Текст книги "Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Вадим Денисов

Где-то громко скрипнула ветка, ей ответил чей-то шумный вздох, а слева вдали кто-то пополз прямо по полю! Будь вы неладны, что за прятки, лучше выходите!

– Ты еще на честный бой их вызови, – прошептали пересохшие губы.

Нечисть уже зашевелилась. Осталось только маньяку проявиться. Трезвый рассудок был в анабиозе, а вот эмоции ждали кошмаров. И плевать им, эмоциям, что на Платформе-5 ты хрен встретишь даже простого грибника, – откуда тут взяться каким-то маньякам? Есть они, есть. За теми двумя соснами прячутся, что чуть повыше остальных.

Господи, ведь у меня в радиорубке Форта, на третьей полке, прямо над рабочим местом лежит отличный новенький тепловизор, характеристики замечательные! Ну почему я не взял этот чудо-прибор с собой, что за беспечность! Вот уже почти полная темень, скоро ничего не будет видно, мерцающий огоньками антрацит стратосферы тяжелым куполом накроет и поляну, и тайгу вокруг. Луна еще не вышла, моя фобия в полную силу заблистала гранями.

Последующие полчаса я старательно пытался успокоиться, глубоко вдыхая остывающий воздух, полный ненавистных лесных ароматов. Вроде что-то получилось.

Поднялся на ноги.

– Давай попробуем отвлечься.

Я начал натужно размышлять, искать причину и цели, ради которых Смотрящие могли поставить здесь столь необычную конструкцию. Ведь домина действительно похож на склеп. Или схрон. Что, если весь этот бетон с верхним доступом предназначен для размещения в нем какого-нибудь ништяка типа терминала-«шоколадки»? Вот было бы здорово! Наши вернутся, а тут я гордым победителем: «Принимай, Родина, весомый вклад от лучшего радиста планеты!»

Но мои сладкие мечты прервал громкий волчий вой, к которому сразу добавились еще два голоса. По коже побежали мурашки, голова резко повернулась к полю.

В дальнем конце поля спокойно светло-серым призраком стоял огромный волчище и внимательно смотрел, как мне показалось, прямо мне в глаза! Один? Вряд ли… Я быстро проморгался и посмотрел еще раз – вроде бы да, не один. Есть и другие, чуть поменьше размером, стоят группой, за кустами, ждут, гады. Какой же все-таки страшный зверь! Убийца! Встретиться с таким одному и без оружия – хуже нет ситуации.

Сам не заметил, как палец вжал спусковой крючок автомата. Бах!

Я вам не дам тут стоять! Чтобы вы выстроились тут кружком и начали меня кошмарить, как в охотничьих байках?

– Уходите!!!

Ба-бах! Естественно, никуда не попал. Волчара поджался, потом чуть довернул корпус, вслушиваясь в мои вопли.

– Вали отсюда! Застрелю!

Несколько секунд поразмышляв, огромный зверь нехотя повернулся и медленно потрусил к кустам, где стояла братва, – солидно так, по понятиям, не оглядываясь. Возле высохшего куста он остановился, глянул на меня презрительно, вроде бы даже что-то рыкнул и растворился в зарослях. Только я уверен, что никуда они не ушли. Будут ждать, когда я засну или в панике начну убегать.

Нужен свет. У меня было припасено два фонаря: носимый маленький, которым пользуюсь в работе, и большой аккумуляторный, который оставил мне Костя, добрая душа. Включив большой, я даже ощутил некую радость, увидев, как неожиданно далеко простреливает через поле яркий ксеноновый луч.

– Ну, хоть маньяк не покажется, и на том спасибо, сволочи.

Точно, в данном случае волки – меньшее из зол.

Как же мне хорошо на башне, на стене, на высоте, в горах, где есть обзор и где я чувствую себя по-настоящему свободным и вполне защищенным человеком, искренне не понимающим тех несчастных людей, которые не могут подойти к краю пропасти! А здесь… Нет, я точно не Маугли, и фразу «Мы с тобой одной крови» могу сказать разве что любимой пуховой подушке и стеганому ватному одеялу.

Щелк!

Странный звук, сопровождаемый словно бы слабым эхом, заставил меня в очередной раз вздрогнуть. Опять! Да что это такое? Неужели внутри склепа что-то зашевелилось? Елки-палки, звук был с легким эхом, словно отражался от бетона! Это не «шоколадка» ли включилась? Я быстро отрубил аппаратуру, помня, что во время работы терминалы поставки выдают какое-то весьма опасное излучение. Открыв железный люк, посветил внутрь, ожидая увидеть ништячное Нечто. Фигу с маком, на земляном полу склепа по-прежнему ничего не было, кроме тех самых поддонов.

Щелк! И слабое эхо из трех затухающих щелчков.

Щелк! Только тут до меня дошло, что странный звук раздавался не из здания, а снаружи. Закрыв крышку, я повернулся всем телом и…

– Падла…

В мою сторону двигался страшный приплющенный силуэт.

С юга-запада к полю, неслышно паря над черной стеной деревьев, на малой высоте медленно подходила огромная летающая тарелка!

Ноги подкосились, и я опустился на бетон.

Мысли заметались, но ни одна из них не смогла подсказать чего-то продуктивного, деятельного. Они, мысли, в этот шокирующий момент вообще жили отдельно от меня. НЛО! Щелк! Да она сканирует местность, простреливает каким-то радаром! Ракурс был таков, что я мог одновременно наблюдать и матово поблескивающий под звездами неопознанный летающий объект, и улепетывающую поперек поля вытянувшуюся в струну стаю волков, которые теперь мне показались настоящими верными друзьями. Хотя какими там верными, драпальщики проклятые…

Идеи? Никаких. Пустота в голове и абсолютный ужас. Какая там камера.

Щелк! На этот раз стукнуло сильней, НЛО подходил все ближе и ближе.

Уже позже я вспоминал, что тогда не увидел на медленно проворачивающемся диске ни навигационных огней, ни прожекторов, ни светящихся окон. Примерно двадцатиметровый в диаметре объект вообще выглядел цельнометаллическим! Руки тряслись. В тот момент я просто не знал, за что схватиться, психика была буквально пробита шоком.

Настоящая летающая тарелка, как на картинках, как в кино, обалдеть! Межпланетный или черт знает какой корабль двигался на удивление плавно и, повторюсь, совершенно бесшумно. Тем страшней было на него смотреть.

Следующий щелчок шарахнул так, что загудела лестница. НЛО завис над лесом, в котором попряталось все живое, кроме меня, дурака, подождал в темноте невесть чего и медленно тронулся вдоль воображаемой осевой поля к бункеру с вышкой…

– Мамочки! – сопливо всхлипнул я. Надо было смываться, но ватные ноги и руки не слушались.

Куда?

Вдруг объект встал, резко прокрутился еще раз, причем мне показалось, что я все-таки увидел какие-то огоньки по контуру, и выпустил вверх быстро удаляющийся светящийся шар, явно не сулящий мишени ничего доброго.

Небеса молчать не стали. Воздух содрогнулся, как от удара молнией. Только это была не молния, а непонятного происхождения яркий и тонкий луч, упавший, казалось, прямо со звезд.

Похоже, тарелке становится не до меня! С кем она там воюет? Мозг обожгло неприемлемое для быстрого осмысления прикосновение к какой-то великой тайне. И к страшной драме современного противостояния цивилизаций. О том, что могло бы стать со мной, попади шар или луч в проклятую «подстанцию», думать не хотелось…

Небесный противник выпустил еще один луч, но НЛО рывком отскочил в сторону на полсотни метров. И правильно сделал, потому что по нему ударили со всей силой неведомой инопланетной технологии! С поляны вверх взметнулся язык пламени.

Мимо!

– Ну, все! – рявкнул я решительно, подскакивая к люку.

Мгновение – и железная крышка со стуком отлетела наверх, освобождая жерло спуска. Руки схватились за жюмары, тело упало вниз и повисло в воздухе – я без особой нежности ослабил стопоры и быстро заскользил вниз.

Ба-бах! – грохотнуло над полем боя оружие сил высшего порядка.

Ноги коснулись земли, я упал на бок, сразу вытаскивая из нагрудного кармана фонарик, затем на четвереньках отбежал в сторону, где прижался спиной к поддонам, и только сейчас вспомнил, что мой укорот остался лежать возле открытого люка!

– Идиот!

Не, ну вообще замечательно!

Знакомьтесь, товарищи, перед вами Юрий Вотяков – гений тактических действий! Какая выучка, какое самообладание! Жаль только, что автомат героического радиста лежит наверху, а дерринджер насторожен растяжкой. Хоть бы он не пальнул, хоть бы не разозлил там никого! А ножик-то есть? Я быстро охлопал карманы и вытащил большой «Викторинокс». Маньяки, говоришь? Какие маньяки, придурок, какой лес?! Вот где настоящий кошмар: другие цивилизации полосуют друг друга лазерами и плазмой у тебя над головой!

И все-таки без нормального оружия мне было очень и очень не по себе. Скрипя от злости и страха зубами, я медленно начал подниматься по веревкам, попеременно перемещая жюмары по веревкам. Добравшись до обреза люка, я чуть выглянул, увидел брезентовый ремень, рванул, и, схватив оружие, опять быстро ссыпался вниз.

Сидя у стены, я слушал резкое уханье и думал, что убежище у меня плохонькое, как ни крути. Разве выдержит составной бетон удар такого луча? Прошьет, как кумулятивной струей. Однако лучшего убежища у меня не было. В какой-то момент бой начал затихать. Я уже решил готовиться к выходу наружу, но тут раздался адский скрежещущий звук, словно кто-то водил вилкой по гигантской тарелке! Сжавшись в комок и закрыв уши, я покорно ждал своей участи.

Однако вдруг все стихло окончательно. Выждав минут десять, я наконец решился.

Поднялся. И что? Ничего.

Над лесом ярко светила луна. Поле чистое, лес не выщерблен падениями тяжелых стволов, не видно и огней пожара. Даже дымом не пахнет. Выходит, таинственный НЛО сумел удрать? Либо же он испарился в молекулы. Пожалуй, наверху было холодновато, но я этого почти не ощущал. Расстегнул и потряс полами куртки, пытаясь просушить тело от липкого пота, глубоко подышал. Безразлично посмотрел на темные сосны и вдруг понял, что больше я их не боюсь.

Кто-то хочет выйти? Ну, давайте, автомат наготове, раздумывать не буду.

Глупых не было.

– Эй, маньяки, как вам такое мочилово?!

Даже волки не завыли в ответ, стая уже далеко отсюда. Пошли рассказывать волчатам страшные сказки о летающих по небу каменных монстрах…

Мне же, чувствую, рассказать вернувшимся сталкерам будет нечего.

«Представляете, братцы, сначала из лесу полезли маньяки, потом серые волки, а потом вообще НЛО прилетел! Оказывается, безнадзорные инопланетяне не только над Землей шастают, но и над Платформами! И за это периодически получают по зубам от Смотрящих, чтобы не вмешивались в почти естественный ход развития новой цивилизации! Ужас что творилось! Лазеры, шаровые молнии, все трещало, гремело, сверкало – а я смотрел! Ну, потом спрятался ненадолго…»

И вот представляю картину: слушает Шамиль с пацанами рассказ человека с очевидной фобией, да еще чуть ли не крайней степени тяжести, и все они лишь кивают, уже планируя, как бы побыстрее доставить меня к Зенгерше.

«Да! Забыл сказать! Прикиньте, чуваки, я теперь от хилофобии излечился!»

Нет уж, лучше буду молчать до поры. И еще. Мне понадобится новый телескоп.

Я еще раз оглядел пустое поле и нетронутый лес, шагнул к «радиогнезду» и тут же остановился, заметив блеснувший на кровле кусочек металла. Посмотрев на ближайший угол, я не мог не заметить, что поврежденная сабля, как раз обращенная к тому месту, где висел НЛО, погнулась чуть сильней.

– Добавили, значит.

Подняв новую капельку, я положил ее в ладонь и добавил к ней первую. После чего чуть сжал кулак и встряхнул, слушая, как они позвякивают. Существенно, но не доказательно. Мало данных.

Знаете, что я первым делом сделаю, вернувшись в Башню? Заставлю молодого показать мне все записи своих астрономических наблюдений. Ведь здесь кто-то еще раньше наблюдал… Или собирался наблюдать. Либо же нам предлагают наблюдать, к чему-то подталкивают. С этой вышки, стоящей наверху странного бункера, очень хорошо видно полог окружающего площадку леса. Как и все, что летает над ней холодными осенними ночами.

Через час я почти полностью пришел в себя и оживил аппаратуру. Как оказалось, очень вовремя. Эйнар Дагссон не смог достучаться в радиорубку Форт-Росса: прохождению сигнала мешали высокие горы. А отсюда почти по прямой линии – удачный разрыв в хребтах. И то, что он мне сообщил, начисто вышибло все размышления о ночном происшествии. Сталкеров похитили, а Гоблин самостоятельно начал операцию по их освобождению. Что у него за план и где теперь его искать, неясно.

Дальнейшее развитие событий было очевидным. Скоро здесь появится ошарашенный Бикмеев, который прикажет срочно собирать манатки. Теперь всем будет не до Северного Поста, с его странными и страшными обитателями.

А может, мне вообще все это примерещилось?

Накормил меня Шамиль лесными ягодками, будь они трижды неладны, вот и пошли галлюцинации. Может такое быть? Может. Заодно и в мозгу что-то поправилось. Так что будущим слушателям придется прикидывать – правду я рассказываю или нет.

Глава 7
Сила русского оружия

Дело было в Венгрии.

А попал я в эту замечательную страну стараниями сослуживца, одного из четырех мушкетеров, пригласившего нас, троих друзей-однополчан, в гости. Тогда, в 2006-м, мы как-то одновременно ринулись в мутные воды бизнеса, но по-настоящему дело наладилось только у одного. Пока мы неумело ковырялись то в Москве, то в Нижнем Новгороде, он как-то быстро и ловко рванул вверх, сбил приличный капитал и переселился в Будапешт.

К этому времени я уже успел прогореть в первый раз, а товарищи с походами в буржуи вообще завязали. Наш же иностранец процветал. Занимался он всем подряд, без каких-либо особых предпочтений, в нужный момент умело сворачивая туда, где пахло бабками. Удивительная чуйка у человека! Абсолютно все оставляло на его лапах жирный след: строительство и ритейл, консалтинг и гостиничное дело, а для души он еще и ресторатором заделался. Нормальный такой миллионер, я уже с большим трудом представлял его сидящим на месте мехвода БМД.

Пацан он правильный, нас пригласил за свой счет, встретил по-людски, со всей душой. Обосновались мы на будайской стороне столицы, поселившись в крутых люксах небольшого бутик-отеля, расположенного рядом с его домом. На троих – три огромных люкса, что не совсем удобно для пьянки, зато весь этаж был наш. В первый же день началось мое знакомство с венгерской кухней. Про шведский стол в гостинице сказать нечего, к венгерской кухне он не имел никакого отношения, а завтракали мы там день через три, потому что дружбан нас выхватывал и увозил навстречу приключениям.

Естественно, мы хотели отведать настоящей местной кулинарии, подозревая, что для приезжих существует щадящий режим, – ведь после первых двух ресторанов выяснилось, что классическая венгерская кухня не такая уж и острая. До этого я думал, что офигею от паприки, которую венгры добавляют очень щедро, есть такие блюда будет невозможно. Ничего подобного. Хочешь остренького? На столе всегда стоит острый перец, как соль в солонке, натурально атомный. Но он появился у венгров всего лишь двести лет назад, а вот черный, который я очень люблю, как-то не прижился, как мне показалось. Если перчить самому, то вкус блюда теряется, и нас сразу предупреждали об этом. Я, конечно, пробовал пару раз сыпануть, но больше не экспериментировал. Все приготовлено вполне гармонично, особой остроты не чувствуешь, грузинские и азербайджанские блюда острее.

Выслушав первые отзывы, принимающая сторона хитро кивнула. Дружбан сообщил, что лично у него-то остренькое в большом почете, и изменил программу. Начались особые кулинарные экскурсии. Отдельно запомнился обед в Вышеграде. Тамошний ресторан входил в программу посещения Рыцарского турнира, и этот обед был частью отличного шоу, где обильно присутствовал национальный колорит. Пока мы трескали густой гуляшный суп, артист в средневековых одеждах почти над ухом наигрывал на лютне.

Обед тоже состоял из средневековых блюд, но особенно хороши были напитки – крафтовые вина и палинка, венгерская фруктовая водка крепостью где-то около сорока градусов. Все было обставлено так, как будто мы находимся в другой эпохе. Вообще эта экскурсия в излучину Дуная оказалась клевой. Дружбан, как и грозился, постоянно подкидывал нам остренького, так что без вина было не обойтись. Чаще всего мы кувшинами глушили токай, а не что-то крепкое, выдерживали стиль, как и положено мушкетерам. В Будапеште, конечно, завалились в «Штрудель» и «Трофи-Гриль». Скажу, что венгерская кухня победней чешской или немецкой, но под отличное вино на ура шло абсолютно все: гуляши всех видов, рыбный суп халасле и еще какой-то сырный, сваренный прямо в тесте, как в булке хлеба. Все же и понравилось.

В последний вечер, когда и случилось это эпическое событие, друг повез нас куда-то в пригород Будапешта на особую программу. Названия его я не запомнил, это бесполезно. Язык у венгров настолько необычный и сложный, что можно учить его битый год, а потом не понять даже простейшей фразы.

Мы выдвинулись не на джипе, как обычно, а на немецком микроавтобусе с рекламными надписями по бортам. Я насторожился. Городок оказался совсем маленьким, деревня, по сути, место внешне непрезентабельное. Нужную улочку нашли не сразу, с удивлением обнаружив там искомый ресторан. Зато встречали нас прямо у порога! Метрдотелем оказалась приятная женщина средних лет, прекрасно говорившая по-русски, очень любезная, с порога разрешившая нам веселиться вовсю.

Спустились в огромный подвал, и в длинном мрачноватом коридоре я насторожился второй раз. Прямо по центру на мощной цепи почти до пола свисал тяжелый краснокожий манекен, мечта рукопашника. Раз висит, надо влепить! Что я быстренько и сделал, всадив чучелу с двух рук и добавив маваши справа. Метрдотель объявила, что краснокожий негодяй повешен тут с умыслом, поддавшие гости по пути в туалет могут сбрасывать на нем агрессию. Оценив изящество решения, я подумал, что драка, скорее всего, будет, раз у них тут такое практикуется…

В зале было круто. Приглушенный свет – и электричество, и свечи. Гербы и кадушки с цветами, большие кувшины и цветастые флаги со всякой геральдикой. Стены были оформлены в этническом стиле, кругом висели медные сковороды, горшки и кружки, а над тем местом, где за длинным столом устроился я, на кованых крюках лежало тяжеленное коромысло, с которыми девки когда-то ходили по воду с огромными ведрами. У меня, кстати, подобная деревяха дома валялась, только расписная, а не темно-коричневая. Да домашнее коромысло и полегче было. Подрезал я его на свадьбе у друга, когда там началось безобразие с драками, спрятал подаренный жениху сувенир, сунув его от греха под стол.

Народу в кабачке оказалось неожиданно много. По соседству уже повеселевшая компания пожилых чехов справляла какой-то юбилей, было шумно и живо. Уж там мы всего перепробовали: ведь кроме перемены блюд было еще и что-то типа шведского стола – бери сколько хочешь и чего хочешь, хотя ходить с блюдами было лень. Да и тесновато, с моими-то габаритами, шастать от дальней стены к месту выставки тарелок. Вина наливали официанты, до назойливости и огромными дозами.

Затем начались всяческие представления и конкурсы.

В зале то и дело гасили весь свет, каждый раз показывая посетителям что-то новенькое: жареного поросенка в травах, огромный четырехэтажный торт со свечами, корзины с каким-то особо редким и ценным вином, шустрого медвежонка на поводке, которого я хватал за хвост, или полуголую девицу в картонной коробке. Посетители, в том числе и мы, орали в восторге, аплодировали и поздравляли друг друга. Здорово! Но у меня почему-то постоянно чесались кулаки.

К тому времени я уже поучаствовал в конкурсе, бегая с кувшином на голове, полным красного вина, разок упал, облив хохочущих соседей, затем опозорился с кнутом, ни разу не сумев звучно щелкнуть и сбить мишень, зато довольно неплохо покидал дартс. Электрических музыкантов сменяли скрипачи, затем в дело вступал аккордеон, все гремело и звенело. В зале появился человек, ловко жонглирующий топориками, похожими на гуцульские. Размахивал он ими довольно агрессивно, и мы как-то подобрались. Один из друзей поднял со стола уставшую голову и нехорошо прищурился на опасного жонглера одним глазом. Музыка, звучавшая все громче и громче, неожиданно стихла.

И тут с треском распахнулась открытая ногой входная дверь, которая была совсем рядом с нашим столом, и в помещение таверны с громогласным криком влетел настоящий черт – здоровый мужик в шароварах, высокой шапке, с длинными усами и кривой черной саблей! Натуральный башибузук или мамелюк, кто их там разберет… За поясом торчала рукоять еще какого-то холодняка, товарищ был вооружен основательно.

Страшно заорав еще раз, мужик, свирепо прокрутив саблю восьмеркой, бросился в сторону метрдотеля.

А я же сидел с краю! Все вышло само собой: не размышляя, я высунул за край стола ногу. Башибузук, естественно, замер в атаке, споткнулся и с грохотом хряпнулся на пол! Весь зал заорал.

Вскочив, этот бармалей что-то прокричал, похоже, по-турецки, затем громко и внятно выругался на английском и, опять схватив саблю, выставил ее острием в мою сторону! Ни хрена себе заходы, какой гость к нам явился! Развернувшись, я одной рукой быстро выпростал из крюков коромысло и сразу понял, что эта декоративная дубина тяжеловата, девахе такую хрень на плечах точно не снести. Перехватив дрын двумя руками, я вызывающе ответил бармалею крепким русским матом. И сразу же ткнул его деревяхой. Так, для пробы.

Грамотно отшагнув, тот с размаху рубанул елманью по коромыслу – крепчайшее, судя по всему, дерево почти не пострадало – и тоже ткнул в мою сторону.

– Ах ты, барбос! – возмутился я, замахиваясь посильней.

Дреколье – это вам не сабля, им так быстро не махнешь, но я постарался. Мамелюк тоже был не промах, рубанул со всей дури, и наше оружие сошлось в симметричном бою, встречный удар!

– Вж-жух! – сказала черная венгерская сабля.

– Хрясь! – за всех наших женщин ответило супостату славянское коромысло.

Дзинь! Кривой клинок, не выдержав импульса, вылетел из эфеса!

– Ага! Облом! – обрадовался я, кивнув кое-как поднявшимся друзьям. – Знай силу русского оружия, обормот!

Рано радовался…

Под наше ржание тупо уставившись на обломок, оставшийся у него в руке, мамелюк покрутил кистью и со звоном бросил его на пол, тут же выхватывая из-за пояса большущий кинжал, оказавшийся натуральным малайским крисом! И этот поблескивающий изгибами клинка крис, как я почувствовал, был самым настоящим, а не суррогатом, как сабля. Сам же боец, в уголках рта которого выступила то ли слюна, то ли пена, быстро впадал в состояние амока. Времени на раздумья не оставалось, и я с криком «Кхе!» почти от души треснул его по дурной башке, отправляя в нокдаун.

Здесь уже повскакивали все. Венгры, которых оказалось человек пятнадцать, бросились к упавшему, причем женщина-метрдотель, которую я фактически героически спас от убоя, наклонилась над поверженным первой. Местные зарычали, выстраиваясь стенкой. Чехи же, что характерно, быстро переместились к нам. Пацаны мои не дремали. Так как коромысел на стенах больше не было, они похватали со стен медные сковороды, а один даже успел стащить с крюка самый настоящий щит. Еще секунда, и страшная сеча должна была начаться.

Предотвратила ее метрдотель, сперва что-то быстро прокричав соотечественникам, а потом уже на английском разъяснив нам, что этот сабельщик – тоже артист! Участник шоу.

Ну что, шоу удалось. Все постепенно успокоились, но теплота атмосферы как-то испарилась, и через полчасика мы свалили. Ехать полупьяными, просторно развалившись в салоне микроавтобуса, было очень удобно, и предусмотрительность нашего многоопытного хозяина была оценена.

Я же с тех пор горячо возлюбил дубины.

Выкрикнув призыв слабо и неубедительно, невезучий пузан Момо промычал, поднимая голову, затем со стуком опустил ее на столешницу, потирая затылок сперва одной рукой, а затем обеими. Полированная дубинка из черного эбенового дерева лежала рядом, на столе. Отличная вещь. Против ожидания, оказалась она не такой уж тяжелой и совсем не громоздкой. И шишак на конце особый, в форме прямоугольника. Хочешь убить человека – бей гранью. Если же нужно только оглушить – плашмя. Такая форма набалдашника лучше, чем шар, которым вполне можно проломить череп, бывали случаи. Старина Эйнар вытачивал дубинку со знанием дела, великий мастер.

– Плохо, – констатировал я, – давай еще разок.

Он заорал громко, но опять по-французски. С языками у меня складывается не очень. Хорошо владею только английским, неплохо говорю по-немецки, как многие из наших, благодаря немецкой общине. Могу разобрать, что говорит носитель испанского языка, а вот с французским почему-то никак. Несерьезный язык, так мне кажется, хохотать начинаю, сплошной детский барботаж. А заставить себя изучать несерьезное я не могу.

– Отставить! – гаркнул я. – По-английски ори!

На этот раз он позвал жену довольно громко.

– Во-от… Повторяй, пока не придет.

В ожидании я, стоя слева от стола и удерживая трофейный автомат на весу, быстро разбирал его одной рукой, раскидывая части «калаша» по песку. Затвор положил в карман.

– Что притих? Еще разок!

Другого оружия у него не было, обыскал.

Моя моторка с уложенным на дно пулеметом стояла неподалеку на узкой полосе песка, намытой рекой перед подступающими деревьями. Зеленая стена, тянущаяся вдоль всего берега, местами просвечивала, и было видно, что настоящего леса за ней практически нет, так, рощицы. Скорее всего, там находятся возделанные участки, огородики.

Неподалеку что-то зазвенело, громко скрипнула ступенька, потом другая – похоже, идет супружница, услышала. Поглядывая в сторону тропинки, теперь я неторопливо вылущивал из магазина на ладонь патроны приятного бронзового цвета и, отсчитывая по пять штук, ссыпал их в карман, где уже лежал затвор. Калибр 7,62×39 распространен лишь в тех местах, где встречаются китайские автоматы, которых, правда, со временем становится все больше. Ничего, валютой они, если что, послужат, патроны у всех в цене, плавали, знаем.

Женщина появилась через пару минут. Все в том же синем хлопчатобумажном платье, в руках пусто, за спиной семенил босоногий пацаненок лет семи. Все местные дети бегают босиком, как у них это получается? Жучки-паучки, змеи всякие, ветки, колючки… Хоть бы что, всего одна ссадина под правым коленом. Остановившись метрах в десяти, жена бородача сразу все поняла и подобралась волчицей. Чуть согнутая левая нога выставлена вперед. В любой момент готова броситься на спасение мужа. Чувствуется бойцовский характер, от такой можно было ожидать чего угодно, и я поспешил заявить:

– Спокойно, мадам, спокойно! Стойте на месте без резких движений, и никто не пострадает. Вот так. А теперь присаживайтесь на скамейку. И без лишних эмоций.

– Попался? – риторически спросила она, после того как оглядела все вокруг и убедилась, что я здесь единственный монстр.

Ответчик промолчал.

Мадам громко вздохнула и опять зло глянула на Момо.

– Как он тебя взял, подкрался?

– Он просто на лодке подошел, дорогая. Крикнул мне, что торговец из Доусона, товары привез… – виновато пробормотал бородач с ходу, ошибочно не взяв времени для раздумий.

– С такой-то рожей? – усмехнулась женщина.

Мужик лишь виновато развел руки в стороны.

– Идиот, – с какой-то безнадежностью констатировала супруга, и мне было приятно улыбнуться, понимая, что характеристика относится не ко мне. Определенно, эта женщина с большими скрытыми способностями. А ведь права.

– Ты даже себя защитить не можешь, что уж тут говорить о безопасности семьи! – продолжила она, прижимая к себе пацаненка, глаза ее полыхнули триумфальным огнем. Куда, дескать, ты, остолоп, денешься от такой женщины, пусть и не первой свежести, зато смелой, решительной и без разгона способной на подвиг. – Все приходится делать самой, все! Почему ты не взял вовремя автомат?

– Не знаю. – Момо не мог оторваться от созерцания столешницы.

– Чего ты не знаешь, чего? – опять начала набирать истерические обороты супруга, сдвинув беличьи брови к переносице. Роскошная грудь под синим полотном платья вздымалась, как речные волны в хороший амазонский шторм. – Он у тебя был незаряженный? Ну, я с тобой позже поговорю.

Хорошо у них тут. Идиллия. Семейное общение.

Конечно, от таких невеселых перспектив у Момо настроение не улучшилось, пузан скис еще больше.

– Молчи, дура!

– Что-о?!

Если их сейчас не разнять, то через полминуты начнутся истерики и разбор полетов – кто виноват в теперешнем бедственном положении семьи, психика на пределе. Хорошо, если истерика случится лишь с ней, а если со всеми, включая ребенка? Так и до всеобщей свары недалеко. А мне предпочтительней всеобщая апатия, когда людям уже все равно, лишь бы их сейчас не трогали.

Интенсивность ссоры нарастала.

Воздух был чист и чуть ли не прохладен, спасал ветерок. Лучи почти полуденного солнца хоть и жарили со всей силой, зато осветили акваторию, разгоняя утренние тучи по углам. Подумалось, что в последнее пять минут совсем не слышно пения птиц. Обычно пичуги при любом кипише со звуками человеческого голоса принимаются щебетать и чирикать на разные голоса. Видать, почувствовали опасность и улетели подальше от места разборок.

– Знаешь, приятно, конечно, вот так сидеть в тепле и уюте, словно курица в сарае, в то время когда на реке творится черт знает что, – прервал я общение супругов, вставая и громко всаживая дубину в поверхность стола. – Вы еще не поняли, что происходит?

Все замерли с открытым ртом, а пацаненок заплакал. Плохо, ребенка пугаю.

– Простите, мадам, как вас зовут?

– Мими! – коротко бросила она с вызовом, резким движением руки поправляя прическу.

Красота какая, вы только посмотрите, сладкая парочка, Момо и Мими! Даже боюсь поинтересоваться, как звучит имя мальчишки, уж не Муму ли? Но с этой темой лучше не баловаться, за драгоценного отпрыска она меня на клочки разорвет. Пусть мальчик останется безымянным.

– Очень приятно. А теперь слушайте внимательно, – предупредил я. – Первое: если вы все сделаете ровно так, как я скажу, то мы расстанемся, не нанося друг другу увечий… – Тут я посмотрел на часы. – Минут через пятнадцать, чтобы никогда больше не увидеться. Все другие варианты поведения неизбежно приведут нас к тупику и к большим неприятностям. Момо, я надеюсь, ты не будешь хвататься за дубинку, пытаться дотянуться до моего пистолета или искать какое-нибудь оружие? Подумай о ребенке, он не должен остаться сиротой. Мадам, помогите ему это понять, вы же не хотите, чтобы он умер?

Она что-то прошипела, бросив мужу пару коротких фраз по-французски. Скорее всего, это были какие-то страшные ругательства.

– Я задам вам обоим несколько простых вопросов, на которые рассчитываю сразу же получить предельно полные и честные ответы. У меня нет времени. Прошу смотреть мне в глаза. Первый, самый легкий: как называется эта река?