Текст книги "Марвуд и Ловетт. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Эндрю Тэйлор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 132 (всего у книги 145 страниц)

Глава 25

В среду утром Кэт встала с рассветом. Просунув ноги через щель между занавесками на кровати, она на ощупь отыскала на полу комнатные туфли, завернулась в халат и направилась к окну, на ходу зовя Джейн.

Улицу заливали косые лучи утреннего солнца. Из труб домов напротив в ясное небо поднимались струйки дыма от только что разожженных очагов. Ясный, свежий новый день был еще полон возможностей и перспектив. Кэт напомнила себе, что переживала превратности судьбы и похуже, чем фиаско с богадельней, однако не только выстояла, но и преуспела.

Если Кэт останется без гроша, Марвуд не даст ей умереть с голоду: хотя бы такую малость он обязан для нее сделать, а этот человек не из тех, кто забывает о своем долге. А впрочем, тут многое зависит от того, станет ли Марвуд в ближайшее время мужем женщины с дорогостоящими привычками и разорившимся отцом.

Вошла Джейн Эш с миской и кувшином теплой воды – на осунувшемся лице ни следа улыбки, веки опухли от слез.

– Что с тобой? – спросила Кэт.

– Мне сегодня не спалось, хозяйка.

– Ничего, завтра выспишься.

Кэт смочила в воде тряпку и обтерла лицо и руки. С ее стороны было бы глупо и трусливо дожидаться того, что ниспошлет ей Провидение. Кэт рассудила, что сегодня утром ей некогда разговаривать с мадам де Борд и мадемуазель де Керуаль – есть другие, гораздо более срочные дела, требующие ее внимания. Несмотря на убытки Хадграфта, у него, возможно, осталось достаточно средств, чтобы финансировать проект на Чард-лейн. Утверждениям самого Хадграфта верить нельзя, разумнее будет послушать, что говорят на Бирже.

Если Хадграфт действительно разорен, вопрос в том, удастся ли Кэт и Бреннану найти другого застройщика, готового взять на себя возведение богадельни в обмен на будущую прибыль от смежного свободного участка – пустыря. Иначе придется вывозить хранящиеся там материалы и надеяться, что поставщики примут обратно хотя бы часть.

Кэт вошла в гостиную, собираясь там позавтракать, и первым, что бросилось ей в глаза, были сундук и два стула, придвинутые к двери, ведущей на лестницу.

– Это что такое? – спросила она.

Вид у Джейн стал еще более несчастный.

– Боюсь я, хозяйка. Ну как они сюда поднимутся?

– Кто – они?

– Разбойники, которые чуть Фибса не убили. Охранять нас теперь некому.

– Чепуха! – отмахнулась Кэт, но про себя подумала, что в словах Джейн есть своя правда.

Чем скорее они найдут нового привратника, тем лучше.

Глаза Джейн были круглыми как блюдца.

– Может быть, попросите господина Марвуда кого-нибудь нам прислать? Он уж точно поможет.

– Вовсе незачем беспокоить господина Марвуда. Мы прекрасно справимся сами, – подавив раздражение, ответила Кэт.

Она завтракала молча. Пожалуй, ей все-таки следует встретиться с мадам де Борд. Между происходящими вокруг них событиями есть какая-то связь, и все нити так или иначе ведут к Роджеру Дарреллу и герцогу Бекингему. За нападениями на Фибса и Сэма Уизердина тоже наверняка стоят они.

Что бы ни замышлял герцог, его план явно имеет отношение к Луизе де Керуаль, а безликий труп на Чард-лейн – еще одно звено в цепочке. Дознание проведено, вердикт вынесен, однако убийство не раскрыто, а над домом под знаком розы нависла угроза.

Пока дело не будет разрешено, никто из них не сможет спать спокойно.

– Побывать в Новой бирже и не зайти к месье Жоржу просто недопустимо, – говорила мадам де Борд Луизе.

Две женщины выезжали на Стрэнд в роскошной карете месье Кольбера.

– Во всем Лондоне не сыщется обувных дел мастера искуснее его. Только на прошлой неделе я видела восхитительную пару туфель его работы.

– Для меня он ничего сделать не успеет, – напомнила Луиза.

– Иногда месье Жорж выставляет несколько пар на витрину или держит их в мастерской. Поверьте, эта обувь стоит каждого пенни. Прелесть его туфель не только в качестве, но и в фасонах: парижские друзья пишут месье Жоржу обо всех новейших модных веяниях. Бедным английским мастерам просто не под силу за ним угнаться. И вообще, нужно быть дальновидной, моя дорогая. Чтобы пара была готова к тому времени, как вы вернетесь из Юстона, ее нужно заказывать сейчас.

– Но расходы, – возразила Луиза. – Мы и так уже слишком много истратили.

– Мадемуазель, вы напрасно беспокоитесь. – Мадам де Борд бросила на девушку взгляд, от которого та почувствовала себя не в своей тарелке. – Осмелюсь предположить, что вам недолго осталось прозябать в бедности. К тому же вы слышали, что сказал месье Кольбер. Все счета оплатит он.

На несколько минут повисла пауза. В карете их было трое, так как Луизу сопровождала горничная-англичанка, неотесанная девица, не понимавшая ни слова по-французски.

Наконец Луиза решилась спросить:

– Вы не забыли о моем друге, мадам?

Мадам де Борд бросила на нее испытующий взгляд:

– О том самом друге, с которым вы желаете попрощаться перед отъездом в Юстон? Полагаю, лучше нам заехать к нему после обеда, на обратном пути во дворец. И без вашей горничной.

Поскольку они говорили на французском, Луиза никак не могла скрыть пол своего друга. В кои-то веки она позавидовала англичанам и их грубому наречию, позволявшему высказываться более расплывчато.

Между тем карета подъезжала к Новой бирже, и кучер умело прокладывал путь через столпотворение экипажей у входа. Как только карета остановилась, ехавшие на запятках лакеи спрыгнули на мостовую. Один опустил ступеньки и замер в ожидании, готовый помочь дамам выйти. Второй расчищал для них путь в толпе, отвесив оплеуху некстати подвернувшемуся под руку нищему и вынудив супругу респектабельного горожанина сойти с тротуара в грязь.

Две дамы вошли в здание, горничная шагала позади. Лавки занимали два этажа. Здешние товары в основном предназначались для людей обеспеченных. Необходимые в хозяйстве вещи покупали в других местах, сюда же приходили за приятными излишествами.

Покорно следуя за мадам де Борд, Луиза поднялась на второй этаж. Двое лакеев не отставали, отчасти исполняя роли телохранителей, отчасти демонстрируя своим присутствием высокий статус дам.

– Обувь – лишь малая часть того, что вам понадобится, моя дорогая, – заметила мадам де Борд. – Здесь есть все необходимое. Платья, кружева, веера, плащи, шляпы, перчатки, муфты и даже прелестные кошельки на случай, если сядете за игорный стол. Значение имеет любая мелочь, верно?

Несмотря на все свои тревоги, Луиза приободрилась. Так приятно сбежать от однообразия и железных правил двора королевы хотя бы на несколько часов! К тому же благодаря лакеям месье Кольбера Луиза чувствовала себя важной персоной.

Месье Жорж лично стоял за прилавком в дальней части своего торгового помещения. Мадам де Борд он встретил как давнюю подругу, ведь в Париже они часто общались в ее бытность femme de chambre[74] Мадам, герцогини Орлеанской. Луизе стало любопытно, платит ли месье Жорж проценты мадам де Борд, когда та приводит ему новых покупателей. Почему бы и нет? Такова жизнь.

Когда обувных дел мастера представили Луизе, все трое незамедлительно склонились над альбомами с выкройками, разложенными на прилавке, и погрузились в оживленное обсуждение. Подмастерья сновали туда-сюда, поднося дамам образцы материалов, цветов и готовой обуви.

Увлеченная разговором, Луиза не сразу заметила, что в лавку вошла еще одна дама. Только когда месье Жорж вскинул голову и произнес: «Un moment, madame, si vous plaît»[75]75
  Одну минуту, мадам, пожалуйста (фр.).


[Закрыть], мадемуазель де Керуаль обернулась, чтобы взглянуть на покупательницу. У двери стояла просто одетая женщина с лицом, скрытым вуалью. Луиза сразу потеряла интерес – перед ней явно простая горожанка.

Но, к удивлению фрейлины, мадам де Борд присела перед этой женщиной в реверансе и воскликнула:

– Мадам Хэксби! Какой приятный сюрприз! Не ожидала вас здесь встретить!

Англичанка ответила на несколько скованном, но все же довольно приличном французском, а затем вежливо отвернулась и стала рассматривать образцы крашеной лайковой кожи. Мадам де Борд возобновила разговор с месье Жоржем.

– А еще мадемуазель понадобятся комнатные туфли, – сказала она. – Дело очень срочное. Через день-два она отправится в загородное поместье высокопоставленного вельможи, и там она должна выглядеть элегантно даже в часы отдыха.

– Ах вот как? – Уголки рта месье Жоржа дрогнули. – Прекрасно вас понимаю. У меня в мастерской есть как раз подходящие туфли, мадемуазель. Разумеется, они обтянуты шелком, выкрашенным в изумительный темно-синий оттенок с узором из розовых цветов вишни. Подкладка тоже розовая и тоже из шелка. – Длинные пальцы обувных дел мастера так и порхали в воздухе. – И они украшены лентами. Сейчас принесу.

Извинившись перед дамами, месье Жорж скрылся в смежной с лавкой мастерской. Луиза перевернула еще одну страницу альбома с выкройками. Только что вошедшая покупательница подняла вуаль.

– Полагаю, мадам Хэксби нужно задать вам несколько вопросов, – тихо произнесла мадам де Борд.

Луиза нахмурилась, от неожиданности позабыв о хороших манерах:

– Это еще зачем?

Стоящая перед ней вдова – никто. Наряд этой особы не лишен определенного изящества, да и сама она почти красавица, и все же эта женщина ничего собой не представляет. Луизу удивляло, что мадам де Борд вообще до нее снизошла.

Англичанка, без сомнения, подслушивала, так как при этих словах тут же подошла к Луизе.

– Мадемуазель, – произнесла она и выложила на прилавок маленький, украшенный вышивкой кошелек, – вам знаком этот предмет?

Луиза уставилась на кошелек:

– Откуда?.. – Но она тут же осеклась, во рту пересохло, и ей стало трудно говорить.

Судорожно сглотнув, Луиза облизнула губы и постаралась ничем не выдать своих чувств.

– Где вы его нашли? – Она устремила на англичанку испытующий взгляд, на этот раз уделив ей пристальное внимание. – Мы знакомы? Я вас где-то видела.

– Мадам Хэксби – архитектор, – пояснила мадам де Борд. – Она приезжала во Францию в прошлом году, чтобы проконсультировать Мадам относительно строительства птичника, а затем сопровождала ее во время визита в Дувр. А на днях вы могли видеть мадам Хэксби в покоях королевы.

– Ничего не понимаю! – как можно более надменно бросила Луиза. – Это что, ловушка?

Мадам Хэксби улыбнулась ей:

– Вовсе нет. Но, пожалуйста, расскажите поподробнее о кошельке.

– С какой стати, мадам, я должна вам что-то рассказывать?

– Да ведь уже почти полдень! – одновременно с ней воскликнула мадам де Борд. – Может быть, пообедаем все вместе?

«Синий дельфин» располагался на южной стороне Пикадилли, в восточном конце улицы. По словам мадам де Борд, это была вполне приличная таверна, где кормили более или менее сносно, а в отдельных комнатах и впрямь можно было побеседовать без посторонних ушей. Впрочем, качество еды объяснялось тем, что ее готовили в кухмистерской по соседству, а там служил повар-француз.

В карете мадам де Борд шепотом предложила отправить месье Кольберу счет не только за покупки, но и за обед. Причмокнув губами в предвкушении, она объявила, что в таком случае экономить незачем.

Кэт понимала: при обычных обстоятельствах французская аристократка, служащая фрейлиной у королевы, едва ли нашла бы общество простолюдинки интересным. Но, по крайней мере, мадемуазель де Керуаль согласилась на совместный обед. Трудно было понять, о чем она думала, но за кукольным личиком, очевидно, скрывалась железная воля. Лишь на секунду, увидев на прилавке кошелек, фрейлина утратила самообладание, и стало ясно, что она гораздо уязвимее, чем кажется.

Комната в таверне была красиво обставлена и ярко освещена. Подробно разузнав про все блюда, мадам де Борд заказала обед и отослала прислужника прочь. Луиза в сопровождении лакея и горничной отправилась в нужник: слуги будут стоять на страже у двери, чтобы никто не побеспокоил их госпожу.

– Она так напугана! – шепотом сообщила мадам де Борд. – В Юстоне король наверняка овладеет ею. Об этом знает весь свет, и Луиза в том числе.

– Бедняжка!

– Что ей остается делать? Надо как-то выживать. Если представилась подобная возможность, грех ею не воспользоваться. Говорят, что, достигнув среднего возраста, король стал заглядываться на юных девственниц вдвое моложе его.

– На девственниц? Боже правый, это еще зачем?

– С ними он и сам чувствует себя юношей. – Мадам де Борд поглядела на Кэт. – Во всяком случае, такие слухи ходят среди дам королевы, а они редко ошибаются в подобных вещах. Когда молодые годы мужчины позади, его часто влечет к девушкам. А если у него есть деньги, чтобы заплатить за это удовольствие…

– Но для чего же ему непременно нужна девственница? – спросила Кэт.

Мадам де Борд устало улыбнулась:

– Лишить девицу невинности – особое удовольствие, ведь тогда мужчина ощущает свою силу. Да вы и сами знаете.

Кэт почувствовала, что краснеет, и опустила голову, пряча лицо.

– Но дело не только в этом, – продолжила мадам де Борд уверенным тоном искусной кухарки, рассказывающей о подходящих ингредиентах для соуса. – Для такого мужчины, как король, искать любовницу среди невинных девушек – самый практичный вариант. С куртизанкой – да и с женой придворного, если на то пошло, – всегда есть риск заразиться срамной болезнью. А с девственницей ничего подобного можно не опасаться.

– Неужели у мадемуазель де Керуаль нет другого выхода?

– Вы можете представить, чтобы такая женщина до конца своих дней сидела в монастыре тихо, как мышка? Я – нет, и Луиза тоже не может. – Мадам де Борд подалась вперед. – Похоже, она питает нежные чувства к французу, который сейчас в Лондоне. Но либо этот мужчина не годится ей в мужья, либо его намерения далеки от честных. Иначе он бы уже что-нибудь предпринял, верно?

– Кошелек имеет какое-то отношение к возлюбленному мадемуазель де Керуаль?

– Очень может быть. Но я надеюсь, что Луиза не наделает из-за него глупостей. Если она упустит такой шанс, вместо нее король найдет другую юную девицу. Так что наша мадемуазель… – Тут мадам де Борд осеклась и приложила палец к губам.

Снаружи послышались шаги, и в комнату вошла Луиза. Она закрыла за собой дверь, а слуги остались в коридоре.

Мадам де Борд улыбнулась ей:

– Прошу простить меня за то, что мы с госпожой Хэксби пошли на эту маленькую уловку, но…

Однако Луиза не сводила глаз с Кэт.

– Откуда у вас кошелек? – потребовала она ответа, больше не пытаясь делать вид, будто эта вещица не имеет для нее значения.

– Значит, он ваш? – уточнила Кэт.

Луиза вскинула голову. Даже загнанная в угол, она не утратила вызывающих замашек.

– Вы мне не ответили. Почему?

– Так да или нет?

Некоторое время они глядели друг другу в глаза. Наконец Луиза произнесла:

– Что, если он мой? Вернее, был моим.

– Почему же он перестал быть вашим?

– Я… Я отдала его одному человеку.

– Полагаю, этого джентльмена зовут месье Фарамон и он проживает в «Трех коронах» возле храма Гроба Господня в Сноу-Хилле?

У Луизы перехватило дыхание. Она коротко кивнула, а затем окончательно утратила самообладание.

– Вы его видели?

– Его никто не видел по меньшей мере десять дней, – ответила Кэт. – Месье Фарамон пропал. А ваш кошелек обнаружили среди вещей английского клерка, который тоже исчез.

– Как эта вещь попала к другому человеку?

Луизе никто не ответил. На улице под их окном двое мужчин затеяли пьяную свару, а какая-то женщина надтреснутым голосом выводила балладу.

Тут к разговору присоединилась мадам де Борд:

– Кто такой этот Фарамон? Его фамилия мне незнакома.

– Это nom de guerre[76], – не глядя на мадам де Борд, пояснила Луиза.

– А как его настоящее имя? Я знаю этого человека?

Луиза плотно сжала губы.

– Месье Фарамона и этого англичанина кое-что объединяет, – сказала Кэт. – Герцог Бекингем послал своих головорезов на их поиски, и теперь оба исчезли без следа.

– Бекингем… Не человек, а дьявол, – едва слышно произнесла Луиза и закрыла лицо руками. – Это я виновата. Но они… они причиняли мне беспокойство. У них мои бумаги, и Айрдейл с Фарамоном требовали за них деньги. Уверена, это идея Айрдейла. Мой… месье Фарамон сам бы на такое не пошел. Айрдейл наверняка заставил его, подчинил своей власти.

А вот и подтверждение: Луиза знает, что фамилия клерка – Айрдейл.

– А что же Бекингем? – тихо спросила Кэт.

– Обещал, что поможет и даст этим двоим понять, чтобы оставили меня в покое. Бекингем заверил: если придется, он лично заплатит мой долг. Что бы ни случилось, он позаботится о том, чтобы бумаги вернули мне. Клянусь, я искренне не желала месье Фарамону зла! Я так и сказала герцогу.

– Его головорезы только и умеют, что причинять людям зло, – произнесла Кэт. – Единственный смысл их жизни – служить герцогу, и других способов это делать они не знают. Поверьте, я видела дела их рук, мадемуазель. Несколько лет назад один из подручных герцога убил моего мужа. А позапрошлой ночью они покалечили в моем доме привратника – возможно, на всю жизнь.

– Боже милостивый! – Потрясение Луизы явно было непритворным. – После Дьеппа я должна была убедиться, что Бекингему доверять нельзя. – С поникшим видом она добавила: – Не брось он меня там на несколько недель, ничего этого не случилось бы. Во всем виноват Бекингем.

– Значит, все началось там? – мягко уточнила Кэт. – Когда вы ждали яхту Бекингема, которая должна была доставить вас в Англию?

– Да. Бекингем обещал, что, когда мы приедем, яхта будет на месте. Но ее там не оказалось. Мы ждали, день за днем. От Бекингема ни слуху ни духу, из Парижа никаких вестей. Счета накапливались, так что же мне оставалось делать? Я должна была раздобыть денег, чтобы за все заплатить. Я надеялась выиграть нужную сумму в карты. Разве у меня был другой выбор? Этот… этот Айрдейл все устроил. А второй джентльмен приехал в Дьепп, чтобы следить за мной, а еще ему нужно было место на корабле до Англии. Я уже была с ним знакома, и он нуждался в деньгах так же сильно, как я. Шев… он играл в карты с нами, и… Этот человек был добр ко мне. Он всегда ко мне добр.

– Ах вот оно что, – улыбнулась мадам де Борд. – Теперь начинаю понимать. Этот ваш француз, случайно, не шевалье де Вир? Когда была жива Мадам, я несколько раз видела, как вы с ним разговаривали.

Луиза не отвечала, но яркий румянец на ее щеках говорил красноречивее слов.

– Шевалье иногда присоединялся к нам в Сен-Клу или Пале-Рояле, – вполголоса пояснила для Кэт мадам де Борд. – Он из очень хорошей знатной семьи.

– Это правда, – с энтузиазмом подтвердила Луиза.

– Однако шевалье – сын младшего сына, а его отец – тоже сын младшего сына, – безжалостно продолжила мадам де Борд. – Поэтому у него нет ни состояния, ни друзей при дворе – короче говоря, беден как церковная мышь. Он вечно нуждается в деньгах, бегает от кредиторов и не знает меры при игре в кости и в карты. Но должна признать, что он весьма обходителен. Особенно с дамами.

– Вы слишком к нему строги, – возразила Луиза. – Шевалье – великодушный человек и настоящий мужчина. Но в одном вы правы: его и впрямь преследуют несчастья. Сколько друзей от него отвернулись! Из-за долгов он был вынужден покинуть Францию. К тому же шевалье не хотел со мной расставаться. Он мне сам так сказал.

– Вы проиграли деньги им обоим? – спросила Кэт.

– Да, и особенно Айрдейлу. Ему все время везло. К тому же перед нашим отплытием из Дьеппа он одолжил мне денег, чтобы я расплатилась по счетам на постоялом дворе. Месье де Вир обещал, что свою часть долга он мне простит. Но в Англии и шевалье, и Айрдейл стали требовать деньги. Я убеждена, что это целиком и полностью идея Айрдейла. Но у них до сих пор хранятся бумаги…

– Какие бумаги? – тут же уточнила мадам де Борд.

– Мои письма.

Кэт подалась вперед:

– Как же вас угораздило обратиться именно к Бекингему?

– Герцог сам предложил мне помощь. С тех пор как мы прибыли в Англию, он всячески старается наладить со мной отношения.

– Мадемуазель де Керуаль произвела в Уайтхолле фурор, – заметила мадам де Борд. – Теперь месье герцог видит, что зря считал ее ничтожеством, и предпринимает все возможные усилия, чтобы ей угодить. А до этого Бекингему были глубоко безразличны дела мадемуазель де Керуаль.

– Он один меня поддержал, – просто сказала Луиза. – Как-то вечером я поделилась с герцогом своими тревогами, и он обещал, что избавит меня от неприятностей. Я сказала, что месье де Вир ни в чем не виноват, наверняка он даже не знает, что за игру затеял этот подлый Айрдейл. Думаю, шевалье задолжал Айрдейлу так же, как и я.

– Герцог преследует лишь собственные интересы, – заметила Кэт. – Бекингем не помогает людям по доброте, он использует их. Если герцогу удастся раздобыть ваши письма и они будут представлять для него ценность, неужели вы думаете, что он отдаст их вам?

Луиза жалобно прохныкала:

– Мне нужно встретиться с шевалье. Ах, если бы я только могла с ним поговорить, он бы все понял, и вместе мы наверняка нашли бы выход из положения! – Ее щеки раскраснелись, будто она перебрала вина. – Мне кажется, что… понимаете… он меня любит.

Странно же он проявляет свои чувства, подумала Кэт.

– Значит, вы отдали кошелек шевалье.

– Да. В Дьеппе. В знак… дружеского расположения. Но как кошелек попал к Айрдейлу? Этот негодяй его украл?

– Возможно.

Или шевалье отдал ему кошелек в счет уплаты долга. За вещицу столь тонкой работы можно выручить несколько шиллингов.

– Скажите, а покойник… – шепотом начала Луиза. – Неужели мужчина без лица – это…

– Это может быть как шевалье, так и Айрдейл, – прямо ответила Кэт; Луиза тихонько вскрикнула, но тут же замолчала. – Единственный, кому точно известна личность жертвы, – убийца, – продолжила Кэт. – Мы не можем найти ни шевалье, ни Айрдейла, а чтобы узнать, кто из них убит, а кто жив, нужно напасть на след хотя бы одного.

Раздался стук в дверь. В комнату заглянул улыбающийся хозяин таверны:

– Обед готов, дамы. Прикажете подавать?