Текст книги ""Зарубежная фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Терри Гудкайнд

Воздух в коридоре словно наполнился и засиял веерообразным белым светом, необычайно ярким – казалось, что дым освещается лазерами. Что-то присутствовало в качестве самого этого света и в том, как дым тянулся за ним. Коссонт никогда не уделяла должного внимания идентификации оружия – как это называли в военной академии.

Свет действительно был поразительно ярким: как будто часть поверхности сине-белого солнца внезапно появилась в здании, обжигая и обесцвечивая все вокруг. Потом он оборвался. И то, что казалось ярко освещенным пространством перед ними, вдруг превратилось в тусклое поле.

Спустя мгновение серия колоссальных, еще более сильных вспышек, состоящих из сотен ярких, обжигающих микровспышек, превратила в белое солнце коридор справа от них. За время, прошедшее между вспышками и грохотом выстрела, в затуманенном воздухе мелькнуло нечто похожее на лазерный луч, озарив наблюдаемый участок коридора полосами лазурного света. Коссонт прикрыла глаза. Взрывы обрушивались на неё со всех сторон. Она опустила голову, подумав, что наверняка оглохла бы, случись ей оказаться сейчас без костюма.

Что-то коснулось её уха, и Бердл произнёс:

– Слева от нас осталась только одна ракета. Человек над нами либо выжидает, либо колеблется. Я приказал оставшейся ракете-ножу произвести лобовую атаку – она пролетит мимо нас на высоте чуть ниже потолка примерно через шесть секунд и выстрелит через дверной проем лифтовой шахты. Используемые боеприпасы, несмотря на небольшой размер, заряжены антиматерией, поэтому некоторое радиационное облучение в такой близости неизбежно. Сразу же после того, как ракета пролетит мимо, ты должна встать и обхватить меня, как и раньше, сзади. Желательно, чтобы ноги тоже зацепились за мои голени. Держи сумку с устройством состояния сознания под рукой, а не за спиной, понятно?

Она кивнула. Очередные полосы теперь уже розового света заполнили воздух перед альковом, порождая визжащий, раздирающий уши шум, когда лазер врезался в клубящиеся частицы дыма и пыли. Во рту в момент пересохло.

Последовала особенно яростная вспышка лазурного света, подкреплённая впечатлением почти невидимого быстрого движения где-то высоко вверху, как будто сам потолок коридора внезапно завибрировал. Сразу после этого электронный костюм выключил обзор – видимое прежде пространство погрузилось в полную темноту, наполненное звуковыми и взрывными фронтами, детонировавшими повсюду, без всякой очевидной последовательности.

«Вставай!» – крикнул ей Бердл через наушник.

Костюм помог ей подняться, она обхватила аватара сзади тремя руками, оплела его ноги под коленями, единственной свободной рукой закрепив на бедре заплечный мешок, а затем прижалась к телу, вцепившись в него что было сил. Она снова могла видеть. Коридор озарялся белым и розовым сиянием.

Не успела она прильнуть к Бердлу, как что-то вырвалось из его груди, и их обоих отбросило в сторону, через нишу, в шахту лифта.

Коссонт почувствовала, как ей отрывают голову, затем кто-то огрел её по спине кувалдой размером с корабль, и она потеряла сознание.

* * *

Первым ощущением после пробуждения была боль: болела голова, спина и всё тело, пронизанное болезненными импульсами. Ей мнилось, что она всё ещё лежит на спине Бердла, глядя через его плечо в искажённый, пыльный туннель шахты лифта на дверной проем где-то вдали. В дыму и пыли там маячило нечто, похожее на человека из дурного сна – массивное, со странно вывернутыми наизнанку коленями, руками, усеянными узлами оружия, и блюдцеобразной головой, оно стояло, слегка выпрямившись, и смотрело прямо на них. Если лобовая атака ракеты-ножа и нанесла ему какой-то ущерб, то его не было заметно. Коссонт не узнала эту модель арбитра – она выглядела древней и ни на что не похожей. Что-то постоянно вращалось на его груди.

Затем – почти беззвучно, потому что слух, похоже, частично оставил её – прогремел еще один взрыв, казалось, непосредственно над той частью шахты, которую она могла обозревать, и вниз хлынули обломки, пролетая мимо и уносясь в глубину. Человек в громоздком сверкающем костюме с крупным пистолетом из зеркального материала, спустился вниз, как если бы сидел в невидимом кресле. Он выглядел спокойным и сосредоточенным.

Коссонт огляделась. Ей показалось, что их вынесло сквозь стену в какое-то складское помещение – куда бы ни падал взгляд в пыльном, рассеянном сумраке, всюду вздымались стеллажи, полные коробок, похожих на ту, в которой лежал сверкающий серый куб с состоянием разума КьиРиа. Вокруг сгрудились остатки мебели, перемешанные с многочисленными обломками.

Несколько бледного вида кубических ящиков скатились сверху, подпрыгивая и грохоча, присоединившись к царившему на полу хаосу. Арбитр поочередно осветил каждый из них тонким лучом света, вырывавшемся из его оружейных блоков, но позволил упасть и занять своё место в общей груде, не открывая огонь.

Коссонт безучастно смотрела на свое бедро. Наплечной сумки там не было. Должно быть, её уже забрали.

Черт, подумала она.

Человек в блестящем костюме парил, неподвижный, посреди лифтовой шахты, глядя на них. Он склонил голову, как бы размышляя, что сказать. Боевой арбитр переместился в сторону, сохраняя открытым пространство для стрельбы.

«Вот теперь мы, кажется, в полной заднице, не так ли?» – сказала Коссонт через наушник: собственный голос странно отозвался у неё в голове и шлеме. Она ощутила вкус крови во рту.

«Не обязательно», – ответил Бердл с присущей ему беззаботностью. – «Осталась ещё одна ракета-нож».

«Но я думала, что…»

«Она осталась. Она не была уничтожена, пройдя длинным путём вокруг здания», – сказал ей Бердл. – «Я подозреваю, противник предполагал, что все боевые ракеты, имевшиеся у нас, просто прорвутся сквозь всё на своем пути – это первое, что обычно приходит в голову, когда речь идёт о ножевой ракете. Так что элемент неожиданности сохранён. У меня всё», – объявил аватар, когда вокруг боевого арбитра внезапно вспыхнул свет.

Человек в сверкающем костюме начал кружиться вокруг машины, вскидывая руки, исчезая и распадаясь в потоке белого огня. Затем изображение померкло.

Потом снова начались удары. Это было похоже на то, как если бы ее засунули в металлический барабан с кучей острых камней и столкнули вниз по крутому склону горы, усыпанному валунами.

«Ракеты-ножи, используемые здесь, представляют собой усовершенствованную боевую систему мини-дронов», – говорил Бердл, когда пол, стеллажи и, казалось, сам воздух вибрировали, сотрясаясь от охватившей их внутренней лихорадки. – «Хотя не лишним будет упомянуть, что усовершенствованной она стала довольно давно. Тем не менее. Сила их в действительности очень примитивная. Необузданная и грубая. Не очень подходит для работы в гражданском окружении, в сооружениях в частности, слишком боевая – но это все, что у меня было. Интересно, что наноракеты, наносящие непосредственный урон, имеют всего миллиметр в длину и в десять раз меньше в диаметре – такие мелкие, что их едва ли может заметить невооружённый глаз: вот что можно сделать с антиматерией. А здесь…»

Как раз в тот момент, когда казалось, что удары уже затихли, случился ещё один, титанический толчок, и Бердл сказал: «Держу пари, что это больно. Ладно, пора выбираться…»

Взгляд Вир сфокусировался. Шахта лифта и освещенный коридор за ней были полны пыли и дыма. Дверной проем, в котором стоял прежде боевой арбитр, больше не выглядел аккуратным прямоугольником – он стал практически круглым с рваными краями, окружённый скопищем осколков, большая часть которых светилась. Один или два разбитых механизма, лежащие на полу коридора, дымились, полыхая и брызжа какой-то технической жидкостью. Это могли быть части боевого арбитра. От человека в сверкающем костюме не осталось и следа. В шахте тем временем что-то вспыхнуло.

– Я бы не стал совать туда голову, – сказал Бердл, перекрывая отдаленную какофонию сигналов тревоги и глубоких рокочущих звуков, исторгавшихся из шахты. – Полковник Агансу там, внизу, в значительной степени выведен из строя, но, очевидно, ещё способен стрелять. – Бердл выбрался из-под спрессованных обломков стеллажей, в которые они врезались, увлекая за собой Коссонт. Он отстранил её руки, затем повернулся к ней лицом. Коссонт стояла, покачиваясь. Она подозревала, что костюм выполнял большую часть работы по поддержанию её в вертикальном положении.

Она сосредоточила взгляд на аватаре. Вся передняя часть его груди представляла собой неглубокую серебряную вмятину, медленно возвращавшуюся в прежнюю форму.

– Хм, – сказал Бердл, посмотрев вниз, когда еще одна яркая вспышка осветила шахту лифта позади него. – У этого человека довольно мощный лазер, – аватар присел, подняв с пола сумку с кубом. – Вот, – руки завязали узел на лопнувшем ремне так быстро, что она едва успела заметить движение. – У тебя всё хорошо? – спросил он.

Коссонт прочистила горло и кивнула.

– Лучше не бывает.

Бердл выглядел безмятежно довольным.

– Что ж, отлично. Похоже, нет других сил, желающих вступить с нами в бой, так что, возможно, худшее уже позади.

В шахте позади снова вспыхнул свет.

– Разве ты не собираешься прикончить полковника? – спросила Коссонт.

Бердл покачал головой.

– Нет необходимости. У меня там внизу с ним ракета-разведчик. Наблюдает. Он не должен доставить нам больше проблем.

– А что насчет Паринхерма?

– Я пытался связаться с ним, но он отключен. Мы попробуем вытащить его, когда корабль вернется. Иди сюда.

Коссонт, протиснувшись между высокими стеллажами, неуверенно ступила в заваленный обломками коридор. Казалось, он тянется бесконечно далеко. Что-то пронеслось позади неё, пройдя сквозь дым на высоте головы и заставив её вздрогнуть. Объект повис рядом с Бердлом.

Это был тонкий цилиндр толщиной с палец и длиной с ладонь. Передняя его часть имела форму угловатого, затупленного наконечника стрелы, а тусклую серебристую поверхность испещряли тонкие темные линии и крошечные точки. Бердл приподнял одну серебристую бровь и сказал, обращаясь к ракете:

– Да, неплохая работа. Однако, неосмотрительно использовать слишком много наночастиц. Это можно было сделать и более экономно. Даже так – если бы возникла целая серия таких ситуаций, насколько успешно можно было справиться с ними? Хорошо, я понял.

Ракета улетела так быстро, как будто её выпустили из невидимого пушечного ствола – она просто растворилась в воздухе, оставив после себя лишь послесвечение и смутное ощущение направления, в котором исчезла. Голова Бердла при этом дёрнулась назад от удара воздуха, а Коссонт спасло от падения только то, что аватар протянул назад серебристую руку, удержав её за ремень сумки. Громовой раскат эхом отразился от окружающих стен.

Бердл покачал головой.

– Ракеты-ножи, – произнёс он не без тени восхищения.

– Да, ракеты-ножи, – согласилась Коссонт. Она оглянулась, но сквозь дым уже почти ничего не было видно. – Ты уверен, что за нами больше никто не идет?

– Не совсем, – признался Бердл, – но, похоже, что нет. – Он выглядел задумчивым. – Гзилтский корабль, присутствующий в системе, по меньшей мере, тяжелый крейсер шестого уровня, возможно, боевой крейсер седьмого уровня – это означает наличие от одного до трех взводов пехотинцев, в данный момент не задействованных. Что, не исключено, говорит кое-что о секретности и… санкционированности миссии. – Он пожал плечами. – В любом случае, нужно идти дальше. Должен предупредить, что нам, вероятнее всего, придется прятаться.

* * *

Корабль пустился в веселый пляс, пытаясь подобраться к микроорбиталу достаточно близко, чтобы забрать аватара и человека. Быстро оценив друг друга и правильно догадавшись, что противник не собирается открывать огонь первым, ни один из кораблей не прибег к прицеливанию или к приведению оружия в такую готовность, которая могла бы привести к недоразумению. Противостояние велось без каких-либо сигналов, как будто никто не хотел признавать, что оно происходит на самом деле.

В конце концов, «Ошибка Не…» перехитрил корабль противника и снял две человекоподобные фигуры с орбитала. Мгновение спустя он увидел, как корабль Гзилтов вобрал одно человекообразное существо в своё нутро. «Ошибка Не…», не теряя времени, попытался засечь останки андроида Эглиля Паринхерма, обнаружив, что его опередили: дислокационное поле корабля гзилтов уже начало окутывать раздавленное и сломанное тело андроида на дне шахты лифта.

Прежде чем корабль гзилтов смог завершить операцию, «Ошибка Не…» обрушил плазменный огонь на оставшиеся части тела андроида, прожигая все узлы обработки и хранения памяти/данных внутри машины.

∞

Уе Ошибка Не…

ГСВ Содержание Может Отличаться

– Верно. Что?.. А, данные из «Вы Называете Это Чистым?»… Воспоминания были в глазах КьиРиа и они были удалены вместе с ними. Очень сурово по отношению к себе. Хорошая новость в том, что в данный момент успешно изъято состояние его сознания. С немалым, к слову сказать, риском для жизни и конечностей.

∞

– Поздравляю. И каков результат?

∞

– Вот-вот узнаем…

* * *

Коссонт чувствовала сонливость, боль, восторг – всё одновременно. Система обезболивания сообщала ей, что нужно двигаться осторожно, не спеша, без дёрганий. Она уже решила, что примет ванну, а не душ, но сначала, как настаивал корабль, необходимо было поговорить с хранящимся в серебристо-сером кубе состоянием разума.

«Ошибка Не…» удалялся из системы Оспин по безумно неустойчивому курсу, решив – после всех своих прыжков, ныряний и колебаний, а также полевых стычек с кораблем гзилтов – что он быстрее. По крайней мере, пока гзилтский корабль не проявлял никаких признаков преследования.

Коссонт сидела в гостиной шаттла, ставшего ее домом за последние несколько дней, одетая только в электронный костюм. Руки и ноги костюма были стянуты и скрыты, а шлем снова превратился в ожерелье. Пиан охала, то и дело хватая её за шею и нежно потирая ушибленную кожу. Бердл, снова ставший похожим на элегантного гзилта, производил впечатление человека, только что вышедшего из салона красоты – ни намека на усталость или помятую прическу.

– Ты была на войне, бедняжка, – сказала Пиан Коссонт, обхватывая её покрепче.

– Да. Но не надо меня донимать.

– Извини. Вот… А где этот глупый андроид?

– Нам пришлось его оставить, – сказала Коссонт, взглянув на Бердла, когда доставала серебристо-серый куб из потрепанной наплечной сумки. – Под разбитой кабиной лифта на дне шахты.

– Гзилтский корабль принял его на борт, – сообщил Бердл. – Вместе с полковником Агансу.

– Они живы? – спросила Коссонт.

– Агансу, наверняка.

– А Паринхерм?

– Нет. – Бердл покачал головой. Он не сводил глаз с Коссонт, пока та не отвернулась.

Она положила серебристый куб на низкий столик перед собой, затем протянула руку, прикоснувшись к нему.

– Нгароэ? – спросила она.

– Коссонт, – сразу же ответил голос КьиРиа.

Коссонт поняла, что непроизвольно напряглась, сгорбившись над столом.

– Приятно снова поговорить с вами, – сказала она, улыбаясь.

– Сколько времени прошло? О… Довольно много лет, я вижу. И мы на… корабле Культуры?

Коссонт не знала, что ответить. Она посмотрела на Бердла, который неопределенно пожал плечами.

– Да, – сказала она. – Хм… Я не знала, что вы можете…

– Я не совсем лишён чувств, – произнёс голос КьиРиа. – Я могу быть включенным только на доли часа, но при этом могу приблизительно сказать, какова окружающая меня обстановка, сколько времени прошло с момента моей последней активации, и я достаточно хорошо чувствую излучение и общую сенсорную атмосферу окружения, чтобы определить, когда я, например, нахожусь на корабле.

– Мы были на корабле, когда разговаривали в последний раз, – напомнила Коссонт.

– Я знаю. Но вряд ли в нём имелось что-то примечательное. Однако это корабль Культуры – ГКУ, военный корабль или что-то подобное. И вот это примечательно. Поэтому я и обратил внимание на данное обстоятельство. Это всё? Мы закончили? Ты собираешься отключить меня ещё на шестнадцать лет?

– Нет, нет, – быстро сказала Коссонт. – Извините. Мне очень жаль. Но… послушайте. Мы должны спросить вас кое о чём.

– Кто это «мы»?

– Здравствуйте, уважаемый КьиРиа, – дружелюбно сказал Бердл. – Меня зовут Бердл. Я аватар корабля, на котором вы находитесь, «Ошибка Не…» Приятно познакомиться.

– Да. Взаимно. Кстати, у тебя напряженный голос, Коссонт.

– Правда? Ну, тут произошло…

– Да. Поэтому я так и сказал, – произнес голос с легким оттенком желчи. – Бердл, я бы хотел подключиться. Могу я посмотреть через твои глаза или какой-нибудь другой визуальный датчик, находящийся здесь?

– Пожалуйста, – сказал Бердл и посмотрел сначала на Коссонт, а затем обвел взглядом всех присутствующих в комнате отдыха.

– Коссонт! У тебя четыре руки, – воскликнул голос КьиРиа.

– Это чтобы играть на одиннадцатиструнке, – объяснила она.

– А… Тебя не оттолкнул Участливый, раз ты все-таки играешь на ней. Рад за тебя. Итак, что же ты хочешь узнать?

Она глубоко вздохнула.

– Нгароэ, нам нужно спросить вас кое о чём… давнем. О далёком прошлом. Это… это очень важно. Это может повлиять на то, как пройдет Сублимация. Наша Сублимация. Сублимация Гзилта. – Она сделала ещё один глубокий вдох. – Было сообщение, сигнал от Зихдрена, из которого следует, что Книга Истины может оказаться ложью, и вы были упомянуты как…

– Подожди, подожди, подожди, – раздался голос КьиРиа. Коссонт замолчала. – О каком времени идёт речь? Ты просишь меня вспомнить события из…

– Времён конференции, на которой была создана Культура, – ответил Бердл.

– Ах, – сказал голос КьиРиа. – Так давно. Я не могу тебе помочь.

– Что? – Коссонт и аватар обменялись взглядами.

– Я сказал, – медленно произнёс голос из куба, – что не смогу вам помочь. Мои воспоминания относятся только к… примерно семидесяти годам стандартного периода после интересующего вас времени. Воспоминания начинаются в полночь 44-го числа Переида 8023 года по календарю Ковейна. До этого дня у меня ничего нет – пусто.

– В самом деле? – поразилась Коссонт. Она услышала, как ее собственный голос начал повышаться. – Вы отсутствовали…?

– Должен попросить вас проверить, – сказал Бердл с болью в голосе, обращаясь к КьиРиа.

– Проверьте сами. Вы – корабль – у вас есть такая возможность. Я даю вам разрешение. Я не биологический вид – не здесь, во всяком случае, так что смотрите. Можете просканировать все данные в этом кубе. Приступайте, не стесняйтесь.

– Вы уверены? – аватар взглянул на Коссонт, которая обнаружила, что настала её очередь пожать плечами.

– Да! – резко произнес голос КьиРиа.

Бердл вздохнул. Он улыбнулся Коссонт.

– Это может занять некоторое время, – сказал аватар.

Она откинулась на спинку сиденья и потерла лицо руками.

– Делай, как нужно…

– Ах, – сказал Бердл с покорным видом. Он снова посмотрел на Коссонт. – …Боюсь, что всё так, как утверждает состояние разума господина КьиРиа.

– Я же говорил вам, – донёсся голос из куба.

– Воспоминаний нет? – Коссонт внезапно почувствовала усталость и боль. Она была подавлена.

– Боюсь, что нет, – сказал ей Бердл. – Нет даже воспоминаний о временах, когда КьиРиа вспоминал те времена, до того, как исходные воспоминания были отредактированы – Бердл перевёл взгляд на куб. – Вы провели тщательную работу, господин КьиРиа.

– Похоже на то, – согласился голос.

Бердл слабо улыбнулся и покачал головой:

– Вы не догадываетесь, почему вы…?

– Нет. Никаких догадок. Наверное, я решил, что мне есть что скрывать. Если так, то я рад, что хорошо справился с этим, или позаботился о том, чтобы это сделал за меня кто-то другой.

Коссонт сидела с опустошенным видом, закрыв глаза и мерно покачивая головой.

– Они не могли просто так исчезнуть, – проговорила она, как бы про себя. – Не могли… – Она посмотрела на Бердла. – И что теперь? Должны ли мы искать настоящего КьиРиа, самого старика? Он может… он должен знать.

– Мы уже пытались это сделать, – сообщил ей аватар. – И нашли его, но воспоминания были закодированы в конкретных местах его тела, и эти места впоследствии были удалены.

– Что? – Коссонт нахмурилась.

– КьиРиа сейчас выглядит вот так, – сказал Бердл, и в воздухе появился экран, на котором был изображен человек в угрюмой комнате, в темных очках со шторами. – Агент, который его выследил… – пояснил Бердл – вернее, его костюм запечатлел это. – Изображение на экране переместилось, и человек снял очки. Несомненно, это был КьиРиа, но на месте его глаз находились теперь своего рода внутренние уши.

Ролик зациклился, и экран разделился, чтобы продемонстрировать версии одной и той же последовательности, в инфракрасном диапазоне, в замедленной съемке, с увеличенными глазницами и в различных комбинациях.

Коссонт смотрела не мигая.

– Какая гадость! – высказалась Пиан.

– На что ты смотришь? – спросил голос КьиРиа.

Коссонт протянула руку и выключила куб, затем опустилась в кресло, закрыв глаза. У нее было ощущение, что она вот-вот заплачет.

– Ты помнишь это? – услышала она голос Бердла.

Коссонт открыла глаза. На экране был знакомый вид, хотя сначала она не смогла определить место. Она увидела человека, который выглядел слегка потерянным в помещении, напоминающем транзитный зал. Он следовал куда-то, волоча за собой скромный багаж на тележке-платформе. Разумеется, это был КьиРиа, во время посещения Ксауна пять лет назад. Последовал похожий набор изображений, на которых КьиРиа представал в той же одежде, но уже в больших темных очках. На этот раз он выглядел еще менее уверенным, словно плохо ориентируясь в пространстве. Изображения исчезли, экран потемнел.

– А это?..

Экран снова засветился, показывая Ксименира на «Экваториал 353» в Поясном Городе. Обстановка выглядела знакомой, соответствуя той, что ей запомнилась. Изображение на миг переместилось, демонстрируя лицо Коссонт, а затем снова сфокусировалось на мужчине в кровати. Съёмку, очевидно, производил Бердл.

– Уважаемые Бердл, мадам Коссонт. – услышала она голос Ксименира. – Рад познакомиться. – Он открыл рот, высунув длинный язык и осторожно облизав сначала одну бровь, затем другую, придав им обеим аккуратную форму. Язык исчез. Ксименир широко распахнул глаза; у него были яркие, бледно-голубые радужки. Глазные яблоки вернулись в свои глазницы и радужки сразу исчезли. Выдвинувшись снизу, их заменили темно-красные, которые встали на место и замерли. – Извините меня, – прокомментировал Ксименир – Эти зрачки лучше работают при дневном свете. – Он широко улыбнулся, демонстрируя безупречно белые зубы.

Коссонт кивнула.

– Господин Ксименир, специалист по телоформации, – сказала она.

Теперь она поняла, почему КьиРиа выглядел так неуверенно во второй раз, в транзитном зале – в больших тёмных очках, едва ориентируясь в окружающей обстановке. К тому моменту он был уже слеп.

Теперь экран демонстрировал то, на что она лишь бегло обратила внимание при встрече, увеличивая масштаб фигуры Ксименира: сначала зубы и глаза, затем ожерелье из безделушек, украшавшее шею.

Взгляд остановился на крошечной – на тот момент деактивированной – разведывательной ракете, которую корабль предварительно направил в спальню Ксименира. Она лежала на груди Хозяина Вечеринки рядом с похожим на большой палец андроида толстым хрустальным цилиндром, инкрустированным драгоценными камнями.

Застывшее изображение слегка сместилось, еще раздавшись в масшатабе, представив взгляду смутный вид полупрозрачного кристалла с парой ягод внутри. Они были бледно-зелеными и выглядели так, будто плавали в каком-то белёсом сусле.

– Какого цвета были глаза у господина КьиРиа? – спросил Бердл.

Коссонт задумалась, пытаясь вспомнить.

– Когда я встречалась с ним, они были цвета океана на Перитче IV, – сказала она. – Океан может быть разных оттенков, но чаще всего, при дневном свете, он был цвета пляжного нефрита. Бледно-зеленый. – Она кивнула на крупный план инкрустированного драгоценными камнями цилиндра с прозрачными окошками и двумя мягкими предметами внутри, выглядевшими как ягоды. – Этот цвет, – произнесла она.