Текст книги ""Фантастика 2026-73". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Глава 23
Наперегонки

Елена Сестри, сжимая нервно в руке фонарик, осталась на огромном пространстве совершенно одна. И хорошо, что чуть позже её фантома успела сообщить обо всём, что произошло с обладателем и что удалось ей сделать для его спасения. Пока шли объяснения по внутреннему каналу связи, ведьма просто замерла на месте, опустив руки в отчаянии и не зная, что делать дальше. Да и потом ещё с целую минуту не двигалась, пытаясь определиться с дальнейшими своими действиями. Если с Иваном что-то нехорошее случится, всё, буквально всё пойдёт прахом. Это если рассуждать с позиции постороннего наблюдателя.

Но ведь на сознание Елены помимо её собственной воли вдруг навалилось и совершенно иное отчаяние, связанное с душевной болью и сердечным страданием. Она явственно почувствовала, что задыхается от переживаний за Ивана не потому, что он обладатель и на нём всё завязано, а по совсем иной причине. Называть её не хотелось даже мысленно, как и пускать на дальние задворки подсознания, но тем не менее причина существовала. Назвать её кратко, одним словом «любовь», показалось неуместным, а вот если четырьмя, то получалось: «чувственные переживание интимного свойства». И это почему-то оказалось ещё и страшно:

«Неужели я влюбилась?! – метались панические мысли в голове у Сестри. – Я ведь ведьма! Мне нельзя! Да и какие могут быть чувства в семье, где всё основано только на расчёте и необходимости накопления энергии Ялято?! Нонсенс! Мне нельзя влюбляться! Да и не должно меня касаться подобное по умолчанию. Все бабки и прабабки выбирали себе мужчин только по жёстким критериям наследственности, умственной полноценности и здоровья. С чего это вдруг я стала исключением?..»

Подобным размышлениям можно было предаваться бесконечно, но вот окружающая обстановка к подобному совсем не располагала. Со стороны не то сарая, не то склада, где поджигатели сложили связанных и обколотых сторожей комплекса, послышался угрожающий мужской голос:

– Эй! Ты кто такая?! И что здесь вообще творится?!

Голос нёсся из приоткрытого зарешёченного окна, и нетрудно было догадаться, кому принадлежал. Фантом Кракена успел-таки не только развязать всех невинных свидетелей готовящегося поджога, но и привести кое-кого в чувство. Как бы обстоятельства ни складывались дальше, но именно эти сторожа, пришедшие в себя и вставшие на ноги, могли и были обязаны оказать самую максимальную помощь в нахождении всех ещё не найденных канистр с бензином. Только следовало поставить их на ноги своими, нетрадиционными методами, объяснить задачу да заставить действовать. Что для деятельной натуры ведьмы оказалось вполне по силам:

– Здесь творится страшное преступление! – закричала она, спеша к зданию. – Вас всех решили сжечь, инсценировав пьянку на рабочем месте, и на вас же свалить всю вину. Открывай быстрей! Мне надо будет и твоих товарищей поднять на ноги!

– Э-э-э?.. А где те, кто нападал? – охранник хоть и находился под воздействием какой-то психотропной гадости, соображал всё-таки и понял самое главное: – И почему это мы закрыты изнутри? Здесь засов… Как мы могли его задвинуть, если нас сюда принесли? Я помню, что несли… А дальше? Мы что, сами закрылись?

– Говорю же тебе, всё подстроено! И пошевеливайся там с открытием! – нервничала ведьма, уже постукивая ногой по полотнищу прочной двери. Когда та открылась, ринулась внутрь, громко отдавая инструкции и распоряжения. А также не забыв представиться: – Я личный секретарь нового владельца данного комплекса! Зовут Елена Дмитриевна. Большая часть напавших на вас поджигателей – уничтожена силами специального воинского отряда. Сейчас ваши спасители ведут преследование иных преступников, которые успели сбежать. Поэтому не удивляйтесь трупам, а срочно займитесь делом. Преступники расставили везде канистры с бензином и установили на них специальные устройства для возгорания. Часть устройств воины успели обезвредить, но надо срочно отыскать оставшиеся. Поэтому! Толкайте друг друга, поливайте ледяной водой, колите иголками или булавками, щипайте, царапайте – но заставьте встать и вести поиск! Потому что если полыхнет – беда будет для всех!

Сама она тоже не только говорила, а действовала. Причём применяла умения совсем не деликатные и ничуть не щадящие пациентов. Четверо уже и так были в сознании, даже нормально двигались. Шестеро лежали в ленивой прострации, а двое всё никак не приходили в чувство. Но именно с шестерых неповоротливых увальней ведьма начала действовать, всё так же чётко и громко продолжая сыпать командами вокруг себя и давая объяснения. Вначале прижимала пальцами некоторые точки на открытых участка шеи или лица, а потом тремя увесистыми шлепками по уху, плечу и внутренней стороне ляжек заставляла мужчин не просто вставать на ноги, а стремительно вскакивать, краснея от ярости, злости, неуместного стыда и сильного конфуза. Потому что ведьмовские методы оказались с весьма неуместным для данной ситуации подтекстом: вместе с яростью, бешенством и вполне ясным сознанием мужчины испытывали неожиданный оргазм.

Зато действовали после этого так, словно и сами являлись солдатами элитного воинского спецназа. И почему-то никто ни разу не усомнился в праве юной секретарши командовать.

А ей на короткое время помогло наличие рядом духа полковника Клеща, которого Загралов успел сотворить в минуты просветления своего сознания. Тот даже успел подсказать ещё два места с канистрами, но потом, к сожалению, исчез. Пришлось и дальше держать всю полноту власти в собственных руках.

Те сторожа, что очнулись раньше, сами мобилизовались на поисковые подвиги, как только увидели участь своих шестерых коллег и поняли, что с теми произошло. Чуть позже ко всем остальным присоединилось двое последних мужчин, которые так же, как остальные, очнулись, разозлились и выскочили наружу с круглыми от шока глазами. Куда подевалась вколотая им в кровь дурь!

Правда, сама ведьма прекрасно знала, что использованные ею методы хороши только временно, потом у мужчин будет очень жестокое «похмелье» в виде головных болей, неприятных судорог и даже частичной потери памяти. Зато сейчас они выложатся от и до, но сделают, что от них требуется, а потом… потом видно будет.

Некоторые проблемы следовало решать немедленно. А именно: вызывать ли на место событий следственные органы? И что делать с трупами? Изначально Клещ решил, что трупы лучше всего совершенно убрать с объекта, тем самым вводя в заблуждение всех причастных к поджогу и выбивая любые основания из-под ног следователей. Ибо не следовало вообще привлекать внимание следственных органов. Но так как команда фантомов растворилась после впадения обладателя в бессознательное состояние, останки бандитов так и оставались в местах их последнего упокоения. Мечущиеся по территории сторожа прекрасно успели рассмотреть остывающие тушки. И не факт, что кто-нибудь из них уже не позвонил куда следует. При них телефонов не оказалось, но мало ли где они имеются по многочисленным зданиям, раздевалкам и каптёркам?

Так что лучше пусть инициатива хотя бы формально исходит от неё, как от официального лица, пусть и вступившего на свою должность только несколько часов назад:

– Отыщите телефоны и немедленно вызовите пожарных и полицию! – распорядилась красавица парочке наиболее авторитетных с виду и деятельных сторожей. А сама в то же время нащупывала в кармане свой телефон, собираясь срочно вызвать сюда Михаила Романова и Евгения Кравитца. – «Скорую помощь» и наркологов тоже не забудьте, потому что вас солидно чем-то накололи.

– Но мы вроде как нормальные… – заикнулся один из мужчин.

– Это вы в горячке и злости действуете, потом пойдёт откат. Да и в любом случае промыть вам всем кровь капельницами не помешает.

Послушались. Позвонили. Не прошло даже двадцати минут, как окрестности огласились рёвом сирен сразу трёх видов. А там и не протолкнуться стало на комплексе от понаехавших представителей не только трёх вызванных служб, но и массы других, коих просто некому оказалось задержать на раскрытых настежь воротах. Кто только не проник на территорию, пользуясь неразберихой да отсутствием единого управления.

Успела ведьма вызвать и «своих», надеясь на самую активную помощь с их стороны. Ну и к тому времени Сестри уже чётко продумала всё, что следует говорить и о чём надо умалчивать. При этом очень, очень надеялась, что Иван Фёдорович Загралов вскоре придёт в сознание и сотворит хотя бы одного, зато самого основополагающего фантома в данной ситуации. А именно Игната Ипатьевича Хоча. Если старик, владелец недвижимости, не появится в ближайшие несколько часов, имелись опасения, что и сама ведьма попадёт за решётку, обвинённая в невесть каких преступлениях.

Ну и для начала она, не мудрствуя лукаво, приплела к событию те таинственные силы, которые в последнее время существенно проредили криминальные структуры Москвы. Другой вопрос, что вышеупомянутые силы в своих физических воздействиях ещё ни разу не забирались в Подмосковье. Но тут уж выбирать не приходилось: поверят так поверят. Тем более что способы умерщвления половины поджигателей всё-таки были очень похожими на те, после которых многие уголовники столицы отправились на свидание с праотцами.

И как только прибыли самые крупные чины в местной иерархии прокуратуры (а это случилось лишь через полтора часа после начала всеобщей тревоги), Елена выложила им прилизанную и продуманную версию событий:

– Мы с шефом прибыли сюда прямо после торгов и беседы с представителями университета. И не успели толком войти внутрь, как нам навстречу пронеслось два автомобиля, уходящие от погони. Их преследовало три иных автомобиля, из последнего выскочили военные с оружием, спросили, кто мы такие, и узнав, что господин Хоч новый владелец комплекса, забрали его с собой. Мне же посоветовали отыскать сторожей и мобилизовать их на устранение возможных причин подготовленного пожара.

Слушателей такая краткость, конечно же, не устроила. Они без всякого сговора между собой засыпали Сестри лавиной вопросов, которые только одним своим количеством могли зашибить кого угодно. Только не ведьму! Потому что отвечала она ещё короче:

– В форме не разбираюсь. В званиях – тоже. Оружие отличается от рогатки, а чем именно – не знаю. Марки машин, и уж тем более их номера запоминать никогда не стремилась. А на все остальные ваши вопросы ответит сам Игнат Ипатьевич после своего возвращения. Мне плохо… сейчас стошнит…

Толика притворства, и вот она уже лежит внутри «Скорой помощи» и над ней хлопочут обеспокоенные врачи. Тогда как прибывшим следователям ничего не оставалось, как дружно насесть на непосредственных свидетелей, а также и жертв преступления. Всё-таки сторожа успели увидеть и понять намного больше, наблюдая за действиями преступников, тем более что те не сильно-то и скрывали каждое своё движение, будучи уверены в смерти пленников. И уже после этих показаний суть готовящегося, но неудавшегося преступления раскрылась во всей своей кошмарной глубине.

Вот тогда и стал раскручиваться ажиотаж вокруг только что проданной недвижимости почти на всех возможных и неуместных уровнях. Да ещё и корреспонденты, успевшие наделать фотографий убиенных бандитов, добавили огонька в своих комментариях, статьях и репортажах. Никто не сомневался, что предотвращение поджога – дело рук всё тех же невидимых и неуловимых сил возмездия. Москва вновь всколыхнулась, с напряжением ожидая, что случится далее и как на это отреагируют криминальные структуры.

Глава 24
Смешно

В сознание Иван Загралов вернулся весело. И этому чуду способствовал более чем странный, если не сказать уникально-комедийный, сон. Озадаченное ударами судьбы сознание, вместо того чтобы переживать о случившемся и подспудно искать выходы из сложившегося положения, вдруг показало серию из цикла «Наша Раша». Причём серию совершенно новую и никогда её создателями не созданную. Тема получалась оригинальная: сжатая до предела летняя Олимпиада, соревнования которой проводятся на одном стадионе в течение всего одного, максимум парочки дней. И там Светлаков вместе с Галустяном и прочими выходцами из КВН, будучи в роли атлетов самых разных дисциплин, чего только не вытворяли, перепрыгивая, обгоняя и кладя на лопатки иных спортсменов. Вот последний кадр сна и рассмешил особо: Галустян, как дзюдоист, боролся с партнёром прямо в штрафной площадке, и футболисты были вынуждены обводить как его, так и иную пару, но уже боксёров, где Светлаков ритмично избивал замершего в глухой обороне Рёву. Мощный удар, мяч попадает в штангу, отскакивает прямо в голову атакующего боксёра, и тот падает. Нокаут. Но падая, придавливает Галустяна, в результате чего тому тоже засчитывают поражение.

Смешно? Во сне, тем более цветном и со звуками торжественных гимнов, ведущихся единовременно сразу десяти награждений (Олимпиада-то ускоренная!), – очень смешно. Загралов даже хохотнул громко. Что и привело в итоге к осознанию себя, родимого. Рассечённая на голове кожа резко заболела, шишка под ней заныла, мозги от неприятных ощущений закучерявились извилинами. Смешок сразу же перешёл в стон, а резко открытые глаза ничего поначалу, кроме красного тумана, не увидели. И только когда туман рассеялся, а извилины чуть распрямились, удалось рассмотреть склонившееся лицо незнакомой бабули. А там и её вопрос расслышать:

– Чавой-то, милок, ты такой смешливый? Аль совсем выздоровел?

Сил только хватило вначале на шёпот да моргание веками:

– Ага… сейчас как встану… да как побегу…

– Хорохоришься? Зря… – укорила бабка. – Наша фельдшер утверждала, что у тебя не иначе как сотрясение мозга. Вылёживаться тебе надо пару деньков. О! Чуть не забыла спросить: тошнит тебя али как?

Иван не столько к внутренностям прислушивался, как сразу попытался рассмотреть, что у него с Цепью творится. Ну и вопросы стал задавать наиболее важные:

– Что это за посёлок?

– Как же ты тут оказался, коль не знаешь? – подивилась старуха, но сама и сообразила: – Эк тебя угораздило… Лифантово – наш посёлок называется.

– Почему я не в больнице?

– Да тут такое в посёлке творится! – заахала престарелая сиделка. – Что лучше тебе у нас полежать. Полиции понаехало – тьма, депутатов, бандитов и прочих жуликов из района – не меньше. Так что наши решили, что ещё за твою травму отдуваться – совсем тяжко будет. Ты уж прости их, милок, не со зла они…

– Понятно. А сколько часов я здесь лежу? – хотя и через окно было видно утренний свет, но следовало определиться более точно.

– Часов шесть отдыхаешь, – с таким важным видом проинформировала бабка, словно раненый возлежал в какой-нибудь престижной клинике Монако или Дубая. – Шов тебе аккуратный сделали, зарастёт, и шрама почти не останется. Наша фельдшер хирургам помогала при операциях.

Было плевать на шов и тем более на шрам. Обладателю срочно приходилось решать навалившиеся на него проблемы. Причём уполовиненные в силе Кольца одним своим видом подсказывали: много фантомов, батенька, никак не потянешь! Поэтому приходилось выбирать только два направления, без которых – никак! Первое: создать фантом Олечки, пока Карл Гансович на ноги всех своих друзей не поставил, паникуя о пропавшей дочери. И второе: отправить в комплекс Хоча его законного владельца. Иначе там без него одна Елена Сестри (пусть она и ведьма) не справится. Пусть ей даже в данный момент помогают по мере своих сил прибывшие туда Кракен и Романов.

Создал вначале обоих фантомов там, вводя в курс дела и настраивая на самую позитивную деятельность. Причём Ольгу предупредил отдельно:

«Дорогая! Только без слез, пожалуйста, и ненужных причитаний. Со мной уже полный порядок, чувствую себя хорошо, и теперь мы должны обезопасить нас по всем иным официальным каналам. Осмотрелась? Действуй!»

И уже вслух, прерывая словоохотливую хозяйку, попросил:

– Там сейчас моя супруга Ольга постучится в дверь, вы уж откройте, пожалуйста!

– Ох! Как же это она тебя нашла?! – изумилась сиделка. – Ведь без памяти лежал!

– А то вы про мобилки да про новые виды связи не слыхали? – поморщился раненый с удивлением. – Сейчас что угодно в одежду вставят, оно и говорить будет, и сигналы передавать, а телевизор так вообще на ладошке умещается… О! Уже стучит!

Поражённая такими объяснениями бабка совсем уж тупой не была. Судя по её взгляду, совершенно не поверила в подобные отговорки о несуществующих технологиях, но к входной двери поспешила. Там уточнила имя пришедшей, впустила её, а потом так и стояла рядышком, не отводя от актрисы выпученных глаз и рассматривая, словно диво заморское.

А та, старалась выглядеть спокойной, рассудительной, но и недовольной одновременно:

– Нельзя тебя на минуту одного оставить, сразу влипаешь в неприятности! – хотя по внутренней связи она ругала супруга гораздо более жёсткими словами. – Хорошо хоть быстро тебя отыскала…

– Домой звонила? – пытался он резко сменить тему разговора.

– Сразу маме звякнула, успокоила. Но теперь надо ждать звонка от папули, ведь когда я включила телефоны, на них оказалось сразу по десятку вызовов. Ну вот… как чувствовала… – Она достала мобильный и показала определившийся номер отца. – Сможешь сам с ним говорить?

– Нет уж! У тебя лучше получится, – наморщил лоб и тут же скривился Иван от боли. – А про меня скажи, лишку перепил ночью, вот и не могу оторвать голову от подушки.

– Точно, что не можешь! – не сдержалась от резкого укора Ольга Фаншель, но при этом зло глянула на бабку, словно это именно та приголубила её мужа черенком от лопаты.

Перенастроиться после такого взрыва эмоций на беззаботный разговор с отцом красавица не смогла, и тот уловил в тоне любимой дочери всю гамму её недовольства и переживаний. Соответственно потому и давить стал, пытаясь загнать своими вопросами в угол. Но ему ли тягаться с фантомом, который может попутно советоваться и получать подсказки от второго человека? Одна голова – хорошо, а две лучше. Вот Ольга и не прокололась, наоборот, пошла в атаку:

– А что со мной может случиться возле Ванечки? Тем более что я не пью, как он!.. И как ты! Не оправдывайся!.. Поэтому сумела его вовремя уложить… Сейчас?.. Да он еле языком ворочает, какой с него собеседник?.. Хорошо, больше телефоны отключать не будем… Нет, сегодня на работу не иду, мне дали отпуск… Хм! Должность у него будет очень солидная! Нет, пока хвастаться не будем, вначале на месте осмотримся, документы окончательно оформим, вот тогда нос задирать станем… Ладно, ладно, не переживай… И я крепко целую!.. Передам… – Увидев поднятые ладони мужа, проговорила в телефон последние слова: – И тебе от него привет!

После чего примолкла, сосредоточившись на общении по внутренним каналам связи не только с Заграловым, но и с господином Хочем. Тот как раз развил бурную деятельность на доставшейся ему недвижимости. Точнее говоря, не развил, а всеми силами пытался очистить комплекс от посторонних, попутно старался отбиться от навязчивых представителей прокуратуры и следственных органов. Там уже несколько генералов крутилось, которые всеми силами пытались вытянуть из древнего старика самое главное: кто его силой увёз на несколько часов, кто они такие, чего хотели и как это уважаемый владелец совершенно незаметно вновь оказался на территории своей собственности.

В какой-то момент генералы совсем озверели. Руки старику, конечно, ломать не стали, последние зубы выбивать – тоже, но фактически силой привели в одно из помещений администрации, заставили сидеть в кресле под присмотром угрюмого мордоворота и потребовали говорить правду, и только правду. А потом засыпали весьма и весьма скользкими вопросами.

Конечно, помощь и подсказки сам Иван и Ольга Фаншель давали, но их знаний в подобной ситуации явно не хватало. Срочно требовались советы полковника Клеща. Иначе старикана могли в угоду высшему начальству просто арестовать до выяснения всех остальных нюансов преступления. Тем более что полиция и прокуратура довольно оперативно отыскали связь между убитыми поджигателями и теми спекулянтами, которые их наняли для уничтожения научно-исследовательского комплекса. То есть были найдены те три типа в больницах, которых в тяжёлом состоянии доставили из здания торгов после деликатного вмешательства в их внутренности. Говорить они пока ещё не могли, за их жизнь боролись врачи, но ниточки взаимоотношений отыскались быстро через свидетелей и соучастников.

То есть следственные органы впервые сумели выявить конкретного человека, который не просто видел их, таинственных и неуловимых чистильщиков уголовного мира, но и общался с ними, разговаривал и ещё неизвестно что вытворял. Подобные показания могли по себестоимости превысить все остальные. А значит, следовало раскручивать старика на полноценные признания. И для этого любые способы казались оправданными.

«Эх! Сейчас бы туда к Игнату моего отца! – сетовала Ольга Фаншель. – Он бы моментом все сложности разрулил!»

Иван понимал безосновательность такого сетования. Ведь по собственному незнанию тесть мог только ухудшить положение, а вводить его в курс всех дел считалось нецелесообразно. Пока, по крайней мере.

Тогда как целитель требовал совершенно иного помощника:

«Давай мне Клеща! Немедленно! Иначе сгорю, сил моих больше нет отмалчиваться! Того и гляди, брошусь на них с кулаками!»

«Так не получается у меня, Игнат Ипатьевич! – оправдывался обладатель. – Лишь одна попытка создания духа полковника вызывает тревожное мерцание Цепи. Словно сбой какой-то получается. И сил вроде как должно хватать, а вот… словно какой-то капельки недостаёт…»

«Так изыскивай силы!» – вопил недовольный Хоч с другого конца связи.

«Как ты себе это представляешь? – сердился Загралов. – У меня при себе ни Яшисарри нет, ни Нямов!»

«А жена твоя почему даром рядышком простаивает?! Творите Ялято!»

Тут уже и Ольга не выдержала:

«Дедушка! Совесть-то имей! Мы в чужом доме! И с нас взгляда не спускает дотошная, похлеще твоих генералов хозяйка!»

«Желающий действовать отыщет способы, а лентяй – причину для бездействия! – не унимался раскричавшийся старик. – Отправьте хозяйку куда подальше! Хоть на… площадь центральную за мужиками! Или за молоком! А то и прямо заявите, что невтерпёж любовью заняться!..»

«Ивану нельзя! Он с сотрясением мозга! – делала Фаншель последние попытки отвертеться от предстоящего действа. – Перенапряжение его убьёт!»

«Ничего с ним не случится! – уверенно заявлял старый развратитель. – Как целитель заявляю, со всей ответственностью. Пусть только лежит себе и не дёргается, а ты уж всё остальное сама делай. Да и не мне вас учить! Как только силы начнут возобновляться, ещё и Сестри-2 немедленно создавай. И кончайте там скромничать, ибо мои моральные силы уже на исходе!..»

Супруги смотрели друг другу в глаза, не зная, на что решиться и как всё это можно устроить. Причём Загралов сомневался больше жены:

«Боюсь, что в моём состоянии… ничего не получится…»

Для Ольги это оказалось вызовом, сомнением в её красоте и неотразимости. Поэтому она мысленно заявила:

«Со мной – у тебя получится всё!» – и вслух обратилась к хозяйке:

– Уважаемая! Мне надо срочно забрать мужа отсюда, но сама я его в машину не донесу. Позовите парочку мужчин…

– Да все сейчас заняты… – заикнулась старушенция. Но была прервана жёстким ледяным голосом:

– Иначе через пять минут здесь будет следственная бригада полиции, а те, кто избил моего мужа, сядут на десять лет за решётку!

Лицо старушки вытянулось от возмущения после такой угрозы. Но крыть ей в ответ было нечем. Жена пострадавшего в любом случае находится в своём праве, хоть и ведёт себя несколько некорректно, беспардонно и нагло по отношению к хозяйке дома. Но, увы, супругам было не до церемоний или правил хорошего тона, да и вряд ли что получилось бы в результате увещеваний или вежливых уговоров.

Строго поджав губы, женщина поправила на плечах платок и подалась к выходу со словами:

– Сейчас кого-нибудь приведу! И надеюсь, что меня за это время не обворуют!..

Ольга на цыпочках метнулась за ней следом и после ухода заперла дверь на внутренний засов. А вернувшись к мужу, сразу приступила к ласкам, только коротко поинтересовавшись перед этим:

– Как себя чувствуешь?

– Хоть это и странно, но вполне сносно… – пробормотал Иван, заканчивая разговор с фантомом Игната и Еленой Сестри по внутренней связи: «…Постарайтесь отыскать такое помещение, где моё появление с женой не будет заметно посторонним и где есть удобная кушетка или диван для моего дальнейшего отдыха. Как только появятся силы для создания Сестри-2 – скакнём сразу в комплекс…»

«Так тут же имеются директорские апартаменты, – напомнил целитель. – В левом крыле административного здания. Да и само здание до сих пор заперто на все замки, никто туда пока не входил. И даже поджигатели лишь канистрами с четырёх сторон обложили. Ольга знает по снимкам, знакома со схемами, сама восторгалась, что там вам жить будет шикарно».

После чего Игнат Ипатьевич деликатно примолк, понимая, что обладателю сейчас не до разговоров, пусть и о насущном бытие. А тот и в самом деле постарался сосредоточиться лишь на конкретном, свершаемом для него лично удовольствии. Растягивать подобное надолго – противоречило здравому смыслу. Ведь хозяйка дома могла вернуться с минуты на минуту и грохотом в дверь сбить и так тяжко дающийся, нужный для расслабления настрой. И пока Ялято нарастало, а потом и вошло в завершающую фазу, Загралов даже не заглядывал к резервуарам своей силы.

Да и потом это сделал с подспудными опасениями. Ведь удовольствие получил только он, и вряд ли следовало ожидать весомого прилива энергий в плетения Колец. Сомнения оказались не напрасными: толщина и насыщенность потоков увеличились незначительно, можно сказать, почти незаметно. И всё-таки этого всплеска хватило! Да и сам Иван почувствовал себя не в пример лучше, лишний раз убеждаясь, что для собственного выздоровления тоже интенсивно использует энергию Цепи.

Не обращая внимания на свой полураздетый внешний вид, обладатель вначале уселся, прислушиваясь к состоянию отбитого мозга, а потом и встал, поддерживаемый супругой. Затем создал довольно легко с другой стороны от себя фантом Сестри-2, отправил её отодвинуть засовы на входной двери, а когда она вернулась, убедился в наличии твёрдой связи непосредственно с самой ведьмой. Только после этого скомандовал обеим жёнам «Прыгаем!».

Истинная Елена так и не смогла попасть внутрь нужного здания. Зато стояла в необходимом месте возле стены, корректируя совершаемый при помощи пары фантомов скачок обладателя:

«Окажетесь в трёх метрах передо мной! То есть непосредственно в апартаментах! – и дальше восклицала без пауз: – Ну?! Получилось?!»

«Нормально. Мы на месте! – доложил ей Загралов, забрав телефоны у Ольги Фаншель, а затем растворяя её и Сестри-2 и вполне самостоятельно добираясь до старенького, но вполне удобного дивана. – Посылаю к Игнату дух полковника… О! Уже подключился к работе… Однако!.. Вид тут внутри тот ещё… Ничего ценного не осталось…»

Из жилого крыла здания продающая сторона вывезла всё, что представляло какую-то ценность. Остались только поломанные стулья, перекошенные столы да несколько неприглядных диванов.

Но привередничать в данной обстановке не пристало, есть куда прилечь – и прекрасно. Следовало дотошно разобраться с потоками выходящей энергии, понять, на сколько её хватит, и правильно оценить творящуюся в комплексе ситуацию.

А сложная ситуация кардинально стала меняться к лучшему, как только Алексей Васильевич Клещ начал нашёптывать древнему целителю нужные ответы. Ответы – это для начала. А потом – вопросы и должные требования со своей стороны. Грамотно сформулированные и неоспоримые с точки зрения законности, они сразу же заставили генералов сбавить тон, чуть позже заткнуться вообще, а ещё через полчаса нежданной и яростной контратаки разъярённого владельца ретироваться самим и приказать выбираться всем набившимся в чужую собственность подчинённым.

Уже на фоне этого всеобщего успокоения смогли начать нормальную деятельность как Михаил Романов, собравший вокруг себя группу из нескольких профессоров университета, так и официальная секретарь нового босса. Причём ведьме в меру своих сил и возможностей помогал администратор всего комплекса Иван Загралов, никому пока не показавшийся с самого утра. Действовал он посредством телефонных звонков и делая нужные денежные переводы в нужных направлениях.

Но опять-таки, лишь в крайних случаях отвлекался на административную работу, когда у него появлялась свободная минутка. Потому что приходилось все три потока сознания использовать порой только для познания и изучения резервуаров скопившейся энергии. Получался нонсенс и полная несуразность: раньше обладатель мог оперировать сразу пятёркой фантомов, имея только одно Кольцо. Сейчас их два, и каждое толще прежнего, а получается поддерживать в теле лишь деда Игната и дух полковника Клеща. Почему? Откуда вдруг такая немощность при использовании огромного потенциала?

Можно было, задействовав сигвигатор, связаться с наставниками. Скорее всего те не отказали бы в должной и вполне объёмной консультации. А после грамотных подсказок намного легче работать с неподвластными и неизученными субстанциями или понятиями. Да только как-то не хотелось Ивану попадать в полную зависимость от Петра Апостола и Леона Свифта. Вроде они мирные и добрые, но что будет, если прознают о форме резервуара? Как поведут себя, догадавшись, что Загралов ещё даже не десятник? Или, как они выражаются в своём кругу, не декан? Не лучше ли самому всё выяснить, чем потом мучиться угрызениями совести, что не выдержал и по пустякам обращался за помощью?

Потому и копался в собственном мирке, используя все ранее наработанные навыки и умения, и на ходу пытаясь придумать совершенно новые, несуразные и немыслимые. Ну и, наверное, повезло в некоторой степени, потому что не знал о том, что такое-то действо неосуществимо, а в данную проблему лучше вообще не соваться из-за её тотальной неразрешимости.

Совался. Пробовал. Выкручивал сознание потустороннее, действующее только там зрение. А когда что-то получилось, названное с ходу простеньким словом «вампир», только фыркнул мысленно и заподозрил:

«Как всё просто! Это же банальное самоисцеление с фактом дополнительного, десятикратного резерва «на всякий случай». И как я сразу не додумался?! Что тут додумываться: только и стоило, что до конца прочитать инструкцию. Наверняка там всё про этого «вампира» описано в нескольких словах, а я столько мучился! Хотя… порой и не мучился…»