Текст книги ""Зарубежная фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Терри Гудкайнд

Соавторы: Дуглас Ноэль Адамс,Иэн М. Бэнкс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 288 (всего у книги 351 страниц)

– Приспосабливаюсь, – пояснил аватар.

Выглядит вполне, подумала Коссонт. Весьма импозантный и стройный представитель их вида.

– Как ты это делаешь? – спросила она.

– Искусно, – бесстрастно сообщил Бердл.

* * *

– ЧЕГО ЖЕЛАЕТЕ? – сказало лицо перед ними.

– Слышишь меня? – спросила Коссонт в наушник, чеканя слова и немного подавшись вперёд.

У человека перед ними было круглое плоское лицо, похожее на большую тарелку алфавитного супа – желто-коричневой жидкости с множеством маленьких белых букв, чудом удерживаемой под углом девяносто градусов к вертикали, когда казалось, что она должна была бы пролиться на пол. Коссонт предположила, что это может быть экран или, скорее даже, голограмма, но когда она наклонилась, чтобы рассмотреть лицо, то могла бы поклясться, что оно настоящее – от него исходил пар и запах супа. В остальном человек выглядел физически относительно нормально: либо субтильная женщина, либо хипповатый мужчина среднего роста, одетый в пёстрое военное снаряжение с напыленной поверх краской. Макушка, бока и подбородок его/её головы, казалось, естественным образом перетекали в миску, составляющую лицо.

Буквы в тарелке с супом перестроились в надпись: СЛУШАЮ!

Бердл, стоя рядом с Коссонт, скрестил ноги, положив руку ей на плечи, и глубоко затянулся толстой наркотической палочкой. Он задержал дыхание и ухмыльнулся, глядя на человека с лицом суповой миски. Сам Бердл выглядел как труба с расхлябанными креплениями: плотный, красный, мягкий с виду материал, окутывающий его конечности и торс, удерживался на месте свободными черными ремнями.

– Нам нужен Хозяин Вечеринки, – сказала Коссонт уже чуть тише. Это был титул, который Ксименир получил почти год назад, во время последнего круга перед Большим Возвышением.

– КТО?

Коссонт вздохнула:

– Ксименир…

* * *

Бердл смахнул пепел с куртки Коссонт. Она даже не заметила, как он переоделся – в какой-то момент между приземлением модуля на пустынной площадке в километре отсюда и входом с палубы в строение он сменил наряд с прежнего (который она не запомнила), на тот, что был на нем сейчас.

Оглянувшись, она нахмурилась, подумав, не проекцию ли сейчас наблюдает, проведя большим пальцем по ткани его рукава. Нет, настоящий.

– Извини, – сказала она.

– Ни за что.

Коссонт недоверчиво посмотрела на него.

Может быть, подумалось ей, это была какая-то очень хитрая и приспосабливаемая часть или части его одежды, или – с учётом изменения лица и тела, – весь аватар был чем-то вроде роя-существа, состоящего из крошечных машин. Она пристально заглянула ему в глаза, с очень близкого расстояния, но он все равно выглядел как существо из плоти и крови.

Вир отстранилась.

– Ещё раз прости.

– Всё равно не принимается.

Сама Коссонт была одета как обычно, в свежеотремонтированную куртку «Повелители экскрементов», накинув Пиан на плечи и обернув ее в качестве шарфа.

Они следовали через пустые трубы местной архитектуры, освещённые только редкими призрачными огнями. Добравшись до длинной галереи, где нос дирижабля был виден в прорехи, они смогли наблюдать, как медленно он поворачивается, словно огромный поезд, двигающийся со скоростью пешехода. Вир показалось, что он вот-вот остановится, но он всё ещё смещался, хотя и почти незаметно. Тридцать тысяч километров за год – она полагала, что это равносильно походке вразвалочку. Туннель, по которому двигался корабль, был огромен, похожий на гигантскую плетеную корзину из темных нитей, тянущуюся до туманной кривой внутри больших структурных и архитектурных элементов Поясного Города. Сияло несколько случайных огоньков – их было так мало, что обычный невооружённый глаз воспринял бы господствующий мрак как нечто близкое к абсолютной темноте. Хорошо, что есть аугментация, подумала она, взглянув на аватара. У Бердла, вероятно, глаза могли видеть сквозь планеты.

Тонкая металлическая сетка, натянутая на стойки, защищала их от падения в изгиб туннеля.

Молекулярно тонкий корпус корабля, вероятно, имел красный цвет, хотя при скудном освещении сложно было это определить, поскольку поверхность плотно оплетало безумное количество разнообразных узоров, диаграмм, логотипов и рисунков, отдельные из которых подсвечивались, иные двигались и петляли, а ещё часть словно струилась, подобно лохматым языкам или плавно развевающимся лоскутам – флагам.

Нос нехотя проплывал мимо них справа налево, корабль словно раздвигался навстречу, метр за метром, пока не возникло ощущение, что он вот-вот столкнётся с галереей, на которой стояли они с Бердлом. В боку, на одном уровне с галереей, где они находились, проходило что-то похожее на траншею.

– Боковой ангар-балкон, – сообщил аватар. Затем он посмотрел вниз, и у нее создалось впечатление, что Бердл зрит куда-то сквозь дирижабль.

– Хм. Много воды. Любопытно.

Ангар-балкон был закрыт отрезками алмазной пленки. Один из них сдвинулся в сторону как раз в тот момент, когда часть траншеи начала проходить мимо. Бердл потянулся вниз и поднял металлическую сетку. Пол ангара оказался к ним так близко, что они могли просто шагнуть на него через полуметровый зазор. Именно в этот момент из соседней двери, почти кувыркаясь, выскочил человек с суповым лицом и спросил их: ЧЕГО ЖЕЛАЕТЕ?

– Боевой арбитр прямо за дверью, – сообщил Бердл Коссонт, пока она говорила с суповым лицом. – Одноногий, без боеприпасов и с механическим эквивалентом артрита, но – на всякий случай, чтобы ты знала.

Буквы, составляющие слово «КТО?», не спеша начали расходиться. Они соскользнули под желто-коричневую поверхность, в то время как другие, занявшие их место, на ходу перестраивались.

Слово «СПИТ» теперь плавало на лице супа.

Аватар выдохнул, выпустив дым из ушей.

– Это не так, – тихо сказал он Коссонт через наушник.

Бердл сообщил ей так же, что в нескольких метрах от Ксименира находится сейчас ракета-разведчик, пробравшаяся в его каюту незаметно, когда модуль ещё только приближался к Городу. – Можно позвонить ему. Позвонить?

– Мы можем просто подождать его, – сказала Коссонт суповому лицу, взглянув на Бердла. – Это было бы вежливо. Скажи, что старый друг господина КьиРиа желает видеть его.

– Надо позвонить. Мы теряем время…

– КАКОВА ЦЕЛЬ? ДЕЛОВАЯ ВСТРЕЧА? – спросило лицо.

– Будьте любезны, – улыбнулась Коссонт. – Уверена, что он примет нас, как только сможет.

Суповое лицо слегка дернулось назад, как будто удивившись чему-то. Новые буквы быстро выстроились в ряд, пытаясь найти достаточно места на свободном пространстве. Некоторые при этом исчезли, остальные просто перестроились, заняв новые места.

– НЕВОЗМОЖНО. У ВАС ЕСТЬ ПРИЛОЖЕНИЕ?

– Не есть, – теряя терпение передразнила Коссонт. – Это, в некотором роде, срочно. Как правило, у вас ведь не назначают встречи для срочных дел, не так ли?

– НЕ НАЗНАЧАЮТ?

– Мы будем очень признательны, если вы просто сообщите ему, что мы здесь. Прямо сейчас. И не забудьте упомянуть имя господина КьиРиа.

– ИЗВИНИТЕ.

– Извините…хм – Коссонт нервно постукивала ногой, пока буквы плыли по лицу.

– ВСЕ ЕЩЕ СПИТ.

– Звоним? – Послал Бердл.

– Ладно, звони, – согласилась Коссонт.

– Спасибо. Вызываю.

– На здоровье, уверена – нам повезет.

Где-то за ажурной стеной позади них серый рассвет вносил цветовые оттенки в детали гигантского многократно петлявшего туннеля.

– Вот-вот станет светло, – передал Бердл через наушник. – Немного тревожно. Всё ещё пытаюсь дозвониться…

Мгновение спустя вокруг них вспыхнул и разлился свет, и в уши Коссонт ворвалась какофония. Оглянувшись, она увидела, что плетеная конструкция большого открытого туннеля и части строения, расположенные сразу за ним, озарились прерывистыми импульсами разноцветных сполохов. За этим последовал треск и прерывистое эхо воздушных хлопков.

– РАССВЕТ.

– Удивительно, – согласилась Коссонт.

– Он на связи. Перенаправляю.

– Ксименир? – Коссонт, полуотвернулась от супового лица.

– Кто это? – раздался глубокий мужской голос. Он звучал сонно или был чуть затуманен наркотиком.

– Меня зовут Вир Коссонт. Я…

– Подожди, подожди, девочка, как ты смогла дозвониться… никто не должен…

– Приватно, – вставил Бердл.

– … в состоянии справится с этим без… – Коссонт слышала голос Ксименира, хотя связь была слабой. – ….Да, проверь базы, сними это с повтора… Вир Коссин или что-то в этом роде.

– Да, – снова отозвался человек через наушник. – Как вы до меня дозвонились? Я не должен был… – Его голос прервался. Было, похоже, что он опять отвлекся.

– По-видимому, помощник в данный момент вступает в интимную близость с господином Ксимениром, – сообщил Бердл.

Коссонт минуту-другую прислушивалась к тяжелому дыханию, затем довольно громко сказала:

– Я старый друг КьиРиа – он приходил к вам лет пять назад, в начале вечеринки. Вы его помните?

Тяжелое дыхание на другом конце замерло.

– Господин Ксименир оттолкнул помощника, – доложил Бердл. – Любовные игры прекратились.

– Ну, если я не вспомню, уверен, кто-то вспомнит это за меня – сказал Ксименир. – Предположим, что это действительно произошло. Как вы сказали, вас зовут?

– Меня зовут Вир Коссонт. Друг Нгароэ КьиРиа. Я хотела бы встретиться с вами.

– Да… А как вы всё-таки дозвонились?

– Ксименир жестом показывает включить видеопоток, посылаемый аватаром. – Бердл облизал наркотическую палочку, наклонился близко к уху Коссонт и добавил: – С большим трудом!

Коссонт закашлялась, разгоняя выпущенный Бердлом дым. Тот улыбнулся.

– Привет, – сказал Бердл и помахал рукой. Остатки дыма в очередной раз вышли из его ушей.

– Угу, – сказал глубокий голос. – А ты кто?

– Рад познакомиться с вами, Хозяин Вечеринки, – весело ответил Бердл. – Меня зовут Бердл.

На мгновение Коссонт услышала тишину на линии связи.

– Он сказал: «Бердл»?.. Точно? И Вир Коссонт? Милицейский резерв? Просто гражданские?.. Одета в майку «Экскрементов» – достаточно прогрессивно. Посмотри на неё, я бы… Подожди, чёрт возьми, минуту. Я помню это имя. Нет, КьиРиа. Чудак. Да, он. Чёрт…. Хорошо. Да, да, хорошо. Да. Э… добро пожаловать на борт, милая девушка. Да… Точно.

– Алло?..

– Мистер Ксименир.

– Проходите. И будьте как дома. Надеюсь, у вас широкий кругозор.

– ПОЖАЛУЙСТА, ПРОЙДИТЕ.

Одноногий боевой арбитр со скрипом распахнул широкую дверь за спиной человека с суповым лицом, приглашая их проследовать внутрь. Бердл протянул машине остаток своего косяка, наблюдая как арбитр замер, в недоумении рассматривая подношение, пока они последовали за суповым лицом в недра дирижабля.

Последняя вечеринка разрослась до нескольких мини-вечеринок. Одновременно проходило не менее четырех циклов празднеств, соответствующих смене дня и ночи, так что когда бы желающие ни захотели повеселиться – даже если это случилось, к примеру, сразу после завтрака – очередной виток только начинался или должен был вот-вот начаться.

Ведомые человеком с суповым лицом, они шли по широким открытым пространствам, освещенным красноватым светом, где гулянья как будто уже давно закончились: небольшие парящие в воздухе машины собирали мусор, атмосфера полнилась странными запахами, а пространство пестрело подвешенными к потолку капсулами, неглубокими платформами и примитивными конструкциями, наподобие гигантских гамаков, многие из которых выглядели прозрачными или наполовину прозрачными. Коссонт заметила, что в гамаках довольно часто происходили любовные игрища, воздух подрагивал от стонов, спонтанных пронзительных воплей и других звуков, олицетворяющих страсть. Она почувствовала, что ей становится жарко и неприятно от всего увиденного, хотя обычно подобные зрелища не доставляли ей беспокойства.

– Атмосфера насыщена реагентами, сексуально стимулирующими ваш вид, – передал Бердл, когда они проходили под большим гамаком, где несколько смеющихся особей изгибались в особенно изобретательных позах.

– Город сексуальных запахов! – согласилась Пиан через наушник.

У соседней платформы показалось мужское лицо и торс. Потный и тяжело дышащий мужчина улыбнулся Вир.

– Вот так руки, – сказал он, задыхаясь. – Вы были бы очень желанным гостем.

Затем, с видом легкого удивления, он был затащен обратно на платформу парой ухмыляющихся обнаженных девиц, которые между делом осыпали поцелуями и ничего не понимающего Бердла.

Короткий темный коридор увёл их в широкую комнату, где танцевали экстравагантно одетые люди в масках: одни под сотрясающую пространство песню с упругими ритмами и судорожными призвуками, другие под музыку, которые они слушали через наушники. Диковатые эксцентричные движения, казалось, передавались по кругу.

– ВПЕРЕДИ ТЕМНЫЙ ЗВУК, – сообщил человек с суповым лицом, повернувшись к ним.

– Сейчас будет очень громко, – предупредила Коссонт Бердла.

– Я уже чувствую это ногами, – сказал он ей.

Коссонт заткнула уши.

Двойные двери вели на танцпол с Темным Звуком, позволявшим слышать всеми частями тела, кроме ушей. Ночь сгустилась, освещаемая стробоскопом – с каждым стаккато и импульсом света полуобнаженные танцовщицы всё больше походили на марионеток, контрапунктно замирая в позах экстаза или мучения. Коссонт воспринимала безумную, грохочущую музыку через глаза и лёгкие. Удары резонировали в длинных костях её рук и ног, уносясь куда-то вдаль гулкими послезвучиями.

– Черт, до чего же громко, – сказала Пиан ей на ухо; голос прозвучал необычно высоко и звонко, пробиваясь сквозь плотную звуковую вязь.

Коссонт слегка приоткрыла рот, чтобы сказать фамильяру «Шшш», но едва сделала это, как всё внутри будто наполнилось шумом, горло сдавило, а зубы застучали, непроизвольно вибрируя в такт музыке.

Бердл выглядел безучастным.

Миновав комнату с Темным Звуком, они прошли мимо большого круглого масляного бассейна, чей потолок напоминал сетчатый экран, и где люди, казалось, занимались синхронным плаванием, утопая в гигантских, составленных из цветов структурах. После этого они поднялись на несколько уровней. Здесь усталые, но счастливые на вид посетители спокойно угощались за плоскими овальными столами, в то время как крайняя из секций, похоже, была отведена под своего рода арену, с происходящими на ней драками за еду, и одна из них как раз только начиналась. Не горя желанием стать свидетелями сомнительного действа, они поднялись по пугающе крутому и длинному эскалатору в высокий и широкий коридор с прозрачным потолком, сквозь который проступала лепнина медленно проплывавшего снаружи туннеля.

Каюты Ксименира располагались за чередой разветвлённых коридоров круглого сечения, увешанных складками и нитями безвкусных, галлюцинаторно ярких морских водорослей, двигавшихся и извивавшихся в незримых глазом течениях.

– Это интересно, – прислал Бердл. – Только что пропала связь с моей разведывательной ракетой. Тревожный момент.

Наконец, у двери, очевидно напоминающей вульву, человек с суповым лицом поклонился и покинул их. Вульва приветливо распахнулась.

– Немного неприятно, не так ли? – прошептала Пиан. – Ведь не только я так думаю, нет?

Коссонт последовала за Бердлом по короткому, узкому коридору. Наушник пищал, сигнализируя потерю внешнего сигнала, чего никогда не случалось ни в одном другом месте Города, за все годы её жизни здесь.

Они вошли в палату, где на огромной наклонной кровати лежал крупный, бочкообразный, видный мужчина с ярко-красной кожей и немыслимым количеством фаллосов на теле. Он улыбался, одетый в просторные шорты, так что его естественный орган, предположительно данный ему при рождении, был единственным скрытым от глаз, что компенсировалось множеством других, произрастающих из – по меньшей мере, сорока – точек на теле, включая четыре на икрах, шесть на каждом из бёдер, а также на верхней и нижней частях рук и по одному с каждой стороны груди. Прочие участки тела, включая голову, выглядели относительно нормально. На толстой шее висело что-то вроде гигантского браслета, отягощённого побрякушками, по большей части инкрустированными драгоценными камнями. Рядом с возлежащим находились обнаженные люди – в основном женщины, – с надетыми на них головами животных и мифических существ.

– В воздухе полно сексуально стимулирующих соединений, – снова сообщил Бердл. – И я, наконец, нашел свою разведывательную ракету. Она…о-о-о…. Я, пожалуй, прекращу пока тайное общение, если только не возникнет чрезвычайная ситуация. Возможно, это уже небезопасно.

– О-о-о? – озадачилась Коссонт.

– Передозировка пошлости, – прошептала Пиан.

Крыша сверху была не прозрачной, сделанная из толстого гофрированного материала, малинового цвета, собранного по центру так, что форма её в итоге напоминала внутренний клапан, блестевший от стекавшей с него влаги.

– Уважаемые Бердл, мадам Коссонт, – сказал мужчина своим низким, густым голосом. – Рад познакомиться с вами.

Затем он открыл рот шире и высунул на редкость длинный язык, деликатно облизав сначала одну бровь, потом другую, придав им в итоге определённую форму. Язык тотчас исчез. Он широко раскрыл глаза. Бледно-голубые радужки, казалось, тронуло сияние. Глазные яблоки закатились в глазницы, радужки сменились тёмно-красными, вставшими на место и, по-видимому, стабилизировавшимися.

– Прошу прощения у вас, – сказал он. – Эти зрачки лучше работают при дневном свете. – Он широко улыбнулся, обнажив снежно белые зубы. – И у вашего фамильяра, мадам Коссонт. Пиан, не так ли? Добро пожаловать.

– Позволишь говорить? – взволнованно спросила Пиан.

– Нет, – прошипела Коссонт, а затем, обращаясь к Ксимениру, сказала:

– Привет. Спасибо, что заметили нас.

– И спасибо, что вы наблюдаете за мной, – Ксименир отцепил что-то от своего воротника из безделушек, подняв перед лицом и осмотрев. Предмет выглядел как короткая тонкая ручка или стилус, размером чуть больше детского пальца. Ксименир взглянул на Бердла.

– Ваши жизненные признаки ещё более странные, чем у фамильяра, так что, как я предполагаю, это принадлежит вам.

– Так и есть, – сказал Бердл. – Приношу извинения. Я был обеспокоен тем, что вы могли отказаться видеть нас, и нам в таком случае потребовалась бы помощь в… организации встречи. Должен заметить, я впечатлен тем, что вы смогли почувствовать присутствие датчика и выявить его. Мои поздравления.

– Благодарю. Лесть неизменно приятна, – сказал Ксименир с несомненной искренностью. – Особенно от… – он взмахнул длинной, изящной рукой с изысканным маникюром – …аватара, аватоида? Что-то в этом роде?

– Почти угадали. От корабля Культуры.

Наступила пауза; Коссонт была уверена, что хозяин слушает их через наушники.

– И за ними наблюдал Разум Культуры… – продекламировал Ксименир, похоже, всерьёз впечатленный. – Я действительно польщен. Хотя здесь есть круглосуточная трансляция с восьми различных камер, сосредоточенных на этой кровати, так что я не совсем понимаю, зачем вы беспокоились. Видео фиксировано в определённых точках, но, возможно, вам нужен был звук? Угадал? Не важно, впрочем. – Он кивнул куда-то за спину. – Пожалуйста, присаживайтесь.

Двое из звероголовых – их головы, к слову, выглядели такими же живыми и функциональными, как и все остальные части тела – поставили два высоких стула позади себя. Коссонт и Бердл сели. Дюжина или около того необычно одетых людей замерли, сложив руки, вдоль изогнутой стены кабины.

Ксименир протянул крошечную ракету-разведчик.

– Я оставлю это себе, можно? – и маленькая машинка нашла своё место на ожерелье, прикреплённая к цепочке.

– Я всё же предпочел бы, чтобы её вернули, – сказал Бердл.

– Несомненно, – согласился Ксименир. – Но вы вторглись в мою личную жизнь. – Фраза возымела реакцию: раздалось приглушенное шипение и смех со стороны наблюдавших, и лицо Ксименира снова расплылось в улыбке. Он оглядел некоторых звероголовых людей. – Понимаете, о чём я? – Ксименир посмотрел на Бердла и усмехнулся. – В любом случае, может быть, я позволю вам вернуть это. Но вам ведь что-то нужно от меня, я так полагаю, иначе, зачем бы вы вообще здесь оказались, мм? – Он положил крошечную ракету на грудь между уже пребывавшими там большим пальцем андроида и толстым хрустальным цилиндром, инкрустированным драгоценными камнями.

– Это имеет отношение к Нгарое КьиРиа, – сказала Коссонт, взглянув на Бердла.

– Понятно. – Ксименир кивнул ей. – Кстати – эти руки. Кто сделал их для вас?

– Фрекс Герунке.

– Знаю его. Помогал в обучении. Хорошая работа? Всё работает как надо?

– Прекрасно.

– …И куртка «Повелители…» Они тебе нравятся?

– Я с ними играла, – призналась Коссонт. – Недолго. – Она поняла вдруг, что рано или поздно ей действительно придется сменить эту куртку.

– В самом деле? Вы не упоминаетесь в дискографии. – Казалось, он задумался. – …Если только вы не Сестра Эйфория.

Коссонт вздохнула.

– Грешна.

Ксименир расплылся в улыбке.

– Достойно, мадам Коссонт, достойно. Я играл на тенсере, немного на слинге, но никогда на волюпте. – Ксименир широко улыбнулся. – А ведь это сложнее, верно?

– Немного.

– Четыре руки облегчают задачу?

– Нет – это для одиннадцатиструнной.

– Ха! Недекагональная струна? Я слышал, что это чертовски безумная вещь.

– Только для того, кто на ней играет.

Ксименир рассмеялся.

– Никогда не слышал ни одной партии на одиннадцатиструнной. Вы могли бы пройти прослушивание, пока вы здесь. Это способствовало бы завершению нашего дела.

– Благодарю, но, боюсь, мы немного торопимся, – сказала она.

– Да, да… мой друг, КьиРиа.

– Он и мой друг тоже, – заметила Коссонт.

– Действительно? – Ксименир скептически оглядел её. – Не припоминаю, чтобы он упоминал вас.

Коссонт снова вздохнула.

– Меня это не удивляет.

Ксименир ухмыльнулся, погладив подбородок.

– Ну, его воспоминания немного… бессвязны – это да. Откуда вы его знаете?

– Я встретила его двадцать лет назад, сразу после того, как он был левиафидом – морским чудовищем – в течение десятилетий, – в месте под названием Перитч IV. Мы встречались всего несколько дней, но много разговаривали. А вы как познакомились?

– О, я знал его и до этого, ещё когда был совсем молод и занимался… – он поднял одну руку, – кое-какими вещами, которые можно назвать заработком – Он пожал плечами. – Или, если вы предпочитаете более высокохудожественные определения, – исследованием и оспариванием перспективы самовымирания.

– Когда он был здесь – пять лет назад, – вмешался Бердл, – господину КьиРиа делали скульптинг?

Человек на кровати нахмурился.

– Скульптинг – вот слово, которое я давно не слышал. Технически уместно, я думаю. Раньше это называлось пластической хирургией, или телесной коррекцией, ну или как-то там ещё. – Он снова взмахнул рукой. – В любом случае, боюсь, это личное дело, господин… Бердл, и я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть…

– Можем ли мы в таком случае просто узнать, зачем он был здесь? – спросил Бердл.

– Все равно ничего не скажу вам, приятель, – ответил Ксименир, покачав головой. – Мы с КьиРиа старые друзья, вот и всё, что я могу сообщить. Мы встречались с ним несколько раз, последний раз, когда начиналась эта вечеринка. Но он дружил с моей матерью и с её отцом до того, так что, думаю, он довольно древний персонаж – даже по меркам Культуры – и я не выдам тайны, если скажу, что физиологически он глубокий реликт, во всяком случае, по критериям генетических стандартов Культуры. Я не знаю, каким ковшом и из какой странной врожденной смеси гериатрических линий крови он черпает свой жизненно важный субстрат, но, должен сказать, это довольно крайний, уникальный случай, чем бы оно ни было.

– Он оставил что-нибудь вам? – спросила Коссонт.

Хозяин Вечеринки пожал плечами.

– Ничего существенного, может быть, подарок… два. Он был, как бы сказать… периодически щедр. В любом случае, почему вы спрашиваете? У него какие-то неприятности? – Ксименир перевел взгляд с Коссонт на Бердла. – Насколько… официален ваш визит?

Коссонт наклонилась вперед.

– Он не оставил вам устройство запечатлённого сознания или что-нибудь в этом роде?

Ксименир рассмеялся.

– Зачем ему делать это здесь, на Зис, в Ксауне или где бы то ни было ещё?

– Он… – начала Коссонт, собираясь сказать, что КьиРиа дал ей такое устройство, но потом вспомнила, что не сказала Бердлу, что именно она искала в Оспинских Базах Данных. Надо же, чуть было не выдала себя…

Бердл уже включился.

– Возможно, он хотел подстраховаться.

Ксименир покачал головой.

– Сомневаюсь. Он всегда сопротивлялся таким вещам, как дублирование души.

– Вы не знаете, куда он мог отправиться, после того, как побывал в Гзилте? – спросила Коссонт.

– Нет, – ответил Ксименир. – Скрытный старик. А как насчет вас, Вир, приходил ли он к вам?

– Нет, – призналась она.

– Чувствуете себя обманутой? – Ксименир сказал это мягко, но с несколько преувеличенным сочувствием.

– Мы никогда не были совсем уж близкими друзьями.

– Вам и не нужно это. Вы просто должны заботиться о том, что люди думают о вас. – Он на мгновение опустил свои голубые радужки, посмотрел на неё, затем позволил им снова закатиться, чтобы их сменили красные. – Если вас это утешит, я знаю, что он посетил Гзилт по крайней мере один раз, не удосужившись навестить меня. Даже не позвонил. – Ксименир посмотрел на Бердла. – Но мы так и не выяснили, насколько официальным является этот визит.

– Официальность – гибкое понятие, особенно в Культуре.

Ксименир рассмеялся.

– Что ж, – сказал он, выгибая спину и потягиваясь – все его причиндалы при этом подрагивали, как отдельные крошечные животные, только что пробудившиеся ото сна, – было очень интересно… однако, честно говоря, удовольствие должно быть продолжено. Возможно, вам придется меня извинить. – Он посмотрел на Коссонт и Бердла, а звероголовые и звероподобные люди тем временем уже присоединялись к нему на кровати, вставая на колени в подножии и протягивая руки. На теле проступили волнистые линии, похожие на вены, вероятно, не все призванные нести кровь, выпуклые и пульсирующие под рубиново-красной кожей. – Если, конечно, вы не хотите присоединиться? – спросил он. – Оба или любой из вас. Вам будут очень рады. Времени много, места хватит на всех. Скоро мы включим АГ, я запущу свое последнее сердце, и …

– С удовольствием, – сказала Пиан в наушнике Коссонт.

Коссонт посмотрела вниз на фамильяра. «Ладно. Я могу просто оставить тебя здесь», – сообщила она ей.

– Я же пошутила.

– Благодарю, – сказала Вир Ксимениру. – Но нам лучше отправиться в путь.

– Мистер Бердл, – сказал Ксименир, вынимая руку из промежности одной из девушек, гладивших его. Он отсоединил маленькую ракету-разведчика от своей шейной цепочки. – Можете забрать это. Извините…

Бердлу пришлось опуститься на колени у кровати между ногами Ксименира и двумя обнаженными женскими телами, чтобы забрать ракету-разведчик.

– Благодарю, – сказал он.

– Всегда держитесь правой стороны Культуры, – мечтательно пробормотал Ксименир, лицо его при этом заслонила восседающая на нём фигура. Тело скрылось под покрывалом плоти, хотя было слышно, что оно очень возбуждено.

– С тобой действительно не весело, – раздраженно высказалась Пиан, когда они спускались по пугающе длинному и крутому эскалатору с суповым лицом во главе. В кавернах над ними и под ними началась энергичная игра в сорбол: люди в прозрачных сферических костюмах-сферах прыгали в невесомости, отталкиваясь от внутренних стен гигантской сферы из алмазного стекла сорока метров в поперечнике.

– Тупик, – подытожила Вир, затем повернулась к Бердлу, но успела только открыть рот, чтобы заговорить, прежде чем он повернулся к ней.

– Позже, – сказал аватар.

* * *

– И что теперь?

Они вернулись на борт модуля. Он ожидал их на посадочной платформе, выступавшей из массы Поясного Города, как круглый поднос на вытянутой руке. Корабль начал удаляться, уходя в сторону, избегая нависающей архитектуры в нескольких километрах выше.

– Господин Ксименир имеет доступ к удивительно продвинутым технологиям, – заметил Бердл, опускаясь на кушетку и осматривая ракету-разведчик. – И, конечно же, к четырехмерному экранированию, поэтому нам и пришлось туда залезть.

– Значит, не просто любопытство, – вслух сказала Пиан, но её проигнорировали.

– Он нашёл и отключил это с удивительной легкостью, – Бердл покатывал ракету-разведчика на ладони. – Ах!..

Маленькая машинка вдруг ожила и подпрыгнула в воздух над его рукой. Она быстро крутилась то в одну, то в другую сторону, как будто смущенная тем, что только что проснулась. Большая часть стен жилой зоны модуля стала прозрачной, открывая головокружительный вид на побережье Хзу внизу, когда модуль наклонился, закрутился, а затем резко взмыл вверх. Полосы охры и нефрита, прошитые медленно распространяющимися волнами алебастрово-белого цвета, земля и мелководные края моря, казалось, исчезали под ними, словно падая – Поясной город пронёсся темной стеной, на которую они взобрались как по волшебству, не касаясь её, и бесшумно устремились обратно к звездам. Коссонт оторвала взгляд от панорамы:

– Ты что-нибудь нашел?

Бердл нахмурился.

– Нет. Я надеялся найти какое-то хранилище данных с информацией о КьиРиа, что-то, что хранилось бы поблизости от Ксименира, но на дирижабле ничего подобного не было. Я скопировал всё, что обнаружил, на корабельный Разум, чтобы проверить, нет ли там действительно умной криптографии, но затея не выглядит многообещающей.

– И ничего во всём барахле, что висело на его шее?

– Обесточенный блок андроида имел минимальный объём данных, цифровое устройство для измерения времени, функционирующее и синхронизированное с точностью до миллисекунды, оказалось практически лишённым мощности, были ещё: нерабочая модель доисторического космического корабля ваверианской династии Зоен, базирующаяся на примитивной ранней форме процессорных технологий, так называемых вакуумных трубок, с минимальной и крайне упрощённой схемой обработки, давно сгоревший кристаллический контейнер, в котором хранились какие-то животные или растительные формы – две или три ягоды или мелких фрукта, так же, как я полагаю, бакулюм вимовнианского воллера со встроенным в него чипом частиц, вероятно, от самонаводящегося охотничьего патрона, и миниатюрный воротник корпорации «Последняя Канава», срабатывающий, если сердце носителя сдаст…

– Да. Он упомянул что-то о запуске своего последнего сердца.

– У него их четыре. – Аватар выглядел задумчивым. – Что предполагает большое количество вазоконгестивной ткани, которую нужно поддерживать.

– Я догадывалась.

– Опять же, минимальный уровень – достаточно, чтобы функционировать, но не более. Все прочее, что присутствовало в этом странном наборе, было просто мёртвой материей, без каких-либо процессов в ней.

– Выходит, ничего.

– Ничего существенного, насколько можно судить. – Аватар улыбнулся Коссонт. – Но теперь вперед – к Оспину и Базам Данных.