Текст книги ""Фантастика 2026-73". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Глава 23. Возвращение брата, друга и… Мужа?

Шесть дней прошло с момента доставки письма от Поля, но домой он до сих пор так и не прибыл. Также Галлиарду Фойтинэ немало беспокоило долгое отсутствие Азы, маркизы Рейны. Та вертихвостка, как умчалась в тот же день ругаться со своими тренерами, так больше и не появлялась. И весточки не прислала.

И что в таком случае делать? Куда бежать? Кого звать на помощь?

Друзья приходили. Много спорили. Думали, гадали, но так и не пришли ни к какой дельной мысли. Разве что изрекали набившую оскому истину:

– Если тут замешана дэма Кобра или дэм Прогрессор, простым смертным в это дело соваться бесполезно. Будем надеяться, что у Поля всё хорошо, он парень везучий и просто задерживается на очередной миссии. Да и Аза – тоже.

В остальном же всё шло нормально. Обе учительницы, сёстры Макиллайна опекали Ласку круглосуточно. Уроки математики сменялись танцами, занятия пением плавно перетекали в уроки физики. Все это делалось в интересной, игровой форме. Качество и высокий уровень преподавания прямо-таки зашкаливали. Можно сказать, что единственная ученица получала невероятные по объёму знания, умения и навыки. Ну и сами учительницы нахвалиться не могли сообразительностью своей воспитанницы, её несомненными талантами и лёгкостью восприятия нового материала.

Правда, Элен, старшая из сестёр, все эти дни ходила грустная, тяжко вздыхала и часто выглядывала через окна на улицу. В её умной, образованной голове произошёл какой-то сбой, покорёживший её восприятие действительности, и она не совсем адекватно оценила произошедшие когда-то здесь события. А именно: она серьёзно запала на одного мужчину и теперь постоянно ждала его прихода. Или свидания с ним.

Всё бы ничего, но этим мужчиной оказался Юрген Флигисс, главный консул восемнадцатого сектора. То есть второй человек после божественной дэмы. И вот спрашивается, что за блажь ударила в голову Элен? Кто она, ещё не получившая официальной опеки даже для проживания в Ро́зморе, и кто он, легендарный генерал, водивший непобедимые армии по иным мирам! А вот же!..

И сколько с ней ни беседовали, сколько ни предупреждали, Элен упорно твердила одно и то же:

– Он обязательно появится! И мы с ним отправимся на свидание. Я в это верю!

Единственно, кто поддерживал её в этом заблуждении, – так это Ласка. Она с присущим только детям упрямством и непосредственностью восклицала:

– Точно, точно! Из них получится великолепная пара! И дети у них будут, такие маленькие и такие хорошенькие, а я буду с ними играть и катать на Кузе.

Лучше бы она помалкивала и не лезла в отношения взрослых. Потому что после таких восклицаний старшая из сестёр Макиллайна украдкой смахивала слёзы и грустила ещё больше.

С кем не было никаких хлопот, так это с Кузей. Гарпия не шумела, не летала по околицам, любила играть со всеми и служила истинным пугалом даже для мальчишек, которые порой проскакивали по всем садам, пробуя, ломая и балуясь. К объединённым усадьбам никто и близко не решался подходить, даже взрослые. К тому же вдруг получились две нежилые зоны по сторонам. Оба соседа контрабандиста как съехали в неизвестном направлении, так больше и не появлялись. А новые хозяева, выкупившие дома с участками, пока не показывались.

Одно напрягало: гарпия слишком много ела. Практически три ведра каши в день, в которые следовало время от времени добавлять специальные травы, витаминные добавки и определённые приправы, без которых летающие бестии резко снижали свои полётные качества.

И хорошо, что с самого начала Галлиарда избавилась от трофейных лошадей. Их, по подсказкам друзей, отдали в аренду извозчикам. Причём по очень выгодной цене. Поступающих с этого денег хватало на всё хозяйство, на питание всех жильцов, на прокорм Кузи да ещё оставалось на булавки с заколками.

Конечно, с деньгами проблем не было от слова вообще. Средств, оставленных Полем, и так бы хватило надолго, а ведь ещё алпи приходилось продавать. Эти травяные таблетки – заменитель алкоголя, достались по наследству от старого соседа-контрабандиста, убитого его подельниками. Ещё сам Труммер договорился о продаже с владельцем харчевни Пагода, с землянином Чин Хун Хо, и о регулярных поставках. Поэтому ежедневно в дом заскакивали друзья, участвующие в этой нелегальной торговле, и забирали очередную партию и обменивали у китайца на деньги. Сами получали свою долю, а всё остальное в золоте отдавали баронессе Фойтинэ. А она только и думала: куда спрятать или вложить очередной весьма крупный приход.

Вот и сегодня заскочил Вак Лейзи, по прозвищу Сосулька, названный из-за своей худобы. Тоже а’перв, но по профессии гаазанд. Иначе говоря, умеющий делать внушение, что не раз помогало всей компании и выручало в сложные моменты жизни. Именно ему легче всего было, облачившись в специальную куртку с внутренними карманами, работать курьером по доставке алпи. Хотя легче всего было бы отправлять таблетки в Пагоду по воздуху, но Кузя слушалась только Ласку, а отправлять ребёнка с контрабандным товаром (да и вообще куда-то!) ни один взрослый не посмел бы.

– Всё-таки народная примета себя оправдывает, – рассказывал Вак последние новости, уже загрузившись таблетками и попивая чай на кухне. – Как только один дэм наведывается с официальным визитом к другому дэму, значит, жди великой войны.

– Неужели стали хватать всех бомжей, кто не имеет опекунства? – обычно с этого действа и начиналось формирование армий, которые отправляли в иные миры, в Дикие земли или в неведомые дали.

– Пока никого не хватают, хотя бомжи и бросились активно за Большую стену. Зато объявили набор добровольцев, которые умеют хорошо плавать. При этом в контракте указываются очень приличные суммы. Офицерам-резервистам, вообще, полуторные ставки обещают.

– Где это они плавать собираются? – поражалась сидящая с ними за столом Элен Макиллайн. – Насколько помню, такого ещё в истории не упоминалось.

– Да всё когда-то в первый раз бывает, – рассуждал многоопытный Лейзи. – Тем более что ещё один слушок прошелестел. Как раз владелец «Пагоды» мне его вчера и пересказал…

– Ну да, у этого Чин Хун Хо не только приписные с Крепости завсегдатаи, но с Имения тоже некоторые службисты захаживают.

– Вот и я говорю, этот кулинар с Земли знает поболее, чем высшие администраторы Параиса. И он утверждал, что в океане появились какие-то создания на несуразных с виду плотах. Ведут себя не просто нагло и вызывающе, но даже убивают разумных дельфинов, касаток и жрут их.

– Ох ты, какой ужас! – заохали женщины.

– Это откуда там такие каннибалы взялись?

– И почему дэмы их не уничтожат?

На это Сосулька только и развёл своими длиннющими руками:

– Пока неведомо сие простым смертным. Но именно набор добровольцев, умеющих плавать, говорит о том, что собирают карательный корпус, который и отправят в океан. Как это будет сделано и на чём – та ещё загадка.

Все примолкли, переваривая услышанное. Океан в ДОМЕ считался единственным и принадлежал по центру фактически только дэмам. А также дельфинам и касаткам, коим там милостиво позволяли проживать. Ну, разве что по слухам, Океан продолжался и на другие грани куба, который и являлся вселенским воплощением ДОМА как такового.

У каждого Имения имелась своя набережная длиной в пять километров. И вот эти сорок два участка создавали четверть изрезанной скалами, пляжами и бухточками окружности, общей длиной в двести десять километров. Далее сектора расходились на север лучами, увеличиваясь соответственно по ширине.

Так же все цивилизованные люди знали, что сектора первый и сорок второй имеют с одной стороны границу по Океану. Именно оттуда шли грандиозные поставки рыбы, мидий, устриц и прочих морепродуктов. Именно там располагались известнейшие морские курорты, уникальные пляжи, целые городки из водных аттракционов, куда тысячами и сотнями тысяч стягивались туристы из близко расположенных секторов. Потому и числились крайние сектора самыми богатыми и обеспеченными, у них уровень жизни считался выше, чем у остальных.

Кстати, прочие дэмы рыбной ловлей или добычей водорослей категорически отказывались заниматься. Как и никаких курортов у себя не создавали. Иначе их личное уединение в Имении от посторонних людишек сложно было бы обеспечить.

Фактически никто и никогда из жителей срединных секторов самого Океана живьём не видел. Этим только и могли похвастаться Труммер да Ласка. И то малышка только раз увидела морское побережье, когда брат её пронёс на руках в одну из южных комнат Имения. Зато все остальные смотрели кинофильмы в кинотеатрах, в которых порой про море, его свирепость и про некоторые приключения в суровом океане демонстрировались целые эпопеи. Но одно дело, увидеть, а другое – пощупать. В этом плане лишь Поль мог описывать удовольствие плавания в тёплых, ласковых волнах. Потому что, будучи с Прогрессором на Земле и ещё в одном мире, они посещали несколько раз общественные пляжи.

Имея в виду всё вышесказанное, да плюс ко всему уже распространяющиеся слухи, добровольцев в морской карательный корпус найдётся предостаточно. Потому что сами понятия «море» и «Океан» были для простых смертных чем-то страстно желаемым и редко достижимым. Конечно, можно было настроиться, изрядно потратиться, сесть на подземку, связывающую сектора между собой, и добраться в конце концов до водных просторов. Некоторые так и делали. В особенности богатые приписные, имеющие свой воздушный транспорт и проживающие в Крепости. Но…

Собравшиеся в данном доме, на окраине Ро́змора, люди, как и их товарищи или знакомые, подобных путешествий пока ни разу не предпринимали. И не мечтали особо о таком удовольствии. Но вздыхать – вздыхали.

– Ладно! – спохватился и вскочил на ноги засидевшийся Вак Лейзи. – Побегу! Деньги занесу сегодня же!

Но не успел он ещё к дверному проему подойти, как там нарисовалась цветущая и радостно улыбающаяся Аза:

– Всем привет! Как я рада вас всех видеть! – зачастила словами гостья. Вернее, не гостья, если помнить, что она официальная супруга Труммера. – А где малышка? И почему Поль до сих пор не вернулся?

Ласка уже подбежала сзади и с воплем запрыгнула на спину маркизы:

– Ура! Ты вернулась! Значит, и брат скоро появится! – не совсем логично прозвучало из уст ребёнка. – А хочешь, я тебе покажу своих фей? Они уже проснулись и могут со мной общаться, только у нас не получается раскрыть шкатулки.

– Мм! Даже так?! – поразилась Аза, перехватывая девочку на руки и всматриваясь ей в глаза. – Да ты не просто прелесть, а настоящая волшебница растёшь! Прям чудеса творишь… И я обязательно гляну на твоих фей, но меня всё-таки очень интересует, почему до сих пор нет твоего брата.

– Почему он должен быть? – вскочила на ноги Галлиарда. – И что тебе об этом известно?

– Да я почему сама отсутствовала: меня тренера сразу утащили на соревнования в десятый сектор. Замены не было, вот меня и впрягли. Так я даже второе место заняла, вот медаль, смотрите, какая красивая…

Она поставила Ласку на пол и вручила ей серебристый кругляш с какими-то надписями и символами. Малышка, конечно, заинтересовалась блестящей цацкой, но тоже проявила настойчивость:

– Так куда Поль подевался?

– Как мне стало известно, его не просто куда-то отправила Непревзойдённая. Вы, наверное, не поверите, но он банально сбежал! Не знаю, откуда, как и почему, но сбежал! – и тут же замахала руками, чтобы её не перебивали. – Но при этом попал в Дикие земли, там с кем-то сражался, что-то искал, за кем-то гонялся, от кого-то убегал, ну и напоследок влип в безвыходную ситуацию. И вот его своевременно спасли небесные егеря! И я слышала лично от дэмы, что скоро он будет дома. Вот и подумала, что он добрался раньше меня.

– А ты как добралась? – недоумевала Ласка.

– Меня доставили на самом скоростном фениксе.

– А как ты оказалась возле дэмы? – хмурилась с подозрением Фойтинэ.

– Так меня отыскали сразу после соревнований и доставили для получения награды. Помните? Мне дарована была восьмидневная?

– О-о! Помним, помним! – невероятно оживились женщины.

– И чем тебя наградили?

– Рассказывай!

– Или можешь показать?

– Могу! Вот! – и она с нескрываемым восторгом достала из внутреннего кармана многоцветный и плотный лист бумаги. – Чек. Гляньте, на какую сумму. – Полюбовавшись на вытянувшиеся лица присутствующих, похвасталась: – Теперь мы с Полем сможем купить дом в Параисе. А если ещё и он получит столько же, да его Прогрессор не обделит своими наградами, то и на Крепость можем замахнуться. Правда, здорово?

Но все пребывали в каком-то ступоре и радоваться не спешили.

Вот тут и послышался топот со стороны крыльца. И первой, как ни странно, среагировала на него Элен Макиллайн:

– Это он! – выдохнула она, быстро краснея. – Я чувствую, это он!

И, ко всеобщему удивлению, на пороге кухни в самом деле показался главный консул восемнадцатого сектора Юрген Флигисс. Он не только услышал последние восклицания старшей учительницы, но и смотрел только на неё с какой-то вожделенной улыбкой:

– Конечно, это я! Тем более что обещал тебе устроить романтическое свидание. Не забыла?

Кто понимал суть происходящего, ничего иного кроме издевки и насмешки в его словах не уловил. Зато Элен расправила плечи, приподняла подбородок и согласно кивнула:

– Помню. И что, прямо сейчас и отправимся? Или дашь мне время переодеться в нечто более приличное?

– Ты и так прекрасно выглядишь! – в звенящей тишине раздался комплимент от прославленного генерала. – Поэтому идём так. Прогуляемся по окрестностям, посидим в какой-нибудь харчевне. А уже что-нибудь солидней придумаем в следующий раз.

– Хорошо! – легко согласилась Элен. Бесстрашно подошла к главному консулу, подхватила его под локоть, развернула и прошла мимо Труммера, который стоял с приоткрытым ртом. Но сказать ему успела:

– Привет, Поль! Рада, что ты дома! – и увела явно озадаченного кавалера.

Дальше уже начались шум и гам, во время которых на грудь странно одетого а’перва бросились Ласка, Галлиарда и даже Аннет Макиллайн. Ну и Вак Лейзи не отставал, отбивая ему спину похлопыванием своих увесистых ладошек. Они его тормошили, обнимали, целовали и засыпали вопросами, сводящимися к одному:

– И где ты так долго пропадал, такой-сякой негодник?

Тот долго им отвечал, тискал и тоже целовал, но, в конце концов, шагнул и к Азе, которая застыла памятником оскорблённого целомудрия и принципиально смотрела куда-то в сторону:

– Привет… Ты как? – Он попытался неуклюже обнять свою возлюбленную, мысленно кляня себя в сотый раз, что допустил непроизвольное признание во время катастрофы.

– Всё со мной нормально, я до сих пор девственница! – шепнула она, когда они соприкоснулись щеками. – А вот как ты будешь теперь оправдываться в своей подлой измене?

Несчастному мужчине ничего не оставалось, как грустно и продолжительно вздохнуть. Простое покаяние и раскаяние сейчас и здесь не котировались. А вот как и чем вымолить прощение у супруги, он не имел малейшего понятия.

Глава 24. Чудесное пробуждение

Выручила друга Галлиарда, сразу потребовавшая:

– Поль, тебе немедленно надо привести себя в порядок! Дуй в ванную, а я тебе приготовлю чистую одежду. Со своей милой браниться и тешиться будешь после, когда наешься и выспишься. Иначе останешься виноват до конца жизни.

– Всё равно ведь останется виноват! – строго поджала губы маркиза.

– Не скажи! Это он просто плохо соображает из-за усталости и голода. Ну и стесняется перед тобой находиться в таком затрапезном виде. Так что извини его и дождись, пока он обнимет тебя, будучи благоухающим, сытым и чисто выбритым. Ведь правильно говорят, что за одного бритого двух небритых дают.

– И всё-то ты знаешь! – Аза ревниво стрельнула глазами в сторону подруги. Но потом всё-таки смилостивилась, буркнув замершему перед ней мужчине: – Ладно, иди приводи себя в порядок. А то выглядишь… как сбежавший с каторги уголовник.

Это разрешение изрядно взбодрило поощера, и он спинным мозгом почувствовал, что шансы у него на прощение появились. Знать бы ещё точно: какие именно и как ими воспользоваться? Но время подумать появилось, так что следовало его использовать с толком. Вот и бросился умываться, приводить себя в порядок и менять окровавленную, снятую с чужих тел одежду.

Потом он уселся за роскошно накрытый стол, который находился в гостиной, и ощутимо восполнил многодневные недоедания. После этого все довлеющие проблемы показались уже не настолько важными или неразрешимыми. А после нескольких глотков отличного рома даже измена супруге показалась нестрашным, не зависящим от его воли событием. Оставалось только уединиться с Азой, да спокойно обговорить всё с ним и с ними случившееся.

Но в конце застолья, когда уже в который раз собрался уйти Вак Лейзи, к себе потребовала внимания сестричка. Она принесла обе шкатулки, с которыми игралась все последние недели, и стала рассказывать:

– Феи, лежащие внутри, уже проснулись и со мной разговаривают. Только никто из вас их не слышит. Может, ты сумеешь?

Труммер скривился от напряжения, но ничего так и не услышал. Тогда как малышка забеспокоилась:

– Так они же молчат! А всё почему? Потому что сил у них мало. Я вот их кормлю теплом своим рук, но этого явно не хватает. Но ведь ты же поощер, ты же можешь с них снять усталость? Или ещё как-нибудь взбодрить?

– Ерунда вопрос! – подтвердил Поль, протягивая ладонь к ближайшей шкатулке. Но был остановлен окриком Азы:

– Стой! А вдруг ты повредишь феям?.. Всё-таки это – собственность дэма Надариэля!

– Мм… как тебе сказать? – Он не хотел при ребёнке заявлять, что феи давно погибли и оживить их невозможно даже самому Прогрессору. Слишком уж дитё серьёзно относилось к своим фантазиям. – Моё воздействие им никак не сможет помешать… Уж поверь мне!

– Все равно не трогай! Мало ли что… – но сама тут же замолкла, когда Ласка на неё глянула сердито. Ещё и пальчиком строго помахала:

– Ничего не понимаешь, значит, не мешай! – И тут же брату досталось совсем не по-детски: – Поль! Не будь подкаблучником! Лучше слушайся во всём свою сестру, и будет тебе счастье. Потому что жён может быть тысяча, а я у тебя одна. Спасай малышек!

Пришлось, избегая взгляда Рейны и превозмогая странное внутреннее сопротивление, сотворить воздействие, затребованное Лаской. А так как сил в нём оставалось немереное количество ещё со времени последнего боя, то поощер ахнул такие порции, которые обычно здорово встряхивали Умбу или Гроссера.

Подействовало и здесь. Да так, что всматривающаяся в шкатулки девочка подпрыгнула на месте и захлопала в восторге ладошками:

– Получилось! Ура! Ты просто прелесть, Поль! Я тебя обожаю!

– А что там? – в полном недоумении поинтересовался он.

– Они не только проснулись, но сейчас у них появились невиданные прежде силы для открытия шкатулок. Вот, смотри… Я им сейчас помогу… Они мне сами подсказывают, куда надо давить… Нет, нет, не помогай! Мне теперь и своих сил вполне хватит.

А дальше случилось чудо, на которое больше всех ошарашенными глазами глядела Аза. Она же начала чуть позже шевелить губами, словно непроизвольно что-то проговаривала.

Шкатулки раскрылись одна за одной. А лежавшие там сказочные создания стали выбираться из углублений, обложенных мягкой бархоткой. Встали на поверхности стола, встряхнули своими крылышками, расправляя их и проверяя на прочность. Потом несколько раз подпрыгнули, радостно попискивая, и …взлетели! Сделали десяток кругов над столом под восторженные и несколько бессмысленные детские комментарии, а потом уселись на плечи своей юной спасительницы.

– Вот! Я же говорила! – восторгалась Ласка, умудряясь косить глазами сразу в две стороны. – А вы мне не верили, что они живые!

Она радовалась, а Труммер не мог вздохнуть от одолевающего его ужаса:

«Если Бенджамин узнает, он меня зашибёт! И Ласку тоже! Это получается, что мы его обокрали? И даже его разрешение играться этими шкатулками не снимет с нас вины. Да и вспомнит ли он об этом разрешении?.. Вот это засада!.. И что придумать до того, как он узнает? Что придумать?!.»

Испугался и наверняка сглазил. Потому что в следующий момент простым смертным предстало иное чудо: явление дэма перед народом!

О том, что он может оказаться в любой точке своего сектора, знали все. Но нынче живых очевидцев подобного перемещения можно было сосчитать по пальцам десятка рук. Как правило, все свидетели, удостоенные такой «почести», в чём-то сильно провинились перед своим божеством, и после сурового наказания от них ничего не оставалось. Порой даже пепла.

А по иным причинам дэмы в обители и жилища не наведывались таким способом. Чего ради? Если наградить кого, так пусть сам приходит куда и когда ему указано. Если просто подсмотреть, так для этого и являться не надо собственным телом, всё и так в их власти.

Пока все взрослые пытались с трудом вздохнуть, истинный хозяин сего мира стал прохаживаться по периметру гостиной, всё рассматривая и язвительно приговаривая:

– Так вот ты где прячешься, Труммер-зуммер! Вместо того чтобы немедленно явиться ко мне с докладом, он пьянствует, подкармливая украденных у меня фей! И наверняка издевается в своей спальне над двойником моей божественной сестры Азнары Ревельдайны. Мучаешь её и, богохульствуя, тем самым издеваешься над самым святым в нашем ДОМЕ.

Аза сидела, словно усыплённая, с открытыми глазами. То ли ушла в себя от испуга, то ли уже прощалась с жизнью. А вот Ласка вновь, уже в который раз за сегодня, поступила совершенно не по-детски. Она, надув с обидой губки и скорчив самое наивное выражение на личике, стала возражать:

– Дядя Бен! – от такого обращения у взрослых набор воздуха в лёгкие прекратился окончательно. – Никто у тебя ничего не крал, ты мне сам подарил эти шкатулки и разрешил играть. Так что ещё спасибо должен сказать, что я спасла этих крохотулечек и вылечила от последствий невероятного голода.

– Мм? – наверное, Прогрессор всё-таки сделал вид, что смутился. – Вообще-то ты права… Спасибо!

– И мой брат ни капельки не мучил Азу в спальне! Его только недавно доставил домой один важный дядька, и он только только успел покушать. Да и Азы дома больше недели не было.

– Не мучил, говоришь? – Дэм остановился возле окаменевшей маркизы Рейны, хохотнул ей в лицо и вновь двинулся по периметру гостиной. – Ладно, тогда я его сам накажу и не буду отдавать в восемнадцатый сектор.

И вновь строго глянул на раскрывшую глаза маркизу.

Но к тому моменту, пусть и не продышавшись толком, сумел и Труммер заговорить:

– Дэм Надариэль! Прошу меня простить, что я сразу не отправился к вам. Меня как бы до сих пор содержат под домашним арестом. И где-то совсем рядом находится главный консул восемнадцатого сектора, геер Юрген Флигисс.

– Ну надо же! – стал притворно сокрушаться Бенджамин. – Что творится в моём секторе, а я знать не знаю! И чем этот шпион-солдафон здесь занимается?

– Э-э-э… – не знал, что сказать, а’перв. Но тут голос прорезался у Аннет:

– Дэм Прогрессор! – обратилась она с каким-то отчаянием. – Геер Флигисс пригласил на свидание мою сестру Элен. И они вдвоём прогуливаются по околицам.

– А мне какая разница, скольких шпионов-предателей пристрелить или испепелить? – чистосердечно удивилось божество.

– Дядя Бен, – нахмурилась Ласка. – Что тебе сделали плохого Юрген и Элен? Ты ведь не злой, а добрый.

– Ну ты и наглая, малявка! – фыркнул «дядя». – И не понимаешь, что если я буду добрый, то вы всем расскажете о моей доброте, меня перестанут бояться и вообще на голову сядут.

– А мы никому, никому не расскажем! Честно, честно! – последовало обещание, и ребёнок обвёл всех взглядом, требуя подтверждения своих слов. Все, кроме маркизы, закивали как болванчики. А вот её отстранённость не понравилась божеству. Оно подошло к ней опять и стало рассуждать вслух:

– А вот эта предательница молчать не станет… Наверняка всё разболтает своей покровительнице… И та потом так надо мною обхохочется, что бежать из ДОМУ придётся…

Наконец и Аза сподобилась заговорить. Причём голос её ни капельки не дрожал:

– Ничего в этом смешного нет. Наоборот, дэма Ревельдайна тебя больше уважать станет и ценить. Потому что помогаешь влюблённым соединить свои сердца.

Ничего на это не ответил Бенджамин. Только странно скривился и развернулся уже непосредственно к Ласке. Даже не к ней, а к феям, притихшим на плечах девочки и опирающимся ручками об её шею:

– Кто из вас двоих принцесса Лидия? – не дождавшись прямого ответа, он продолжил: – А то мой сказочный лес, выращенный специально для вашего сказочного народа, наполнен плачем и заливается слезами. Почти триста фей скорбят по своей принцессе, считая её усопшей. Тогда как она развлекается тут, будучи в полном здравии.

И безошибочно протянул руку именно к принцессе. Но та буквально вжалась в шею Ласки и пропищала с испугом:

– Никуда я с тобой не пойду! Не верю я тебе! Всех убить хочешь и уничтожить!

Ну и девочка инстинктивно прикрыла ладошками обе крылатые креатуры. Только и прошептала еле слышно:

– Вначале я сама должна убедиться, что это за лес такой…

Теперь уже дэм, шевеля грозно бровями, развернулся к Труммеру:

– Я тебе что приказывал? Почему не воспитываешь ребёнка? Откуда у неё такие непослушание и строптивость?.. И чего ты кривишься, словно гвоздь проглотил?

– Виноват… Не уследил, – бормотал а’перв. – Готов искупить… Э-э-э, своей кровью…

– Отлично! – обрадовался владыка сектора и возложил руку на плечо смертного. – Наконец-то ты согласился! Сейчас отправляешься со мной прямо в Лаборатории.

– Нет! – Руку поощер сбросить не посмел, только присел чуть-чуть, словно под огромной тяжестью. – Только не туда! Если надо, забирай всю кровь с собой, а умирать оставь здесь.

– Трус! Я тебе всегда говорил, что ты редкостный трусишка, – констатировал дэм, обдав человека божественной волной истинного презрения. Затем печально вздохнул и заявил: – Хорошо! Бери свою сестру на руки, я сейчас вас перенесу прямо в сад!

И это уже прозвучало так строго, что ни у кого и мысли не возникло обозначить какое-то несогласие даже мимикой. Шутки и ёрничество кончились. Даже Ласка не колебалась, сразу запрыгнув на руки к Полю и прижавшись к нему вместе с феями.

Ну и в следующее мгновение их всех троих не стало в гостиной.

Галлиарда хотела что-то сказать, но закашлялась, прочищая пересохшее горло. Зато нервно хихикнул доселе молчавший Вак Лейзи:

– Если бы я и пробовал кому-то рассказать об этой сцене, мне бы не поверили и закидали камнями.

– Вот и помалкивай, как рыба на сковородке! – грозно процедила в его сторону Аза. – Иначе мы все ни Труммера, ни его сестры не увидим больше никогда. Пойдут на перегной для сказочного леса… Ну и мы там же окажемся…

На это ничего присутствующим не оставалось, как грустно кивать и радоваться, что до сих пор остаются живыми.