Текст книги ""Фантастика 2026-75". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Василий Груздев

Но не все шло гладко. Тот криминальный авторитет Зёма, который давал в долг миллион долларов Александру Селину и не надеялся на их возврат – уж больно плачевная ситуация была на рудниках. Он собирался использовать рудники для отмывания своих криминальных доходов. А тут такая неожиданность. Мало того, что с ним Селин рассчитался за долг с процентами, которые были намного выше банковских, это еще можно было стерпеть. Но рудники начали добыть золото по нарастающей! Это было трудно пережить, когда считай рудники были у него в руках.

Зёма начал раздумывать над тем, как забрать контроль над рудниками, тут его еще приятели из криминальной братвы подзуживали – «Упустил лакомый кусок Зёма!»

Ничего другого Зёма не придумал, как объявить, что проценты не все Селин погасил, а с тех пор год прошел, а проценты всё капают, один процент в день в долларах и проценты на проценты считаются. Это по всем меркам было беспределом, но кто бы этому мог возразить?

– В общем гони мне рудники, и ты мне ничего не будешь должен – объявил по Селину телефону Зёма.

Расстроенный Селин сообщил о ситуации Миронову, спросил, как быть.

– Сообщите, что рудники уже не ваши и время претензий к нему прошло. Пуская ко мне претензии предъявляет, а я с ним разберусь – ответил Миронов.

Миронов позвонил Андропову, они обсуждали возможность помощи КГБ при подобных ситуациях. Андропов сообщил, что уже подготовил группу, которая выедет к Миронову и на месте решит проблему.

После этого Андропов вызвал к себе на конспиративную квартиру своих бойцов невидимого фронта, личную гвардию, отставников КГБ из группы «Бета». На встрече были три опытных бойца, прошедшие нелегальную жизнь в Европе, США, говорящие на четырех языках, умеющие легализоваться в любой стране мира. Леонид, руководитель группы, блондин неприметной внешности попросил уточнить задачу.

– Друзья мои, вам предстоит действовать на нелегальном положении в капиталистической стране, в России 21 века, к чему вас готовили последние два года. Желательно вам там легализоваться, чтобы более продуктивно там работать. Возможно, вам придется прожить там до конца дней безвыездно. Необходимо будет выполнять там задания нашего резидента, кого-то убрать, кого-то просто запугать, у кого-то что-то изъять, кому-то что-то подкинуть – ну как обычно. Но в этом случае для вас будет дополнительный стимул, какой – сообщу позже. Если у кого-то есть какие-то препятствия для выполнения этой миссии – тому нужно сейчас покинуть нас – Андропов замолчал.

– Юрий Владимирович, мы готовы к выполнению такой миссии, без всяких дополнительных стимулов, это наша работа – ответил Леонид. – Будет надо – проживем там всю свою жизнь.

– Все согласны с командиром? – спросил Андропов.

– Согласен – ответил Денис.

– Согласен – ответил Артем.

– Отлично. Отправляйтесь в Томск, там вас начальник УКГБ генерал Завьялов сведет с нашим резидентом, он уже будет в дальнейшем давать вам все приказания. Зовут нашего резидента Миронов Валерий Иванович.

Через день.

– Валерий Иванович, вот ваши ангелы-хранители, которых прислал к вам Юрий Владимирович – представил группу Миронову генерал Завьялов. – Я оставляю вас.

– Здравствуйте товарищи офицеры – поздоровался Миронов. – Давайте знакомиться.

– Леонид, командир группы. Фамилию позже скажу, когда добуду документы.

– Денис, заместитель командира группы.

– Артем, специалист по диверсиям.

– Я открываю вам главный секрет СССР на сегодня – существует портал между мирами, между СССР 1975 года и Россией 2025 года, через который можно перемещать людей и товары. Я живу в России 2025 года, и там мне требуется ваша помощь. Россия – капиталистическая страна, вам необходимо будет в ней легализоваться, как – вас учить не надо. Вопросы?

– Нам предстоит там провести остаток нашей жизни? – спросил Леонид.

– Как сложатся обстоятельства, возможно, что вы сможете жить в Томске-Южном, где мы сейчас находимся, и периодически для выполнения заданий переходить туда – ответил Миронов.

– Что нам предстоит сделать в первую очередь? – спросил Леонид.

– Легализация не быстрый процесс, пока надо срочно решить проблему с криминальным авторитетом Зёмой из Кемерово. Он угрожает деятельности нашего предприятия по добыче золота. – Миронов обрисовал ситуацию, как можно подробнее.

– Что нам надо с ним сделать? – спросил Денис.

– Для начала сильно запугать, чтобы у него пропало желание связываться с нами. Но хватит ли вас троих для этой задачи? Может вам взять подкрепление? Бандитские группировки очень крупные, по несколько сотен бандитов – ответил Миронов.

– Возможно, нам надо изучить ситуацию на месте – ответил Леонид. – Нас Юрий Владимирович уже два года готовил к выполнению миссий в России, мы изучали в том числе и криминальный мир Томска, Новосибирска и Кемерово. Он предполагал, что могут возникнуть подобные проблемы, поэтому и готовил нас. У нас в запасе еще пятеро таких офицеров, готовых к выполнению миссий в России. Нам нужен доступ к интернету, чтобы мы подготовились к выполнению миссии.

– О! Неожиданно! Андропов мне об этом ничего не говорил! – удивился Миронов. – Компьютеры к вашим услугам – вот в этом кабинете есть два, еще планшет могу дать.

– Спасибо, этого будет достаточно. Где мы можем разместиться на ночлег? – спросил Леонид.

– На пятом этаже гостиница, для вас отведено три номера. Но там нет компьютеров. – ответил Миронов.

– Нам нужны планшеты с доступом в интернет, смартфоны с томскими СИМ– картами, деньги, об остальном позаботимся сами – сообщил Леонид.

– Вот полтора миллиона рублей – достаточно? – спросил Миронов, выкладывая три пачки купюр.

– Вполне – ответил Леонид, забирая деньги.

– Смартфоны с симками будут завтра. Работайте, завтра продолжим обсуждение в девять утра – Миронов попрощался с офицерами.

Лечение больных

– Риточка, дорогая, твоя помощь нужна! Заплачу любые деньги – срывающимся голосом просила по телефону Вера Михайловна, бывшая клиентка Риты по омоложению.

– Приезжай ко мне – тут и поговорим – закончила разговор по телефону Маргарита. Через час Вера позвонила, и Рита открыла ей дверь дома.

– Риточка, дочка моя Леночка заболела, неоперабельная опухоль головного мозга! Умоляю, спаси её! Ей всего тридцать лет, двое детишек у неё маленьких – плакала Вера Михайловна.

– Вера, успокойся. Надо подумать. Ты же наверно поняла после Ангелины, что мы закрыли эту лавочку из-за опасности утечки информации. Сама понимаешь, каких денег нам это стоило – остановила ее стенания Рита.

– Риточка, я заплачу любые деньги, и никто не узнает об этом – умоляла Вера.

– Но дочка то узнает – ей-то рот не заткнешь – возразила Рита. – У меня есть идея. Ты можешь ее снотворным накачать? Чтобы часа три поспала, тогда бы мы ее пропустили через нашу клинику. При выписке ее опять усыпят и выдадут тебе в спящем виде.

– Ой, да легко! Ей снотворные прописали с наркотиком – обезболивающие, всю ночь спокойно спит от него – обрадовалась Вера.

– Ты с ней там неделю перекантуешься, чтобы она не испугалась чужого места. Заплатишь два миллиона, как и в прошлый раз – сообщила Рита. – Когда привезешь ее?

– Да хоть сейчас – подскочила Вера.

– Сейчас ты как ее снотворным накачаешь? – спросила Рита, качая головой. – Давай к девяти вечера привози, я договорюсь с клиникой, чтобы ждали нас. Усадишь ее на заднее сидение после приема таблеток, будешь возить по городу, пока она не заснет. После этого приедешь ко мне домой, вместе пойдем в клинику.

– Хорошо Риточка, спасибо тебе! Век буду твоей должницей! Деньги я уже сняла, знала, что ты мне не откажешь! – благодарила Вера.

– Успокойся, езжай домой, готовь дочь и себя к поездке – улыбнувшись, предложила Рита.

Не переставая благодарить Риту, Вера уехала домой. Около десяти часов ночи она вернулась к дому Риты со спящей на заднем сидении машины дочерью. Рита вышла из дома, и они поехали на машине к зданию склада фирмы Миронова. Рита открыла ворота, и они заехали на машине в них. Рита закрыла ворота и подкатила к машине носилки-каталку. Они вместе с Верой переложили на них Лену, перекатили каталку на платформу подъемника, спустились в подвал. Там стоял микроавтобус без окон, приспособленный для перевозки лежачих больных, они загрузили в него носилки с Леной, Рита села за руль, Вера села рядом с дочерью, и они поехали в клинику. Через пять минут они были в клинике, там их ждали, санитары вытащили из машины носилки с больной и отвезли ее в приемный покой.

– Доктор, она приняла лекарство, будет спать до утра. Пройдите с ней все диагностические процедуры, которые возможны в таком состоянии и отправляйте на лечение. Она пробудет у вас до выздоровления, в случае необходимости сделаете повторные сеансы нашей ОМО-терапии – попросила Рита – такое название придумали для таких процедур – без всякого смысла.

– Все сделаем в лучшем виде – пообещал доктор Семенихин, увозя каталку с больной и с ее документацией о болезни в клинику.

– Риточка, я же деньги привезла – напомнила Вера.

– Давай, сегодня касса уже не работает – завтра внесу – сказала Рита и забрала у Веры четыре пачки купюр. – Что ты домашним сообщила? – спросила Рита.

– Сказала, что в лесной санаторий поедем к чудотворному источнику на месяц, молиться будем. Отпустили нас легко – опухоль-то неоперабельная. Тоже на чудо надеются. Муж аж почернел от горя – ответила Вера.

– Ну давай располагайся в палате у Лены, тут есть интернет, но ты лучше никому ничего не пиши – да в общем то и не сможешь – только читать сможешь, отрабатывай легенду о лесном санатории, телефоны свои выключите на всякий случай. Меня к тебе пригласят в случае необходимости – попрощалась Рита.

Через месяц Рита приехала за Верой с дочерью. Лена уже спала на носилках, носилки поставили в микроавтобус, Рита села за руль и отвезла их в здание склада. Носилки они вместе с Верой вытащили из машины, поднялись вместе на подъемнике на первый этаж, осторожно переложили Лену на заднее сидение джипа Веры.

– Риточка, век буду за тебя молиться! – со слезами на глазах благодарила Вера. – Ты дочку с того света нам вернула!

– Вера, только прошу тебя, сохрани всё в секрете. Иначе лишимся этого источника жизни – попросила Рита.

– Буду молчать как камень! – твердо сказала Вера. – Я и Лене внушала легенду нашу, что мы живем в лесном санатории возле чудотворного источника, и молим бога об излечении. Она так и думает.

Женщины расцеловались, Вера уехала домой, а Рита довольно улыбалась – жизнь человеческую спасти удалось. Она бы была готова и бесплатно вылечить Лену, но ценовой барьер должен был ограничивать число желающих, чтобы не раскрыть существование портала.

Но они расстались, но совсем ненадолго. Через две недели Вера позвонила вновь.

– Риточка, выручай, мой мужик совсем плох! Я тебе его могу также в таком же состоянии привезти в санаторий! – плакала Вера в трубку.

– Приезжай сама – потребовала Рита и положила трубку. Через час приехала заплаканная Вера.

– Риточка, у Жени был второй инфаркт, он едва после него ходит. Врачи ничего не обещают – говорят сердечная мышца изношена сильно. Помоги, спаси! Деньги есть, оплачу, как и прежние лечения! – плакала Вера.

– Да не скули ты! Давай, вези своего мужика, но только точно так же – в спящем состоянии, так же и забирать будешь. Сможешь с ним вместе там побыть месяц? Хотя у него не такой тяжелый случай – можешь через неделю его забрать – предложила Рита.

– Спасибо тебе Риточка! Спасаешь мою семью в очередной раз! – сквозь слезы прошептала Вера.

– Вези Женьку своего, поставим его на ноги! – улыбнулась Рита. Ей было приятно делать людям добро. – Только та же легенда про лесной санаторий и молитвы – потребовала она.

– Сегодня вечером привезу – примешь? – с надеждой спросила Вера.

– Приму, позвонишь, как подъедешь – согласилась Рита.

Вечером они с Верой и санитарами по отработанной процедуре перевезли Женю в клинику, там он прошел, а точнее его провезли по всем обследованиям, и отправили на установку омоложения – на процедуры ОМО-терапии, такое название они придумали вместе с докторами, допущенными до сути этих процедур. Через неделю Вера так же, как и дочь, увезла спящего мужа к себе домой. Через месяц она приехала к Рите с бутылкой дорогого вина и коньяка.

– Риточка! Ты мое спасение! Мне жизнь спасла, дочери и мужу! Век на тебя молиться буду! Хочу выразить свою благодарность, но не хватает слов. Давай посидим, выпьем хорошего вина. Я понимаю, что ты готова помочь всем, но опасность раскрытия тайны этой клиники тебе мешает. Но ты придумала хорошую схему сокрытия тайны путем усыпления пациентов. Коли мне господь и ты дали возможность пожить дольше, то и я хочу помочь другим людям в этом. Женя, мой муж, после лечения стал таким энергичным мужчиной во всех смыслах, и сказал мне, что готов отдавать половину своей прибыли для спонсирования лечения больных с помощью ОМО-терапии. Давай Риточка, будем помогать людям, я буду вместе с мужем оплачивать их лечение, буду привозить тебе их спящих, быть с ними в клинике, и забирать их оттуда – предложила Вера.

– Хорошее начинание Вера, но какая ОМО-терапия? – удивилась Рита. – Ты о чем говоришь?

– Прости Рита, это только с тобой. Мужу я говорю об лесном чудотворном источнике и санатории возле него.

– Мне нужно обсудить этот вопрос с владельцами клиники. Я думаю, что они согласятся на такой вариант, тем более что больных много не будет – не на многих хватит прибыли у твоего мужа. Я тебе позвоню завтра – сообщу о решении владельцев клиники – закончила Рита.

На следующий день, после обсуждения с мужем, Рита позвонила Вере и сообщила о запрете владельцев клиники лечить посторонних людей из-за опасения раскрытия тайны.

Глава 23

Модернизация экономики СССР, 1975 год

– Ну что товарищи, подведем итоги 1975 года – предложил Косыгин на предновогоднем заседании малого политбюро.

– А что их подводить? – спросил Брежнев. – У нас же не съезд партии. Хотя до него месяц остался – пошутил Брежнев.

– Леонид, хватит шутить. Надо подготовиться к съезду, о чем будем на нем докладывать – попросил Косыгин.

– Докладывать есть о чем. Но думаю, что мы-то тут собрались для того, чтобы понять, о чем мы можем доложить в тех областях, где мы использовали информацию и технику 21 века – так ведь? – спросил Брежнев.

– Ну да, об остальном на пленуме ЦК поговорим – согласился Косыгин.

– Ну можно тогда я начну – попросил слова Брежнев.

– Ну давай – улыбнулся Косыгин.

– Начну с самого вкусного – в ноябре выпуск персоналок достиг ста тысяч в месяц и нарастает. Половина уходит на экспорт, оптовая цена полторы тысячи долларов, семьдесят пять миллионов долларов в месяц гарантированно! К марту 1976 года надеюсь, что удвоим производство. Как я уже упомянул, вторая половина уходит у нас на предприятия страны. Но выявилась катастрофическая нехватка печатающих устройств для этих компьютеров. Томск-Южный производит всего тысячу лазерных принтеров – они на вес золота у нас, качество печати изумительное. Почему на вес золота – отвечаю – их в США покупают по оптовой цене в десять тысяч долларов! Правда прибыль приходится пополам с Мироновым делить с этих принтеров – он их производит. Струйные или чернильные принтеры попроще, их там три тысячи выпустили, на заводах Минприбора пока по десять тысяч выпускаем в месяц – правда головки закупаются для них в Китае, но чернила свои используем. Матричные принтеры производит Минприбор, с ними попроще – но тоже пока пятнадцать тысяч в месяц только вытягивают. Мы схитрили и закупаем матричные принтеры в ГДР, Польше и Болгарии, поставляем им взамен наши персональные компьютеры – убиваем двух зайцев. По аналогичной схеме работаем с Венгрией и Чехословакией. Не хотят наши друзья по полторы тысячи долларов платить за компьютер, но за принтер купить готовы. Тут мы и друзьям помогаем компьютерами – очень просят, и себя принтерами обеспечиваем. Матричный принтер стоит примерно, как компьютер – три тысячи долларов. Через пару лет будет в два-три раза дешевле.

Это по компьютеризации – тут открыто пока больше похвастать нечем. Про наши серверы лучше промолчим, укажем, что благодаря усилиям наших ученых значительно повышена производительность вычислительных центров, в некоторых случаях в тысячу раз.

– Ты же говорил, что в миллиард раз – спросил Громыко.

– Ну не могу же я эту цифру открыто сообщать, Андрей Андреевич. И так все попадают от тысячи раз – отмахнулся Брежнев.

– Пожалуй и с тысячью будет перегиб – вставил свое слово Устинов. – Если БЭСМ-6 имеет миллион операций в секунду, то получается мы достигли производительности миллиард операций? Давай уж остановимся на повышении в тридцать два раза, как и было.

– Хм. Резонно. Хорошо, будет повышение в тридцать два раза, но без «некоторых случаев» – согласился Брежнев.

– Мы все шифры США и НАТО на щелчок взламываем теперь – хихикнул Цвигун.

– Юморист ты я смотрю! – строго взглянул на Цвигуна Андропов.

– А что – есть чем похвалиться – почему бы и нет – засмеялся Брежнев.

– Можно я добавлю на тему компьютерных сетей? – спросил Устинов.

– Добавляй – разрешил Косыгин.

– Все вычислительные центры страны у нас связаны с единую информационную сеть, мы назвали ее интернет – пускай название из 21 века останется. И сделали это с помощью высокоскоростных линий связи на оптоволокне, которое производят предприятия министерство связи СССР. Вот. И теперь все вычислительные ресурсы страны объединены и доступны каждому предприятию. Когда Москва еще спит, Владивосток использует компьютеры Москвы, и когда Владивосток уже спит, то Москва использует компьютеры Владивостока.

Ну и бонус для населения от производства компьютеров – начат выпуск цветных телевизоров «Томич» с жидкокристаллическим экраном, с диагональю шестьдесят один сантиметр в Воронеже и Саратове. Причем мониторы для них производятся в Томске-Южном, как, собственно, и мониторы для персональных компьютеров. В магазинах они выставлены по семьсот рублей, немного дороже телевизоров «Горизонт» с кинескопом. Ну и мы сразу начали сворачивать производство кинескопов – эти заводы переводим на выпуск жидкокристаллических мониторов – закончил Устинов.

– Что еще мы можем доложить о наших достижениях, благодаря Томску-Южному? – спросил Косыгин.

– Мы приняли на вооружение летающую бомбу «Герань-20», которая может поражать врага на расстоянии две с половиной тысячи километров. И не просто поражать, а в заданном районе искать средства ПВО противника и наносить по ним прицельный удар после нескольких часов барражирования – сообщил Гречко.

– Ты тоже в юмористы записался? – спросил уже Устинов.

– Это можно сообщить на закрытом заседании – оно же у нас будет посвященное армии и флоту – парировал Гречко.

– Пока про беспилотники такого типа мы вообще никому сообщать не будем, как и принимать на вооружение тоже. Разработки и испытание проводите, но не более того – закончил дискуссию Косыгин. – Или вы хотите, чтобы такие летающие газонокосилки появились в Германии?

– Как скажете – вздохнул Гречко.

– Кто еще что-нибудь предложит? – просил Косыгин.

– Политика разрядки напряженности дает свои плоды – мы вместе с США снизили расходы на оборону и это отражается на благосостоянии наших граждан – вставил Громыко.

– Это уже войдет в общеполитический доклад. Наверно достаточно – остальные достижения уже будем обсуждать открыто на пленуме ЦК, как и доклад съезду – предложил Косыгин.

– Мало мы что-то плюшек для населения дали, благодаря информации с 21 века – задумчиво произнес Андропов. – Надо бы это учесть и вставить в планы на десятую пятилетку хотя бы телефонизацию страны, довести её до двадцати процентов – со вздохом выговорил Андропов. – Понимаю, что это трудно, но это очень надо.

– Включайте – я этим вопросом займусь – поднял руку Миронов.

– Отлично – тогда выполним такой план – обрадовался Андропов.

– Надо работать над нашей легкой промышленностью, зарплаты растут, а купить на них нечего – констатировал Косыгин.

– Надо посвятить этой проблеме наше отдельно заседание – предложил Андропов.

– Хорошо, в начале января и соберемся – подвел итог Косыгин.

* * *

Миронов вместе с Лигачевым возвращались из Москвы на самолете с прошедшего заседания малого политбюро, или как оно теперь официально называлось «Комиссия по научно-техническому прогрессу», на котором подвели итоги года, и они продолжали неспешно обсуждать эту тему.

– Ну как вам на ваш взгляд эти прошедшие два года – спросил Лигачев.

– Сделано конечно очень много за такой короткий срок – ответил Миронов.

– Да, за два года сделать такой гигантский объем работы – даже не верится, что это нам удалось – прокомментировал Лигачев достижения СССР. – В этом году выпуск персоналок в СССР достиг ста тысяч в месяц, половина их уходит на экспорт, спрос на них нарастает в лавинообразном порядке, особенно в США.

– Да, Брежнев ликует – улыбнулся Миронов – валютная выручка потекла рекой. Производством персоналок теперь заняты предприятия, на которых ранее планировалось производить ЕС ЭВМ. И эти предприятия не просто решают внутренние проблемы оснащения страны компьютерами, а еще и валюту зарабатывают, экспортируя их.

– Да, раньше мы сами валюту на закупку компьютеров тратили, а теперь – надо же! Сами на этом зарабатываем – радовался Лигачев. – Здорово решилась проблема с накопителями! – добавил Лигачев. – Теперь сами производим флешки!

– Да, Дшхунян и его команда освоили производство флэшки тридцать два мегабайта, в персоналки для экспорта в качестве накопителя. Теперь начали выпуск сменных флэш-накопителей на этих же микросхемах, но пока их еще придерживают для экспорта, внутренний рынок насыщают – подтвердил Миронов.

– Да, теперь заводы по производству микросхем работают круглосуточно без выходных и праздничных дней – сообщил Лигачев, радуясь. – Подключили к этой программе наш НИИПП и Новосибирский НЗПП, работа на них закипела с новой силой!

– За этот год я закупил в Китае еще восемь технологических линий с топологическими нормами 0,18 микрона, они все установлены в Томске-Южном, в цехах, которые построены вокруг портала. Ну это для того, чтобы было легче обслуживать и заменять оборудование персоналу китайских компаний. Нами отработана транспортная схема, обеспечивающая доставку китайских специалистов в закрытом автобусе в закрытые цеха предприятия СССР из России. Они и не подозревали, что попадают в СССР пятидесятилетней давности! – сообщил ему Миронов. – Эти линии сразу загрузили производством флэш-памяти для персоналок.

– Да, все-таки засекреченность порталов дает свои преимущества – подтвердил Лигачев.

– Теперь мы сами производим лазерные и струйные принтеры – добавил Миронов, – оборудование для их производства также закуплено в Китае. Эта продукция сейчас переводится на микросхемы своего производства, и только после этого можно будет начать её экспорт на Запад.

– Я в курсе этого – много пришлось потрудиться нашим химикам, налаживая в СССР выпуск чернил и краски для этих принтеров – добавил Лигачев. – Надо же обеспечивать эту технику своими расходниками!

– Производство цветных дисплеев на жидких кристаллах для персоналок расширяется, начали выпускать на их основе компактные цветные телевизоры с диагональю тридцать два сантиметра – сообщил Миронов. – Ну и Устинов уже сообщал, большие телевизоры мы производим с диагональю шестьдесят один сантиметр. Специалисты с Зеленограда и Воронежа должны скопировать и наладить выпуск собственных микросхем для этих телевизоров, а также сверхъярких светодиодов, тогда и эту продукцию можно будет экспортировать.

– Да, такие уже телевизоры можно будет поставлять на экспорт, а предприятиям СССР начать осваивать выпуск светодиодных ламп и светильников – добавил Лигачев.

– Для стимулирования выпуска светодиодов и светильников на них, правительству надо будет принять решение о переводе уличного освещения на светодиодные светильники – высказал пожелание Миронов.

– Вы же знаете, что у нас пока дефицит телевизоров – пока все светодиоды пойдут на дисплеи и экраны телевизоров. Но потом, возможно, и светильники на них будем делать – согласился Лигачев. – У нас сейчас ученые упорно работают над изготовлением матриц для фотоаппаратов и видеокамер, на благо им была предоставлена документация и образцы фотоаппаратов и видеокамер. Так вот, уже выпущены первые цифровые фотоаппараты «Смена-8Ц», которые проходят опытную эксплуатацию – похвалился Лигачев.

– Да? Не знал об этом. Я за всем уследить не могу – привез фотоаппараты и видеокамеры в общей массе заказа, а что их начали копировать – для меня новость – удивился Миронов.

– Ну еще новость – вы с этим пока не сталкивались, но результат уже есть – сообщил Лигачев. – За прошедший год в СССР была проведена банковская реформа, Госбанк перешел на российскую систему передачи данных по интернету. Вы для этого приобретали соответствующее программное обеспечение в России под видом попытки организации своего банка. В банки были проведены линии связи и установлены современные персональные компьютеры – в помещениях первых отделов. На больших предприятиях, которые имели свои первые отделы, для бухгалтерии устанавливаются выделенные для неё персональные компьютеры из России, и они могут пользоваться системами клиент-банк из России. В таком режиме межбанковские переводы стали производиться моментально, что значительно облегчило обслуживание клиентов.

– Интересная информация. Покупал систему, а что с ней дальше не знал. Еще была приобретена неограниченная лицензия на систему 1С-предприятие, но правда, без права продаж в России – чем там дело кончилось? – спросил Миронов.

– Эта система устанавливается на персональные компьютеры предприятий СССР, конечно, они опять же из России, и опять в помещениях первых отделов, но предприятия её начали использовать и постепенно переходят на новый технологический уклад, как это у вас называется. Мне демонстрировали её работу на Томском Манометре – от директора до кладовщика всем все понятно. Но не все кладовщики, к сожалению, имеют допуск к первому отделу – огорченно добавил Лигачев.

– Через года два ваши ребята освоят Пентиум-три и тогда у вас будут работать свои персональные компьютеры на предприятиях. Тогда кладовщикам не потребуется допуск в первый отдел – пошутил Миронов.

– У нас программисты работают над адаптацией системы клиент-банк к персональным компьютерам на процессорах 8088, но не очень удачно у них получается, нужны были более мощные компьютеры и развитые линии связи. В лучшем случае такая персоналка может служить терминалом для связи с сервером, но и это уже выход! Надеюсь, что в скором времени мы увидим систему 1С на наших «Яхонтах-16» – улыбнулся Лигачев.

– Да, эта машинка вполне справится с функцией терминала – согласился Миронов.

– Хотел вам сообщить, что на двух заводах министерства связи налажен выпуск оптоволоконных кабелей. Они и до этого их выпускали, но после получения точной информации о рецептуре стекла ваших оптоволоконных кабелей перешли на новые рецептуры стекла и получается кабель не хуже вашего. Теперь линии связи делаем уже на своем оптоволокне

– Здорово! Какие планы по оптоволокну? – спросил Миронов – В плане прокладки сетей?

– Калининград-Москва– Владивосток будет проложена мощная линия связи, от нее пойдут ответвления в областные центры, продублируем и увеличим пропускную способность всех линий связи, проложенные из вашего оптоволокна. Эти линии закладываются с запасом на будущую телефонию и обмен данными – Лигачев оглянулся – и на интернет.

– Это здорово, когда ее проложат? – спросил Миронов.

– Ожидаем в конце года запуск в эксплуатацию – ну может январь захватят – ответил Лигачев.

– Что у вас с экспортом лекарств – спросил Миронов после небольшой паузы.

– С ними вообще замечательно! Затраты мизерные, на входе химическое сырье, на выходе высокотехнологичный продукт! Препарат Омез вагонами уходит в Европу, самолетами в США. Наш Химфармзавод строит новые цеха для его производства – ответил Лигачев.

– А что с другими препаратами? – спросил Миронов.

– Ваша Виагра вообще фурор произвела и в старом, и в новом Свете! В очереди на неё стоят аптечные сети! – улыбнулся Лигачев. – По остальным – обеспечиваем внутренний рынок, кое-что экспортируем.

Настало время завтрака, все приготовили столики – стюардессы сновали по самолету, развозя подносы с едой. Лигачева с Мироновым обслужили одними из первых – они располагались на первом ряду кресел первого салона Ту-154. Стюардессы любезно щебетали с ними, одна из них была очень любезна с Мироновым, стоила ему глазки. Миронов улыбался в ответ и шутил, мучительно вспоминая, где он видел эту девушку.

– Ты чего как не мужик с ней себя ведешь? – по-простецки спросил Лигачев. – Видишь девица на тебя запала? Пригласи ее на свидание, телефончик ей свой дай!

– Ты чего, я же женат! – удивился Миронов.

– И что? Сотрется что ли? – засмеялся Лигачев. – Я тебе алиби стопроцентное сделаю в Томске!

– Хм. Я как-то не привык к этому – хмыкнул Миронов.

– Ты какой-то странный капиталист – засмеялся Лигачев негромко. – У тебя должно быть куча любовниц и содержанок – так у нас вас описывают.

– Да некогда, да и моральные проблемы довлеют – ответил Миронов.

– Не надо уходить в монастырь в твои годы – беззлобно засмеялся Лигачев – еще успеешь!

– Ладно, уговорил – улыбнулся Миронов. – Надо привыкать к образу жизни в СССР.

Они приступили к завтраку. Когда стюардессы разносили час, Ирина – так было написано на её бейджике – была особенно любезна.

– Ирина, познакомьтесь – наш гость в Томске Валерий Иванович – консультант ЦК КПСС и правительства СССР – представил Миронова Лигачев стюардессе, подталкивая этим его к активным действиям.

– Очень приятно, Ирина – слегка поклонилась Ирина, мило улыбаясь.

– С вами очень приятно общаться Ирина. Не хотите ли продолжить общение в Томске? – спросил Миронов, немного шалея от собственной смелости.

– Ой, с удовольствием! Мне тоже с вами очень приятно общаться Валерий Иванович – ответила Ирина, мило улыбалась, смотря в глаза Миронову. От её взгляда у Миронова аж сердце замерло и пропустило несколько ударов, потом заколотилось как бешенное. Миронов, взяв себя в руки, передал ей листок с номером телефона с улыбкой – Позвоните мне, когда будете свободны, это рабочий телефон – попросил он.

– С удовольствием позвоню! – улыбаясь Ирина спрятала в кармашек листок с телефоном и ушла по своим делам.

– Молодец! Наш человек! – улыбался Лигачев, прихлебывая чай. – А то смотрю на тебя – хоть на Божичку вешай – смеялся он. – Ты неправильный капиталист – тихо засмеялся Лигачев.