Текст книги ""Фантастика 2026-73". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Глава 22
«Народник»

Остаток этого и два следующих дня прошли для Ивана Федоровича Загралова под знаком некоей растерянности, несобранности и непродуктивной траты времени. На общественные работы он так ни разу и не сходил, благо нашлось кому его прикрыть от недовольства посельчан. Причем это были люди авторитетные, заявившие, что москвич делает важную работу, результаты которой положительно скажутся на укладе жизни всего поселка.

Все хлопоты по привлечению в семью Елены Дмитриевны Шулеминой он сбросил на плечи своей главной супруги и ее неожиданной коллеги. Мол, сразу заявляю: у меня ничего не получится, я за это не берусь и вообще общаться с недавней подругой и любовницей опасаюсь. Не она меня морально убьет, так любимая женщина какое-нибудь слово неправильно расслышит, истолкует не в мою пользу и устроит мне веселую жизнь.

Ольга осталась таким спичем вполне удовлетворена, но поинтересовалась: «И как же я буду общаться с Еленой, если появиться перед ней физически не могу?..» Иван тут же ответил: «Да и нельзя тебе! Ты же ее уничтожить и разорвать обещала». Любимая, проворчав, что так и следовало бы сделать, тем не менее подсказала идею: «Если ты можешь налаживать общение между мной и Фролом, то сделай подобную связь между мной и ведьмой».

Обладатель задумался, вспомнил о снятой матрице естества, находящейся в его подсознании, и решил попробовать. Во всяком случае, много сил не уйдет. С четверть часа экспериментировал с неведомыми и непонятными ему идеями и методом тыка наткнулся на нужное действо: ведьма стала слышать голос духа Ольги у себя в голове. Ну а та уже вполне самостоятельно могла передвигаться рядом с младшей по рангу коллегой, общаться с ней, да и вообще могла свободно перемещаться по всему поселку и вблизи от него.

Вот, пожалуй, и все полезное, что сделал Иван за два с половиной дня.

Женщины договаривались сами. Изначально, уже ближе к ужину, Сестри пришла в комнатку, выделенную гостье, и уселась на кровати у нее в ногах. Актриса ни на что не реагировала и даже не хотела отвечать на простейшие вопросы родителей Ивана, настолько она была обманута в своих ожиданиях. Да и сомнения ее буквально доедали: неужели она ошиблась в определении собственной беременности? Но сразу напряглась после предложения ведьмы:

– Хочешь пообщаться с Ольгой Фаншель?

Шулемина медленно перевернулась на бок, обожгла ведьму ненавидящим взглядом, но продолжала молчать. Тогда пришедшая стала объяснять продуманную заранее и согласованную историю. Причем историю, основанную на правде и только чуточку подкорректированную фантазиями.

Дескать, да, она и в самом деле ведьма, причем настолько сильная, что, получив на это разрешение Ванюши, сегодня вызвала дух его супруги и, установив канал, теперь может с ней постоянно общаться. Мало того, сама Ольга может ее глазами видеть все происходящее вокруг и слышать все звуки ее ушами.

Естественно, Шулемина не поверила. Не состроила даже презрительную гримасу и опять отвернулась, укладываясь на живот. Но Сестри не отставала:

– Не веришь? Тогда я разрешу твоей подруге пообщаться моими устами с тобой напрямую. Она тебе сейчас выдаст кучу секретов и мелких деталей, о которых можете знать только ты и она. Но сразу предупреждаю и хочу тебя правильно настроить: госпожа Фаншель на тебя очень сердита и начнет с ругани. Будь готова… А я перехожу в роль зрительницы…

Ну и госпожа Фаншель не постеснялась в выражениях.

Шулемину пробрало с первых же слов. Настолько были сходны интонации, тон и характерные словечки. Вначале она перевернулась на спину. Потом села. Потом отодвинулась на край кровати, испуганно пялясь на говорящую женщину, прикрываясь подушкой и поджимая под себя ноги.

Разбушевавшаяся Ольга закончила вступительную речь, явно злорадствуя:

– Дрожишь? Боишься? Правильно делаешь! И твое счастье, что я не могу воспользоваться руками! Вот тогда бы ты у меня получила в полной мере за совращение моего Ванюши! Ну, ничего, я еще с тобой скоро встречусь с глазу на глаз!

Шулемина не выдержала и заплакала:

– Олечка, прости! Умоляю, сжалься… Мне было так тяжело…

– Ладно, о прощении поговорим потом. А сейчас я тебе кое-что расскажу из наших секретов, чтобы ты окончательно поверила, что это я… К примеру, как ты хвасталась особенными ласками Ильи, которые вы увидели в порнофильме. Тебе эти ласки очень нравились, хотя Илье ты в этом так и не призналась…

– Все! Больше не надо, пожалуйста! – залепетала пораженная и уже давно и так поверившая подруга. – Я не сомневаюсь, что это ты! Где ты? Когда тебя отпустят? Как твое самочувствие? Говорила ли ты с Иваном?

– Да я уже и так почти на свободе. Эти женщины были втянуты в преступление насильно и давно бы меня отпустили, но опасаются мести. Поэтому мне вместе с ними надо все хорошенько продумать. Самочувствие мое отличное, фигуру выдерживаю, хотя кормят меня изумительно, можно сказать, одними только деликатесами. С Иваном поговорила, и говорю теперь постоянно. Так что он в курсе всего и тоже занимается продумыванием каждой детали для моего скорейшего к нему возвращения.

– Ой, Олечка, я так рада, так рада… – прошептала Шулемина, глотая слезы.

– Незаметна твоя радость… Скорей ты бы радовалась, если бы я не вернулась…

– Ну что ты! Как ты можешь такое говорить?! Я для тебя готова на все!

– На все, на все?

– Что только в моих силах…

– Ну, тогда мы постараемся с тобой договориться.

И Ольга вместе с ведьмой стали предлагать ошарашенной актрисе стать негласной супругой Ивана Федоровича Загралова и родить от него ребенка. А в дальнейшем так и жить, выполняя не только его волю и желания, но и признавая первенство Ольги.

Переговоры длились долго. Шулеминой приоткрыли некоторые тайны сигвигатора и рассказали о сути обладателя. Остальные тайны обещали раскрыть потом. Шулемина согласилась на новое свое положение, но с оговорками, впрочем незначительными. Например, она настояла на том, что ее дети будут носить те имена, которые она сама выберет. Потребовала исключить грубые слова в общении между женами, а нарушившую это правило наказывать так, как захочет та, кого обругали.

Вот так Иван Федорович Загралов стал троеженцем. Но пока только теоретически, потому что любимая женщина и мысли не допускала о том, что он может уединиться для интима либо с Шулеминой, либо с Сестри.

Да он и не стремился. А попросту бездельничал, делая вид, что очень занят. То сидел в лаборатории Романова и выслушивал его восторженные рассказы о великом будущем физиологии, химии и микробиологии. То вдыхал запах трав и обрубка тава-гры в доме целителя деда Игната. Тот тоже не молчал, а в благодарность за полученные ингредиенты раскрывал свои секреты.

Что касается Фрола, то свое следствие благодаря резко возросшей мобильности и дальности перемещений фантом проводил с размахом, и очень продуктивно. Благодаря помощи незримого «Народника» ФСБ узнала многие тайны, и теперь, имея на руках веские доказательства и улики, громила «малины», закрывала подпольные казино, хватала соучастников и прихлебателей и надевала наручники на организаторов безобразий, творившихся в области. Добрались и до главных распространителей наркотиков. Эта волна, сметавшая накопившийся мусор, получила в СМИ название «Вертолетная вонь».

На третий день после дематериализации Фрола Загралов заметил, что утекающий к Пасечнику ручеек силы иссяк. Он тут же создал дух Пасечника и спросил:

«Как ты себя чувствуешь и что стал уметь дополнительно?»

«Да ничего не стал, – удивился Фрол. – И чувствую, как прежде. А что на эту тему ведьма говорит?»

«Все то же самое: дескать, дух-надсмотрщик отличается от духа-убийцы по цвету различимого в пространстве пятна. И может в своей невидимой ипостаси убивать живое физическое тело. А вот как делать это конкретно – она понятия не имеет. В семейных летописях об этом тоже ни слова…»

«Дала уже почитать?»

«Они у нее не здесь. Здесь только черепа… Кстати, обещает послезавтра сотворить контакт со своими предшественницами, и если те пожелают, то могут и с нами пообщаться. Как тебе такое дело?»

«Чудеса! – выдохнул мечтательно Пасечник, будучи где-то рядом. – Сказки, оказывается, не врали!..»

«Ха! На себя глянь! Сам как джинн из сказки стал! М-да… И как же нам попробовать твои новые умения? Нет ли там, среди арестованных таких, которые заслуживают немедленной казни? Да еще имеют все шансы выйти на свободу?»

Фрол тяжело вздохнул:

«Да есть такие, как не быть. Миллионами ворочают, и уже вокруг них столько защитников и тупых, обманутых сочувствующих собралось, что того и гляди, судьи их на свободу выпустят. Даже ФСБ не может ничего сделать, из Москвы не просто указания о нарушениях идут, а уже целые комиссии на подъезде, вот-вот такое начнется, что честным людям тошно станет. А на совести этих наркоманов тысячи невинных детей, подростков и молодых, полноценных мужчин и женщин».

«Ну, так не церемонься с ними! – вынес свой приговор обладатель. – Но отправь на тот свет парочку самых наглых лишь после того, как будут предупреждены все остальные: не станете давать показания – с вами будет то же самое! Согласен?»

«Сам так подумывал, только стрелять или душить этих гадов не с руки. На конвоиров и на охрану вина падет…»

«Экспериментируй со своими новыми возможностями, – посоветовал Иван. – И делай это смело, не бойся ошибиться или переборщить…»

«Хорошо. Переправь меня вначале на Плешь… минут на пять…»

Побывав на Лесной Плеши, Фрол убедился в том, что строительство там никто не продолжает и даже запаха подлых охотников с боевыми собаками там больше не было. А добравшись до следственного изолятора, борец за справедливость развернулся вовсю. Вначале подбросил записки всем распространителям наркотиков. Когда те их прочитали, уничтожил каждую бумажку. В записках предлагалось немедленно начать давать правдивые показания, иначе все они будут умерщвлены по очереди тем самым «Народником».

Понятное дело, что ожидающие завтрашнего освобождения преступники и не подумали каяться в своих грехах. Вот тогда уже Фрол с чистой совестью приступил к экспериментам. Умел он это делать, да и на выдумку был горазд. Вначале использовал те методы и движения, которые Ольга, будучи духом, применила при первой встрече с ведьмой. Атаковал, пытался нечто рвать в мозгу у преступника, давил на жизненно важные органы, а то и пытался выдавить глаза.

Ничего не вышло! Разве что при сильном воздействии некоторые наркодельцы обеспокоенно оглядывались и недоуменно поднимали брови. Что-то в них проникало! Но вот что именно? И как это использовать?

Временное отступив, Фрол стал советоваться с обладателем. А у того память на разные книжные истории да на фильмы оказалась не в пример богаче и разнообразнее. Вот он и посоветовал духу как бы «войти» в человека, там замереть, освоиться, прочувствовать его мысли, подавить сознание и попробовать перехватить управление телом.

«Убийца ведь не обязательно должен убивать лично, главное – результат! Если преступник умрет – ничего больше и не требуется. Но все следует обставить так, чтобы не пострадали охранники. А то ты сам говоришь, как раздуть могут…»

«Идею понял! Приступаю к пробам!»

Однако, при всем желании и настойчивости Фрола, результата удалось добиться не сразу. Только перед самым ужином в одной общей камере произошло знаменательное событие. Читавший газету спесивый арестант, которого даже пахан боялся зацепить неосторожным словом, вдруг вскочил на ноги и, глядя округлившимися глазами на свои руки, стал рвать газету на мелкие кусочки. Когда с этим было покончено, он начал говорить странные слова:

– Я сволочь! Я убийца детей! Я заставлял дилеров ловить несовершеннолетних и колоть им первые дозы наркотиков. Мне нет прощения, и я должен умереть. Если кто ко мне подойдет и начнет спасать – удушу.

Неуверенно передвигая ноги, он отправился к унитазу. Поднял крышку, забил майкой сливное отверстие, засунул в унитаз голову и слил воду.

Очумевшие сокамерники стали колотить в дверь, вызывая надзирателей и тыча пальцами в труп. Ужас их был беспределен. А через пять минут, в другой общей камере, то же самое проделал еще один торговец крупными партиями наркотиков. Во время ужина в столовой стоял тревожный гул.

А после ужина остальные подследственные, замешанные в торговле наркотиками, бросились давать показания.

Глава 23
Третий

На следующий день после чрезвычайных событий в СИЗО многие дела получили иное направление, а количество арестованных увеличилось. Причем были задержаны и некоторые «защитники», которые сломя голову торопились в область из самой Москвы. Как оказалось, они сами являлись поставщиками «дури», помогая уничтожать собственный народ.

А в поселке Аргунны жизнь протекала все так же неторопливо и спокойно, как и прежде. Гость из столицы отправился на прогулку по окрестностям, его подруга, вторая гостья из мегаполиса, трудилась в саду. Родителям Ивана она доверительно сообщила, что солгала: ребенка-то она и в самом деле ждет, да только не от их сына, а от своего трагически погибшего жениха. Сказала и о причине недавнего скандала: мол, это просто шутка, которая сейчас в ходу в Москве среди молодежи. Называется она «Порадуй родителей друга, что у них вскоре будут внуки!».

Заграловы-старшие этому объяснению не очень-то поверили, но промолчали.

Елена Сестри, отработав на огородах только два послерассветных часа, вернулась в поселок. Она решила внести в изготовление концентрата и свою лепту. Ведьма утверждала, что у них в роду было известно подобное средство. А так как ей лично волшебный орешек нисколько не помог в трудную минуту, то значит, следовало это средство усовершенствовать. Вот и направилась к деду Игнату.

А прогуливающийся по лесу обладатель, вместе с невидимой никому любимой супругой, решал свои проблемы. Физически оба были более чем удовлетворены утренними, прошедшими еще в предрассветной тишине ласками. Так что терзания плоти их не томили, и они думали о другом. Дело в том, что с самого утра, несмотря на то что Фрол опять отправился по своим делам, уходящий к нему ручеек энергии никак не опорожнял раздувшийся «бассейн» с силой. А значит, можно было подумать о создании следующего фантома. Две женские кандидатуры уже имелись: ведьма и Шулемина. Причем именно на такой последовательности настаивала Ольга, таким образом мстя подруге за посягательства на своего мужа.

Но ведь при создании фантомов шла обязательная последовательность: мужчина – женщина и опять: мужчина – женщина. И номером третьим мог стать только мужчина. Вот с ним и нужно было определиться.

У Ивана имелось три варианта, причем один весьма сомнительный: Базальт. Он же Резвун Илья Степанович. Наравне с ним шел друг детства Кракен. Он же Кравитц Евгений Олегович. Третьим на должность фантома с номером три выдвигался родной отец, Загралов Федор Павлович.

Само собой разумеется, что Ольга Карловна Фаншель имела свое мнение на этот счет. Сразу и бесповоротно она исключила из этого короткого списка свекра. Аргументируя это тем, что ей будет жутко стыдно раскрывать все тайны создавшейся семьи перед таким деликатным, приятным во всех отношениях человеком, примерным семьянином в традиционном понимании этого определения. Дескать, она на такое пойти не может, потому что совесть и стыд еще не до конца потеряла.

Затем она критично прошлась по кандидатуре Базальта:

– Как друг – он лучший на свете. Да и его боевой опыт, стремление к справедливости и умение отыскать выход из любой ситуации были бы большим подспорьем для Фрола. С парой таких защитников у тебя за плечами я была бы спокойна за жизнь отца моего будущего ребенка. Но! Во-первых: в твоей подспудной памяти может не оказаться скопированной матрицы естества. Да ты и сам сомневаешься, что твоего кратковременного ношения Ильи у себя на спине и нескольких пощечин при попытках привести его в сознание окажется достаточно. Вдруг получится неполноценное, ущербное существо? Ну и во-вторых: как ты себе представляешь объяснения с Базальтом? Если я, слабая женщина, не нашла в себе силы выцарапать твои бесстыжие глаза за связь с Ленкой, то уж Илья тебе без раздумий свернет голову за такой плевок в душу. Не правда ли?

– Ну зачем ты так плохо думаешь о нашем друге? – возразил Загралов. – Он человек толерантный, философского склада ума, отличный ученый, умеющий проводить анализ любой проблемы…

– Ну да! Анализ он проведет, может, даже и простит вас… но потом! Когда твоей свернутой шее это уже не поможет!

Приходилось признать, что сарказм супруги вполне уместен. Да и собственные опасения по поводу неполной матрицы терзали душу.

А Ольга приступила к обсуждению третьей кандидатуры:

– Ну и твой друг детства Евгений. Несомненно, талантливый журналист, умный и общительный человек, знаток всяких политических хитросплетений. Но давай рассмотрим его в плане боевых умений и должной, боевой решительности при неожиданной стычке с врагами…

– Ну, решительности ему всегда хватало…

– Это не та, которая нужна в жестком столкновении. Когда надо моментально определить, кому из врагов следует умереть немедленно.

Иван возмущенно помотал головой:

– Тебя послушать, так мы готовимся к войне! А как самой принять пыльцу тава-гры и стать духом-убийцей, так она отказалась!

Еще с раннего утра он уговаривал жену пойти на это преобразование, но она отнекивалась. Утверждала, что женщина не создана для убийства. Вот и сейчас повторила:

– Не женское это дело!

– Что ты станешь утверждать, когда у тебя родится ребенок?

– Вот когда родится, тогда и подумаю. Процесс преобразования короток, всего три дня. Да и к тому времени, возможно, расстановка сил вокруг тебя станет иной.

– Ладно, вернемся к нашему обсуждению… Я так понял, у тебя имеется своя кандидатура, раз ты так целенаправленно отвергаешь мои предложения?

– Есть. И я сразу начну с характеристики этого человека, а также перечислю все его умения и возможности. А уже потом назову его имя.

И приступила к оглашению «всего списка». Мужик умел ногой прошибать толстую доску и имел два высших образования. Мог командовать батальоном спецназовцев и рисовал прекрасные картины. Знал, как разобрать и починить практически любое оружие, и лично был знаком с президентом России. Умудрялся ворочать миллионами и при этом оставаться честным, добрым и справедливым. Ну и еще вагон и тележка разных положительных качеств.

Выслушав все это, Иван заявил:

– Я тебе не верю. Людей наподобие Супермена или Ильи Муромца в природе не существует. Да и те были со своими тараканами в голове…

– Но он бы нам подошел?

– Такой крутейший? Несомненно! Но нет такого…

– А вот и есть! – воскликнула супруга. – Даю подсказку: ты с ним знаком лично.

– Э-э-э? Ты на кого намекаешь?

– Даю последнюю подсказку, уже для совсем тупых: ты с ним пил кофе с коньяком и делал для него карехийе.

– Да ладно! При чем тут твой отец?

– А при том! – обиделась любящая дочь. – Все, что я сказала, это о нем!

– Постой, постой… Он ведь бизнесом занимается…

– Все это просто прикрытие. Чтобы никто не догадался о прошлом боевого генерала.

– Вот те раз! Так он еще и генерал? Милая, ты, конечно, прости, я понимаю, что ты своего папу очень любишь, но не слишком ли ты… хм… преувеличиваешь?

В ответ Ольга Карловна разразилась тирадой. Смысл ее сводился к тому, что, в отличие от некоторых несознательных личностей, никогда не врала, мужу не изменяла с кем ни попадя и вообще не давала оснований даже заподозрить себя в измене. А раз начались такие обвинения, то господин Загралов совершенно не любит свою жену и только тем и занимается, что выискивает повод, чтобы ее обидеть.

Пришлось успокаивать супругу, извиняться и пылко убеждать, что он не хотел ее обидеть. Просто он и подумать не мог, что Карл Гансович такой человечище…

– Тебе еще повезло, что ты сказал «преувеличиваешь», а не по-другому, – проворчала успокоившаяся Ольга и продолжила деловым тоном: – Значит, мы определились с фантомом номер три! А теперь…

– Не, не, не, не! – зачастил Загралов. – Ну сама представь, что случится, когда твой отец поймет, что на самом деле твое изначальное тело уже мертво. Что он сделает и тебе, и мне за такую ложь?

– Дорогой, не надо ставить телегу впереди лошади! – опять перешла на иной тон супруга. – Начнем с того, кто об этом знает. Только ты и Фрол. И с какой, спрашивается, стати вам об этом трепаться?

– Ну так…

– Молодец! Умеешь молчать, когда надо! Идем дальше. Если мой отец станет жить сразу в двух ипостасях, как физическое тело и как дух, что он подумает? Что и все остальные помогающие обладателю живут точно так же. Любые его сомнения заглушит моя беременность и рождение внуков. Со временем ему продемонстрируем обеих Елен…

– А к детям он как отнесется? Не пристукнет ли своего зятя, многодетного отца?

– Будешь меня любить и слушаться, волосок с твоей головы не упадет, – авторитетно заявила Фаншель.

– А вдруг ты меня разлюбишь и бросишь?

– Так ты ведь тогда все равно умрешь от горя и печали! Или ты мне врал? Точнее, преувеличивал?

– Скорей преуменьшал, чтобы не зазнавалась…

– Вот и хорошо. Какие у тебя еще есть возражения против предложенной мной кандидатуры?

Возражения имелись, поэтому спор продолжился с новой силой. Но был неожиданно прерван протяжным криком на весь лес:

– Ванюша-а-а! Ты где-е-е?

Это кричала ведьма, и вскоре супруги, встретившись с ней на тропинке, стали выслушивать ее торопливые слова:

– Вы помните о моем умении увидеть близкий час человека? Так вот я зашла к деду Игнату, пообщалась с ним, а потом меня словно током ударило. Присмотрелась внимательнее и уже на всю астральную глубину, и поняла, что жить ему осталось недолго. Не больше трех суток!

– Да что с ним такое? – встревоженно спросил Иван. – Приболел? Вроде выглядит как молодой…

– Старость… Срок его вышел… И такие крепкие люди в конце пути ломаются…

Загралов чуть за голову не схватился:

– Как же так?! У него столько планов грандиозных намечено, такие потрясающие открытия он грозился сделать в самом ближайшем будущем… И яшисарри! Кто нам приготовит их, кроме него?

– Вот и я точно так же запаниковала и сразу побежала тебя искать. И тоже подумала, что надо тебе, Ванюша, срочно снимать со старика копию матрицы естества. Такого человека нельзя упускать из этой жизни.

Слово было сказано.

Обладатель сдвинул брови:

– Такому человеку лучше сказать все и немедленно. А еще лучше сразу при его жизни создать духа разумного и все помнящего. Только вот как он к этому отнесется? Не повлияет ли это на его старческую психику?

Ведьма ни капельки не сомневалась:

– Ты бы только знал, насколько он молод душой и как верит в чудо. Уверена, что он с огромной радостью согласится на все, чтобы только продолжить свое существование. Тем более если мы будем его убеждать все вчетвером. Ведь тебе нетрудно будет призвать физическое тело Ольги и установить для него связь с Фролом?

– Нетрудно… Ладно! Пошли!

Иван зашагал к поселку и подумал:

«Ну, вот и определился наш фантом номер три…»