Текст книги ""Фантастика 2026-75". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Василий Груздев

Сизый взбодрился – давайте я вам денег дам! Много денег.

– Сизый, не тупи, ты отдашь нам всю свою выручку. Ты попер на наш бизнес, мы укорачиваем твой бизнес, чтобы тебе и другим было в назидание – напирал на него Игорь.

– Хрен вам, а не мои деньги – с этими словами Сизый выхватил нож из пряжки ремня, и то ли хотел ткнуть Аркадия в горло, то ли просто приставить в нему нож.

Аркадий уклонился и резко ударил Сизого ребром ладони ниже уха. У Сизого закатились глаза и он стал падать. Аркадий перехватил его, чтобы он голову не разбил.

– Клиент готов к беседе – констатировал Аркадий.

– Второй, помоги Третьему усадить клиента на кресло – скомандовал Игорь – на операциях они называли себя по номерам, чтобы не спалиться с постоянными позывными. Третий – Аркадий, Второй – Геннадий, Первый – Игорь.

Аркадий с Геннадием усадили Сизого на кресло, привязав его руки к подлокотникам, ноги к стойке кресла. Гена сунул ему под нос ватку с нашатырем – Сизый замычал, открыл глаза. Заглянув в них, Гена сказал, что клиент еще не пришел в себя, надо ему еще минут десять на это. Бойцы начали обыск в квартире Сизого, в поисках сейфа. Тут Игорю позвонил Василий, он сообщил ему местонахождение сейфа и код замка– он наблюдал за Сизым, и все увидел своими глазами, и сейф, и код. Бойцы отодвинули книги на полке, за ними была дверка сейфа, вмурованного в стену. Набрали код и открыли дверку сейфа. Вытащили его содержимое на стол, начали разбирать бумаги, деньги сложили отдельной стопкой. Ничего интересного для них в бумагах не было, пересчитали деньги – их было семь с половиной миллионов рублей. Осталось наркотики найти – довольно произнес Игорь. К этому времени Сизый оклемался и с грустью смотрел на свои деньги, с которыми придется расстаться.

– Ну что Сизый, созрел для беседы? – Спросил Игорь.

– Что вы хотите от меня, деньги у вас в руках, это все мои оборотные средства – ответил он.

– Так еще нам нужен твой склад с наркотиками, его нужно уничтожить – ответил Игорь.

– После этого отстанете от меня? – не поверил Сизый.

– Мы весь мир не сможем облагодетельствовать насчет борьбы с наркотиками, нам и твоего склада хватит пока, чтобы отбить охоту у вашего брата в наши клиники лезть – ответил Игорь.

– Мне надо подумать, дайте попить – попросил Сизый. Аркадий сходил на кухню и принес воду в стакане, дал ему напиться.

– А какие гарантии – спросил Сизый, оттягивая свой ответ.

– Сизый, ты опять начинаешь мутить – хохотнул Игорь своему афоризму, я же тебе описал ситуацию. Если будешь молчать, то он – он показал на Аркадия, начнет тебе под ногти зубочистки загонять. Поверь, ты быстро расколешься – боль жуткая. Лучше без этого обойдемся, нанесем тебе легкие телесные и удалимся в надежде, что больше с тобой не увидимся.

– Хорошо, – быстро согласился Сизый, его передернуло, когда он представил себе, как ему зубочистки под ногти загоняют – пишите адрес, Загорная 9 строение 15, это небольшой склад на территории логистической базы, я его арендую. Там находится моя фасовка, работают там два чела, с девяти утра до шести вечера. Склад ставится на охрану, сейчас соответственно он стоит на охране. Пульт охраны у меня на ключах. На складе осталось с полкило героина, его разбавляют сахарной пудрой и фасуют в дозы. Я вам все сдал, что у меня есть, что дальше, когда вы меня отпустите?

– Вот сейчас съездим в склад, уничтожим наркотики – там у тебя есть туалет, куда смыть порошок? – продолжал допрос Игорь.

– Есть там санузел – обреченно вздохнул Мутный.

– Ну так мы поехали, ты пока тут посиди, не скучай, Третий тебя покараулит – с этими словами Игорь с Геной вышли из квартиры, прихватив ключи Мутного.

Через час Игорь с Геной вернулись со склада, довольные выполненной миссией.

– Ну все Сизый, с тобой закончим сейчас. Третий, оформи легкие телесные клиенту – он же на тебя с ножом напал, но аккуратно, пара синяков под глазами, разбитый нос, сломанная ключица – правая рука. Чтобы с месяц с «самолетом» походил у всех на виду. Аркадия долго уговаривать не пришлось – четыре точных удара и Сизый взвыл от боли.

– Ну все Сизый – Аркадий разрезал на нем веревки – свободен, надеюсь, что больше не увидимся. Твой телефон мы в твой почтовый ящик бросим, сам понимаешь – нам время надо от тебя уехать, а то вдруг ты полицию решишь вызвать. С этими словами группа бойцов покинула квартиру Сизого. Тот, стоная от боли, поплелся к лифту, почтовые ящики были на первом этаже, решил вызвать скорую, полицию он вызывать не собирался. Потеря денег и наркотиков конечно сильно подорвала его бизнес, но у него был в пути оплаченный ранее килограмм героина, поэтому его бизнес, хоть и упадет, но останется на плаву.Но лезть с разборками в клиники он конечно больше не будет – себе дороже.

Бойцы с триумфом вернулись в Томск. Владимир Иванович выплатил им причитающееся вознаграждение и премию по сотне тысяч на брата. Они были очень довольны и были готовы к новым подвигам. Изъятые у Сизого деньги Владимир Иванович велел передать в детдома через Николая – он у нас был активатором процесса. У команде появились свои бойцы «невидимого фронта», которые начали отслеживать движение криминала вокруг наших установок по лечению наркоманов, вовремя пресекая их наезды на обслуживающий персонал. Все они не были в курсе относительно порталов, случай с отпиранием двери у Сизого отнесли к его халатности.

***

Через три месяца снизили цену за сеанс до ста тысяч рублей, клиникам же порекомендовали установить цену в двести тысяч. Они быстро согласились с этим, так как к концу трёх месяцев цена за курс у всех стабилизировалась за счёт конкуренции на уровне четырёхсот тысяч рублей. Всех платежеспособных пациентов они уже обслужили, теперь им надо было увеличивать количество пациентов за счёт менее обеспеченных клиентов.

Николай оказался хорошим организатором – привлёк ещё с десяток младших компаньонов, которые за малую долю прибыли принимали платежи за лечебные сеансы и переводили деньги на его электронный кошелёк, с которого, в свою очередь, он переводил деньги команде. Через год ежемесячная выручка из Москвы стабилизировалась на уровне двух миллиардов рублей, в том числе за счёт филиалов московских клиник в других городах.

Глава 14

Отец. Омоложение пенсионеров

Через полгода я прошёл очередную процедуру омоложения четвертной дозой. Само собой сильно изменился внешне – в лучшую сторону, и энергии у него заметно прибавилось – она, что называется, била ключом. Выяснилось, что при повторном цикле зубы больше не выпадают. Я продолжал скрывать свою молодость от посторонних, маскировался как мог. И всё-таки даже Люся с Викой не смогли устоять и принялись активно строить мне глазки.

Но на меня это не действовало. После того, как я познакомился с Сашей, мои выходные были скрашены интересным досугом, она меня таскала по выставкам, ходили на концерты, в театр. Ей этого не хватало долгие десять лет, да я за эти десять лет соскучился по этому – моя покойная жена меня регулярно вытаскивала в театр и на концерты, на выставки в музеи. Поэтому и я, и Саша получали огромное удовольствие от этих походов, как и от последующего продолжения общения в интимной обстановке, уже у меня дома.

Нашим отношениям не мешали мои регулярные встречи с моими «женами» Лидой и Зиной. Лида забеременела, а Зина еще нет. Обе, в конце концов, переехали ко мне жить в коттедж, посещал я их сначала две ночи в неделю, потом каждую ночь по очереди – молодел, энергии прибавлялось и желания тоже. Хотя Лида и забеременела, но требовала к себе внимания, что с нее взять. Саша привыкла за десять лет к существованию в жизни мужчины других женщин, поэтому никаких сцен ревности не устраивала, для нее это была нормальная ситуация. Зато у нас с ней выходные все более превращались в секс-марафоны, с ней мне было особенно хорошо. Она познакомилась с Лидой и Зиной, они признали в ней «старшую жену», тем более, что работала Саша начальником отдела. В подчинении у нее было сорок человек, она знала, как людьми командовать. Потихоньку она начала гонять девушек, заставляя делать гимнастику, в выходные дни устраивая по утрам мастер-класс. Сначала со стенаниями, но потом уже с охоткой Лида и Зина занимались по утрам гимнастикой самостоятельно.

***

Вскоре я завёл разговор с Олегом о расширении кадрового состава за счёт пенсионеров.– Им, как и мне, терять нечего, кроме болячек, – пошутил я.

Также предложил вспомнить о наших преподавателях в институте, которые показали себя знающими специалистами и хорошими людьми. В голову мне сразу пришла Ольга Сергеевна, которая преподавала у нас физику полупроводников. Когда я учился, ей было около сорока пяти. Умная и энергичная женщина, строгий преподаватель, на кафедре она занималась научной работой. На прошлогодней встрече выпускников мы как раз говорили о ней: живёт одна, не работает, да и какая работа – ей уже под девяносто.

– Предложи ей омоложение, – предложил я, – в обмен за работу с нормальной зарплатой. Только предупреди, что временно – года три – ей придётся пожить у нас из-за секретности.

Я позвонил на кафедру, чтобы узнать адрес и телефон. Подозрений это не вызвало, так как я не был чужаком со стороны, а учился в этом институте. Олег купил букет цветов и поехал прямо к ней домой.

Ольга Сергеевна вспомнила Олега и даже сделала ему комплимент:

– Олег, ты так возмужал! Постой, тебе ведь уже сорок пять, а выглядишь ты лет на десять моложе.

Он попытался оправдаться:

– Ну, вот так получилось, веду здоровый образ жизни…

За чаем с вареньем («Внуки угостили», – сказала она) он сделал предложение Ольге Сергеевне пройти процедуру омоложения в нашей клинике и перейти на работу к нему, чтобы заниматься прикладной наукой.

– Да ты шутишь, наверное, Олежек! Хотя вряд ли ты явился бы ко мне, чтобы просто пошутить… А что, эта процедура действительно настолько эффективна, что я смогу ещё и работать?

– Да, – подтвердил он. – Как это работает, мы точно не знаем, но положительный эффект даёт однозначно. Неоднократно проверили на людях: несколько сотен наркоманов излечили не только от наркотической зависимости, но и от СПИДа, и от прочих сопутствующих заболеваний.

– Ты мне сказки рассказываешь – за СПИД вам бы уже давно Нобелевскую премию дали! Да и постой, это, наверное, очень дорого? – обеспокоилась Ольга Сергеевна.

– Ну, вот вы и отработаете у нас три года по специальности, с хорошей зарплатой.

– Увлекательно, конечно, но… у меня цирроз – рак печени. От силы полгода осталось. Но я не жалуюсь, и так достаточно пожила…

– Ольга Сергеевна, – горячо убеждал её Олег, – онкология излечивается и все другие болячки тоже! Вы ещё много хорошего успеете в жизни сделать! Давайте попробуем, хуже ведь вам всё равно уже не будет. Поедем прямо сейчас к нам в служебную гостиницу, там за вами будут наблюдать на всякий случай, при необходимости вызовут скорую.

– Уговорил, – махнула рукой Ольга Сергеевна. – Сейчас сообщение внучке Маше отправлю, что поехала в санаторий на три месяца. Попрошу, чтобы цветы поливала. Денег у меня для санатория достаточно – она знает. А что цирроз у меня, я никому не говорила – ни к чему мне их охи да ахи слушать.

Она собрала вещи, и они поехали к нам. Ольгу Сергеевну сразу же усадили в установку «омоложения». Дали половинную дозу – тридцать тысяч циклов. После я проводил её в общежитие и познакомил с девочками.

Так же быстро Олег договорился с профессором Шантаровым. Однако он поставил условие: процедуры омоложения будет проходить только вместе с супругой. Жена его была преподавателем физики полупроводников, кандидатом наук – после десяти лет на пенсии была готова работать у нас кем угодно, даже лаборантом, только бы не сидеть дома. Мы подписали с ними соглашение на пять лет, и Олег отвёз их к биологам в лабораторию. После курса омоложения супруги отправились домой на такси, им не было смысла оставаться в общежитии. Договорились, что встретимся через месяц и начнём работать вместе.

Через месяц Шантаровы выглядели посвежевшими и энергичными. На полгода, пока не помолодеют окончательно, мы озадачили их работой в лаборатории: выращивать кристаллы. А там подберём им задачи по душе.

Что касается Ольги Сергеевны, то она тоже стала чувствовать себя значительно лучше. Через месяц на всякий случай мы отправили её в онкоцентр сдать анализы, но онкомаркеры не дали положительного результата. Рак мы победили, осталось победить возраст – но для этого просто надо было подождать. Пока что она занялась обустройством быта в нашем общежитии.

– Неужели я буду такой же, как Вика и Люся? – недоверчиво спрашивала Ольга Сергеева.

– Ну нет, такой вы уже не будете: у них это природный возраст и, главное, мозги наивных двадцатитрехлетних девчонок. А ваша голова богата жизненным опытом, его никуда не денешь, он навсегда останется с вами.

– А когда я помолодею до их возраста?

– Примерно через полгода. Вы будете молодеть с каждым месяцем, биологический возраст остановится на оптимальной отметке – примерно двадцать пять лет.

– Хорошо-то, как! Не терпится уже дождаться этого чуда!

Своих партнёров – наших лаборантов – я озадачил тем же вопросом: «Преподаватели и научные работники на пенсии – кого можно привлечь к нашей работе?» Нашлось немало народа, около ста человек. Пока нам не нужно было так много, но мы составили ранжированный список: кого и в каком порядке будем приглашать к сотрудничеству.

***

В итоге мы приняли на работу восьмерых биологов и четырёх врачей – все пенсионеры. Они должны были работать в нашей биомедицинской лаборатории под командованием Василия Сергеевича для организации реабилитационных центров и оздоровительной клиники. Самому старому из них – бывшему ректору нашего мединститута – было девяносто шесть лет. Несмотря на преклонный возраст, он отличался живым умом и неукротимой энергией. Жил он один, уже потерял всех близких, однако у него была шикарная квартира, которую ему совсем не хотелось терять. Тогда он решил сообщить соседям, что уезжает к родне на юг, а на его место через месяц якобы приедет дальний родственник.

Наши биологи не были в курсе механизмов портала, поэтому в такой секретности, как у техников, необходимости не было. Требовалось только скрыть резкое омоложение человека, поскольку это могло вызвать подозрение у властей. Точных данных о количестве проходов по годам омоложения всё ещё не было, так что мы решили действовать экспериментально: сами врачи и биологи-пенсионеры решили выступить в качестве подопытных кроликов.

Девяносто шестилетний профессор Карпов получил дозу в тридцать тысяч переходов. Профессор Медведев – бывший ректор ТМИ – пятнадцать тысяч (ему исполнилось восемьдесят девять). Семидесятивосьмилетний профессор Леонтьев – семь с половиной тысяч, и, наконец, доцент Дамбаев семидесяти семи лет – три с четвертью тысячи переходов.

Эксперимент завершился успешно. Через месяц все остались довольны своим здоровьем – пройдя обследования, не выявили никаких хронических заболеваний, сосуды были в отличном состоянии, а все опухоли и следы от операций бесследно пропали.

– Надо бы подождать подольше, – предложил Карпов, – организм человека не может омолодиться сразу на сорок лет. Мы видим по Леонтьеву и Дамбаеву, что они помолодели меньше всех, но, кажется, в полной мере. А все остальные будут продолжать перестраивать свои организмы и дальше.

– Займёмся биологами для уточнения картины, – с энтузиазмом воскликнул Дамбаев, – их у нас аж восемь «штук»!

Запустили биологов, зная хотя бы приблизительную картину: примерно восемьсот – тысяча циклов на один год. Начали с малых доз, десятилетних и двадцатилетних циклов, убедились в сроках проявления результатов: один и два месяца. За это время Карпов помолодел ещё больше – до биологического возраста пятьдесят пять лет. Спустя четыре месяца после процедуры убедились и в этом сроке для омоложения на сорок лет.

Продолжили эксперименты. Для начала вывели всех из пенсионного возраста – пока лишь до пятидесятилетнего, заодно повторно запустили врачей, тоже омолаживая их до полтинника. Никто из них не хотел становиться моложе этого возраста.

– Потеряем все свои связи в обществе, станем изгоями, – опасались они.

В итоге экспериментов получили достаточно точное число: семьсот шестьдесят циклов за один год омоложения.

Решили, что будем продолжать исследования того, что даёт один цикл омоложения, то есть годовой цикл – внешне его трудно было заметить. Результат становился виден только через месяц, а то и два. Чем больше циклов, тем дольше проявляется результат. Врачи нашли это закономерным: организму требуется больше времени для перестройки.

Стали известны примерные сроки возрастной реабилитации: срок до десяти лет за один месяц, двадцать лет за два месяца и так далее.

Все курильщики из этой компании бросили курить – желание пропало, что говорило о воздействии на мозг в направлении избавления от вредных привычек.

– Наверняка так наркоманов и алкоголиков можно лечить! – воскликнул Дамбаев, бывший заядлый курильщик.

Василий Сергеевич подтвердил:

– Можно. Взгляните на меня – я бывший пятидесятипятилетний алкаш.

– Классно! – восхитился Дамбаев. – Реабилитационную клинику откроем – озолотимся…

– Ну, насчёт лечения наркоманов вы опоздали – мы уже все клиники Томска к себе привязали, мобильная установка по ним ездит, наркоманов через неё пропускаем.

– А просто на омоложении не озолотимся? – подколол Дамбаева Карпов. – Я буду рекламным агентом: «Мне было девяносто шесть лет, а смотрите, какой я сейчас!»

Надо сказать, что все эксперименты велись с видео– и фотофиксацией результатов процедур омоложения – это делалось для возможности официальной смены документов у помолодевших пациентов. Карпов передумал «уезжать на юг» – пока шёл процесс омоложения, общался с соседями и знакомыми, рассказывал согласно нашей легенде о том, что проходит цикл экспериментального лечения, показывал фото.

– По закону последний раз паспорт меняется в сорок пять лет, так что нам, пятидесятилетним, не о чем заботиться! – воскликнул Карпов. – Тем более, я сейчас даже больше на своё фото в паспорте похож, чем до омоложения.

– Это точно, – согласились остальные.

– Мне срочно жену надо омолаживать, она тоже врач! – воодушевился Дамбаев.

– Да разведись, молодую найдешь, – засмеялся Карпов.

– Нет уж, столько лет прожили – будем и дальше вместе. Я за это душу продам!

– Душу продавать не надо, – прокомментировал Василий, – пускай с нами контракт пятилетний подписывает, как все вы – и будет ей омоложение до пятидесяти лет.

– Конечно, подпишет! У меня ещё пара десятков коллег найдётся, которые захотят работать на вашу компанию за омоложение.

– Пока подождём с этим, – остановил его Василий Сергеевич. – Прошу не забывать, что омоложение – наш большой секрет, и рассказывать о нём никому не стоит. По поводу новых сотрудников: сначала надо всех вас распределить по рабочим местам, определить программу работ, штаты для этого, а уже после этого будем заполнять вакансии новыми людьми.

Постепенно у нас сформировался свой медицинский институт, который занялся исследованием воздействия порталов на здоровье человека. Учёные выясняли, какие заболевания излечиваются применением портала, какие нужны для этого количества переходов. Врачи-психиатры решили опробовать способности порталов для излечения нарушений психики. Для лечения приобретённых нарушений психики результаты были положительными, но для врождённых нарушений – отрицательными. Но даже эти результаты дарили возможность помочь как минимум половине пациентов психиатрических больниц!

Боровиков – светило нашей томской психиатрии – пояснил, что у нормального человека в стрессовой ситуации развивается нарушение психики, и если психиатры вовремя не придут ему на помощь, процесс может приобрести необратимый характер. В этом случае заболевание уже не излечивается традиционными медикаментозными методами. Порталы же возвращают психику в первоначальное состояние, не искажённое стрессом, и человек получает возможность вернуться к полноценной жизни.

Мы рекомендовали Боровикову пропускать всех пациентов психиатрических клиник Томска через портал в порядке благотворительности. Решение об их дальнейшей судьбе после нашего лечения пускай принимают штатные врачи клиник.

В порядке благотворительности мы готовы были даже обслуживать все детские больницы, но для этого пока было слишком мало данных. Всё ещё было неясно, как порталы повлияют на развитие человека в отдалённой перспективе. Этим и предстояло заняться нашему исследовательскому медицинскому институту.

*** Личная жизнь

Очередной выходной мы провели в семейном кругу – Лиде нездоровилось, Саша почему-то решила, что это ее обязанность заботиться о моих «младших женах». Она поила Лиду всякими витаминками, заставляла делать легкую разминку – все по науке, она проштудировала книги про беременность и стала в этом докой. У Лиды уже был пятый месяц беременности, Зина была на третьем месяце. Сексуальные отношения я с ними прекратил, поскольку желание у самих женщин пропало – такова природа. Я даже хотел переселить их в отдельный коттедж, но Саша не дала, ей нравилось заботиться о них. Хотя переселяться ко мне домой она отказалась – у нее три дня в неделю прямые эфиры допоздна, ей проще в городской квартире переночевать. Я не настаивал, хотя желал ее видеть рядом каждый день – прикипел, как говорят. Заботы заняли время Саши до полудня, потом мы поехали на выставку современного искусства в Художественном музее. Мы бродили по выставочным залам, болтали, обсуждая картины, которые мне откровенно не нравились. Саша была более сдержана в своих оценках. Я был одет демократично, джинсы, мягкие мокасины из кожи – никакой «фирмы». Что было на Саше – я в этом не очень разбирался, но выглядела она отпадно, все оборачивались ей в след, меня это вдохновляло – какую красавицу подцепил... И тут Саша как наткнулась на преграду – навстречу нам вышел мужчина лет сорока пяти, он смотрел Саше в глаза. Что он пялится на мою женщину – возмутился я про себя.

Так вот ты на кого меня променяла, на какого-то молоденького жиголо! – выдал он подходя к Саше. Саша растерянно смотрела то на меня, то на него, я не мог понять, что с ней случилось, почему она зависла.

Зая, ты же был старше лет на двадцать этого муд...ка – проговорила она растерянно. – Рядом с тобой я как то не замечала, что ты так помолодел... Ты сейчас выглядишь лет на двадцать его моложе...

Зая! Он меня жиголо назвал – я попытался отвлечь внимание Саши – пойдем я тебе куплю Лексус, давно пора, ты все отказываешься. Я видел симпатичный красный Лексус в салоне – мимо проезжал.

Красный Лексус – Саша переключилась – ты мне не показывал, черный я не хочу. Поехали. Саша взяла меня под руку и мы прошли мимо ее бывшего любовника, как мимо пустого места. Когда мы тронулись и проехали минут пять, Саша тряхнула головой о снова переключилась на меня:

Володя, ты катастрофически помолодел, я где-то читала про эту болезнь, кажется она называется Х-фактор, надо срочно обратиться к врачам, обследоваться!

Саша, давай сначала купим Лексус, красный, как ты хотела, потом поговорим о врачах – попытался я ее отвлечь. Но она уже твердо стала на тропу «забота» и ее оттуда свернуть было невозможно:

Едем в клинико-диагностический центр, он по выходным работает!

Саша, у меня все нормально. Это побочный эффект от нашей установки... Поправляет здоровье она, а не наоборот. Вот зубы все у меня как новенькие – все свои – я оскалился.

Ладно, поехали домой, дома тебя внимательно осмотрю, все мне расскажешь про вашу установку.

Так может сначала Лексус купим? – проблеял я, в надежде отвлечь Сашу.

Домой сказала! Надо тебя осмотреть хотя бы мне! – была непреклонна она.

Да ты каждые выходные меня в чем мать родила регулярно осматриваешь и очень близко – тебе этого мало? – удивился я.

Мало, я как то не замечала, что ты так резко помолодел. А увидела рядом с Александром – он моложе тебя на 20 лет, сразу поняла, что тут что-то не так.

За разговорами доехали до моего дома, зашли домой, зашли в спальню, Саша приступила к осмотру. Я захотел воспользоваться моментом и уложить ее в постель, но не тут то было.

Тебе примерно 25-30 лет – был сделан окончательный вердикт Сашей. – Это очень опасно – тебе 67 лет, а у тебя тело почти на сорок лет моложе! Я облапил ее и уложил рядом с собой:

Ну не хмурься ты, все нормально. У нас есть установка, которая оздоравливает организм, лечит всякие болячки. Если переусердствовать, то вызывает краткосрочный эффект омоложения, который через пару лет пройдет. Вот я и переусердствал, придется тебе меня пару лет такого молодого потерпеть – сказал я, целуя ее за ушко.

Отстань – Саша отодвинулась от меня – Точно пройдет?

Точно-точно! – уверял я. А если не пройдет – так что в этом страшного?

Как что – ты моложе меня выглядишь! – взвилась Саша.

Таки в чем дело – давай и тебя пропустим через эту установку, будешь выглядеть на 25 лет. Вот только с зубами придется расстаться – все сначала выпадут, а потом новые вырастут, зато все здоровые – такой побочный эффект у этой установки – расписал я все плюшки. Для этого надо будет тебе отпуск на месяц взять, за месяц все и изменится, и зубы выпадут и новые вырастут, и сама на десять лет помолодеешь.

Не шутишь? – Саша с подозрением посмотрела на меня.

Нет, ты же видишь по мне. Зубки как новые – я открыл рот и продемонстрировал свои молодые зубы.

У меня отпуск через месяц, – задумалась Саша, – а это не вредно?

Это полезно! Все болячки уйдут, даже те, о которых ты не подозреваешь! Мы даже рак лечим этим, но только об этом молчок, нам лишняя реклама не к чему! – уверял ее я.

Не поняла, а тогда зачем тебе с Олегом куча наследников, если вы можете так омолаживаться... – Саша уперла свой взор мне в глаза, беря рукой меня за ворот рубашки

Обнаружилось это только что. Так что больше гарем расширять не собираюсь – поспешил ее успокоить я.

Да мне то что, расширяй свой гарем, мое от меня не уйдет – произнесла на уже спокойно, отпустив ворот. Точно это безвредно? – еще раз она переспросила меня.

Точно-точно, не сомневайся, на себе проверил. – уверил ее я еще раз.

А волосы у тебя почему не растут, раз все у тебя как у молодого? – Саша погладила меня по лысине.

Так я стригусь наголо по привычке, уже лет десять – ответил я.

Ладно, через месяц напомни мне – великодушно разрешила Саша. Ну как же, забудешь ты теперь об этом – ухмыльнулся я про себя, раздевая ее.