Текст книги ""Фантастика 2026-205". Компиляция. Книги 1-14 (СИ)"

Автор книги: Даниил Ткаченко

Соавторы: ,Андрей Вершинин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 135 (всего у книги 216 страниц)

14. Интерлюдия

Вадик не любил свое имя. Вадим, или Вадимыч, как его зовут друзья по онлайн-играм еще ладно, в чем-то даже солидно. Но «Вадик»… К пятнадцати годам это начало бесить, лет до двадцати пяти он с переменным успехом боролся с «Вадиком», а потом… Потом волосы начали редеть, лицо округлилось, как и живот. Все чаще к нему обращались «мужчина», а не «молодой человек» или «парень», и ненавистный вариант имени стал спасением. Самоуспокоением. Ведь юность мелькнула быстрее молнии, стареть не хотелось…

Но когда тебе уже 45 лет, а ты все еще Вадик, то нужно смириться. Или круто изменить жизнь. Да так, чтоб кровь по венам смыла уныние и вялость, чтоб угар и забытые гормоны кружили голову, а в плечо бил приклад автомата… Желательно, своего автомата. Из которого стреляешь.

И, похоже, шанс настал. Вадик смотрел в окно. На дороге двое мужиков мутузили зомбака. Натурального! Как в фильмах! Рожа зверская, на кулачные удары внимания почти не обращает, рот перепачкан кровью! Вадик попробовал повторить по воздуху, но скривился – плечо стрельнуло болью.

Началось все вчера утром. А сейчас день. С тех пор нет связи и электричества, перестала течь вода из крана, а те соседи, что отважились рвануть кто куда, быстро возвращались с дикими вестями. Якобы за городом появилась жаркая степь, горы и… море! Настоящее! Показывали фотографии. И правда. Вадик тогда едва вернул чужой телефон, так захватила красивая голубая гладь моря, волн, песчаного пляжа…

Потом в город сунулись пройдохи. Так их емко охарактеризовала мама. В камуфляже и с оружием, но не военные, гребли все из магазинов, рассказывали страшные вещи и раздавали листовки, где описывался этот странный мир…

Вадик не был на море. Точнее, был, но в смешном возрасте, мало что запомнил. Тогда еще с ними был отец, пропавший спустя полгода. Ни весточки, ни холмика на кладбище, ничего…

Если в этом мире есть море, наверное, жить здесь не так плохо… Мама, когда он озвучил эту мысль, разоралась. Как обычно. Ей стало плохо, под причитания, что Вадик ее не бережет, он долго и привычно отпаивал ее сердечными каплями.

– Вадик, отойди от окна! – зашипела неслышно подошедшая мама, задернула тюлевые занавески. – Я же тебе, глупому, сто раз поясняла: если кто дерется – не смотри! Это может спровоцировать…

– Мама! Ну я же просил – не называй меня Вадиком!

Бесполезно. Сколько раз он просил. Для мамы это было как фоновый шум, вроде гудения холодильника.

Сквозь тюль все равно было видно. Зомбака одолели, но на подмогу прибежало еще несколько. Бравые мужики спрятались в чьей-то «Газели», тыкали оттуда отвертками, прочим инструментом.

В дверь постучали. Пришла соседка. Мерзкая, как и все мамины подруги. Они с мамой вечно соревнуются чьи дети лучше. Вроде по-доброму, с улыбками, но сколько в них яда… После таких бесед, когда оставались вдвоем, мама долго полоскала Вадику мозги упреками о погубленной молодости…

Но сейчас им было не до Вадика. Жадно прилипли к окну, обсуждая происходящее. Мама накинулась на Вадика, чего это он смотрит, иди мол, нельзя на такое смотреть!..

Вадик психанул. Мысленно, само собой. Вернулся к себе в комнату. Нет, надо что-то менять… Стащил со шкафа коробку старых вещей. В этом камуфляже он когда-то давно ходил в походы… А еще на рукопашный бой. Интересное было время. Пока на тренировке не сломали нос. От мамы, конечно, скрыл. Перегородки срослись неправильно, мучил насморк. Вскрылось после похода к врачу, пришлось делать операцию. Конечно же, на тренировки мама не пустила… Точнее, поставила условие: или я, или ногомашество! Вадик тогда психанул и пожалел. Маме стало плохо от переживаний, угодила в больницу. Пришлось потом несколько недель навещать, носить еду, слушать ее стенания…

Камуфляж оказался мал. Штаны не застегивались, как ни втягивал живот. Куртка едва налезла, сильно жала в плечах. Вадик нервно снял, кинул в угол. Ну и плевать! Найдет новый! Неужели он так располнел? Открыл дверцу шкафа с зеркалом. Господи… Он словно только теперь заметил и осознал свое тело. Безобразные толстые ляжки, пузо, хилые-хилые ручонки…

Захотелось плакать. Но нет. Новую жизнь так не начинают. Хм, что там еще в этой коробке? Давно не доставал…

Фотография. Он и Алена. Господи, как давно это было… Настроение упало еще ниже. Лучше бы вообще не лез за шмотками…

Вошла мама. Как обычно, без стука.

– Мама! Ну я же голый!

– Да что я там не видела! Зачем коробку снял, пылищи столько! О, это ж Алена, та придурочная! Ох, как я рада, что у вас не получилось ничего, ну ты глянь, по ней же видно, что шизофреничка…

– У нее биполярное расстройство, а не шизофрения! Это разные вещи!

– Да какая разница! Она мне сразу не понравилась…

– Перестань! Я ее любил! – завизжал Вадик.

– Ты кричишь на меня? – завелась мама. – Ах ты тварь неблагодарная! Я ради тебя всю жизнь…

Он зажал уши, убежал на кухню. Не помогло. Мама и ее децибелы катились следом.

В дверь постучали. Вадик кинулся открывать.

– Здрасьти… – растерянно сказала Алена.

Алена. Все такая же красивая, но не глянцевой смазливостью, а по-особенному… Да, видны прошедшие годы, но они лишь добавили шарма.

– П… привет! – ошарашенно улыбнулся Вадик. – А ты как здесь… Ты же уехала…

– К бабушке в гости приехали. Вчера вечером. А тут все началось… – Алена смутилась сильнее.

– Ой, Аленочка! – из-за плеча Вадика настырно лезла мама. – Какими судьбами? Чайку?

– Нет, спасибо, я… Пойду. Если что, ты заходи, Вадим…

Она потерянно направилась по лестнице вверх. А когда вышла из-за двери, Вадик заметил ее округлившийся живот. Слишком небольшой, вряд ли последние месяцы, но и не маленький, чтобы списать на полноту…

Вадик ввалился обратно в квартиру. По спине тек пот. О чем-то нудила мама. Плевать. Он ясно видел разочарование Алены. Да и чему тут восторгаться? Открыл глаза, уставился в зеркало в прихожей. Через силу улыбнулся, сверкнул плохими зубами. Волос на башке почти не осталось, морда как у тюленя, футболка заляпана. Да и чесноком от него воняет. С борщом наворачивал.

Снова стук. Открыл. Алена. Улыбнулась, сказала, что они с семьей уезжают, вроде какая-то команда эвакуации прибыла, обещают увезти в спокойное место…

Вадик смотрел без выражения. Улыбке не обманывался. Так лыбились симпатичные девчонки, раздающие рекламные флаеры. Дежурно, устало. Стоило сцапать ненужную бумажку, как о тебе забывали. Поблагодарил и закрыл дверь, стараясь не видеть какого-то высоко симпатичного хлыща, что спускал сумки и что-то говорил Алене…

Шло время. На улице все чаще раздавалась стрельба, крики. Зомби носились все активнее. Но в их квартире ничего не менялось. Как и последние лет сорок. Проклятые старые ковры на стенах, убогая мебель, обилие сервантов с дурацкими сервизами… В дверь снова постучали. На этот раз это был крепкий мужчина в камуфляже.

– Здесь вам не выжить, – начал в лоб. – Через полчаса с площади выезжает транспорт. Отвезем вас в безопасный стаб. Ну, место такое. Берите только еду и воду. Оружие, если есть… – он с сомнением осмотрел Вадика и ушел.

Решено. Вадик переоделся в спортивный костюм, достал рюкзак. Консервы, конфеты, бутылка воды… Мама вопила, что никуда не отпускала сына, что это мошенники, которые заманят и разберут на органы или в рабство…

– Не кричи на меня, – сказал до того спокойным и уверенным голосом, что мама заткнулась. – Не хочешь – оставайся. А я ухожу.

Она опомнилась, завела старую пластинку. Когда поняла, что сын настроен серьезно, изменила тактику. Начала реветь, совестить. Вадику стоило больших сил не поддаваться. В подъезде она вцепилась мертвой хваткой, оттолкнул.

На улице вдохнул воздух новой жизни. А ведь и правда пахнет близким морем, свежестью! И тут мир кувыркнулся. Вадик перевернулся на спину, рядом стояла ужасная тварь, мало похожая на человека. Огромные челюсти и зубы, узкая, как лезвие топора башка, когтистые лапы… Вот и все, не увидит он моря…

– Эй ты! – завизжала мама. – Не трогай моего сына, мразь! – и смело кинулась к уродцу, замахиваясь для удара.

– Не надо, беги! – заорал Вадик. Поздно.

Потом был провал в памяти. Стрельба, крики, кто-то грубо поднял Вадика на ноги, заставил идти к мощному грузовику военного типа. С трудом забрался в кузов и снова отключился. Очнулся от холода на лице, груди. Его окатили водой.

– Вадим, ты как?

Он попытался сфокусировать взгляд, осмотрелся. В кузове было много людей, почти все гражданские.

– А где мама? – спросил глупо.

Мужчина напротив вздохнул. Что-то знакомое показалось в облике. Он явно не новичок в этом проклятом мире. Высокий, с широченными плечами, одет в камуфляж, как и тот, что сообщал об эвакуации. В бронежилете, на плече огромный автомат.

– Мама… Мне жаль. Не успели мы. Чуть-чуть. Но все будет хорошо. Тебя же Вадим зовут, да?

– Откуда вы знаете?

– Вадим Сорокин? – мужчина не на шутку разволновался. – Из тридцать пятой квартиры? Маму Валентина звали?

– Да…

Мужчина снял шлем, его лицо стало до боли знакомым.

– Папа!!! – заорал Вадик, кинулся в объятия. Душили слезы.

– Ну все, все… Теперь никто тебя не обидит. Прости, не успел я, совсем немного…

И он начал рассказывать. Что не пропал, не ушел в другую семью, а попал в мир Стикса. Выживал, скитался. Когда встал на ноги, решил любой ценой найти семью. И тридцать пять лет подряд возвращался на этот кластер, где был их родной город, ждал сына и жену.

– Подожди… Но ты такой молодой! Тебе должно быть… много лет!

– Все так, сынок, все так… Но здесь люди не стареют. И ты помолодеешь, – он улыбнулся. – Будешь сильным, быстрым… стройным.

– Тридцать пять лет⁈ – ужаснулся Вадик. – Каждый раз?

– Это уже неважно, – отец на миг отвел глаза. – Мы вместе. Мне нужно к водителю, посиди пока тут.

Отец отдал сигнал по рации, грузовик остановился и поехал снова.

У Вадика в голове много чего не укладывалось, но он знал – теперь действительно началась новая жизнь. Обо всем расспросит, знает. Главное – не подвести отца! Стать как он, и даже сильнее!!!

Потом случилась какая-то заминка, снова остановились. Вадик сквозь дыру в тенте увидел, что возле сквера стоит машина, осаждаемая двумя зомби. А внутри… Не слыша окриков сопровождающих, он перевалился через борт, тяжело спрыгнул на землю.

Отец, оказалось, тоже вышел, внимательно наблюдал за машиной, зомбаками.

– Ты чего? – строго спросил он.

– Папа… Там внутри Алена, я ее знаю! Почему ты не поможешь?

– Алена, значит, – взгляд отца стал понимающим. – А ты посмотри вон туда.

Рядом с «Рено» Алены торчал киоск, и на его крыше прыгал тот самый хлыщ, муж. Он махал руками, показывал на себя, Алену.

– Прикольно, – оценил какой-то товарищ отца. – Это же пустыши, их кулаками забить можно. А вон ограду ремонтировали, куча арматуры. Не спешит он свою девку спасать.

Муж, наконец-то решился, спрыгнул, побежал в сторону Вадика, постоянно оглядываясь. Зомби не отреагировали, все пытались вскрыть машину. Царапали стекла, стучали в них лбами.

– Помогите! Там моя жена в машине! Меня Степан зовут, кстати, – и стушевался.

– Поможем, Степа, поможем… – отец достал из кобуры пистолет. – Держи. Иди убей их.

– Э… Но я не умею…

– Тут очень убойные патроны, просто наводи и жми спуск. Ну?

– Я думал, вы…

– А у нас времени нет! – рявкнул отец. – Либо лезь в кузов и едем, или решай проблемы сам! Ну? Три секунды!!!

Степан всхлипнул и полез в кузов.

– Да-а-а… – сказал товарищ отца, широченный детина со шрамом через все лицо. – Однако. Нелегко Степе будет. А ты все-таки нашел сына? – со странным выражением осмотрел Вадика. – Поздравляю.

– Нашел. С тебя красный жемчуг, проспорил.

– Да помню… Приедем – отдам.

– Алена, значит? – одними глазами улыбнулся отец сыну.

– Да, – он потянулся за пистолетом. Потом передумал, указал на странную штуковину на поясе отца. Как топор, только лезвия узкие, трехгранные.

– Давай, сынок, спасай Алену, – снял и отдал оружие.

– О как! – улыбнулся тип со шрамом. – Выбрал клевец, наш человек!

А Вадик перехватив удобнее этот клевец, направился к «Рено», где испугано сжалась Алена. Шаг, замах – первый зомби падает с пробитой головой, в лицо обильно брызгает кровью, мозгами, но Вадик не утирается, времени нет. Шаг, удар – второй получает в лицо, пытается подняться, но Вадик добавляет в висок.

– Не бойся, все закончилось, – сказал Вадик, открыл дверь и протянул Алене руку. Нет, не Вадик, Вадим.

16. Маленькая орда

Из-за поворота им наперерез выскочил пикап. Нашлепки бронеплит, окна в частой и толстой решетке, над кабиной пулеметчик в круговом гнезде. Кирилл едва успел затормозить. Остановился и пикап.

– Ты куда прешь, деревенщина⁈ – проорал водитель. – Моя бабушка лучше водит!

– Твою бабушку в овраге рубер доедает! – взорвался Кирилл.

Повисла очень неприятная пауза. Рамов зашипел сквозь зубы.

– А! Так вы свои! – заулыбался водитель. – Но все, равно как деревенщины выглядите! – и они заржали с пулеметчиком.

В салоне «Лады» все выдохнули.

– А Лесной далеко? – высунулся в окно Ник.

– Лесной? – нахмурился водитель пикапа. – Километров двадцать. Но то по старым дорогам, а сейчас… Только в большой объезд, хрен знает.

– А что с дорогами?

– Так нету их! И мостов тоже.

– Ша! – крикнул пулеметчик и дал короткую очередь. Оружие, вопреки ожиданиям, стреляло неприлично тихо. То, что Кирилл принял за крупнокалиберный ствол, оказалось огромным глушителем. – Кусач, готов.

– Так что с дорогами?

– Блин, вы с Луны свалились? Три дня же фигачили, неужели не слышали?

По словам водителя, внешники быстро очухались от разгрома одной из баз, и в течение трех дней садили ядерными бомбами. Стаб Лесной и поселки с большим количеством жителей не тронули, а вот остальное… Уничтожали дороги, мосты, удобные проходы. Нет, мощность небольшая, уточнил водитель, но пятна радиации, которая не думала быстро спадать, существенно испоганили жизнь. Лесной, как понятно из названия, окружен густыми лесами, широкими реками. Пешком обойти зараженные места можно, а вот транспорту пройти теперь тяжело.

И это не все проблемы. Развитые зараженные не любят радиацию, пусть и не так восприимчивы к ней, как иммунные. В итоге они сосредоточились на чистых территориях, и без того усложняя положение. Видели даже элиту со свитой, устроившую засаду в безопасных пеших проходах.

– Короче, жить хотите – идите в обход, через Станцию, Солнечный… – посоветовал водитель. – Ладно, удачи вам, нам пора.

– А вы… – заикнулся Кирилл.

– Не, братан, без обид, мы по своим делам. Дорогу в Солнечный знаете? Поезжайте на северо-запад, упретесь в реку, вдоль нее строго на север, а там указатели найдете.

– Патронов не подкинете? Семерок? – попросил Рамов.

– Дальше по улице оружейный магазин есть, – водитель уже явно выказывал нетерпение. Но помялся, кинул две пачки. – Все, удачи, бродяги!

Пикап рыкнул мотором и уехал. Почти сразу застрекотал его пулемет.

– Вот жлобы! Сорок штук всего! – выругался Ник.

– А могли бы и полоснуть… – пробормотал непонятно Гип. – Как в анекдоте.

– Каком? – заинтересовалась Алиса.

Рассказчик из знахаря был ужасный, сбивался, уточнял массу ненужных деталей. К концу запутался, залпом выдал суть истории. Алиса вежливо улыбнулась. Гип кинулся пояснять, попытался рассказать еще анекдот, но Кирилл попросил не отвлекать от вождения. Знахарь расстроено засопел.

Оружейный магазин действительно был. Ромбовидное двухэтажное здание с гордой вывеской «Тактикул Мэн». Двое мужчин ломали дверь, их охраняли шесть вооруженных человек. Двустволки, гражданские карабины. У одного какой-то пистолет, последний вообще с топором.

– Молодцы местные, быстро очухались, – прокомментировал Гип. – Что делать?

– Ждать, пока сломают дверь.

От мародеров отделился один мужчина. Вальяжно, с плохо скрываемой нервозностью подошел, постучал в окно. Рамов опустил тонированное стекло. Наткнувшись на нехороший взгляд Ника и автоматы, растерялся. Слишком велик контраст между пассажирами и обшарпанной машиной.

– Стволов на всех хватит. Иди скажи своим, чтоб не нервничали.

Тот кивнул, отошел. Мародеры зашушукались. Хотя какие они мародеры… Обычные люди, пытающиеся выжить.

Одновременно с грохотом падающей преграды в магазин, хлопнули и двери «Лады». Кирилл остался у входа для контроля толпы. Не таясь, рассматривал мужиков. Обычные обыватели, у двоих нехорошие симптомы, – одышка, глаза слезятся, движения то плавные, то дерганые.

– Давно все началось?

– А ты типа не знаешь? – хмыкнул один.

– Нет. Ваш город попал в другой мир…

Тем временем Ник, Гип и Алиса орудовали внутри. Повезло, нужные патроны были. А вообще, под невзрачной вывеской скрывались настоящие сокровища. Автоматического оружия нет, видимо, «местные» законы не позволяли. Но нашлись отличные бронежилеты. Легкие, от автоматной пули не спасут, но когти развитых зараженных теперь не страшны. Поверх крепились карманы для магазинов и прочего, имелась система быстрого сброса, если серьезно ранят.

Были и каски, и защитные очки. Рамов быстро метался от полки к полке, заставляя Гипа и Алису не мешкая примерять, одеваться.

– Держи, – вручил Алисе карабин на базе какой-то модели «Калашникова». – Это гражданский кастрат, только одиночными стреляет. Но тебе пока сойдет.

– Тяжелый… – Алиса прицелилась, ствол заметно водило. – А я видела винтовку такую маленькую, красивую, может…

– Нет, у нее калибр смешной. Привыкай к весу автомата.

Наконец-то вооружил и Гипа. Таким же карабином. Напоследок вскрыл витрину с надписью «Спец.средства. Продажа только сотрудникам внутренних органов», – и вручил каждому газовый баллончик.

– Иногда может пригодиться. Если нужно бесшумно проскочить или вообще убежать. Залил морду мертвяку, и пока тот глаза трет, рыгает… Действует на медляков, бегунов, топтунов. Кусач – под вопросом, мало пробовали. Но говорят, и ему неприятно. Мы их часто применяли…

– Где? Ты был полицейским? – не поняла Алиса.

– Нет, – быстро ответил Рамов.

– И на людей действует хорошо… – полувопросительно и печально пробормотал Гип. Рамов зыркнул. Нашел время для совести!

Кирилл тем временем обрабатывал толпу. Остро жалел, что нет листовок для новичков, быстро устал молоть языком. Да и не до конца ему верили. Некоторые открыто скептически хмыкали. То, что видели зараженных, мало на что повлияло. Им проще принять вариант банального зомби-апокалипсиса, чем уместить в башке концепцию Стикса.

Вышли Рамов, Гип и Алиса. Ник кивнул Кириллу, тот скрылся в магазине и вышел в новом снаряжении. Пусть от серьезных тварей она не спасает, но… Психологически добавляло уверенности. Настроение резко повысилось. Но как-то странно, рывками. Подобное происходило уже не впервые.

Едва отъехали, к магазину примчалась полицейская машина.

– Долго соображали, – покачал головой Рамов.

Полицейские начали вязать несостоявшихся мародеров. Один, уже стоя на коленях и с поднятыми руками все указывал на удаляющуюся «Ладу». Кирилл выругался и добавил скорости. Только разборок не хватало!

Сильно разогнаться не получалось, на дорогах везде встречались брошенные автомобили, аварии, бегали люди, удирающие от свежих зараженных. Но полиция не стала преследовать.

– Общался я как-то с нол… одними ребятами, – осекся Ник, взглянув на Алису в зеркало. – Вот у них пушки были – мечта! На жидком порохе. Жидкие составы по энергоемкости превосходят сыпучие, – пояснил больше для девушки и знахаря. Те кивнули с умным видом. – А значит, пулю можно сделать меньше, взять больше. И само оружие компактное, легкое. Но его убойность нашим автоматам и не снилась. Все равно что крупнокалиберный пулемет.

– А отдача? Руки же оторвет! – заинтересовался Кирилл.

– О! В этом вся суть. Там хитрая система компенсации. Когда импульс отдачи превышает заданный порог, то часть жидкости подается в дульный тормоз и там сгорает. И как бы тянет оружие в противоположную сторону. Компенсация, короче. И пули необычные, двухкомпонентные. Острые, для брони, но при попадании в мягкое раскрываются…

– Вы серьезно? – дрожащим голосом прервала их Алиса. – Просто сидите и о пушках своих болтаете? Вокруг нас люди гибнут! Мы должны им помочь, хоть как-то!

Рамов закатил глаза. Кирилл сжал зубы.

– Нам же всем помогли, когда мы оказались в Стиксе!

– И что ты предлагаешь? В этом городе к завтрашнему утру девять из десяти людей превратятся в мертвяков. Большинство иммунных, когда их близкие обращаются, ведут себя неадекватно. На что-то надеются, не хотят бросать, связывают. Нас слишком мало. Тут нужно несколько отрядов на броне…

– И они где-то здесь, просто мы их не видим, – покривил душой Кирилл, начал рассказывать про отряды снабжения, которые помимо материальных ценностей уводят и людей. – А потом еще раз явятся через несколько дней, когда хаос пойдет на спад. Будут искать тех, кто заперся по квартирам. И это лучший выход, не нужно нам тащить их за собой, – в этом уже не был уверен, но постарался говорить убедительно.

– А вообще, ты права, – признался он чуть позже. – Мерзко это. Но даже банальных листовок нет чтоб раздать! Падла! – ударил по рулю.

Рамов украдкой показал большой палец. Кирилл не отреагировал. Внешник думает, что он это разыграл для Алисы.

– Долбаный город! Когда же закончится!

Наконец, впереди показалось открытое пространство и река. Широкая, с обустроенными для купания пляжами. И по нему неслась целая стая зараженных. В центре и чуть позади – страшилище, каких Кирилл видел только на картинках в книжечке о Стиксе. Кажется, рубер, последний этап перед элитой. Свита тоже развитая, уже не успокоишь в рукопашной или холодным оружием. Только очередью в упор.

Сворачивать некуда. Дорога шла вдоль бетонных заборов каких-то предприятий. Рамов и Гип орали в уши, Кирилл в горячей панике начал разворачиваться.

– Господи! – тонко вскрикнула Алиса. – Сколько их!

– Орда! – догадался Кирилл.

– Не, – нервно хохотнул Рамов. – Не видели вы еще Орды!

Машина помчалась обратно. А в конце главного проспекта, откуда они и приехали, тоже перли монстры. Не такие развитые, но явно не вчера обратились. Возьмут числом.

– Туда рули! – Рамов указал направо, там торчал серый куб пожарной станции. – На крышу полезем!

Кирилл утопил педаль, и через полминуты они остановились.

– Эй, деревенщины! – раздался сверху веселый голос. – Я вам машу-машу, а вы… Залезайте скорее, там лестница с обратной стороны.

Лестница была, но тупая. Начиналась лишь на высоте двух метров. Кирилл и Ник сделали ступеньку из сцепленных рук, и Гип полез первым. Потом Алиса. Ростом она едва доставала Кириллу до плеча, лишним весом не страдала, Кирилл взял ее подмышки и просто поднял выше. Он вдруг понял, что это почти не составило труда. Сколько она весит? Килограмм 45, но при желании мог бы даже подкинуть Алису. Вот они, невеликие плюсы иммунного, сила растет даже без тренировок. Наверное, и Гип мог бы сам залезть, но слишком уж толстый.

На крыше их встретили те парни из пикапа.

– Холоп, – представился водитель. Невысокий худощавый парень блеклой внешности. Ничего примечательного в лице. Увидишь и забудешь. Его товарища звали Копатыч. Высокий, костлявый.

– А вы как тут?..

– Чуть раньше вас залезли. С юга тоже твари прут.

– Орда? – не успокаивался Кирилл.

– Та не, – усмехнулся Холоп. – Рубер и свита. Ну его, решили отсидеться. Сюда мертвяки не пройдут.

Это оказалась бывшая пожарная часть. В гаражах еще недавно работали коммерческие СТО, а наблюдательную вышку превратили… в кафе. Благо размер позволял, прорубили окна где нужно, обустроили. По словам Копатыча там полно замороженной еды, что не успела испортиться. Двери надежные, стальные, рубер их может вскрыть, конечно, но застрянет в проходах лестницы. А высота крыши такова, что никто не допрыгнет.

– У вас же пулемет, могли и проскочить, – сказал Рамов.

Холоп лишь снова улыбнулся, не ответил. Ясно, какие-то свои дела. Ну и ладно.

– Сюда! – размахивала автоматом Алиса на краю крыши.

– Ну что, товарищи, постреляем? – воодушевился Холоп.

Никого упрашивать не пришлось. С азартом начали палить по близким зараженным, давая время местным жителям залезть на крышу. Рубер был сообразительным, получив пару пуль, засел за машиной.

– Вот гнида! – возмутился Копатыч.

– И не говори, – согласился Холоп.

Через некоторое время на крыше прибавилось человек пятнадцать местных жителей. Увы, спасти удалось не всех, стрельбе мешали деревья, трансформаторные будки и прочие препятствия.

Алиса металась, стреляла, как и все. Вряд ли результативно, но никто не напомнил об экономии патронов. Пусть.

– Ну все, – Кирилл твердо увел ее от края. Девушка почти плакала от бессильной ярости, жалости к тем, кого сейчас рвали зараженные. – Не смотри. Насмотришься еще.

Она уселась возле вентиляционного грибка, обхватила колени. Всхлипнула.

– Неправильно все… Почему так? – спросила с обескураживаемой прямотой, удивлением. – Ведь можно… когда перезагрузка, заранее собрать солдат, ждать. Вывозить людей.

Кирилл незаметно вздохнул. Что он мог сказать? Да и зачем? Но Алису нужно чем-то занять.

– Магазины набей.

– Тяжело… – пожаловалась она. – Пружинка тугая, пальцы болят.

Кирилл хотел было помочь, но вовремя одернул себя. Алиса повиновалась.

– А лучше вон, иди к ним, – указал на местных. – Успокой, объясни все. Хотя… Они пришибленные все…

– Я справлюсь, – улыбнулась девушка. – У меня большой опыт. Если научился успокаивать толпу старшеклассников, то с этими…

– А я думал, ты и сама…

– Школьница? Ага. То есть нет, но меня за нее принимали. Я учительница. Мне двадцать семь лет.

– Так ты старше меня⁈

– Угу. Ладно. Займусь ими.

Кирилл вернулся к краю крыши. Рядом со зданием рос высоченный тополь, по ветви ползла жирная и наглая гусеница.

– Ненавижу гусениц! – Рамов сшиб ее щелбаном. – Зачем они нас обратно в Стикс отправили⁈ Раз порталы открывают, могли бы и на Землю. И плевать, чью.

– Может, они только сюда проходы пробивают, – предположил Кирилл. – Меня местные смущают. У двоих явные симптомы перерождения.

– Ну и что? Скинем с крыши, – ответил Рамов. Потом проследил за взглядом Кирилла. Тот наблюдал, как Алиса обхаживает спасенных. – А-а, понял. В состоянии амебы с ней было проще. Гип, не вернете? Да шучу я.

– Шутите, шутите, – кивнул знахарь. – Если вашей совести от этого легче.

– Да, легче! – дернулся он и отошел.

– А ей, оказывается, двадцать семь лет.

– Надо же, – удивился Гип. – А выглядит совсем девчонкой.

– А вам сколько?

– Восемьдесят шесть. Я стариком сюда попал, развалиной.

– Сейчас больше сорока бы не дал.

– Представляете, если паразита Стикса обуздать? Оставить только положительное влияние? Бессмертие, регенерация… Да запустить в нормальный мир.

– И скоро он станет ненормальным, – изрек Кирилл, представив последствия. – Я все думаю о нашем приключении. Вдруг это выход? И все, кто попадают под перезагрузку, не умирают, а оказываются в других мирах? Или одном?

– Нет, Кирилл. Наш случай особый. После перезагрузки люди не исчезают, а просто теряют разум, личность. Становятся овощами. Максимум сохраняют простые инстинкты. Но мы-то перенеслись физически. Знаю, хотите сказать, вдруг где-то в том кластере остались наши двойники? Может. Но я не хочу перепроверять.