Текст книги ""Фантастика 2026-75". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Василий Груздев

Глава 20

Нашествие с Малакки

Через месяц флот агрессоров двинулся через Малаккский пролив, что было обнаружено с помощью радаров с шаров – броня воинов отлично контрастировала на фоне воды. Послали туда «Фиалки», с них стали вести постоянное наблюдение, сменяя дроны для заправки горючим. Послали сообщение королю Ватсвангу, и через пару часов прискакали маршалы Чонг и Данг вместе с генералом Асамом, они должны были непосредственно управлять своими войсками.

Дроны с высоты пятисот метров показывали флотилию судов, плывущую к Суматре. Изображение показывалось на большом экране в здании штаба, в котором был размещен командный пункт операции. Маршалы сидели там же, внимательно наблюдая за экраном. Когда один из дронов поднялся повыше и показал всю флотилию, маршалы вскочили.

– Такую массу нам не удержать! – воскликнул маршал Чонг. – У нас только сорок тысяч воинов! А тут все сто тысяч плывут!

– Не волнуйтесь, доплывет только половина кораблей, – успокоил их командир бригады генерал-майор Соколов. – Когда подплывут на дистанцию пятнадцать километров, начнем их уничтожать ракетами и бомбами.

– Но планируем уничтожить только половину – нам рабы нужны, помните об этом! – призвал посол Константинов.

– Мы помним это, господин посол – уверил маршал Донг.

Было еще много времени до подхода флота противника к «красной» черте, и посол пригласил всех командиров отобедать у него в посольстве. Компания генералов и полковников отправилась в посольство, более младший состав офицеров обедал на месте. После обеда генералы неспешно вернулись в штаб, расселись по местам. На экране было видно, что корабли сформировались в пять колонн по двадцать кораблей, очевидно, каждая колонна должна была высаживаться на свой участок берега. Когда первые корабли пересекли отметку пятнадцать километров от берега, ничего не произошло.

– Почему вы не открываете огонь? – спросил генерал Асам взволновано.

– Надо, чтобы все корабли зашли за отметку пятнадцать километров, – сказал генерал Соколов.

– Почему? – поинтересовался маршал Донг.

– Приказ посла, чтобы на мелководье после битвы можно было трофеи собрать, – пояснил генерал Соколов.

– Склоняю голову перед вашей мудростью, – поклонился послу генерал Асам.

– А это не слишком опасно так рисковать из-за трофеев? – спросил маршал Донг.

– Нисколько не опасно, скоро сами убедитесь, – ответил генерал Соколов.

Тем временем на экране с двух сторон от конвоя появились дирижабли ЛКВ-10, примерно в пяти километрах от ближайших кораблей. Они готовились к атаке конвоя. Когда последний корабль конвоя зашел за отметку пятнадцать километров, генерал-майор Соколов скомандовал:

– Уничтожить флагманы флота управляемыми ракетами!

Через пятнадцать секунд на экране появились разрывы в строю кораблей, камера дрона приблизила изображение, на котором было видно, что большой корабль был разломлен пополам и быстро уходил под воду. Всадники бросались в воду вместе с лошадьми, пешие воины, сбрасывая с себя доспехи и бросая оружие, прыгали в воду. Картинка снова вышла на панораму – пять кораблей было потоплено, по одному в колонне.

– Уничтожить передовые суда управляемыми ракетами! – приказал генерал Соколов.

Тем временем конвой продолжал движение – для остальных ничего не изменилось, радиосвязи у них не было. Вспухли взрывы на судах авангарда, еще пять больших кораблей пошли ко дну.

– Дирижабли, ваш черед! Начинайте бомбежку с авангарда, – приказал генерал Соколов.

Маршалы и генерал Асам стоя наблюдали за битвой на море. С высотного дрона было видно, как дирижабли пошли параллельно берегу над авангардом кораблей. Следом за ними на воде и на кораблях вспыхивал огонь – взрывались небольшие бомбы с напалмом, разбрызгивая его во все стороны. Пройдя над всеми кораблями, дирижабли развернулись и пошли обратно над следующим рядом кораблей. Вторая пара дирижаблей проделывала тоже самое с арьергардом конвоя. Огонь постепенно разгорался, корабли теряли ход, воины прыгали с кораблей в воду, спасаясь от огня. Так продолжалось полчаса, потом дирижабли ушли на зарядку боеприпасами. Полковник Савельев доложил, что примерно половина конвоя уничтожена.

– Ну что, убедились господа, что половину войска противника мы уничтожили? – спросил генерал-майор Соколов.

– Да, потрясающе! – воскликнул маршал Донг.

– Давайте и вторую половину уничтожим! – предложил маршал Чанг.

– Ну, нам же рабы нужны, проку-то от уничтоженных не будет, – возразил посол.

Остатки флотилии продолжали двигаться к берегу, рассредоточиваясь вширь вдоль береговой линии.

– Вероятно, каждому командиру корабля выдано свое задание, как и подразделениям, размещенным на кораблях, – предположил полковник Савельев, глядя на эту картину.

– Дирижабли, как только противник начнет высаживаться, утюжьте западный фланг конвоя, сгоняйте их к востоку, – приказал генерал Соколов.

– Нам пора в войска, – встали маршалы, которых обучили пользоваться рациями. Теперь ими были оснащены командиры полков армии короля Ватсванга, и маршалы отдавали им приказы по рации. При них же был приданный им оператор с разведывательным дроном, который висел над их войском, показывая поле битвы.

Первые корабли начали высаживать десант, совсем как БДК – разворачивались кормой к берегу, опускали сходни, и всадники на конях сходили на берег, сходу бросаясь в бой.

– Настоящие БДК! – восхитился генерал Соколов.

– Да, умеют строить корабли, – глядя на экран, подтвердил полковник Савельев.

– Надо бы эти корабли захватить целыми и использовать в своих целях, – предложил посол Константинов.

– Постараемся, сколько можно, кораблей сохранить, – пообещал генерал.

Ближайшее проволочное заграждение стояло в ста метрах от берега, воины противника двигались к нему. Они начали рубить его мечами, но заработали пулеметы с БТР и первые ряды мертвых воинов легли возле ограждения. Несмотря на это, воины противника упорно рубили заграждения, прикрываясь от пуль щитами, что, впрочем, им мало чем помогало. На западном фланге для них было еще хуже – помимо пулеметного огня возле заграждений, дирижабли начали сбрасывать на них маленькие напалмовые бомбы, отсекая их от западного фланга, заставляя их перемещаться к востоку. На восточном фланге противник обнаружил знакомые им построения войск короля Ватсванга и по цепочке передали приказ перемещаться на восток для битвы с королевскими войсками. Тут уж они развернулись в знакомые им порядки – впереди тяжелая конница для прорыва обороны противника, выстроенные в ряды тяжелые воины, за ними ряды лучников, за ними легкая конница и пехота. Построение продолжалось пару часов, потом затрубили сигнальщики и войско агрессоров двинулось в атаку. Атаку всадников встретили копейщики, уперев копья в землю и закрывшись щитами – прием был подсказан русичами. За ними стояли тяжелые воины с мечами, за ними рядами лучники, которые хорошо проредили атакующие ряды. Схватка началась не на жизнь, а на смерть. После огромных потерь на море и неудачных атак на заграждения воинам агрессора было привычно биться с себе подобными и победить они хотели любой ценой, не жалея себя. Напор противника был очень мощным, и маршал Донг дал приказ отходить в плановом порядке. Внешне это выглядело естественным – натиск врага, отступление ввиду превосходства противника. Агрессору не удалось прорвать оборону королевских войск, он теснил их дальше вглубь острова. Битва продолжалась более часа и королевские войска отошли уже на два километра от берега моря. Отступая, они тем не менее наносили урон врагу, но и сами теряли своих воинов, хотя значительно меньше. Они вошли в деревню, продолжали биться с врагом. Но враг теснил их и королевские войска стали отступать в фильтрационный лагерь, вход в который напоминал воронку. Когда до ворот фильтрационного лагеря осталось полсотни метров, прозвучала сирена, после нее в рядах врага взорвались сначала светошумовые, а потом и дымовые гранаты, лишая его зрения. Королевское войско быстро отступило за ворота фильтрационного лагеря, закрыв их за собой, пулеметчики с вышек отсекли преследующие части врага. Тем временем вход в деревню был перекрыт тремя линиями заграждений, которые за тросы вытянули БТРы. Враг оказался в ловушке, из которой был только один выход – в плен. Когда дым рассеялся, воины врага кинулись преследовать противника, но уперлись в ворота фильтрационного лагеря, сделанные из колючей проволоки. Попытки порубить их была пресечена пулеметным огнем – вал трупов лег у заграждения. Враги откатились в деревню, попытались выйти их нее к берегу, но там уже стояли заграждения и попытки их преодолеть пресекалась пулеметным огнем. Оставив на них очередную тысячу павших воинов, враги вернулись в деревню. Их командование было в тупике – попытки преодолеть заграждения вызывали гибель воинов от невидимого врага, который находился в колесницах. И тут они услышали громкий голос. Это был голос маршала Чонга. Он сообщил им, что они окружены и предложил сдаваться в плен – они будут работать на строительстве дорог, им будет обеспечено хорошее питание и жилье. Командиры будут командовать бригадами строителей, следить за дисциплиной. Плен продлится десять лет, после чего желающие могут покинуть остров или остаться тут жить и работать как свободные люди. Желающие сдаваться должны подходить к воротам фильтрационного лагеря, сдавать оружие и доспехи, сообщать свое имя и должность в армии, после это проходить в фильтрационный лагерь, куда укажут.

Командиры окруженного войска внимательно осмотрели окрестности – со всех сторон стояли ограждения в три ряда, через пятьдесят метров, за ними на удалении полета стрелы стояли колесницы, стреляющие смертельными маленькими стрелками, которые пробивали любые доспехи.

– Это ловушка была с самого начала! Нас предали! – раздавались голоса младших командиров. Старшие командиры молчали, они понимали, что их переиграли. И выход у них оставался только один – в плен, если они хотели жить. Самый старший по званию маршал Дзин вынес свое решение:

– Я стар уже, прожил долгую жизнь, мне и умереть не страшно. Но вы все еще молодые, зачем вам умирать? Я понимал бы, если мы могли пробить эти заграждения и уйти – тогда был бы смысл умирать. Но нам не разу не удалось их прорвать по всему берегу – мы оставили там десять тысяч убитых воинов. Увидев тут привычного врага, мы кинулись на него и славно порубили его, когда он отступал. Но это оказалось ловушкой, мы им были нужны как пленные, иначе они бы нас всех могли утопить в море, как утопили половину нашего флота, в том числе наших главнокомандующих. Поэтому я приказываю всем сдаться в плен, идти к фильтрационному лагерю и выполнять все их приказы. Я пойду первым, за мной пойдут полки в следующем порядке, – тут маршал перечислил, кто и в каком порядке пойдет. Маршал понимал, что не надо давать воинам время на размышления, иначе начнется буза, опять кинутся на заграждения и полягут.

– Ты старый предатель, я убью тебя! – на маршала кинулся младший принц Нолон, выхватив меч. Но это было трудно сделать с перерезанным горлом, которое ему тут же рассек меч маршала Лодола, он им владел отлично. Младший принц был одним из представителей королевской семьи в войсках, не имея никакой реальной власти. Остальные представители королевской семьи погибли на флагманских кораблях.

– Приказы командира не обсуждаются, – провозгласил маршал Лодол, пряча меч в ножны. Командиры полков разошлись по полкам, готовить воинов к сдаче в плен.

Через час остатки войска были построены в колонны, и они двинулись к воротам фильтрационного лагеря.

– Нет ли тут подвоха? Чего они так быстро сдались? – забеспокоился полковник Савельев. – Мы рассчитывали, что они только через неделю начнут сдаваться, поголодав и съев всех лошадей.

– Наверное, командиры вычислили, что это тем и кончится, поэтому решили не тянуть, – предположил генерал-майор Соколов. – Мы грамотно спланировали и провели всю войсковую операцию во взаимодействии с королевскими войсками, поэтому такой результат.

Тем временем войска двигались к фильтрационным воротам. Там их ждали воины в странных доспехах – комплекты «Ратник» для них были необычны. У них забирали оружие и доспехи, велели смотреть в какую-то дырку с блестящим стеклом и называть свое имя и должность, после этого давали брелок на шею – говорили, что это личный идентификатор, заставляли проходить через какую-то рамку, которая обнаруживала у них спрятанные ножи и другие металлические предметы, после этого передавали следующим воинам, которые отправляли их дальше в лагерь, под навесы. Вечером прием пленных не останавливался – зажглись яркие звезды по всему периметру деревни и лагеря, стало светло как днем. Многие воины, замышлявшие побег, решили отложить его до лучших времен – попасть под огонь этого страшного оружия им не хотелось.

Пленным, разместимся под навесами фильтрационного лагеря, передали еду и воду, аппетитные запахи разносились далеко за пределы фильтрационного лагеря, и воины, ожидающие фильтрации, начинали верить, что их будут нормально кормить.

На море днем, после окружения войск агрессоров, была своя эпичная битва. К оставшимся у берега кораблям подходили малые десантные корабли – МДК и через громкоговоритель предлагали сдаться – поставить корабль на якоря, экипажу сойти на берег. В ответ в них летели стрелы из луков и баллист, что, впрочем, не причиняло им вреда. Но в ответ МДК очередью из пулемета остужал пыл агрессоров, и он продолжал свою агитацию. Когда корабль попытался поднять паруса, чтобы уйти от берега, несколько очередей по матросам на реях, убавило число желающих это делать. К вечеру все корабли были захвачены, кое-где пришлось сделать с боем, но из русичей никто не пострадал – комплекты защиты «Ратник» хорошо защищали от стрел, а автомат или пистолет хорошо защищали от меча.

На следующий день в штабе подводили итоги битвы. Маршалы ходили гоголями, еще бы – победили войско агрессоров и взяли в плен тридцать тысяч воинов. Захвачено было полсотни кораблей, из них сорок больших, на тысячу воинов. Подобрали на поле битвы и сняли с пленных сорок тысяч комплектов брони и оружия. Правда, предстояло еще похоронить – кремировать около пяти тысяч своих воинов, и вывезти в море десять тысяч трупов врагов. Пленных для этого решили не использовать – была высокая вероятность мятежа и бегства. Использовали для этой печальной процедуры грузовики русичей, грузчиками работали воины короля. На трофейных судах трупы вывозили в море на тридцать километров от берега и сбрасывали в воду, местные акулы там устроили самое настоящее пиршество.

По случаю победы король устроил большой пир в своем дворце, пригласив на него всех военачальников своих и русичей. Через неделю после пира началась дележка трофеев, по предварительной договоренности все поделили пополам. С пленными экипажами судов договорились, что они будут работать на короля и русичей за ту же оплату, что получали у бывших хозяев судов.

На встрече с послом Константиновым король Ватсванг предложил нанести ответный визит в Малакку, чтобы отбить охоту нападать на Суматру и его королевство. Посол пообещал передать его предложение наверх, Великому князю, но сразу предупредил, что там вряд ли одобрят участие в такой операции.

– Но, возможно, Великий князь Валерий Иванович рассмотрит возможность помощи королю для объединения с Явой, если нам взамен отдадут остров Бали, – сказал посол.

После этих слов король подтянулся, переглянулся со своими маршалами и сообщил, что вопрос о присоединении к королевству острова Ява они рассмотрят в ближайшее время, при этом вопрос о передаче острове Бали в собственность Великой Руси будет решен положительно.

Экспедиция адмирала Касатонова

Эскадра под флагом адмирала Касатонова двинулась на север к берегам Великой Руси. Ей поставили задачу создать порт в Китае, но разведка донесла, что все побережье современного северного Китая захвачено монголами. Адмирал направил сообщение в Генеральный штаб, там его задачу скорректировали – направили во Владивосток, создать незамерзающий порт Находка. Туда уже завозят строительные материалы для портовых сооружений и крупной нефтебазы для обеспечения региона горючим с Охи, на этой линии будет курсировать танкер «Победа» водоизмещением тридцать пять тысяч тонн. Попутно адмирал должен создать на острове Хоккайдо небольшой порт-крепость для приема кораблей, заключить договор о вассалитете с верховным вождем айнов.

Через две недели караван подошел к Владивостоку. Танкер сразу отправился на Оху за горючим, а корабли, высадив десант, встали на якоря в бухте Золотой Рог. БДК «Адмирал Макаров» сразу двинулся к острову Хоккайдо устанавливать дипломатические и торговые отношения с народом айнов. У побережья на севере острова они запустили шар и установили на берегу пункт топографической привязки.

Корабль встал на якорь в бухте Хокойдате, так она называлась в 20 веке, на берегу расположились редкие хижины рыбацкой деревеньки и на берегу лежали небольшие лодки.

– И с кем тут устанавливать дипломатические отношения? – проворчал адмирал. – Тут еще родоплеменной строй, надо просто заложить тут порт-крепость и сообщить им, что они стали подданными Великой Руси. Для них это будет достаточно. Нам нужен тут просто иметь порт-крепость для базирования патрульного флота, пары МДК будет достаточно. Да вообще – зачем нам нужен этот Хоккайдо? Я понимаю, что в 20 веке Япония – крупная держава и не раз доставляла хлопоты России. А тут – убогая феодальная страна, у нее не будет спонсоров в виде Великобритании, которая вооружала ее против нас.

Решив для себя эту логическую задачу, адмирал приказал заложить порт-крепость, строители принялись за работу. Не теряя времени, запустили шар и установили на берегу пункт топопривязки. Через три дня к ним прибыл верховный вождь айнов, адмирал встретился с ним. Переводчики кое-как наладили разговор, адмирал подарил вождю богато украшенный нож с ножнами, в обмен вождь подарил несколько шкурок горностая и поделки из кости. Айны спокойно приняли, что они теперь являются подданными Великого Князя Великой Руси, адмирал составил соответствующую грамоту и вождь поставил на ней вместо подписи отпечаток большого пальца. Адмирал сообщил, что они должны ежегодно платить дань – обеспечивать мясом и другими продуктами пост – порт-крепость с маленьким гарнизоном. Без назначения дани его бы не приняли всерьез – время такое было, хотя брать что-то от этих племен адмиралу совсем не хотелось.

Через месяц порт-крепость была построена, адмирал колебался – стоит ли пока оставлять гарнизон, или сделать это на пять или десять лет позднее. Но тут пришла подсказка в виде предложения вождя айнов ухаживать за крепостью, пока русичи будут отсутствовать. На том и сговорились с вождем, что его дань будет заключаться в уходе за портом-крепостью и приемом раз или два в год конвоев русичей.

БДК «Адмирал Макаров» двинулся вдоль западного побережья Японии, развешивая шары для навигации и наблюдения за погодой, оттуда вернулся во Владивосток. Адмирал сошел с корабля, и тот отправился к берегам Америки, по пути посетив Оху на Сахалине, где его дожидался танкер «Победа». Далее они вместе с танкером двинулись к Камчатке, по пути следования на Курильских островах запускали шары и ставили пункты топопривязки. На Камчатке в Авачинской губе заложили порт-крепость и нефтебазу – пункт бункеровки кораблей на месте Петропавловска-Камчатского. Через два месяца двинулись в Анкоридж на Аляске – заложить там порт-крепость, нефтебазу и пункт бункеровки кораблей, по пути развешивая шары вдоль Алеутских островов. Через год после выхода из Томска «Адмирал Макаров» пришвартовался в Сан-Франциско, к своему порту приписки. Адмирал Касатонов из Сан-Франциско вернулся на Ил-18 в Томск заниматься развитием флота княжества.

Глава 21

Портал в Монголии

В генеральном штабе шло совещание, посвященное обнаруженному в Монголии порталу. Появилась информация о выходе из портала еще одного тумена воинов и подготовке к атаке западного выхода из ущелья, судя по их разведчикам. К этому времени ловушка, подобная была опробована на острове Суматра, была готова к приему гостей. У входа в ущелье были укрепленные фланги и создана видимость обороны центра. На выходе из ущелья так же были укреплены фланги, и по центру шел коридор из ограждений, ведущий в накопитель и фильтрационный лагерь.

– Мы планируем захватить в плен половину воинов, – сообщил командующий группировкой войск в Монголии генерал-полковник Арбузов. – После разгрома и пленения войск мы намерены атаковать лагерь монголов возле портала и захватить его.

– Какие планы у вас относительно захвата внешней стороны портала? – спросил Миронов.

– Пехота с автоматами и ручными пулеметами в защитных костюмах типа «Ратник», которые держат удары стрел из луков, выдвинется вперед. Ну и них будут различные виды наступательных гранат, в том числе и свето-шумовые. У них будут также щиты с бойницами, если напор монголов окажется очень мощным. Пока не попробуем – не узнаем, – слегка улыбнулся генерал-полковник. – Далее планируем установить заграждения и построить доты по флангам от ущелья портала. Пока о рельефе ущелья нам мало известно, наши умельцы придумали сборную долговременную огневую точку из стальных листов, которые накладываются на стальной каркас. Их установим в первую очередь для прикрытия бойцов, которые будут устанавливать заграждения.

На экране показалась сборная огневая точка, которую переносили трое бойцов. Миронов внимательно посмотрел ее и дал свое добро – бойцы в ней не должны были пострадать от стрел монголов.

– Какие дальнейшие действия по укреплению обороны портала вы планируете? – спросил Миронов.

– После изучения рельефа устроим такую же линию защиты, как в ущельях. По флангам стационарные ДОТы с пулеметами, по центру перекрываемый проход в портал. Помимо проволочных заграждений планируем сделать ров, прикрываемый убирающимся мостиком, – сообщил генерал-полковник. – Дополнительно будут на первое время организованы огневые точки с минометами и минные поля с управляемыми минами, если они рискнут пойти напролом.

– Ну что ж, удовлетворительно, действуйте, – одобрил Миронов.

***

Через месяц накопившиеся силы монголов – к ним присоединились еще два тумена из портала – двинулись к западному выходу из долины. Сорок тысяч хорошо вооруженных и экипированных воинов монголов двигались в приготовленную для них ловушку. Разведка у монголов была поставлена хорошо, но кроме внешнего наблюдения за укреплениями воинов Руси они ничего не могли сообщить своему командованию. Но без сюрпризов не обошлось. Войско монголов выстроилось за пятьсот метров от ограждения, затем в атаку по всему фронту пошла легкая кавалерия. Всадники, не доходя до ограждения с полсотни метров, стали обстреливать горящими стрелами БТРы, установленные за триста метров от них. Стрелы немного не долетали до БТР, не принося никакого урона. Затем пошла вторая волна легкой кавалерии, они доскакали до ограждений и бросили на них связанные между собой щиты, установив мостик через них. Спешившиеся воины перебегали по щитам внутрь защищенной зоны, но за первой линией стояла вторая и третьи линии ограждений, которые тоже требовалось преодолеть. Через десять минут после преодоления первой линии заграждений монголы набросили щиты на вторую линию заграждений и начали перебираться через нее. Но тут заработали пулеметы БТР, сметая монголов с ограждений. Монголы начали накапливаться после первой линии заграждений для прорыва. Через полчаса они всей массой рванулись на штурм второй линии заграждений. Пулеметы работали непрерывно, но они не справлялись, монголы стали просачиваться в пространство между второй и третьей линией заграждений. Но при попытке продвинуться к третьей линии заграждений стали раздаваться взрывы – там были расположены минные поля, но их не было на центральной линии обороны. Атаки на флангах захлебнулись, зато в центре монголы продвигались, несмотря на большие потери. Когда до БТР на центральной линии обороны осталось сто метров в них полетели горшки с греческим огнем, которые монголы метали с помощью пращ. БТР запылали и прекратили огонь – на самом деле это были макеты БТР, а огонь вели мотострелки из окопов и замаскированных дотов с флангов. После воспламенения макетов БТР бойцы прекратили огонь, показывая монголам успешность атаки. Но монголы еще попытались ударить в тыл фланговым подразделениям, однако эта попытка была жестко пресечена пулеметным огнем. Монголы рванулись в ущелье, которое и было их целью. Но хан Чигудей был не прост – его смутила быстрота прорыва обороны противника. Поэтому он сам не рискнул идти в ущелье, оставив при себе три сотни тяжелой конницы, наказав тысячникам сообщить о прорыве ущелья. Само ущелье тянулось на пятнадцать километров – всаднику галопом надо было целый час скакать. Когда все войско монголов втянулось в ущелье, через полчаса генерал-полковник Арбузов приказал уничтожить хана. Залп из двух установок РЗСО «Град» превратил место стоянки хана в выжженную пустыню. Осталось только взять в плен прошедших через ущелье монголов. Тем временем мотострелки перегородили вход в ущелье, установив три линии заграждений для предотвращения обратного прорыва монголов.

Через час голова колонны монголов вышла из ущелья, проход по центру преграждали мощные укрепления, зато на правом фланге они были совсем слабые. Тысячник Коронай приказал прорываться на правом фланге, и легкая конница по проверенной тактике, накинув щиты на линию заграждения, быстро преодолела ее. Разведчики монголов, стоя на седлах коней, сообщили тысячнику, что дальше коридор для прохода войска свободен. Монголы ринулись на пробитый проход на правом фланге. Через час три тумена монгольского войска зашли в огороженный концлагерь, проходы со стороны ущелья закрывались – БТР с помощью тросов вытягивали готовые линии заграждений, остальные стороны были огорожены высоким забором. Легкая конница попыталась прорубить его, но тут же попадала от ударов высоким напряжением и от пулеметного огня, который вели БТРы. Попытки забрасывания греческого огня ничего не дали – до БТР было больше трехсот метров. Тысячник Коронай приказал прорваться назад, но там была та же преграда – плотный пулеметный огонь не давал приблизится к заграждениям. До Короная дошло, что они попали в ловушку. Подтверждая это, отовсюду раздался голос, который сообщил, что войско монголов окружено. Кто не сдастся в плен – будет уничтожен. В плену им предстоит отработать десять лет на строительстве дорог, они будут обеспечены хорошей едой, ночлегом и одеждой. После десяти лет они смогут работать как вольные люди или вернуться домой.

Среди монголов начался разброд, Коронаю пришлось убить двоих смутьянов, чтобы не устраивали брожение. Враги не нападали, у монголов было время подумать. А тем временем голос вещал:

– Десятники и сотники будут руководить бригадами строителей, у них будут улучшенное питание и условия проживания. Вам предстоит построить дорогу от побережья теплого моря на востоке до большого озера на западе.

В таком ключе голос агитатора продолжал круглосуточное вещание, через двадцать минут делая паузы на полчаса. Монголы на ходу перекусывали тем, что было у них в переметных сумках – обозы остались с ханом. Ночь прошла спокойно, утром голос начал агитацию вновь. Есть монголам было нечего, у них не было котлов и дров, чтобы сварить еду – они могли забить коней. На западной части ограждения открылся проход и голос пригласил проходить в него желающих сдаться в плен, обещал покормить. Несколько воинов монголов были убиты командирами при попытке сдаться. Так прошло три дня, монголы сделали несколько попыток прорваться – несколько тысяч их погибших воинов лежали у ограждений, которые они пытались прорвать. Теперь голос вещал круглые сутки, не давая спать. К нему добавились летающие птицы, которые сбрасывали взрывающиеся бомбы на командиров монголов, первым был убит тысячник Коронай, за ним и два других тысячника, которые пытались препятствовать сдаче в плен. После этого потек сдаваться ручей воинов, постепенно превращаясь в полноводную реку. Обессиленные командиры уже не могли этому препятствовать, сами присоединяясь к сдающимся в плен. Пленных быстро сортировали по отсекам лагеря, обеспечивая ночлегом и питанием. В плен было взято двадцать семь тысяч монголов, вскоре их колонны, сопровождаемые БТР, двинулись на строительство дороги Владивосток-Томск.

Войска Великой Руси приступили ко второй фазе воинской операции – к захвату портала. Дирижабли ЛКВ-10 нанесли удар из установок «Град» по лагерю монголов возле портала, колонна мотострелков из пятидесяти БТР и десяти танков ПТ-76 выступила в направлении лагеря монголов. Когда они подошли к нему, там уже не осталось воинов, способных сопротивляться – дирижабли всех выкосили. Разведчики вместе с танками двинулись в ущелье – повозки свободно проходили через портал, возможно, что и танки тоже пройдут. Но все-таки вперед двинулся БТР с разведчиками, танки остались возле пещеры ожидать сигнала. Побоялись, что от пушечных выстрелов может обвалиться пещера, все-таки пулеметы нет так грохочут. В пещере монголов не оказалось, через километр медленного продвижения в свете фар показался портал – его мерцающая поверхность, выходящая из неровно обваленных стенок пещеры. Ширина проема была метров восемь, причем только четыре из них были пригодными для проезда, остальное завалено камнями. В высоту провал достигал метров десяти, сходился остроконечной аркой. Разведчики подошли поближе к порталу, держась сзади БТР.

– Командир, прочисть из пулемета путь вперед, – попросили по рации бойцы командира отделения разведчиков – неизвестность страшила их. БТР, остановившись в десяти метрах от портала, открыл огонь из тяжелого пулемета КПВТ, поливая огнем на уровне груди человека окно портала.

– Камеру в портал! – скомандовал командир отделения лейтенант Судочкин.

Бойцы на шесте ввели камеру в портал, Судочкин внимательно смотрел на экран. Впереди просматривалась просторная пещера, шириной метров двадцать и высотой метров пятнадцать, далеко светился выход наружу.

– Вперед! – скомандовал Судочкин, перед этим доложив командиру взвода, и БТР проехал через портал. За ним просочились бойцы, осторожно двигаясь за БТР. Пара связистов тянули за собой кабель связи – радиосвязи через портал не было. Видимо, монголы ждали нападения уже за пещерой. БТР стал осторожно двигаться вперед, за ним шли бойцы наготове, в портал следом за ними заехал танк ПТ-76 и еще пара БТР. Все потихоньку двигались в сторону выхода.