Текст книги "Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Вадим Денисов

Мне стало ясно, что мы скорее всего впишемся. Невозможно не вписаться – как жить после такого отказа? Спиться и слиться… И Сотников, паразит, это отлично знает. Пусть у нас под задницами не будет звездолета «Ностромо» с нуль-транспортировкой и вспомогательными фотонными двигателями для работы на разгонных участках, что это меняет в сути происходящего? Есть нуль-транспортировка без звездолета. Все едино через Глубокий Космос переть. Или не через Космос, а через Время? Брр… Лучше не думать о таком вообще, мозги целей будут.

– Смотрящие всегда действуют с конкретной целью и по определенному, пусть и не всегда понятному нам, плану. Да, они ставят нас в некие рамки, контур которых никогда не известен достоверно, всегда возможны сюрпризы. Но и они предсказуемы! Мы можем оперировать исключительно здравым смыслом и накопленным опытом общения с Кураторами. И весь опыт, немалый, кстати, говорит, что шутки и розыгрыши не в их стиле, они подходят к делу серьезно и никогда не имеют в своих целях соорудить… Как вы говорите, дорогой мой Гоблин? Подставу?

– Гы! Суперподставу, профессор.

– Вот именно. У нас нет ни малейшего повода думать, что при возвращении группу сбросят в жерло вулкана, например. Все произойдет корректно – и при пути туда, и при возвращении.

Угодить в местный Плоский Толбачик мне совершенно не хочется. Как не хочется оказаться посреди океана на миграционных путях семейки Гигантских Кракенов. Улететь на неизвестный материк тоже не фонтан, но это мы с Гобом вытерпим, вернемся в метрополию хоть тушкой, хоть чучелом, еще и ништяк притащим. Мы права не имеем пропасть пропадом, как группа Дятлова, нас Держава ждет. С результатом.

И результат будет.

– Конкретная конечная точка десантирования известна?

– Нет, Миша, неизвестна, в том-то и дело, – вмешался Сотников. – Штаб считает, что, скорее всего, это будет удобное, укрытое от посторонних глаз место, – зачем кому-то видеть натуральные чудеса вашего прибытия? Так что возле автобусной остановки не высадитесь. Это будет закрытое помещение. К примеру, какой-нибудь старый сарай на окраине поселка. Вот как-то так.

Сколько еще этих «скорее всего» и «может быть» мы услышим…

– Сарай – это вполне грамотное решение, будет время очухаться, осмотреться, снарягу подтянуть, – согласился напарник.

«А какую конкретно снарягу, Гоб? – подумал я про себя. – Чувствую, сюрпризы будут».

– Сюрпризы ожидаются, – подтвердил старый ученый хрен, читая мои мысли. – Главное, что нас озаботило с самого начала работы Штаба: куда вас переправят, в какой регион планеты? Рассматривается два основных варианта, если исключить маловероятную рулетку. Либо в то место, откуда вас взяли, это же был Нижний Новгород, не так ли?

Мы синхронно кивнули.

– Либо в точку земной поверхности, максимально приближенную к актуальным для Замка Россия, но уже земным координатам. Учитывая, что на земной карте мы бы плавали в Черном море, финишной зоной можно предположить район побережья ближайшей суши от этой точки координат – где-то на участке Сочи – Геленджик.

– А че, ништяк, сразу искупаемся! – оживился Гоб.

– Неплохо было бы, мы бы за вас только порадовались, ребята, – неожиданно громко пробасил Ковтонюк. – Если только само Черное море не щелкает от радиации…

Нас с Михой опять накрыло.

Зачем Смотрящим понадобилось посылать нас на грешную Землю? Для безмятежного проведения заслуженного оплачиваемого отпуска на курортах Краснодарского края? Это вряд ли. Они хотят, чтобы мы посмотрели на происходящее, увидели там что-то важное, доложили Штабу и сообща сделали соответствующие выводы. Стопудово: то, что мы увидим на Земле, нам не понравится, кожей чувствую.

Романтические мысли и прочая «дурка от бравады» моментально испарились. Мне вдруг стало реально страшно – не столько за себя с другом, сколько за бывшее наше Пристанище.

Что там могло произойти, какая задница надвинулась на планету?

Да что угодно – от всемирного потопа вследствие глобального потепления до глобальной эпидемии неизвестного доныне китайского вируса хомячьего супергриппа. Войны – это само собой, тут возможных вариантов и за год не переберешь… В свое время умный еврей предположил, что в некотором смысле ядерный катаклизм вполне может даже включаться в экзаменационный перечень Смотрящих. Сам по себе столь убийственный внутренний конфликт не может быть показателем уровня развития цивилизации, как и ее способностей. Скорее, это порок, болезнь, которой вообще всем цивилизациям приходится на определенной ступени развития переболеть. Вот и нашей старушке-Земле могут предложить такое испытание, пусть даже в легкой форме. В том числе предложить провокативно либо насильно. Категорическое условие Смотрящих, выполнение которого докажет зрелость и уровень любой цивилизации… Гипотеза, в которую трудно не поверить.

Однако сам профессор, предположивший это, всегда отрицал ядерный вариант, как продукт провокации Смотрящих, и твердо стоял на версии существования более реальной угрозы, относящейся к области космогонии и астрофизики. То есть угрозы столкновения с небесным телом, огромным метеоритом, что неизбежно вызовет неприемлемые для существования земной цивилизации последствия.

– Какая «снаряга», Гоб, че ты там собрался «подтягивать»? – прошептал я.

Вдруг по прибытии нам срочно понадобятся костюмы высшей радиационной или биологической защиты? Екарный постоз, как можно быть готовым к таким сюрпризам?

– Думаете, возможно нахождение финишной точки в зоне ядерного поражения? – уточнил я тихо. Руки вспотели. Незаметно вытер о штаны.

– Категорически не могу согласиться с таким утверждением, – резко бросил Гольдбрейх, строго посмотрев на главного инженера. – Хотя некоторые из присутствующих такую глупость допускают!

Ковтонюк лишь лениво улыбнулся и отвернулся к окну, не желая вступать в старый спор. Они тут уже все переспорили, перегорели, наругались вволю, вот что я понял. Профессор вновь повернулся к нам и добавил:

– Аргумент следующий: условиями установлен лимит стартового веса! Кроме вашего собственного веса, с собой можно взять по двадцать четыре килограмма на каждого, включая одежду, обувь, оружие и прочее… Понимаете? Вряд ли Смотрящие зажали бы группу в такие тиски лимита, понимая наше законное желание иметь в снаряжении группы еще и костюмы повышенной защиты. Нет, нет, господа, экстремально агрессивной внешней среды не ожидается! Что никоим образом не отменяет всех иных опасностей.

Я быстро прикинул в уме: легкие костюмы, нижнее, башмаки американские, разгрузка, стволы, боеприпас от души, НАЗ,[113]113
  Носимый аварийный запас, он же неприкосновенный аварийный запас.


[Закрыть] аптека… Небольшой рюкзак у каждого. Часть килограммов будет равномерно распределена по телу. А что, почти нормально! Со скрипом в лимит поместимся.

– Намана, пойдет! – подтвердил Гоблин, что-то черкая на листе бумаги. – Так, закурить надо.

Сотников с мастерством бармена толкнул в его сторону пепельницу с причиндалами. Гоблин легким движением выщелкнул красный «Мальборо», раздув ноздри, с наслаждением выпустил облако. Губитель здоровья, трахома… Сомов курит редко, раз двадцать в год. И каждый раз это означает либо только что убитого монстра-морфа, либо явленное миру волшебство случившегося выживания, личного или группового.

– Согласен, – легко поддержал я друга. – Какие проблемы? Легенды нужны на мирный случай, это ясно. Финансы универсальные, много не надо, да это и не вес. Одежду можно подобрать легкую, современную, как и обувь…

И тут же мои рассуждения опрокинул поднявший руку Демченко.

– Парни, все не так просто. Легенды ваши в общем-то реалистичны, если на Земле все владушки, шериф подготовил. Позже соберемся вместе, уточним, дабы сырого не было… Сложность в другом. Кроме места приземления, мы не знаем точно, в каком сезоне окажетесь, тут Смотрящими ничего не обещано. Это в Северном полушарии Платформы лето наступает… А если затейники перетащат вас в лютую зиму – что, прямо в сарае в сосульки замерзать? Как не знаем и климата конкретного места на Земле. Может, там после всепланетной катастрофы и в середине лета температура под минус сорок держится… Так что одной легкой одеждой, ребята, обойтись не получится, придется брать многослойку, нормальную «капусту», способную держать низкие температуры. А еще шапки, рукавицы… Обувь нужна универсальная, две пары не потащишь, глупо. Короче, мы с Монголом и Гришей Гонтой проработали специальный сталкерский комплекс, включая оружие. Кроили, стараясь учитывать все мыслимые варианты. Хотя надо будет еще посоветоваться, у вас свой опыт накопился. Уже понятно, что много стволов взять не получится, даже по пистолетам до сих пор есть сомнения! Надо предусмотреть гражданский прикид, туристический или охотничий. Не будете же вы по мирному городу с автоматами за спиной дефилировать… Аппаратура! Вес будет гораздо больше, чем тебе представляется. Кошмарная задачка! Комплекс вышел добрый, годный, но решать, конечно, вам… Кроме того, нужен запас чистой воды, а также особая аптечка – так ведь, Маргарита Эдуардовна?

– Готовы два варианта аптечек, будем решать, останавливаться, – строго сказала главврач, невозмутимо попыхивая любимой беломориной. – Причем без коллегиальных фокусов! Кстати, товарищ комсталк, в меморандуме описаны основные варианты развития событий по эпидемиологическим сценариям. Для ознакомления. Вникать вам особенно не стоит, мои специалисты постарались сделать все возможное для снижения рисков, надо лишь строго выполнять инструкции. По прививкам после совещания поговорим, жду вас у себя. Я посмотрела ваши карты – в принципе нашпигованы вы хорошо, однако кое-что нужно будет добавить.

Твою мать… Все очень серьезно.

Сомов незаметно пропихнул мне листок с какими-то чертиками да знаками радиации по краям и одной фразой, написанной кривыми печатными буквами: «Надо ехать». Взяв ручку, я быстро написал с подчеркиванием: «Утверждаю!» Куда мы денемся с идущего на скорости паровоза. Для настоящего сталкера интересней задания быть не может! Как и опасней, впрочем. Вот если бы на мирную Землю, спокойную да сытую… Так ведь и этого варианта никто не отменяет, между прочим.

Решение принято.

– Мы согласные, товарищ президент! – сказал я громко. – Работаем.

– Работаем, – с облегчением объявил Сотников. – Отлично! Еще как работаем! Ставлю жирную птицу. Так, товарищи, статус совещания меняется на продуктивный. Задавайте свои вопросы, сталкеры.

Неужели он все-таки сомневался? Да он обязан сомневаться! Всегда, должность такая.

– Какова вероятность при плохом раскладе попасть в зиму, профессор?

Тот пожал плечами:

– Пятьдесят на пятьдесят. Однако я очень рад, Константин, что вы рассматриваете, как вижу, еще и благоприятный вариант.

О хорошем потом поговорим. К хорошему долго ли готовиться…

Двадцать четыре килограмма, поначалу представившиеся мне шикарным подарком Смотрящих, быстро превращались в реальную нехватку. Что за издевательский вес, сволочи! Получив новые вводные, мозг начал быстро перекраивать первичные наброски. Полярная ночь вероятна? Вполне. А ядерная зима? Значит, нужны хорошие экономичные фонари, батарейки, сухое горючее, да и керосинчику неплохо бы иметь для розжига. Портативная печка не помешает, от палатки не откажусь, пусть даже самой маленькой…

Двадцать четыре килограмма! Всего!

Ай, песец ты белый-белый, ай, пушистый да зубастый!

– Все равно терпимо. На обратке вес будет поменьше, так что еще и какие-нибудь образцы прихватим.

При этих словах все присутствующие в зале словно подсдулись, как-то мгновенно расслабились, заулыбались, заговорили. Чего я такого сказал? Посмотрел на Гоба, тот тоже ничего не понял.

– Никакой необходимости в экономии веса на обратном пути нет! – жизнерадостно воскликнул Гольдбрейх, радуясь, что может сказать нам хоть что-то хорошее. – Лимит будет совершенно другой!

– Какой? – спросили мы одновременно.

– Четыре тонны! – жахнул Сотников.

– Ско-олько?! – опять заорали мы дружно.

– Четыре гребаные тонны плюсом к вашему стартовому весу, – повторил Сотников, и народ опять начал разговаривать одновременно. Главный вновь сочно хлопнул тяжелой ладонью по пухлой кожаной папке. – Нормальный ништяк? Потише! Мужики, потише, я сказал! И теперь Штаб, товарищи сталкеры, как сами видите, никак не может выработать единое мнение: что брать, в каком ассортименте и главное – где?

– Это же целый бронеавтомобиль можно прихватить, фабричный, с вооружением! – сразу воодушевился Гоблин, мечтательно уставившись в высокий потолок просторного помещения.

Да и у меня мысли просветлились: запахло привычным делом, – возникает знакомая сталкерская задача: «Принеси то, не знаю что». То есть иди туда, куда посчитаешь нужным, и принеси оттуда нужное. Очень нужное! И не дай тебе бог ошибиться… Мы с напарником, не сговариваясь, толкнулись от восторга плечами – такое дело годится, это наша тема!

– Никто не вспомнит, сколько «тигр» весит по справочникам? – не мог успокоиться Сомов. – Меньше четырех тонн, не?

– Автомобиль никак не получится, Миша, – ответил Дугин первым. – На финише стоит точно такая же плита, как в стартовом помещении, круг диаметром три метра. Как ты на него броневик поставишь? Разве что на попа.

Вот трахома! Это уже посложней задачка.

На такой скромный кружок четыре тонны толкового барахла собрать будет непросто, придется либо рывком доставлять, на транспорте, либо же использовать «финиш» как накопительный склад. «А если местные обнаружат и упрут шкуры еще не убиенных медведей? – ревниво подумал я. – Хорошо, если Смотрящие прислушаются и правильное место выберут, скрытное…»

– Разрешите, я продолжу?! Господа! Коллеги! – перекричал всех профессор. – Итак, следующий момент: вернуться назад вы сможете двумя способами. Первый – отправиться на Платформу с «финиша», опять же набрав код и ввод. Время запуска выбираете сами. Очевидно, что в данном случае вы будете привязаны к этому месту радиусом возможного тактического удаления… Второй способ никоим образом не зависит от ваших действий и начинает действовать автоматически. Ровно через шесть суток вас перекинут назад, где бы вы ни находились, вместе со всем носимым на данный момент имуществом. Никаких четырех тонн в данном случае не видать, способ явно аварийный.

– Чтобы не засиживались там, – вставил свою первую фразу молчаливый шериф.

Не-э… Это плохой вариант, ребята! Это очень обидный вариант!

– Сам процесс переноса непонятен. Предполагаем, что в первом случае перенос будет осуществлен в щадящем режиме, без последствий для организма, «с плиты на плиту», это было бы логично. Во втором случае ожидается повторение общей практики: кратковременная потеря сознания, очнетесь лежа, это надо учесть… Именно в таком варианте существует опасность оказаться черт знает где. Вполне может быть, что радиус разброса будет как-то коррелировать с вашим удалением от плиты на Земле. Только таким образом мы смогли интерпретировать данные, оказавшиеся в распоряжении научной группы.

Шесть дней.

Командировка в абсолютную неизвестность длительностью в шесть суток… Все не так у Смотрящих, леший бы их укусил! Ну, дали бы неделю, как у людей принято, а лучше бы две. Нет же, опять этот двенадцатеричный счет, елочки точеные!

– Ящики можно привозить и заранее ставить на плиту, – подсказал главмех. – А потом и самим на нее залезть.

Самим залезть…

– Главный, а ограничения по грузу каковы? – спросил я.

– Не поверите, братцы, нет ограничений. Не введены. Да, да, любое оружие…

– И транзисторы, между прочим! – крикнул из дальнего угла приглашенный консультант без права голоса, Юрка Вотяков. – Четыре тонны транзисторов – это обалденный задел, на десятилетия вперед!

– Да тебе и два ведра хватит, что им сделается, – проворчал Ганс Грубер. – Оружейные стволы надо, затворы, прежде всего пулеметные и пушечные.

Ругань вспыхнула вновь. Они что, с ума сошли? Шесть дней в засаде! Когда успеть?

– Товарищи штабисты, подрежьте базары, ответьте мне, будьте добры! – заревел Гоблин. – А людей с собой назад брать можно?

В зале стало тихо.

– Вот! В самую точку! – возбудился профессор. – Михаил задает самый правильный вопрос! В том-то и дело, что можно! А уникальные специалисты, вовремя спасенные и привезенные вами в анклав, принесут здесь пользы гораздо больше, чем ведра и даже вагоны транзисторов.

Я опять растерялся.

– Где же мы вам за шесть дней возьмем четыре тонны уникальных специалистов?

Дугин расхохотался.

– Да нигде вы их не возьмете, Костя! Полный бред! Зато мы с коллегами уже провели, благодаря уважаемому Петру Игнатьевичу, нашему шерифу, колоссальную работу и наметили несколько перспективных объектов в Краснодаре, Туапсе, Новороссийске, а также в Нижнем Новгороде, в которых транзисторы можно взять быстро и сразу! Юра появился только что, но мы уже успели этой ночью составить подробный перечень потребных позиций, сейчас будем уточнять места возможной добычи. Кроме того, нужны моторы для малой и сверхмалой авиации, которые, как вам известно, Смотрящие через канал не пропускают. Шериф опросил огромное количество людей, живших в тех краях, так что имеются наработки.

– А я в этом вопросе поддержу профессора! Люди – прежде всего, – на этот раз нервно заявил главный инженер.

– Я тоже поддержу, специалисты нужней, – сказала Зенгер, доставая новую папиросу.

Вот попали! Трахома, всю жизнь приходится помнить о компромиссах. Человек бескомпромиссный – человек-дурак, он социально опасен. Понятно же, что мы, стараясь выполнить пожелания всех штабистов и не желая ни с кем ссориться, возьмем в дорогу все пожелания… Компромисс – вариант, который не устраивает обе стороны. Но решать-то придется самим, и на месте!

Я с тоской посмотрел на Сотникова: ну ты-то скажи свое веское слово! Рассуди – так, мол, и так, решаю, что рациональней будет сделать вот это. И баста.

Главный молчал.

– Александрович? – поторопил его Сомов.

– Нет уж, не дождетесь! – рявкнул тот. – Чтобы меня потом поедом съели? Кто лучше вас разберется, что нужней? Вот и думайте сами… Кстати, мужики, насчет четырех тонн спецов вы как-то того, очень смело. Я что-то не уверен. Костя прав, всего шесть дней у парней будет – когда успеть, где их искать? Конечно, хорошо бы…

Не будет Главный по живому резать. Здесь не просто начальники с подчиненными сидят. Здесь коллектив единомышленников, управляющее ядро анклава, Большая Семья, совместно прошедшая огонь, воду и медные трубы, которые они сами же и выпрямили для правильного звучания.

– Транзисторы давай! – крикнул Юрка. – И движки!

Хлоп!

– Вотяков!!! Удалю к чертовой матери! Марк Львович, вот как надо вопрос прорабатывать! Напористо! Я, между прочим, у них уже списки видел.

– Так и мы не спим! – чуть не заплакал профессор. – Прикидываем, думаем!

– И что вы надумаете? Общий сбор спецов по радиосвязи в назначенной точке? Слова гипнотического воздействия? – ехидно поинтересовался глава анклава. – Мужики-то не знают! Представляете, что они сталкерам скажут в ответ на такие смелые предложения? На хрен пошлют, и все дела. Время понадобится…

Пока набирал силу гул встревоженных голосов, я напряженно думал. Гоблин притих, подрастерял энтузиазм, понял, чем все это обернется.

– Во где подстава, кореш! – горячо шепнул он сбоку. – Козлами бодрыми пойдем на следствии, ага. А получим по всем статьям, как законники… параша сплошная. Надо быстрей валить на Землю, пока все не перегрызлись.

Демченко молчал, глядя на меня с состраданием и полным пониманием.

«Влипли вы, влипли, чего там… Конкретно ты, Кастет, влип, как командир группы, ты и будешь отвечать за все. Зенгер потом тебя насмерть заколет прививками. Ничего, Костя, разберешься, не впервой тебе, все будет перфектно!»

Серега поднял и показал мне большой палец. Хорошо, когда есть поддержка со стороны людей понимающих. А народ все спорил.

Хлоп! Хлоп!

Какое живенькое совещание получается, а!

– Двигаемся дальше, еще успеете обсудить детали! Профессор!

– Да у меня все, собственно…

– Стоп! У нас не все! – встал я с места.

Ноги-то как затекли, досиделся, крыса штабная…

– Давай!

– Алексей Александрович, а с чего такие поблажки?

Мои слова оказались универсальным успокоителем, народ замолчал.

Довольное лицо несколько успокоившегося Сотникова вновь стало серьезным.

– Трудно ответить однозначно. В сообщении написано кратко и без пояснений: «Поощрительная акция», – текст прочитаете, он есть в меморандуме. Может, за освоение выпуска радиоламп, может, за ввод в эксплуатацию прокатного стана, пусть и примитивного. Это же рубеж определенный…

– Остальные анклавы?

– Наши службы активности или нервозности не заметили. Вряд ли. А если и дали кому такой же приз, то узнать об этом будет непросто.

– Понял. Еще вопрос.

– Валяй.

Я повернулся к профессору:

– Марк Львович, вы не пробовали что-то уточнять, деталировки ради? Переспросить у Смотрящих, что ли…

– Видите ли, Костя, – медленно проговорил ученый. – В силу особенностей человеческой психики и способов восприятия окружающей действительности мы склонны наделять все непонятное антропоморфными свойствами. Что ж, это естественная попытка человека как-то объяснить, приблизить к себе, адаптировать для осознания… Наука же критически непознаваемым заниматься не будет. Наука должна заниматься лишь тем, что поддается научному исследованию, без шаманских подпорок и надежд, что «они тоже люди». Они не люди, Костя! Что может подразумеваться под вашим предложением «переспросить»? Диалог! Но его не может быть в принципе, по крайней мере на этом этапе. Скорее всего, с нами вообще общается робототехника, а не живое существо. Этому существу мы неинтересны как партнеры по диалогу, существо видит объект не в конкретном человеке, а в социуме в целом, в страте, в анклаве. Кроме того, у него другие проблемы и задачи, нам неведомые… Да и как переспросить?

– Кастет, я много раз пробовал с ними поговорить, поверь, – признался Сотников. – Если ты не помнишь, даже у моего терминала отсутствует возможность задать какой-либо корректный вопрос, на той стороне принимаются лишь определенные команды, строго соответствующие заданной ими же ситуации.

– А если обыкновенную маляву загнать? – поинтересовался Мишган.

– Умный ты какой! В начальники пора выдвигать, подумаю, – отозвался Главный, заставив Мишку замереть от страха после такого предложения. – Пробовал, Гоблин, и неоднократно. Семь раз бумаги писал по разным вопросам и складывал на рабочую панель канала. Один раз записка даже исчезла!

– И что?

– Да ничего существенного. Никакого отклика не получил, как и реакции. Ни сразу, ни впоследствии. Так что давайте отпустим эти надежды на волю и будем работать в заданных рамках и правилах… Основная часть закончена, закрываю обсуждение, излишняя конкретика нам сейчас не нужна, остальное – в рабочем порядке. Вопросы остались? Если нет, начинаем заслушивать экспертов, после чего идем в подвалы. Игорь! Предупреди Феоктистова! Надо познакомить вас со стартовой панелью – вдруг она от радости зеленым засветится…

Гольдбрейх по-ученически поднял руку. Встал вновь, и не в контру предложению Сотникова сидеть, а от искреннего волнения, как начали делать и другие.

– Ребята… Поймите вот что. То, что вы называете ништяком, а в данном случае Большим Ништяком, – всего лишь материальный ресурс. Он, несомненно, интересен, важен и желателен. Однако не это является основной задачей группы. Основное – наблюдение! Вдумчивое, детальное и дотошное, доведенное до самостоятельной финальной оценки происходящего на планете Земля. Как и то, где, собственно, старая Земля находится… Платформа-5 занимает привычную землянам точку в космическом пространстве, это бесспорно. Где же стоит наша колыбель? Либо она перемещена в некий космический отстойник, либо вы попадаете в другое время-пространство, как говорят, в другую реальность. Эти данные станут не просто важными для всех нас, а жизненно важными! Привезите из командировки точную информацию – это приоритет! Это прояснит картину для всех нас, живущих на Платформе… Хотя полная информация, несомненно, попадет в разряд стратегической и, следовательно, секретной, я прав?

Сотников кивнул, шериф с начпогранслужбы, сидящие почти рядом, как я успел отметить, тоже.

– Приглашенные эксперты, прошу. Кто? Вотяков, хорошо.

Так как Юрка сидел в самом углу, он вынужден был подойти к столу, где и остался стоять, хотя свободные места у столешницы были.

– Садись.

– Ага, спасибо… Значит, так. О средствах связи и прочей электронике. Нашей службой практически подготовлен необходимый комплект устройств, остались мелочи, кое-что нужно перепрошить, вкачать софт и так далее. Что туда входит. Две носимые тактические рации, модели новые, мощные, ограниченно пригодятся и при возвращении, на случай возникновения непрогнозируемой точки выхода на Платформу. Есть всечастотный сканер и функция аварийной кнопки, когда в эфир уходит импульс повышенной мощности, по которому наша служба сможет вас засечь и передать информацию по профилю. Батарею такой импульс садит конкретно, учтите… С момента старта служба будет работать в усиленном режиме на трех базовых станциях, включая Донжон, так что не волнуйтесь, не прошляпим… Дальше. В комплект входит компактный навигатор GPS-Глонасс. Включив его сразу по прибытии, вы определите, висят ли на орбите спутники, что даст понимание по ситуации с глобальными системами связи. Планшет с картами и справкой. Кроме того, у вас будет сотовый телефон, опять же для диагностических целей. Обязательно радиометр, то есть счетчик Гейгера… Ну вот как-то так. Все у меня пока.

– Есть вопрос! – заволновался Демченко. – Как сотовый включится в сеть? Всех абонентов давно отключили.

– Не всех, – негромко заявил с места Уксусников. – Далеко не всех, Сергей. Я реквизировал три симки МТС у потеряшек, прибывших на прошлой неделе, карточки с деньгами на счету, подключены до сих пор, а как же… Конечно, если они попадут в настоящее время.

– Извините, не подумал, – смутился Демон, садясь.

– Комсталк?

– Все ясно, командир, – ответил я. – Дальше в рабочем.

– Следующий эксперт. Прошу, капитан.

Поднялся Фокин. Он был краток.

– На заставах в ожидании информации от радиослужбы будут круглосуточно дежурить пять мангрупп с техникой, в том числе водно-моторной. На время операции катер «Стерегущий» будет переведен в Берлин, для увеличения дальности вероятного плеча. Кроме того, в поселках из добровольцев заранее сформированы поисковые звенья, пока без объяснения конкретной задачи. Авиация наготове. Один самолет останется здесь, второй перегонят на ВПП Санта-Барбара, на случай если вы угодите в район Болот либо в леса юго-западней Плохого Леса. Хамис уже подготовил запас авиатоплива. Цель: снять вас либо сбросить оперативно необходимое.

Вопросов к пограничнику не было.

– Владимир Викторович, что у вас?

Коломийцев поднялся спокойно, степенно, основательно прокашлялся. Не торопится дед, наслаждается заслуженным вниманием.

– Мальчики, флот вас в беде не оставит, примчимся, что тут говорить зря… Я – это, о другом хочу сказать, значится. Мы тут с Корнеевым подумали мальца, чем вам помочь без болтовни… «Нерпа» вверх по Волге ходила, а «Дункан» по Гангу отработал, ну и цыганята наши помогли, как без них, да… Вот вам подробная карта, там нанесены места захоронок, всего по рекам заховано шесть лодок с потребными припасами и кое-каким снаряжением. Спрятаны все одинаково, затянуты брезентом, стоят в кустах, найдете легко, коли прижмет. Весла внутри. И бог вам в помощь, ребятки. Не бойтесь никого, пусть нас боятся! Закончил я, Главный.

– Спасибо вам, Владимир Викторович! – поблагодарил его Сотников, поднимаясь. – Все, товарищи, хватит совещаться, пойдем в подвал.

– Алексей Александрович, мне в Медцентр надо, у самой совещание вот-вот начнется, – торопливо заявила Зенгер.

– Конечно, конечно, Маргарита Эдуардовна, чего вам в подземелье лезть… Мужики, за мной!

Все встали. Пойдем посмотрим на чертоги Смотрящих, где находится этот космодром. Потом – к Демченко, оценивать «спецкомплект». Дальше в Медцентр – чем быстрей уколемся, тем лучше… Потом легенды уточнить: документы, история, информация о событиях и реалиях за время отсутствия на земле. И все заучить. Правда, арестовывать мы себя все равно не дадим. Слишком высока цена миссии.

Думаю, дня три провозимся.

Феоктистов ожидал нас перед входом в подвалы.

Мы не успели с ним пожамкаться, после перерыва в совещании капитана срочно выдернули в диспетчерскую, промчался мимо, словно вихрь. Теперь он первым делом шагнул к нам, протянул руку. Я обреченно вытянул правую.

В темноту входа нырнули целой делегацией: Сотников шел по-хозяйски, в числе первых, явно хорошо зная маршрут. По длинной и крутой каменной лестнице, подсвеченной по бокам фонарями в проволочных решетках, застучали каблуки. Спускаясь, мне несложно было представлять проходивших по этим ступенькам разгоряченных дракой воинов Карла Великого, после взятия крепости спешивших вскрыть винные погреба.

Сбоку на каменной кладке подземелья мелькнула надпись на пристрелянной дюбелями прямоугольной табличке со стрелочкой: «Генераторная № 2». Ага, помню! Вот тут мужики пролом сделали… Темная арка в боковой стене – вокруг нее все и завертелось. Сейчас уже не страшная, окультуренная. Тесновато, конечно. Правда, грузы этим путем не транспортируют, для этого у арсенальцев грузовой лифт имеется.

Все тянулась и тянулась старинная темно-красная кирпичная кладка ровных стен, хорошая тут глубина… Вот и первый зал! Освещен отлично. Потолок с шестью куполами, по три в ряд, Сотников говорит, что в Грановитой палате Кремля такой же. Две мощные каменные колонны, поддерживают тяжелый свод. Где-то тут мы с Гоблином конкретно напугали мирных производственников, они нам чуть морду не набили! А че, нормальный солдатский юмор, встряхнули обывателя, настроение создали!

Ныне большое прямоугольное помещение площадью восемнадцать на двадцать пять метров обжито, здесь вовсю работают люди Грубера. Правда, конкретно сейчас все работники остановились, с изумлением разглядывая втянувшуюся в подземный цех представительную делегацию. От вытянутого вдоль правой стены лотка-резервуара волжская водица по трубам уходит куда-то дальше. На стенах – пучки кабелей в скобах.

Впереди раздался окрик часового и последующий за ним отклик капитана.

Во втором зале никого не было. Четыре станка замерли на бетонных фундаментах, ожидая возвращения временно изгнанных по соображениям госсекретности хозяев. Кругом верстаки, стенды, трансформаторы и преобразователи, трубы подвода воды, много стеллажей как вдоль стен, так и между станками. Висят телефонные аппараты внутренней и внешней связи. Стеклом огорожено помещение лабораторий.