей на перспективу, то сейчас они попросту куда-то исчезли.

Второй интересный момент: вдруг засобирались куда-то в дальний путь близкие и родные тех самых специалистов. Между собой они иногда с тоской проговаривались тоскливыми фразами:

– Разве можно выжить на обледеневшей Новой Земле? Там ведь тоже от цунами нельзя спастись? – и в ответ слышали от глав семейств, которые ссылались на личный разговор (причем недавний) с пропавшим родственником:

– Игрек (имя любое, но всегда крайне уважаемое в семье) утверждал, что там мы сумеем выжить. Тау-китанцы уже частично эвакуировались в это убежище.

– Почему же они к себе не улетят? – спрашивали самые недоверчивые.

– У них здесь постоянная экспедиция, космических кораблей нет. Но ждут! Спасателям уже весточку дали и теперь ждут.

Больше подслушивать не было смысла. Легко складывая два и два, Ричард понял, что уже ведется спешная постройка города в недрах Луны, куда и будет эвакуирована самая ценная часть населения планеты. А вот места в том городе будет очень мало, и количество эвакуированных будет строго лимитировано. В противном случае сотни людей уже пропадали бы ежечасно вместе со своими вещами.

Сделанные выводы Печенега опечалили:

– Значит, Земля обречена… Страшная участь миллиардов… – и разозлили, – а какие-то избранные ушлепки останутся жить и размножаться! Почему такая несправедливость?!

По правде говоря, Печенег никогда не страдал человеколюбием. Не бросался в зоны бедствий на спасательные мероприятия, не выделял средства для покупки хлеба для голодающих, не вытаскивал заложников из лап террористов, не спасал детей из горящих зданий. Да и на крики убиваемых рядом прохожих никогда прежде не реагировал. А тут сам себе поразился:

– Мне-то какое дело?.. С чего это я так озаботился этими нейтральными миллиардами?.. Вдруг все только к лучшему для цивилизации складывается?.. И она пойдет по другому, правильному пути развития?.. Хм! Знать бы еще, какой путь воистину правильный?.. И отыщется ли мне самому место на том пути?..

Думай не думай, печалься не печалься, а какие-то действия следовало предпринимать немедленно. Тауламп шла строго на Москву и в очередной раз сворачивать вроде бы не собиралась. Только вот выбор оказался ничтожно мал. Либо поверить в желание простить и объявиться перед иными обладателями. Либо надеяться только на себя и самому искать место на Земле для спасения. Либо (этот вариант действий рассматривался как чисто гипотетический, назло всему остальному) пользуясь неразберихой, убрать парочку членов СО, а то и всех скопом уничтожить. После чего ультимативно потребовать безоговорочного сотрудничества с таукитанцами и русским правительством. После чего отправиться на Луну, где не только возглавить представительство, но и стать полноправным диктатором лунной колонии.

Последний вариант был отторгнут с нервным смехом:

«Куда уж мне тягаться с этими монстрами, если даже Большой Бонза их свалить не смог. И ведь две попытки сделал, да еще каких! Все силы собрал, а что толку? Скорее всего, и сам погиб, и своего племянника угробил. Это если не упоминать всуе агрессивного Туза Пик и Волоха. Только вот интересно, что сейчас с Кулоном-регвигатором?.. Если СО и на него свои руки наложил, да друг с дружкой при этом не передрались, то с ними бесполезно бодаться. Наверняка сильней стали, жирок наели… а то и по дюжине лишних фантомов создали… У-у-у! И чего я тогда эту подкову у Бонзы не забрал?! Хрен бы он мне что сделал!..»

Запоздалое сожаление о своей неуместной порядочности вначале разозлило, потом опечалило, затем заставило думать логично. Если Загралов и компания владеют Кулоном, то у них появился неплохой шанс усилиться. А что это значит? Только одно: фантомов у них больше. И додуматься до очевидного вывода стало лишь вопросом одной минуты:

«…чем черт не шутит, вдруг Апостол или Свифт уже стали шестидесятниками. Или Гон Джу подсуетился… А ведь доросший до такого ранга обладатель забрасывает фантома на расстояние гораздо большее, чем с Земли до Луны… Мм?.. Ух, ты… Вот! Вот оно – зерно истины!»

Конечно, стопроцентной уверенности в подобном быть не могло, но Печенег в озарении забегал по комнате, сразу же перенаправляя действия своих фантомов на решение новой задачки. Теперь-то он прекрасно понял, почему таукитанцы никогда не показывают своих лиц! Они – обычные земляне! Либо сами обладатели размахивают руками перед телекамерами и демонстрируют чудеса телепортации, либо своих фантомов двигают, как марионеток.

– Как ловко и красиво они придумали с этим представительством братьев по разуму! – восклицал Ричард, не в силах успокоиться. – А сами уже ведут отбор будущих колонистов. И начали заброску первой партии. Ну и для себя теплое местечко готовят. И для высшего звена руководителей России… Или нет?.. На кой ляд им эти замшелые чиновники?.. Старые к тому же… А зачем им тогда миниатюрные бомбы?.. Неужели в самом деле попытаются урезонить скачущую Тауламп?.. Или попросту отвлекают внимание и дают заведомо невыполнимые обещания?.. Что-то тут не сходится…

В любом случае отныне приемлемых вариантов оставалось только два: идти сдаваться или самому выкрасть Кулон-регвигатор. Первый казался опасным. Второй – фантастическим. Хотя самому построить колонию на Луне и стать там полноправным, пожизненным диктатором показалось венцом всех чаяний и мечтаний.

Так что дальше мистер Кюден рассуждал так:

«Сдаться я всегда успею. Но почему бы не попробовать выяснить местонахождение Кулона-регвигатора? Попадусь при этом поиске, не страшно. Одним грехом больше, одним меньше, не спасает. А так, хоть потешу свое самолюбие утверждением, что сделал все возможное и даже невозможное для отстаивания личной независимости. В атаку!.. Точнее, в разведку…»

И Ричард Кюден, голубоглазый блондин, родившийся некогда в Крыму, с яростным воодушевлением бросился решать поставленную перед собой задачу. Потому что простых и логичных решений не признавала его вечно метущаяся душа. Известный девиз ему тоже казался близким и понятным:

– Нормальные герои всегда идут в обход!

Глава 27
Непредвиденное разгильдяйство

Неразбериха в делах царила и в самом деле невероятная. Все прежние направления оказались в загоне, а фантомы брошены на решение более актуальных проблем. Да и то, сравнения со спасением человечества не выдерживали никакие дела, даже международного уровня.

Только и оставили на своих постах буквально несколько фантомов, сорвать которых просто посчитали смертельно опасным для некоторых соратников. Только полковник Клещ, его супруга да Фрол Сергеевич Шарыгин втроем тянули неподъемный воз проблем с криминальными элементами. Это что касалось команды Загралова.

Точно такая же картина создалась и в командах полусотников, да и у Якова Шереметьева. Если не хуже. Там у них всего по два фантома блюли жизнь своих обладателей. Или вообще ни одного, как было у Якова. Тот вообще окружил свое тело несколькими ведьмами и считал это вполне достаточным.

Про научные направления, где тоже следовало работать в поте лица, в том числе и фантомам, вспоминали по остаточному принципу. Иначе говоря, там вообще ничего не делалось. Точнее, делалось, но обычными людьми и, скорее всего, по инерции. Лично обладателям, несмотря на множественность их тел и умноженные потоки сознания, уследить за всеми проектами оказалось физически невозможно.

Например, Игнат Ипатьевич, хоть и являлся фантомом, но постоянно вынужден был оставаться на виду у всех. Слишком уж общественная у него оказалась должность «императора». А потому он буквально рвал на себе начавшие отрастать волосы, стеная и плача о начинающемся провале ведущихся безостановочно экспериментов с лекарством «Яплес Хоча». Естественно, что накануне апокалипсиса никто целителю даже посочувствовать не спешил, и все претензии валились на голову Загралова:

– Ваня! Ты с ума сошел! Как это я могу свернуть начавшееся производство?! Оно слишком продолжительно и непрерывно! А ты осмеливаешься забирать у меня людей?!. Смерти моей хочешь?!

Рушилось самое главное детище его жизни. Грозила умереть его мечта. Отодвигалось в неведомое и мрачное будущее решение проблемы с главной, неизлечимой болезнью. Упускался шанс в ближайшие полгода осчастливить цивилизацию, избавив ее от злокачественной опухоли, от рака.

И никакие доводы не могли успокоить старика. Хотя Иван очень старался найти нужные и действенные слова:

– Все уже существует, и ничто нам не помешает создать лекарство на Луне. Все оборудование перебросим. Понадобится, создадим искусственную тяжесть. Да и здесь у нас потеряны еще не все шансы справиться с Тауламп. Потом только и останется, что повторить всю цепочку взращивания нужных штаммов. А сейчас… ну никак не получается! Даже разорвись я на части – не успею. Да и сил в Цепи у меня не хватит.

Все равно Хоч метал, рвал и плевался. Договорился даже до абсурда:

– Плевать на спасение цивилизации! Ты обязан спасти мой «Яплес»! – правда, тут же спохватился, продолжая нервно приглаживать торчащие во все стороны волосы. – Конечно, спасение цивилизации тоже может идти своим ходом… Да оно уже и так в полном разгаре! А вот мне… Вот у меня… Короче, давай мне людей! Любых! Хоть первых попавшихся с улицы… на которых я укажу. Плевать на секретность, лишь бы спасти ведущийся процесс создания первой партии.

Пришлось согласиться. И срочно, чуть ли не вызвав этим новый скандал в мире науки, собирать в «империю» всех перспективных ученых, которых Хоч грозился «подобрать на улице». А кто захочет работать в преддверии апокалипсиса? Пусть им и пообещают некое гипотетическое спасение. Правильно… Вот и прибывали на помощь целителю только единицы.

Но там как-то вопрос все же решался.

Хуже обстояло на иных предприятиях, в концернах, научно-исследовательских институтах, которые хоть как-то касались интересов обладателей. Там вообще работы прекратились. Даже в тех лабораториях, где трудились только «свои» и творили нечто только для своих.

Например, у Гон Джу несколько научных коллективов перестали работать над новой вычислительной техникой. И теперь только для восстановления прерванной ими работы понадобится не менее полугода.

А Свифт попросту разрешил подчиненным работать на свой страх и риск. Причина, которую он озвучил с прискорбием, звучала банально:

– Мне некогда.

Лучезар Апостол вообще убыл на Луну, отправив заблаговременно всех своих подчиненных на Земле в бессрочный отпуск. Хорошо хоть успел выплатить каждому денежное пособие-премию в сумме годового оклада. При начавшемся бешеном росте цен это давало шанс хоть как-то продержаться на плаву до…

О грядущем конце самые психически устойчивые гении старались не думать. А для этого многие продолжали работать с еще большим исступлением. Конечно, если в тот момент не приходилось участвовать в ведущейся эвакуации.

Вот так и получилось, что про одну важную лабораторию почти забыли. А ученые, там собравшиеся, как раз и относились к тому виду людей, которые панику в себе и страх заглушали не алкоголем или наркотиками, а круглосуточной, исступленной работой. Эвакуироваться им тоже не пришлось, ибо работали они и жили с семьями вне Московской области. И траектория «серой беды» пролегала четко в стороне от небольшого поселка.

Конечно, охрана там имелась. Надежная. Проверенная. Морально стойкая. И продолжала бдеть, несмотря на близящийся конец света. А может, пример перед собой положительный видели: ученые работают в поте лица, значит, и нам надо оставаться на посту, не превращаясь в одичавшее стадо.

Хотя, над чем работали ученые, никто понятия не имел. Как не имели понятия, насколько продуктивен их труд и что должно получиться в конечном итоге. А ведь давно уже работали. И ничего у них толком не получалось.

Честно признаваясь самим себе, ученые уже и сами не верили, что у них что-то получится. Тем более что начальство и непосредственное руководство в лице Курта Свифта перестало появляться в поселке. Но именно исступление и коллективный мозговой штурм в последние дни вдруг принес желанные плоды: создаваемое устройство стало собирать крохи странной энергии, которая называлась шефом «венгази».

Именно крохи. Мизерные, почти не регистрируемые приборами, но эти крохи существовали в реальности. Ну и как тут не порадоваться? Небольшой коллектив впал в творческий экстаз и утроил умственные усилия. При этом было решено пока что не беспокоить господина Свифта, а порадовать его позже, когда устройство выйдет на примерную проектную мощность по сборке «урожая».

Причем восторг специалистов передался их семьям. От тех – восторг коснулся и охранников. На двое суток поселок замер в ожидании чего-то великого и эпохального. Затем еще сутки ушли на испытание и воплощение новых идей в жизнь. На четвертые сутки ученые додумались до создания специального аккумулятора, в который можно было сливать накопленную в гигантской подкове энергию венгази. На пятые – аккумулятор начал накапливать энергию, и уже к вечеру начальник лаборатории решил порадовать шефа немыслимым свершением.

Общался он со Свифтом по скайпу, собрав у себя за спиной всех соратников и соавторов открытия. Заранее планировалось плавно подвести к итогам своей работы и с должным пафосом похвастаться как запуском устройства, так и созданием аккумулятора. Но шеф очень долго не выходил на связь, а когда все-таки его лицо появилось на экране, то выглядело оно жутко уставшим и несомненно нервным.

Поэтому начальник решил не томить и не затягивать. А то мало ли у кого не выдержат нервы:

– Курт! – он имел право так обращаться к шефу, потому что работал с ним по данному научному профилю еще в Канаде. – У нас получилось!

– Что? – нахмурился Свифт, словно забыв о сути ведущихся здесь исследований.

– Кулон-регвигатор, как ты его называешь, стал собирать энергию венгази! – последовало торжественное заявление. – Мало того, мы создали аккумулятор, который может принимать в себя и удерживать как минимум пять суточных порций накопленной энергии.

Видно было, как лицо шефа светлеет, наливается истинным восторгом и ничем не омраченной радостью:

– Да вы – гении! Вы все останетесь в памяти потомков на века! – завопил он, хлопая при этом исступленно в ладоши. – Браво! Виват! Брависсимо! – Несмотря на обуявшую его экзальтацию, Курт все-таки отыскал в себе силы на трезвые рассуждения: – Помните, я вам пообещал, что вы и ваши семьи будут спасены в любом случае? Поэтому верьте мне, когда твержу о памяти потомков! Верьте! Ну и ждите, скоро буду у вас лично!

На том связь завершилась, и Свифт по связи через сигвигаторы поспешил обрадовать всех своих союзников. В том числе и Тюрюпова, работавшего в поте лица вместе со всеми:

– Господа! Свершилось! В моей лаборатории создан из земных материалов Кулон-регвигатор! А к нему – аккумулятор, удерживающий венгази! Ура!

Естественно, что после такой новости все обрадовались до икоты. По крайней мере Иван Загралов так и сказал:

– Сбылась мечта страдальца от диеты… Ик! Сегодня я уже точно наемся! – еще разок икнув, поинтересовался: – Ты сам доставишь подкову или надо к тебе мчаться?

– Сам! – пообещал Курт, с некоторым раздражение добавляя: – Часика через пол… Иначе никак…

– Добро, жду! – отозвался повеселевший шестидесятник.

Вроде и недолго Свифт задержался. Минут на двадцать. Но когда оказался в поселке, у него от увиденного заныло сердце и защемили никогда прежде не болевшие зубы. Охранники лежали вповалку с гражданскими. Лаборатория разгромлена, двери нараспашку. Ученые обездвиженными тушками так и лежат в главном зале, откуда совсем недавно велась беседа с шефом.

И что самое обидное, ни созданного такими усилиями Кулона-регвигатора, ни уникального аккумулятора на месте не оказалось. Все унесли неизвестные злоумышленники.

Глава 28
Да сколько вас?!

Сразу же начать широкомасштабные поиски не позволили обстоятельства. Все фантомы были заняты. Поэтому пришлось полагаться в основном на обычные силы правопорядка, наемные группы боевиков и на самых лучших детективов. И только позже постепенно, подключали к раскрутке следствия некоторых фантомов. В первую очередь Клеща с его помощниками.

Но и этого хватило, чтобы быстро напасть на след, а там и накрыть группу исполнителей. Те оказались бойцами спецназа, профессиональными вояками с огромным стажем. И пошли они на «дело» не только за десятикратную оплату, но и выполняя приказ своего командира. При этом все были уверены, что действуют против какой-то частной шарашки одного из олигархов. Да и кровь им проливать не пришлось. Действовали оружием с усыпляющими транквилизаторами, нападали с троекратным преимуществом. Если и пострадали самые шустрые охранники лаборатории, то лишь отделались свернутыми скулами да зубами, выбитыми в запале атаки.

Нашли и ангар, в который бравые спецназовцы доставили трофеи и охраняли их до момента собственного ареста. Только вот ангар, несмотря не непрерывное кольцо охраны, оказался пуст. И хода подземного из него не было.

То есть следствие зашло в глухой тупик. А обладателям стало понятно, что здесь действовал кто-то из них.

– Приплыли! – бесновался Гон Джу, воздевая руки, словно взывая к небесам: – Ну и как? Как можно было оставить такой важный объект без должной охраны?!

– Да кто ж мог подумать? – растерянно оправдывался Свифт. – Результатов не было никаких… Да и слепая зона имелась вполне солидная. Чужие фантомы не прошли бы…

– Все равно твоя вина! Во всем! И гениев, тобой собранных, во вторую очередь после тебя высечь надо! Сразу ведь должны были о первом успехе доложить. Чего таились, очкарики заумные?

– Порадовать меня хотели, сюрприз устроить…

– Да уж, порадовали! Полные штаны радости этой… И что теперь делать будем?

– Слава богу все живы… Уже всех привели в сознание, – несколько воспрял духом Курт. – Знания в головах остались. Так что дней за двенадцать, а то и за десять, Кулон и аккумулятор будут сделаны повторно.

«Китаец» только застонал от названного срока, а Яков воскликнул:

– Десять дней?! А быстрей никак нельзя? За день или за половину? Тут каждый час на счету…

– А вот нельзя! – выплеснул свою нервозность Свифт. – Это тебе не обычную подкову выплавить, согнуть, да четыре дырки для гвоздей пробить. В устройстве все самые передовые идеи научной мысли собраны! Там только на точные настройки контуров уйдет не менее пяти суток.

– Понял, – вполне покладисто и спокойно отвечал Шереметьев. – Не разбираюсь я в колбасных обрезках, так и советовать ничего не буду. Но одно предложение внесу: можно ли совместить те самые настройки с умением колдуна оперировать определенными полями?

Хозяин разграбленной лаборатории уставился на коллегу в задумчивости. Тогда как Гон Джу еще больше разнервничался:

– Какие к папуасам колдуны?! У нас только один выход: часа на два бросить силы всех наших фантомов на поиски этого подлого ворюги.

– Не получится, все программы сорвем. А вот с колдовским воздействием, – задумался Свифт, – можно попробовать. Хотя с ходу даже предположить трудно, с какой стороны за тебя браться и как твои воздействия проверять.

– Не за меня, – отмахнулся Яков. – Мне тоже некогда. Зато есть у меня группа особо интересных людей. Каждый из них вроде бы и не полный колдун, зато резко выделяется в чем-нибудь одном. Они пока не посвящены во все наши секреты и собраны для работы на подхвате. Намеревался заняться ими в свободное время, но куда уж тут… Так что могу отправить их хоть сейчас в лабораторию.

– Отправляй…

– Не понял?! – никак не мог успокоиться Гон Джу. – А злодея прекращаем искать? И даже личность его не попытаемся определить?

Свифт пожал плечами и пустился в рассуждения:

– А толку в его определении? Тюрюпов такое устроить не мог, он пашет, как раб на галерах. Печенег? Есть шансы, что это он сработал, но вряд ли он пока в Москву ринется спасаться под нашим крылышком. Он не любит рисковать. Значит, к нам тут явился некий неизвестный нам обладатель. Причем в ранге скорей всего полусотника. Иной так легко спецназ не задействовал бы. Большой ему плюс, что он никого из ученых даже не покалечил. Что обозначает, в свою очередь, его возможное в дальнейшем сотрудничество с нами. Искать его бессмысленно. Наверняка он уже далеко и жирует на украденных трофеях. Ну а продолжение поиска…

– Загралов говорит, что оставляет в помощь троицу своих силовиков, – сообщил Шереметьев, имея постоянную связь через фантомов с шестидесятником. – Если вор не сбежал слишком далеко, полковник Клещ его обязательно выловит, рано или поздно. Такое оскорбление прощать нельзя. Да и личность неизвестного выяснить – нам же полезней будет.

Так что Курту только и осталось, как подвести итог краткого совещания:

– Основное внимание – лаборатории, где уже немедленно приступают к созданию Кулона-регвигатора. Второстепенная задача – поиск и выяснение личности вора. Только вот прошу не забывать еще об одной проблеме: кто именно корректирует движение Тауламп на Москву? Не доказано стопроцентно, но если такой тип существует, то у него сигвигатор имеется, вне всякого сомнения. И этот тип гораздо опаснее вора. Назовем его условно… Подпасок.

– Им может оказаться все тот же Печенег…

– Вряд ли. Не мог он тут настолько четко организовать ограбление лаборатории, да одновременно еще и за «серой бедой» присматривать.

Коллеги кивнули головами, пообещали учитывать и помнить да и собрались разбегаться. Как вдруг Гон Джу замер, прислушиваясь к ментальному общению. Еще и руку поднял, останавливая соратников.

Только через минуту забормотал:

– Странно… Кто-то пытается выйти со мной на связь через сигвигатор…

– Может, это Печенег? – последовали предположения.

– Или Бубенчик балуется с имеющимся у него устройством?

Еще некоторое время «китаец» аккуратно налаживал связь с неведомым абонентом. Всегда так получалось, если коллеги не договаривались заранее о связи. Ну а когда сообщения стали проходить и даже диалог наладился, все трое собравшихся союзников вначале не могли поверить в случившееся.

Первое сообщение оказалось и самым информативным:

«Прошу разрешить общение. Мое истинное имя вам ничего не скажет, поэтому можете обращаться ко мне просто Новозеландец или совсем просто Нозе́. Я такой же, как и вы, но никогда ранее не выходил на связь с себе подобными. Всегда придерживался жесткого нейтралитета и позиции невмешательства. Но сейчас обстановка в мире трагически обострилась, и я вынужден пойти на контакт. Тем более что в грозящем апокалипсисе есть и доля моей вины».

Гон Джу дублировал сообщение товарищам, но от себя добавил:

– Не верится даже! Нейтрал какой-то?.. Или сам владелец сбежавшей от него Глыбы?.. Вот цирк-то получится…

«Вижу, что сигнал мой принимается, поэтому продолжу, – возобновилась передача. – За вашей группой веду наблюдение уже давно, поэтому считаю вас достойными для более плотного, хоть и вынужденного сотрудничества. Вот и спешу сообщить о грозящей вам, да и всему миру опасности».

«Рад вас слышать, мистер Нозе́! – наконец-то сумел ответить Гон Джу. – И весьма благодарен за ваше предупреждение. В чем вы видите опасность?»

«В существовании еще одного обладателя, о котором вам вообще ничего не известно. Называет он себя очень высокомерно и звучно: Ной. Я сам о нем узнал случайно, благодаря чрезмерной предусмотрительности. Или, если уж себя критиковать, то благодаря моей паранойе. Многие годы я вербую агентов в самых разных странах и в самых различных общественных структурах. Агенты эти получали много, а работали мало, но на кого – понятия не имели. Зато сейчас подобное принесло свои плоды. Этот самый Ной обратился к первым людям США с предложением, от которого те не смогли отказаться…»

«Минуточку! – засомневался Гон Джу. – О каких людях идет речь? Ведь правительство там уничтожено и только-только формируется».

«Речь не о президенте и его министрах. Речь о банкирах, которые там всем заправляют. Случившаяся резня их почти не коснулась, да и в новом правительстве они умудряются поставить именно своих марионеток. В их же ведении и власти остались денежные потоки, хранилища золота и прочее…»

«Понял, извините, что перебил!»

«Так вот, о сути заявления, – продолжил Новозеландец. – Звучит оно так: «…Спасению Земля не подлежит, она обречена. Но у меня есть возможность спасти десять тысяч человек на своем личном корабле, а после доставить их в иной, вполне комфортный для землян мир. За это только и требуется сдать мне все редкие металлы, которые имеются в ваших хранилищах…»

Речь шла о таких природных металлах, как родий, осмий, рутений, платина. Или о таких изотопах металлов, как Осмий-187 или Калифорний-258. Про золото Ной, а уж тем более про серебро не упоминал. Обмолвился только, что для него это слишком мелко.

Владельцы основных мировых капиталов согласились сразу. Что им какой-то презренный, пусть и баснословно дорогой металл, если на кону стоит их жизнь? Да они и на сотню спасенных своих тушек согласились бы разменять достояние землян, созданное кровью и потом не одного поколения.

В свете этой договоренности сразу становилась подозрительной недавняя сплоченность всего американского народа. Потому что вырезать правительство и министров в течение часа, максимум двух никакие стихийные революции не в силах. Значит, кто-то постарался резко и кардинально устранить с арены любых игроков, имеющих хоть какое-то влияние на армию и способных помешать передаче металлов в нужные лапки. И теперь становились известны главные организаторы резни.

Так что скорее казусом, чем встречным требованием можно было считать просьбу банкиров уже в адрес Ноя: спасти хотя бы временно Вашингтон, а вместо него уничтожить Москву.

Ответ «спасителя» не заставил себя ждать:

«Я отправляю Тауламп на Москву и втаптываю этот город в глубокое болото. Но за это вы постараетесь собрать для меня все мировые запасы упомянутых мною металлов».

На том стороны и сошлись.

Новозеландец также указал две рядом расположенные точки в США, куда толстосумы спешно свозили ценные металлы. Туда же стали подтягиваться избранные, которым Ной пообещал проживание в ином, вполне комфортабельном мире. Причем известна стала и норма багажа, не превышающая четырех чемоданов и ста килограммов на человека.